Еда на выброс. Ежегодно Россия выбрасывает 17 млн тонн продуктов

Еда на выброс. Ежегодно Россия выбрасывает 17 млн тонн продуктов
Зачем такая пенсионная реформа? Прогрессивную шкалу придётся подождать. География роста зарплат. Путин об Украине. Налог на старые машины
Бюджетные траты на пенсионеров сократили, а их жизнь к лучшему не изменили. Об эффективности пенсионной реформы
Сергей Лесков: В России власть своей герметичностью напоминает тайную ложу
Олег Бондаренко: Один из двух больших проигрышей Путина на Украине – это возвращение Крыма
Алексей Коренев: У нас несправедливы не только налоги, но и отчисления. В фонд соцстраха те, чей доход до 912 тысяч, платят 2,9%. А те, кто получают больше, не платят вообще
Действия при нападении хулигана, вооруженного ножом. Помощь пострадавшему с колотой раной
Алексей Зубец: Согласно нашим расчётам, реальные зарплаты людей будут расти практически по всей стране
Самые популярные народные поправки в Конституцию
Налог на старые машины увеличат
Зачем такая пенсионная реформа?
Гости
Дмитрий Заворотный
руководитель Центра экономических стратегий Института Нового общества
Антон Губницын
руководитель кластера по экономике совместного потребления РАЭК, генеральный директор ТИАР-Центра

Александр Денисов: «Еда на выброс». Вот Настя, я как специалист по юмору, по советскому юмору, юмору советского периода вспомнил давнюю остроту. Вот когда в газетах писали про тяготы западной жизни, говорят «на Западе недоедают» – пусть все, что не доедают, присылают нам.

Анастасия Сорокина: Саш, мы обойдемся, свое доесть не можем. Специалисты подсчитали, что ежегодно Россия выбрасывает 17 миллионов тонн продуктов. Этого достаточно, чтобы прокормить 30 миллионов россиян в течение года, практически всех, кто живет за чертой бедности. Пропадают продовольственные запасы на сумму в 1,6 триллионов рублей. Даже сложно себе представить масштаб этой цифры.

Александр Денисов: Да, сколько еды на 2 триллиона рублей выкидывают.

Анастасия Сорокина: На связи Антон Губницын, руководитель Кластера Российской ассоциации электронных коммуникаций по экономике совместного потребления, генеральный директор ТИАР-Центра. Здравствуйте.

Антон Губницын: Да, добрый день.

Александр Денисов: Антон, вот как раз ваша компания…

Анастасия Сорокина: …и провела подсчеты.

Александр Денисов: Да. Как вы подсчитывали, сколько мы выкидываем продуктов? Что это за продукты-то?

Антон Губницын: Да, смотрите, подсчитывали следующим образом. Мы сравнивали…

Александр Денисов: Вы прямо так радуетесь, что вот этот успешный результат, столько продуктов выкидываем? Вы довольны своим исследованием?

Антон Губницын: Да, спасибо.

Коллеги, собственно, как мы считали? Мы сравниваем и анализировали доступную информацию об отходах и о коммунальных отходах, это исследование Высшей школы экономики, это исследование Росстата, Минпромторга, цифры Минсельхоза и даже ООН. Собственно, таким образом, сопоставив их, собрав по крупицам единый пазл, мы пришли к пониманию, что порядка 17 миллионов тонн пищевых отходов идет в ТКО, твердые коммунальные отходы.

Александр Денисов: И какая идея у вас родилась, что с этим можно сделать?

Анастасия Сорокина: С этими данными.

Антон Губницын: Что с этими данными можно сделать?

Александр Денисов: С этими продуктами прежде всего.

Антон Губницын: Да. Если говорить о продуктах, то очень важно не допустить того, чтобы они шли в непосредственно помойку и на полигоны, потому что продукты эти имеют огромную ценность. Прежде всего этого объема хватило бы для того, чтобы накормить порядка 30 миллионов человек, кормить их в течение года. Это гораздо больше, чем сейчас официальная статистика дает количество людей, живущих за чертой бедности. Стоимость этих продуктов порядка 84 миллиардов рублей. Поэтому простой ответ – делать так, чтобы эти продукты мобильно, максимально мобильно достигали тех, кто в них нуждается.

Александр Денисов: А законодательная практика позволяет это сделать? Изучали?

Анастасия Сорокина: Минсельхоз решительно против вот таких историй под названием «не выбрасывать». Почему?

Антон Губницын: Абсолютно вы правы в том смысле, что регуляторные барьеры являются одной из самых больших проблем. Сейчас если, условно говоря, у какого-то овоща нарушена кожура, то по СанПиНам его практически невозможно продать. Если вы имеете на полке в магазине условный пакет молока, срок годности которого закончится через 2 дня, то, скорее всего, вы не сможете его продать, во-первых, потому что потребители его не возьмут уже.

