• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Сергей Лесков: Политический ландшафт должен обновляться. Отсутствие новых игроков - это гарантированное движение вниз

Сергей Лесков: Политический ландшафт должен обновляться. Отсутствие новых игроков - это гарантированное движение вниз

Гости
Сергей Лесков
обозреватель Общественного телевидения России

Оксана Галькевич: Ну а прямо сейчас что мы должны сказать? Мы должны сказать…

Юрий Коваленко: Наконец-то!

Оксана Галькевич: Наконец-то! Да-да, это он, обозреватель Общественного телевидения России Сергей Лесков. Свежий, как только что из отпуска – здравствуйте, Сергей.

Сергей Лесков: Ну разве же это было…

Оксана Галькевич: Вы уже, мы знаем, погрузились полностью в гущу российских событий, составили свое мнение о самых главных темах сегодняшнего дня, готовы комментировать.

Сергей Лесков: Я послушал то, о чем вы сейчас говорили нашим зрителям, и подумал: если мы будем так часто устраивать опросы, то ВЦИОМ, ФОМ и даже "Левада-центр" объединятся и объявят нам какую-нибудь конкурентную борьбу.

Оксана Галькевич: Зато, может быть, мы получим какое-то дополнительное финансирование, например, на какие-то интересные задачи.

Юрий Коваленко: Ну что же, о гуще событий.

Оксана Галькевич: Сергей, на самом деле много тем…

Сергей Лесков: Социолог – это такой человек: где сядешь, там и слезешь, ничем не поделится.

Естественно, начало этого года у нас проходит под знаком президентских выборов. Уже закончилось официальное выдвижение всех кандидатов в президенты, всего 70 человек у нас заявило об этом благородном желании. Но горнило Центральной избирательной комиссии прошло только полтора десятка человек, потом их станет еще меньше, потому что там будут очередные проверки, это очень длительная процедура. Стоит напомнить, что только два самовыдвиженца были одобрены Центризбиркомом, но они еще как бы не предъявили свои подписи. И также полтора десятка кандидатов от политических партий – им зарегистрироваться проще. Пока, в общем-то, официально только у нас есть два кандидата – это вечный Владимир Жириновский и новичок, но уже один из фаворитов Павел Грудинин, которого коммунисты выдвинули вместо своего бессменного лидера Геннадия Зюганова. Пока еще до финишной гонки далеко, а уже началась борьба компроматов. И, конечно, остается только сожалеть, что сами по себе выборы являются некоторой процедурой, в ходе которой все обещают, что жизнь станет лучше, а в действительности почему-то наружу вылезают самые худшие человеческие качества. Впрочем, как говорил, наверное, самый выдающийся политик прошлого века Уинстон Черчилль, "не надо идти в политику, если у тебя кожа тоньше, чем у носорога".

Но есть, конечно, и другие события. Экономика. Мы много говорили в прошлом году о трудностях российской экономики, а в каком настроении она встречает новый год? По ряду показателей продолжается падение промышленного спада, цифры уже достаточно явные, так что можно говорить и о новой рецессии. Однако представители власти считают, что минимизация бюджетного дефицита, а также то, что удалось надеть намордник на инфляцию, а еще и увеличить золотовалютные резервы, не оставляют никаких оснований для беспокойства. Впрочем, что для рядового гражданина? Он понимает, что это жонглирование цифрами, а реальные доходы, к сожалению, падают уже слишком давно.

Есть, конечно, и экономика другого уровня, как бы экономика наших олигархов. Наша элита сейчас пребывает в смятении, ибо на носу новые американские санкции. Они должны быть объявлены уже в январе. Может быть, это состоится уже на этой неделе, там крайний срок 29 января. Эти санкции будут направлены против крупнейших российских компаний (некоторые, впрочем, уже попали под санкции), а также против физических лиц, которые, как говорят американские законодатели, замечены в контактах с российской властью. В общем, мы много говорили об антироссийской истерии, которая сейчас разворачивается в американских политических кругах, но тем российским предпринимателям, которые окажутся под этой пятой, будет достаточно тяжело, ибо, как говорят эксперты, эти санкции будут носить так называемый вирусный характер.

Ну и, наконец, мы не можем не сказать о трагическом происшествии, которое случилось сегодня в одной из пермских школ, где была форменная резня, поножовщина. О причинах пока мы сказать ничего определенного не можем, есть только несколько версий. Учительница до сих пор находится в реанимации, всего пострадало полтора десятка детей. Конечно, самое простое было бы в этой ситуации выдвинуть какую-то одну версию, но, наверное, это означало бы погрешить против правды. Мне, впрочем, кажется, что самое опасное во всей этой истории было бы опять обвинить во всем социальные сети, а такие разговоры уже ведутся. Все-таки мне кажется, что Интернет – это благо, но любое благо может, в общем, в какой-то момент обернуться какой-то обратной, темной стороной.

Оксана Галькевич: Ну и потом надо уметь им пользоваться.

Сергей Лесков: Как и всем, чем угодно, как автомобилем, например.

Оксана Галькевич: А начнем мы все-таки с особенных людей, я так понимаю, у которых кожа толще, чем у носорогов или как у носорогов, так как другие не идут в политику.

Сергей Лесков: Да, с политических носорогов.

В общем, прежде всего, конечно, мы же помним некоторую такую эйфорию, которую испытывали многие наши зрители и вообще все российские граждане, когда на политическом небосклоне появилась фигура руководителя совхоза имени Ленина (хотя это вовсе не совхоз, а просто акционерное общество) Павла Грудинина, потому что это, конечно, означало оживление приевшегося политического ландшафта, где каждые выборы одни и те же фигуры радовали нас одними и теми же результатами. Но на самом деле Павел Грудинин является новой фигурой, хотя у нас в студии он бывал неоднократно, в общем.

Оксана Галькевич: Неоднократно, да.

Сергей Лесков: Ну и, конечно, тут же на него обрушились какие-то ушаты компромата.

Оксана Галькевич: Нас, кстати, телезрители об этом спрашивают, как вы это прокомментируете, вдруг внезапно…

Сергей Лесков: Вы знаете, я ведь… Во-первых, еще предвыборная кампания не началась, этично ли мне это комментировать? Но сам Павел Грудинин уже дает разъяснения по поводу тех как бы – я цитирую сейчас – 7 миллиардов, которые были обнаружены у него в западных банках, но от которых он оперативно избавился, поэтому и был зарегистрирован. Давать мне какие-то объяснения за него, мне кажется, не совсем этично: он отрицает и сам масштаб этих цифр (133 миллиона долларов в австрийских банках он отрицает), величину денег, отрицает, что они как бы были его. Стоит послушать его собственное разъяснение, а не выступать его адвокатом.

Но ведь и другие кандидаты тоже попали, еще не будучи зарегистрированными ЦИК, под этот обстрел.

Юрий Коваленко: Это традиция уже, всегда так было.

Сергей Лесков: Да, это традиция, на самом деле. Но все-таки мне кажется, что у нас этой грязи как-то больше, чем даже на американских выборах, где они прилюдно ругают друг друга на этих самых теледебатах. Но все-таки, как бы сказать, не переходят на личности и не ворошат там грязное белье, как у нас происходит постоянно.

Юрий Коваленко: У них там грязь смехотворная, там главное обвинение – связь с Кремлем и все, больше ничего.

Сергей Лесков: Ну это последняя новость, до этого как бы этого не было. Кстати говоря, насчет теледебатов…

Оксана Галькевич: Любопытное чувство юмора у Юрия, правда? Над чем смеются ведущие "Отражения".

Сергей Лесков: Насчет теледебатов, вы к этому ведете. В предвыборном штабе Путина – там он уже сформирован, там три сопредседателя, кстати, представляющие разные слои общества, это как в советское время рабочий и колхозница, они там разные слои представляют – не исключают того, что впервые в новейшей российской истории, да и вообще в российской истории, действующий президент и очевидный фаворит президентской гонки будет участвовать в теледебатах. Здесь надо сказать вот что. Конечно, политический вес и рейтинг действующего президента несопоставим с этими индикаторами других кандидатов, и тут, скажем так, закон сообщающихся сосудов. Вы помните из школы, что это такое? То есть поневоле, даже если трубы разного диаметра (Путин – труба большого диаметра, а любой кандидат – это маленькая пипеточка), все равно жидкости установятся на одном уровне. То есть Путин поневоле, с кем бы он ни дискутировал, делится своим политическим рейтингом. Зачем нужны такие жертвоприношения и этот ложный гуманизм во время президентской гонки, не совсем понятно.

Однако я вижу все-таки в этих теледебатах, если они состоятся, некое благое зерно, которое можно произрасти в будущем. Ведь в будущем никто не сказал, что у нас не будет выборов с равновеликими кандидатами; может быть, в 2024 году, а уж в 2030 я совершенно уверен, будет на самом деле яростная борьба за российский политический олимп. И тогда вот уже сформированная традиция теледебатов будет очень важна. Напомню, что первым отказался от теледебатов Борис Ельцин, хотя он не мог в тот момент смотреть свысока на своего кандидата, который тогда, 20 лет назад был Геннадий Зюганов. То есть власть отказывалась не только из закона сообщающихся сосудов, но и по каким-то другим причинам.

Ну и, наконец, что тут сказать? Если мы говорим о вот этой вот войне компроматов, я думаю, что еще много чудных открытий (цитируя нашего поэта) мы услышим. Но в принципе-то бояться этого, наверное, не стоит. Был такой политик, а актером он и остается, Арнольд Шварценеггер, который говорил: "У меня есть один из самых хороших фильмов – "Правдивая ложь". Так вот когда я говорю о политике (говорил Арнольд Шварценеггер, он же "Терминатор"), то мне кажется, что лучшее название для политики – это название этого фильма, даже для съезда демократической партии", – говорил он. Так что, в общем, тут мы еще увидим много разных открытий, хотя я думаю, что тут есть единственная, наверное, фигура, которая останется незапятнанной, поскольку президент уже так долго находится в этой политической игре, если бы про него могли что-то сказать плохое, то наверняка бы… Плохое, впрочем, говорят, но что-то новое… Мне кажется, что уже все комоды прочищены в этом отношении.

Юрий Коваленко: Ну по поводу политического веса и телезрители говорят, и Интернет весь пестрит фразами о том, что политический вес в принципе у действующего президента неотъемлем, потому что данный президент уже что-то делает, а остальные кандидаты пока что только говорят.

Сергей Лесков: Ну это так, да. Вы понимаете, Ленин тоже до определенного момента только говорил, а уж когда начал действовать, то тут все за голову схватились.

Оксана Галькевич: Когда появился тот самый момент, тот шанс.

Сергей Лесков: Шанс, да. Эти аргументы всегда можно направить против оппозиции. Ну что же делать? На самом деле действующая власть имеет рычаги управления, а у оппозиции только есть как бы предложения. Но, кстати, Грудинин-то, в отличие от других политиков, что-то делает, у него предприятие процветает, хотя тут же процветание его предприятия на фоне стагнирующей экономики ставится опять же ему в упрек, что не мешает, по данным всяческих социологических опросов, с которыми успешно конкурирует социологическая служба нашего канала, утверждать, что Грудинин уже на втором месте, он обогнал Жириновского. Мог ли кто-нибудь в это поверить? Он же, в общем… Казалось, что он не успеет так раскрутиться, а он даже еще не начал раскручиваться, а он уже второй. Вот это, конечно, говорит о…

Оксана Галькевич: С другой стороны, Грудинин – лицо новое, есть, может быть, какая-то вера, новизна.

Юрий Коваленко: Новые надежды.

Оксана Галькевич: Да. Потому что Жириновский ведь уже не первый раз, неоднократно участвовал.

Сергей Лесков: И ничего, по-моему, особенных у него… Чем он может похвастать?

Оксана Галькевич: Мы уже все про него знаем, представляем себе эту политическую фигуру.

Сергей Лесков: Конечно, политический ландшафт должен обновляться, потому что, как кто-то сказал, если не происходит ничего нового, то это движение вниз. Сейчас популярный фильм "Движение вверх", а если не появляется новых игроков, то это, конечно, гарантированное движение вниз. Я думаю, что мы до 18 марта, когда состоятся эти выборы, будем еще много-много раз об этом говорить. Я думаю, что нас ожидают интересные события. Напомню, что до конца января должен быть окончательно сформирован список всех кандидатов, самовыдвиженцы должны собрать по 300 тысяч подписей (а их только двое, еще изобретатель Михайлов из Костромы), и по 100 тысяч должны собрать другие кандидаты, которые представляют различные партии.

Оксана Галькевич: Но ведь до конца января должно произойти еще одно важное событие: за океаном должны принять определенное решение.

Сергей Лесков: Это правильно. Там названа дата такая… Это, кстати, по закону от 2 августа, он принят еще в прошлом году. Там должны принять некий такой список замеченных в контактах с режимом (они так называют российскую власть) бизнесменов и предприятий. Многие, впрочем, уже там находятся, в этих списках. Здесь очень много непонятного. Непонятен и принципы, по которым составляются эти списки, и непонятны те механизмы, которые будут использоваться администрацией США для определения жесткости этих санкций. А страшнее всего что, Оксана? Страшнее всего неизвестность.

Оксана Галькевич: Ну конечно.

Сергей Лесков: Поэтому наша элита, в общем, находится в некотором смятении. Совсем недавно появились цифры о том, что за последнее время, по-моему, за последний год около тысячи или полутора тысяч российских бизнесменов купили за какие-то сумасшедшие деньги гражданство славного государства Мальта. Я думаю, это как раз способ скрыться от подобного рода санкций, потому что на граждан Мальты эти санкции не распространяется. То есть, в общем, некоторое беспокойство есть именно из-за этой неизвестности. Вообще по некоторым прогнозам должны попасть под эти санкции около 200 российских предприятий, которые составляют 75% российской экономики.

Оксана Галькевич: То есть не только персоналии, но и предприятия?

Сергей Лесков: Но и предприятия. Но некоторые, типа "Сбербанка", уже и так находятся под санкциями. В общем, все это происходит впечатление, если так можно сказать, некоей тотальной финансовой войны или потенциальной тотальной финансовой войны против России. Это некая новая реальность. Как мы можем ответить? Сегодня Лавров давал какую-то итоговую пресс-конференцию по итогам прошлого года. Там были затронуты вопросы российско-американских отношений, он сказал то, что и мы сегодня говорим об этой истерии. На самом деле она напоминает ситуацию охоты на ведьм: там в начале 1950-х гг… На самом деле я думаю, что могут быть какие-то идеологические и политические разногласия, но изображать страну в качестве империи зла, какой бы ни была эта страна, даже не назовешь преувеличением.

Юрий Коваленко: Это традиция в Америке, в общем-то. Они последние 70 лет этим занимаются, уже привыкли, видимо.

Сергей Лесков: Были у нас периоды потеплений, даже иногда…

Оксана Галькевич: Любви.

Сергей Лесков: Да, друг Билл был, были там и другие всякие друзья из американских президентов. Всякие были периоды. Правда, сейчас мы склонны считать, что даже в период дружбы американцы нас сознательно обманывали; тогда, впрочем, остается вопрос, что же мы так давали себя развести. Но это свойство, конечно, необъятной русской души. Но так или иначе вопрос на самом деле важный. Оставить без ответа вот эти постоянные… Даже нападками это не назовешь… Оставить без ответа эту фронтальную атаку на Россию мы не можем. А чем мы можем ответить? К великому сожалению, многие наши политики второй руки особенно после того, как в Вашингтоне появилась площадь Немцова, очень увлеклись этим географическим ответом – переименовать в Москве что-нибудь обидное в районе американского посольства.

Я скажу следующее. Конечно, американцам это до фонаря, ну совершенно. В нашей стране под названием СССР было столько улиц, названных всякими именами людей, которые были врагами американского строя (начиная с Сакко и Ванцетти), очень много, но американцы никогда не протестовали, им все равно. Отвечать надо достойно и не опускаясь до уровня какого-то улюлюканья в подворотне. Надо конкурировать с США в инновационных экономических проектах, надо составлять им конкуренцию в стратегически важных для наших обеих стран регионах мира типа Сирии или Северной Кореи. Надо конкурировать в науке, если мы еще что-то можем там. Ну в космосе, например, можем же конкурировать. Конечно, в образовании и здравоохранении. И вот это будет достойный ответ. Здесь опускаться до вот этой перепалки не стоит. И кстати, я должен сказать, что само по себе наименование площади в Вашингтоне именем оппозиционного российского политика, в общем-то, для памяти о Борисе Немцове, в общем-то, даже как-то унизительно, потому что… Вторгается какая-то мирская суета и политические интересы в некоторые вопросы, когда человек должен отойти и объявить какую-то минуту молчания. В какой-то степени даже американские политики, занявшись этим переименованием, оскорбляют память о том политике, который им как бы кажется близким, так я это оцениваю.

Юрий Коваленко: А россияне как вообще это воспринимают? Большая часть страны как-то абсолютно проигнорировала это все, особенно даже не оскорбилась…

Сергей Лесков: Да, но это послужило поводом для остроумия для всяких политиков второй руки, особенно из партии ЛДПР, они почему-то всегда очень бурно на это реагируют. Я сегодня слышал, что в московскую мэрию так и не поступило документов о переименование переулка, где находится вход в посольство, в Североамериканский тупик – такое предложение самое популярное.

Юрий Коваленко: Тоненько.

Сергей Лесков: Да, вот так.

Оксана Галькевич: Сергей, вы сказали про конкуренцию в здравоохранении, в образовании, в науке. Сегодня газета "Ведомости" написала о том, что, возможно, будет сделан некий бюджетный маневр после подведения итогов предстоящих выборов, возможно, будут изыскиваться очень активно средства как раз на развитие этих сфер экономики.

Сергей Лесков: Ну, возможно, это и так. Но мы вот анонсировали разговор о том, в каком настроении российская экономика встречает 2018 год. На самом деле очень неоднозначная картина: есть негативные тенденции, есть позитивные тенденции.

Оксана Галькевич: Уже встретила 2018 год, да.

Сергей Лесков: Негативные тенденции какие? Продолжается спад промышленного производства после некоторого обнадеживающего взлета в первой половине года; во второй половине года эти цифры ВВП снижаются. Банкротство предприятий – мы говорили об этом в прошлом году – достигло 1 100 каждый месяц. Это много, 13 тысяч банкротов юридических лиц за год, это рекорд.

Оксана Галькевич: Это рекорд именно, то есть такого прежде никогда не было.

Сергей Лесков: Да, 13 тысяч. У нас было порядка 10-11 тысяч, сейчас 13 тысяч банкротов не физических лиц, юридических.

Оксана Галькевич: Слушайте, но бывали и сложнее времена. Почему такая цифра?

Сергей Лесков: Именно во втором полугодии началось это падение по многим показателям. Может быть, отчасти это связано с тревожными ожиданиями по поводу этого нового раунда американских санкций. Стоит отметить – а это важно – что в то же самое время цены на нефть выросли на 60%.

Оксана Галькевич: Практически до 70, сколько там?

Сергей Лесков: Да, а ВВП упало. То есть вы видите? Мы всегда говорили, что наша экономика растет параллельными курсами с ростом цен на нефть. Да, здесь есть корреляция, но вот эти вот стагнационные мотивы в экономике настолько сильны, что даже такой значительный рост цен на нефть не помог. Я уже не говорю о том, что продолжается падение реальных доходов населения. Промышленный спад на самом деле достигает больших цифр, порядка 3-3.5% в месяц в ноябре, хотя еще не все цифры Росстат опубликовал (у него же тоже был отпуск новогодний, они, может быть, несколько задержались). В общем, видно, что промышленное производство пошло вниз.

Однако некоторые экономисты, которые сосредоточились в районе Министерства экономики, говорят о том, что самое главное то, что золотовалютные резервы России растут. А где мы их храним? В Америке на 30%, а еще процентов на 50% в других западных странах. Вот они объявят санкции – что с этими резервами будет? Вопрос риторический, никто не знает.

Оксана Галькевич: То есть вы даже думаете, что риторический, что никаких механизмов, которые предусмотрены на случай…

Сергей Лесков: Нет, конечно, нет. Почему? Иранские активы были арестованы.

Юрий Коваленко: Но Иран включен в ось зла американскую, а мы-то нет.

Сергей Лесков: Ну вот. Мы уже там фигурируем с ними.

Оксана Галькевич: Мы уже где-то близко.

Сергей Лесков: Иран, Северная Корея и Россия – вот это новые стратегические противники Америки. Что учудит непредсказуемая администрация Трампа, а еще более, что придумают его политические оппоненты, которые хотят вставить палку в колесницу Трампа и все сломать – это совершенно непредсказуемо. Но так или иначе, в общем, эти ожидания достаточно тревожны.

Ну и, наконец, есть новость, которая пришла из города Пермь. Какой-то несчастный город: там же еще был и пожар, я помню, в ночном клубе.

Оксана Галькевич: "Хромая лошадь", по-моему.

Юрий Коваленко: Да.

Сергей Лесков: "Хромая лошадь", да. Очень много непонятного, но два подростка 16 лет устроили поножовщину, резню. Учительница в реанимации – мне кажется, у нее там самое серьезное ранение. Много детишек 10 лет оказались…

Оксана Галькевич: Начальная школа, самые беззащитные детки, даже не успевают понять.

Юрий Коваленко: Они пошли туда, для того чтобы не смогли их останавливать?

Сергей Лесков: Непонятно, что произошло: то ли они сами стали друг друга тыкать ножами, эти подростки... Один из них, по-моему, какая-то жертва опять же социальных сетей, он был любитель всяких таких экстраординарных удовольствий: например, у него были руки-базуки татуированные, он сам… По-моему, его исключали из школы, он был наркоманом. Кстати говоря, он лежит сейчас в больнице, к нему даже мать в больницу не пришла, то есть еще то семейство.

Юрий Коваленко: Не пришла или не пускают?

Сергей Лесков: Нет, не пришла, она отказалась. Она сказала: "Зачем? Что мне там делать?" Непонятная совершенно история. И, конечно, соблазнительно в этом случае выдвинуть какую-то одну версию – а версий тут может быть сколько угодно – и успокоиться, это свойство психики человека.

Оксана Галькевич: И предложить какое-то простое решение.

Сергей Лесков: Да-да. Вот во всем виноват, например, ЕГЭ, во всем виноват Интернет, вот он там начитался социальных сетей. Он вроде бы был даже поклонником вот этих групп, которые интересуются массовыми убийствами в американских школах. Вот, пожалуйста, посмотрел…

Юрий Коваленко: Была на самом деле версия о том, что они хотели славы, хотели умереть вместе в этой школе. Но в любом случае это предстоит установить следствию, а у нас завтра достаточно масштабное обсуждение будет, у нас это одна из тем завтрашнего дня. Попробуем выяснить, что к завтрашнему дню у нас появится.

Сергей Лесков: Так это не мы должны выяснять, а там есть… У нас же…

Юрий Коваленко: Мы прокомментируем то, что есть.

Сергей Лесков: …столько подразделений Росгвардии, численность которой растет на глазах просто. Я думаю, что все-таки в этом случае можно установить истину. Нам бы хотелось, конечно, пожелать все-таки здоровья всем пострадавшим в этом трагическом происшествии.

Оксана Галькевич: Сергей, вы знаете, очень много комментариев от наших телезрителей. Во-первых, конечно, по выборам, но мы уже как-то далеко ушли от этой темы, и много по экономике вопросов. Вот, например, нам пишет телезрительница Светлана: "Наше предприятие никак не затронут никакими санкциями, оно и без этого находится на грани закрытия. Причина не в санкциях, а в нашей внутренней экономической политике". И вот звонок, который у нас сейчас прозвучит в эфире от телезрителя Вячеслава из Тулы, тоже по экономике, на тему экономики. Вячеслав, здравствуйте.

Зритель: Да, добрый вечер. У меня такой вопрос, он даже, можно сказать, риторический. Слышно меня?

Оксана Галькевич: Да-да, прекрасно слышно, говорите.

Зритель: Вот само российское правительство в рамках вот этих западных санкций вообще ищет свои внутренние резервы, ищет ли свои внутренние пути? Дело в том, что они разработки как бы не их профильных организаций, в общем-то, игнорируют, не выходят на контакт. То есть я бы правительству предложил… экономический инструмент плюс 2% дополнительных в ВВП. И сама разработка так и не была рассмотрена. В марте была попытка встретиться с Силуановым, с министром Минфина; вот сейчас, возможно, может быть, удастся или не удастся встретиться с руководителем администрации президента, но это не гарантия.

Оксана Галькевич: Внутренние резервы.

Сергей Лесков: Я думаю, что, насколько я понял нашего зрителя, он призывает к смене экономической модели. Как говорят знающие люди, может быть, и произойдут какие-то изменения, но только после выборов, хотя сам я смотрю на это дело с пессимизмом, потому что состав кабинета министров, прямо скажем, не менялся уже очень и очень давно. Экономисты говорят, что действующая модель экономики изжила себя уже 5 лет назад, и за 5 лет так и не удалось найти никаких, пользуясь глоссарием нашего зрителя, новых педалей на этом велосипеде.

Вы знаете, было такое индейское племя сиу, у них была такая мудрость: если ваша кобыла сдохла, то лучшее решение – слезть с нее. Может быть, мудрость индейцев сиу стоило бы взять на вооружение нашему правительству и все-таки слезть с этой мертвой лошади, изжившей себя экономической модели, и все-таки воспользоваться какими-то другими рычагами управления, их называли мы неоднократно, но почему-то – можно даже придумать, почему – не происходит никаких экономических реформ, о необходимости которых умные экономисты взывают дольше, чем большевики говорили об Октябрьской революции.

Юрий Коваленко: Но позвольте, создание новой экономической модели – это не за неделю, это не месяц, это полгода. И заново менять кабинет министров – это все полностью перестраивает всю страну, весь движущийся локомотив.

Оксана Галькевич: Одно дело одного всадника с мертвой лошади пересадить, другое дело…

Сергей Лесков: Времени было достаточно, чтобы весь эскадрон поменять.

Оксана Галькевич: Лихо, Сергей.

Сергей Лесков: Это не я сказал, это говорят индейцы сиу.

Оксана Галькевич: Сергей, давайте послушаем еще одного нашего телезрителя, его тоже экономика… Вы знаете, всех волнует, в общем, что-то близкое, экономическое состояние, свой кошелек. Николай из Саратовской области, здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. Вот вы… Есть 71-я статья в Конституции, пункт "ж", где правительство обязано заниматься ценовой политикой, кредитной политикой, таможенной политикой. В результате этим она не занимается. Для развития чего-то надо во что-то вкладывать. Если развивать нашу промышленность внутри страны, надо туда вкладывать деньги, а не скупать иностранную валюту, которая сейчас рисованная американская бумага, ЦБ скупает. Сейчас вот вы говорили о том, что наложили вето, аресты на эти счета и завтра все это будет, проданная нефть… И что? В это время в нашу промышленность ни копейки ни вливается практически.

И еще один момент. Все хотят бороться с коррупцией. Да уберите деньги и сделайте как в начале перестройки вмененные кредиты, целевые, и этими целевыми кредитами обеспечьте предпринимателей, частных…

Оксана Галькевич: Под разумный процент. Спасибо, Николай.

Сергей Лесков: Давайте я… Давайте мы с вами порассуждаем. Конечно, надо поддерживать внутреннее производство. Но вы понимаете, существует какая опасность? Реалии таковы, что российское производство по целому ряду позиций оказывается неконкурентоспособным. Вы знаете, что мы даже шариковые авторучки уже не производим? У нас была такая знаменитая фабрика "Сакко и Ванцетти", которая делала любимые советскими детьми карандаши, она вплоть до последнего момента цеплялась за рыночные реалии и делала шариковые авторучки. Но и они 15 лет назад закрылись, сейчас там элитная застройка на месте этой фабрики.

Оксана Галькевич: Сергей, а с другой стороны…

Сергей Лесков: Понимаете, вот мы так будем вкладывать деньги. Но оказывается, что производство на юго-востоке (не нашей страны, а в странах "юго-восточного дракона", во всяких Таиландах и Малайзиях, не говоря уже о Китае) значительно, в десятки раз дешевле. Мы на определенном этапе своего экономического развития потеряли ход, сбились на какую-то иноходь. Вернуться сейчас к нормальной экономике и наладить промышленное производство достаточно сложно. Можно профукать те резервы, которые у нас есть.

Оксана Галькевич: "Зато мы делаем ракеты, перекрываем Енисей, Ну и там что касается балета…", нет?

Сергей Лесков: Ракеты у нас по-прежнему лучшие в мире.

Оксана Галькевич: Ну зачем нам эти шариковые ручки? У нас вон…

Юрий Коваленко: Законы рынка – действительно китайские дешевле.

Сергей Лесков: Ну если, предположительном, санкции будут положены на ручки, чем мы будем писать, чем будут писать дети в школах пермских, например?

Юрий Коваленко: Мы хотя бы попытались в таком случае. Такое оправдание можно…

Сергей Лесков: Они будут писать ножами на партах, что ли?

Оксана Галькевич: Гусиными перьями.

Еще один звоночек из Адыгеи, наша телезрительница Нуриетта. Нуриетта, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: Вот меня вопрос волнует, к Сергею Лескову хочу. А почему это 80% золотых запасов мы должны хранить за границей? Что мы, себе не доверяем? Почему в нашей стране не хранится, а где-то в Америке, за рубежом? Вот это меня волнует. Это значит, равносильно своих детей обворовывает наша страна!

Оксана Галькевич: Спасибо, Нуриетта. Только не 80%, а 30%, по-моему, вы сказали.

Сергей Лесков: Ну что… Нет, 30% в США, но если еще европейские банки взять, то да. Вы знаете, уважаемая зрительница – Нуриетта, да? – это вообще мировая практика. Дело в том, что западная финансовая система дает наиболее стабильные процентные гарантии, так делают все страны мира. Китай тоже хранит свои золотовалютные запасы не в Китае, а в американских и европейских банках. Так сформировался мировая экономика, это некие процессы глобализации. Вы бы сами, если бы у вас было несколько миллионов долларов, вряд ли бы их положили в какой-нибудь российский банк, который…

Юрий Коваленко: …под сомнительные проценты в сомнительный бизнес.

Сергей Лесков: Да, который не сегодня-завтра может прогореть, попасть под санкции Центробанка, которые не всегда объяснимы. Наша банковская система, к сожалению, ненадежна и зависит от слишком многих непрогнозируемых параметров.

Оксана Галькевич: Нуриетта спрашивала о золотом запасе, который, видимо, ей представляется такими вот золотыми слитками, которые хранятся где-то в подвалах некоего казначейства.

Сергей Лесков: Пока наш золотой… Он же там не просто лежит, это не мертвый груз, он лежит там под проценты, недавно он был даже увеличен. В общем, там… Вы знаете, ведь царское правительство тоже хранило свои деньги не в России, тоже хранило на Западе. Это сформировавшаяся веками система.

Оксана Галькевич: Мы с удовольствием порассуждаем как-нибудь, может быть, давайте в прямом эфире, что сделать с 6 миллионами долларов. Вы тут просто сейчас нам обрушите портал, Сергей, такими задорными заявлениями.

Геннадий из Башкирии, есть еще один звонок – видите, как скучали наши телезрители, Сергей. Геннадий, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: Сергей Леонидович,я вам написал письмо, должны будете получить, уже 10 дней прошло. У меня предложение такое. Вот представьте, инфляция для всех одинаковая, приходим в магазин, товары для всех одинаково подорожали, продукты что для богатого, что для бедного, а индексация начисляется по пенсиям. Допустим, если пенсия 10 тысяч, 4% индексация была – 400 рублей, а вот передача была "Время покажет", губернатор уходит на пенсию – 600 тысяч пенсия, ему 4% – 24 тысячи будет индексация. И с каждой индексацией разрыв делается все больше и больше между пенсионерами.

Сергей Лесков: Я совершенно согласен. Дифференциация доходов и расслоение социальное в нашей стране совершенно непозволительное. Какая-то социальная несправедливость просто режет глаза. Был такой индийский великий политик Махатма Ганди, про которого Путин говорил, что после смерти Ганди не с кем даже и поговорить. Ганди очень много рассуждал на этот счет, поскольку у нас сейчас были всякие религиозные праздники. Когда Ганди говорил о боге, он сказал следующее: "К сожалению, в современном мире (мы говорим про Россию – в современной России) все больше людей, которые, когда разговаривают с богом, имеют в виду прежде всего кусок хлеба". Как ни печально, это на самом деле так: на грани бедности у нас балансирует 20% населения. Это непозволительно много, и надо с этим что-то делать. Я думаю, что это первая проблема России.

Оксана Галькевич: Сергей, вы знаете, это только малая часть вопросов, которые задают вам наши телезрители. Уважаемые друзья, все, кто спрашивал у нас на прошлой неделе, где Сергей Лесков в 19:30, вот Сергей Лесков теперь каждый день снова с вами, это его время, время обозревателя Общественного телевидения, он комментирует главные темы дня, а в конце недели, в пятницу подводит итоги, анализирует главные события недели.

Сергей, спасибо вам большое, замечательная беседа получилась. Завтра ждем вас снова в 19:30 в программе "Отражение" в прямом эфире. Пишите и звоните.

Сергей Лесков: До завтра.

Оксана Галькевич: А мы не прощаемся с вами, вернемся, уважаемые друзья, буквально через несколько минут. Будем говорить о довольно сложной ситуации с расселением аварийного жилья в наших регионах. Дело дошло до того, что федеральный центр от некоторых регионов требует возвращения денег в фонд ЖКХ.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Темы дня от обозревателя
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты