Эдуард Сухарев и Сергей Боярский. Есть ли эффект от антитабачных мер?

Гости
Дарья Халтурина
сопредседатель Российской антитабачной коалиции
Эдуард Сухарев
адвокат, член президиума общественного движения «За права курильщиков»
Сергей Боярский
депутат Государственной Думы РФ, заместитель председателя Комитета по экологии и охране окружающей среды

Виталий Млечин: Мы продолжаем.

Оксана Галькевич: Прямой эфир, мы продолжаем. Вы знаете, у нас сегодня такой эфир, можно сказать, полный ЗОЖ: мы начали с алкоголя, закончим никотином. Дело в том, что в Министерстве здравоохранения нашей страны, уважаемые телезрители, нашли способ, как помочь коллегам в Министерстве природы, точнее всем нам в борьбе за здоровую экологию. Специалисты от здравоохранения предложили ввести новый экологический сбор на сигареты и включить его в стоимость пачки. Вот сейчас будем разбираться с тем, что это такое.

Виталий Млечин: Да. Так вот что предлагают сделать? – присмотреться к опыту Соединенных Штатов, там в стоимость пачки включен налог на мусор, потому что окурки загрязняют окружающую среду, попадают в почву, водоемы, в общем, много отравы этой всей может скопиться в природе. В Минздраве уже подсчитали, сколько средств принесет в казну новый сбор, это примерно 800 миллиардов рублей в год. Цифра немаленькая, скажем прямо.

Оксана Галькевич: Но это не все. Медики от Министерства здравоохранения, специалисты, которые работают в этом ведомстве, еще предлагают довести акцизы до среднеевропейского уровня. Как вы понимаете, это тоже должно отразиться на цене пачки сигарет. Тут пока никакие суммы, соотношения не называются, но надо сказать, что с повышением акцизов у нас на самом деле в стране в последнее время все и так довольно бодро обстоит. С 1 июля акцизный сбор вырос уже на 10%, поправки в Налоговый кодекс внесли для этого еще полгода назад.

Виталий Млечин: В абсолютном выражении акциз на 1 тысячу сигарет вырос с 1 562 рублей до 1 718, тут прямо точные цифры, а с 1 января следующего года предусмотрены дальнейшие повышения акциза, так что действительно до среднеевропейских уровней нам недалеко.

Оксана Галькевич: Ну недалеко и недолго, получается, потому что темпы такие серьезные взяты. Если говорить о рекомендациях Всемирной организации здравоохранения, то налогов в пачке сигарет должно быть не меньше 70%, мы уже и к этим рекомендациям, надо сказать, тоже довольно близки. Доходы бюджеты, естественно, тоже растут, в правительстве это видят, не только мы с вами сейчас на этой графике, которую показывают наши режиссеры. Ну и соответственно, на эти средства в правительстве рассчитывают. В этом году, смотрите, по плану в казну должны прийти 20.8 миллиардов рублей с акцизов на сигареты, это в этом году, друзья, в 2018-м.

Виталий Млечин: В следующем бюджет должен получить уже почти в 3 раза больше, отказаться от таких поступлений, похоже, будет крайне сложно. Поэтому велика вероятность, что идея Минздрава о введении экологического сбора с продаж сигарет станут реальностью.

Оксана Галькевич: Итак, уважаемые друзья, курильщики, некурильщики тоже, все мы с вами люди, все имеем право высказаться по этой теме. Звоните, пожалуйста, пишите нам, мы работаем в прямом эфире, телефоны прямого эфира у вас указаны на экранах, все это бесплатно, пишите нам также на SMS-портал, мы тоже за это денег не берем, принимаем сообщения.

Виталий Млечин: Да. И пора нам представить наших гостей: это Сергей Боярский, депутат Государственной Думы, заместитель председателя Комитета по экологии и охране окружающей среды, и Эдуард Сухарев, адвокат, член президиума общественного движения "За права курильщиков", – добрый вечер.

Сергей Боярский: Добрый вечер.

Эдуард Сухарев: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, уважаемые гости.

Для начала давайте начнем с ваших оценок этой инициативы Минздрава. Вот предлагается ввести некий новый экологический сбор, который будет включен в стоимость пачки сигарет. Как вы к этому относитесь?

Сергей Боярский: Ну я как член Комитета по экологии, наверное, не могу сказать, что я отрицательно отношусь к любым экологическим сборам, потому что действительно нам нужно специально собирать средства в бюджет, для того чтобы направлять их точечно на решение экологических проблем. Но если говорить о конкретной инициативе Минздрава, я бы не стал сейчас нагнетать и говорить о том, что она уже поступила и обсуждается в Государственной Думе, это не так…

Оксана Галькевич: Мы так не говорили.

Сергей Боярский: И в целом инициативы даже гораздо более жесткие от Минздрава уже звучали вплоть до того, что в каком-нибудь там 2036 году, по-моему, для людей, родившихся после вот этих дат, вообще запретить продажу сигарет, получили отрицательное заключение профильных комитетов Государственной Думы. То есть мы не должны, конечно, отходить от здравого смысла в законотворчестве, понимая и принимая позицию Минздрава, который печется о здоровье населения и всячески пытается мотивировать людей отказываться от вредной привычки и в целом повышать и уровень здравоохранения, и "долгожития" в стране.

Но у меня лично как у депутата уже сложилась определенная полемика с Министерством здравоохранения в части моего законопроекта, который был внесен мною уже 2 года назад (как быстро летит время) о том, чтобы вернуть курительные кабинеты в стерильные зоны аэропортов, а именно в те зоны, откуда человек, который не может справиться с зависимостью, технически не может выйти покурить туда, куда дозволено, за 15 метров…

Оксана Галькевич: Покинуть зону определенную.

Сергей Боярский: Покинуть зону, поскольку по внутреннему регламенту он может это сделать, лишь аннулировав посадочный талон, а если он транзитный пассажир, то снявшись с рейса. Вот уже 2 года моей инициативе, я готов подробно рассказать о том, как идут дела, я очень рассчитываю на то, что аргументы и мои, и тех, кто ее поддержал и внутри Государственной Думы, и общественные организации, сами авиаузлы, авиакомпании, вот эти аргументы будут услышаны и все же мы приступим к рассмотрению этого законопроекта, с тем чтобы действие нашего антитабачного закона, который, надо сказать, один из самых, наверное, успешных в мире, один из самых жестких… Он, конечно, не идеален, но тем не менее мы действительно все одновременно по всей стране почувствовали эффект вот такого внезапно поступившего свежего воздуха в наши кафе, рестораны, бары, куда теперь можно прийти с ребенком, не опасаясь того, что за соседним столиком какая-то шумная большая компания будет постоянно курить, обкурит и вас, и детей, вы будете чувствовать себя некомфортно.

Оксана Галькевич: Эдуард, ваше слово, товарищ Маузер. Защитите права курильщиков.

Эдуард Сухарев: Да, я хочу заострить внимание, что у нас в последнее время тенденция идет вообще на повышение не только акцизов, мы видим, что сейчас идет тотальное повышение налогов (НДС подняли), идет повышение на бензин, сейчас повысили акцизы и на табачную продукцию…

Сергей Боярский: На бензин акцизы понижаются, с тем чтобы удержать стоимость топлива.

Эдуард Сухарев: Ну да, а цены на бензин растут, понятно, в связи с ростом цены на нефть.

Сергей Боярский: Нет, наоборот, понижаются.

Виталий Млечин: Не понижаются, нет.

Оксана Галькевич: Акцизы понижаются, цены не понижаются.

Эдуард Сухарев: Цены не понижаются, да.

Сергей Боярский: Мы говорим об акцизах, акцизы…

Эдуард Сухарев: Вот такая странная у нас тенденция. И конечно же, я резко против повышения любых акцизов в том числе и на табачную продукцию, потому что у нас уже сейчас в среднем пачка сигарет стоит 100 рублей, для среднестатистического курильщика все-таки эта цена довольно-таки высокая.

Виталий Млечин: Там, может, и хорошо? Может, меньше станет курильщиков?

Оксана Галькевич: Да, вот кто он, этот курильщик среднестатистический?

Эдуард Сухарев: Статистика у нас есть вещь такая сложная, не всегда можно ей верить, как мы знаем, это один из видов лжи. Нет статистики, что с введением антитабачного закона в 2013 году резко снизилось потребление табака. Кто-то скажет, что снизилось, я говорю, что я лично не замечаю, что курение снизилось, потому что на улицах, на остановках люди по-прежнему курят массово.

Оксана Галькевич: Ну так они же нарушают закон, Эдуард, нельзя же у нас теперь курить в таких местах.

Эдуард Сухарев: У нас нарушают законы практически все, у нас такие законы, что их нельзя не нарушать. У нас в этой студии практически все, наверное, нарушали хоть раз какой-либо закон…

Виталий Млечин: Но не курить точно можно.

Эдуард Сухарев: …Кодекс об административных правонарушениях, в частности, я думаю, нарушали все. Так что я считаю, что повышение акцизов, как и этот экологический сбор, конечно же, наверное, приведет опять-таки к наполнению бюджета за счет курящих граждан. Потому что у нас сейчас идет пополнение бюджета, в общем, очень большое за счет граждан России. И я хотел…

Оксана Галькевич: Эдуард, ну вот смотрите, мы с вами рассуждаем таким образом. Административный кодекс о правонарушениях так или иначе, говорите вы, нарушали все. Но Виталий совершенно прав, курить в этих местах нельзя, но не курить-то точно можно, согласитесь. Как тогда наших курильщиков, людей еще не с самой серьезной зависимостью хотя бы не заставить бросить курить, но хотя бы приучить к тому, что есть определенный закон не самый суровый (не кури рядом с детской площадкой или с остановкой общественного транспорта), но все-таки убедить их, что соблюдать это надо? Что же тогда делать?

Эдуард Сухарев: Мы изначально, я в том числе, говорили, когда вводили этот закон, что нужно проводить, не просто запретительными мерами бороться с курением…

Оксана Галькевич: А как?

Эдуард Сухарев: …должна быть пропаганда. Вот вы посмотрите, на телевидении нет ни одного социального ролика, как хорошо бросить курить, как это сделать…

Оксана Галькевич: Вам вон пропаганду на каждую пачку приклеили, там такая пропаганда, что страшно в руки брать.

Эдуард Сухарев: Я вам скажу, что на вот эти картинки, наверное, 99% курящих граждан вообще не обращают никакого внимания, вообще. То есть у человека такое свойство, ты один раз увидел когда-то там 10 лет назад, все, ты больше на это не обращаешь внимания.

Бороться с курением нужно только с помощью пропаганды, поощрять, развивать детский спорт. Сейчас была хорошая тема предыдущая как раз про футбол, про нашу победу, можно сказать, в Чемпионате мира. То есть как раз надо развивать дальше эту тенденцию. Главная задача – и наше движение борется – именно с некурящими уже совершеннолетними гражданами, не надо с ними бороться, нам нужно, государству, сделать так, чтобы как можно меньше было вновь курящих граждан, чтобы молодежь не курила. В частности, дети сейчас начинают курить опять рано несмотря, кстати, на этот закон.

Оксана Галькевич: Самое интересное, что у нас сейчас в студии довольно молодые люди, довольно молодые эксперты – что вы, что депутат Государственной Думы, что мы, в общем, тоже с Виталием еще не самые старые. Видимо, как-то рано вы начали.

Эдуард Сухарев: Я не рано начал…

Оксана Галькевич: Хорошо. Вы знаете, у меня вопрос к вам, Сергей Михайлович. Мы все знаем вашего папу, вы же готовы были к этому вопросу? Вашего папу без трубки, без сигаретного дыма мы представить себе не можем. У вас какие-то дискуссии, беседы в семейном кругу по поводу: "Ну слушай, сын, ну дорого, куда же вы так акцизы заламываете, сколько же можно-то? Верните будки для курения!"

Сергей Боярский: Я хочу вернуться к вопросу о том, что этот законопроект не поступил на рассмотрение, и конечно, кратного увеличения стоимости сигарет вряд ли кто допустит. Мы прекрасно понимаем, что таких резких движений относительно любой группы товаров делать как минимум очень неосторожно и неаккуратно. Я хочу вернуться к вопросу, о чем мы говорили, а потом я обязательно скажу, что отец думает по этому поводу.

Понимаете какое дело? Во-первых, я не соглашусь, что существует зависимость легкая или нелегкая табачная. Вот есть четко либо курящий, либо некурящий человек, не бывает малокурящего. То есть человек как только попал в эту ловушку никотиновую, он в ней остается, это на руку табачным компаниям, пропаганде…

Эдуард Сухарев: Не соглашусь.

Сергей Боярский: Это огромный-огромный бизнес, действует огромное лобби по всему миру, мы это прекрасно понимаем. Никто не хочет до конца, чтобы все вдруг в одночасье отказались от этой легальной продукции, вызывающей зависимость, никотин – это один из видов наркотического вещества, которое, попадая в кровь, потом…

Эдуард Сухарев: Он не признан наркотиком официально.

Сергей Боярский: …отсутствие его потом в крови вызывает желание восстановить его наличие.

Виталий Млечин: Но вы же не будете спорить, что курение вызывает привыкание?

Сергей Боярский: Что касается… Ну конечно вызывает, однозначно вызывает.

Эдуард Сухарев: Не факт, нет. Я знаю много людей, которые курят по 1-2 сигареты в день.

Виталий Млечин: А это не привыкание?

Оксана Галькевич: Подождите, я хочу…

Сергей Боярский: Я хочу закончить свою мысль.

Оксана Галькевич: Да, давайте.

Сергей Боярский: Что касается того, что мы все нарушали или нарушаем закон. Нас часто, депутатов, в обращениях граждан просят или отменить какой-то закон, или, наоборот, придумать какой-то закон. Нельзя описать все, понимаете, ситуации человеческой жизнедеятельности, и во многом до того, как этот закон вступил в силу, куришь ты рядом с ребенком за соседним столиком или нет, зависело от твоего воспитания, понимаете? Ну нельзя к каждому столику…

Виталий Млечин: Воспитания часто не хватало.

Сергей Боярский: …поставить полицейского. Нельзя курить в метро, нельзя курить в электричке, нельзя курить внутри кафе…

Эдуард Сухарев: Надо повышать общеправовую вообще культуру общества.

Сергей Боярский: …внутри купе поезда и так далее. Сейчас это просто описано этим Кодексом об административных правонарушениях, и теперь люди воспитанные, понимая, что курить стало как минимум немодно и некомфортно, потому что нужно выходить в дождь, в снег, в любую нашу погоду российского масштаба, от жары до глобальных морозов, на улицу из того же кафе, лишний раз человек призадумается: "Мне стало некомфортно". У меня так мама бросила курить: когда она поняла, что курильщиков загнали в некомфортные условия, все равно нужно отказываться, здесь надо выходить, в гримерках запретили, в поезде нельзя, перед поездом нельзя. Она плюс накладывая на себя тот опыт других людей, которые уже бросили, или советы врачей приняла для себя волевое решение.