С другой стороны, вам невозможно отдать его или точнее невыгодно отдать в благотворительность, потому что вы все равно заплатите порядка 40% налогов. Это значит, что гораздо проще, как это ни страшно признать, дождаться, пока срок годности закончится, и каким-то образом выбросить или утилизировать этот продукт питания.

Анастасия Сорокина: То есть вопрос налоговых вот этих выплат стоит решающим, можно сказать?

Антон Губницын: Абсолютно, это очень острый вопрос. Таким образом, есть целый ряд регуляторных барьеров, о которых мы подробно рассказываем в нашем исследовании, и также необходимость и потребность того, чтобы развивались онлайн-, цифровые платформы, которые позволяли бы при помощи геолокации и связи между пользователями так же оперативно распределять продукты питания, как сейчас, допустим, люди во многих городах могут пользоваться мобильными приложениями по вызову такси.

Александр Денисов: Антон, а у вас есть в исследовании такой пункт, что продукты не все просроченные попадают на свалки? Есть так называемые рынки-«тошниловки», народ туда ходит, покупает, там стертые сроки годности, пахнущая мясная продукция, все эти колбасы… Вот не все попадает на свалки, а через некоторые каналы бизнеса выходит тоже на рынок.

Антон Губницын: Разумеется, такая проблема есть. Вместе с тем в данном исследовании мы, во-первых, не касаемся и не анализируем продукты с истекшим сроком годности, потому что это отдельная очень масштабная и неоднозначная проблема. Собственно, вся идея, все рекомендации этого исследования нацелены прежде всего на то, чтобы создать легальные правовые механизмы по распределению продуктов питания с истекающим сроком годности (не с истекшим, а с истекающим), сделать так, чтобы вместо отходов у нас росло благосостояние наших граждан, чтобы те, кто нуждаются в этих продуктах, могли их получить.

Александр Денисов: Спасибо, Антон.

Анастасия Сорокина: Спасибо. На связи был Антон Губницын, руководитель Кластера Российской ассоциации электронных коммуникаций по экономике совместного потребления, генеральный директор ТИАР-Центра, собственно, который и провел вот это исследование и подсчитал те продукты, которые ежедневно выбрасываются.

Мы хотим поговорить с еще одним нашим экспертом… Но перед этим примем звонок от зрителя, Владимир из Ростовской области. Здравствуйте.

Зритель: Я военный пенсионер, постоянно смотрю и участвую с вами в ОТР, мне очень нравится эта программа, правильно открывают глаза…, чтобы народ знал.

Значит, насчет продуктов. Продукты практически негодны для употребления. Мы тратим деньги в никуда. Нет знака качества, нет контроля. Сейчас самое главное – это количество. А то, что на выброс идет, потому что никто не отвечает за свою продукцию. Ее в магазине купили, день полежала в холодильнике, потом можно смело выбрасывать. Если раньше был знак качества, кто-то контролировали, очень сильный контроль за продукцией был, жестокий назывался, тогда неделю масло сливочное лежит, и 10 дней, прекрасно выглядело и вкусовые качества не терялись. А сейчас все ко-ли-чес-тво, и никому это не нужно.

Александр Денисов: Спасибо большое.

Сейчас пообщаемся с Дмитрием Сергеевичем Заворотным, руководителем Центра экономических стратегий Института нового общества. Дмитрий Сергеевич, скажите…

Дмитрий Заворотный: Добрый день.

Александр Денисов: Здравствуйте. Как вы думаете, люди будут покупать такие продукты? Потому что мы эту тему обсуждаем уже не первый раз, что делать с продуктами с истекающим сроком…

Анастасия Сорокина: Может, не покупать, а просто отдавать их нужно?

Александр Денисов: Да-да. И все и сообщения, и звонки, за кого вы нас держите, что нам предлагаете, на, боже, что нам не гоже. То есть людей это обижает. Есть смысл обсуждать реально какие-то законодательные инициативы, если люди так реагируют?

Дмитрий Заворотный: Ну что касается покупки, это, наверное, возможно, только если будет обеспечен очень большой дисконт, то есть за какие-то 10–15%, может быть, от стоимости товара, срок годности которого истекает в ближайшее время. Но вообще эта тема актуальна с той точки зрения, чтобы вот эти товары раздавать в пользу малообеспеченных слоев. В общем-то, есть мировой опыт, который сейчас активно реализуется по этой части, во многих странах подобные инициативы, скажем так, проходят такую вот апробацию, то есть это такие очень новые инициативы, где-то они начинают работать, где-то над этим только начали задумываться. То есть вот такая система дистрибуции товаров, которые будут вскоре непригодны для употребления, конечно, довольно актуальная тема.

