Где гарантии? По каким критериям определить качество услуг и как проконтролировать компетентность исполнителей

Где гарантии? По каким критериям определить качество услуг и как проконтролировать компетентность исполнителей
Торговля персональными данными. Брошенные моногорода. Компенсации советских вкладов. Субсидии Северному Кавказу. Детское шампанское. Фильмы-должники. ЖКХ по-нашему. Темы дня с Сергеем Лесковым
Цифровая гигиена: чем опасны фотографии паспорта, бесплатные приложения и переписка в соцсетях
Сергей Лесков: Русский народ по какой-то своей самобытной культуре является, как и все северные, пьющим народом
Будущее умирающих городов: или эвакуация населения, или строительство заводов
Игорь Костиков: Больше потратишь энергии и сил на получение и восстановление советских вклада, чем получишь деньгами
Татьяна Овчаренко: Если в январской платёжке нет годовой корректировки в вашу пользу, вы априори переплатили
Олег Иванов: Это очень большое достижение всех нас, что мы сегодня видим, на какой фильм сколько дали денег и сколько он заработал в прокате
Персональные данные в Интернете: как их защитить от утечки? И что делать, если это произошло?
Надо ли запретить детское шампанское?
Много денег Кавказу. А толку? Субсидии на развитие региона не дали эффекта
Гости
Александр Сафонов
профессор Финансового университета при правительстве РФ
Юлия Смирнова
первый заместитель Генерального директора Национального агентства развития квалификаций

Тамара Шорникова: Ну а сейчас наша «Тема дня». За свои деньги мы часто получаем некачественные услуги: нам делают плохие стрижки в парикмахерской, кран после визита сантехника продолжает течь, плохие дороги и опасные новостройки тоже часто результат чьей-то некомпетентности. Вот несколько примеров из жизни.

Иван Князев: Да, смотрим. «Новейшие» коммунальные технологии Ярославля – в кавычках, конечно, глядя на эту фотографию: детскую горку соорудили на куче грязи, а это как должно, видимо, было быть.

Тамара Шорникова: Да, видимо, не сложилось.

А на дорогах Москвы появляются так называемые «островки безопасности», хотя скорее небезопасности: дорожных знаков нет, и машины бьются о бордюры.

Иван Князев: Да. Вот как уложили асфальт сразу в двух городах России, в Красноярске и Санкт-Петербурге.

Тамара Шорникова: Ну и теперь, собственно, о причинах. Вот как объяснил, почему в нашей стране так много некачественных услуг, директор Центра социологии при Московском институте экономики и управления в промышленности Алексей Рощин в нашем дневном эфире.

Алексей Рощин: Самое главное, что в стране не работает институт репутации, самое главное. Ведь что, вообще говоря, является основой именно хорошего труда? Это человек работает не только на деньги, которые он получит и с ними быстро убежит куда-то, а человек работает на свою репутацию, вот тогда получается основа хорошей работы. Он знает, что если он сейчас сделает хорошо, то потом его снова пригласят, он там сделает еще лучше, его снова пригласят, он будет стоить дороже, у него будет хорошее реноме, он будет сам себя уважать и его будут уважать. А получается так, что у нас получается все, во-первых, обезличено, во-вторых, никто не хочет реально во что-то вникать, никто не хочет этих самых людей с репутацией. Говорили при СССР, что они делают вид, что нам платят, а мы делаем вид, что работаем. И на самом деле вот это отношение сохраняется даже и сейчас.

Иван Князев: И еще один эксперт нашего дневного эфира из Российского института стратегических исследований Михаил Беляев рассказывал, почему мы позволяем халтурщикам так относиться к своим клиентам, то есть к нам.

Михаил Беляев: К сожалению, мы так воспитаны, у большинства из нас вот такой характер, что мы никуда жаловаться, кроме отдельных личностей, наиболее въедливых, мы никуда обращаться с жалобами не любим, потому что это, в общем-то, еще даже подлежит как бы общественному осуждению: ну как же ты такой склочник, сутяга. Должно бы уже вырасти целое поколение в рыночных условиях, в рыночной экономике, а этот шлейф оттуда все тянется до сих пор. Но это вот такой чисто психологический момент, такой бытовой. Но и второе – это, конечно, никто не хочет тратить свои нервы, свои силы, хотя я вот подчеркну, что у нас есть целый закон, он называется законом о защите прав потребителей. Но понимаете, работу этого закона должен инициировать сам тот, кто получил некачественную услугу, мелкую, крупную, какую угодно. Но жаловаться в принципе, даже если вы не ожидаете каких-то, не рассчитываете на последствия, жаловаться надо всегда.

Тамара Шорникова: И наш вопрос сегодня: вы часто сталкиваетесь с халтурой? «Да» или «нет», тут все четко, в SMS можно присылать свои ответы, комментарии тоже присылайте и звоните к нам в прямой эфир.

Мы сейчас представим экспертов в вечерней части программы «Отражение».

Иван Князев: Да, Юлия Смирнова сегодня у нас в гостях, первый заместитель генерального директора Национального агентства развития квалификаций, – здравствуйте, Юлия Валерьевна. И Александр Сафонов, профессор…

Тамара Шорникова: …Финансового университета.

Иван Князев: …университета, да, хотел сказать «академии».

Тамара Шорникова: Вот сейчас, видишь, обвинят ведущих в профнепригодности тоже. Ваня, держи марку.

Итак, мы первый наш вопрос телезрителям вам тоже переадресуем. Вы часто сталкиваетесь с непрофессионализмом в бытовой сфере, в городской среде?

Александр Сафонов: Ну что касается городской среды, вот, кстати, вы начали свои сюжеты именно с городской среды, с ними как раз встречаешься довольно-таки часто. И вот «островки безопасности», нарушения разметки – это просто моя история: рядом с моим домом как раз после укладки очередных бордюров непонятно каким образом теперь должны машины размещаться на проезжей части, каким образом, до сих пор удивляюсь, там аварий не случилось; видно, место там хорошее, благодатное.

Что касается бытовых услуг, тут бог миловал по той простой причине, что я очень скрупулезно отношусь к тем людям, которые должны что-то для меня делать.

Тамара Шорникова: А как вы их выбираете?

Александр Сафонов: Ну, конечно, было сказано опять же в вашем дневном эфире очень правильно про репутацию. Я прежде чем с кем-то начать взаимоотношения, выясняю у своих, во-первых, знакомых, что они посоветуют по данному вопросу. Потом пользуюсь различного рода социальными сетями, для того чтобы понять, специалист тот или не тот. Ну и потом все-таки жизненный опыт тоже подсказывает, что из себя представляет человек: либо это попытка, так сказать, позиционировать свое такое условное качество, а по сути человек ничего из себя не представляет…

Иван Князев: То есть вы видите людей?

Александр Сафонов: Конечно, конечно, стараюсь во всяком случае. Просто на слово о том, что «я все умею», не полагаться, иначе за этим может последовать… Просто у самого тоже были такие неприятные события достаточно давно, когда вот попросил на даче у себя сделать кладку кирпичную, человек сказал, что да, все умеет, потом я пришел и понял, что мне придется как-то с ним расстаться достаточно быстро, потому что…

Иван Князев: Вежливо сказали?

Александр Сафонов: Ну конечно, да.

Иван Князев: Вот видите, все мы, вот весь наш народ такой, мы вежливо, мы даже не жалуемся.

Александр Сафонов: Вежливо, но строго, строго, я просто не заплатил денег. Я сказал, что я деньги готов был заплатить за работу, за халтуру у нас договоренности такой не было, поэтому расстаемся каждый при своих. Еще я ему объяснил, что он мне в принципе и должен остался, потому что материалы-то потрачены, а качественной работы нет.

Иван Князев: Давайте у Юлии спросим. Юлия Валерьевна, вот сделаю вам комплимент, у вас прическа хорошая – к мастеру постоянному ходите?

Юлия Смирнова: Абсолютно, постоянному.

Иван Князев: Вот.

Юлия Смирнова: Да, уже лет 10. И более того, человек в нашей терминологии квалифицированный, потому что постоянно участвует в конкурсах и имеет подтвержденную квалификацию.

Иван Князев: А к другим не рискуете? Почему?

Юлия Смирнова: Нет, потому что я не имею возможности проверить, есть ли у них свидетельство о квалификации, а вот у этого конкретного человека уже есть.

Иван Князев: А, то есть вы прямо бумажку посмотрели, да?

Юлия Смирнова: Да.

Иван Князев: То есть не на своей голове проверяли, а бумажку посмотрели? Или и так, и так?

Юлия Смирнова: На самом деле, конечно, 10 лет назад не было возможности такой, и так получилось, что методом проб и ошибок мы друг друга нашли. А после того, как я ей начала рассказывать про ту систему, которая сейчас в России складывается, она пошла и специально сдала вот такой профессиональный экзамен, подтвердила свою высокую квалификацию мастера.

Иван Князев: А вот, кстати, мы сегодня много говорили, прошу прощения, днем о том, что вот, например, на Западе есть такое понятие, как сертификат: все, пожалуйста, я мастер того или иного профиля, сертификат. У нас такого нет, неизвестно, кто чем занимается.

Александр Сафонов: Ну вы знаете, во-первых, европейская система, с которой мы пытаемся рисовать систему квалификации, вообще рождалась в совершенно других условиях, нежели вот у нас. Там же ведь не было государственной системы образовательной с точки зрения единых стандартов, которая предоставляла четкое понимание, кто выпускается из каких учебных заведений. Поэтому, естественно…

Иван Князев: Ну у нас лишних людей не было, все учатся в одних университетах.

Александр Сафонов: Да, у нас совсем другая схема, у нас были единые стандарты, поэтому там люди приблизительно выходили с определенными квалификационными знаниями. Хотя в течение жизни, например, те же самые рабочие досдавали экзамены на квалификационные разряды, от этого зависела заработная плата, поэтому система была устроена немножко, даже не немножко, а совершенно по-другому. И мы в отличие от европейцев или американцев значительно раньше начали описывать квалификационные требования в единых квалификационных справочниках, эта история началась аж с 1950-х гг. Дошли до такого состояния, когда управлять этой системой стало невозможно, потому что слишком много профессий, и вот если ты пытаешься описать их квалификации, то времени уходит достаточно много, так сказать, и все уже устаревает это описание.

Поэтому, понимаете, конечно, это вещь нужная, с одной стороны, когда вот есть куда пойти и сдать экзамены, чтобы подтвердить свою квалификацию, вопрос только в одном, что зачастую системы, которые подтверждают эту квалификацию, отстают от жизни.

Иван Князев: Еще более неквалифицированные, наверное.

Александр Сафонов: И уж самое главное, никакой сертификат вам не даст гарантии о том, что исполнитель, говоря сленгом, не «слажает» в тот момент, когда будет оказывать вам услуги, потому что это история совершенно из другой оперы.

Иван Князев: Ну это-то одна сторона медали, то, что не даст гарантии, а другая сторона, что его за это привлечь можно уже на основании какой-то бумажки конкретной, а не просто такой-сякой.

Александр Сафонов: Нет, никак вы его не привлечете на основании этой бумажки.

Иван Князев: Там привлекают.

Александр Сафонов: Вот там совсем другая история, это вот действительно репутация и конкуренция, там люди борются за деньги. Вот главный мотиватор человека делать качественно свою работу – это понимание того, что он в противном случае, если будет делать ее плохо, не заработает себе на жизнь, то есть его не возьмут в фирму, он не сможет свою фирму открыть, он не найдет клиентскую базу, понимаете?

А поскольку у нас немножко история другая, потому что все ваши сюжеты все-таки связаны с госзакупками, вот там действительно проблема какая? Это то, что клиент, – а мы с вами являемся конечными бенефициарами, клиентами, – никак не оказываем влияния на эти госзакупки. Мы не можем сказать, что этой фирме, которая так вот положила тротуары, больше не надо ничего давать, это не мы с вами принимаем решение, это совсем другая история.

А на Западе зачастую этого нет, то есть там совершенно другая схема, там все-таки прямые взаимоотношения потребитель-производитель: потребитель плохо оценил продукцию, услуги, значит, скорее всего, производитель или поставщик услуг работать не будет.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем наших телезрителей, к нам дозвонилась Нина из Воронежской области. Нина, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Нина.

Зритель: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вашу историю.

Иван Князев: Вы сталкивались с некачественными услугами?

Зритель: Весной этого года город Борисоглебск Воронежской области, в центре города, улица Советская, парикмахерская «Локон», я делала «химию», заплатила за нее дорого, 700 или, по-моему, даже больше 700 рублей. Сделали мне очень плохо: где-то «химия» вообще не получилась, где-то было пережжено, стрижка неудачно выполнена.

Я через пару тройку дней пришла в парикмахерскую и хотела видеть заведующую, она была в другую смену. Еще раз пришла, застала заведующую, другие мастера посмотрели, заведующая согласилась, что да, сделано неважно, предложила переделать, но предупредила, что могут быть сожжены волосы. Я, конечно, отказалась. Она предупредила меня: «Придите через какое-то время ко мне, я вам «химию» переделаю».

Но у меня через 3 месяца возникла потребность подстричься, состричь вот это хотя бы неровное, пережженное. Я пришла в эту парикмахерскую, ни один мастер не взялся меня подстричь, ну представили меня как склочницу, сутяжницу. Я приходила второй раз, еще раз, и только когда я попала к заведующей, она меня все-таки подстригла и подстригла неплохо.

Деньги мне никто не вернул, и у меня очень плохое впечатление осталось об этой парикмахерской «Локон». Все-таки вот так изуродовать голову, я ходила с такой головой практически все лето, пока у меня отросли волосы, и сумму я заплатила большую.

Тамара Шорникова: Да, сочувствуем, Нина.

Иван Князев: Да, спасибо, Нина, сочувствуем вам. Спасибо за вашу историю.

Есть еще у нас несколько других, да?

Тамара Шорникова: Да, давайте посмотрим видеоматериал, чтобы суммарно уже обсудить, что происходит в городах. Мы решили спросить собственно жителей этих городов, каким было их последнее разочарование, связанное со сферой услуг: плохая стрижка, может быть, некачественный ремонт автомобиля или что-то другое? Вот что отвечали.

ОПРОС

Иван Князев: Ну вот такие были у нас ответы.

Тамара Шорникова: Да, такие истории.

Иван Князев: Уважаемые друзья, напомним, мы обсуждаем качественные, точнее некачественные услуги, ну или просто когда люди называют это халтурой…

Тамара Шорникова: Мы разные обсуждаем, похвалить тоже можно, звоните.

Иван Князев: Да, звоните нам обязательно в эфир.

Несколько SMS?

Тамара Шорникова: Прямо сейчас давай послушаем Ольгу, потому что она уже дозвонилась. Ольга, здравствуйте, Ульяновская область на связи.

Иван Князев: Здравствуйте, Ольга.

Зритель: Здравствуйте. Ульяновская область, город Димитровград. Вот я вам звоню по поводу некачественных услуг. Нам делают капитальный ремонт. В данном случае мы жители дома, у нас не было возможности выбрать подрядчиков, то есть у нас их выбирала управляющая компания, да? У нас работало 3 или 4 бригады, сменилось за 4 месяца…

Иван Князев: Плохо делают?

Зритель: Все очень плохо делают. До ремонта у меня стояла нормальная труба, которая не текла, прекрасно функционировала. Теперь нам поставили новые трубы, вот у меня течет, только в моей квартире в двух местах, и во всех остальных квартирах тоже течет в нескольких местах. Затопило там с 3-го по 1-й этаж в соседнем подъезде, там трубы просто не были сварены, да? Вот такой вот капитальный ремонт, после которого дом можно признавать просто аварийным.

Иван Князев: Жаловались куда-нибудь?

Зритель: Жалуемся, жалуемся, жалуемся, нашей управляющей компании жалуемся…

Иван Князев: Что говорят?

Тамара Шорникова: А результат-то есть?

Зритель: Пока нет. Я звонила в Фонд капитального ремонта Ульяновской области. То есть мы на них воздействовать в данной ситуации не можем никак, вот.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Иван Князев: Да, понятно, спасибо вам. Ну что же, будем надеяться, что хоть как-то решится когда-нибудь проблема у вас.

Тамара Шорникова: Мы говорим о стрижках неудачных, 600–700 рублей, жалко, важно для семейного бюджета, но, соответственно, погоревали, пошли дальше. Мы говорим о каком-то неудачном маникюре или еще чем-то, какие-то мелкие вещи. Когда речь идет действительно о крупных провалах, что называется…

Иван Князев: Капремонт.

Тамара Шорникова: Капремонт – это большие деньги, те же дороги, незаключенные контракты и так далее. Когда мы жалуемся на какого-то конкретного предпринимателя, мы можем позвонить в Роспотребнадзор. А что делать, если мы недовольны магистралью в своем городе, недовольны тем, как построены дома? Здесь есть у нас рычаги, как, куда, на кого жаловаться?

Александр Сафонов: Вы знаете, все-таки это политические рычаги в большей степени. То есть надо понимать то, что вот кто организует это строительство в конечном итоге? Это муниципальные власти. И в принципе при, скажем так, нормальной ситуации граждане должны не уходить в сторону от данной проблемы, а пытаться на выборах идти и голосовать за тех, кто, с их точки зрения, будет этой проблемой заниматься более эффективно. Но есть еще у нас все-таки… Это вот что касается планирования, просто другой истории не бывает, потому что вы же не можете пожаловаться на неизвестно какого человека, вам же непонятно, кто это планировал, кто это все организовывал.

Иван Князев: Александр, простите, пожалуйста, я вас перебью. Да, это все организовывает власть, заказчик у нас власть, а нанимать-то есть кого? Юлия Валерьевна, скажите по поводу квалификации, вот вы как замгендиректора Национального агентства квалификации, нанимать-то есть кого? Или работают у нас те, у кого руки сами понимаете где?

Юлия Смирнова: Да, если можно, я сначала немножко посочувствую тем, кому были оказаны некачественные услуги. В принципе там, где у нас есть выбор, конечно, мы голосуем нашими ногами и нашим рублем. Если нам некачественно где-то сделали «химию» или подстригли, мы больше туда не придем, и тот же индивидуальный предприниматель или самозанятый, которые тоже занимаются этой работой, больше не получат этих денег и, может быть, когда-то перестанут…

Иван Князев: А на детскую площадку дети как ходили, так и будут ходить.

Юлия Смирнова: Я согласна. Потому что у нас когда происходит отбор организаций, сейчас пока не учитывается, кто действительно, реально там будет заниматься этой работой, есть люди, которые умеют это делать, или это те, которые были приняты, я не знаю…

Иван Князев: Ну с улицы.

Юлия Смирнова: Ну да.

Иван Князев: Или приехали.

Юлия Смирнова: Ну примерно это одно и то же.

Иван Князев: Ну да.

Юлия Смирнова: И конечно, это важная проблема. И мы считаем, что к этому нужно подходить системно и понимать, кому мы отдаем в конце концов наши деньги, налогоплательщиков, нашего бизнеса, наши личные деньги, да?

Иван Князев: А с этим можно что-то сделать?

Юлия Смирнова: Мы стараемся делать, потому что вот та система, которая выстраивается в стране, национальная система квалификаций, старается, чтобы люди, которые занимались квалифицированным трудом, а мы же понимаем, что мы находимся в ситуации довольно сложной, когда мировой рынок труда охотится за талантами, а наша система образования, как бы мы к ней критически ни относились, но тем не менее умеет готовить таланты до сих пор, за нами охотятся. Мы стараемся привлекать уже тех, кто имеет нужную нам квалификацию, но все равно приезжают пока все.

Иван Князев: Поясните. То есть вы находите опытных, квалифицированных людей и предлагаете их в различные компании или как? О чем речь просто идет?

Юлия Смирнова: Нет, речь идет о том, что мы, для того чтобы понять, какого качества квалификации у нас должны быть в стране, мы должны оценить эту самую квалификацию, чтобы понять, эта квалификация вообще есть или этой квалификации нет.

Иван Князев: И что, налаживаете мосты между учебными заведениями?

Юлия Смирнова: Да, конечно, и это в том числе. У нас происходит независимая оценка квалификации, у нас уже почти 50 тысяч людей за последние 1,5 года прошли такую оценку. Мы внедряем эту оценку в итоговую аттестацию выпускников и среднего профессионального, и уже высшего профессионального образования, для того чтобы рынок труда и конкретные работодатели понимали, а кого они нанимают.

Иван Князев: Да-да, вот секундочку, вот это важно, что вы сказали, среднее профессиональное. Просто я почему-то подумал, что у вас речь идет именно, знаете, о каких-нибудь менеджерах или высшем звене и так далее. Все-таки о среднем, именно мастера?

Юлия Смирнова: Мы относимся ко всем квалифицированным людям. Мы выстраиваем систему, чтобы люди, которые работают на нашем рынке труда, все были квалифицированными.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телефонный звонок, к нам дозвонилась Светлана из Карелии. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Светлана.

Зритель: Алло, добрый вечер.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Я просто сказать хочу следующее. Вот почему все это происходит? Потому что основная масса людей относится ко всему очень равнодушно. Недавно я наблюдала, как ремонтировали дорогу. На дороге остались от советского асфальта кусочки, в основном колдобины, и эти колдобинки засыпали отсевом, просто практически, я не знаю, чем-то смоченным чуть-чуть отсевом. Машина проходит, этот отсев тут же выбивает колесами.

Ну я понаблюдала-понаблюдала, думаю, пойду схожу. Пошла к главе города, он занят. Я подошла к заместителю, говорю, вот так и так, я сейчас наблюдала, как ремонтируют дорогу, вообще-то кто-то контролирует этот ремонт? Он, конечно, на меня так сразу: «А вы кто такая? Вы что, имеете дорожное образование?» Я говорю: «Вы знаете, я пенсионерка, я просто наблюдательный человек». Я видела, как в советское время ремонтировали дороги, ну и я как понимающий человек понимаю, что бессмысленно пригонять дорогостоящую турбомашину и турбомашиной засыпать эти колдобины, где практически асфальта уже не осталось.

Ну и, короче говоря… А он когда мне это сказал, я говорю: «Знаете, мне больше всего обидно, что вы закапываете в землю налоги, которые я плачу».

Иван Князев: Вот надо было ему так и сказать, что не пенсионерка вы, а налогоплательщик, что они ваши деньги сейчас в асфальт закатывают.

Зритель: Подождите, вы меня послушайте.

Иван Князев: Слушаем.

Зритель: Я говорю: «Мне обидно, я пенсионерка, вы закапываете в землю мои налоги». А он мне сказал: «Вы пенсионерка, вы не платите никаких налогов». Я говорю: «Как никаких? Я плачу налог за жилье, я плачу налог за землю, на которой стоит мое жилье, я плачу коммунальные услуги, я хожу в магазин, покупаю буханку хлеба, и там налог, везде!»

Юлия Смирнова: Конечно.

Зритель: Куда бы я ни зашла, я везде плачу налоги. Он так удивился, когда я сказала это. Вот, понимаете, если бы люди были менее равнодушны, наверное, ко всему бы относились более серьезно. И еще я хочу сказать: кто придумал такую систему ремонта дорог? Ведь за это деньги берут большие, а делают, извините за выражение, филькину грамоту. Вот почему за границей говорят, что у нас дороги золотые? – ведь никто не контролирует.

И почему этот вопрос до сих пор… Ну не было такого в советское время. В советское время был асфальт, если где-то выбивалась яма, засыпали эту яму, очищали ее, засыпали…, потом каток закатывал, что не отличишь эту заплатку, она даже не видна была, что заплатка посажена. А сейчас что делают?

Вы знаете… В общем, короче говоря, налоги мы платим, а куда идут эти налоги? Они все закапываются в землю и пускаются на ветер. И пока вот это будет происходить, у нас не будет хорошей жизни, у нас не будет крепкой экономики, у нас не будет стабильного рубля. Вот я, вот это…

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Юлия Смирнова: Слушайте, как хорошо, что у нас такие активные люди есть, неравнодушные.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: И образованные.

Юлия Смирнова: И образованные, да.

Иван Князев: В отличие от чиновников.

Тамара Шорникова: Поговорили о компетенциях, о том, как готовить квалифицированных сотрудников. А рынок труда готов их принять? На самом деле, если честно говорить, всем ли работодателям компетентный сотрудник нужен? Или больше, например, нужен недорогой сотрудник, тот, который не будет притязать на большую зарплату, лояльный сотрудник?

Александр Сафонов: Вот два последних определения как раз являются основным мотиватором для работодателя нанимать людей. К сожалению, это история, которая тянется достаточно давно.

То есть есть, конечно, счастливые исключения, слава богу, что они есть, это, например, военно-промышленный комплекс, когда в 2000-х гг. он стал восстанавливаться с точки зрения того, что стали финансировать через государственные расходы заказы, там вынуждены были даже отзывать пенсионеров с пенсии, с заслуженного отдыха. Почему? Потому что квалифицированных специалистов не хватало. Но это как бы специфическая сфера. Вот когда речь идет о дорожном строительстве, в первую очередь здесь что главное для предпринимателя, который выиграл госзаказ? – это минимизировать свои расходы.

Иван Князев: Меньше платить, больше заработать.

Александр Сафонов: Да. И в этом случае ему абсолютно наплевать, кого он там принимает на работу, с сертификатом, без сертификата, самое главное как можно меньше заплатить. Конечно, есть определенные виды работ, которые нельзя доверить уж совсем неумехам, но по большей части работают именно такие люди. И поэтому, естественно, ни о каких технологиях производства работы идти речь не может.

И более того, мы же должны говорить о том, что рынок труда у нас не везде «беленький», где вот есть трудовые договоры, порядка 20 миллионов человек вообще работают в тем не менее неформальном секторе, где вообще никаких трудовых договоров не нужно. Собственно говоря, с юридической точки зрения их как работников нет, то есть несмотря на то, что они дай бог будут живы-здоровы, но тем не менее с юридической точки зрения их нет, поэтому спросить с работодателя по поводу того, кого он там нанял для исполнения работ, невозможно, потому что их нет.

Иван Князев: А тем не менее они работают.

Александр Сафонов: Да, а тем не менее они работают, они выполняют…

Иван Князев: Дома строят.

Александр Сафонов: В том числе дома строят, кстати, и коммуникации строят, и много в чем другом еще участвуют. Поэтому, конечно, здесь проблема носит действительно системный характер. То есть мы в данном случае, для того чтобы добиться качественного исполнения услуг, должны, что называется, наступать на эту проблему с разных сторон. Во-первых, это, безусловно, воспитывать население и помогать ему в максимальной степени реализовывать вот эту функцию контролера, потому что никто, кроме нас, не может быть более заинтересованным в том, чтобы нам предоставляли качественные услуги, это раз.

Во-вторых, все-таки нужно стараться действительно привлекать квалифицированную рабочую силу, но для этого нужно все-таки добиться того, чтобы система трудовых отношений была не «серой», не скрытой, а реально существовала в виде трудовых договоров. Тогда в этом случае действительно можно, собственно говоря, в том числе проявлять административное воздействие на работника. Когда у тебя нет трудового договора, как ты его накажешь? Ты же не будешь за ним кричать вдогонку: «Он плохой работник!» Не так.

Поэтому, конечно, здесь вот масса таких вопросов, наслаивающихся друг на друга, и вот такого простого решения, такой обычной палочки-выручалочки, взмахнул и все хорошо, конечно, нет.

Иван Князев: Послушаем Сергея из Санкт-Петербурга. Сергей, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас, Сергей.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: У вас вопрос или мнение, позиция?

Зритель: Да, у меня вопрос и объяснение. Кто считает, что халтурщики плохие работяги?

Тамара Шорникова: Так. А как тогда оценивать качество работы и вообще работника, если не по его работе?

Зритель: А надо проверять, проверять опытные данные, где он работал. Ну как вам это сказать… Я свою ситуацию могу объяснить.

Иван Князев: Давайте.

Тамара Шорникова: Давайте.

Зритель: Я нахожу работу частную, подрабатываю и говорю, где я работал, оставляю телефоны, чтобы они связывались с теми людьми, где я работал, спрашивали отзывы.

Иван Князев: А вы кем работаете?

Зритель: Строителем.

Тамара Шорникова: Так. И что происходит?

Иван Князев: Подождите, что строите? Вы же не частный строитель, не пришли, чтобы дом построить или сарай.

Зритель: Правильно, частный строитель. Я работал в бригаде халтурщиков, потом самовольно делал, плитку ложил…

Юлия Смирнова: Это немножко другая халтура.

Александр Сафонов: Да.

Тамара Шорникова: Мы сейчас просто в дефинициях запутаемся.

Иван Князев: Да, мы здесь про другую халтуру говорим.

Юлия Смирнова: Да, на самом деле…

Тамара Шорникова: Это «шабашка», как в прошлом называлось то, что у вас.

Иван Князев: Да.

Юлия Смирнова: На самом деле, если вспомнить советское время, человек, который кроме основной работы еще занимается чем-то, это называлось халтурой.

Иван Князев: Это называлось халтурой, да. Сергей, мы правильно вас поняли? Мы просто проясняем ситуацию.

Зритель: А что людям делать, если нет работы? Если нет у людей работы, государство не заботится о людях?

Тамара Шорникова: Да, Сергей, нужно искать работу любыми способами, вас поддерживаем. Мы сейчас выступаем за халтурщиков, которые плохо работают.

Иван Князев: Один маленький вопрос: Сергей, вы вот свою работу хорошо делаете, честно, вот признайтесь?

Зритель: Да, честно, потому что я прихожу к заказчику и говорю: «Я буду делать как себе».

Иван Князев: Вот.

Зритель: И в поговорке не зря говорится: «Если хочешь сделать хорошо, сделай это сам».

Иван Князев: Спасибо.

Юлия Смирнова: Сергей, а у вас есть профильное образование, можно спросить?

Зритель: Профильное?

Юлия Смирнова: Да, строительное.

Зритель: Да, есть, я работал стекольщиком.

Иван Князев: Понятно.

Юлия Смирнова: Спасибо большое. Это тоже важно.

Иван Князев: Вот Краснодарский край вторит Сергею: «Нужно всем нам исполнять добросовестно свои обязанности, и все будет хорошо с нами». Ведь не только рабочим, но и тому же чиновнику, который не знает, как и когда у него асфальт должны класть, кто у него налоги платит или нет, и так далее.

Тамара Шорникова: Ну вот смотрите, к вопросу Сергея Татарстан пишет, например: «Самозанятый – халтура?» Ну то есть человек, возможно, как Сергей расскажет нам, что он замечательно печет торты – кто подтвердит квалификацию этого человека, безопасность изделий?

Иван Князев: Уж съел да подтвердил через два часа.

Александр Сафонов: Те, кто не отравился, да.

Юлия Смирнова: Собственно, я почему и задала Сергею этот вопрос: если человек через опыт накопил что-то такое, что он считает, что он может подтвердить, тогда он действительно может пойти и попробовать показать, есть ли у него эта квалификация или нет, даже если он не получил профильного образования. А вот если человек не подтвердил, тогда действительно вот это большой такой вопрос, что с этим человеком сделать. Просто в национальной системе квалификаций, если человек не подтвердил, ему дают заключение, где описывают, какие у него дефициты есть и как их можно исправить.

А вот к предыдущему хочу отнестись, к дорожным работам. У нас же система, когда мы должны закупить определенные работы через законодательство, которое в основном требует от нас заказать эту работу по минимальной цене, а вот наличие квалифицированных кадров вторично для этого. А вот нам нужно сделать так, чтобы именно квалифицированные кадры были первичны особенно для работ, связанных с нашей с вами безопасностью, с нашим с вами удобством.

Иван Князев: Ну вот это странно, потому что доводилось мне сталкиваться с конкурсами, с госзакупками – там такое количество документов, там ты должен предоставить сведения вообще о всех сотрудниках, которые будут выходить на конкурс, какое у них образование, сколько они лет в этой сфере работают, а тем не менее происходит что-то все равно не так. Или я ошибаюсь?

Юлия Смирнова: А выбирают все равно по минимальной цене.

Александр Сафонов: Нет, конечно, во-первых, вы не ошибаетесь, потому что не по минимальной цене, а критерии определяются техническим заданием…

Иван Князев: Там вот такая кипа документов.

Александр Сафонов: Да, цена может играть и 30%, и 40%, и 60%, это все зависит от того, что хочет заказчик в конечном итоге получить, сэкономить либо выполнить качественно работу. Вопрос в другом, что никогда, еще раз подчеркну, формальные требования не решали никакой проблемы. Почему? Потому что, например, мы вот часто участвуем во всякого рода научных конкурсах – а где гарантия того, что заявленные специалисты в перечне тех документов…

Иван Князев: …будут работать?

Александр Сафонов: …будут выполнять эту работу? Завтра же я напишу отказ и скажу, что я заболел, передумал, вообще ничего не хочу. И отменить на этом основании конкурс невозможно. Поэтому, понимаете, формальные требования формальными требованиями, но есть реальная жизнь, а реальная жизнь говорит о другом, то, что мы с вами обсуждали, когда предпринимателю выгодно не качественное исполнение работ, а побыстрее и соответственно больше на этом наварить, соответственно с кем-то, может быть, даже поделиться, мы никогда качественного исполнения не получим.

Поэтому здесь действительно законодательство, конечно, надо менять, усиливать контроль в том числе общественный. Ну почему бы, например, когда речь идет об исполнении муниципальных заказов, не требовать подтверждения под актами, соответствующих росписей тех же жителей дома? Вот выбрали комитет контрольный, заинтересованы в исполнении, скажем так, тех работ, которые по капитальному ремонту делают…

Иван Князев: …и пускай бы хоть одна бабушка не подписала.

Александр Сафонов: Да. И собственно говоря, пойди с ними попытайся договориться, замучаешься, поэтому будет дешевле сделать хорошо, а не пытаться их уговаривать подписи делать. Вот это был серьезный шаг вперед, то есть именно с точки зрения исполнения муниципальных заказов.

Что касается той детской площадки, которая на грязи была построена, тоже вот это проблема тех жителей, которые живут вокруг: если бы они соотнеслись к той документации, которую нужно чиновникам подписывать, то есть было бы такое право у выборного комитета высказать свои замечания, ну точно бы это не прошло. Но пока мы живем в другой ситуации, когда работы принимают чиновники, а уж по какому критерию они это оценивают, по критерию доклада на бумаге, по фактически проведенным работам, либо действительно они постарались оценить качество исполненных работ…

Просто люди везде разные, нельзя же всех одной краской рисовать, потому что есть и чиновники, которые требовательны к исполнителям, страна большая и подходы разные. Но тем не менее должна быть система, система участия населения в контроле за исполнением муниципальных заказов, без этого просто никуда мы не двинемся с точки зрения оценки качества исполнения услуг.

Тамара Шорникова: Я бы даже продолжила, что система должна работать. Ну потому что у нас же сейчас де-факто есть, например, общественные слушания.

Александр Сафонов: Нет, общественные слушания о чем? Общественные слушания направлены на учет общественного мнения, жителей района по поводу того, что надо строить или не надо строить.

Иван Князев: Да и туда, наверное, формально проходят.

Александр Сафонов: Весь вопрос в том, что контроля за неформальным проведением вот этого мероприятия, конечно, нет.

Иван Князев: Провели и провели, пришли и не пришли, все.

Александр Сафонов: Хотя вот опять же на своей практике могу сказать так, что, когда у нас рядом с моей дачей попытались построить химическое такое опасное предприятие, все жители соответствующего района очень активно взялись за эту работу.

Закончилось это несколькими как бы результатами. Во-первых, на ближайших выборах глава сельского поселения «слетел», то есть его не выбрали, соответственно те общественные слушания, которые он якобы проводил, были опротестованы аж до прокуратуры. Плюс ко всему прочему, люди объединились в соответствующий комитет, даже листовки печатали на столбах, призывая принять активное участие в борьбе за чистоту и экологию.

В конечном итоге владелец земли вынужден был отказаться… И причем было решение даже московского областного правительства, ну это достаточно давно было, лет 12, по-моему, назад, отменили решение, которое давало право на застройку этой территории, чтобы завод там появился. В конечном итоге это все вылилось в жилищное строительство.

Иван Князев: Звонок?

Тамара Шорникова: Телефонные звонки, да. Зураб, Карачаево-Черкесия. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Зураб.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: Мы хотели к вам тот же самый вопрос, с халтурой обратиться. Мы несколько лет добивались, чтобы нам водоканал хоть трубы заменил. Добились наконец-то, трубы нам заменили, но придумали другую большую головную боль: по нашей улице, по улице Родниковской, невозможно ни пройти ни проехать, водоканал как все бросил, перерыл и ушел. Сейчас дожди пошли, ни один человек не может пешком пройти, тем более тут рядом школа, дети не могут пройти. Тут кто-то если и может заехать, то только на джипах. Обращались и в городскую администрацию, и в водоканал, никто и ничто. То же самое, халтура, страшная халтура.

Иван Князев: Да…

Зритель: Никто за это не в ответе.

Иван Князев: Спасибо вам, Зураб.

Вот SMS у нас интересная пришла. Наши телезрители нам подсказывают, что означает термин «халтура», точнее с латинского «халтулариум» – это означает поминальный список, который священники читают, молясь за упокой. Термином «халтурить» попы́ называли меж собой совершение церковных служб на дому: делалось это наспех и кое-как, потому что попа́м деньгами платили редко, давали продуктов, главное было везде успеть. Ну вот мы разобрались с терминами.

Тамара Шорникова: Разберемся теперь и со вторым телефонным звонком, к нам Надежда из Тывы позвонила. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я решила «остекленить» или как, застеклить балкон себе.

Тамара Шорникова: Вышел анекдот, видимо, судя по вашему смешку?

Зритель: Да-да. Сейчас, в данный момент я вижу в Минусинске, Красноярский край. Пришел парень, все замерил и говорит, что за это все нужно заплатить 100 тысяч. Нужно было потолок сделать, полы, одним словом, все 100 тысяч. Я взяла сразу сдуру, как говорится, заплатила ему полностью все деньги, 100 тысяч.

Тамара Шорникова: Эх!

Зритель: Да. Пришли они через 2 дня, начали делать. Разобрали тот, что у меня был, деревянный, который еле-еле держался, убрали и ушли с концами. Это все было 26 октября. Вот прошел и октябрь, и ноябрь, вот средства декабря, кое-как я дозвонилась, доходила до него: «Ну застеклите хотя бы, чтобы не было холодно в квартире». Застеклили, а остальное делать опять исчезли, сказали: «Мы можем в любое время, хоть в трескучий мороз, все сделать!»

Потом мне этот Сергей стал говорить, что то холодно, то еще какая-нибудь причина. Прошел январь, февраль, март, и в апреле кое-кое-как… Я уже и в прокуратуру начала обращаться, и в суд, они пришли мне доделали. Но доделали тяп-ляп: кругом щели, окна не закрываются; то, что вот «лиану» попросила сделать, повесила только один пододеяльник, и эта «лиана» вся рухнула на меня сразу же. Вот такая работа.

И сколько я ему звоню, до 26-го осталось всего немножечко, гарантия кончается, но воз и ныне там. Вот как еще так говорить? За ними ходила по пятам: «Сделайте это, сделайте здесь, сделайте здесь». – «Уйди, бабка, уйди, бабка, не мешай». Мне всего 70 лет, но я на все эти 70 лет мои не тяну никаким образом.

Тамара Шорникова: Понятно.

Иван Князев: Понятно.

Вот знаете, что, уважаемые гости, Тамара, мне вот нравится в наших телезрителях и в вас тоже? – что мы, когда слушаем эти истории, все-таки улыбаемся, у нас еще хоть какой-то оптимизм остается. Видимо, мы настолько… Даже операторы, я слышу, сидят и смеются.

Тамара Шорникова: Вы знаете, с одной стороны смеемся, а с другой стороны, может быть, это тоже часть проблемы? Потому что даже в нашем видеоматериале, когда мы опрашивали людей, что вас разочаровало, многие начинали объяснять действия халтурщиков так называемых: «Ну, наверное, молодая, опыта нет и так далее».

Иван Князев: Защищают, даже более того.

Тамара Шорникова: Может быть, мы мало жалуемся, не умеем жаловаться, не знаем, как и куда?

Иван Князев: А может быть, это вообще наша национальная особенность? С одной стороны халтурить, с другой стороны защищать и не жаловаться.

Юлия Смирнова: Ну, знаете, мы всегда как-то с одной стороны жалеем, а с другой стороны ругаем, да еще как. Поэтому нам нужно как-то все-таки, мне кажется, больше понимать, что у нас есть свои собственные права, свои собственные обязанности и выполнять качественно свою работу, но и стараться того же самого требовать от других.

Тамара Шорникова: Пишут нам, что сегодня вместо жалобной книги пост в Facebook том же, или «ВКонтакте», или в соцсетях…

Юлия Смирнова: Очень хорошо работает.

Тамара Шорникова: …может хорошо сработать назло, так скажем, тем, кто плохо сделал.

Юлия Смирнова: А вы знаете, что сейчас очень многие работодатели, когда рассматривают, взять человека или нет, они смотрят на его… Кстати, я сама как такой же представитель работодателя смотрю, чем человек живет, а какие он делает публикации, потому что об этом человеке…

Иван Князев: Такая проверка на адекватность, да?

Юлия Смирнова: Конечно, очень многое это говорит.

Иван Князев: А вот если немножко тему отзывов расширить? Вот многие люди, прежде чем что-либо купить, посмотреть, заказать какую-нибудь услугу, ботинки в ремонт отнести, залезли в Интернет, посмотрели, такая-то такая-то мастерская, отзывы. Как инструмент это может работать успешно?

Александр Сафонов: Кстати, может, может. Я могу сказать, что Facebook в этом смысле мне лично помогал, когда вдруг встречалось какое-то интересное объявление по приобретению товара, когда делаешь запрос поисковый, отзывы можно найти разные, в том числе которые тебя останавливают от принятия решения купить что-то у незнакомого поставщика. Отзывы бывают и такого плана, что это вообще криминал, это мошенничество, обман, а бывают отзывы, которые говорят просто о том, что качество низкое. И в данном случае, конечно, следует обращать внимание на вот эти обстоятельства.

Ну и плюс ко всему прочему никто не отменял старый эпистолярный жанр, то есть если бы эта уважаемая наша слушательница разместила объявление, что разыскивается такой-то такой-то Сергей, который недоостеклил балкон, я думаю, что это привлекло бы внимание общественности: либо его бы привели к ней, разыскав все вместе, либо это было бы как раз сообщение сообществу о том, что вот с таким товарищем вести дел вообще никаких не надо.

Хотя мы с вами прекрасно понимаем, что, безусловно, на нас с вами влияет все-таки наша доброта, хотя о нас считают, что мы какие-то очень неулыбчивые люди, но на самом деле в душе, так сказать, пушистые и теплые. Поэтому действительно как-то пытаемся… Ну вот вдумайтесь, год ходить за исполнителем.

Тамара Шорникова: Это вместо того, чтобы сходить в правоохранительные органы.

Александр Сафонов: Да-да, просить, а это просто мошенничество, забрал все деньги и не выполнил. А вот она ему дала кредит, денег 100 тысяч и еще кредит доверия, то есть пыталась его каким-то образом и жалела, кстати, когда этот Сергей рассказывал о том, что то холодно ему, то жарко, то еще какие-то проблемы. Конечно, это серьезная вещь, не дай бог столкнуться с такой ситуацией.

Тамара Шорникова: Очень много у нас SMS про парикмахерские, а именно жалуются на качество услуг. У нас есть не только при этом отрицательные отзывы, но и положительные и в том числе в нашем сюжете. Давайте посмотрим, Елена Тимонова у нас собрала разные истории из разных салонов красоты.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: И при этом тоже SMS была, как раз отметила ее раньше, из небольшого городка, пишут: «А у нас та же парикмахерская одна, хорошая, плохая, пойти больше некуда». Где все-таки больше настоящих профессионалов и тех, кто ценит свою репутацию, в маленьких городах или в больших?

Юлия Смирнова: Все зависит от, и у нас, кстати говоря, есть совет по профессиональным квалификациям индустрии красоты, так вот они проверяют и тех, кто работает, и тех, кто хочет работать, и тех, кто, кстати говоря, учит тех, кто выходит на рынок труда. Они говорят, а они занимаются в том числе и тем самым международным конкурсом красоты, так вот очень грустная ситуация, очень мало профессионалов. Их нужно готовить, им нужно объяснять, какие требования сейчас являются общими для вот этого конкретного бизнеса, какие требования есть у клиентов и как к этим требованиям доготовиться. Потому что действительно ситуация грустная, она действительно, я согласна с теми, кто говорил, что она грустная может быть и в большом городе, и в маленьком городе, и все действительно зависит от тех конкретных людей, которые занимаются своим конкретным делом, своей конкретной работой.

Тамара Шорникова: Подождите, у нас все равно есть список профессий, у этих профессий есть профессиональные стандарты…

Юлия Смирнова: Да.

Тамара Шорникова: Соответственно государство понимает, какого качества тот или иной специалист, грубо говоря, должен быть?

Юлия Смирнова: Государство понимает, государство делает так, чтобы вот эти самые, с чего я начинала, квалифицированные люди возникали. Поэтому мы надеемся, что в течение следующих 2–3 лет мы сможем в системе шаговой доступности обеспечить те самые места, где человек сможет подтвердить свою квалификацию, а мы сможем узнать, чьими услугами мы с вами пользуемся, потому что нам важно, чтобы мы пользовались такими услугами, которые будут безопасны, удобны, комфортны и, в общем, не очень дороги для нас, потому что все это важно.

Иван Князев: Ну а если все-таки вернуться к репутации, Александр Львович, в больших городах люди больше следят за своей репутацией, или наоборот, точнее меньше, в маленьких городах больше?

Александр Сафонов: Меньше, конечно.

Иван Князев: Меньше, да? Почему? Поток большой?

Александр Сафонов: Во-первых, поток большой, да, по принципу, что вот этого не устроило, устроит кого-то другого, это раз. Во-вторых, все-таки в большом городе проще поменять площадку, переехать из одного района в другой, и затеряться вообще-то в крупном городе проще. Когда речь идет о маленьких все-таки городах, там люди друг друга знают с детских яселек, в конечном итоге, естественно, раз ты испортил репутацию, уже к тебе обращаться будут меньше.

Вопрос в другом, что иногда действительно бывает так, что в небольших совсем населенных пунктах в принципе нет вообще никакой конкуренции: тут есть один мастер, и у тебя выбор либо пойти подстричься, либо остаться таким, какой ты есть. Поэтому, естественно, каждый выбирает, что в данном случае для него более безопасно и соответственно более необходимо, рискнуть и подстричься или остаться в таком виде, в каком он был.

Иван Князев: Понятно, да.

Тамара Шорникова: Хуже всего обстоит дело как раз в сфере услуг, считают наши телезрители, именно там можно чаще всего столкнуться с хамством, с непрофессионализмом и так далее. Мы чаще всего просто сталкиваемся с ними, поэтому так часто и много нареканий?

Александр Сафонов: Ну конечно, да, потому что… Вы знаете, мы же, так сказать, с вами не оцениваем качество в машине, купленной нами, качество произведенных деталей, хотя, конечно, по количеству товаров, которые производятся, и по количеству предметов это больше, чем услуги. Но мы действительно в большей степени напрямую деньги свои несем куда? – либо в магазин, приобретая продукты питания, одежду или бытовую технику, все то, что нам нужно в быту, либо мы платим за услуги. И в этом контексте, конечно, в большей степени мы сталкиваемся с теми проблемами, которые порождают плохое отношение к покупателю, потребителю, ну и, соответственно, некачественное исполнение работ в силу разных причин.

Тамара Шорникова: Что делать, чтобы качественных услуг и крепких специалистов у нас было больше? Разные варианты даже наши телезрители присылают. Нужно возобновить так называемое соцсоревнование, когда действительно профессионалы могли показать себя и подтвердить таким образом свою квалификацию. Кто-то писал, что нужно ввести реестры на ту или иную профессию, где официально будут все занесены представители этой профессии: если тебя в реестре нет, значит, непонятно, откуда ты пришел. Какие эффективные методы помогут?

Юлия Смирнова: Вот правильно предлагают наши граждане, потому что и тот вариант правильный, когда мы соревнуемся друг с другом, мы на Энергетическом форуме на молодежном дне в прошлую субботу устраивали брейн-ринг между студентами, и действительно квалифицированные студенты, которые уже готовы выйти на рынок труда, там проявились. И конечно, мы ведем реестр, сведения о результатах независимой оценки, куда работодатель или сам гражданин может обратиться и посмотреть, кто действительно…

Иван Князев: Ну то есть здоровая конкуренция, правильно я понимаю?

Юлия Смирнова: Конечно.

Тамара Шорникова: И коротко: большие зарплаты. Вы согласны с этим?

Александр Сафонов: Нет, не всегда большие зарплаты порождают высокое качество.

Иван Князев: Развал, наоборот?

Александр Сафонов: Нет, необязательно. Большие зарплаты иногда даются тем, кто выполняет свою работу некачественно.

Иван Князев: Да, таких примеров у нас много в стране, да-да-да, это вы правы.

Александр Сафонов: Это не та взаимосвязь, которая обеспечит решение проблемы качественных услуг.

Тамара Шорникова: Готовы у нас итоги нашего SMS-опроса. Мы, собственно, спросили у вас…

Иван Князев: …сталкивались вы с некачественными услугами в своей жизни или нет.

Тамара Шорникова: …с халтурой.

Иван Князев: Девяносто пять процентов сказали «да», то есть почти все.

Тамара Шорникова: Можем поправить статистику?

Александр Сафонов: Ну конечно, и должны, самое главное, ее поправить, эту статистику.

Иван Князев: Хорошо. Спасибо большое. Юлия Смирнова была у нас в гостях, первый заместитель генерального директора Национального агентства развития квалификаций, спасибо вам большое. И Александр Сафонов, профессор Финансового университета, спасибо вам большое.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски