Елена Сутормина: Если даже матрёшки продаются китайские, должна быть федеральная программа поддержки именно народных промыслов

Елена Сутормина: Если даже матрёшки продаются китайские, должна быть федеральная программа поддержки именно народных промыслов
Время для рывка. Какие шансы нам даёт коронакризис?
Время новых возможностей. Коронаскептики. Градус самоизоляции. Артисты без работы. Рекордные долги россиян. Кто поможет туристам? Рекорд по долгам
Россияне рекордно задолжали банкам
Все будет хорошо?
Сергей Лесков: Россия - страна железных дорог. А что пить в поезде? Конечно, чай!
Артисты без работы
«Выкручивайтесь сами». Как выживают без спектаклей и концертов «Коляда-театр» и группа «Гламурный колхоз»
Градус самоизоляции
Время новых возможностей
Туристам помогут?
Гости
Елена Сутормина
председатель комиссии Общественной Палаты РФ

Иван Князев: Еще одна тема у нас, вот какая. Друзья, вы знаете, что йога, танго, соколиная охота и даже вот белый колпак, который носят киргизы (мы можем это увидеть даже на улицах Москвы), – все это культурное наследие ЮНЕСКО? Живое и нематериальное.

Тамара Шорникова: Да, этот перечень традиционно включает ремесла, праздники, ритуалы, знания и практики. Так вот, этот список недавно пополнился, стал еще длиннее. В него вошли игра на арфе в Ирландии, белорусский «Юрьевский хоровод», дамасская роза. Ну, а что мы? Не только ведь Кремлем да Байкалом ценны и знамениты. Как по-вашему, какие культурные традиции, ремесла, обычаи могли бы стать символом нашей страны в международном масштабе? И как мы должны эти традиции продвигать, отстаивать…

Иван Князев: Популяризировать. Чтобы о них знали во всем мире, и не только у нас, в нашей стране. Представим…

Тамара Шорникова: Мы ждем ваших звонков и комментариев на этот счет. А сейчас, конечно, представим нашего эксперта.

Иван Князев: Елена Сутормина у нас в гостях, председатель комиссии Общественной палаты нашей страны. Здравствуйте, Елена Васильевна.

Елена Сутормина: Добрый вечер.

Иван Князев: Давайте, чтобы далеко не ходить, я предлагаю прямо сейчас посмотреть некоторые примеры, чем сейчас можем гордиться мы. В общем списке объектов ЮНЕСКО у России всего около 30 позиций. Это, как мы уже сказали, озеро Байкал, вулканы Камчатки, московский Кремль, Красная площадь и другие. Перечень нематериального наследия весьма скромен. Это культура старообрядцев, Забайкалья, якутский героический эпос. Хотя – какой потенциал! Вот мы решили подготовить свой список для представителей ЮНЕСКО, на что стоило бы обратить внимание мировых охранителей, тех, кто охраняет это. И это только малая часть наших предложений.

Тамара Шорникова: И начало, старт для ваших предложений: смотрим сюжет.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: Да, по-моему, чудесные идеи.

Иван Князев: Да. Но насчет меда, кстати, я не уверен. Мед-то везде собирают. А вот якутские танцы…

Тамара Шорникова: Ну, такой мед, такой мед!

Иван Князев: Я не пробовал, правда.

Тамара Шорникова: Я пробовала в командировках. Это просто – ох! Перед тем как начнем обсуждать, я – вместе, наверное, с нашим экспертом, правильно?…

Иван Князев: Угу.

Тамара Шорникова: У нас в гостях, как мы говорили, Елена Сутормина. Давайте вместе посмотрим, сейчас выведем картинку. Нашли в Интернете, собственно, сайт ЮНЕСКО. И есть интерактивная карта на этом сайте, где значками отмечены те самые выдающиеся объекты какие-то. Вот смотрим на эту карту.

Иван Князев: Вот там, где меньше всего, это мы.

Тамара Шорникова: Да, это мы. Это такая большая, огромная, богатая, многонациональная страна, и вот этих значков мало. Что у нас здесь, давайте посмотрим. Вот: плато Путорана, да. Здесь у нас леса Коми. Это, конечно, здорово. Но согласитесь, да?..

Елена Сутормина: Байкал.

Тамара Шорникова: Вот Европа, как она плотно усеяна этими значками. Вот в Америке тоже побольше. А у нас вот так. Почему? Давайте разбираться. Хорошо ли это, плохо, нормально или нет?

Иван Князев: Елена, мы мало говорим об этом? Мы мало рассказываем? Нужно популяризировать это больше? Может быть, просто нужно представителей ЮНЕСКО к нам привезти и дать попробовать эти… как эти замечательные пельмени-то называются?

Тамара Шорникова: Буузы, или позы.

Иван Князев: Буузы. Мне кажется, они сразу после этого их включат куда надо.

Елена Сутормина: Но дело в том, что процесс включения в этот список достаточно трудоемкий. У нас существует Институт по природному и культурному наследию им. Лихачева, который как раз и должен собирать эти заявки и их подавать. И вот в ноябре прошлого года подана такая заявка на включение «Древние памятники Чукотки». Там нужно собирать большую базу исследовательскую, показывать уникальности. Анализ делать. Вот то, что было в сюжете, что Минпромторг и Минкультуры, в 2015 году они действительно заявили, что хотят в нематериального наследия памятники ЮНЕСКО включить Хохлому и т. д., но реальных шагов, к сожалению, не было сделано. Значит, нам нужно действительно активнее. У нас большая страна и действительно много что есть. Поэтому в каждом регионе практически можно найти что-то интересное и уникальное. И вот здесь, на мой взгляд, естественно, нам надо и активнее популяризировать. Но надо понимать, что ЮНЕСКО, с другой стороны, и бюрократическая структура. Есть определенные правила. Для того, чтобы заполнять эти заявки, тут нужно активнее регионам. И, естественно, я думаю, могли бы помочь неправительственные организации. В настоящий момент есть поддержка народных промыслов, она не такая большая, к сожалению, но, может быть, на мой взгляд, Министерству культуры предусмотреть какие-то гранты, субсидии. С тем, чтобы, например, уже неправительственные организации на местах предварительную работу проводили, вот эту огромную. По сравнительной, что-то искали, находили. И уже затем совместно с регионами, администрацией, с Минкультуры, с этим Институтом наследия готовили эти заявки.

Иван Князев: А ЮНЕСКО деньги дает на то, чтобы сохранять?

Тамара Шорникова: Что вообще это дает?

Иван Князев: Да, что это вообще дает? Потому что я понимаю, что это ведь нужно не только для того, чтобы мы вот гордились: вот у нас, в нашей стране, много таких культурных нематериальных ценностей. Те же якутские народные танцы. Это же малочисленный народ. У нас сколько народностей кануло в Лету.

Елена Сутормина: Но дело в том, что само по себе включение в список ЮНЕСКО – это очень важно. Потому что отсюда – больший поток туристов. Вы знаете, у них интерактивная карта, многие смотрят. И это могло бы позволить к нам больше туристов приезжать, то, что мы заинтересованы. Фактически, как вы знаете, Россия, как и другие страны, мы вносим взносы в ЮНЕСКО, и там уже идут разные программы. Поэтому здесь есть и проверка, как охраняются эти памятники. Это немножко должно толкать государство и контролировать, как оно соблюдает и охраняет эти памятники. Что тоже очень важно. Тут не назвали, а золотошвеи из Торжка? Уникальные тоже.

Иван Князев: Вот, опять же.

Елена Сутормина: И сколько там… Это именно благодаря энтузиастам, которые сделали музеи, и Музей пояса, и вышивают. У нас даже в стране не так активно это продвигается.

Тамара Шорникова: Филигранное искусство.

Елена Сутормина: Да.

Тамара Шорникова: Снимали о нем репортаж. Да, действительно невероятно. Давайте послушаем наших телезрителей, их мнение. Вера, Ленинградская область. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете что я хочу сказать. Кроме того, что у нас вот это рукоделие и все, это прекрасно. Это прекрасно, это нужно сохранить, это нужно показывать, это надо делать, это надо, чтобы государство деньги какие-то на это потратило, чтобы просто не пропало это все. Но кроме этого, еще у нас, вот сейчас показывали, не знаю, каких-то мужчин, которые пели, прекрасно пели, – но у нас прекрасные есть, даже вот нашу Ленинградскую область взять, у нас замечательные есть ансамбли народные, детские, русские народные именно детские, школьные, взрослые. В деревнях. Вот эти Бурановы бабушки вот только и выступают, больше никого, вообще ничего нет. По телевизору, по радио у нас что? Что звучит по радио? Это же просто, вот вам нужно поднять этот вопрос. Потому что – ну что это, только какие-то ав, уф, оф, эй. И барабаны. И я сколько разговаривала с ведущим нашим, но это так и продолжается все. Что за воспитание такое? Я вообще сама музыкант и психолог, поэтому я знаю, но я старушка уже. Я болею всей душой, я всю жизнь проработала учительницей…

Иван Князев: Да. Не вы одна, не вы одна. Да. Спасибо большое.

Тамара Шорникова: Спасибо большое.

Иван Князев: Понимаете, вот очень обидно получается. Вот Москва нам сейчас пишет, Наро-Фоминск: «Гордость России – медведь, матрешка и водка». Но, дорогие друзья, ведь неправда. В корне не соглашусь с тем человеком, который это написал. Вот Новосибирск подсказывает: Палех, Гжель, каслинское литье и т. д. (каслИнское или кАслинское, как правильно?). Вот даже Ленинград, в Ленинграде знают, что наша гордость – таджикский эпос.

Елена Сутормина: Да.

Тамара Шорникова: Да, кАслинское, по-моему.

Иван Князев: КАслинское, да.

Тамара Шорникова: И еще одно предложение от Натальи из Кировской области. Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Добрый вечер, студия, добрый вечер, ведущие и эксперт. Спасибо, что сейчас обсуждаете проблему, на мой взгляд которая является в том числе и проблемой безопасности, сохранения жизненного пространства нашей великой страны. Я звоню не из Кировской области, а из города Кирова. Потому что дымковский промысел, слобода Дымково, Дышково сейчас является территорией города Кирова. Так вот, вся слобода Дымково застроена коттеджами. Т. е. мы потеряли это великое культурное пространство. И это притом, что в этом году городу Кирову исполнялось 645 лет. И даже к этой дате юбилейной ничего не было сделано для сохранения слободы Дымково.

Иван Князев: Наталья…

Зритель: Существуют мастерские, но в мастерских не существует школы мастериц. Мы сегодня теряем этот промысел. Я, как культуролог, могу вам сказать, что не только дымковская игрушка должна давным-давно была стать предметом гордости России, но и предметом сохранения ЮНЕСКО. Вся, весь комплекс вятской традиционной культуры является уникальным. И песни, и танцы, и диалект, и промыслы, которые существуют на территории бывшей Вятской губернии, сейчас Кировской области.

Иван Князев: Наталья, скажите пожалуйста, а вот помимо, помимо…

Зритель: Что делать, не знаем. От кого это зависит, непонятно. В любом случае спасибо вам большое, что вы сейчас обсуждаете эту проблему на всю страну.

Иван Князев: Наталья, слышите меня?

Зритель: И вам самого доброго, с наступающим, до свиданья.

Иван Князев: Спасибо. Ну, вот не услышала. Мне просто было интересно: а помимо Натальи, в Кирове кто-нибудь еще знает об этом? Мне просто вот интересно, чем думает местный градоначальник, когда он задается вопросом: а как же мне привлечь туристов в мой город? Чтобы они там что-нибудь увидели?

Елена Сутормина: А может быть, не думает, поэтому. Не думает, а… Потому что сейчас, в последние годы, все больший интерес вызывает событийный туризм. И люди не просто едут, а они хотят и памятники архитектуры посмотреть, какую-то самобытность, и гастрономию.

Иван Князев: Да сувенир привезти.

Елена Сутормина: И сувенир. И не так, чтобы у нас иногда, сами знаете, матрешки китайские продаются. Нужно свои. Должна быть федеральная программа поддержки вот именно народных промыслов.

Иван Князев: А потом у нас градоначальники говорят: а вот у нас денег в бюджете нет, туристы не едут, у нас ничего тратить, у нас нечего смотреть. Ну, вот будут высотки смотреть.

Елена Сутормина: Но есть федеральная программа по развитию внутреннего и въездного туризма, и там предусматривается как раз развитие отраслей. Федеральный центр выделяет на дороги, нужно софинансирование найти. И не все регионы у нас активно там участвуют.

Тамара Шорникова: Но подождите, когда мы говорим о событийном туризме, это же как говорить о том – телевидение или Интернет. Это форма подачи информации.

Елена Сутормина: Да.

Тамара Шорникова: Соответственно, событийный туризм – это такой же жанр, что называется. Если популярный сейчас, зачем идти от противного? Если популярна сейчас та же дымковская игрушка, можно приглашать в этот регион и, помимо того что ты рассказываешь о дымковской игрушке, можно предлагать поучаствовать в мастер-классе, завиток расписать на той же игрушке…

Елена Сутормина: Да, да.

Тамара Шорникова: …и человеку будет интересно. Он поедет с семьей…

Иван Князев: Я бы с удовольствием.

Тамара Шорникова: Не нужно отказываться от современных методов подачи материала. Но нужно обязательно привлекать внимание к тому, что мы можем потерять. И, кстати, все-таки не дает мне покоя литье. Словарь меня поправляет: каслИнское литье.

Иван Князев: КаслИнское все-таки.

Тамара Шорникова: Все-таки, да. И вот видите, мне кажется, это тоже важно.

Иван Князев: Но это тоже показатель, что даже мы этого не знаем. Хотя вроде тоже неглупые люди.

Тамара Шорникова: Если да, неправильно ставим ударение, это значит, что больше нужно узнавать о своей культуре.

Елена Сутормина: К сожалению, в 90-е вот разваливалось, и была ситуация, когда в Гжели и печь останавливали, и т. д. Но мы помним, какой это был дефицит. Это действительно уникальные мастера. И вот здесь нужно и школы, и чтобы в образовательных тоже процессах проходили, обучались. Чтобы был интерес молодежи к этому.

Иван Князев: Елена, скажите, а языки исчезающие могут стать объектами вот такого нематериального наследия?

Елена Сутормина: Могут.

Иван Князев: У нас вот целый список, сейчас смотрю, какие языки у нас исчезли в нашей стране. Вот ительменский язык. Ительмены – это коренная народность Камчатки. Все, их там фактически нет. Они еще упоминались не так давно, но все уже. Это может стать?

Елена Сутормина: Может стать. Но опять же, я говорю, что здесь нужно по-формальному все равно проходить, подавать заявку в ЮНЕСКО через этот институт. И вот здесь должны активнее регионы. И, может быть, я призываю активных граждан, неправительственные организации. Сами на местах тоже поактивнее, надо толкать. И если помощь, то можно и обращаться ко мне в комиссию. Я, конечно, тоже какое-то письмо напишу в Министерство культуры и т. д. Потому что это все-таки длительный процесс, немножко затратный. Но здесь могут регионы и субсидии какие-то предусмотреть, подумать. И в Министерстве культуры надо поактивнее, там у них есть тоже департамент по народному творчеству, какие-то гранты выделяются.

Тамара Шорникова: Нам пишут: «Жаль, что не прямой эфир, не дозвонишься». Но в том-то и дело, что прямой. Прямо сейчас берите телефон и звоните к нам в прямой эфир.

Иван Князев: Друзья, звоните, ждем ваших звонков.

Тамара Шорникова: Потому что очень много СМС, но, действительно, позвонить и рассказать, высказать свою мысль тоже можно. Мы вас ждем. Саратовская область: «Саратовская гармошка, саратовский калач». Вот что предлагают. Если говорить о тех же языках, продолжу тему. Понятно, когда речь идет о каком-то здании историческом и т. д., тут все ясно. Если есть какие-то деньги, соответственно можно вкладывать в поддержание этого здания, в реконструкцию и т. д. Тут вроде как все понятно. А как спасти вот такие языки? Что может помочь им? Международное признание, популяризация? Какие действия могут последовать?

Елена Сутормина: Во-первых, это даст очень большой сразу уровень. Поскольку у нас есть… У нас, тем более, вот этот год заканчивается, год коренных и малочисленных народов. Понимаете? Есть оргкомитеты, делались проекты, программы. Но я не думаю, что широкие у нас зрители хорошо об этом знают. Т. е. активнее надо популяризировать, что происходит в стране. Конечно, здесь активнее социальные сети. И уже тогда это – преподавание на этом языке, может быть какое-то дополнительное, какие-то круглые столы, и не только круглые столы, это понятно: педагоги – научная общественность, – но и издание каких-то книг, может быть, эпоса какого-то. И вот это позволит языку не исчезнуть, а остаться.

Тамара Шорникова: Набираем, набираем список. «Рыбу нашу давайте включим». Ну, вряд ли это нематериальное, но, конечно, она у нас вкусная, мы не можем с этим не согласиться. Ждем звонков от вас, зрители: что в России из нашего культурного наследия можно и нужно популяризировать в масштабах планеты?

Иван Князев: Москва пишет: «Валенки, кокошники, подносы, платки и былины». А вот, кстати, мы вспомнили про таджикский эпос…

Елена Сутормина: Да.

Иван Князев: …а у нас же есть еще русский эпос – наши былины.

Елена Сутормина: Да, и он тоже может претендовать.

Иван Князев: Чем он хуже?

Елена Сутормина: Тоже нужно. Но нужно, кто инициатор, кто возьмется за это дело.

Тамара Шорникова: Как это сделать? Вот вы говорите: призываем не только правительства определенных регионов участвовать, но и обычный человек может какую-то свою лепту внести. Что может сделать обычный человек?

Иван Князев: Если он не ученый.

Тамара Шорникова: Во-первых, нужно все-таки здесь, чтобы администрация региона подключилась. Как они общественность могут собрать, продумать, написать какое-то обращение. И уже когда реальная пойдет работа, вот здесь помогать. И, конечно, в первую очередь можно написать в этот Институт наследия, который как раз получает государственные средства на такие задачи.

Тамара Шорникова: «Беломорские петроглифы, жостовская роспись, павлопосадские платки, вологодские кружева». Это еще вариант от наших телезрителей. Согласна со всем. А что касается музеев и тех, кто сейчас у нас в стране занимается сохранением традиций. Опять же, часто бывая в командировках, как правило, приезжаешь и почтенного возраста сотрудники в музеях, особенно в отдаленных городах, поселках.

Елена Сутормина: Да, зарплаты маленькие.

Тамара Шорникова: И ты понимаешь, что вот их не будет – а будет ли кто-то на замену?

Елена Сутормина: А вот вопросы, что может и не быть. И поэтому тут нужно понимать, что, действительно, я о чем говорю, должна быть федеральная программа. Поскольку у части регионов действительно может не хватать денег, потому что есть дотационные регионы, есть доноры. А когда будет федеральная программа, то отсюда, из центра, должны средства выделяться, и молодежь нужно заинтересовать, чтобы ей было интересно. Т. е. сейчас у нас молодежь ближе старается как-то к природе, вот отсюда, действительно, вы рассказывали, и расписать. Это многие делают. Когда они приглашают, туристы приезжают, они это делают. Но для музейного нужно, чтобы действительно кадры передавались. Значит, отсюда в регионе нужно не только смотреть, кроме зарплаты, а если молодой специалист приедет – что у него с жильем будет и т. д. Это все взаимосвязано.

Иван Князев: Да. «Тульский пряник и подкованная блоха», Москва предлагает. А вот Алтайский край говорит о том, что нужно добавить в этот список ичиги. Я вот сейчас посмотрел, что это такое. Это вид легкой обуви, имеющий форму сапог. Видимо, в тех краях его когда-то носили.

Тамара Шорникова: «Варяжка тамбовская», еще пишут.

Иван Князев: Звонок у нас есть.

Тамара Шорникова: Да. Давайте послушаем. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Виктория, Нижегородская область. Правильно?

Иван Князев: Добрый вечер.

Зритель: Да, Виктория Катамашвили, Нижегородская область. Нижний Новгород. Я в эфире?

Иван Князев: Да-да, слушаем вас.

Зритель: Спасибо. Проблема в том, что в первую очередь нематериальным культурным наследием должно быть принято законодательство. У нас в законе о культуре пока этого нет. Художественные промыслы у нас признаны материальным культурным наследием. Т. е. изделия, которые уже сделаны мастером. А знания и технологии должны быть признаны нематериальным культурным наследием, потом внесены в каталог нематериального культурного наследия страны. И только после этого можно обращаться в ЮНЕСКО. Это правило ЮНЕСКО. Я уже обращалась с предложениями в проект закона о культуре в наше законодательное собрание. Они направили эти предложения в Министерство культуры, которое подтвердило, что, да, необходимо определить понятия нематериального культурного наследия и включить в них художественные промыслы именно с точки зрения знаний и технологий. Инициатива регионов о включении того или иного промысла здесь пока что не имеет значения. Пока это не будет определено законодательством. Только после этого наша Хохлома может быть заявлена в ЮНЕСКО. Когда она будет признана.

Тамара Шорникова: Да, поняли вас, Виктория.

Зритель: Вот в чем проблема.

Тамара Шорникова: Права телезрительница?

Елена Сутормина: Права. И вот отсюда, что Министерству культуры нужно поактивнее работать с реалиями. Я уже в начале говорила и вы говорили об этом. В 15-м году было заявлено, что они готовы подавать Хохлому, Гжель и т. д. Кроме публичных заявлений, реальных шагов ничего сделано не было.

Иван Князев: А вот что у нас все-таки еще есть из предложений. Тульская область: «Филимоновская игрушка». Новгородская область: «Берестяные грамоты, городецкая роспись». И еще Москва пишет: «Уходящее чудо – это русская печь». Друзья, у нас столько всего, чем есть гордиться!

Тамара Шорникова: И мне, честно говоря, хочется, чтобы это было внесено во все списки. Материальные, нематериальные. Потому что это наше достояние. Это то, о чем мы должны узнавать, что должны ценить и о чем рассказывать. Хотя бы своим детям.

Иван Князев: Спасибо. Спасибо вам большое. Елена Сутормина была у нас в гостях, председатель комиссии Общественной палаты.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Елена Сутормина: Всего хорошего.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)