Я напомню вообще мировые цифры: у нас в мире производится 4 миллиарда тонн продовольствия ежегодно, из этих 4 миллиардов тонн продовольствия, вдумайтесь в эту цифру, 1,3 миллиарда тонн продовольствия уничтожается ежегодно. Значит, если бы она не уничтожалась, вот эта часть, это 30% примерно, то вопрос с голодом был бы решен в масштабах всего человечества. Поэтому эта тема очень актуальная, надо над ней работать. Кстати, вот несколько лет назад у КПРФ была такая вот инициатива, они предлагали ввести такой законопроект на рассмотрение, но, к сожалению, все заглохло, вот чтобы создать такую систему передачи вот этой продукции, которая вскоре будет испорчена, в пользу малообеспеченных слоев.

Анастасия Сорокина: Дмитрий Сергеевич, мы обсуждали, что сейчас многие, скажем так, волонтеры создают движение, если понимают, что какие-то продукты у них остаются, тем, кто в них нуждается, они их передают, это не просроченные продукты, а те, которые, может быть, были приобретены по акции, с излишком остаются, просто делятся. Вот сейчас у нас действительно много барьеров, для того чтобы помогать в таком массовом числе? Может быть, нереальные какие-то цифры мы озвучили, еще можно проверять эти исследования, но в принципе ведь действительно это может быть новая стратегия, для того чтобы решить большое количество проблем, или есть существенные препоны, которые будут это сдерживать?

Дмитрий Заворотный: Вы знаете, все проблемы, которые существуют, они, скажем так, очень легко решаются. Вот собираются люди в известном месте, где, как водится, нет у нас возможности дискутировать, и принимают всю вот эту законодательную базу. Это вопрос воли, скажем так, государственной политики. Если на высшем уровне есть такой замысел, то с точки зрения законодательства и проработки, скажем так, устранения всех препятствий это не главная проблема, это техническая проблема, она решается, она решается во многих странах мира. Можно сейчас рассматривать мировой опыт, как это недавно было сделано во Франции, пожалуйста. Вот у нас Конституция на основе французской была написана, давайте возьмем еще вот этот замечательный опыт. То есть здесь вопрос того, чтобы взяться за эту тему…

Александр Денисов: А что у них там во Франции, Дмитрий Сергеевич?

Анастасия Сорокина: Что мы должны заимствовать?

Дмитрий Заворотный: Ну вот во Франции работает такая система, когда товары, которые близки к окончанию срока годности, передаются в различные благотворительные организации, и там… Кстати, там довольно строгое законодательство сейчас по части того, что если какая-то торговая сеть не выполняет вот эти социальные обязательства, то у нее могут быть довольно серьезные проблемы. Но это вот вопрос такой вот принципиальной стратегии в этой сфере. Если она у нас возникнет, такая принципиальная стратегия, то вопрос реализации… Я не считаю, что это какая-то масштабная проблема.

Александр Денисов: В общем, дело техники для нашей Думы решить быстренько вопрос.

Дмитрий Заворотный: Дело техники, совершенно верно.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо. Дмитрий Сергеевич Заворотный, руководитель Центра экономических стратегий Института нового общества, был с нами на связи.

А сейчас у нас есть еще один звонок, из Санкт-Петербурга дозвонилась Людмила. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый день. Очень нравится ваша передача.

Я знаете, что хотела сказать? Возможно, людям и нельзя это давать. Ну сколь у нас животных! У нас зоопарки, сколько приютов для животных, вот это помощь просят. Вот я читаю, объявления пишут, животные голодают. Фрукты, например, можно давать в зоопарки, вот. А колбасу выбрасывают, все вот это вот, что негодное, – это же можно все… Они, возможно, даже сами бы и вывезли, наняли машину, эти приюты для животных.

Я вот в Санкт-Петербурге живу, вы знаете, мы 2 года как сюда приехали, раньше здесь не жили. Я гляжу, ведь очень много, когда идешь, и кошечек, и собак выбрасывают. Вот у нас тут новые дома, уже люди стали жить, глядишь, там собачку уже выбросили, там собачку выбросили. Мне кажется, что лучше всего это для приютов и для зоопарков, это было бы очень доброе дело. Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Людмила, за ваш звонок.

Сообщения из Краснодарского края, из Иркутской области, из Ивановской области – все про одно: снижайте цены в магазинах на продукты, тогда они не будут пропадать.

Александр Денисов: Переходим к следующей теме.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски