Гречка дорожает. Почему?

Гости
Николай Лычев
главный редактор отраслевого портала Agrotrend.ru

Оксана Галькевич: Ну все, приехали, гречка – наш главный бастион стабильности, маркер общественного спокойствия, показатель уверенности в завтрашнем дне. Будет гречка, все остальное, что называется, приложится. Но нет, вот и она. Подорожала. Причем, так нормально, надо сказать, подорожала на 36% за год. Тут вот, что интересно, уважаемые зрители, когда мы обсуждали в прямом эфире рост других цен, цен на другие товары, на другие продукты, то нам часто говорили, что это во многом рост мировых цен на рынках, а так как мы торгуем на эти биржах, пшеницы, например, то, собственно, и наши цены за ними подтягиваются и ползут-ползут, а то и прыгают вверх. Но гречка-то, это же практически только наше все. Ну, кто ее вот кроме нас еще ест? Давайте попробуем с вами...

Иван Князев: Белорусы, может быть, украинцы.

Оксана Галькевич: Ну да, белорусы, украинцы, наверное, да, едят. Говорят еще финны.

Иван Князев: Я больше нигде не видел.

Оксана Галькевич: Финны, финны еще едят. Я не знаю, так ли тоже трепетно к этому относятся, но тем не менее. Так какая тут привязка к мировым рынкам, к мировым ценам? Сейчас-то, собственно, почему?

Иван Князев: Почему?

Оксана Галькевич: Будем сейчас на сей счет пытать экспертов. А вы нам, пожалуйста, расскажите пока, напишите или позвоните в прямой эфир, любите ли вы гречку так, как любим ее мы с Иваном, и почем эта крупа у вас в магазинах.

Иван Князев: Чтобы мы картину дня понимали. Николай Лычев у нас на связи, главный редактор журнала «Агроинвестор». Здравствуйте, Николай Александрович.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Николай Александрович.

Николай Лычев: Здравствуйте, здравствуйте.

Иван Князев: Оксана права была?

Николай Лычев: Аналитический портал Agrotrend.ru

Иван Князев: Agrotrend.ru, да, спасибо вам большое за уточнение, простите нас, что ошиблись. Оксана права была, действительно из-за большого экспорта теперь у нас? Мы теперь гонимся за ценами какими, мировыми на гречку что ли?

Николай Лычев: Оксана, действительно, отчасти права, потому что гречка, я напомню, это тоже зерновая культура, как и пшеница или кукуруза, которые сильно подорожали за последний год, за последний сезон. Было 200 долларов минус в обычное время, сейчас 260 долларов за тонну, там 240, в зависимости от культуры, сорта и т.д. То есть идет мировая инфляция цен на агропродукцию, здесь не исключение пшеница как главная наша растениеводческая культура, и гречка как производная от нее, потому что это тоже зерно на самом деле. И закономерности роста цен здесь примерно одинаковые. Это первое.

И второе. Вы сейчас назвали большую цифру, 30+ процентов за последний год.

Иван Князев: 36.

Оксана Галькевич: 36, да.

Николай Лычев: 36%, только вот я не понял, это за календарный 2020 год или это год к году, апрель к апрелю. Ну, не важно.

Оксана Галькевич: Это за календарный, это за год, да, с апреля прошлого по апрель нынешний.

Николай Лычев: Ок, это значит еще более актуальные цифры. Но, на самом деле, это не так важно, за какой период. Вот у нас есть с вами год условный и есть второе обстоятельство, я так понимаю, это отчасти компенсационный рост цен, потому что в предыдущие периоды гречка стоила дешевле, чем она стоила сейчас. И если мы сравниваем год с годом, давайте мы посмотрим на 5-летней, на 7-летней перспективе, там не будет 36%, там будет реально меньше. Другое дело...

Иван Князев: Николай Александрович, смотрите, компенсационный рост цен...

Николай Лычев: Я еще добавлю. Мы в прошлом году собрали рекордный практически урожай гречихи. Не гречки, а гречихи – сырья для производства крупы. Примерно 900 тысяч тонн. И, казалось бы, если рекордный урожай, почему она не дешевеет или хотя бы не стоит на месте, а дорожает.

Оксана Галькевич: Так, и почему бы?

Николай Лычев: Ну, во-первых, я вам ответил на этот вопрос: потому что мы часть мирового рынка. Это первое. Второе. Дорожают все составляющие сельхозпроизводства гречки у фермеров, у аграриев, потому что они... Если вы качественный продукт производите, они во многом валютные, понимаете? Это семена хорошие, это средства защиты растений, это сельхозтехника, это удобрения. Я могу долго пальцы загибать.

Оксана Галькевич: Подождите, подождите, подождите, Николай Александрович. Давайте не загибать, давайте объяснять, почему это, как это семена на гречиху, они тоже импортные? Это как же так? Мы думали...

Николай Лычев: Вы знаете, семена есть действительно импортные, но вы тут правы, они, в основном, российские. Есть не только и не столько семена, есть качественная агрохимия, импортная сельхозтехника, которые стоят в валюте: в евро и в долларах. Что с долларом и евро, точнее даже с нашим рублем случилось, вы прекрасно понимаете.

Иван Князев: А чем мы гречку удобряем, Николай Александрович?

Николай Лычев: Ну как, я не знаю. Мне, наверное, нужно выступить с докладом, как производится сельхозкультуры. Любые сельхозкультуры нуждаются в удобрении.

Иван Князев: Я просто к тому, что вы говорите: «Химия подорожала, а химия импортная», у нас тоже своей химии-то хватает.

Николай Лычев: Любые. Химия, слушайте, у нас вроде все свое, но это все отверточная сборка зачастую зарубежной продукции. То есть химия своя, но формуляция во многом зарубежная, прежде всего китайские. Сельхозтехника своя, но машинокомплект или запчасти во многом тоже импортные. Да, металл подорожал для сельхозтехники. Я вам даже не могу сказать, что не подорожало. И вот эти все составляющие подорожали, себестоимость этих составляющих подорожали, но в отличие от цен на продукты питания, когда каждый день нашим производителям бьют по голове, и ритейлерам вместе с ними, вот эти составляющие никто не регулирует, понимаете? Ни газ, ни электричество, ни энергоресурсы. Вот уже поэтому рост себестоимости и поэтому рост цены. Это одна из причин. Первую я называл. Это вторая причина.

Теперь давайте посмотрим, если позволите, что будет дальше с ценами на гречку, что может быть дальше. В прошлом году мы собрали 900 тысяч тонн гречихи. При выходе из гречихи, среднем выходе 70% гречки, то есть именно крупы, ядрицы и продела – всех видов крупы, это примерно 70%. Ровным счетом 630 тысяч тонн. Запомнили эту цифру. Потребляем мы в год примерно 400 тысяч тонн, кстати немного, поэтому не нужно так много говорить про гречку. 2,5 килограмма на человека. Вот еще 400 тысяч тонн. 630 минус 400 остается 230. И третья цифра, которую мы тоже запомним, примерно 220 тысяч тонн на данный момент вот за, правда, не календарный год, о котором мы сейчас говорим, а за сезон...

Оксана Галькевич: Мы что 220 тысяч тонн, простит, мы что? Связь у нас прервалась, Николай Александрович. Давайте восстановим связь.

Иван Князев: Пока телезрителей послушаем.

Оксана Галькевич: Вот по закону жанра на самом интересном месте.

У нас Олег из Башкирии сейчас как раз хочет высказаться. Здравствуйте, Олег.

Иван Князев: Сколько у вас гречка стоит?

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Ну, у нас она в Башкирии стоит 76 рублей. Можно один вывод сказать, почему гречка всегда дорожает? Она является народной валютой. Как какая-нибудь нестабильность в стране, сразу народ хватает эту гречку, надо - не надо, а про запас берут.

Оксана Галькевич: А я уж подумала, может, в Башкирии за это что-то купить можно.

Иван Князев: Похватали уже. Не до такой степени. Олег, вы так спокойно говорите. 76, да, рублей за килограмм? Но это достаточно много.

Оксана Галькевич: Нам даже Забайкалье вот пишет, смотрите: «Гречка 79 рублей за килограмм».

Иван Князев: Там даже побольше. То есть вы как-то спокойно, да, к этому относитесь, Олег? 76 так 76.

Зритель: Я могу одно только еще добавить. Если бы поля засевали больше, она бы падала. А раз поля... У нас вот, например, совхоз такой «Белорус» был. У нас ни одного поля не пашется, вот так вот. А раньше 300-400 голов крупного рогатого скота на фермах было. А сейчас поля... боимся, как бы пожаров не было. Вот так.

Оксана Галькевич: Олег, ну вот нам эксперт перед разговором с нами сказал, что и урожай-то в прошлом году итак был рекордный, собрали...

Иван Князев: И пшеницы, кстати, тоже много собрали, а цены все равно вверх.

Оксана Галькевич: То есть нормально собираем, нормально засевают, достаточное количество, даже больше, чем мы съедаем.

Слушайте, Краснодарский край написал: «Гречка 106 рублей за 900 граммов». Они же теперь действительно стали уменьшать пакетики.

Иван Князев: Еще один телезритель на связи. Недосыпать.

Оксана Галькевич: И литраж тоже, бутылки с молоком тоже, чтобы как-то держать цену, но плохо получается. Олег из Астрахани, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Я вот буквально сейчас, 15 минут назад покупал гречку. 800 грамм стоит 112 рублей. Раньше гречка стоила в районе 50-60 рублей, а если это упаковка 1,5 килограмма была, то она стоила 212 рублей. Это общедоступные магазины, сеть.

Оксана Галькевич: Олег, может, это какой-нибудь премиум продукт, супер гречка, каждое ядрышко, знаете, отборное?

Зритель: Да нет, это была обычная гречка. Я бы даже сказал, не такие там... Если компании как «Агро-Альянс» или типа того, где гречка стоит довольно-таки дорого.

Оксана Галькевич: Ну, такая простая наша гречка, да?

Зритель: Да, простая, да, обычная гречка.

Иван Князев: Спасибо вам за информацию.

Оксана Галькевич: 112 за 800 граммов – это впечатляет.

Иван Князев: Нас тут завалили смс из разных регионов, вот где сколько стоит. Нижегородская область: «135, рис 104 рубля». Коми: «Гречка больше 100 рублей, в принципе, как и все крупы». «120 рублей» – это смс, сообщение в чате прямого эфира.

Оксана Галькевич: Вернулся к нам наш эксперт, Николай Александрович Лычев. Николай Александрович, связь прервалась на том моменте, когда вы рассказали: «собрали мы 630 тысяч тонн, съедаем 400 тысяч тонн, а еще 220 тысяч тонн...» что?

Николай Лычев: А еще 220 тысяч тонн мы за этот момент с начала сезона, который начался в июле прошлого года, мы экспортировали. Тут, конечно, некорректно сравнивать календарный год с сезоном, но плюс-минус вы видите, что большой урожай – раз и большой экспорт – два. Сейчас дальнейшие цены на гречку, будут зависеть от того, первое, какие запасы остались у тех. кто ее произвел, во-первых, у сельхозпроизводителей, а, во-вторых, у оптовиков на складе, у розничного ритейла. Мы не знаем, какие это запасы, лично я не могу вам сказать. Но, видимо, не такие большие, как нам может показаться, но они явно есть. И второе.

Иван Князев: Николай Александрович, я прошу прощения, просто времени не так много у нас остается на эту тему. Два вопроса. Во-первых, куда экспортируем. А второй вопрос, вот эта компенсационная составляющая, когда мы пытаемся за счет потребителя, точнее аграрии пытаются за счет потребителей свои убытки прошлые как-то компенсировать, вот она насколько существенная? Потому что все остальное – это понятно, что там бензин дорожает, химия дорожает и т.д.

Николай Лычев: Ответ на первый вопрос. Я же сказал, что гречка экспортируется, правда, небольшими количествами, во многие страны. В общей сложности получается, видите, порядка четверти миллиона тонн. Эти страны я могу тут долго перечислять. Это страны Европы, это США.

Иван Князев: Ну, понятно, разобрались, съедят все-таки нашу гречку, экспортируем. А второе, компенсационная составляющая – это какие объемы? То есть вот сколько ее заложено в цене-то сейчас?

Николай Лычев: А что вы имеете в виду под компенсационной составляющей?

Иван Князев: Когда вы говорите, вот в прошлом году были убытки у производителей и т.д., сейчас они пытаются их как-то покрыть.

Николай Лычев: Все понятно. Это вот те самые 10-15%, о которых сегодня идет речь в публикациях информагентств, которые просят поставщики и которые обсуждают с ритейлами. Как раз это та компенсационная составляющая и есть те самые, думаю, объективно 10-15% к текущей цене на гречку.

Оксана Галькевич: Вы знаете, если можно, коротко последний вопрос. Нам зрители тут пишут: «Вот вступили мы в ВТО и что? Нам обещали, что все будет там лучше, горы золотые. И зачем нам это ВТО?» Вот как-то эти вопросы связаны? Жили себе без всяких ВТО, и были цены нормальные на гречку.

Николай Лычев: Отвечаю. Цены на гречку и вступление в ВТО с жизнью ваших телезрителей никак не связаны. Они могут фактор этот вообще, в принципе, не брать в расчет, потому что это влияет на отдельные рынки в сфере В2В, то есть в сфере бизнеса, госрегулирования и т.д. У нас по продуктам, которые мы производим в избытке, такие как гречка или там мясо курицы, никакое там ВТО на нас не действует. У нас свои рынки, которые перенасыщены. И цены должны быть на более-менее приемлемом уровне.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Иван Князев: Спасибо вам. Николай Лычев, главный редактор портала Agrotrend.ru был с нами на связи.

К следующей теме переходим.

Оксана Галькевич: Да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Ведь почти никто в мире, кроме нас, гречиху не ест. Какая тут может быть привязка к мировым рынкам и ценам?