Что касается отца, я вам хочу сказать, что он равно как и все курильщики жалеет о том, что прокурил всю жизнь, понимаете? Сейчас, когда он уже перешагнул за серьезный возраст, он чувствует на себе, на своем здоровье последствия от этой постоянной пагубной привычки. Они очевидны и для сосудов, и для легких, и для общего самочувствия. Отказаться от нее ему очень тяжело, но он уже задумывается об этом, делал попытки по 2-3 недели, когда находился в отпуске или в каких-то особых условиях, когда ему проще выйти из этой парадигмы (дом, машина), он это делал. И он, конечно, всячески приветствует, когда люди, его окружающие и стремящиеся бросить, идут на этот шаг. Но не нужно бороться с курильщиками, нужно бороться с явлением, с курением, в этом я с вами абсолютно согласен.

Эдуард Сухарев: Конечно.

Сергей Боярский: И вы абсолютно верный привели пример, что лучшей пропаганды, чем победы наших ребят на Чемпионате мира, сейчас быть не может. Государство может заплатить огромные деньги впустую на какую-нибудь бездушную социальную рекламу, но слезы ребят, которые, естественно, не курящие (этого не нужно, я думаю, никому пояснять, потому что у курящего человека не хватит ни сил, ни воли, ни здоровья отбегать 120 минут, 2 матча и выложиться на все 100% ради своей сборной, ради всей страны) – вот это пропаганда.

Оксана Галькевич: Главное чтобы они еще…

Сергей Боярский: И поэтому сейчас, на мой взгляд, тенденция будет переломлена и за счет вот этого созданного "некомфорта", и за счет отсутствия моды на курение, и даже за счет этих страшных картинок. Потому что люди знаете что делают? Они боятся этих картинок, они покупают такие чехольчики, вставляют свою пачку сигарет…

Оксана Галькевич: Но видите, Эдуард не боится.

Сергей Боярский: …чтобы не видеть лишний раз вот эти жуткие надписи.

Эдуард Сухарев: Ни у кого не видел таких чехольчиков.

Оксана Галькевич: А футболисты наши, кстати говоря, пусть еще в Монако перестанут шампанским развлекаться, тогда у нас еще и пьющих станет меньше.

Вы знаете, я предлагаю сейчас обратиться к нашим телезрителям с вопросом. Уважаемые друзья, ну вот если вы курильщики, то вы заметили, некурильщики, у вас в семье есть курильщики или соседи, знайте: сигареты дорожают. Вот как вы считаете, сигареты дорожают и продолжат дорожать – станет ли в нашей стране меньше курильщиков? Ответы "да" или "нет" присылайте на наш SMS-портал 3443, первые буквы "ОТР", в конце нашей беседы подведем итоги.

Виталий Млечин: Да. А прямо сейчас давайте послушаем Александра из Калуги. Здравствуйте, Александр, вы в эфире.

Оксана Галькевич: Мы, кстати, не знаем, курильщик он или нет.

Виталий Млечин: Вы курильщик?

Зритель: Здравствуйте. Нет, уже 2 года не курю, бросил.

Оксана Галькевич: Вот так.

Виталий Млечин: Так. А почему вы бросили?

Зритель: Здоровье, что. Хотя у меня отец курил "Беломор", по 2 пачки выкуривал, прожил 85 лет.

Виталий Млечин: А сколько бы прожил, если бы не курил…

Эдуард Сухарев: Неизвестно.

Зритель: Ну не знаю.

Я что хочу сказать? Я вот сейчас езжу по Калужской области, и у нас сейчас все стали выращивать табак, все до единого. В сельской местности выращивают табак. Значит, на рынках появились бабушки, которые… При Горбачеве не было сигарет, торговали табаком, так они и сейчас уже стали торговать табаком. Буквально 2-5 рублей стоит стакан табака, это больше 2-х пачек сигарет. И если еще хотя бы на 10% подорожают сигареты, вы, уважаемые депутаты Госдумы, не только не получите прибавки, вы убыль получите.

Эдуард Сухарев: Да.

Зритель: А курить стали и будут, запретный плод всегда сладок, он будет сладок, и будут тянуться подростки еще больше к этим сигаретам.

Виталий Млечин: Да, спасибо, Александр.

Оксана Галькевич: Бабушка, которая торгует табаком.

Виталий Млечин: Вы киваете все время. Мне кажется, вы об этом думали уже.

Сергей Боярский: Я согласен с этим.

Оксана Галькевич: Уйдут в тень курильщики.

Сергей Боярский: Я, во-первых, согласен, что как минимум нечестно собирать огромные налоги и акцизы с курильщиков, а после этого измываться над ними запретами, не предоставляя альтернативы. Мы вот с коллегой перед эфиром пообщались, я обещал затронуть эту тему, так сказать, без прикрас. Меня, например, раздражает, я считаю хамством появление вот этих электронных нагревателей у нас в аэропортах: в "Пулково", в "Шереметьево" стоят диваны, красивые девушки предлагают всем покурить, мол, это безвредно, это бездымно, присаживайтесь, вот там бесплатная бутылка воды – это что, как не пропаганда вообще табака и курения? Это, значит, у нас можно, а установить курительную кабину для тех, кто уже зависим, с этим у нас не согласно профильное министерство.

Эдуард Сухарев: Причем они закрытые будут, эти кабины, не будет никто видеть, ни дети, ни женщины.

Сергей Боярский: Это большое лукавство. И если уж у нас повышаются акцизы, тогда должна быть внятная такая, знаете, осознанная программа по помощи зависимым, тем, кто хочет бросить курить. Не по знакомым, не по слухам, не эти жвачки идиотские и пластыри, которые только стимулируют зависимость, любой нарколог вам скажет, что попадание постоянное в любом виде этого вещества является лишь стимуляцией и сублимация, а не отказ…

Оксана Галькевич: А как тогда отказаться, простите?

Эдуард Сухарев: Только силой воли.

Сергей Боярский: Нет, есть разные методы, есть специальные…

Эдуард Сухарев: Никакой метод не действует, надо себе сказать "нет" и все.

Сергей Боярский: …и медикаменты для этого, есть специальные методики, однако это должна быть, знаете, такая целевая история, если уж на нее собираются деньги.

Оксана Галькевич: Сергей Михайлович, а ведь уже от этих курительных кабинок отказались в свое время аэропорты – почему? Опыт был признан неудачным? Почему?

Сергей Боярский: Нет-нет…

Эдуард Сухарев: Закон у нас же был.

Сергей Боярский: Она именно после ввода этого закона 23 февраля, уже ему 5 лет, с 1 июня он вступил в силу, они вынуждены были их демонтировать. И аэропорты жалуются, у них огромная статистика по правонарушениям, потому что все время, перманентно накурено в комнате для инвалидов, в комнате матери и ребенка, во всех туалетных кабинах.

Эдуард Сухарев: Да.

Сергей Боярский: Сами по себе эти помещения не предназначены ни для пятерых, ни для десятерых курильщиков. И если представить себе, что 5 человек нарушили запрет, а остальные не нарушают, этого уже достаточно, чтобы помещение было отравлено на многие часы вперед, туда зайдут беременные женщины, туда зайдут дети, туда зайдут старики, пропахнет одежда, дети надушатся этими вторичными продуктами горения, о которых все так заботятся.

Эдуард Сухарев: Вот мы 5 лет не можем это доказать депутатам.

Сергей Боярский: Я хочу еще обратить внимание вот на какой момент. Многие мои, скажем так, оппоненты, когда говорят свои аргументы против установки таких кабин, ссылаются на то, что Россия ратифицировала Всемирную конвенцию по борьбе с табакокурением. Так вот страны, подписавшие эту конвенцию – а их там 180 штук, 110 из них, давайте я вам приведу пример, Германия, Франция, Нидерланды, Арабские Эмираты, Израиль – да, борются с табакокурением как явлением в целом, но именно в тех зонах, о которых я говорю, курительные кабины у них есть. Почему? Потому что они понимают, что это правильно, что таким образом они сохранят чистый воздух в своих общественных пространствах, потому что бороться с нарушителями в замкнутом пространстве, у которых может быть задержка рейса или большая транзитная пересадка, они считают так же, как и, невозможным.

Эдуард Сухарев: Невозможно.

Оксана Галькевич: Ну потому что люди в замкнутом пространстве, как минимум поэтому.

Давайте послушаем еще один звонок, Белгородская область у нас на связи, Владимир.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Владимир. Вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте. Я пенсионер, мне 72 года.

Виталий Млечин: Вы курите, Владимир?

Зритель: Да. Мне 72 года, 60 лет курю.

Виталий Млечин: Так.

Зритель: Цены растут, у меня полпенсии уходит на сигареты.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Как быть мне? Хотя бы для пенсионеров сделали скидку какую-то.

Оксана Галькевич: А скажите, вы не выясняли, в поликлинике, может быть, у вашего врача, как вам бросить курить, какие меры предпринять? Может быть, зайдете к терапевту районному, спросите?

Зритель: Да что толку? Заходил и все, говорят: "Не курите и все".

Виталий Млечин: Логично.

Оксана Галькевич: Понятно.

Уважаемые гости, мы на самом деле говорим о том, что у Минздрава, Министерства здравоохранения ведь тоже есть определенная цель, которая заключается в снижении числа курильщиков в нашей стране. Вот мы смотрим на статистику, сейчас я попрошу режиссеров показать, оно действительно сокращается. Смотрите, в 2010 году у нас 39% населения такие вот злостные, серьезные курильщики, в 2017 году это уже 30.5%, так присела у нас ступенечка. Есть планы на 2025 год довести до 27%. А как это будет делаться? Это будут дальше закручиваться гайки, простите?

Эдуард Сухарев: Это будет статистика просто подгоняться.

Оксана Галькевич: Это, значит, 80-90% налога в стоимости пачки сигарет? Или все-таки как Владимиру сходить к терапевту, чтобы терапевт сказал, что делать?

Эдуард Сухарев: Нет методик, у Минздрава нет никаких методик, ни врачи, ни терапевты…

Оксана Галькевич: Бить рублем то есть продолжим?

Эдуард Сухарев: Возможно, и есть какие-то узкоспециализированные наркологи в крупных городах, в частности, в Москве, которые могут вам помочь. Но я еще сомневаюсь, бесплатной ли будет эта терапия по бросанию курения. Нет методик, общероссийской нет, то есть терапевт сам не знает, что делать, даже если вы придете к нему с этим вопросом.

Оксана Галькевич: То есть мы на самом деле…

Эдуард Сухарев: Они все говорят: "Не курить, не пить", – а как это сделать, они не говорят.

Оксана Галькевич: Эдуард, то есть мы сейчас говорим не просто о том, что нет методики, как помочь человеку бросить курить. Если мы говорим о том, что это зависимость, которая требует лечения, значит, нет методики лечения этой зависимости?

Эдуард Сухарев: Значит, должны обучаться те же терапевты, участковые врачи, они должны обучаться, проходить курс повышения квалификации в том же Минздраве. Потому что Министерство здравоохранения, его главная задача не наполнение бюджета, это не налоговый орган, не Минфин, они должны как раз разрабатывать методики, как бросить курить, как лечить граждан, если они говорят, что это болезнь. Но по всем последним новостям, по всем их инициативам возникает вопрос, чем занимается Минздрав.

Оксана Галькевич: Медицинская сторона вопроса.

Сергей Боярский: Ну смотрите, есть мировой опыт на этот счет, мы же не единственная страна, которая пытается каким-то образом ограничить употребление табака, так или иначе с этим сталкиваются все страны, Европа и Америка, Азия, Австралия. Все действуют по принципу, как правило, удорожания стоимости пачки сигарет: вы знаете, что в Европе это вообще разорение, там уже давным-давно это огромные деньги, в Англии в той же, где фунты, но в пересчете на рубли…

Эдуард Сухарев: …и они продолжают все равно курить.

Сергей Боярский: Конечно, те, кто курят, убежденные курильщики будут курить…

Эдуард Сухарев: Испания, Франция, Италия, Греция очень курящие страны.

Сергей Боярский: …и пенсионеры, и я знаю тоже массу историй, понимаете, когда люди не курят не курят, потом инфаркт, а есть те, которые до 90 лет с сигаретой в зубах, прекрасно себя чувствуют, еще и на стакане постоянно. Но это же не повод гордиться тем, что вот этот человек может стать примером для всех остальных.

Эдуард Сухарев: Здесь, мне кажется, каждый сам выбирает, как ему прожить эту жизнь.

Сергей Боярский: Я согласен, в конечном итоге да, но государство берет на себя миссию думать обо всех одновременно, особенно о подрастающем поколении, поэтому так или иначе какие-то механизмы, общие черты, куда страна пойдет…

Эдуард Сухарев: Конечно, они должны быть.

Сергей Боярский: Какие-то страны идут по пути легализации наркотиков, считая это для себя приемлемым, как, например, Канада, а мы четко понимаем, что для нас это неприемлемо.

Эдуард Сухарев: Голландия.

Сергей Боярский: А какие-то страны начинают, где-то штрафы до 10 тысяч долларов за курение, понимаете, в Сингапуре или еще где-то.

Эдуард Сухарев: Ну здесь я просто хотел бы добавить. Да, в начале было действительно в репортаже сказано, что довести акцизы до общеевропейских.

Оксана Галькевич: До среднеевропейского уровня.

Эдуард Сухарев: Да. Но у меня возникает сразу вопрос: давайте тогда сравним общеевропейскую зарплату и общероссийскую зарплату…

Оксана Галькевич: А там такого не сказано в рекомендациях.

Эдуард Сухарев: …общеевропейскую пенсию и общероссийскую пенсию…

Оксана Галькевич: Нет, подождите, рекомендации сравнивать зарплаты не было.

Эдуард Сухарев: То есть соответственно пачка сигарет будет стоить как в Европе, а зарплата будет как в России.

Сергей Боярский: Там же не от стоимости сигареты, а от разницы внутри акциза, поэтому нет, надо сравнивать сравнимое.

Виталий Млечин: Давайте затронем такой очень важный вопрос. Вот вы говорите, в Европе очень дорого действительно, но все равно люди курят. Кто курит в Европе? Это люди пожилые, которые привыкли курить давно еще, когда это стоило не так дорого, или это молодежь? Вот что важно.

Сергей Боярский: Самый разный срез. Понимаете, появляются новые способы, тот же пресловутый вейп…

Эдуард Сухарев: Да.

Сергей Боярский: Вы посмотрите, сейчас очень… Если вы видите, как какой-то вдруг паровоз где-то рядом задымил, какое-то неимоверное количество дыма, значит, кто-то идет курит вейп. И купит это и стар, и млад, и появляются магазины, красивая упаковка…

Эдуард Сухарев: Ну в основном молодежь сейчас курит.

Сергей Боярский: …разные вкусы, все это упаковывается очень интересно, и якобы это не курение. Да это то же самое курение, все равно там есть те продукты, к которым ты привыкаешь покупать эту смесь, либо которые приводят тебя в конечном итоге: "Надоело, куплю себе пачку обыкновенных сигарет". Поэтому индустрия борется за жизнь в современном обществе, это огромные деньги, это корпорации транснациональные, которые имеют огромное влияние на умы, на кинематограф, на театр, я не знаю. Вообще курение для русского человека, для нашей культуры, та же культура этого курения является неотъемлемой частью. Ну глупо, если мы начнем вырезать, как курит заяц из "Ну, погоди!" или убирать сцены курения из наших знаменитых фильмов, понимаете.

Оксана Галькевич: Подождите, а заяц разве курил? Там волк курил.

Виталий Млечин: Волк.

Сергей Боярский: Ой, извините, я, конечно, оговорился.

Оксана Галькевич: Зайцы положительные персонажи, они не курят.

Сергей Боярский: Поэтому я всегда выступаю за то, чтобы мы искали здравый смысл во всем. Вот не давать человеку курить там, откуда нельзя выйти, вот это точно отсутствие здравого смысла, это практически наша провокация на правонарушение.

Эдуард Сухарев: Это унижение человека, конечно.

Сергей Боярский: Унижение в том числе, это все равно что туалет убрать из какого-то замкнутого пространства, примерно так.

Эдуард Сухарев: Да, конечно, все равно это зависимость.

Оксана Галькевич: Урны убрать в общественных местах.

Сергей Боярский: Вот вы видите, вы только что признали, что это зависимость, а недавно сомневались.

Эдуард Сухарев: Нет-нет, я не говорю, что это зависимость, просто это осознанный выбор каждого человека. Вы понимаете, когда тебе исполняется 18 лет, ты сам для себя решаешь…

Сергей Боярский: Хорошо если 18.

Эдуард Сухарев: …будешь ли ты курить или нет. Ну… Молодежное курение, конечно, зло.

Оксана Галькевич: Вы знаете, я предлагаю посмотреть, мы сейчас расскажем коротко о том, как в разных регионах гражданские общественные силы пытаются бороться с этой зависимостью, что предпринимают…

Эдуард Сухарев: Ну это все незаконно как всегда, мы знаем, как они борются.

Оксана Галькевич: А вот сейчас посмотрим, и вы потом прокомментируете. Например, на Ямале волонтеры проекта "Городская среда" взялись за тех, кто любит в подъезде подымить. Как вы говорите, к каждой остановке, каждой детской площадке полицейского не приставишь, не заставишь соблюдать, а там вот таким вот образом вышли из положения. Когда количество звонков с жалобами от жителей многоэтажек стало уже зашкаливать, то активисты напечатали листовки, стали расклеивать их на доске объявлений у каждого подъезда при входе в дом. До конца лета такие обращения с призывом не курить в подъезде будут у каждого подъезда Салехарда. В первую очередь листовки расклеивают на деревянных домов. Пока ничего незаконного.

СЮЖЕТ

Оксана Галькевич: За курение в подъезде жилого дома положен штраф от 500 рублей до 1.5 тысяч, но судя по количеству пепельниц, которые жители регулярно убирают на этажах, никто наказания не боится, максимум испортят отношения с соседями.

Скажите, уважаемые гости, вот в данной ситуации это правильно, что общественные, гражданские силы таким образом подключаются к борьбе с табакокурением, или это в некотором смысле можно считать замещением государства, государство должно заниматься агитацией, пропагандой?

Эдуард Сухарев: Нет, почему? Расклейка объявлений, надо тут сделать оговорку: если собственник дома, гаража или другого объекта разрешил расклейку этого объявления, тогда пожалуйста, почему нет. Действительно в подъездах курить нельзя, это ужасно, это, конечно, вопиющее нарушение. Просто здесь как бы идет опять слабость данного закона, потому что привлечь к ответственности соседа практически невозможно, то есть доказать… Это надо вызвать участкового, поставить его, чтобы при участковом сосед закурил, тогда выписать ему протокол об административном правонарушении.

Сергей Боярский: Ну а вы можете предложить лучший механизм разве? Видимо, нет.

Эдуард Сухарев: Да, лучше нет.

Сергей Боярский: Видите, мы всегда немножко лукавим.

Эдуард Сухарев: Надо развивать правосознание граждан.

Сергей Боярский: Вы говорите, что курить в подъезде ужасно, а почему не ужасно в этом случае курить где-то в другом месте? Это ужасная привычка или не ужасная, плохо, вредно или не вредно? Мы приходим с вами к заключению, что вот в общественном пространстве курить ужасно. Правда, ужасно. Почему? Потому что ты тем самым говоришь, что я у себя не хочу дома накурить, потому что это гадость, я не хочу потом в этом дыму, но пусть все остальные будут, я буду выходить каждые полчаса курить в подъезд (там дети, беременные и дальше по списку), а у меня дома будет свежий воздух и так далее. Это отсутствие воспитания, это неуважение к ближнему, к соседям. И то, что вот такие сообщества, как, не знаю, подъезд одного дома, товарищество собственников жилья берутся сами, так сказать, отрегулировать внутри себя каким-то образом путем порицания, я не знаю, разговоров, можно мягко, по-доброму поговорить, объяснить, привести какие-то примеры…

Эдуард Сухарев: Это ничего не действует.

Сергей Боярский: Ну как это не действует? Да я вам приведу массу примеров, когда это очень хорошо действует.

Эдуард Сухарев: У нас висело объявление в подъезде не хранить на лестничных маршах детские коляски, велосипеды и так далее, а все захламлено.

Сергей Боярский: Нет, послушайте, это объявление там висит по требованию пожарных, понимаете?

Эдуард Сухарев: Ничего не действует, так же и курение. Так-то да, конечно.

Сергей Боярский: Оно обязано висеть, а не ровно потому, что кого-то раздражает коляска.

Эдуард Сухарев: Они сказали, в деревянных домах.

Сергей Боярский: А вот когда люди соберутся и скажут одному негодяю, который все время прокуривает эти же самые коляски, если пять здоровых мужиков ему объяснят, что нездорово… Они, может быть, тоже курящие, но они курят у себя на кухнях в вытяжку, я не знаю, или в форточку, но на лестничную клетку не выходят, может быть, у него где-то щелкнет и он перестанет так себя вести. Поэтому я считаю, что именно объединение в социумы, по-доброму, в диалоге, с помощью пропаганды наглядной, очевидной это, конечно же, плюс.

А то, что вы говорите, знаете, скажем так, усмехаетесь о том, что да, у каждого соседа не поставишь участкового, – так я вам приведу огромное количество законов, которые тоже, можно сказать, в принципе не нужны, начиная от выгула собак и заканчивая, понимаете, уровнем шума в вечернее время. Нет защиты от дурака, но если человек в час ночи включил, понимаете, у себя дома дискотеку, действительно приходится отрывать экипаж полиции, чтобы угомонить негодяя, вместо того чтобы, понимаете, постучать по батарее, и человек сделал потише.

Эдуард Сухарев: А экипаж приезжает, а музыки нет, он говорит: "Зачем вы меня вызывали?" Так же с курением.

Сергей Боярский: Вот. И что, по-вашему, не нужен закон? Конечно, нужен.

Эдуард Сухарев: Нет, закон нужен, конечно.

Сергей Боярский: Но главное, что музыки не стало.

Эдуард Сухарев: Вопрос, как его исполнять. А с собакой, кстати, тоже очень большая тема, убирать за собаками.

Сергей Боярский: И если придет однажды участковый в парадную, где все время накурено, может быть, тоже испугается человек штрафа и общественного порицания и перестанет.

Оксана Галькевич: Ну в парадные скоро участковые будут приходить и в коммунальные квартиры, если мы говорим о Петербурге: принят же местный закон там о том, что запрещено курить в коммунальных квартирах.

Сергей Боярский: Местный закон принят, в общественном пространстве.

Оксана Галькевич: В общем пространстве, то есть в комнате по-прежнему можно у себя?

Сергей Боярский: Это ваша собственность.

Оксана Галькевич: А вот с сигаретой до туалета пройти по коридору нельзя.

Сергей Боярский: Да.

Оксана Галькевич: Вы знаете, у нас есть карта страны, мы можем показать вам и нашим телезрителям. У нас ведь регионы отличаются не только уровнем благосостояния, еще чем-то, но и уровнем табакокурения, зависимости этой. У нас есть очень благополучные регионы, например, Республика Ингушетия, Чечня, Татарстан, не самые курящие в нашей стране, и есть такие весьма и весьма зависимые, там очень много курильщиков, – Бурятия, Рязанская область, на Чукотке и в Смоленской области. А вот мы сейчас вспомнили петербургский городской закон, это к слову к тому, что, может быть, меры в отдельных регионах должны иметь какое-то свое региональное лицо? Вот смотрите, Чукотка, Смоленщина, Рязань, Бурятия курят много – может быть, там какие-то дополнительные меры принять? А в принципе Чечня, Татарстан, Ингушетия и другие не очень зависимые, там в принципе…

Эдуард Сухарев: Ну в принципе это объяснимо.

Оксана Галькевич: Объясните.

Эдуард Сухарев: Допустим, про Северный Кавказ понятно, по религиозным каким-то своеобразиям люди не курят. Смоленская область тоже понятно, там скорее всего статистика не совсем корректная, потому что она граничит с Белоруссией, идет очень большой поток продукции табачной из Белоруссии именно в Смоленск, Брянск и Смоленск и далее уже в Центральную Россию. Это, кстати, звонил…

Оксана Галькевич: А в Белоруссии, простите, дешевле получается?

Эдуард Сухарев: Да, там дешевле. И кстати, звонил первый телезритель, он сказал, что продают уже выращенный табак на вес. Я, кстати, добавлю, что если будет дальнейшее повышение, то уже идет рост нелегального табака.

Оксана Галькевич: Ну вот Курганская область нам пишет: "Сигареты будут дороже, будем сеять табак", – и это не единственное сообщение из региона.

Эдуард Сухарев: Вот, и это вдвойне будет вредно, потому что люди будут курить вообще непонятный табак, то есть вообще…

Сергей Боярский: Я как раз-таки наоборот… Мне кажется, что самовыращенный гораздо безопаснее, чем промышленный.

Эдуард Сухарев: Нет, сейчас даже есть пачки белые, абсолютно белая пачка, без бренда, noname, и люди их покупают, они дешевле.

Оксана Галькевич: С другой стороны, знаете, если коров запретить, сам себе столько молока на сметанку, на сырок ты не наделаешь, это гораздо более трудоемким становится процесс обеспечить себя табаком, чтобы вот в том же регулярном режиме продолжать курить, это довольно сложно все-таки.

Эдуард Сухарев: Я думаю, с современными технологиями, самокрутками и машинками, которые крутят сигареты, это вообще не представляет никакого труда. Перейдем на махорку тогда, а что делать?

Оксана Галькевич: Давайте перейдем к здоровому образу жизни.

Давайте послушаем нашего телезрителя. Вологодская область, если я не ошибаюсь, Александр.

Виталий Млечин: Да, Александр, здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Я курильщик со стажем 40 лет.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: 40 лет я курю и не собираюсь бросать. От нашей жизни от хорошей только и остается, что курить, хорошо еще не спиваемся. У меня супруга тоже курит, она работает на…, получает 11 тысяч. Ну как вот при такой жизни… Нашим парламентариям больше заняться нечем, чем такие законы принимать? Вы бы чего-нибудь дельного сделали, приняли бы какой-нибудь закон.

Оксана Галькевич: Ну скажите, Александр, вы действительно считаете, что не надо давить рублем, бить рублем по курильщикам, не надо сокращать число курильщиков в нашей стране, что это нормальная зависимость, есть она и ничего с ней делать не надо?

Зритель: Если человек захочет бросить, он сам бросит, не надо его заставлять. Если я, например, пельмени люблю, так меня никто не заставит не есть пельмени, я все равно буду есть пельмени, правильно? Так же и с сигаретами.

Оксана Галькевич: Ага, вот так. Хорошо, Александр, спасибо.

Виталий Млечин: Спасибо.

Оксана Галькевич: Вот видите, такая просьба от курильщиков, видимо, вам как депутату Государственной Думы не надо осчастливливать их против их желания.

Сергей Боярский: Понятно. Я отчасти согласен, что резкий скачок цен на табак мы не приветствуем, но продолжить мягко подталкивать людей к отказу от курения является позицией и Государственной Думы, и Министерства здравоохранения в том числе. И вы знаете, конечно, сравнивать пельмени с сигаретами, на мой взгляд, все-таки некорректно: если в вашем семейном бюджете находятся деньги на все дорожающую табачную продукцию, то лучше потратить их на что-то более полезное, и постепенно откажетесь от этой привычки.

Хотя я прекрасно понимаю, насколько тяжело это сделать. Мы в 1990-е гг. рекламировали табак на каждом углу красивыми образами из телевизионных экранах и на огромных плакатах, а сейчас для нас все те, кого мы посадили на ту вредную привычку, вдруг стали практически по ту сторону баррикад, мы их отовсюду выгнали, а сейчас еще начинаем давить рублем. Конечно, это несправедливо, мы должны к ним относиться с большим уважением, понимание, предлагать им механизмы добровольного, естественно, отказа от курения, никто никого заставлять не собирается, пока это разрешено законом, все, что не запрещено, у нас разрешено. Но тем не менее факт остается фактом…

Оксана Галькевич: Сергей Михайлович, может быть, просто телезритель, знаете, неудачное сравнение такое привел – он про пельмени вспомнил, а надо подумать о пенсионном возрасте, который нам в скором времени будет поднят до 65 и 63…

Эдуард Сухарев: Просто тут вопрос еще… Звонивший телезритель…

Оксана Галькевич: Тут, знаете, и от пельменей придется отказаться, не самая здоровая пища, и от курения точно, Эдуард.

Эдуард Сухарев: Вот человек звонил, который 40 лет курит, он правильную мысль сказал, что курят-то еще не от хорошей жизни. То есть для многих курильщиков курение является отдыхом, то есть это отдушина: он уединяется и потребляет табак. Потому что нет другой альтернативы: люди и не умеют по-другому расслабляться и отдыхать, у многих и нет возможности, кто-то, может быть, не хочет. Потому что действительно 11 тысяч зарплата, и вы знаете, на такую зарплату особо-то и не погуляешь.

Оксана Галькевич: Эдуард, но если 11 тысяч зарплата, половину проедать и половину прокуривать, простите, а не проедать, то мне кажется, счастливее ты от этого не станешь.

Эдуард Сухарев: Это вопрос второй, это уже вопрос второй. То есть когда бы у нас была пенсия 2-3 тысячи долларов и пачка сигарет стоила как в Европе, тогда мы могли бы говорить, что да, мы платим зарплату…

Оксана Галькевич: А в Европе она стоит 8 евро, в Финляндии даже больше собираются сделать.

Эдуард Сухарев: …и люди тратят эту большую пенсию не на детей, не на…

Сергей Боярский: Видимо, в Европе курят тоже не от хорошей жизни. Мне пример "не от хорошей жизни" кажется надуманным.

Эдуард Сухарев: У нас не от хорошей жизни, в Европе курят от хорошей жизни, там обратная тенденция.

Сергей Боярский: Вы знаете, не от хорошей жизни и пьют, в таком случае не от хорошей жизни идут на преступление, это слишком хорошая отговорка для тех, кто не находит в себе сил и мужества бросить курить.

Эдуард Сухарев: Кстати, в Европе курит больше всего Южная Европа, которая особо…

Сергей Боярский: Поверьте мне, прогулка на свежем воздухе гораздо лучше снимает любой стресс, чем выкуренные полпачки сигарет в одиночестве на кухне.

Эдуард Сухарев: Это умение отдыхать.

Оксана Галькевич: Сергей Михайлович, скажите, вы говорите со знанием дела? Вы когда-нибудь курили и бросили или вы не курили никогда?

Сергей Боярский: Нет, я курил и бросил.

Оксана Галькевич: Хорошо.

Виталий Млечин: А что вас заставило?

Сергей Боярский: Просто здравый смысл: я понял, что у меня…

Эдуард Сухарев: Сила воли.

Сергей Боярский: …еще есть время, для того чтобы изменить себя и отношение к своему здоровью, потому что впереди нужно иметь очень много сил, а есть такой, скажем… Чем раньше, тем лучше, каждый год, который ты еще прокурил, потом тебе сторицей вернется всякими болячками, не дай бог, конечно, дай бог вам всем, курильщикам, здоровья…

Эдуард Сухарев: Спасибо, и вам тоже.

Сергей Боярский: Но каждый подумайте, что вы могли бросить и в прошлом году, и в позапрошлом, и те, кто сейчас звонил, и пожилые люди, я надеюсь, у них впереди еще долгая-долгая жизнь. Если вы бросите курить в обозримом будущем, в ближайшей перспективе, то вы почувствуете удовольствие от свободы от этой зависимости, будете снимать стресс, отдыхать гораздо более комфортно, чем вы это делаете сейчас.

Оксана Галькевич: Уважаемые гости, у нас целый вас сообщений на SMS-портале и целая очередь из звонков. Но прежде я предлагаю подключить к нашей беседе еще одного человека: на связи с нами сейчас Дарья Халтурина, сопредседатель Российской антитабачной коалиции. Дарья, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Дарья.

Дарья Халтурина: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Что-то мне подсказывает, что вы не будете оправдывать курильщиков вообще никоим образом.

Дарья Халтурина: Почему же? Это действительно зависимость, которую люди приобретают, как правило, в очень молодом возрасте в результате маркетинга и рекламы, которые были допустимы. Я очень сочувствую, у меня тоже очень определенные зависимости и слабости, в общем, желаю тем не менее несмотря на это преодолеть такую ужасную зависимость, такую разрушительную вещь, как курение.

Оксана Галькевич: Дарья, но вот те меры, которые мы сейчас обсуждаем в нашей студии – это и повышение акцизов, и включение нового экологического сбора, и так далее, все меры в рамках этой антитабачной концепции оздоровления нашего населения – вы их поддерживаете или все-таки какие-то из них считаете, что они чересчур, это уже загнули?

Дарья Халтурина: Понимаете, дорогие друзья, так устроена природа человека, что самое успешное лекарство от любой зависимости есть ограничение доступности, и ценовая доступность работает прекрасно, это первый аспект. То есть у нас после вот этих ограничений вместо 39% россиян курит 29%, и вот эти все люди, кто бросил или не начал, проживут на несколько лет дольше, и это прекрасно.

Оксана Галькевич: Подождите, 29% уже по 2018 году? У меня вот нет таких данных, только по 2017 еще Росстат.

Дарья Халтурина: Да-да, ВЦИОМ провел этот опрос.

Оксана Галькевич: А, это опрос, не статданные.

Дарья Халтурина: Второй момент – контроль, какая-то определенная социальная справедливость. Дело в том, что, конечно же, курильщики намного больше болеют и дорогими заболеваниями (рак, инсульт), и откуда-то надо брать деньги. Акцизы… Естественно, вы сами знаете, что у нас…

Оксана Галькевич: У нас что-то со связью, связь исчезла, но в любом случае спасибо нашей собеседнице Дарье Халтуриной, это была сопредседатель Российской антитабачной коалиции у нас на связи.

Виталий Млечин: Может быть, табачное лобби вмешалось сейчас в нашу коммуникацию и прервало?

Оксана Галькевич: Я думаю, не надо вот этих вот каких-то…

Эдуард Сухарев: Клише.

Оксана Галькевич: Да, теорий заговора.

Виталий Млечин: Навешивания ярлыков.

Оксана Галькевич: Уважаемые гости, давайте обратимся сейчас к небольшому опросу, который провели наши корреспонденты, мы готовились к этому эфиру. Они спрашивали людей на улицах нескольких городов, как на них повлияли меры по борьбе с курением. Давайте послушаем, какие ответы мы получили.

ОПРОС

Оксана Галькевич: Ну вот такая картина, если прислушаться к ответам наших телезрителей.

А давайте добавим еще красок в этот опрос. У нас на связи Петербург, Ольга, наша телезритель. Ольга, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Ольга.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Я не курильщик, но случайно увидела вашу передачу. Я не понимаю людей, которые курят, но пока не уберут… Я наблюдаю по Петербургу, Калининский район. Пока не уберут ларьки, которые круглосуточно торгуют сигаретами, алкоголем, не спрашивают ни возрастной ценз, хотя я в торговых сетях наблюдаю, когда спрашивают документы и на алкоголь, и на сигареты. Это прерогатива депутатов. Вот Сергей Михайлович, ваш папа, Михаил Сергеевич, наверное, тоже курит, наверное, тоже не отказался, но мне жаль молодежь. Я вижу даже гостей нашего города, узбеков, таджиков, которые также курят не стесняясь на тротуарах, выпивают, круглосуточная торговля алкоголем и табаком в нашем районе не прекращается, Калининский район, это район Металлистов, Кондратьевский, кто хочет может подъехать, взять что угодно.

Поэтому я считаю, что сколько бы ни стоили сигареты и алкоголь, будут круглосуточно торговать, если другие торговые сети будут спрашивать документы и ограничивать покупателей. При этом я неоднократно наблюдала в больших торговых сетях, когда спрашивают документы. Что касается ларьков и ларьков, которые заползли в жилые дома, их никто не спрашивает, и люди покупают, травятся и продолжают веселиться. Я считаю, что это проблема властей. Но я не курильщик и считаю, что если захотеть, за 24 часа проблему можно решить.

Оксана Галькевич: Вот так вот, за 24 часа. Но я думаю, что нам сейчас Сергей Михайлович скажет, что нет, за 24 часа такие проблемы не решаются.

Сергей Боярский: Я больше чем уверен, что глава Калининского района проведет дополнительную проверку по факту вашего обращения в прямом эфире, ему небезразлично, что у него на территории, возможно, нужно проверить такие факты, это действительно факты вопиющие. По крайней мере я, скажем так, через круг своего общения и сам сталкиваясь с уличной торговлей, с торговлей внутри жилых кварталов, не могу однозначно подтвердить факт сказанного. Во-первых, ларьки как отдельно стоящие конструкции давно уже попали под запрет, они не имеют права торговать ни алкоголем, ни табаком в принципе, они как класс уже отмирают. Что касается всех остальных, то там у нас железобетонно: в Москве до 11 вечера можно продавать алкоголь, в Петербурге до 10. После 10 если пробьют чек, это потом видно по отчетности и можно…

Эдуард Сухарев: А он не пробивается даже, во многих сетевых магазинах стоит блок.

Оксана Галькевич: Но это об алкоголе, кстати.

Эдуард Сухарев: Да.

Оксана Галькевич: А вот мы сейчас вас спросим, что если введут подобные меры в отношении табака? Представляете, до 8 можешь пачку курить, а потом нет.

Эдуард Сухарев: Ну все-таки табак не алкоголь, пачку сигарет можно курить и день, и два, и три, как я сказал, многие курят по 2-3 сигареты в день, соответственно пачки может хватить надолго, нет проблем.

Сергей Боярский: Сигареты убрали действительно из продажи и с видных мест, не всегда видно, что они в принципе продаются.

Эдуард Сухарев: Но и курить тем не менее не особо стали меньше, даже видно по статистике. Я, если честно, не доверяю статистике нашей. И нет рекламы табака у нас 5 лет уже, закрыли выкладку сигарет, а снижение небольшое, если взять общероссийские масштабы. Не работает закон.

Оксана Галькевич: Эдуард, ну это же в определенном смысле ваше субъективное ощущение. То есть мы либо доверяем, либо не доверяем статистике, но вот в силу каких причин, так скажем, вы формулируете подобное отношение?

Эдуард Сухарев: Ну за 5 лет… Я просто по своему личному опыту, конечно, как я вижу сам.

Сергей Боярский: Я хотел бы поддержать вас в этом аргументе, мы так можем далеко зайти, говоря, что мы не доверяем статистике.

Эдуард Сухарев: Да, это мое личное ощущение.

Сергей Боярский: Мы так можем в принципе любые статистические данные…

Эдуард Сухарев: По телезрителям, по звонкам, кстати, тоже можно сказать, что курящих больше звонило.

Сергей Боярский: Нет, мы можем сказать, что сегодня нам должны были позвонить практически все курильщики по всем законам жанра, потому что именно их касается эта тема, не более того.

Эдуард Сухарев: Это около 40 миллионов.

Сергей Боярский: А у вас ничего не изменилось, потому что курите вы и все ваши знакомые, вот и все.

Эдуард Сухарев: Не все.

Сергей Боярский: А у меня обратная картина, понимаете: я бросил курить, и мне кажется, что все бросили, что нигде не продается, что все прекрасно и с каждым днем становится лучше и лучше. Поэтому именно для того, чтобы наши субъективные точки зрения не столкнулись, существует статистика, которой надо доверять. Так вот статистика сегодня на нашей стороне.

Оксана Галькевич: Статистика на нашей стороне, но, кстати говоря, по SMS-порталу я бы не сказала, что у нас много здесь некурильщиков. Хотя тут, конечно, нужно согласиться с Сергеем Михайловичем, у нас все-таки не социологический опрос…

Сергей Боярский: Заявленная тема предполагает активное участие именно курильщиков, которые, естественно, возмущены и не хотят, чтобы сигареты дорожали.

Эдуард Сухарев: Нет, не факт. Как-то в другой передаче, в которой я участвовал, была немного обратная тенденция.

Сергей Боярский: Некурящему человеку смотреть передачу про курение вообще неинтересно, понимаете.

Виталий Млечин: Смотря кому. Например, родителям маленьких детей интересно.

Сергей Боярский: Разве что.

Виталий Млечин: Потому что, условно говоря, у меня маленькие дети, я не хочу, чтобы рядом с ними курили.

Оксана Галькевич: Уважаемые гости, у нас прямой эфир, у нас время уже истекает. Я предлагаю уже подводить какую-то черту под нашей беседой. Давайте закончим следующим. Мы обсудили с вами меры, которые уже приняты в нашей стране по борьбе с табакокурением, которые предполагается принять в нашей стране. Вы можете быть согласны, можете быть не согласны. Давайте сформулируйте, что нужно делать, а чего делать не нужно. У вас у каждого буквально по 40 секунд.

Сергей Боярский: Нужно продолжать бороться с курением как с явлением, всеми способами пропагандировать здоровый образ жизни, давать для него возможности в первую очередь подрастающему поколению и прекратить бороться с курильщиками как с носителями той зависимости, на которую в том числе подсадили ее и с помощью рекламы, и с помощью всех остальных приемов огромные корпорации, которые зарабатывают на этом безумные деньги. Я желаю всем здоровья.

Оксана Галькевич: Но это и не было, так скажем, в обществе неприемлемым, не было такой установки на то, что это нехорошо.

Сергей Боярский: Мы должны потихоньку, аккуратно двигать людей в пользу добровольного отказа, но это выбор каждого, пока это не запрещено, это факт.

Оксана Галькевич: Эдуард, ваши 40 секунд.

Эдуард Сухарев: Я считаю, что закон у нас крайне жесткий, он прежде всего ущемляет права большого пласта населения. У нас порядка 40 миллионов курящих граждан. Я призываю некурящих граждан, наши власти просто уважать права курящих граждан, потому что у нас по Конституции государство обязано защищать права и свободы граждан России. Там не сказано, курящий гражданин, не курящий, по цвету кожи, по расе, по вероисповеданию, то есть для государства любой гражданин равноправен. А сейчас идет обратная тенденция, идет резкое ущемление именно этого пласта граждан России. Я говорю, можно говорить, кто-то говорит про 35 миллионов курящих, кто-то про 38, это все равно очень много. И давайте мы будем повышать продолжительность жизни не только ужесточениями, не только запретами, не только повышением цен на табак…

Оксана Галькевич: …но и?

Эдуард Сухарев: …но и какими-то другими альтернативными методами. Я уже лет 5 говорю: развивайте детский спорт, стимулируйте в школах, проведите в школах какие-то уроки...

Виталий Млечин: Да, спорт как альтернатива. Спасибо.

Эдуард Сухарев: …обучайте детей.

Оксана Галькевич: Эдуард, спасибо большое.

Спасибо большое всем, кто принимал участие в обсуждении этой темы. Подведем итоги небольшого опроса в прямом эфире. Мы спрашивали вас, уважаемые телезрители, в связи с тем, что дорожает постоянно пачка сигарет, станет ли в нашей стране меньше курильщиков? Вот смотрите, как поделились голоса: 17% считают, что да, это будет действенным методом воздействия на курильщиков, не уверены в этом 83%. Статистика не совсем в вашу пользу, Сергей Михайлович, скорее в вашу, но тем не менее.

Эдуард Сухарев: Что и требовалось доказать, да.

Оксана Галькевич: Друзья, спасибо большое, что вы пришли, что вы нашли время для обсуждения этой темы. В студии программы "Отражение" сегодня были Эдуард Сухарев, адвокат, член президиума общественного движения "За права курильщиков", и Сергей Боярский, депутат Государственной Думы, заместитель председатель Комитета по экологии и охране окружающей среды.

Виталий Млечин: Но мы еще не заканчиваем, сейчас вернемся.

Оксана Галькевич: Это не все.

Тема часа
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты