Экологическая ситуация в стране во время изоляции улучшилась

Экологическая ситуация в стране во время изоляции улучшилась | Программы | ОТР

Станет ли теперь больше сторонников «зелёной» экономики?

2020-04-30T22:16:00+03:00
Экологическая ситуация в стране во время изоляции улучшилась
Бизнес после пандемии. Как подготовиться к пенсии. Долги за «коммуналку». Отпуск-2021
Гольфстрим стал очень медленным
Инвестпортфель на старость
Спасти и сохранить бизнес
Где и как россияне будут отдыхать в этом году
В долгах по самые ЖКУ
Бизнес закрывается: выручки нет, господдержки не хватает…
ТЕМА ДНЯ: Хочу пенсию в 100 тысяч!
ЖКХ: новые правила
Бесплатное высшее – только льготникам?
Гости
Андрей Нагибин
глава Общероссийской общественной организации «Зеленый патруль»
Андрей Пешков
директор Всероссийского института природы, заслуженный эколог РФ

Оксана Галькевич: Продолжаем разговор об удивительном рядом, друзья. Вы знаете, всего месяц самоизоляции – или уже месяц самоизоляции. Мы с вами в большинстве своем не выходим на улицы. Многие не ходят на работу. Остановлена работа предприятий, организаций. И вот за это время такие перемены, друзья, – Россия зеленеет!

Константин Чуриков: Ну, речь не только о стремительном наступлении весны. Речь о нашей природе, действительно.

В закрытой для туристов части Кавказского биосферного заповедника на днях сняли на камеру косулю. Государственные инспекторы говорят, что увидеть их на туристической тропе – это большая удача. Осторожные животные стараются держаться обычно подальше от людей. Местные шакалы за последние две недели набрались наглости и гуляют уже по парку средь бела дня. Обычно, кстати, они выходят на поиски еды только ночью.

Оксана Галькевич: Шакалы? Видишь, у нас тоже шакалы, не только Маугли.

А птицы в Сочинском парке в этом году принесли рекордное количество яиц. Вот такая неожиданная история. Гусей и лебедей даже пришлось рассаживать, потому что главы пернатых семейств не смогли мирно поделить территорию для своих будущих птенцов.

Константин Чуриков: Оставим самца лебедя. Теперь переходим к огромным косякам молодой кефали, которая, кстати говоря, появилась в порту Ялты. В мелкой теплой воде у рыбы много еды и практически нет врагов – только птицы, Оксана. Весь рыболовный флот стоит у причала. На набережной ни туристов, ни рыбаков-любителей. Ихтиологи говорят, что такого количества кефали на Южном берегу Крыма не видели давно.

Оксана Галькевич: Ну а Минэкологии Московской области, ты помнишь, на днях предупреждало о нашествии хищников. Сразу в нескольких районах возле жилых домов видели медведей, волков и лис.

Константин Чуриков: Это точно Минэкологии? Это не Роспотребнадзор? На всякий случай уточню.

Оксана Галькевич: Нет, Костя, это был официальный пресс-релиз от Минэкологии Московской области.

А вот Роспотребнадзор и Росгидромет этот интересный момент нашей жизни решили использовать особым образом: в 12 самых загрязненных городах нашей страны будут проведены дополнительные измерения качества воздуха. Например, это Братск, Красноярск (я сейчас некоторые назову), Липецк, Новокузнецк, Норильск, Челябинск. Вы понимаете, там расположены крупные промышленные предприятия. Вы сейчас видите на карте эти города. До 12 мая ведомства проанализируют полученные во время отсутствия транспорта на улицах и не работы предприятий данные и сообщат Правительству.

Константин Чуриков: По Москве, кстати, предварительные данные уже есть, и они впечатляют. Уже в начале апреля Мосэкомониторинг зафиксировал в центре столицы снижение загрязнения воздуха. Например, концентрации углекислого и сернистого газа упали в три раза. В спальных районах загрязняющих веществ стало меньше на 30–50%. И это только было в начале апреля. Что же сейчас?

Оксана Галькевич: Друзья, расскажите, пожалуйста, что происходит у вас там, где вы живете – в ваших городах, населенных пунктах, деревнях, в ваших регионах. Звоните, пишите. Мы в прямом эфире, принимаем звонки совершенно бесплатно.

Ну а сейчас…

Константин Чуриков: Сейчас у нас на проводе, на связи по Skype, я надеюсь, эксперт – Андрей Пешков, первый заместитель директора Всероссийского института природы, заслуженный эколог России. Андрей Сергеевич, здравствуйте.

Андрей Пешков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Андрей Сергеевич, вы знаете, нам долгое время в последние годы говорили о том, что человек наносит непоправимый существенный урон природе. Вот мы видим, что месяц самоизоляции, так скажем, снижение нагрузки на природу – и природа стремительно восстанавливается. Впечатляет вот эта скорость, вот это стремление, вот эта скорость природы, ее ресурсы к самовосстановлению.

Андрей Пешков: Свято место пусто же не бывает. Мы же знаем об этом, да? И та скорость, с которой природа радостно восстанавливается в отсутствие человека, говорит о том, что человек делает со своей матерью-природой, нанося достаточно серьезный вред ей. Это, в общем-то, повод нам задуматься относительно того, что мы с вами делаем, что мы производим, как мы это делаем, что мы природе даем взамен того, что мы берем.

Самое впечатляющее для меня, например, было сообщение о том, что в давно протухший такой водоем, можно сказать, болотного типа, как протоки Венеции, зашли дельфины – после того, как постояла два месяца Венеция без миллионов туристов, в том числе и наших соотечественников. И это, в общем, меня, например, просто поразило.

Константин Чуриков: Андрей Сергеевич…

Оксана Галькевич: Костя, прости. Вы знаете, нас в последнее время поразила буквально вчерашняя новость о том, что медведи уже подходят к подмосковным поселкам и дачным поселениям. Это тоже впечатляет. Дельфины где-то далеко, а медведи рядом.

Андрей Пешков: Вы знаете, когда бурые мишки ходят, то это еще ничего – они как-то более или менее адаптированы. А вот то, что к помойкам белый мишка у нас на Севере повадился… И целые поселки бывают часто заперты, потому что не просто один, а несколько десятков белых медведей, которые ничего не боятся, у них в природе нет врагов. И они приходят на помойки из-за того, что люди эти пищевые отбросы оставляют на открытых местах. Вот это уже опасно. Тут надо уже поостеречься.

Константин Чуриков: Андрей Сергеевич, вот эта, скажем так, идиллия, когда природа отвоевывает свое, когда… У меня, например, на даче теперь утки прописались – они туда прилетают, им там хорошо.

Оксана Галькевич: Так это же хорошо.

Константин Чуриков: Да. Вот это с нами надолго? Смотрите. Ведь вслед за экономическим каким-то спадом все равно будет рост. Вот как долго эта идиллия продлится?

Андрей Пешков: Ну, это не идиллия, а это просто отскок от среднестатистического развития нашего общества. Но этот отскок продемонстрировал… И дистанционными методами из космоса мы посмотрели, как атмосфера становится чище и прозрачнее во всех странах, начиная с Китая, где это впервые было отмечено.

Ну, дальше мы просто должны предпринять какие-то меры для того, чтобы максимально сдержать наше негативное воздействие. И тут мы с вами… Особенно СМИ играют очень большую роль. Я тут думаю, что нам всем вместе нужно подумать о том, что мы можем сделать – каждый – для того, чтобы минимизировать при выходе из коронавирусной изоляции воздействие негативное на природу.

Оксана Галькевич: Давайте примем звонок в прямом эфире. У нас на связи Тамара из Тверской области. Здравствуйте, Тамара. Слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. Вот сейчас выступает эколог. А у нас в Твери в водосточные каналы сливают все помойки. Невозможно проходить даже по улице!

Константин Чуриков: Это в самом городе?

Зритель: Вот экологи работают или нет? Это, наверное, их работа. А мы задыхаемся этой вонью.

Константин Чуриков: Тамара, а кто сливает туда все эти нечистоты?

Зритель: Ну, жители.

Константин Чуриков: Жители?

Зритель: Такие крутые приедут, дома понастроили. Мы-то, старенькие, все убираем, и мусор, и все убираем. А они все в канавы сливают, прямо асфальт прорубают.

Константин Чуриков: Извините, а можно узнать, что они туда сливают? Нет, ну мало ли…

Зритель: Ой, ну как это называется?..

Оксана Галькевич: Нечистоты.

Константин Чуриков: Нечистоты? Я понял.

Зритель: И туалет, и все…

Константин Чуриков: Я понял. Просто вы сказали, что это в городе. Я так подумал – в Твери. Прямо в самой Твери, что ли?

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Ничего себе!

Зритель: Это у нас вот так себя ведут.

Константин Чуриков: Тамара, сочувствуем.

Что скажете, Андрей Сергеевич? Тут надо с экологов спрашивать или с жителей?

Оксана Галькевич: Ну, есть какие-то надзорные экологические ведомства, которые должны следить, чтобы не было такого безобразия.

Константин Чуриков: С кого спрашивать, Андрей Сергеевич?

Оксана Галькевич: Андрей Сергеевич, вы нас слышите?

Андрей Пешков: Вы меня спрашиваете?

Оксана Галькевич: Да-да-да.

Константин Чуриков: Да-да.

Андрей Пешков: Коллеги…

Константин Чуриков: Так, это уже неразборчиво. У нас проблемы со связью, к сожалению.

Андрей Пешков: Слышно?

Оксана Галькевич: Вот теперь слышно.

Константин Чуриков: Сейчас получше, да.

Оксана Галькевич: Это в первую очередь дело жителей, которые должны, конечно, остро реагировать на такие нарушения очевидные. А работают или не работают экологи – это вопрос уже… Скажем так, есть реакция населения. Если экологи не реагируют уже на призывы населения, на обращения, в том числе в надзорные органы, в Росприроднадзор, в прокуратуру природоохранную, если и тогда не реагируют, то тогда уже нужно принимать совершенно другого характера меры.

А пока, если наблюдаются такие явные нарушения, значит, просто жителям нужно подниматься и во все колокола звонить, потому что в каждой канаве эколога не поставишь, мы это понимаем. В первую очередь заинтересованы жители в том, чтобы эта информация быстро и в полном объеме, в острой форме доходила до надзорных органов и властей.

Оксана Галькевич: Андрей Сергеевич, хочу у вас спросить как у ученого. Вот это момент – очищение природы, сила восстановления собственных ресурсов, наблюдения, которые вы делаете, – насколько это уникальная история для мировой науки и для российской науки в частности?

Андрей Пешков: Вы знаете, вот то, что мы сейчас имеем в виде факта, никогда раньше человечество не отмечало, по крайней мере в новейшей истории. Ну, я помню из истории – была «испанка», грипп, когда достаточно большое количество жертв было, большой процент жителей Европы, были жизни унесены этим инфекционным заболеванием, похожим на коронавирус. Но в новейшей истории, когда уже средства контроля за средой появились, это впервые. И это очень интересный и уникальный случай, возможность посмотреть, что же мы все-таки делаем и насколько мы загрязнем.

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: Еще звонок – Вера из Москвы. Вера, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Вера.

Зритель: Я хотела бы спросить у ученого-эколога о влиянии телефонии нового поколения, в частности вышек 5G, на экологию, то есть на перелетных птиц, на животных и на человека как на представителя животного мира. Сейчас в большом объеме просто устанавливаются они, в Москве в частности, очень недалеко от жилья. Вопрос заключается в том, насколько это оправданно, насколько это может влиять на наше здоровье в последующем со всеми вытекающими.

Константин Чуриков: Да, понятно. Хороший вопрос, Вера, потому что к 5G отношение вообще очень неоднозначное. Что вы скажете, Андрей Сергеевич?

Андрей Пешков: Если можно, повторите. Мне Веру не очень хорошо слышно было.

Константин Чуриков: Внедрение вот этих сетей 5G. Новый стандарт телекоммуникации – 5G. У нас 4G, да? Широкополосный интернет. Теперь будет 5G.

Оксана Галькевич: Насколько это вредно для человека, для окружающей природы – переход на эти стандарты?

Андрей Пешков: Вы знаете, в начале 90-х, когда появилась сотовая связь, мы достаточно активно смотрели за электромагнитным загрязнением, за воздействием на человека и на элементы окружающей среды. Безусловно, электромагнитное загрязнение, воздействие – оно не полезное.

Но надо сказать, что достаточно серьезные усилия предпринимают производители и эксплуататоры этих сетей сотовых, и они модернизируют их стремительно. Мы не успеваем… Настолько быстро модернизируются технические средства, что мы не успеваем проводить исследования новых, все более и более современных средств, которые появляются.

Ну, интегральная оценка такая, что, безусловно, электромагнитное загрязнение становится все более и более широко распространенным. Это и вайфай, и сотовые сети. Безусловно, надо давать отдохнуть нашим усталым от цивилизации организмам, от этого массированного электромагнитного воздействия. Поэтому неполезно – раз. И нужно стараться все-таки частично позволять организму восстанавливаться, не постоянно давать воздействие. Можно отключать на ночь вайфай, как советуют специалисты.

Константин Чуриков: Да. Телефон подальше прятать, Оксана, подальше от себя класть!

Спасибо огромное. Андрей Пешков, первый заместитель директора Всероссийского института природы, заслуженный эколог России.

Оксана Галькевич: А почему ты решил, что я сплю с телефоном?

Константин Чуриков: Все время с телефоном ходишь – и так, и сяк. Отбрось его подальше!

Оксана Галькевич: Друзья, от телефона моего перемещаемся в ваши населенные пункты, в ваши регионы. Расскажите нам. Мы по-прежнему ждем ваших сообщений о том, как у вас восстанавливается природа, что вы такое отмечаете.

Ну а пока давайте посмотрим, как это в Челябинской области происходит.

Константин Чуриков: Нам уже пишет зритель, что в Челябинске воздух стал чище.

Оксана Галькевич: Вот давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Ну вот. А говорили, что коронавирус – это совсем плохо. Есть плюсы.

Оксана Галькевич: Пишут, что леса почему-то меньше не горят в этом году, несмотря на самоизоляцию.

Давайте подключим к нашей беседе еще одного эксперта. Эксперт ОНФ у нас на связи, руководитель общероссийской организации «Зеленый патруль» Андрей Нагибин. Андрей Николаевич?

Андрей Нагибин: Здравствуйте, добрый день.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Андрей Николаевич, вы знаете, вот за то время, что мы смотрели такой благостный сюжет о том, как стал чище воздух, «нападало» очень много сообщений по поводу как раз этих стихийных каких-то свалок, по поводу лесных пожаров. Вот как бы нам сейчас не впасть в какую-то эйфорию и не не заметить наших текущих проблем? Что нам сейчас нужно делать прежде всего?

Андрей Нагибин: Если говорить о текущих проблемах… Вот вы сказали по поводу мусорной реформы, про реализацию мусорной реформы, в том числе в 2020 году. Я думаю, что это сейчас достаточно серьезная проблема, на которую сейчас уже обратило внимание Правительство.

Мы пророчим, что в апреле месяце до 30 региональных операторов могут обанкротиться по одной простой причине: платежи они сейчас не получают в должной мере, чтобы нормально хотя бы существовать. Я уж не говорю о получении прибыли. Это проблема, действительно, потому что никто у них не отменял плату за ГСМ, никто не отменял плату за лизинговое оборудование, которое в лизинге, никто не отменял зарплату людей на мусоросортировках.

Для них сейчас критическая ситуация, потому что вот здесь не подготовлена эта система помощи, потому что ни один банк сейчас не может прокредитовать региональных операторов, потому что до сих пор не придумано, подо что кредитовать. Под мусор, что ли? Поэтому это большая проблема.

И не нужно впадать ни в какую эйфорию, потому что у нас еще впереди платежи за апрель. Поэтому еще не факт, что не будет объявляться по мусору чрезвычайная ситуация именно в каких-то субъектах и ручное управление субъектами именно по исполнению мусорной реформы на местах. Это если говорить о мусоре.

Оксана Галькевич: Андрей Николаевич, если не о мусоре говорить, а вот о тех изменениях в природе, которые мы наблюдаем. Смотрите, пишет у нас Ленинградская область, что… Ну, в принципе, там и прежде можно было увидеть лису, бредущего лося, а теперь звери и подавно никого не боятся. Карелия: «Досиделись дома – уже рыси гуляют под окнами». Это из города Медвежьегорска нам пишут. Татарстан сообщает: «В этом году очень много птиц прилетело. Необычно, такого не помним».

Как вы считаете, вот после того, как очистился воздух, очистились воды в наших реках, сторонников зеленой концепции развития экономики нашей страны станет больше?

Андрей Нагибин: Ну, во всяком случае, мы поймем и уже начали понимать, что все-таки отдых нашей планете периодически необходим. Мы в свое время, помните… Да и сейчас происходит День тишины, то есть когда отключаем свет на час. Ну, это такие пиар-вещи.

Константин Чуриков: Да, это формальность, конечно же.

Андрей Нагибин: На самом деле мы прекрасно понимаем, что природа очень быстро самовосстанавливается. И просто для того, чтобы чуть-чуть очиститься, необходимо делать какие-то определенные периоды.

Я не говорю… У нас сейчас совершенно неожиданный всплеск экологический. Но за этим пойдут ведь проблемы тоже экологические, потому что во время экономического спада обычно отвлекаются от экологических проблем. У нас после экологического спада, естественно, начнется масштабный промышленный бум. И как раз именно экологические вопросы ставятся иногда в самую последнюю очередь. Потому что понятно, что, допустим, экология является определенной себестоимостью (и немалой себестоимостью) для промышленных предприятий. А сейчас в первую очередь стоять вопросы о заработной плате, о пенсиях и так далее, поэтому экономика – прежде всего. И на этом этапе могут забыть про экологию.

Вот сейчас уже РСПП предложил Правительству сделать каникулы по линии выдачи оформления государственной экологической экспертизы либо сделать какие-то амнистии и поблажки для промышленных предприятий, именно в области экологии. Вот это, я считаю, допустить просто категорически нельзя.

Константин Чуриков: Ну да. Еще у нас есть звонок – это Ольга из Владимирской области дозвонилась. Ольга, здравствуйте. Ваше мнение или ваш вопрос, пожалуйста.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот я присоединяюсь… Я вышла в другую комнату и не вижу, кто там говорил. По поводу экологии. Мы уже дожили до того, что видим результат. Фактически это тоже отзвук экологии – то, как мы живем. Ну, тут все – и техника, и прогресс. Все непродуманно. Ни в коем случае нельзя никаких экологических программ отменять! Мало того, их надо вывести на первую линию и сделать систему. Система должна быть, а не просто так – вот тут, вот там.

И еще вопрос главный. Сейчас строят везде больницы, госпитали по борьбе с коронавирусом, ну и также существующие инфекционные больницы. Вот сейчас показали, что они какие-то отходы скидают прямо, там все засоряют. Какая-то программа есть, ну, система какая-то, чтобы отходы утилизировали?

Константин Чуриков: Вопрос понятен. Просто, Ольга, у нас очень мало времени. Спасибо за ваш вопрос. То есть – какие-то побочные эффекты этого масштабного строительства госпиталей.

Андрей Нагибин: Ну, вообще побочные эффекты коронавируса, безусловно, существуют. Ведь когда мы объявляли программу самоизоляции и объявляли, что каждый должен ходить в повязках… Сейчас повязок очень много. А куда утилизировать? Каким образом поступать с использованными медицинскими повязками, предметами гигиены и так далее? Мы так до сих пор не успели. Ну, как всегда. То есть мы начинаем… И это не только мы, а это весь мир не успел сориентироваться по этому поводу.

А ведь на самом деле медицинские маски, перчатки, предметы гигиены, если это касается, допустим, больных людей, в том числе когда они болеют коронавирусом, – это ведь медотходы класса Б. Их нельзя ни в коем случае захоранивать вместе со всем остальным мусором, в том числе бытовым, их необходимо отдельно утилизировать.

Константин Чуриков: Андрей Николаевич, спасибо вам большое. Мы сейчас уже вынуждены закончить нашу беседу, потому что времени мало. Андрей Нагибин, эксперт ОНФ, руководитель общероссийской организации «Зеленый патруль», был у нас на связи.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Станет ли теперь больше сторонников «зелёной» экономики?