Электронные паспорта прививок

Электронные паспорта прививок | Программы | ОТР

Принудительная вакцинация или забота о здоровье нации?

2020-10-21T23:21:00+03:00
Электронные паспорта прививок
Новые схемы обмана с банковскими картами. Вакцинация продолжается. На что тратим деньги. «Всё включено» по-русски. Как сдержать цены? Чем питаются школьники. Отмена крепостного права. Цифровая школа
Как сдержать цены?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Гости
Леонид Огуль
заместитель председателя комитета ГД РФ по охране здоровья
Виталий Зверев
академик РАН, заведующий кафедрой микробиологии, вирусологии, иммунологии Первого МГМУ имени Сеченова

Ольга Арсланова: Это программа «ОТРажение», мы продолжаем. В России могут ввести электронные паспорта прививок, это идея из Госдумы. Ее автор, замглавы Комитета по охране здоровья, с которым мы обязательно поговорим сегодня, но вот можем сказать сразу, что из этого паспорта станет ясно, привили ребенка родители или нет и если нет, то по каким причинам.

Александр Денисов: Там же, в паспорте, будет указана, действительно, причина, почему не сделали прививку, просто так отказались или серьезный повод...

Ольга Арсланова: Надо еще объяснить.

Александр Денисов: Сейчас граница в обществе между теми, кто делает прививку и не делает, прочерчивается очень четко, да так, что с работы вылететь можно: ну вот требует начальник, чтобы ты привился, ты нет? – заявление на стол. Вот Владимир Вольфович Жириновский вывесил на дверях кабинета в Думе объявление: «Без прививки не входить», – имеется в виду от COVID. Ну и как поступать его сотрудникам? Понятно, прививаться в плановом порядке. И это совсем не смешной эпизод, забавного здесь вообще мало.

Ольга Арсланова: Есть и другие случаи, о которых много сейчас в обществе говорят. Вот на днях в Петербурге умер 6-месячный мальчик. Его родители, блогеры и сыроеды, жили на Бали, месяц назад семья решила вернуться в Петербург. Накануне их старший сын заболел коклюшем, а через пару недель закашлял и младший. Ребенка лечили игрой на флейте и молитвами, об этом родители сами писали в своих блогах. Когда ребенок перестал есть, мать обратилась к врачам, но после первых ингаляций с антибиотиком от лечения наотрез отказалась. Через несколько дней малыш впал в кому и умер. Следственный комитет возбудил уголовное дело, родители обвиняют во всем медиков и сожалеют, что обратились в больницу. Понятно, что прививок детям не делали, ну и вот лечение было такое уже несвоевременное.

Александр Денисов: Похожая трагедия произошла в Канаде: там сейчас судят родителей, которые лечили вирусный менингит ребенка, цитата, «натуральными продуктами». Пара категорически против вакцинации, они даже слышать не хотят про календарь прививок. Их годовалый малыш болел две недели, был насморк, жар, затрудненное дыхание, но его ни разу не показали врачу, вместо этого поили кленовым сиропом, давали смесь чеснока, имбиря, яблочного уксуса. Скорую родители вызвали только после того, как ребенок перестал дышать; через 5 дней он, к сожалению, скончался в больнице.

Ольга Арсланова: В начале этого года в Колорадо из-за осложнений после гриппа умер 4-летний Наджи. За 4 дня до смерти мальчика его мать обратилась за советом в группу антипрививочников в Facebook. Там ей рекомендовали отказаться от всей «химии», то есть любых лекарств, признанных официальной медициной, и использовать натуральные средства: грудное молоко, тимьян и бузину. Ну, в общем, что женщина и сделала. В итоге из-за лихорадки у ребенка произошел припадок, который привел к повреждению мозга, в итоге он скончался в реанимации. Facebook пообещал решить проблему с антипрививочным движением в социальных сетях.

О проблемах прививок и антипрививочников поговорим прямо сейчас. Хотим спросить вас: отказ от прививок в XXI веке – это мракобесие? «Да» или «нет», голосуйте на короткий номер и звоните, для того чтобы высказать свою точку зрения.

Александр Денисов: Да. Ну и у нас на связи как раз, вот Оля сказала, инициатор законопроекта об электронных паспортах прививок. На связи у нас Леонид Огуль, заместитель председателя Комитета Госдумы по охране здоровья. Леонид Анатольевич, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Да, добрый вечер.

Леонид Огуль: Добрый вечер, да.

Александр Денисов: Леонид Анатольевич, сейчас привели случаи. Ну вот часто политологи оперируют таким термином «новая дикость», описывая разные ненормальные явления в нашей жизни. Вот это вот тоже мы спишем на «новую дикость», когда человек доверяет больше посту в интернете непонятного какого-то товарища, чем мнению терапевта, врача?

Леонид Огуль: Вы знаете, я не считаю, что это... Это не дикость, это, наверное, недоработка именно вот в плане информации. Люди не получают ту информацию, которую должны получать. Во-первых, это доступ к информации о самих прививках, это первое. Второе – это разъяснительные работы, которые должны проводить врачи, это тоже очень важно. Поэтому я думаю, что вот недостаток информации...

Александр Денисов: Ну что недостаток информации – родители не знали про календарь прививок? Это что, такой большой дефицит, в большом дефиците эта информация?

Ольга Арсланова: Может, они вообще не ходили просто к этому терапевту.

Александр Денисов: Да-да-да. Ну они же где-то рожали ребенка, не на пляже же там, не на Бали.

Леонид Огуль: Вы знаете, ну вот могу сказать, что да, все-таки хотите или нет, вот отказ от прививки. У нас прививки добровольные, это прописано в 5-й статье закона об иммунопрофилактике инфекционных заболеваний.

Ольга Арсланова: Леонид Анатольевич, вот смотрите, по поводу добровольности. Вот электронный паспорт, который вы предлагаете ввести, – это равно обязательности прививок? Потому что у многих возникает вопрос: электронный паспорт – это значит, нас заставят делать прививки?

Леонид Огуль: Нет. Спасибо вам большое за этот вопрос. Разъясняю. Я, мое мнение и мнение нашего комитета, что прививки должны сохраняться добровольными, никаких репрессий, наказаний за это не должно быть. Но прежде всего должна быть разъяснительная работа, я об этом говорил.

Что такое календарь прививок? Это для того, чтобы все-таки те, кто добровольно хочет привиться, это в помощь и родителям, и в помощь медицинскому персоналу, которые могли бы отслеживать... Вот могу вас сейчас спросить и у вашей аудитории – кто-нибудь помнит, когда он прививался от дифтерии и столбняка? Кто-нибудь вспомнит? Простой случай: если вы наступили на какой-то ржавый гвоздь, вы приходите к врачу, врач вам говорит: «Слушайте, здесь такой случай, а когда вы делали прививку от столбняка?» Вы можете вспомнить, когда вы делали прививку от столбняка? Никто не вспомнит, хотя эти прививки делаются один раз в 10 лет, это первый случай.

У меня внучка заболела ветряной оспой, мне вопрос – я могу с ней контактировать или нет? Я должен был вспомнить, болел я ветряной оспой, прививался я от ветряной оспы или нет. Вот такие вот случаи повседневны. И я считаю, что электронный паспорт прививки – это прежде всего напоминание родителям, тем родителям, которые добровольно хотят привить своего ребенка. Это в то же время, вы правильно отметили, что там должны отражаться и показания, и противопоказания, и, естественно, чтобы это уже врач наблюдал в динамике, это было бы в помощь врачу в наблюдении за этим ребенком. Ребенок вырос, потом он может легко уже к этому электронному адресу...

Потому что что такое электронный адрес? Вы приходите к врачу, у него, естественно, компьютер, где отражаются все... Допустим, Москва уже давно, не давно, а уже ввела электронный паспорт, это в виде электронной медицинской карты, куда вписываются данные по вакцинации.

Ольга Арсланова: Да, понятно. Но те, кто не хочет детей прививать... Я к чему? Люди, которые принципиально не прививают детей по разным причинам, у них мало информации, им не объяснили врачи, они не верят этим врачам принципиально, у них там своя какая-то вера, религия антипрививочная, а им же этот электронный паспорт ничего не даст, они просто проигнорируют это и все.

Леонид Огуль: Ну и пожалуйста, они не придут, не будет у них электронного паспорта, ничего в этом, как говорится, нет. Еще раз хочу вам сказать, электронный паспорт – это для тех, кто воспользуется вот этим Национальным календарем прививок и, естественно, обращается к своим врачам...

Ольга Арсланова: Ну понятно. То есть получается, что, в общем, власть дистанцируется от этой проблемы? То есть мы никак людей не побуждаем это делать, мы не вводим штрафы, мы принимаем всех привитых и не привитых в одну группу, в одну школу, как во многих европейских странах, мы не штрафуем родителей за отсутствие прививки.

Леонид Огуль: Совершенно верно. Никаких репрессий, как в некоторых странах, нет. Еще раз говорю, мое мнение и мнение нашего комитета изначально было, когда мы первый раз собирали парламентские слушания, которые инициирован наш комитет, по поводу того, что участились случаи заболевания коклюшем со смертельным исходом, с летальным исходом, естественно, мы были озабочены этим. Что произошло? Произошел вот этот вот иммунологический разрыв привитых и не привитых.

Александр Денисов: Леонид Анатольевич, простите, что прерываю: а вам не кажется, что общество уже, ну определенная часть уж точно, агрессивно настроена к тем людям, которые не делают прививки, и созрела уже забыть про вот это слово «добровольно»? Далеко ходить не нужно, пройдите по коридору до кабинета Владимира Вольфовича Жириновского, у него на дверях написано «Без прививки не входить», Леонид Анатольевич, имеется в виду прививка от COVID. Вот получается, что вы если не сделали прививку, я уж не знаю, вам туда путь заказан, ваш Владимир Вольфович на порог к себе не пустит. Понимаете, это уже конкретная граница между одной частью общества и другой.

Леонид Огуль: Да нет, я так не считаю, это мнение каждого, я не считаю это... Вы, может быть, такой пример привели, что есть какое-то отношение к тем, кто прививается и кто не прививается. Вот когда у нас заболевают дети и когда у нас вспышка заболеваний таких, как корь, с летальным исходом, вот здесь мы должны задуматься, общество должно задуматься. Но прежде всего, самое главное, мы все-таки должны думать о безопасности этих вакцин, это в первую очередь, об их качестве и, естественно, о той информации, которую мы должны давать тем же родителям.

Вы посмотрите, как у нас некоторые врачи реагируют на это. Приходит мама с ребенком, говорит: «Я не хочу делать прививку». – «Хочешь не хочешь, на, подписывай добровольно, что ты не хочешь, и иди». Никто не объясняет. Ну и опять же, я, может быть... Вот есть добросовестные коллеги, которые разъясняют эту ситуацию. Поэтому я думаю, что здесь самое главное – это разъяснение, надо перейти к совершенно новому пути оповещения людей.

Ольга Арсланова: Ага.

Александр Денисов: Короче говоря, Леонид Анатольевич, надо вдалбливать в башку всем, что...

Леонид Огуль: Нет-нет, такого не надо.

Ольга Арсланова: Леонид Анатольевич, как бы это цинично не звучало, но здесь вот, да, родители ребенка своего лишились, вот результат их выбора, ну вот так произошло.

Леонид Огуль: Я могу сказать...

Ольга Арсланова: Но есть же еще и другие вещи, есть еще коллективный иммунитет, и отказ каждого прививаться – это ущерб всем окружающим.

Леонид Огуль: Вы знаете, ну вот по поводу, вы вот этот случай привели, – конечно, врач должен очень быть грамотным в плане медотводов, показаний и противопоказаний, вот здесь вот я вам могу сказать... Вы знаете, работая в роддоме, когда мы ребеночка по каким-то причинам, по каким-то вопросам не могли сделать ему вакцину, то мы его выписывали домой, выписывали домой непривитого. Но мы прослеживали, где он будет, где мама с ребенком будет жить, или по прописке, в обязательном порядке акушерочка брала адрес, куда пойдет мама с ребенком, и в течение 2–3 дней приходил участковый педиатр, патронаж и уже смотрел, осматривал ребенка и в дальнейшем принимал решение, прививать этого ребенка или не прививать. Вот понимаете, в этом нужно сохранить доверие к врачам, но и врачи должны, естественно, разъяснительную работу вести с родителями, это очень важно.

Александр Денисов: Спасибо большое, Леонид Анатольевич.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Александр Денисов: Леонид Огуль у нас был на связи, заместитель председателя Комитета Госдумы по охране здоровья.

Звонков у нас много.

Ольга Арсланова: Послушаем Тамару из Вологды. Добрый вечер, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер. С Вологды Тамара Петровна.

Мне уже 69 лет, и я вот всем рекомендую, если они не болеют, если у них нет противопоказаний, даже по гриппу, если там кто-то не приносит яйца или что-то такое, то тут, конечно, надо смотреть врачам, это да. Больным людям, конечно, не надо делать, но те, которые вот здоровые все, делайте прививки, потому что...

Для меня это очень даже больной вопрос. У меня брат умер, не было прививки, это в советское время, правда. У меня две подруги такие вот знакомые, все умерли, от клеща не было прививки, было бы... Уж как ни лечили, не могли спасти, от гепатита не могли людей спасти. Я говорю: ну вот из-за каких-то глупостей, из-за кого-то, там вот слушают и все такое... Я не знаю, прямо столько людей погибает ни за что из-за этих всяких случаев...

Ольга Арсланова: Да, спасибо.

Александр Денисов: Спасибо, Тамара, спасибо.

Ольга Арсланова: Вот сообщение из Ленинградской области: «Прививки пусть будут добровольными, но в садик и школу без нее не брать, в вузы и на работу тоже».

Александр Денисов: Ну, в сад, по-моему, как раз и не берут, если пришел с отводом, то через некоторое время попросят сделать, иначе не пустят.

Светлана у нас еще есть из Смоленска.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Александр Денисов: Светлана, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Александр Денисов: Добрый вечер.

Зритель: Я хочу... В принципе я всегда, никогда не была противником прививок и своей дочери делала прививки. У меня был ребенок часто болеющий, и я сделала прививку АКДС, и буквально вечером с судорогами, с огромной температурой у меня ребенок не мог ни сидеть, ни стоять, буквально лежа мы его вынесли в бокс инфекционной больницы. Мы там отлежали, вот слава богу, что, как говорится, все обошлось и мой ребенок поправился. Но в то же время, когда я лежала в областной детской больнице, я видела детей, которые после прививки полиомиелита оставались инвалидами.

Александр Денисов: Светлана, в каком году произошла вот эта история с вашим ребенком?

Зритель: Ну вот после прививки, она была часто болеющий ребенок, ее осмотрел врач...

Александр Денисов: А какой год? Восьмидесятые?

Ольга Арсланова: Я прошу прощения, а вы уверены, что это связано именно с прививкой, а не возникло одновременно? То есть как-то можно доказать?

Зритель: Нет, вот я ей сделала прививку, и буквально вечером ей стало плохо и нас забрали в инфекцию.

Александр Денисов: Да, простите, я вернусь к вопросу. Светлана, я вас спрашивал, какой год? Просто в 1980-х гг. очень много таких случаев было как раз после этой, по-моему, прививки АКДС, вот именно с теми симптомами, которые вы описываете.

Зритель: Да.

Александр Денисов: В 1980-е гг., я не ошибаюсь, да?

Зритель: Что еще раз?

Александр Денисов: Это в 1980-х гг. было?

Зритель: Так, нет, у меня ребенок 1988 года, 5 лет, это где-то 1993-й.

Ольга Арсланова: Ага, понятно.

Александр Денисов: Девяностые.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо, спасибо, Светлана.

Ольга Арсланова: Это вот, кстати, тоже вопрос нашему следующему гостю о безопасности вакцин, это то, что волнует многих родителей. С нами на связи академик Российской академии наук, заведующий кафедрой микробиологии, вирусологии, иммунологии Первого МГМУ имени И. М. Сеченова Виталий Зверев. Виталий Васильевич, здравствуйте.

Виталий Зверев: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Очень много вот этих историй. Тут сложно установить, правы родители, не правы, когда заболели после прививки.

Виталий Зверев: Вы знаете, да, я послушал вот эти все истории. Дело в том, что эта прививка, мне вообще слово это не очень нравится, потому что прививают деревья, все, вакцинация. Введение вакцины – это событие в жизни любого ребенка и любой мамы, и поэтому что бы ни случилось после этого укола, они всегда связывают с этим. Если ребенка поместили в инфекционную больницу после того, как сделали вакцину от дифтерии, столбняка и коклюша, то это никак не связано, потому что это убитая вакцина, она инфекцию вызвать...

Александр Денисов: Сейчас связь восстановится.

Ольга Арсланова: Она инфекцию вызвать... ?

Виталий Зверев: ...не может.

Ольга Арсланова: Не может, да, вы сказали?

Виталий Зверев: Значит, у ребенка... Она может, конечно, оказать как бы неблагоприятное влияние на течение, но врачам и советуют, и врачи тщательно должны ребенка осмотреть и расспросить о том, нет ли у него какой-то инфекции, что с ним было в последнее время, как он себя чувствовал, и после этого только ребенку сделать вакцину.

Александр Денисов: Виталий Васильевич, вы знаете, да, вот мы приводили уж примеры, как люди реагируют, вот Владимира Вольфовича Жириновского, на вакцинацию, что боятся уже, все, иметь дело с теми, кто не сделал прививку. Нет ощущения, что в обществе маятник качнулся в обратную сторону? Вот эти все рассказы про антипрививочников, их позиция и прочее довели до того, что уже...

Вот я знаю такие организации, в них четко сказали людям: все, пойдете себе сделаете вакцину от COVID, если вы не сделаете (там организация договорилась, их ждут в медучреждении), все, заявление на стол. Людям, мало того, выдали бумажку, там написано, что в случае смерти родственникам причитается 2 миллиона, они уж вообще шуганулись после вот этого примечания. И тем не менее вот все, и у человека даже есть отвод, вот мне лично он рассказывал, есть отвод, но его и слушать не хотят. То есть мы уже дошли до того, что даже по уважительной причине не хотим вникать, потому что мы понимаем, что все, все живут своим умом, надо не надо, вот не будем делать прививку и все.

Виталий Зверев: Вы знаете, у меня на этот счет, я всегда выступал за то, чтобы все вакцинировались от того, что мы имеем в своем арсенале, это... Понимаете, многие даже не думают, все думают только о болезни, вот человек не вакцинировался, но переболел и все, да, например, эпидемическим паротитом. А никто не задумывается о том, что первопричиной диабета как раз и являются вот эти детские инфекции, перенесенные в детстве, которые потом дают вот эти соматические хронические заболевания. Но все равно я сторонник того, чтобы ничего не делать насильно.

Единственное, что вот эту разъяснительную работу нужно переносить сейчас в интернет, потому что молодые люди, да, в основном это молодые люди, которые вот это все игнорируют, против, что-то еще, вот там надо грамотно и внятно объяснять, от чего мы спасаем их детей, делая ту или иную вакцину, – не только вот от тех болезней вот этих детских, которые ребенок может перенести, а может не перенести, но еще и спасают в дальнейшем его здоровье на дальнейшую жизнь. И на самом деле вот уже давно доказано, что вот это такое вакцинирование, между прочим, стимулирует иммунную систему, оно ее тренирует как бы, и человек, привитой, например, от гриппа, гораздо легче переносит другие респираторные инфекции, потому что его иммунная система на это настроена.

Ольга Арсланова: Ага.

Виталий Зверев: Но вот я все равно против того, чтобы это было насильно. Конечно, Владимир Вольфович – это не самый хороший пример, тем более когда мы говорим о новых вакцинах. Дело в том, что вакцина против COVID-19, испытания не доведены до конца. Как можно человека заставлять участвовать в испытаниях?

Александр Денисов: Но он, понимаете, сам сделал уже, чувствует себя хорошо, значит, другие...

Виталий Зверев: Ну, это его проблемы, понимаете? Он себе завтра кирпичом голову разобьет, нам что, тоже всем это делать?

Ольга Арсланова: Виталий Васильевич, понятно, что насильно, наверное, и не надо, и не будут. Вопрос в другом – какие-то применять рычаги, для того чтобы людей побуждать это делать, нужно или нет?

Виталий Зверев: Нужно.

Ольга Арсланова: Ведь мы понимаем, что чем больше антипрививочников, тем под бо́льшим ударом коллективный иммунитет, это же не только персональное решение.

Виталий Зверев: Нет, вот это нужно. Вы знаете, да, в некоторых ситуациях это нужно, например, когда мы говорим о врачах, о работниках транспорта, милиции, те, которые общаются с большим количеством людей и которые сами могут быть, да, переносчиками инфекций. Здесь надо им, конечно, прежде всего разъяснять, но и тогда люди должны, может быть, другую работу выбирать или что-то еще. Но поймите, мы когда врачей всех прививаем обязательно и студентов медицинских вузов от вирусного гепатита В, мы им сохраняем здоровье и жизнь, потому что никто не знает, с чем к тебе завтра придет пациент, вот это вот очень важно понимать. Но все равно это все нужно объяснять, нужно людей как бы убеждать в том, что это необходимо.

Александр Денисов: Виталий Васильевич, вы знаете, а вот сейчас я все-таки вернусь к своей мысли...

Виталий Зверев: А вот насильно, если будут какие-то меры, какие-то штрафы, еще что-то, это, наоборот, людей отвратит.

Ольга Арсланова: Понятно.

Александр Денисов: Виталий Васильевич, простите...

Виталий Зверев: Начнутся подложные справки, подложные документы и так далее, и так далее, и так далее.

Александр Денисов: Да. Виталий Васильевич, уж вернусь к своей мысли, уж простите, что как попугай это талдычу. Вот да, все говорят, что принудительно не нужно, все это нужно добровольно, но вот я привожу пример с этой организацией, где уже всех заставляют, отвод не отвод, всех заставляют идти сделать, даже автобус подгоняют. Так вот, общество, понимая, что имеет дело с такой неорганизованной и достаточно большой массой антипрививочников, которым вообще хоть кол на голове теши, оно начнет применять такие насильные способы.

Вспоминаю фильм, Элизабет Тейлор играет, есть же такие болезни, краснуха по-моему, теряет ребенка, если женщина заболела в этот момент. Детективная линия – она убила свою поклонницу, актриса, которая ее обняла и поцеловала после очередной премьеры где-то на Бродвее, она потеряла ребенка, а потом узнала, что кто-то ее заразил, она вспомнила, кто, и спустя годы убила эту свою поклонницу. Вот общество в данный момент тоже так же начинает мстить этим антипрививочникам, ну не убивая, конечно, но вот насильно заставляя, принуждая сделать, потому что боятся уже. Да, вот я совсем заговорил Виталия Васильевича...

Ольга Арсланова: Но история интересная.

Александр Денисов: История интересная, да. Интересно, что же скажет Виталий Васильевич, если он сейчас выйдет на связь.

Ольга Арсланова: Да, мы сейчас восстанавливаем связь, а пока пообщаемся с Татьяной из Ростовской области, нашей зрительницей. Добрый вечер. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Александр Денисов: Здравствуйте.

Зритель: Значит, у меня три момента. Я была в 1979 году и в 1984-м, когда рождались мои дети, убежденной антипрививочницей, это, видно, первое поколение баранов советских было, которое отказывалось от прививок. Прошло вот 40 лет, в прошлом году или в позапрошлом, услышав, что делается на Украине с этой корью, я убедила 36-летнюю свою дочь сделать прививку, а сына 40-летнего не смогла убедить, потому что в интернете вот это все пишется, это первый момент, мы должны отвечать за здоровье наших детей.

Но у нас в городе в прошлом году, маленький город, Ростовская область, Донецк, 7 детей после прививки, 7 сразу, ножки у них отказали. Я считаю, что это раздолбайство при хранении вакцин, это не сама вакцина виновата, полагаю, потому что там существуют требования холодового хранения. Я вот смотрю про прививку Гинсбурга, и там -40 хранение, и думаю про себя: подожду-ка я, когда будет прививка, когда он изобретет, академик уважаемый, порошочек. Потому что -40, где-то в этой логистике будет сбой, может быть, потому что...

Ольга Арсланова: Говорят, что она просто тогда не работает, если нарушен режим.

Зритель: Понимаете? Так вот я о чем говорю.

Ольга Арсланова: Да.

Зритель: И смотря, неделю назад мне знакомая рассказывает историю, которая была в Америке, неделю назад буквально. Прививка от гриппа, не верю, что она плохая, девочка 25 лет пережила нормально, а мальчик парализован, – значит, и там такое разгильдяйство бывает, когда не сама вакцина или не проверили здоровье этого человека.

Ольга Арсланова: Понятно, понятно.

Александр Денисов: Татьяна, спасибо большое. Ну вот Виталий Васильевич вернулся. Виталий Васильевич, вы знаете, вот эти вот все примеры, которые приводила нам зрительница, может быть, из-за этого все и происходит, кого-то парализовало... Вообще не факт, что это было.

Ольга Арсланова: Это недоказуемо, но на людей это производит впечатление.

Александр Денисов: Да-да-да.

Ольга Арсланова: Им кажется, что...

Виталий Зверев: Вы знаете, то, что касается живой вакцины против полиомиелита, такие случаи бывают, один на миллион, это мы знаем. Но к сожалению, риск заболевания гораздо выше, но в последнее время таких случаев практически не было. И потом мы сейчас перешли на убитую полиомиелитовую вакцину, которая такого просто не может вызвать.

Александр Денисов: Но от гриппа-то тоже же не может парализовать, от вакцины.

Виталий Зверев: Гриппозные вакцины, которые сейчас, тоже неживые, это субъединичные, это отдельные белковые структуры, которые никаких серьезных... Они могут не сработать, да, могут не до конца, у них эффективность где-то 85%, но при этом они все равно сохраняют жизнь, даже если человек болеет гриппом привитой, у него нет осложнений. Но вызвать заболевание они не могут просто никак по своей природе, там нет ничего такого, что может вызвать заболевание. Есть, вот вы очень хорошо заметили, спросили правильный вопрос. Да, в 1980-х – в начале 1990-х гг. были проблемы из-за нарушения логистики, то есть вакцины неправильно доставляли...

Александр Денисов: Вот эти АКДС, о которых рассказывала зрительница?

Виталий Зверев: Да-да-да, вот это было, но они все равно не вызывали заболевание, они могли вызвать только что? – какую-то температуру, но заболевание никак, это все равно убитая вакцина.

Александр Денисов: Они, знаете, провоцировали развитие предрасположенности, вот к чему был ребенок предрасположен, они провоцировали, как спусковой крючок работали.

Виталий Зверев: Ну, вот это вполне может быть, но это опять же из-за нарушений перевозки, хранения, нарушения, может быть, каких-то, тогда тоже к этому относились, ну такое время было, и врачи детей не смотрели, могли ввести вакцину ребенку уже больному, с температурой и как бы усугубить его состояние. Потому что вакцины вводят здоровым людям, обязательно смотрят на их здоровье, на их состояние и наблюдают. Вот если что-то случается, это случается в первые 45 минут, вот все отдаленное уже не может быть связано с вот этими препаратами, которые основаны просто на белках или на частях этих белков.

Ольга Арсланова: Виталий Васильевич, и все-таки согласны ли вы с мыслью, что чем больше в обществе антипрививочников, тем жестче ответ сторонников прививок, тем больше в итоге ужесточения мер, для того чтобы люди эти прививки делали? Что вот этот конфликт между одним и другим лагерем приводит к очень каким-то жестким, не всегда справедливым перегибам?

Виталий Зверев: Вы знаете, я с вами согласен. К сожалению, такое происходит, вот почему-то мы никак не можем, что называется, договориться. У всех свои аргументы, но вот люди, которые настроены против вакцин, вы знаете, они ведут себя агрессивно, в отличие от нас, кто выступает за прививки вначале, а теперь эта агрессивность появилась и с другой стороны.

Но вы поймите, что здесь, во-первых, это подогревается фармкомпаниями, которые выпускают лекарства, которым эти вакцины не нужны, потому что им нужно продавать лекарства: если будут вакцины, лекарства нужны особенно не будут против инфекционных болезней, те же самые антибиотики. Это в основном гомеопаты, то есть люди, которые... Вот эти сайты посмотреть антипрививочников, это вот люди, которые имеют очень отдаленное отношение к медицине, которые очень слабо в ней что-то понимают, но у которых так развито очень сильно самомнение, они какие-то случаи выдумывают. И еще, когда вы начинаете разбираться в каждом конкретном случае, оказывается, что этого просто ничего не было, это просто все придумано.

Александр Денисов: Виталий Васильевич, спасибо вам большое.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Александр Денисов: Ну что ж, констатировали вместе разразившуюся войну между прививочниками и антипрививочниками. И вот как раз как, сколько их?

Ольга Арсланова: У нас почти пополам, но не совсем. Смотри: «Отказ от прививок в XXI веке – это мракобесие?» – спросили мы вас. «Да», согласились 41%, «нет» 59%.

Александр Денисов: То есть антипрививочников 60%, а против них воюют 40% согласных делать прививки.

Ольга Арсланова: Война, видимо, не на шутку нас ожидает серьезная. Я думаю, к этой теме мы еще вернемся.

Александр Денисов: Да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)