Экстрасенсорика, магия или фокус? Николай Фомушин в прямом эфире ломает карандаши… купюрой

Гости
Николай Фомушин
член Экспертного совета Премии им. Гарри Гудини
Антон Палеев
депутат Московской городской Думы, председатель комиссии по делам общественных объединений и религиозных организаций

Виталий Млечин: Естественно, самую интересную тему мы приберегли на финал нашей программы. Что произошло? В Москве предложили создать реестр магов-мошенников и объединить всех экстрасенсов в профессиональную ассоциацию. Инициатива исходит из Московской городской думы.

Тамара Шорникова: Там считают, что квалифицированная ассоциация будет давать оценку людям с паранормальными способностями. Это должно позволить их клиентам самим решать, стоит ли прибегать к помощи таких специалистов. Кроме того, подобные меры помогут дать правовую оценку действиям экстрасенсов. Во всем этом, в нюансах будем разбираться, и самое главное – в перспективах, вместе с экспертом. Давай представим нашего гостя.

Виталий Млечин: Да, это член экспертного совета премии имени Гарри Гудини иллюзионист Николай Фомушин. Николай, здравствуйте.

Николай Фомушин: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Давайте, прежде чем мы начнем обсуждать, небольшую интересную статистику. Годовой оборот сверхъестественного рынка в нашей стране оценивается в 300 млн долларов (или почти 20 млрд рублей). Это больше, чем годовой доход бюджета республики Адыгея, например. Еще 20 млрд рублей – это та сумма, которую государство тратит на выплату всех российских пенсий в день.

Тамара Шорникова: Тем не менее, ВЦИОМ выяснил отношение россиян к колдовству. Оказалось, что половина опрошенных верит в приметы и в то, что отдельные люди обладают магическими способностями. Треть опрошенных признаются, что считают определенных людей способными наводить порчу, сглаз. Четверть заявляет, что сталкивалась с подобными проявлениями лично.

Виталий Млечин: 27% респондентов к магам обращаются в крайне затруднительной, безвыходной ситуации. За помощью в различных вопросах к колдунам приходят 14% опрошенных, по болезни – 8%. Значительно реже говорят о том, что к экстрасенсам идут, чтобы навести или снять порчу, или приворожить, например, кого-то, так говорят 6%. Узнать судьбу – всего 2%. Мне казалось, что будет гораздо больше такой результат.

Также прибегнуть к колдовству, по мнению опрошенных, некоторые люди могут просто по глупости. Так сказали 14% тех, кого спросили, и слабохарактерности – 13%.

Тамара Шорникова: Говорят ли эти цифры о том, что сферу непознанного пора начать регулировать, выясним с нашем гостем. Мы его уже представили. Еще раз. Николай Фомушин, член экспертного совета премии имени Гарри Гудини.

Виталий Млечин: А вы верите колдунам?

Николай Фомушин: Вы знаете, я бы очень хотел верить, потому что это интересно, это необычно, это очень похоже на то, что делаю я, только как бы по-настоящему. Но, к сожалению, в своей практике я ни разу не сталкивался с настоящими чудесами. Но, к сожалению или к счастью, я не знаю, я сталкивался очень много раз с теми людьми, которые заявляли, что они обладают чем-то, но на самом деле не обладали.

Виталий Млечин: Вы иллюзионист. На всякий случай напомню нашим зрителям. Иллюзионист и маг – это совершенно разные вещи?

Николай Фомушин: Да, здесь есть такие принципиальные нюансы. Притом, что часто и иллюзионисты, и экстрасенсы… Притом, что есть менталисты, которые как раз показывают такие всякие психологические техники. Это очень похоже. Но какая большая разница? К иллюзионистам идут, когда хорошо, когда есть лишние деньги и хотят развлечься, а к экстрасенсам идут на последние, когда все плохо.

Тамара Шорникова: И сразу давайте тоже уточним, чем занимается Николай. Расскажите о премии Гарри Гудини. Чем занимается экспертный совет, который раздает эту премию, или пытается по крайней мере?

Николай Фомушин: В принципе у премии Гудини есть такой идейный вдохновитель – это фонд Джеймса Рэнди, который несколько десятилетий искал по миру, в Штатах экстрасенсов, и там предлагался 1 млн долларов. Было очень много заявителей, демонстрирующих телекинез, телепатию. Никто доказать не смог, потому что учредитель Джеймс Рэнди – это известный иллюзионист, популяризатор науки. И у нас уже несколько лет есть аналог. Это премия имени Гарри Гудини, цель которой – не доказать, что есть экстрасенсорика, нет экстрасенсорики, а хотя бы повысить уровень критического мышления. Чтобы люди, даже которые очень хотят пойти, чтобы они проверили, усомнились, не верили заголовочку в газете или каким-то программам, которые идут по федеральному телевидению, а увидели и посмотрели, что многим вещам есть рациональное объяснение, многие заявленные вещи не работают.

Поэтому мы ставим экстрасенса. Экстрасенс сам выбирает, что он хочет показать. Мы просто делаем, чтобы не было возможности для применения трюковой техники, для утечки информации, и предлагаем пройти серию тестов, чтобы исключить вероятность чисто статистической погрешности.

Виталий Млечин: Например, что это может быть?

Николай Фомушин: К примеру, мы всегда предлагаем… Какая-то способность у вас лучше всего развита. И у нас был претендент, финалист очень известной передачи про экстрасенсов. Все поняли, какой, да. И она говорила, что чувствует энергию денег. Поэтому мы сделали просто. 10 коробок. Она утвердила, какие это коробки. Деньги. И она должна была почувствовать, в какой коробке находятся деньги. При этом у нас двойной слепой метод, то есть никто в комнате не знал, где находится. Потому что если бы хотя бы один человек знал, можно считать по реакции. И они, кстати, это делают классно, как и некоторые иллюзионисты. Полностью чистый эксперимент. И, к сожалению, ни разу не удалось найти. Но после этого было очень много объяснений, что проверка пришлась на Рамадан, что деньги предназначались не ей и не было объективной необходимости их найти.

Тамара Шорникова: И Сатурн в Тельце в это время наблагоприятен.

Виталий Млечин: Получается, что деньги не только не пахнут, но еще и никакого биополя нет.

Николай Фомушин: Получается, что так.

Виталий Млечин: Одно сплошное расстройство.

Николай Фомушин: Потом искали металл с таким же результатом. Чувствовали энергию металла, золота. Потом у нас были люди, которые видели ауру человека и по фотографии могли определить причину и обстоятельства смерти. И здесь интересный момент. То есть было 10 фотографий людей с именами и 10 обстоятельств. И нужно было фактически соединить, как в детской игре. И перед экспериментом с экстрасенсами мы взяли человека из зала и сказали ему просто расставить наугад, как он хочет. И у него результат получился лучше, чем у любого из экстрасенсов.

Виталий Млечин: Так, может, он был настоящим экстрасенсом?

Тамара Шорникова: Достоин премии.

Николай Фомушин: Второй раз у него не получилось. Надо вовремя остановиться.

Тамара Шорникова: На волне успеха.

Виталий Млечин: Вовремя уйти. Давайте зададим вопрос нашим зрителям, как мы всегда здесь делаем. Вы в сглаз верите? Пожалуйста, напишите нам СМС на короткий номер 5445. Да или нет. Подведем итог буквально через 20 минут. А прямо сейчас побеседуем с автором инициативы о том, что стоит создать реестр магов мошенников, депутатом Московской городской думы Антоном Палеевым. Слышите ли вы нас?

Антон Палеев: Да, добрый день.

Виталий Млечин: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, почему Мосгордума именно сейчас решила обратить внимание на эту сферу.

Антон Палеев: Мосгордума еще ничего не решила. Ваши коллеги, журналисты и двое потерпевших людей обратились, утверждают, что их обманули. Я этих обстоятельств не проверял. И был поставлен такой общественный вопрос передо мной, перед нашими экспертами. Я возглавляю комиссию по общественным объединениям и религиозным организациям. В принципе подобные вопросы, вопросы сектантства очень часто возникают у нас в рабочей комиссии. Это еще не решение. Это пока обычное обсуждение. Я предложил по аналогии с другими похожими отраслями, чтобы кто-то из активных организаторов или действующих лиц в этой области создали сами самоуправляющуюся организацию. Ее можно условно назвать ассоциацией. Такие примеры есть и в нашей стране, и в мире. И в рамках этой ассоциации они могли бы сами регулировать эти вопросы. Выявили бы ряд критериев с помощью экспертного сообщества, могли бы пригласить независимых людей, которые могли бы составлять это сообщество, открытые порталы, интернет-ресурсы. Во всяком случае, из латентной формы этого большого количества людей, которые себя именуют магами, волшебниками, медиумами, экстрасенсами и так далее, люди сами могли бы разобраться, кто действительно что-то предлагает (а такие есть среди них, безусловно, кто может предложить какие-то интересные вещи, на которые есть спрос), а кто просто занимается мошенничеством.

Виталий Млечин: Скажите, пожалуйста, когда вы говорите об интересных вещах, на которые есть спрос, вы что имеете в виду?

Антон Палеев: Я имею в виду, конечно, не волшебство и, конечно же, не какие-то чудеса. Я имею в виду, что есть некоторые последователи, я их знаю, я этой темой занимаюсь 15 лет, встречался с ними, которые являются собирателями различных практик, которые не являются традиционными на территории России. Это, конечно, практики в области эзотерики, психологии, психотерапии. Они не являются традиционными, малоизвестны, но они довольно эффективны. Они иногда облегаются в такую полуволшебную форму, видимо, для рекламы или потому что просто не в состоянии с первых встреч своим клиентам передать всю глубину и суть этого явления. Но, тем не менее, я как раз участвовал и лично встречался. Они действительно владеют и южноафриканскими методиками, и азиатскими, и европейскими различными. И сейчас очень часто все это идет через медитацию. На интерес к медитации вообще колоссальный всплеск в Москве. Они используют эти практики, такие собирательные различные клише, различные умения, учения и так далее и предлагают их в качестве услуги. Рынок устроен таким образом, что вне зависимости от того, о чем мы с вами сейчас говорим, это существовало десятилетиями до нас и будет существовать десятилетиями после. На это есть спрос, понимаете? На эти вещи сейчас есть спрос.

Поэтому я просто еще раз говорю. Я самоустранился. Я ничего не организовываю, не имею к этому никакого отношения. Но я предложил тем, кто хочет, кто считает, что действительно в этом есть какой-то интерес, и у кого есть соответствующий опыт, последователи, может создать такую ассоциацию. Это хороший инструмент, хороший путь.

Тамара Шорникова: Нет ли риска здесь, что у людей, которые возглавят эту ассоциацию, будет такой соблазн для какой-то коррупции, для введения в эту ассоциацию своих людей, и наоборот для запрета на вход в эту ассоциацию неугодных конкурентов. Потому что действительно достаточно сложно определить критерии для выявления, специалист это или нет. Как в других отраслях, например.

Антон Палеев: Смотрите, как это бывает. Коррупция там невозможна. Действительно, если люди берут на себя инициативу, вкладывают средства, силы, возможности, они, конечно, стараются в ассоциацию принять себе подобных. Хотя по примере… в Москве, которые долгие годы существовали бесхозно, сейчас ассоциация решила многие вопросы. Тогда создается вторая ассоциация. Те, кто не согласен, могут создать их две, три, сколько угодно. Но для нас, потребителей, я условно говорю, я не хожу сам на эти занятия и так далее, это все равно решение вопроса. Потому что интернет, эти реестры, эксперты. Вы говорите, что будет предвзятое отношение. Вы можете своих экспертов предложить.

В любом случае, когда это попадает в публичную плоскость, есть сайт, есть какие-то оценочные критерии, которые принимает ассоциация, это написанная вещь, за это придется отвечать, а не то, что сейчас каждый лепит то, что он считает нужным. Будут первые пробы, ошибки. Но в итоге через несколько лет, как, например, в Соединенных Штатах Америки или во Франции, мы придем к довольно конкретным… Ведь у них это абсолютно осязаемая вещь, вплоть до того, что чуть ли не сертификация. То есть если ты работаешь в таком-то направлении, получи соответствующий сертификат, плати налоги – и к тебе общество не имеет никаких претензий. Здесь это сейчас находится в совершенно бесхозной форме. И дальше будет так же находиться.

И еще раз говорю. Я не предлагаю кого-то обвинять. Просто нужно более цивилизованно к этому подходить, потому что рынок довольно большой, зарабатывают они немало. Стоимость услуг в разы больше, чем у традиционных врачей. Если вы пойдете к психологу или к психотерапевту, консультация в Москве стоит 3-5 тысяч. Это официально, средняя цена. К какому-то серьезному медиуму – это будет 20 000 рублей. Или к человеку, который предлагает какие-то иные альтернативные варианты.

То, что я вижу по ситуации, многие из них действительно… Люди говорят: «Да, это мне помогло». Иногда это осязаемо, иногда нет. Но это услуга. Это не должно быть так, что рабочий завод изготовил деталь – вот деталь. Иногда люди просто хотят, чтобы им погадали. Они, может, сами в душе не верят в это гадание. Но им это нравится. Они за это платят деньги. Понимаете?

Виталий Млечин: Да. Спасибо вам большое. Это был депутат Московской городской Думы, председатель комиссии по делам общественных объединений и религиозных организаций Антон Палеев.

Тамара Шорникова: И буквально одну СМС.

Виталий Млечин: Можно даже 2.

Тамара Шорникова: Хорошо. Дагестан прислал сообщение: «Колдуны сильны. Лучше не попадаться им на глаза. Отнимут и здоровье, и деньги, и семью разрушат». Я хочу обратиться в связи с этим к нашим зрителям. Позвоните к нам в прямой эфир. Расскажите, обращались ли вы к магам, экстрасенсам, колдунам, и к чему это привело в вашей жизни. Интересно послушать ваш опыт.

Виталий Млечин: Николай, расскажите, пожалуйста, о своей специальности немножко. Некоторые, может быть, менее просвещенные, кто меньше знает, они примерно ставят знак равенства между магами, экстрасенсами и иллюзионистами. Но вы, наверное, этого не делаете.

Николай Фомушин: Конечно, нет. Во-первых, меня немножко подход эксперта удивил, что эту сферу нужно как-то вывести из тени. Притом, я понимаю логику: можно обложить налогами.

Тамара Шорникова: Тем более, доходы серьезные.

Николай Фомушин: Да, очень серьезные, сверхдоходы. Действительно, 20 000 – это еще очень даже бюджетненько. Но если это узаконить, то это будет как дополнительная реклама, что это поощряется государством. То есть, скорее, нужно повышать уровень критического мышления. Нестрашно, когда человеку гадают. Хотя и здесь можно запрограммировать, что-то внушить в своих интересах, чтобы после сеансов гадания еще карму чистили 2 года за бешеные деньги. Хуже, когда человек начинает лечить и говорит больному онкологией отказаться от химиотерапии и пить настойчик, который тоже стоит 30 000 рублей.

Виталий Млечин: Это вообще должно быть уголовным преступлением.

Николай Фомушин: Да. Поэтому мне кажется, что в эту сферу нужно идти и просвещать людей, а не сертифицировать. Уже, по-моему, попытка была. Я не знаю, как это работает. Есть сертификация мастеров нетрадиционной медицины, экстрасенсов. Меня удивило, что там требуются диплом, отзывы, но там не требуется просто показать в условиях эксперимента свою способность. То есть просто бумажки достаточно. Это мне кажется очень странным.

Тамара Шорникова: Или справку от специалиста хотя бы, что человек не стоит на учете.

Николай Фомушин: Да, да. Хотя, знаете, на самом деле специалистов, ученых иногда бывает проще всего обмануть. Поэтому в нашей комиссии премии Гудини, помимо докторов наук в разных сферах, кандидатов наук, есть иллюзионисты, которые трюковые часть могут сразу увидеть. И здесь тоже упомянули медитацию, мастеров восточной медицины. Буквально на той неделе к нам приезжал мастер тай-цзы, по-моему, и он рассказывал про практики. И чтобы показать, что он обладает какими-то способностями, было несколько демонстраций. Одну из них я могу даже сейчас повторить, не обладая техникой тай-цзы. Я даже не уверен, что я правильно произнес. Но я думаю, что меня это не остановит.

Что он показывал? Он показывал концентрацию энергию. В принципе все это учение было направлено на то, чтобы как-то потоки перенаправлять по телу. У меня есть несколько карандашей. Они куплены в сетевом магазине. Можете посмотреть. У меня есть купюры. Я понимаю, что у вас вряд ли она есть. Можно проверить.

Тамара Шорникова: Карандаш пишет.

Николай Фомушин: Вы сломали. Теперь вы должны 5 рублей. А вы купюру проверьте.

Виталий Млечин: А могу я вам не возвращать ее, нет7

Николай Фомушин: Для эфира, конечно, можете. Смотрите, давайте возьмем любые два карандаша. Дайте два любых карандаша. Я попрошу вас мне помочь.

Виталий Млечин: Я с удовольствием, конечно.

Николай Фомушин: Вы купюру проверили, положили сюда. Пожалуйста, два карандаша возьмите вот так. Прямо за кончики, чтобы не было… Прямо плотно держите их.

Виталий Млечин: Я постараюсь.

Николай Фомушин: Я возьму купюру. И на купюре сконцентрирую максимально свою силу, тай-цзы, энергию. Карандаши обычные, не подпиленные, ничего. Держите их, пожалуйста. В купюре ничего не вложено. Смотрите, купюра, ничего не вложено. Концентрируемся. Держим крепко. Раз, два. Секунду, я волнуюсь в прямом эфире. Раз, два, три. Покажите, пожалуйста, карандаши.

Виталий Млечин: И руки мои тоже покажите.

Николай Фомушин: Аккуратненький ровненький разрез – все это энергия. Я понимаю, что многие сейчас… Я даже читаю мысли зрителей. И кто-то даже говорит, что на магнитах, подпиленные. Пожалуйста, давайте возьмем четвертинку за кончики. Сейчас главное, чтоб не пальцы, а то крови будет просто море.

Виталий Млечин: Да, пожалуйста, пальцы берегите.

Николай Фомушин: Я даже не буду сгибать купюры. В ней ничего не вложено. Держим крепко.

Виталий Млечин: Держу крепко.

Николай Фомушин: Настроились?

Виталий Млечин: Давайте. Энергия.

Николай Фомушин: Раз, два, три. Покажите всем.

Виталий Млечин: Вот мои руки. Смотрите.

Николай Фомушин: Собственно, после этого предлагается пройти 2-недельный тренинг, заплатить тоже очень хорошую сумму. И вы не научитесь так, но вы будете чувствовать потоки энергии, может быть, немножко будете себя исцелять. Вы научитесь всему, что нельзя вот так продемонстрировать.

Тамара Шорникова: У нас есть шанс в прямом эфире бесплатно. Как вы это сделали?

Николай Фомушин: Я сам до конца не знаю. Допустим. Но я могу сказать точно, что в этом нет ничего экстрасенсорного, в этом нет никаких долгих практик. И если знать небольшой секрет, за которым стоит абсолютно рациональное знание, любой человек может это повторить через минуту.

Виталий Млечин: Прям любой?

Николай Фомушин: Да. Здесь тоже сказали, что эксперты будут проверять. Однажды в 1979 году был проект «Альфа». Был выделен бюджет, по-моему, 500 000 долларов США, где предложили изучить сверхспособности. Туда пришло порядка 300 человек, среди которых было два фокусника, направленных к Джеймсу Рэнди. Именно они прошли испытания и именно их изучали больше года. И была договоренность. Если их напрямую спросят, не является ли это трюком, они признаются. Поэтому бюджет был освоен, эксперты проверяли. Но там не было фокусника, который мог бы сказать, что это все можно повторить.

Тамара Шорникова: Давайте примем звонок. Вадим из Чукотки.

Виталий Млечин: Вадим, здравствуйте. Говорите, пожалуйста. Вам понравилось наше представление? Фокусом не будем это называть.

Зритель: Здравствуйте. Мне, конечно, понравилось. В 1993 году я работал когда-то санизатором на обычной санизаторской машине. У меня был «КрАЗ», достаточно могучая машина. И в какой-то момент в 1993 году я пересек дорогу двум женщинам, которые мне сказали: «Молодой человек…». И этот день у меня растянулся не на 8 обычных рабочих часов, а часов на 24. Потому что я примерно приехал домой уже к 8 утра следующего дня. В чем все заключалось? Пересек да пересек. Послал их мысленно. Но оказалось, что эта ночь была самая сложная в моей жизни, потому что первая передача включилась задней передачей. Если кто управлял КрАЗом, они поймут, что это практически невозможно. Я работал…

Виталий Млечин: В общем, вы перешли дорогу не тем женщинам, по вашему мнению?

Зритель: Да, да, да.

Виталий Млечин: То есть вот живое свидетельство того, что это существует.

Николай Фомушин: Да. Вы знаете, я тоже приведу один пример. Я не хочу ничего оспаривать. Потому что всегда сложно дистанционно, что было несколько лет назад. Но у меня буквально две недели назад очень сильно заболел копчик на ровном месте. Прошу прощения за такую подробность. И мне моя супруга говорит: «Попарь ноги и завяжи на целый день поясницу шерстяным шарфом». Я улыбнулся, кивнул и этого не сделал. И на следующее утро у меня все прошло. Знаете, как говорят, «как бабка отшептала». И вот я думаю – если бы я все-таки попарил ноги и ходил бы в шарфе, и прошло бы, я бы после этого своим потомкам передавал, как очень важно завязывать шерстяным шарфом спину. Поэтому часто бывает, что люди мнительные, их можно запрограммировать. А что бывает чаще – просто совпадения. И есть даже целый сайт. Мы про это с моим коллегой Александром Панчиным по премии Гудини говорим, где есть такие корреляции, есть даже такой закон, что «вместе – не значит вследствие».

Виталий Млечин: Давайте узнаем, почему тут появилась колода карт на нашем столе.

Николай Фомушин: Вы знаете, я просто хотел с Вадимом пообщаться и тоже предложить ему. Но Вадима нет. Времени у нас мало. Поэтому я с вами, если можно. Я не знаю, как это будет видно, если вот эта область желательно. Смотрите, как работает определенный элемент внушения, программирования. Я не обладаю сверхспособностями, но, возможно, я вру сейчас.

Смотрите, только что, пока вы говорили с Вадимом, в этой колоде карт я перевернул одну-единственную карту. Я не знаю, что это за карта, я не знаю Вадима. Я хотел с ним это сделать. Мы не договаривались. Я надеюсь, что нам поверят. Пожалуйста, здесь 52 карты, нет джокеров. Одна единственная карта. Большинство людей выбирают червовую даму либо семерку. Как вам кажется, какая карта перевернута заранее. Подключите свою интуицию, свою женскую силу.

Тамара Шорникова: Мне кажется, шестерка треф.

Николай Фомушин: Шестерка треф. А почему именно она приходит в голову?

Тамара Шорникова: Первая попавшаяся.

Николай Фомушин: Первая попавшаяся, да? У вас как вообще с интуицией? Я здесь будут показывать сейчас. Смотрите, в этой колоде все карты, я так даже встану, лежат лицом вверх, кроме одной единственной. Возьмите, пожалуйста, покажите в камеру.

Тамара Шорникова: Угу!

Николай Фомушин: Все остальные карты лежат лицом вверх и одна единственная карта. Мы не договаривались. В принципе после этого вы можете уверовать в свою интуицию, а можете похвалить меня за навыки иллюзиониста.

Тамара Шорникова: Я думаю, что все-таки второе.

Виталий Млечин: Давайте мы сделаем и то, и то на самом деле, потому что и Тамаре будет приятно, и вам.

Тамара Шорникова: Кстати, к зрителям. Я не практикую, не беру за это деньги. После этого эфира звонить мне не нужно.

Виталий Млечин: Если только с какими-то позитивными комплиментами. Давайте подведем итоги. Мы спрашивали у вас, верите ли вы в сглаз, и 66% верят. То есть 2 человека из 3 верят в сглаз. Наверное, так надо резюмировать, что это было, есть и будет. И чем больше мы знаем, тем больше все равно людей, которые идут к колдунам несмотря ни на что.

Николай Фомушин: Вы знаете, у нас в последнее время всплеск. Благодаря передачам по федеральному телевидению у нас это как-то популяризируется. И как раз наша премия Гудини нацелена на то, чтобы добавить немножко критического отношения.

Тамара Шорникова: Я надеюсь, что мы тоже добавили немного рациональности в это дело.

Виталий Млечин: Хотя как вы сломали карандаши, я не могу понять.

Тамара Шорникова: Николай Фомушин у нас был в студии. Член экспертного совета премии имени Гарри Гудини. Мы обсуждали магию и волшебство. Имеет это место в нашей жизни или нет, верим мы или неэтот

Виталий Млечин: А вот что точно имеет место в нашей жизни, так это вечерний выпуск программы «Отражение». И вот о чем там пойдет речь. Прямо сейчас расскажем.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

О реестре магов-мошенников

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты