Михаил Смирнов: Есть спрос на дешёвый алкоголь. И он будет удовлетворён любыми путями – подпольно, самогоноварением

Михаил Смирнов: Есть спрос на дешёвый алкоголь. И он будет удовлетворён любыми путями – подпольно, самогоноварением | Программы | ОТР

Чем оборачивается «алкоголизм по чуть-чуть»?

2020-02-11T17:26:00+03:00
Михаил Смирнов: Есть спрос на дешёвый алкоголь. И он будет удовлетворён любыми путями – подпольно, самогоноварением
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Михаил Смирнов
главный редактор портала «Алкоголь.ру»
Евгений Брюн
главный внештатный психиатр-нарколог Минздрава России

Александр Денисов: От такого соседства наверняка захочется кому-то напиться. Все-таки тяжелая история.

«Тихая пьянка». Минздрав подозревает, что треть страны у нас не то что пьет, а, как говорится, попивает, намахивает по чуть-чуть – по бокалу или по рюмочке после работы. Чем оборачивается такой алкоголизм по чуть-чуть? Обсудим вместе с вами, а также с нашим уважаемым экспертом. В студии у нас – Михаил Смирнов, главный редактор портала «Алкоголь.ру». Михаил, здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Михаил Смирнов: Здравствуйте.

Александр Денисов: Ну, вы наверняка слышали это высказывание Евгения Брюна, главного внештатного психиатра-нарколога Минздрава, что треть у нас – это «тихие» алкоголики.

Михаил Смирнов: Ну, Евгений Алексеевич – очень умный человек. Он, в общем-то, в критической ситуации находится.

Александр Денисов: Почему?

Михаил Смирнов: А очень просто. Если считать, что у нас вся страна спивается, треть алкоголиков, то, извините, а кто работает? Кроме того, алкоголь существует…

Александр Денисов: Так они после работы. Все так и объясняется. Схема такая: поработал, пришел, выпил, лег спать. По-тихому, по-тихому.

Михаил Смирнов: Ну хорошо. Но – смотря сколько. Вопрос ведь в мере. Евгений Алексеевич говорит, что 50 граммов – и, соответственно, ты алкоголик. Ну, если вы любите соль, солите, то это значит, что вы наркоман по поводу соли.

Анастасия Сорокина: А давайте мы у него и спросим, он с нами на связи.

Александр Денисов: Давайте.

Анастасия Сорокина: Евгений Алексеевич, здравствуйте.

Александр Денисов: Евгений Алексеевич, здравствуйте.

Евгений Брюн: Да, я вас слышу.

Александр Денисов: Поразили вы нас данными, что треть населения – это «тихие» алкоголики. Мы как-то ужаснулись! Привыкли, что пьем все меньше и меньше, а вдруг…

Анастасия Сорокина: …такая шокирующая информация. Чем это грозит? Чем вы обеспокоены?

Александр Денисов: …и вдруг подвел кто-то, статистику хорошую у нас испортил.

Евгений Брюн: Я хотел бы объяснить детали вот этой фразы, которая вырвана из контекста.

У нас совершенно точно 2% населения страдают алкоголизмом. И мы их знаем, они к нам приходят. Еще 10–15% – это люди, которые обращаются не к нам, а в соматические больницы. Мы у них обнаруживаем злоупотреблением алкоголем, у нас есть специальные маркеры. И дальше идет такая экспертная оценка.

К примеру, у нас права выдаются 1 миллиону 300 тысячам человек в год. За тот же год 600 тысяч человек лишаются прав на вождение. Это порядка 40% с лишним, по-моему, 46%. Если все это немножко усреднить, то получается, что где-то порядка 30% пьющего населения (я подчеркиваю эту фразу), без младенцев и стариков, пьющего населения, тех, кто выпивает, из них не менее 50% пьют нормативно – по праздникам, немного.

А есть люди, которые выпивают 50 грамм крепкого алкоголя в сутки. И через месяц такого употребления мы получим маркер злоупотребления. Это международный маркер, который мы знаем. Кстати, предлагаем всем телезрителям, кто желает свой статус алкогольный подтвердить или опровергнуть, он может к нам прийти и этот тест сдать. И мы скажем, злоупотребляет человек или нет.

Александр Денисов: А куда к вам, Евгений Алексеевич? Вы же в Минздраве. Что, прямо в Минздрав прийти? Или куда?

Евгений Брюн: Нет-нет. Кроме того, что я работаю на Минздрав, я работаю на Московский научно-практический центр наркологии Департамента здравоохранения города Москвы. И к нам можно прийти в лабораторию, она находится на Болотниковской, дом 16. Можно позвонить по нашей горячей линии круглосуточной и там уточнить, когда и как туда можно прийти.

Александр Денисов: Бесплатно? Бесплатно, да?

Анастасия Сорокина: Вы сейчас ответили, что если выпивать каждый день по 50 грамм крепкого алкоголя, то ты понимаешь через месяц, что ты уже стал хроническим злоупотребляющим, можно сказать.

Евгений Брюн: Не стал, не стал больным, но злоупотребляющим алкоголем стал. А вот дальше, через несколько лет, сформируются какие-то заболевания. Они могут быть психические, они могут быть соматические, неврологические. То есть начнутся последствия хронического токсического действия алкоголя. Вот о чем идет речь. Поэтому в очередной раз я призываю всех задуматься о здоровом образе жизни и снизить дозы.

Анастасия Сорокина: До каких? Вот это очень важно

Александр Денисов: Настя, ты так спрашиваешь, как будто интересуешься с конкретной целью.

Анастасия Сорокина: Потому что, Евгений Алексеевич, многие сразу, когда говорят о ежедневном употреблении, все вспоминают Францию, Италию. А как же бокал вина? Говорят, что полезно для сосудов. И там такая статистика прекрасная по сердечным заболеваниям. А вы говорите: «Нет, надо сокращать». О каких дозировках вы говорите? И чего?

Евгений Брюн: В Средиземноморском регионе другой климат, другое вино. Я думаю, что такого вина в Российской Федерации нет или, во всяком случае, его качество немножко другое. Мало того, в России граждане предпочитают крепкие напитки.

Александр Денисов: Евгений Алексеевич, так сказать, строка в лыко. Они там раньше умирают от цирроза печени, а не от сердечных заболеваний, как я читал.

Евгений Брюн: Да, совершенно верно. У них другая структура заболеваний, связанная с токсическим действием алкоголя.

Александр Денисов: Мы так аргументированно Анастасии ответили вместе с вами. Евгений Алексеевич, спасибо вам большое за интересный комментарий. На связи у нас был Евгений Брюн, главный внештатный психиатр-нарколог Минздрава России. Спасибо большое.

Анастасия Сорокина: Михаил, вы так живо реагировали на слова Евгения Алексеевича. Вы не согласны?

Александр Денисов: Пойдете в Центр наркологии проверяться?

Михаил Смирнов: Евгений Алексеевич – это врач. Понимаете? А у врачей есть очень четкое убеждение: вот что-то вредит, ну, в теории, ядовитая вещь – ее нужно убрать. Соль – это страшная смерть, но без соли не может существовать человек.

Александр Денисов: Без алкоголя может.

Михаил Смирнов: Почему? У вас вырабатывается в организме алкоголь.

Александр Денисов: Природный, да-да-да.

Михаил Смирнов: Природный, эндогенный алкоголь. С другой стороны, алкоголь существует в пищевой продукции у человека примерно столько, сколько существует человек цивилизованный – около 10 тысяч лет. Вот он существует. Если тогда учитывать это предположение, то древние греки, римляне, англичане XVII–XVIII века были все алкоголиками – они пили вино разбавленное, но вино. И там больше 50 грамм.

Александр Денисов: Да. Кстати, они почему-то водой разбавляли вино. Непонятно.

Михаил Смирнов: На самом деле греки и римляне разбавляли потому, что изначально его делали очень насыщенным и очень сладким – так проще в амфорах перевозить. А потом разбавляли, чтобы можно было пить.

Кроме того, вино обладает мощнейшим антибактериальным свойством, в отдельных случаях сильнее, чем карболка. Потому Англия, Греция, Рим и Франция тоже не вымерли от поноса, извините. Только потому, что они пили вино. Ведь в свое время во Франции вина не было, там пили пиво. И римляне привезли. Когда пришли римские войска, им по снабжению было положено вино на обед. Посадили первые виноградники римляне. Откуда и пошла винодельческая Франция

Александр Денисов: Михаил, главный аргумент в пользу того, что вы говорите… Это уже бородатый анекдот. «Будете долго жить, если не будете пить и интересоваться женщинами». – «Доктор, ну а смысл?»

Михаил Смирнов: Там же дальше есть. «Тогда запишитесь в Коммунистическую партию». – «А нафиг мне такая жизнь?» На самом деле все это прекрасно говорится, появляются маркеры. Но, вы знаете, например, я знаю, что эти маркеры алкогольные, судя по всему, могут появляться от других продуктов.

Цирроз печени? Исследователи западные уже давно доказали, что цирроз с алкоголем ну никак не связан. Есть трезвенники, которые умирают от цирроза, а есть люди, которые употребляют вино в достаточно большом количестве. Была шутка: «Во Франции умер винодел, который употреблял где-то литра полтора вина в день. Умер он в 106 лет. Догнал алкоголизм!» То есть на самом деле все это – перегибы.

Анастасия Сорокина: Выслушаем зрителей. Из Красноярского края с нами на связи Вячеслав. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Алло-алло. Слышно меня?

Анастасия Сорокина: Слышно прекрасно, Вячеслав, говорите.

Зритель: В общем, хочу что сказать? Во-первых, по поводу маркеров. Я действительно согласен, что это перегиб и это очень излишне. Нас изначально записывают в группу алкоголиков. Есть степень, когда мы алкаши…

Александр Денисов: Вячеслав, а вы тоже «тихий» алкоголик? Тоже намахиваете по вечерам, да?

Зритель: Да, да. Я к этому очень сложно отношусь. Ну, как бы вам сказать и вашему специалисту, с которым вы разговаривали? Да, периодически 50 грамм после работы крепкого алкоголя, я злоупотребляю. Иногда бывает чуть-чуть больше.

Михаил Смирнов: Злоупотребляете? Не злоупотребляет, а человек потребляет 50 граммов – что оставляет его абсолютно трезвым.

Александр Денисов: Видите, Вячеслав, вы просто употребляете, как Михаил говорит, поддерживает вас.

Анастасия Сорокина: Не зло.

Зритель: Да. Ну, я хочу сказать опять же… Так как я живу в районе Крайнего Севера, я могу вам сказать, что зависимость еще от гормона. Ну, кому-то 50 грамм – это ничего, а кому очень серьезно.

Александр Денисов: Вячеслав, а сколько вам лет, если не секрет?

Зритель: 35.

Александр Денисов: Ну, вы еще молодой, поэтому по 50 – нормально. Вот если постарше, то уже, наверное…

Анастасия Сорокина: Спасибо, Вячеслав.

Михаил Смирнов: Вы знаете, вот доживет до 105 лет…

Александр Денисов: И увеличит, уже по 100 начнет.

У нас есть опрос.

Анастасия Сорокина: «В течение недели часто ли вы выпиваете?» – спрашивали наши корреспонденты у людей на улицах.

ОПРОС

Анастасия Сорокина: Михаил, в России по Уставу купеческой гильдии, подписанной Александром I в 1807 году, всякий российский купец имел право на ежегодный отдых по «болезни души». Так именовался запой. Разрешалась «малая» (длительностью две недели) и «большая» (сроком месяц) «болезнь души».

Вот вы наблюдаете за статистикой. Как у нас сейчас вообще показатели? Действительно мы меньше пьем?

Михаил Смирнов: Пьют сейчас люди гораздо меньше. Понимаете, все путают. Вот народ такой асоциальный пьет. Вот народ пьет или народ не пьет. Ничего подобного. Алкоголь – это чисто напиток социальный. Есть работа – народ не пьет. Нет работы – народ начинает пить. Причем это не только в России, а это во всем мире так. Просто больше/меньше.

Сейчас народ пьет меньше. Молодежь если и выпивает, то выпивает вино, переходит на вино. Крепкий практически не пьют. Или переходят на виски. И потребление снижается не потому, что там есть борьба с алкоголем. Понимаете, у меня складывается впечатление, что государственная программа сама по себе, трезвенники сами по себе, а народ сам по себе.

Александр Денисов: Михаил, а я вообще борьбы никакой не наблюдаю. Я вижу все больше и больше разрастающиеся сети алкомаркетов.

Михаил Смирнов: А я вам скажу другое.

Александр Денисов: Доступность. Вот «тихий» алкоголизм я так и представляю: вышел в тапках, в соседнем подъезде купил. Сейчас же это все есть.

Михаил Смирнов: Вы знаете, алкоголизм – это когда вы голым побежите до магазина.

Александр Денисов: И бегают. Господи…

Михаил Смирнов: Очень мало. Понимаете, на самом деле не получается… У нас страна никогда не спивалась, поймите правильно. Иначе кто бы работал? Алкоголик – это человек, который пьет, который не работает, не может работать физически, который рано умирает. Вот 2%. Тут я с Евгением Алексеевичем, конечно, согласен. Биологически у 2% предрасположенность к алкоголю. То есть он будет алкоголиком несмотря на то, какая власть будет, какая борьба будет и прочие дела.

А у нас… Смотрите. Вот если вы покупаете бутылку водку, предположим, помыть окно (кстати, очень хорошо моется окно водкой), то из этой цены вы 140 рублей сразу отдадите государству: 100 рублей – акциз, 40 рублей – НДС. Вот вам и цена. А люди могут заплатить за алкоголь ровно столько, сколько могут, 100–120 рублей за бутылку. И они покупают подпольный алкоголь. И кто будет бороться?

Понимаете, тут есть спрос на относительно дешевый алкоголь. И он будет удовлетворен, но подпольно. Какими путями? Разными путями, но будет удовлетворен. Самогонным аппаратом. Самый простой самогонный аппарат – это две кастрюли и тарелка глубокая. Вот вам и самогонный аппарат. Запретите. Да не запретите никогда! Потому что алкоголь на самом деле – это самый понятный и самый простой антидепрессант. Он был, есть и будет.

В Соединенных Штатах пьют гораздо больше. Великобритания – больше нас. Германия – больше. Северная Европа – больше. Только там цены с учетом их зарплат, с учетом их доходов. А у нас приравнивают цены. Соответственно, зарплаты невысокие. Отсюда следствие: человек берет две кастрюли, если у него денег на самогонный аппарат нет, и делает самогон себе сам. Или идет и покупает подпольный. Понимаете, 40% проданного алкоголя в стране – подпольные.

Александр Денисов: Откуда у вас такая статистика? Кто же признается?

Михаил Смирнов: Да в том-то все и дело, что это статистика просто по счету. Имеется в виду экспертная оценка. Причем Росалкогольрегулирование, премьер, который курирует, он сказал, что в районе 40%. А в отдельных местах до 90%.

Александр Денисов: Спасибо большое, Михаил. Может быть, они как раз берут окна мыть, чтобы подешевле.

Анастасия Сорокина: Спасибо. У нас был Михаил Смирнов, главный редактор портала «Алкоголь.ру». Спасибо, что были с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Чем оборачивается «алкоголизм по чуть-чуть»?