Гарантия, что нет бедных – в этом задача безусловного основного дохода. Выплатить всем поровну и смотреть, что произойдёт в экономике

Гарантия, что нет бедных – в этом задача безусловного основного дохода. Выплатить всем поровну и смотреть, что произойдёт в экономике
Надбавки к пенсиям. Россия и Белоруссия: объединение экономик? Рост цен на жильё. Школьное питание. Капризы погоды
Пенсии будут расти? Когда и на сколько поднимутся социальные выплаты?
Сергей Лесков: Хватит кормиться за счёт нефти и газа - переработанных останков всяких мамонтов и диплодоков. Это оскорбительно для страны!
Татьяна Кулакова: Хотя на городском транспорте и низкие тарифы, мы всё равно много платим за проезд – своими налогами
Владимир Жарихин: Лукашенко понимает, что Беларусь, может, и нужна Западу, но Лукашенко ему не нужен
Чем более запутана система для потребителя услуги, тем легче управленцу проводить решения, которые ему выгодны
Прежде всего должен быть утвержден сбалансированный рацион питания школьников. В этом вопросе нельзя ставить во главу угла деньги
Сергей Хестанов: Если не собирать усиленно налоги, а оставить деньги людям или бизнесу, они распорядятся ими с большей пользой для экономики
Личное мнение: Владимир Малахов
Цены на недвижимость в России растут вдвое быстрее, чем по всему миру
Гости
Вадим Квачёв
доцент базовой кафедры ТПП РФ «Развитие человеческого капитала» РЭУ им. Г.В. Плеханова

Калининграду подкинули базовый доход. Иначе и не скажешь: нежданно-негаданно в регионе начался странный социальный эксперимент по стихийной выплате безо всяких требований к соискателю и документов безусловного базового дохода в размере 10 тысяч рублей. Возможно, сказалась близость Европы: там такое тоже проворачивали, вот только почему в Финляндии решили прекратить эти выплаты, а в Швейцарии вся страна проголосовала против их введения.

Александр Денисов: Переходим к следующей теме. Калининграду подкинули базовый доход. Калининградская область как самый близкий к Европе регион испытал на себе такое модное европейское веяние – введение безусловного базового дохода. Там без всяких справок и требований, так просто, за здорово живешь, решили осчастливить жителей на 10 000 рублей.

Марина Калинина: Что примерно, это негосударственная соцпрограмма. Финансируется она за счет неких благотворителей. А вот за образец действительно брали зарубежные эксперименты с базовым доходом. Идея базового универсального дохода состоит в том, что людям просто выплачивают минимальные деньги на жизнь без условий и требований работать. Эксперименты проводятся в разных странах мира. С марта этого года безусловный доход введен в Италии. Выплаты доступны для всех граждан и составляют 500 евро в месяц. Сейчас эксперимент проводится в Финляндии. В течение 2 лет там выплачивают пособие по безработице для 2000 человек. Итоги еще не подведены. Но, как говорят, люди становятся счастливее.

Александр Денисов: Стало известно, что там все-таки прекратят этот эксперимент. А в провинции Онтарио в Канаде власти также обкатывают идею с базовым доходом. 4000 малоимущих семей там будут получать чуть больше $1000 в месяц. Есть базовый доход даже в Африке, в Уганде. 50 семей там получают по $34.5 в месяц. Это прожиточный минимум на семью из 3 человек.

Марина Калинина: В США базовый доход предлагают выигрывать. В Сан-Франциско частная компания объявила конкурс вроде лотереи: счастливчикам будут платить $1500 каждый месяц в течение года.

Александр Денисов: В Германии тоже шел эксперимент с базовым доходом. 2 года случайно выбранным гражданам выдавали по 1000 евро в месяц. Немцы ждали некоторой отдачи: что это как-то отразится на экономике, люди смогут заняться любимым делом, запустить свой бизнес. Но никаких ощутимых результатов программа не принесла.

Марина Калинина: Сейчас эту тему будем обсуждать с нашим гостем. Естественно, ждем ваших звонков и сообщений. А в гостях у нас Вадим Квачев, доцент базовой кафедры Торгово-промышленной палаты России «Развитие человеческого капитала» университета имени Плеханова. Здравствуйте.

Вадим Квачев: Здравствуйте.

Марина Калинина: Тема немножко нестандартная. Потому что никто толком не понимает, что же это такое.

Александр Денисов: Скажем прямо – загадочная.

Марина Калинина: Что же это такое тот самый базовый доход и с чем его едят. Давайте разбираться, что это вообще такое, зачем это надо.

Вадим Квачев: Базовый, универсальный или основной доход (по-разному переводят) – это такое пособие, которое выплачивается всем без исключения гражданам по факту гражданства. При этом отличие его от социальных выплат, системы социальной защиты – в том, что система социальной защиты условная. Когда мы выплачиваем пособие безработным, мы предполагаем…

Александр Денисов: То есть что-то требуется взамен?

Вадим Квачев: Да, действительно. Безработный, инвалид или какое-то есть условие. Безусловный означает, что нет никаких условий: всем гражданам выплачивается равная одинаковая сумма. И в чем основная идея? Есть некоторые проблемы, с которыми в основном столкнулись страны первого мира. Это высокий уровень безработицы и растущий уровень замещения труда капиталом (роботизация). И в этой проблеме ищут разные возможные выходы. Одно из предложений – вообще свернуть все представления о социальной политике, которые имели место раньше. Что это значит? Это значит не будет ни пособия по безработице, ни социальных пособий, ни даже пенсий.

Марина Калинина: Получается, что тебе деньги дали. А ты уж ими сам распоряжайся. Хочешь – лекарство покупай. Хочешь – иди, переобучайся, чтобы получить более квалифицированную работу. Да?

Вадим Квачев: Да. И основная идея в том, что сейчас действительно система социальной защиты показывает свою большую неэффективность. Почему? Потому что представьте себе, какие сложные процедуры для проверки требуются. У вас есть некоторое количество разных пособий разным уязвимым слоям населения. И вам нужно каждую из этих групп тщательно проверить. То есть если это инвалиды, по каждой категории заболеваний нужно тщательно проверить, действительно ли он достоин, чтобы ему выплачивали пособия или нет. Если это безработный, действительно он безработный. Нуждается ли он. И так далее. Это очень затратно. И вся эта система социальной защиты очень громоздкая, очень затратная. Это первый момент.

Александр Денисов: То есть большая экономия получается. Если сократить всех чиновников, которые сидят…

Вадим Квачев: По идее – да. Это пока никто не проверял. То есть те эксперименты, о которых вы говорили, они имели очень ограниченный характер территориально. Поэтому на территории одного большого государства никто не проверял.

Александр Денисов: То есть в Финляндии не убили напрочь всю эту прослойку чиновников, да?

Вадим Квачев: Нет. Там порядка несколько тысяч граждан участвовали в одном из регионов. То есть это просто была экспериментальная программа.

Второй момент связан с тем, что сейчас в развитых странах Европы и Америки граждане испытывают кризис потребления, который связан и с закредитованностью населения, и с тем, что потребление очень слабо растет или практически не растет. И этот базовый безусловный доход должен дать людям деньги напрямую без посредничества каких-то институтов. Деньги, которые будут обладать покупательной способностью, они пойдут в экономику от этих людей.

Предполагается, что решается сразу две проблемы – уровень жизни и экономический рост за счет потребления.

Марина Калинина: Давайте вернемся в Калининград, посмотрим, как реализуется идея в Калининградской области. Жанна Меллер сняла репортаж. Давайте посмотрим, потом поговорим дальше.

СЮЖЕТ

Александр Денисов: Тут нужно обязательно сделать примечание, что в этом поселке Янтарное (бывшая Восточная Пруссия) находится крупнейшее в мире месторождение янтаря. Там чуть ли не 80% камня добывается в этом месте. Может быть, это объяснение, что как-то бизнес пытается быть социально ответственным? «Вроде тут добываем. Может, как-то жителям поможем». Потому что такая загадочная формулировка – «некоторые благотворители». Может быть, этот комбинат и решил поддержать население? Сначала поселок, где в основном люди и работают на этом комбинате. У вас есть объяснение странному явлению?

Вадим Квачев: Да. Я думаю, что нужно отличать системную социальную ответственность от альтруизма. То, что мы видели, скорее всего, представляет собой несистемную инициативу одного или нескольких человек, которые решили таким образом сделать вклад в общественное благо.

Александр Денисов: Совесть проснулась?

Вадим Квачев: Да. И поэтому, возможно, не совсем корректно называть это безусловным базовым доходом. Хотя он безусловный. Но, во-первых, его сложно назвать базовым. Что такое 1000 и даже 10000 рублей? Это явно мало. Во-вторых, он не носит системный характер. То есть это частная инициатива.

Александр Денисов: То есть в этом году платят, в следующем уже не будут?

Вадим Квачев: Да, неизвестно.

Марина Калинина: Давайте послушаем, что по этому поводу думает Любовь из Рязанской области. Любовь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Мы по территории Российской Федерации платим единый подоходный налог. По всей Российской Федерации он одинаковый. Что касается назначения пенсий, социальных пособий и всего остального прочего, почему-то все зависит от прожиточного минимума региона. Почему это происходит? Не нужно что-то делать сверхъестественное, когда вы собираете подоходный налог по всей Российской Федерации в единую базу, а потом начинаются какие-то выплаты, пособия в зависимости от прожиточного минимума региона. Это совершенно неправильно. Я, например, всю жизнь отработала.

Марина Калинина: Любовь, ­­дело в том, что мы немножко не о том говорим. Понятен ваш вопрос.

Зритель: Не нужны какие-то социальные подачки. Дайте человеку работать.

Александр Денисов: Любовь, вы считаете базовый доход подачкой?

Зритель: Да, это подачка. Человек должен сам заработать, тратить и не зависеть от государства.

Марина Калинина: Так это не государство эту подачку дает, а частный бизнес.

Зритель: Все равно это подачка, понимаете?

Марина Калинина: Хорошо, мы поняли. Давайте. Спасибо большое.

Вадим Квачев: Скорее, не ответ на вопрос, потому что как таковой не вопрос, а комментарий.

Марина Калинина: Крик души.

Вадим Квачев: Да, комментарий к этому комментарию. Как раз то, что пытается сделать наше государство и пытаются сделать европейские и, наверное, все глобальные государства – это обеспечить занятость. То есть социальная политика рассматривается как такая помощь, подпорка, для того чтобы всем дать возможность на рынке труда самим самостоятельно трудиться, зарабатывать деньги и так далее. И идея какая? Что если ты здоров, если ты можешь работать, ты идешь на рынок труда, получаешь работу и зарабатываешь. Только если у тебя есть какие-то показания к тому, чтобы тебе давать социальную поддержку, выплаты от государства, только тогда ты получаешь социальную выплату. Но эта модель постепенно уходит прежде всего на уровне идейном. Потому что государство даже на рынке труда даже тем, кто хочет, даже тем, кто может трудиться, оно не всегда может обеспечить эту занятость. Особенно это Европы касается, где идея базового основного дохода возникла.

Почему так происходит? Опять же, я уже говорил: замещение труда капиталом. То есть огромное количество рабочих мест автоматизируется с помощью программного обеспечения или с помощью роботов. И второе – это то, что раньше не поднимался вопрос о самом характере этой занятости. То есть что это за занятость? В идеальном мире человек приходит на рынок труда, зарабатывает деньги, обеспечивает себя. Но само качество этой занятости может быть очень разное.

Александр Денисов: Вадим, вопрос: почему Финляндия отказалась от этого базового дохода? Что они ждали, почему 2 года, и решили: «Все, прекращаем». Почему Швейцария выносила на референдум этот вопрос – 81% проголосовали против. Казалось бы, люди, которым платили бы 2500, еще 600, по-моему, на каждого ребенка, и они голосуют против. Почему это не сработало в Европе?

Вадим Квачев: Каждый кейс безусловного основного дохода совершенно разный. В Финляндии пока рано говорить о том, что отказались. То есть 2 года был эксперимент.

Марина Калинина: Они, по исследованиям, себя очень счастливыми чувствуют с такими дополнительными деньгами.

Вадим Квачев: Не очень счастливыми. Чуть-чуть психологическое благополучие лучше. Пока заморозили. Они размышляют. Финляндия размышляет.

Александр Денисов: А что хотели то?

Вадим Квачев: Правильный вопрос. Что хотели? Изначально финский проект был направлен вот на что. Идея такая: сейчас мы дадим людям деньги, именно ни эти деньги используют для того, чтобы повысить уровень своей занятости (обучиться чему-то, найти работу или еще как-то).

Александр Денисов: Не думая о том, что они будут есть?

Вадим Квачев: Да.

Александр Денисов: То есть базовый, но не совсем безусловный доход.

Марина Калинина: А люди решили вообще не работать, наверное?

Вадим Квачев: Там показатели по занятости не отличаются от тех, кто не получал. Отличается только один показатель, если вы посмотрите на их отчет – это психологическое благополучие чуть выше у тех, кто получал такой доход. То есть цель свою эксперимент не подтвердил, но в принципе жизнь людей стала лучше.

Александр Денисов: То есть изменений на рынке никаких не произошло.

Вадим Квачев: Да, уровень занятости у них не увеличился.

Александр Денисов: Бизнес свой не стали открывать.

Вадим Квачев: Да, не стали.

Александр Денисов: Просто продолжили. Как жили, так и жили.

Вадим Квачев: Да. Просто стали чувствовать себя лучше.

Александр Денисов: А не кажется, что это наивная такая идея – давайте мы дадим деньги, а люди станут в принципе лучше? Человечество какое было, такое и осталось. Почему оно должно стать лучше, если его слегка проспонсировать?

Вадим Квачев: Я согласен. Очень важный вопрос. Очень часто во всех экспериментах, о которых я читал, слово «безусловный» забывают. А «безусловный» - в том и идея, что деньги – это не фетиш, не что-то, что мы даем тому, о ком мы считаем, что он достоин этих денег. Просто всем одинаковый уровень денег выплачиваем и смотрим, что в экономике происходит в результате. То есть это не моральная мотивация, не денежная мотивация. Он безусловный. Он просто нам гарантирует, что у нас нет бедных. Вот и вся задача безусловного основного дохода.

Александр Денисов: Что безусловный плюс, когда нет бедных?

Вадим Квачев: Да.

Марина Калинина: Смотрите, я просто что-то не очень понимаю. Для нашей большой страны вообще насколько это реально сделать в принципе? Я не понимаю смысл этого эксперимента на Калининградской области, например, на маленьком участке. Может, я не права. Но если два года Финляндия это все проводила и как-то они пришли к выводу, что надо бы еще подумать и ничего не изменилось, зачем проводить это сейчас? Я не понимаю, честно.

Вадим Квачев: Тот эксперимент, о котором мы с вами говорим, как мы уже говорили – это какое-то частное проявление альтруизма, по всей видимости. Не знаю подоплеки. Если говорить о перспективах проведения такого эксперимента в России, то сейчас он невозможен по нескольким причинам, как я это вижу. Первое – это направление существующей экономической политики государства. Эта идея глубоко противоречат тому, во что верят экономисты, которые определяют политику государства. Они верят в том, что нужно… неолиберализм. Поясню, что такое неолиберализм. «Все социальные проблемы можно решить с помощью рыночных механизмов». Они не верят в то, что… А безусловный основной доход – это не рыночный механизм. Это государство напрямую вторгается в социальную сферу, выплачиваем всем деньги. Поэтому на этом уровне невозможен.

Второе – это институциональный уровень. То есть о чем я говорил раньше? Нужно ломать всю систему социальной защиты обеспечения (пенсионную, систему соцзащиты, систему поддержки инвалидов). Это все нужно сломать и уничтожить. И вместо этого строить эту новую систему. Пока не представляю, чтобы завтра объявили о том, что такие радикальные реформы происходят.

И третья проблема – где взять деньги?

Александр Денисов: Самое главное. Может, и первая.

Вадим Квачев: В 2018 году была в Высшей школе экономики конференция.

Марина Калинина: У благотворителей, как мы слышали всю жизнь.

Вадим Квачев: Да, об этом чуть попозже. Они посчитали, что в разных странах в зависимости условий может уйти от 3% до 50% ВВП. Огромная сумма. И если мы говорим о безусловном основном доходе, которое выплачивает государство, сложно представить 50% ВВП. Но есть разные идеи. Некоторые экономисты говорят, что должен быть не безусловный основной доход, а безусловный основной дивиденд. В нашей стране есть ресурсы, которые признаются народным достоянием. Соответственно, дивиденд означает, что, будучи гражданином страны…

Марина Калинина: Вот это интересная тема. Это бы в нашей стране очень приветствовалось.

Вадим Квачев: Кстати говоря, возвращаясь к вопросу о Швейцарии. Почему в Швейцарии на референдуме решили не принимать эту тему? По той причине, что предложенная там программа предполагала повышение налогов. То есть это был не дивиденд, а доход: забираем у граждан, возвращаем гражданам. Если мы говорим о дивиденде, мы берем не у зарплаты, а у капитала. То есть из дивидендов.

Александр Денисов: А дивиденды бы у нас пошли? Есть для этого…

Марина Калинина: Они бы пошли. Но есть ли желание у тех, кто может это сделать?

Вадим Квачев: Да, хороший вопрос. Я пока не вижу такой перспективы. Я пока не представляю в своем воображении, чтобы завтра крупные компании, которые занимаются добычей природных ресурсов, сказали бы: «Да, мы согласны выделить сумму, равной 50% ВВП, для того чтобы эту программу осуществить». Это, конечно, если и можно такое представить, то это только политическая воля государства.

Марина Калинина: Давайте послушаем наших телезрителей. Из Саратовской области Александра нам звонит. Александра, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу спросить. Меня всегда интересует этот вопрос. Скажите, пожалуйста, почему наше государство хотя бы раз в год своим россиянам не давало бы какой-нибудь процент от добычи нефти, золота, алмазов, руды?

Марина Калинина: Мы сейчас как раз об этом говорим. Спасибо. Почему? Потому что пока…

Вадим Квачев: Я сказал. Это первая причина, почему сложно помыслить безусловный основной доход в России. Причина в том, что экономическая политика… Вы знаете, что в экономической политике политика на первом месте, а не экономика. В экономической политике установка совершенно другая: не нужно, чтобы люди напрямую получали деньги.

Александр Денисов: Зрительница просто слышала про арабские страны. Каддафи платил, по-моему. Там, правда, народу поменьше, чем у нас. И в Саудовской Аравии тоже…

Вадим Квачев: В ОАЭ.

Марина Калинина: Еще один звонок. Сахалинская область нам звонит. Галина, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Марина Калинина: Слушаем вас. Говорите.

Зритель: Я хочу высказать свое мнение по поводу базового дохода. Я полагаю, что в отношении базового дохода, как его сейчас представили ведущие, может быть несколько точек зрения. В этом предложении есть и положительное, но больше в этом предложении, я считаю, отрицательного.

Александр Денисов: А что именно отрицательного? Как считаете?

Зритель: Я считаю, что ставить население, ставить людей, граждан в зависимости от денег, которые каждый месяц дарятся за счет сверхобеспеченных людей – это крайне нехорошо. Потому что каждый человек должен, на мой взгляд, получать те деньги, которые он заработал и ощущать себя полноценным гражданином, личностью. То есть он должен понимать и сознавать, что он работает для того, чтобы обеспечить себе и своей семье существование в хорошем смысле слова. А базовый доход, так, как я его поняла, это могут быть какие-то разовые акции, которые могут иметь место по инициативе, как вы сказали, сверхбогатых каких-то людей или по инициативе государства, если бюджет имеет средства и готов их направить на эти акции.

Поэтому я полагаю, что рассматривать базовый доход в разрезе того, что им заменить пенсионное обеспечение – это абсолютно неправильно. Еще раз повторяю, люди должны себя ощущать личностями. Они должны работать и понимать, что они существуют на свои заработанные деньги. Вот это было бы верно.

Марина Калинина: Спасибо вам большое за такое обстоятельное мнение. Галина была из Сахалинской области. Вадим…

Александр Денисов: Ожидали такую реакцию, такие звонки, что это будут называть подачками?

Вадим Квачев: Да, безусловно. Но есть чем возразить. Когда уважаемая Галина нам сказала, что каждый должен работать, ощущать, что он сам себя обеспечивает… Да, труд – это такая моральная составляющая. Но что делать, если государство и рынок труда не могут обеспечить занятость достойно? У нас недавно вице-премьер Ольга Голодец удивлялась, что у нас работающие бедные – беспрецедентный феномен. Что это такое? Это люди, которые работают, то есть они себя ощущают работающими на полный рабочий день, но получают очень мало, для того чтобы себя обеспечить.

Марина Калинина: И им помогают родители-пенсионеры, что самое странное.

Вадим Квачев: И не потому что они ленивые или еще что-то, а по той простой причине, что институциональная структура рынка труда такова, что они просто не могут получить больше там, где они работают.

Марина Калинина: И тут мы возвращаемся опять же к экономической политике нашего государства.

Вадим Квачев: Да. И вопрос – что государству делать в такой ситуации? Это как один из вариантов того… Он не означает, что люди перестанут вообще работать. Он означает, что государство гарантирует некий базовый уровень, при котором человек работает, но при этом у него есть всегда (даже если он потеряет работу) некое психологическое ощущение надежности.

Александр Денисов: И некоторые зрители согласны с вами, Вадим. Сообщение из Московской области: «Обязательно нужно в России такое проводить, потому что сейчас почти невозможно получить инвалидность на ребенка. Мамы сидят с ними дома. Их не ставят на учет по безработице из-за того, что мама больного ребенка не может приступить к работе». Кто-то как раз и за в такой безвыходной ситуации, пожалуйста. Не воспринимается как подачка.

Марина Калинина: У нас осталась пара-тройка минут. Давайте все-таки поговорим о том, вообще вы лично видите перспективу в этом начинании или нет? Для нашей страны.

Вадим Квачев: Именно для нашей страны.

Марина Калинина: Ну, мы же в России живем. Что нам Финляндия какая-то?

Вадим Квачев: Да. Проблема в том, что, как я говорил, сама идея этого безусловного основного дохода родилась в лоне европейских стран.

Марина Калинина: Еще в XVIII веке об этом говорилось.

Вадим Квачев: Но именно эксперименты начали проводить сейчас. Если мы посмотрим на те эксперименты, которые проводились в Африке или в развивающихся странах, они связаны, конечно, с тем, что это не государство делает, а какие-то благотворительные фонды или корпорации западные. Поэтому основная идея в чем заключается? В том, что мы имеем европейское общество как модель безусловного основного дохода. Европейское общество с его текущими проблемами. То есть высокая безработица, высокий уровень замещения капитала трудом, большое количество роботов, вынос промышленных производств в страны периферии, то есть в Юго-Восточную Азию. И в результате этого массовая потеря рабочих мест людьми, потому что просто рабочие места уходят в новое место или замещаются роботами.

Что касается России по поводу этих предпосылок. Если вы посмотрите на статистику по промышленным роботам в России, она достаточно печальная. Мало у нас промышленных роботов. Меньше 10 на 100 000 работников. А вот в самых развитых странах несколько сотен на 100 000 работников. То есть замещение роботами как таковыми нам не грозит.

Хотя есть отдельные инициативы. Например, Сбербанк заменяют с помощью алгоритмов программным обеспечением своих операторов, юристов, бухгалтеров и так далее.

Если говорить о второй предпосылке, о которой я говорил. Вот экономическая политика. Пока я не вижу каких-то предпосылок на государственном уровне (потому что, как я говорил, это политическая воля) даже к тому, чтобы проводить какой-то эксперимент на эту тему. То есть сама идея настолько непопулярна среди тех, кто определяет экономическую политику.

Марина Калинина: Сейчас посмотрим, что будет в Калининградской области.

Вадим Квачев: Да, но это не государственная экономическая политика.

Марина Калинина: Ну, понятно.

Вадим Квачев: И плюс слишком мало платят для того, чтобы говорить о каких-то значимых эффектах. И третье – не отслеживают, на что люди тратят эти деньги. Это одно из условий эксперимента – посмотреть, как эти деньги расходуются.

Александр Денисов: И задачу не ставят. Что хотят добиться в итоге?

Вадим Квачев: Да, никакой задачи. Просто благотворительность. Если бы мы говорили об эксперименте, надо было бы выбрать, наверное, от 3 регионов с разным уровнем социально-экономического развития в России, посмотреть, какую сумму можно выделить, какая сумма, может быть, в районе МРОТ или прожиточного минимума, выплачивать ее, взять какую-то выборку населения (по 10 000, по 20 000, по несколько тысяч человек) и регистрировать, на что люди тратят деньги. И вот тогда можно было бы сказать о значимых результатах. Потому что нам ни Финляндия, ни Швейцария, ни Африка не указ, потому что везде экономика специфическая, у нас специфическая. Пока мы не можем с точностью говорить, что будет, если мы введем. Пока мы такой эксперимент не провели.

Марина Калинина: Понятно. Спасибо. Вадим Квачев, доцент базовой кафедры ТПП России «Развитие человеческого капитала» Университета имени Плеханова.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски