Георгий Остапкович: Я думаю, что реальные доходы россиян к концу года пойдут вверх

Георгий Остапкович: Я думаю, что реальные доходы россиян к концу года пойдут вверх
Леонид Григорьев: Мировой кризис бывает, когда грохается большая страна и происходит драматическое падение нефти
Как потребовать перерасчёт за оплату мусора и при этом добиться его своевременного вывоза
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
Гости
Георгий Остапкович
директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ

Реальные цифры: расходы на питание. Какая часть семейного бюджета уходит на еду? Подводим итоги недельного опроса о расходах на питание. То, что рассказали нам зрители ОТР, снова не совпадает с официальными данными...

Иван Князев: Ну а теперь серьезные новости.

Оксана Галькевич: Да, серьезные новости, серьезные итоги. Мы на этой неделе, вы знаете, увидели очередные данные социологов, которые растревожили наше журналистское любопытство в очередной раз. «Ромир» провел опрос и выяснил, что средняя российская семья тратит на питание больше трети своего бюджета, и это, мол, больше, чем было годом ранее, на 2% с лишним, вот такой рывок.

Иван Князев: И мы решили выяснить у нашей аудитории, зрителей ОТР, сколько вы тратите. Было интересно, совпадут ли наши результаты с данными социологов. Всю неделю мы принимали от вас сообщения на наш SMS-портал и вот сегодня сможем абсолютно честно подвести итоги.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мы не только сообщения, мы и письма принимали, не только в электронном виде, но и вот такие вот, написанные от руки. У нас письмо от нашей телезрительницы, ее зовут Нейля Рамиевна Тухбатшина, из Самарской области. Она подробно, с приложением документов каких-то, сканов, все подробно описала на четырех страничках своего письма.

Иван Князев: Ответственный человек.

Оксана Галькевич: Я вот зачитаю буквально несколько строк из ее письма. Ей 62 года, она ничего не может себе позволить, как она пишет, ни навестить родственников, ни отметить день рождения, ни поздравить подруг, ни сходить к кому-то в гости, чтобы вспомнить детство свое. «Жить впроголодь мучительно, – пишет наша зрительница. – Похудела на 14 килограммов (ей 62 года, я напоминаю). Новое белье раз в 3 года, постельное раз в 5 лет. Посуда, пальто, одежда – все, что еще с советского периода осталось. После головокружений стала питаться по необходимости». Вот она пишет о своем рационе, как она выкручивается на свои деньги. В приложении, в этих документах я нашла максимальную сумму, которую увидела здесь, за несколько лет все перечислено, – максимальная сумма 6 980. Может быть, сейчас немного побольше, последние какие-то квиточки, наверное, еще не получила.

Вот ее рацион: «Продукты закупаю почти на всю пенсию до очередного ежемесячного подорожания успеть: тушка курицы, пачка сливочного масла, бутылка растительного, пачка вермишели, 2 килограмма муки, пачка сахара и крупы, 10 яиц. Все беру по акциям. Вилок капусты, 2 килограмма картошки и так далее… Батон беру через день. Иногда не хватает, тысячу приходится занимать, хотя стараюсь все-таки обходиться без этого». Ну просто душераздирающие какие-то подробности.

Иван Князев: Но очень много было от вас подобных откликов по этой теме. Со всей страны написали. По нашим расчетам, опираясь на информацию от вас, вышло, что на еду уходит даже не 32%, а все 52%. Надо сказать, что бюджет семьи по нашему опросу тоже оказался существенно ниже: «Ромир» приводит цифру в 65 тысяч рублей, но по нашим расчетам среднее значение вышло в районе 27 тысяч в месяц.

Оксана Галькевич: Ну вот наши постоянные телезрители знают наверняка, что мы не раз уже обращались к этой теме, не раз проводили подобные опросы. Знаете, смотрите, какая динамика видна по итогам наших предыдущих таких журналистских исследований. Ежемесячные расходы на еду то росли, то немного снижались в 2017-2018-х гг., а в 2019 году произошел резкий рывок вперед, практически в 2 раза больше денег у нас с вами стало уходить на питание. Это вот мы все опираемся исключительно на вашу информацию, на то, что вы нам рассказываете, уважаемые телезрители. Мы вам не Америку открыли, это мы вам Россию сейчас показываем.

Иван Князев: В общем, как выжить на пенсию и минимальную зарплату?

Оксана Галькевич: Нейля Рамиевна из Самарской области, письмо которой я читала, приложила квиточек с данными, я еще раз повторю, там максимальное значение, которое я видела, 6 980 в месяц.

Иван Князев: Ну а вот еще мы подняли данные нашего опроса по расходам на ЖКХ. Тогда у нас вышло, что 41% с лишним уходит на оплату жилищных квитанций. И вот если сложить все данные, выходит очень грустная бытовая арифметика: 52% на еду, 41% на ЖКХ, а оставшиеся 7% кому на что хватает – кому-то проездной купить, кому-то, не знаю, одежду какую-нибудь…

Оксана Галькевич: На лекарства, я думаю, скорее такая очень важная статья расходов.

Иван Князев: Учитывая, сколько там остается…

Оксана Галькевич: Ни на что не хватает 7%.

Иван Князев: Да.

Оксана Галькевич: Ну вот сообщение из Костромы давай зачитаем.

Иван Князев: Ситуация похожа на историю зрительницы из Самарской области: «Доход 12 тысяч на человека, из них 6 тысяч идет на еду. Разнообразия продуктов бюджет не позволяет даже летом, когда нет платы за отопление. В основном супы, хлеб, каши. Цены неподъемные на овощи, фрукты, мясо, рыбу».

Оксана Галькевич: Ну я думаю, что у многих такая ситуация, как у наших телезрителей из Костромы и Самарской области, по всей стране, у нас сообщения шли со всей страны. Друзья, итоги мы подвели, цифры вам показали, но обсуждение наше продолжается. Мы в прямом эфире, звоните нам, пожалуйста, и пишите.

А в студии у нас сегодня Георгий Владимирович Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики. Здравствуйте, Георгий Владимирович.

Георгий Остапкович: Здравствуйте.

Иван Князев: Георгий Владимирович, вот скажите, те данные, которые приводили официальные источники и вот то, что мы посчитали, – вы удивились им? Потому что ну вот у нас был, что называется, глас народа.

Георгий Остапкович: Я вам понимаю. Но вы знаете, что самое важное в исследованиях, в социоэкономических исследованиях? – это выборка, чтобы была репрезентативная выборка людей. То есть чтобы к вам попадали не только низкодоходные, но и высокодоходные, понимаете? Ведь у вас, я вам скажу так, 52%? Элементарные вещи. У нас реальные доходы составляют, вернее будем говорить сейчас о расходах, где-то 56 триллионов. Товарооборот, продовольственный товарооборот, где-то в районе 15 триллионов. То есть средний человек исходя из товарооборота и доходов действительно, как говорит «Ромир», где-то в районе 33% получается. Но Росстат делает разбивки по децилям так называемым, по доходности, которую люди имеют. Так вот нижний дециль, то есть люди с наименьшим доходом, это примерно до МРОТ, до 11 тысяч, они тратят на продукты питания, я не говорю сейчас о непродах, о непродовольствии, 54%, даже больше, чем у вас.

Оксана Галькевич: А-а-а, вот.

Георгий Остапкович: Но это только нижняя группа. Следующие…

Оксана Галькевич: Георгий Владимирович, я просто хотела вам парировать. Я хотела вам сказать: ну хорошо, возможно, у нас нет олигархов в нашем опросе…

Иван Князев: И слава богу.

Оксана Галькевич: …нам не звонили, не писали люди с зарплатами 200–300 тысяч, 100–150, у нас нет хотя в опросе, окей. Но наша аудитория довольно стабильна…

Георгий Остапкович: Абсолютно.

Оксана Галькевич: И мы вот примерно понимаем, мы понимаем хотя бы то, что в 2019 году произошел скачок у нашей той самой аудитории. Пусть они входят в определенную какую-то категорию не самых высокооплачиваемых людей…

Георгий Остапкович: Ну это априори.

Оксана Галькевич: Но посмотрите, какой рывок, 2017-2018-е гг. и 2019 год, рост расходов на питание.

Георгий Остапкович: Вы знаете, но все-таки у меня есть сомнение. То, что инфляция идет, то, что не растут, а наоборот падают реальные доходы, – это вещи все очевидные.

Оксана Галькевич: Ага.

Георгий Остапкович: Но такой рывок, честно говоря, я не могу объяснить, это надо посмотреть характеристики выборки. Все-таки, видимо, у вас разные люди, не может быть такого. По макроэкономическим данным, которые существуют в России, по данным Росстата, такого рывка… То, что ситуация сложная, то, что… Я бы не назвал ее критической, а сложной, это очевидно, но вот такой рост… Вы понимаете, у вас достаточно специфическая аудитория. Если бы вы провели опрос, ОТР, или «Первый канал», они получили бы другие результаты.

Оксана Галькевич: Ну, может быть, по разным причинам были бы другие результаты.

Георгий Остапкович: Если бы «Магазин на диване» провел опрос, у них были бы тоже другие результаты, понимаете?

Оксана Галькевич: Нет, подождите, Георгий Владимирович, смотрите, у Росстата у нас и статистика 4,1%, вроде как все так…

Георгий Остапкович: Что 4,1%?

Оксана Галькевич: Инфляция.

Георгий Остапкович: Ну сейчас побольше, пока еще 5%.

Оксана Галькевич: Чуть побольше. Но вы знаете, мы ведь берем эту инфляцию по довольно широкой группе товаров, правда? Там и продукты, там и…

Георгий Остапкович: Пятьсот товаров.

Оксана Галькевич: Пятьсот товаров.

Георгий Остапкович: В ежемесячном наблюдении 510.

Оксана Галькевич: Но люди, которые в первую очередь чувствуют вот эту нагрузку на семейный бюджет и говорят, что их расходы на еду растут, вряд ли покупают товары какой-то там технической категории или делают это в кредит. Для них в основном важна продовольственная инфляция. А вот честная продовольственная инфляция сейчас сколько составляет? Она тоже 4% или все-таки повыше?

Георгий Остапкович: Нет, продовольственная повыше, но она идет примерно в тренде ИПЦ, то есть приблизительно тоже, даже чуть ниже, чем инфляция услуг, продовольственная инфляция и инфляция непродов. Они примерно на одном уровне. Но нельзя сказать, что продовольственные… Но продовольственная инфляция имеет для разных категорий дохода разный вес, то есть низкодоходные могут ощущать большую продовольственную инфляцию.

Оксана Галькевич: Так вот я вам о том же самом говорю.

Георгий Остапкович: Но это в пределах +0,5–0,6%, то есть абсолютно… Такого резкого давления нет. Но то, что инфляция выросла в этом году, тоже очевидно. В прошлом году у нас инфляция не превышала 3%, а сейчас 5,1%, понимаете?

Оксана Галькевич: Да у нас всегда все…

Иван Князев: Предлагаю людей послушать сейчас. Дозвонилась к нам Полина, она с Сахалина. Полина, здравствуйте. Вы нас слышите?

Зритель: Да, я слышу вас, здравствуйте.

Иван Князев: Расскажите, сколько вы тратите на еду.

Зритель: У меня пенсия на Сахалине вместе, я инвалид III группы после ишемического инсульта, проблемы с сердцем, так у меня пенсия где-то 15, около 15 чистая, но с инвалидскими у меня получается 16. Муж у меня инвалид II группы. У нас на питание… Мы на всем экономим, потому что у нас чтобы купить, допустим, фрукты, персики, у нас стоит 300 рублей килограмм.

Иван Князев: Ну да, тут уж не до персиков.

Зритель: Мы вынуждены… Бананы 160–170 рублей. Про мясо я вообще не говорю, потому что мы покупаем самые дешевые косточки, супнаборы, то, что самое дешевое. Одежду мы не покупаем, потому что нам не хватает на одежду. ЖКХ у нас очень тоже дорогой. Вообще жизнь на Сахалине очень дорогая, потому что все привозное и цены бешеные.

Иван Князев: А сколько на ЖКХ тратите?

Зритель: На ЖКХ у нас уходит где-то около 10–11 тысяч.

Оксана Галькевич: Да, спасибо вам большое.

Вот Георгий Владимирович, скажите, пожалуйста, почему вот… Мы с вами сейчас спорим, вы вот с такой научной точки зрения, понятно, мы тут такие дилетанты-журналисты…

Георгий Остапкович: Нет, боже упаси, я даже…

Оксана Галькевич: Нет-нет, я просто хочу спросить, почему… Вот меня всегда удивляет, почему, когда смотришь с точки зрения статистики, так вознесясь на все на это взираешь, кажется, что в принципе жизнь стала лучше и несколько веселее, либо сложности есть, но они преодолимы. А когда смотришь на человеческие истории, люди вам пишут и звонят, люди-то задыхаются. Ну действительно, все дорого. Мы стонем-то, наверное, не потому, что нам хочется постонать, это наше любимое национальное…

Георгий Остапкович: Ну да. Я с вами абсолютно согласен. Дело в том, что статистика учитывает средние величины, вы сами понимаете, из чего они складываются, как Ленин говорил, средняя температура больных в палате. Но люди разные бывают. Бывают люди, как вам звонили сейчас, у которых… Если 10 тысяч, половина, это еще люди не говорят о лекарствах.

Иван Князев: Я вас немножко перебью: так, может быть, не нужна нам такая статистика, которая в принципе нас успокаивает, особенно власти наши?

Георгий Остапкович: Она нас не успокаивает.

Иван Князев: Давайте мы будем смотреть нижний какой-то порог и от него уже отталкиваться, что, может быть, нужно делать в стране, чтобы людям жилось немножко полегче, чтобы не было у нас таких звонков.

Георгий Остапкович: То есть вы хотите ориентироваться только на нижний дециль, на десятый…

Иван Князев: Нет, я хочу, чтобы мы не успокаивались теми цифрами, которые приводят от общего числа.

Георгий Остапкович: …и не смотреть, что происходит наверху, что там идут какие-то позитивные…

Иван Князев: Нет, смотреть, но все-таки акценты, немножко акценты смещать.

Георгий Остапкович: Акценты? Конечно, нужно помогать тем людям, которые находятся в зоне низкой доходности, это в первую очередь надо помогать. Ну попытки такие есть, попытки идут, но вы видели, что и Медведев объявил, что будут со вторым ребенком давать, понижать ипотеку различным категориям низкодоходным. Но нет у государства, значит, таких сил бюджетных, чтобы поднимать, а люди сами не могут устроиться на работу, значит, мало создается рабочих мест, высокодоходных рабочих мест, на предприятиях, к сожалению, идут сейчас сокращения на большинстве крупных и средних. Люди не могут себе заработать. Как нужно это поднимать? Нужно поднимать экономику.

Оксана Галькевич: Подождите, а поднимая экономику, как быстро это на пенсионерах отразится, вот тоже я хочу понять? Ладно есть люди, которые еще в активном трудовом возрасте, у них вопрос рабочих мест стоит, а вот пенсионеры?

Иван Князев: Оксана, мы с вами пенсионерами быстрее станем.

Георгий Остапкович: Нет, как быстро? Как будет быстро подниматься экономика, как будет быстро расти налогооблагаемая база, поступать налоги в бюджет и как правительство будет реагировать, то есть передавая эти налоги низкодоходному населению, так и люди почувствуют…

Оксана Галькевич: Это в теории, Георгий Владимирович, или в практике?

Георгий Остапкович: Ну вообще-то это Адам Смит говорил и Давид Рикардо.

Оксана Галькевич: О-о-о…

Георгий Остапкович: И в принципе это классики, отцы-основатели экономики…

Оксана Галькевич: Он нашим это говорил? Это же когда было, Георгий Владимирович?

Георгий Остапкович: Конец XVIII века, это все уже известные вещи.

Иван Князев: Наталья из Красноярска нам звонит. Наталья, вы нас слышите?

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Да.

Иван Князев: Расскажите о ваших расходах на продукты питания.

Зритель: Да, я как раз хотела сказать, что мои расходы на питание составляют более 10 тысяч рублей, где-то 1300–1400.

Иван Князев: А сколько зарабатываете?

Зритель: Дело в том, что я еще одна воспитываю троих детей. Да, я работала одно время, я работала, но мне пришлось уволиться с работы. Зарабатывала я 11 тысяч.

Оксана Галькевич: То есть, Наталья, получается, вы 11 тысяч зарабатывали, 10 тысяч тратите на еду?

Иван Князев: В месяц?

Оксана Галькевич: То есть практически все ваши доходы уходят?

Зритель: Да.

Оксана Галькевич: Или есть какие-то дополнительные доходы? Может быть, папа ваших детей помогает, как-то финансово поддерживает?

Зритель: Дело в том, что папа наших детей находится в местах лишения свободы именно по той теме, которая тоже была в этой передаче, за насилие в семье.

Оксана Галькевич: Ну да, понятно, эту тему мы просто уже обсудили. А как вы выкручиваетесь, собственно, в этой жизненной ситуации одна, с тремя детьми, с очень низким доходом?

Зритель: Да, вы знаете, и еще меня подвело очень здоровье, у меня просто-напросто выпали все волосы, и в силу эстетических норм я просто не могу больше выйти на работу.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Я живу просто на алименты, которые составляют 5 тысяч, и детские пособия.

Иван Князев: Ну вот, собственно, так и выкручиваетесь.

Зритель: Детские пособия у нас 579 рублей на одного ребенка из многодетной семьи.

Иван Князев: Понятно. Хорошо.

Оксана Галькевич: Да, Наталья, спасибо вам за звонок.

Иван Князев: Спасибо, Наталья.

Оксана Галькевич: Видите, разные жизненные ситуации. На этих людях подъем экономики, мне кажется, так вот…

Георгий Остапкович: Оксана, но все-таки вы обратили внимание, что вам звонят люди, которые находятся ниже черты прожиточного минимума?

Иван Князев: Ну да, мы это уже поняли.

Оксана Галькевич: Нет, мы, конечно, рады будем, если вот сейчас нам Анатолий Борисович Чубайс позвонит, Абрамович или кто-нибудь еще, люди с высоким доходом, позвоните хоть кто-нибудь.

Георгий Остапкович: Нет, я просто хочу сказать… Ну вот не знаю, надо рекламу какую-нибудь.

Иван Князев: Я предлагаю прямо сейчас посмотреть сюжет, который подготовили наши корреспонденты. Они побывали в Иркутске и Ярославле. Вопрос был точно такой же. Они пошли покупать в магазин продукты, расходы посчитали. Ну и вот что у них из этого получилось.

СЮЖЕТ

Оксана Галькевич: Вы знаете, у нас тут дискуссия такая, Георгий Владимирович сейчас сказал о том, что верхний дециль, тот, который, собственно, не участвует в наших опросах, тратит 19%.

Георгий Остапкович: По данным Росстата, 19%.

Оксана Галькевич: Но мне кажется, что вот прямо совсем верхний дециль, Дерипаски-дециль, тратят меньше гораздо.

Георгий Остапкович: Слушайте, там есть элитные продукты, которые могут потянуть, элитный алкоголь, который…

Оксана Галькевич: Все-таки да, мы об этом не подумали, икорочка, алкоголь…

Георгий Остапкович: Икорочка – это далеко не самый крутой товар.

Иван Князев: Там один продукт может быть больше, чем месячная зарплата у человека из среднего класса.

Оксана Галькевич: Забавная история в сюжете нашей корреспондентки из Ярославля, которая… Ребенок кладет завтрак сухой и говорит: «Сухой корм», – прекрасная, мне кажется, история. Перевести всех на «сухой корм», как-то сэкономить…

Георгий Остапкович: Ну может, это для животных он берет, я не знаю.

Оксана Галькевич: Нет-нет-нет, там сухой завтрак детский.

Георгий Остапкович: А, он для…

Оксана Галькевич: Я на самом деле не знаю, какая у нас проблема с децилем, с нашей выборкой. У нас на самом деле очень много людей, которые пишут о том, что, во-первых, все заметно подорожало, спорить с этим совершенно бессмысленно, заметно подорожало в первую очередь именно с 1 января, потому что люди нам пишут, что в прошлом году они как-то уже приспосабливались, более-менее научились выкручиваться, а с января им стало тяжелее. Ну и, конечно, цифра такая, 50% все-таки как наиболее часто называемая часть семейного бюджета уходит на еду.

Иван Князев: А другие пишут: «Мы печем домашний хлеб, печенье, торты», – немного экономии тоже хоть как-то.

Георгий Остапкович: Ну вы знаете, это не путь к победе, печь, это тоже издержки, еще надо подсчитать, что…

Оксана Галькевич: Это кухонное рабство.

Георгий Остапкович: Да, иногда бывает, что выращивать больше издержки, чем покупать у бабушек рядом на рынке, я имею в виду овощи.

Оксана Галькевич: Георгий Владимирович, а у нас вот сейчас ведь сезон, нам стоит вообще в этом году как обычно ожидать некоего снижения стоимости нашей потребительской пищевой корзины в связи с тем, что просто свежие какие-то овощи, фрукты?

Георгий Остапкович: Да нет, во-первых, у нас последняя инфляция последние 3 недели стоит на нуле, вот почему-то последние недели выстрелила 0,1%. Я уверен, что в июле и в августе, – а там очень высокий вес имеет плодоовощная продукция, – у нас будет дефляция, то есть инфляция упадет вниз, то есть будет не ноль, а -0,2%, -0,3%. Но это стандартная ситуация для июля-августа, понимаете? Самыми пиковыми все-таки будет сентябрь, октябрь, ноябрь.

Оксана Галькевич: А вот интересно, я посмотрела статистику по росту цен на продукты, может быть, наши режиссеры нам сейчас покажут эту графику: в январе-мае 2019 года первое, что дорожало, – это овощи и фрукты. Это потому, что первая половина холодная года?

Георгий Остапкович: Ну это, видимо, или сезонный… Во-первых, это сезонный. Во-вторых, все зависит от логистики, как договариваются с кем там, с турками, я не знаю, с Египтом. Может быть, произошел какой-то сбой. Обычно это все волатильность не очень большая на этом рынке, понимаете. Но, естественно, сезон, поэтому все дорожает. Картошка больше всего подорожала, на 54–55%.

Оксана Галькевич: А вот, Георгий Владимирович.

Георгий Остапкович: Кстати.

Оксана Галькевич: Вот, кстати, вы народный эксперт, вы знаете, сколько стоит картошка в магазине, у нас не все это знают, Георгий Владимирович.

Георгий Остапкович: Нет, ну это… Картошка по-разному стоит.

Оксана Галькевич: Ну вот вы начинаете уже, сразу встаете на защиту власть имущих.

Георгий Остапкович: Тридцать, сорок, пятьдесят… Если пойдете в магазин, который нельзя у вас рекламировать, там есть и по 130 картошка, и это нормально, и люди приходят и берут. Но они из верхних децилей.

Иван Князев: Георгий Владимирович, ваши прогнозы на будущее? Если мы, грубо говоря, через год проведем такой опрос, какие там будут цифры?

Георгий Остапкович: Вы знаете, я думаю, что цифры улучшатся. Почему? Потому что мои прогнозы… Это чисто оценочные мои ожидания, я могу ошибиться, но вряд ли. Я думаю, что к концу года реальные доходы пойдут вверх. Сейчас мы в первом квартале получили -2,3% по реальным, но это вполне естественно, -2,3%, я, честно говоря, ждал больший спад. Но мне кажется, уже к концу этого года мы выйдем в ноль или даже в плюс, понимаете? И скорее всего, что со следующего года. Как это отразится… Потому что доходы тоже разные люди получают, может, верхние децили, а нижние могут падать. Но мне кажется, что ситуация должна улучшаться.

Оксана Галькевич: Ваш оптимизм на чем основан? Очень коротко, 30 секунд.

Георгий Остапкович: Слушайте, ну во-первых, мой оптимизм основан на заявлениях правительства, на заявлениях о 12 национальных проектах, которые сейчас запускаются, а там это все-таки 26 триллионов, 25 триллионов, там много с точки зрения вложений в человека, ну я надеюсь. Правда, там есть национального проекта по борьбе с бедностью, я так и не понял, почему нет такого проекта.

Иван Князев: Пора бы.

Георгий Остапкович: Дороги есть, инфраструктура есть, а вот борьбы с бедностью нет.

Иван Князев: Спасибо, спасибо большое. Георгий Владимирович Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики…

Оксана Галькевич: Вашими бы устами да мед пить, Георгий Владимирович. Спасибо.

Иван Князев: …был у нас сегодня в гостях.

Оксана Галькевич: Благодарим всех зрителей, кто принимал участие в обсуждении этой темы. Дневное «Отражение» сейчас подходит к концу, но вечером у вас новая встреча в прямом эфире. Вот какие темы вы будете обсуждать с нашими коллегами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски