Эксперт - о закрытии границ: Не надо политических игрушек - это вопрос чисто медицинский. Рано или поздно все идут именно на эти меры

Эксперт - о закрытии границ: Не надо политических игрушек - это вопрос чисто медицинский. Рано или поздно все идут именно на эти меры | Программы | ОТР

границы, карантин, коронавирус, эпидемия

2020-03-17T20:13:00+03:00
Эксперт - о закрытии границ: Не надо политических игрушек - это вопрос чисто медицинский. Рано или поздно все идут именно на эти меры
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Юлий Нисневич
доктор политических наук, профессор

Иван Князев: Ну что же? Всех выпускать, никого не впускать. Полная самоизоляция. Россия закрывает границы на въезд иностранцев и лиц без гражданства – уже с завтрашнего дня и до 1 мая. Послабления коснутся лишь дипломатических работников, экипажей самолетов, судов, поездов, водителей фур и так далее.

Тамара Шорникова: К чему приведут такие меры? Насколько они оправданные и своевременные? Будем разбираться вместе с экспертами. Ваших звонков и сообщений тоже ждем. Что вы думаете по поводу таких мер?

Представим нашего гостя. У нас в студии – Юлий Нисневич, профессор, доктор политических наук. Юлий Анатольевич, здравствуйте.

Юлий Нисневич: Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Юлий Анатольевич. Ну смотрите. Мы уже столько версий выслушали по поводу того, нужно ли было закрывать границы или нет – от самых фантастических и из серии теории заговора, что это все в каких-то политических целях делается, вплоть до того, что мы на самом деле вообще ничего не знаем про этот вирус, и все еще только впереди, и сейчас такие меры весьма и весьма нужны. Как вы считаете?

Тамара Шорникова: Вы какой придерживаетесь?

Юлий Нисневич: Ну, значит, смотрите. Мы можем, конечно, гадать про этот вирус. До конца не все известно. Но самое главное, что против него нет пока средства борьбы с ним (я имею в виду – медицинского). Но есть, простите, опыт Китая, который жестко закрылся, закрыл целые свои территории. И в результате, по крайней мере по их информации, у них эпидемия идет на спад.

Идея ведь очень простая. Задача в том, чтобы как бы разорвать цепочку передачи этого вируса. Вот в чем основная задача. Насколько такие меры оправданы? Ну, судя по тому, что сделал Китай, похоже, что оправданы. Многие специалисты (я имею в виду – медицинские) говорят, что если бы Евросоюз это сделал раньше и жестче, то такого бы всплеска, как сейчас в Италии, в Германии, во Франции, тоже бы не получили.

Поэтому здесь это не вопрос политический. Давайте только вокруг этого не устраивать политических всяких игрушек. Это вопрос чисто медицинский – борьба с эпидемией. И одно из средств борьбы с эпидемий – это изоляция, это закрытие зон, иногда даже… Помните, есть фильмы, где военные перекрывают целые города, чтобы не было распространения.

Иван Князев: Сейчас мы то же самое можем наблюдать, например, на границе Литвы с Россией.

Юлий Нисневич: Ну, Евросоюз с сегодняшнего дня закрылся, весь Евросоюз.

Иван Князев: Да-да-да. Там уже военная техника стоит вполне себе.

Юлий Нисневич: Во Франции (я вчера разговаривал), там Макрон даже готов вывести войска. То есть, скорее всего, он выведет их на улицы своих городов, для того, чтобы уменьшить перемещение людей по улицам своих городов.

Иван Князев: Каких бы то ни было.

Юлий Нисневич: Просто ограничить перемещение, чтобы ограничить эти контакты. Я сам не слышал, но мне говорили, что, когда он вчера выступал, он три раза употребил слово «война», но война с эпидемией. Он так и говорил: «Это не война с кем-то, а это война с эпидемией. Наша задача – спасти человеческие жизни. Вот ради этого мы идем на жесткие меры».

Тамара Шорникова: Сообщения пишут, мол: «Да опоздали мы с этой мерой!

Юлий Нисневич: Да, есть и такое мнение.

Тамара Шорникова: Очень много уже зараженных внутри страны. А еще сколько не выявлено? Непонятно. И так далее.

Юлий Нисневич: Да. Я тоже сегодня слышал мнение одного медицинского специалиста, что вообще это надо было делать раньше. Чем раньше это было бы сделано, тем… Ну, я думаю, что защититься полностью нельзя, но, по крайней мере, какие-то превентивные меры, потому что рано или поздно, обратите внимание, все идут именно на эти меры.

Иван Князев: На почему? Смотрите. Получается, что-то этот коронавирус COVID-19 напугал сейчас мир больше, чем свиной грипп, атипичная пневмония, птичий грипп, вообще вместе взятые.

Юлий Нисневич: Ну, есть данные…

Иван Князев: Там вроде был грипп…

Юлий Нисневич: Скорость распространения другая.

Иван Князев: Скорость?

Юлий Нисневич: У него скорость распространения другая. Он быстрее распространяется. Кстати, по отношению к предыдущим, насколько я смотрел данные, у него уровень смертности меньше.

Иван Князев: Меньше намного.

Юлий Нисневич: Количество зараженных – меньше. Но скорость распространения у этой системы оказалась намного более… скажем так, повышенной.

Иван Князев: Получается, что поэтому мы не закрывали границы, когда у нас был птичий и свиной грипп?

Юлий Нисневич: Я думаю, что, да, скорее всего, поэтому. Потому что там локализация была… Так сказать, легче было провести локализацию в очагах, и тогда они не выплеснулись за пределы своих очагов. И скорость распространения была другая.

Тамара Шорникова: Ну действительно, вот такие меры сейчас по всему миру.

Юлий Нисневич: По всему миру.

Тамара Шорникова: Мы подготовили сборный сюжет, наши корреспонденты. Вот смотрите. Пока, например, в Москве обсуждают возможное закрытие метро, а в Салехарде из-за угрозы коронавируса отменяют национальный праздник, День оленевода, на Кипре на месяц закрылись предприятия общественного питания, торговые центры, музеи и кинотеатры. Анна Тарубарова – о том, как за границей борются с коронавирусом.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: Вот такие меры за границей мы видим. Видим при этом эсэмэски у нас. Конечно, разные настроения гуляют на нашем SMS-портале, в том числе и такие, например: «Хорошо, закрыли границу на въезд иностранцам. Завтра проснемся – какой-нибудь режим ЧС, и не выедем уже сами никуда долго».

Юлий Нисневич: Это, к сожалению, наша действительность. Понимаете, она к коронавирусу не имеет никакого отношения. Наши граждане, к сожалению, так приучены, что они за всем пытаются увидеть совершенно другие последствия. Понимаете?

Иван Князев: Нет, ну смотрите. На самом деле ведь весьма неплохой способ… Вот уже пишет Кировская область: «Вообще нужно вернуть «железный занавес». Весьма такой хороший и действенный способ не пускать ни иностранных журналистов к нам в страну…

Юлий Нисневич: Понимаете, тут есть только одна штука. В тот период, когда существовал «железный занавес», не было интернета. И тогда «железный занавес» как информационная граница срабатывал. А сегодня…

Иван Князев: Так отрубят.

Юлий Нисневич: Вы понимаете, полностью отрубить, как показал опыт того же Китая, невозможно. Тем более вы лучше меня понимаете, что современные технологии развиваются с такими темпами и с такой скоростью, что завтра вы отрубите провайдеров, но есть спутниковые системы, которые вы, извините, не отрубите.

В Советском Союзе можно было ставить радиоглушилки. Причем это стоило, кстати, огромных средств. Вы не забывайте, что борьба с этим – это огромные средства. Это не просто так выключил рубильничек – и все. На это тратятся огромные средства. И их тоже может не хватить.

Иван Князев: Понятно.

Юлий Нисневич: Поэтому здесь «железный занавес» в этом смысле уже не сработает так, как он работал в Советском Союзе, потому что он скорее работал как некая информационная конструкция, понимаете, чтобы люди не видели, как живут в другом мире.

Иван Князев: Там.

Юлий Нисневич: Ну, если хотите, я вам расскажу историю из этого времени, как раз связанную с этим. Вы знаете, почему советских граждан первый раз сразу не выпускали в западные страны, а сначала они должны были поехать в социалистическую страну? Ну, это, может быть, полулегенда, но она имеет под собой некоторые основания. Потому что одного из руководителей комсомола сразу выпустили в Западный Берлин. И когда он увидел то, что там происходит, он сошел с ума. Реально человек тронулся умом, потому что все, что он рассказывал…

Иван Князев: Отчасти, да?

Юлий Нисневич: Нет. Все, что он рассказывал… Нет, он искренне верил в то, что он рассказывал. Но когда он увидел, что происходит на самом деле, у него произошел когнитивный диссонанс. И его пришлось лечить в психиатрической больнице. Поэтому сначала, чтобы как бы приучить к тому, что не все так плохо, как рассказывают, выпускали в социалистические страны, а потом – в западные. Так что это чисто информационная конструкция.

Тамара Шорникова: Послушаем телефонные звонки. Наш телефон открыт для вас. Лев, Московская область.

Зритель: Да-да.

Иван Князев: Слушаем вас. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вы понимаете, я просто возмущен! Ну как? Я считаю, что это преступная халатность нашего руководства, Министерства здравоохранения Московской области в том числе. Почему? Я сейчас объясню.

В самом разгаре коронавирус, он идет по миру довольно бурно. А у нас аэропорт. По различным сообщениям, кто-то потерялся, где-то исчез из прилетевших. А между тем в Лобне объявляют диспансеризацию населения. В поликлинике, в нашей Лобнинской поликлинике огромное скопление пожилых людей. Это о чем-то говорит?

Юлий Нисневич: Это говорит об идиотизме.

Зритель: Вы понимаете, я считаю, что это просто преступление в отношении населения. Я не знаю, что вообще творится в Московской области. В смысле – здравоохранение, в частности в городе Лобне. Если вы посмотрите, что творится в нашей Лобнинской поликлинике, сколько там смертей за последнее время было…

Иван Князев: Ну, можем представить, да. Спасибо, спасибо вам, Лев.

Тамара Шорникова: Своевременно.

Юлий Нисневич: Это как раз непрофессионализм классический. То есть люди ждут, не чтобы самим понять. Все-таки врачи-специалисты должны быть. А они ждут, пока им придет команда. И пока не отменили диспансеризацию, они выполняют предыдущую команду. Это наша современная болезнь, и не только в медицине – огромное количество непрофессионалов. Вот это приводит к катастрофам.

Иван Князев: Юлий Анатольевич, смотрите. Ну, несмотря на то, что… Многие нам пишут, что границу нужно было закрывать давным-давно, раньше надо было это сделать. Сейчас очень многие наши люди оказались за границей и не могут попасть домой из-за всей этой… Ну, я не знаю, как сказать.

Юлий Нисневич: Я еще раз говорю: это из-за того, что у нас плохо все организовано. Я сегодня по Euronews видел: у нас 100 туристов застряли на Филиппинах. Про них просто забыли.

Иван Князев: Вот у нас как раз таки…

Тамара Шорникова: Как раз скайп оттуда у нас сейчас с одним из таких туризмов.

Юлий Нисневич: Вот-вот-вот. Я не видел эту историю.

Иван Князев: Да, один пример у нас есть. Туристы из России как раз таки застряли на острове Боракай на Филиппинах, они не могут вылететь домой.

Юлий Нисневич: Там около 100 человек.

Иван Князев: Все рейсы отменены. Сейчас с нами на связь выходит Илья Борок. Илья, слышите нас?

Тамара Шорникова: Илья – как раз один из туристов. Илья, сколько человек вместе с вами ожидают какого-то решения?

Илья Борок: Больше 100 человек. Среди них дети, пожилые люди и один инвалид.

Тамара Шорникова: Где вы сейчас находитесь? С кем контактируете? Что вам говорят?

Илья Борок: Мы находимся на острове Боракай. Это маленький островок на Филиппинах. Такая же проблема и на других островах существует.

Тамара Шорникова: Я имею в виду – вы в отеле?

Илья Борок: Что нам говорят? Нам говорят: «Проблема ваша решается. Находитесь в отелях, никуда не ездите, не приезжайте в местные аэропорты, местные авиарейсы отменены». При этом никаких реальных действий уже который день – наверное, уже дня три – не производится.

Иван Князев: Скажите, пожалуйста, а вы туда когда приехали?

Илья Борок: Мы приехали, конечно, в разные сроки. Кто-то приехал в феврале, кто-то – в начале марта, кто-то – в середине марта.

Иван Князев: Просто сейчас как раз середина марта. Я пытаюсь понять, как вы решились туда поехать в такой ситуации. Это тоже интересный момент.

Илья Борок: Многие едут же транзитными авиарейсами, то есть через третьи страны. Они отдыхали где-то в других уголках Азии: Малайзия, Индонезия, те же Филиппины. То есть никто не ожидал такого развития событий, в частности того, что просто закроют местные авиарейсы, не позволяя гражданам воспользоваться своими международными авиаперелетами.

Тамара Шорникова: Что вам говорят ваши туроператоры, если вы по турпутевке, или отельеры, например?

Иван Князев: Вообще с кем вы контактируете из представителей? Может быть, с посольством?

Тамара Шорникова: Наверняка жилье забронировано по определенное число.

Илья Борок: Значит, нам буквально 16-го числа поступила информация от официальных властей, причем в отель просто просунули письма информационные: «У вас 72 часа, чтобы покинуть территорию Филиппин. Что хотите, то и делайте. Выезжайте своим путем, добирайтесь до аэропортов своим ходом, покидайте территорию».

Иван Князев: В смысле? А как своим ходом? На лодках, что ли?

Илья Борок: Началась паника. Но буквально на следующий же день эта договоренность сошла на нет. То есть люди бросились в аэропорты, там сейчас находятся, во многих маленьких островных городках, в островных этих аэропортах. Они сидят там. Остальная часть находится в отелях. При этом никакие рейсы не вылетают. Все просто находятся в изоляции на островах и в аэропортах.

Тамара Шорникова: А вы звонили на горячую линию Роспотребнадзора, Ростуризма, в конце концов в МИД российский?

Илья Борок: Звоним постоянно. Ответ следует такой из посольства: «У нас комендантский час, мы физически не можем быть в другой провинции». А посольство у нас, как известно, в Маниле расположено. Информация по консульскому отделу посольства – он временно вообще приостановил работу с 17 марта. Я не знаю, какие действия и кем предпринимаются. У нас ощущение, что мы просто находимся здесь брошенные, забытые, никому не нужные. И главное – мы ничего физически не можем сделать.

Тамара Шорникова: Понятно. Но из отелей пока никто не выселяет физически?

Илья Борок: Понимаете, какая ситуация? У многих же закончился уже срок. Кто-то должен был вылететь 15-го, 16-го, 17-го. Они это сделать не смогли и сейчас не могут. А деньги у многих закончились.

Иван Князев: Да, кстати.

Илья Борок: И они сейчас за свой счет, по сути, проживают в этих отелях.

Иван Князев: А питаетесь-то вы как, где? Ну, деньги сейчас закончатся – что делать-то будете?

Илья Борок: На самом деле, конечно, помогают родственники, присылают деньги. Но ведь эти ресурсы не безграничные. А цены здесь, сами понимаете, курортные.

Иван Князев: Я просто хотел узнать. Бесплатно вас не кормят?

Тамара Шорникова: Никто ничего не предоставляет?

Илья Борок: Здесь нет ничего бесплатного – ни проживание, ни питание. Более того, многие авиарейсы слетели же у людей. Вот те, которые сидят в аэропортах. И они сами вторично и даже в третий раз купили новые авиабилеты, и эти рейсы были опять же отменены. И сейчас эти люди в аэропортах, по сути, потратив деньги, при этом даже не надеются на возврат. Они просто надеются на то, что каким-нибудь образом решится вопрос, чтобы они вернулись на родину.

Иван Князев: Да, хорошо, спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо большое. Будем следить за ситуацией. Наш российский турист на Филиппинах Илья Борок рассказал о ситуации там.

Иван Князев: Юлий Анатольевич.

Юлий Нисневич: Сегодня была передача… Ладно Филиппины. В Праге выселяют из отелей, потому что отели ставят на дезинфекцию, на санитарную обработку. И наших туристов просто, извините, на улицу выселяют. Это в Праге, в двух шагах.

Иван Князев: Та же история на Кипре сейчас. Та же история на Кипре. Мои коллеги, наши коллеги, знакомые не могут…

Юлий Нисневич: К сожалению, понимаете, это беда нашей системы организации. Вот сегодня даже пресс-секретарь Ассоциации туристических операторов говорил: «Мы про своих знаем». А сколько людей уехало помимо туроператоров – этим никто не интересуется, никто не знает.

Я вам приведу сейчас пример. Тут приезжала группа британских школьников. Они тут тоже долго мучились – то ли им возвращаться в Британию, то ли им поехать в Петербург. Решили поехать в Петербург. И им пришла из Британии команда: немедленно возвращаться! И все было тут же организовано. Это не туристы. Их тут же нашли, дали им команду и сказали, как они будут выбираться. Понимаете?

Иван Князев: Ну а с этими-то что делать? Я так понимаю, здесь единственный вариант – не знаю, какой-нибудь военный корабль подойдет к острову и заберет их оттуда. Я не знаю, чартеры там будут летать или нет.

Юлий Нисневич: Ну, на самом деле там есть проблемы с этими маленькими аэропортами. Непонятно, конечно, как из них эвакуировать. Я с вами согласен. Не в каждый маленький аэропорт, во-первых, любой самолет сядет.

Иван Князев: Ну да.

Юлий Нисневич: Там нужны специальные воздушные суда. Но тем не менее я думаю, что если бы этим заниматься, то это можно сделать.

Тамара Шорникова: Предварительно, да?

Юлий Нисневич: Да нет, даже сейчас начать переговоры с местными властями. Там же летали самолеты. Значит, можно с ними договориться, что какими-то самолетами они их, условно говоря, вывезут в одно место, в большой аэропорт, откуда их можно забирать.

Иван Князев: Ну, тут еще надо понимать – из Москвы летали эти самолеты или все-таки на перекладных?

Юлий Нисневич: Нет. Я думаю, что на маленькие острова локальная авиация была.

Иван Князев: В том-то и дело.

Юлий Нисневич: Тут надо договариваться с местными властями.

Иван Князев: Тут целая цепочка.

Юлий Нисневич: Да. Ну, тут надо этим заниматься, а не сидеть и говорить: «У нас карантин». Понимаете?

Тамара Шорникова: Послушаем телезрителя из Астрахани, Татьяна к нам дозвонилась. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Да, добрый день.

Тамара Шорникова: У вас как в Астрахани дела обстоят? Что в магазинах? Что на работах говорят?

Зритель: Да у нас вроде бы нормально, у нас пока вируса нет. Я хочу сказать вот что. Закрыть границу и оставить всех курортников, которые уехали туда, за границей. Уже около месяца говорится о коронавирусе, а они до сих пор оттуда не уехали и сидят. А теперь у правительства должна болеть голова, они должны посылать самолеты и за бюджетные деньги их оттуда выковыривать, вытаскивать. А потом они этот вирус привозят в Россию. Я могу понять того, кто уехал в командировку и работает, но не могу понять «патриотов», которые отдыхают во время эпидемии гриппа за границей. Пусть сидят там.

Юлий Нисневич: Вот это, к сожалению, наше отвратительное общество.

Тамара Шорникова: Татьяна, а вы где отдыхаете?

Иван Князев: Жестокая вы!

Зритель: Я не отвратительная.

Юлий Нисневич: Это просто отвратительно!

Зритель: Это отвратительные туристы. Им западло отдыхать в городе у себя, в России. Они все места объехали. Деньги оставлять в России надо, а они везут туда. А теперь у нас должна болеть голова.

Юлий Нисневич: Для этого государство и существует – чтобы защищать своих людей.

Тамара Шорникова: Понятно, спасибо.

Иван Князев: Да, Татьяна, спасибо, конечно. Но я тоже не согласен с нашей телезрительницей. Это просто нецивилизованно.

Юлий Нисневич: К сожалению, в нашем обществе вот эта отвратительная манера ненависти к своим же согражданам. Понимаете, все люди в любой стране мира немножко поверхностные, они немножко недооценивают ситуацию. Это не только наших сограждан касается, это во всем мире так происходит. В Испании была информация… Когда все закрыли, и там были англичане, британцы. Они устроили потасовки на улице, потому что им негде было выпить. Ну, это свойственно нормальным людям. Но вопрос в том, что государство любых своих граждан обязано защищать, кто бы они ни были.

Иван Князев: Русские своих не бросают.

Юлий Нисневич: Ну, не только. Вот как раз мы говорим, а там это делают, там это просто делают.

Иван Князев: Юлий…

Тамара Шорникова: Что касается… Перебила?

Иван Князев: Да. Юлий Анатольевич, смотрите. Сейчас вроде как говорится о том, что закрытие границ… Ну, Европа на месяц закрыла, да?

Тамара Шорникова: Пока, пока на месяц.

Юлий Нисневич: До 10 апреля.

Иван Князев: У нас – до 1 мая.

Юлий Нисневич: До 1 мая, да.

Иван Князев: С завтрашнего дня. Как вы думаете, этот срок окончательный?

Юлий Нисневич: Думаю, что нет. Я думаю, что, скорее всего, нет, судя по тому, как развивалась ситуация в других странах. Мы идем с запаздыванием, наверное, где-то месяц по отношению к тому, как развивалась ситуация в Европе. Я не думаю, что мы чем-нибудь будем сильно от этого отличаться. Просто, может быть, быстрее закончится. Но то, что это будет продолжаться – я почти в этом уверен. Вот только что у вас была информация, что уже 15 регионов.

Иван Князев: Да.

Тамара Шорникова: И вдогонку вопрос. У нас впереди серьезное мероприятие – у нас, в конце концов, голосование по поправкам. У нас празднование 9 мая.

Юлий Нисневич: Франция совершенно гениально показала историю с голосованием. Сначала они тоже, как наши: муниципальные выборы, демократия превыше всего. Но как только Макрон понял, что происходит, они тут же все выборы унесли и сказали: «Нет, ребята, жизнь людей дороже любых демократических процедур». В чем он был абсолютно прав.

Иван Князев: Знаете, такой немаловажный момент – у нас 9 мая на кону.

Юлий Нисневич: Вот это более сложный вопрос. Понимаете, в чем дело?

Иван Князев: Мы тут понаприглашали полмира.

Юлий Нисневич: Во-первых, никто не приедет. Это уже понятно.

Иван Князев: Ну, это ладно. Кто-то собирался, но теперь уже…

Юлий Нисневич: Ну, собирались, но это было когда? С другой стороны, понимаете, в чем дело? Во всех странах, в которых сегодня происходят эти процессы, все массовые мероприятия, какие бы они значимыми ни были… Простите, но жизнь людей дороже. Вот жизнь сегодняшних людей. Надо спасать тех людей, которые сегодня есть.

Ну не отметим мы один раз 9 мая с пышными военными парадами – и что? От нас убудет, что ли? Что, человеческая память от этого изменится? Если она есть, если это не наносное, если это реальная память. Простите, у нас до 65-го года вообще не было Дня Победы, если вы знаете, никто его не праздновал до 65-го года. И что, от этого память о войне была меньше?

Иван Князев: Ну, это отдельная тема. Я просто поэтому и спрашивал: на какой срок у нас закроют границу?

Юлий Нисневич: Ну, это все будет зависеть от того, как будет развиваться ситуация.

Иван Князев: Сейчас сложно сказать.

Юлий Нисневич: Судя по тому, что мы даже уже увеличили по сравнению с европейской тенденцией, то, видимо… Ну, я не думаю, что это будет конец.

Иван Князев: Пензенская область у нас на связи. Александр, добрый вечер.

Зритель: Алло.

Иван Князев: Ваше мнение о закрытии границ, о самоизоляции?

Зритель: Я не о закрытии границ хотел бы сказать.

Иван Князев: Это интересно. Ну давайте.

Зритель: Мне бы хотелось, чтобы Россия немного закрывалась. Алло.

Тамара Шорникова: Вообще? Без учета коронавируса? Сама по себе?

Зритель: Нет, и с этим учетом. Тем более сейчас у нас есть повод.

Тамара Шорникова: Хорошо. Александр, продолжите мысль. Вы хотите, чтобы Россия закрывалась. Как? От кого? На сколько?

Зритель: Ну, дело в том, чтобы она закрывалась относительно того, чтобы мы были самодостаточным государством, не закрываться от своих граждан. Мы должны быть сильным государством, и своих людей мы всегда должны принимать и лечить сами. Мы богатое государство, мы можем себе это позволить.

Тамара Шорникова: Так, хорошо. Спасибо, Александр.

Иван Князев: Понятно.

Тамара Шорникова: Знаете, мне интересно. Действительно, многие пишут: «Сильнее будем!» Как раньше говорили про санкции: «Ну и хорошо. Теперь свое будем выпускать». А сейчас говорят…

Юлий Нисневич: У нас только из-за импортозамещения свинина одна сработала, а все остальное не сработало.

Тамара Шорникова: Вот у меня вопрос: а мы можем как-то самодостаточность развивать без ограничений внешних?

Юлий Нисневич: Не можем, не можем, не можем. Мы не можем развиваться. Ни одно государство в мире сегодня не может развиваться без связей с внешним миром. Так устроен современный мир, это его особенность.

Иван Князев: Но говорят, что после коронавируса все уже поменяется, глобализация уйдет на второй план.

Юлий Нисневич: Я думаю, что нет. Никуда она не уйдет, потому что международное разделение труда никуда не денется. Понимаете, в чем дело? Бизнес все равно будет искать там, где ему выгоднее. Он так устроен. Да, будут какие-то изменения, безусловно. Кстати, вопрос. Основное изменение, которое должно произойти, и оно произойдет – это в медицине. Вот здесь действительно это будет. Потому что одна из проблем с коронавирусом… Знаете, в чем дело? Ни в одной стране мира не хватает аппаратов по вентиляции легких. Вот где оказалась болевая точка.

Иван Князев: Да-да-да.

Юлий Нисневич: К этому никто не был готов.

Иван Князев: Об этом, кстати, все врачи в один голос говорят.

Юлий Нисневич: Нет, ну это, в общем, известно, что это основное. Врачам приходится идти на страшные вещи: им приходится выбирать, кого ставить под вентиляцию легких, а кого – нет. Потому что не хватает аппаратуры. Вот это проблема.

И вторая проблема – надо научиться очень быстро перестраивать медицинскую промышленность под какие-то изменения. Ведь история с этим коронавирусом – я думаю, что это не последняя история в истории человечества. Такие штуки будут происходить, потому что шарик закрыть нельзя, он стал маленьким, и мы все перемещаемся по этому шарику. Если вы помните, даже чумные эпидемии шли годами. И там, кстати, спасала изоляция прежде всего.

Иван Князев: Спасибо вам. Юлий Нисневич был у нас в гостях, профессор, доктор политических наук.

После новостей поговорим про Калининградскую область, которая уже фактически оказалась в изоляции. Ну, она и до этого была в изоляции, потому что за двумя границами, а теперь в условиях пандемии коронавируса ситуация может быть хуже. Оставайтесь с нами.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Арсен
Посмотрим какой медицинский случай произойдёт до 1-го мая, а пока операция "Вирус" под вопросом.