Губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко в прямом эфире отвечает на вопросы жителей региона

Гости
Валерий Лимаренко
губернатор Сахалинской области

Оксана Галькевич: Ну а мы продолжаем. Это прямой эфир программы «ОТРажение».

Сейчас к разговору мы в первую очередь приглашаем дальневосточников, а именно сахалинцев. Уважаемые друзья, уважаемые зрители, у вас есть возможность не через приемные, не в электронном виде, не отправляя куда-то далекие письма, а прямо сейчас напрямую задать ваш вопрос главе вашего региона, вот просто спросить как есть. В студии у нас сегодня губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко.

Здравствуйте, Валерий Игоревич.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Валерий Лимаренко: Здравствуйте. Спасибо, что пригласили.

Петр Кузнецов: Спасибо, что пришли.

Для всех остальных – краткая справка. Сахалинская область – это одна из самых восточных территорий России, единственный субъект Российской Федерации, полностью расположенный на островах. Площадь – чуть более 87 тысяч квадратных километров. Население – 485 тысяч человек. Это один из самых малочисленных регионов России, хотя в 90-е годы XX века там проживало свыше 700 тысяч человек. Почти половина населения проживает в столице – Южно-Сахалинске. Средние зарплаты в области – высокие, превышают 91 тысячу рублей в месяц. При этом уровень регистрируемой безработицы – всего 0,78%, тогда как в среднем в России (для сравнения), как вы видите, 3,7%.

Оксана Галькевич: Валерий Игоревич, слушайте, по этой картине выглядит все весьма и весьма неплохо. Все мы уникальные какие-то моменты упомянули, обо всем вспомнили, обо всем рассказали? Или что-то еще осталось за кадром?

Валерий Лимаренко: Вы знаете, я скажу, что правильнее было бы сказать о том, что там живут большие труженики, которые занимаются большими производственными проектами. Мы добываем газ, нефть, уголь, рыбу. 90% всего, что производится на Сахалине – это экспортная продукция. До пандемии 15 миллиардов долларов – это объем работ был по всем видам деятельности. В этой ситуации можно сказать, что это не просто острова, а острова, на которых проживают труженики.

Большие планы по развитию у нас существует. Ну, наверное, мы об этом поговорим.

Петр Кузнецов: Да. Позвольте… Сразу же реагируют на нашу справку по зарплатам жители Сахалинской области. Два сообщения. «Семья из трех человек. Общий доход у нас с мужем – 140 тысяч рублей, – казалось бы, да? – Поверьте, бывает, что и не хватает денег. Все очень дорого». И тут же: «Зарплата выросла на 2–3%, а цены в среднем – на 5,9%, учитывая и так высокие цены в нашем регионе».

Валерий Лимаренко: Да, это абсолютно правдивая информация. Смотрите. Средняя температура по больнице, вообще говоря, никого не интересует. Интересует, что в кармане у каждого человека. Поэтому у нас большой объем социальных программ. У нас больше 200 социальных программ действуют. Они все адресные и построены таким образом, чтобы доплачивать денежные средства людям, которые нуждаются.

В первую очередь это ветераны – то есть люди, которые получают небольшую пенсию. Всех пенсионеров и все семьи, где хотя бы один ребенок воспитывается, мы вывели из-за черты бедности, поэтому уровень бедности у нас сейчас – 2,5% по сравнению с 13%, которые в среднем в Российской Федерации. То есть у нас есть адресная работа.

А теперь смотрите. Мы больше ориентируемся не на среднюю заработную плату, потому что, допустим, нефтяники получают 400 тысяч, а, например, человек, который работает в больнице медсестрой, например, – 70 тысяч. Мы смотрим медианную заработную плату. Это заработная плата, которая у большинства населения. Это приблизительно на 20% меньше, чем средняя заработная плата. И понятно, что мы следим за ценами в магазинах.

Обратите внимание, что Владимир Владимирович, когда говорил о ценах, он сказал: «Мы, конечно, будем регулировать цены рыночным способом». Мы, собственно говоря, этим и занимаемся. И каким образом мы это делаем? Во-первых, у нас есть социальные магазины – то есть это магазины, где на 15–20% дешевле продукты. И людей, которые нуждаются, мы просто обзваниваем и говорим, где что продается. У нас приблизительно 25% товарооборота через социальные магазины.

Мы даем возможность тем, кто производит сельхозпродукцию, чтобы они имели магазины для продажи своей продукции. Это тоже продукция дешевая. Мы делаем ярмарки, которые позволяют делать эту работу. Кроме того, у нас есть информационная система, называется «Доступные цены», где можно узнать, что почем и где продается. Таким образом, человек, который, скажем так, считает деньги в своем кармане, может приобрести товары на 15–20% дешевле.

И мы за этим смотрим. Раз в неделю я слушаю доклад, где чего и что, что почем. И, если требуется, мы в эти дела вмешиваемся. Но еще раз хочу сказать, что не административно, а рыночными механизмами. Например, «выбрасываем в продажу», как говорит народ, дешевую рыбу. То есть мы специально в прибрежных водах вылавливаем рыбу и завозим ее не через торговые сети, а просто продаем в условиях рынка. И цены в два раза ниже, чем в магазинах.

И те люди, которые нуждаются, они получают звонки. Кстати говоря, мы используем робота, который звонит и предупреждает о том, что…

Оксана Галькевич: То есть приходит сообщение, что сегодня там-то и там-то по более низким ценам продается?

Валерий Лимаренко: Да-да-да, совершенно правильно. Два раза в неделю происходит это.

Петр Кузнецов: Так или иначе адресная помощь.

Валерий Лимаренко: Поэтому и доступная рыба. Тем более, смотрите, у нас рыбы кругом много, но вот эта рыба – она особая. Во-первых, она дешевая. Во-вторых, она свежевыловленная. То есть она, ну скажем так, парная или охлажденная, только что выловленная.

И мы с этим работаем. Мы считаем, что эта проблема существует однозначно.

Оксана Галькевич: Вы знаете, какая проблема со свежей рыбой в Москве и в других регионах нашей страны?

Петр Кузнецов: Очень много, кстати, в связи с этим… Хочется уточнить. Очень много говорят, что… Вот когда говорят об адресной помощи: «Как возможно всех посчитать?» Как удается тех, кому это нужно в регионе, посчитать?

Валерий Лимаренко: Понимаете, вы задали такой вопрос, он так немножко прозвучал…

Петр Кузнецов: Да. А у меня все такие вопросы

Валерий Лимаренко: Но мне приятно, что вы этот вопрос задали. Смотрите. Мы живем в век цифровых технологий. У нас каждая семья на учете. Мы знаем, какие деньги получает каждая семья, которая получает социальную помощь. А у нас социальную помощь получают больше 200 тысяч, больше половины населения. С учетом того, что люди живут вместе, родители, дети, то можно считать, что мы знаем, как живут две трети – три четверти и какие субсидии получают.

Больше того, мы сейчас запустили проект «Социальная карта сахалинца». И мы связываем сейчас с банковской картой. В этом году выпустим 200 тысяч таких карт на полмиллиона населения. Через эти карты можно на какие-то спортивные мероприятия ходить бесплатно, на какие-то театральные, киношные и прочие культурные мероприятия ходить бесплатно. Бесплатный проезд в транспорте. Получить скидку в магазине, в обычном магазине, не социальном. Можно получить скидку в аптеке.

Смотрите. Мы считаем деньги – доходы и расходы – в каждой семье, которая получает социальные выплаты. Это и есть индивидуальная работа, персонифицированная работа с людьми, о которой говорил президент. И по некоторым социальным программам мы получаем уже обратную связь: нравится/не нравится, получается/не получается, какие есть недоработки и недостатки, что изменить, что улучшить. Потому что клиентоцентричность сейчас становится на первое место в социальной политике.

Петр Кузнецов: Понятно.

Оксана Галькевич: Валерий Игоревич, получается, что… Вот вы сказали, что основная доля продукции, которая производится на Сахалине, – это экспорт. Собственно, это и есть основа вашего благосостояния, да? Получается так?

Валерий Лимаренко: Получается так. Единственное, сейчас я хочу предупредить, что во время пандемии резко упали цены на нефть и на газ, и с учетом договоренностей ОПЕК уменьшилось количество добычи. И мы второй год подряд… Получается, год пандемии – мы потеряли деньги из бюджета. И вот 2021 год – мы потеряли деньги из бюджета. Приблизительно одну треть бюджета мы потеряли. Но мы рассчитываем, что когда пандемия закончится, все восстановится.

Оксана Галькевич: А как быть с инвестициями? Вот смотрите. Когда президент выступал вчера… не вчера, а в среду, простите, он сказал о том, что составляется карта инвестиционных проектов. «Регионы, приходите, обращайтесь со своими проектами, разрабатывайте». У вас, соответственно, получается, все уже готово, все сделано? Вам и обращаться-то нечего? У вас все поставлено на нормальные рельсы? Или все-таки вы о чем-то думаете?

Валерий Лимаренко: Давайте я скажу так. Вот раньше у нас были инвестиции, связанные с бюджетом или с монополиями, то есть с крупными компаниями. Сейчас у нас инвестиционная политика диверсифицированная. То есть у нас открываются новые сегменты экономики. Например, если у нас добываются газ и нефть, инвестиции в добычу вкладывались, то теперь вкладываются инвестиции в то, чтобы заниматься сервисом, то есть обслуживанием этих компаний, которые занимаются этой деятельностью. Это высокотехнологичное производство.

Например, мы сейчас проводим конкурсы на привлечение инвестиций для переработки леса. Вы знаете о том, что с будущего года кругляк нельзя вывозить, поэтому мы сейчас разворачиваем работу, чтобы была полная глубокая переработка леса, в том числе и для домостроения.

Оксана Галькевич: У вас на месте, на Сахалине?

Валерий Лимаренко: Да, на месте, наши сахалинские леса. Мы, например, сейчас усиливаем объемы жилищного строительства. Началась пандемия – казалось бы, инвестиции упали. А у нас в прошлом году был рост жилищного строительства на 100 тысяч квадратных метров. А в этом году мы вообще вышли на рекорд: мы полмиллиона жилья строим, а это один метр на человека.

Оксана Галькевич: А это замещение аварийного жилья? Или у вас приток населения начался? Потому что мы вначале приводили цифры, и было сокращение в определенный момент.

Валерий Лимаренко: Смотрите. В том числе это замещение и аварийного жилья, но в основном это новое жилье, новые объемы жилья. Замещение – это было около 100 тысяч квадратных метров приблизительно. А 500 тысяч в этом году будет построено в основном на рыночные деньги. Так работает «Дальневосточная ипотека» (2%), так работает «Сельская ипотека» (3%), так работает ипотека, которая идет для старшего поколения (6%).

Поверьте мне, что эти деньги позволяют для семьи, которая работает, позволяют поучаствовать в программах ипотечного кредитования. Поэтому у нас сейчас выделено 370 земельных участков, на которых можно построить 6 миллионов квадратных метров. У нас есть строители, которые будут заниматься этим.

Президент сказал о том, что несколько регионов, включая Сахалин, будут инфраструктурные кредиты брать, инфраструктурные облигации, вот эта тема. Мы только что с «ДОМ.РФ» расстались и обсуждали все эти программы. Мы делаем программу. Инфраструктурные облигации – денежные средства дешевые, 3–4%, которые выделяются на 14–20 лет, для того чтобы строить инженерное обустройство: проводить газ, электричество, воду, дороги, чтобы можно было строить жилье. А жилье строится за счет того, что включается система ипотечного кредитования. И какие-то социальные программы, которые помогают людям участвовать в этих жилищных проектах.

Плюс мы сейчас вместе с Министерством строительства Российской Федерации запускаем программу строительства жилья для сноса аварийного жилья. Это уже вторая программа. Первая сейчас завершается в Российской Федерации, мы первые ее завершаем. Поэтому мы первые начинаем новую программу жилищного строительства. У нас 640 тысяч квадратных метров жилья аварийного – при том, что всего 12 миллионов квадратных метров жилья. То есть большой объем. И мы собираемся это жилье заменить за пятилетку.

Петр Кузнецов: Про дороги вы сказали. «Где дороги? – спрашивает телезритель из Сахалинской области. – Я плачу налоги». После послания президента Федеральному Собранию вы сказали, что рассчитываете на получение федеральной поддержки при строительстве дорог в области.

Валерий Лимаренко: Совершенно правильно. Ну смотрите. Дороги, которые идут к жилым массивам, мы будем строить за инфраструктурные облигации. Денежные средства, которые мы должны были тратить на строительство дорог… В этом году мы вместе с Министерством транспорта передали одну из главных дорог в федеральную собственность. И теперь федеральный бюджет начал строить дорогу Сахалин – Оха. И там приблизительно масштабы финансирования – около 25 миллиардов. За четыре года, до 2024 года, будет полностью построено порядка 200 километров дорог.

Кроме того, мы сейчас выделили в шесть раз больше денежных средств в прошлом году на каждый муниципалитет для того, чтобы можно было поддерживать в нормальном состоянии дороги, то есть осуществлять текущий ремонт. Сами знаете, закончилась зима – на районных и муниципальных дорогах появились эти трещины, ямы и прочие дела. Мы поставили задачу до 1 июня все это привести в порядок.

Причем, смотрите, мы воспользовались технологией, которую в прошлом году использовали для того, чтобы сделать генеральную уборку. Мы первый регион, который выполнил задачу премьер-министра нашего – провести генеральную уборку. Что мы сделали? Мы подняли, скажем так, авиацию, население помогало нам в этом. Взяли и на цифровую карту нанести все свалки. И в течение этих месяцев убрали.

В этом году мы сделали аналогичную историю с дорогами. Мы собрали волонтеров, которые сели на велосипеды, сфотографировали все ямы, геокоординаты выставили на цифровую карту. Это в режиме реального времени происходит. Мы заполняем цифровую карту. Каждый день строители и ремонтники получают плановое задание в каждом муниципалитете. И народ контролирует, как они выполняют эти работы.

Оксана Галькевич: Народный контроль такой, да?

Валерий Лимаренко: Да, народный контроль через волонтеров. У нас очень сильно развито волонтерское движение. И оно работает не только на дорогах и на экологию, но еще и на медицину.

Оксана Галькевич: Валерий Игоревич, Сахалинская область пишет: «С Сахалина газ качают, а людям не дают». Что у вас с газификацией?

Валерий Лимаренко: Смотрите. Сейчас уже 38% обеспечение. Два года назад было всего лишь 19%. То есть мы большими темпами занимаемся газификацией. С Алексеем Борисовичем Миллером мы пожали руки, подписали соответствующие обязывающие документы. И сейчас «Газпром» большими темпами строит часть с высоким давлением, а мы – ту часть, которая подходит к домам.

Кстати говоря, поручение, которое Владимир Владимирович поставил, что нужно вести бесплатно до жилых домов, мы уже выполняем, то есть у нас уже такое правило существует.

То есть, таким образом, мы планируем до 2025 года включительно 100% газифицировать. Причем труба попадет не в каждую деревню, не в каждый муниципалитет, поэтому мы планируем туда ставить СПГ – сжиженный природный газ. Будет поставлен специальный контейнер, туда будет заполняться газ. Дальше – регазификация, потому что это сжиженный газ. И по трубам поступает либо в дома, либо в котельную, которая потом будет раздавать тепло.

Оксана Галькевич: Создаете инфраструктуру.

Валерий Лимаренко: Да.

Оксана Галькевич: Давайте звонок примем.

Петр Кузнецов: Валерий Игоревич, у нас земляк ваш – Сергей из города Долинска.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей.

Валерий Лимаренко: Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Можно говорить, да?

Оксана Галькевич: Да, говорите, говорите.

Зритель: Добрый день, Валерий Игоревич.

Валерий Лимаренко: Здравствуйте.

Зритель: Меня интересует вопрос… Я из города Долинска. А когда к нам газ поступит наконец-то? Именно частный сектор. А то в начале улицы и даже в конце улицы немножко трубы протянули, высунули они трубы. И уже, наверное, года два так она и стоит. И неизвестно. Дом построили, а какой котел покупать – не знаем. Хотелось бы узнать, будет ли в ближайшее время.

Валерий Лимаренко: Спасибо большое. Я вам дам ответ.

Петр Кузнецов: Изменится ли что-то после призыва президента как раз доводить до дома бесплатно.

Валерий Лимаренко: Смотрите. Ну, с учетом того, что у меня перед глазами нет улицы и нет людей, которые отвечают за газификацию в этом городе, я скажу так: в ближайшие два года задачу мы эту решим.

Почему я утверждаю так твердо? Потому что мы принципиально нашли финансово-экономическую схему. С «Газпромбанком» мы сейчас разработали финансовую схему, которая позволяет проводить газификацию за кредитные деньги, а потом просто через тариф возвращать эти капитальные вложения. В этой ситуации открылась возможность сделать эту работу.

Если проект готов, то мы в течение года сделаем. Если проекта нет, то потребуется какое-то количество времени на проектирование и какое-то количество времени на то, чтобы провести и подсоединить. То есть я думаю, что в ближайшие два года в Долинске мы эту задачу решим, потому что в Долинске газ уже есть.

Петр Кузнецов: Еще вопрос инфраструктурный, животрепещущий такой, из Сахалинской области: «Когда будет восстановлена железная дорога из Холмска в Южный? Может быть, жителям Холмска уже пора бежать на материк, ведь город умирает?»

Валерий Лимаренко: Смотрите. Железная дорога из Холмска в Южный существует. Я не знаю, что имеется в виду. Наверное, не железная дорога все-таки, а дорога, автодорога, поскольку там есть там момент, где есть оползень. И мы решаем задачу по поводу ремонта. По ремонту этой дороги у нас планы на этот год, проект уже разработан. План на этот год – отвести воду от этой дороги. Мы в этом году эту дорогу будем передавать в федеральную собственность. Это федеральная дорога. Вот этот кусочек не передан. И после этого все встанет, как говорится, на свои места, потому что будет сделана инженерная защита и появится хозяин, который будет следить за качеством этой дороги.

Петр Кузнецов: В этом году уже?

Валерий Лимаренко: Да, эта задача будет решаться в этом году.

Оксана Галькевич: Валерий Игоревич, когда вы говорили о каких-то инвестиционных проектах, ничего не сказали, например, о туризме. Я как большой любитель путешествовать по стране… И люди нам тоже пишут об этом: «Транспортная доступность. Как добраться? Как доехать? Очень хотели бы, но очень сложно». Есть такая проблема?

Петр Кузнецов: Кстати, да, в пандемию как раз потянулись изучать новые направления, в том числе дальние. Я знаю очень много знакомых, кто выбрал это направление.

Валерий Лимаренко: Совершенно верно.

Оксана Галькевич: Я бы с удовольствием, но очень сложно, мне кажется, это направление.

Валерий Лимаренко: Вот смотрите. В этом году завершился этап развития «Горного воздуха» – это у нас горнолыжный курорт. 32 километра горнолыжных трасс, современное лифтовое оборудование. То есть такой очень эффективный проект. Его любят и жители, и туристы к нам приезжают с большим удовольствием. Очень много спортсменов и разных мероприятий, включая мероприятия международного уровня, проходит у нас. Здесь происходит дальнейшее развитие инженерной инфраструктуры. Здесь происходит дальнейшая работа по строительству гостиниц и всевозможных сервисов.

У нас есть такой проект, называется «Архипелаг Онекотан» (это Северный Курилы). Там уже в этом году проектируется, а с будущего года начинает строиться новая гостиница и параллельно деревня (называется «глэмпинг») с видом на вулканы. Это будет такой интересный проект. С удовольствием… Я думаю, что через два года можно уже будет посещать вот этот глэмпинг.

Есть проект на Итурупе по строительству дополнительной деревни для туристов.

И хочу сказать, что есть такой проект, называется «Лагуна Буссе», где, собственно говоря… Этот проект попал в десятку лучших перспективных проектов. И там уже появляются инвесторы, которые хотят вкладывать деньги в строительство гостиниц и других активностей для туризма.

Мы считаем, что туризм для нас – это важно и перспективно. Вы, может быть, немножко удивитесь, но мы считаем, что в первую очередь это интересно для жителей Сахалина, поскольку это способ отдохнуть в выходной день.

Оксана Галькевич: Ну, в шаговой доступности. Условно в шаговой, конечно, рядом с вами.

Валерий Лимаренко: Ну да.

Оксана Галькевич: Но нам, честно говоря, жителям не Сахалинской области, тоже очень бы хотелось.

Валерий Лимаренко: Отлично! Тем более, смотрите, у нас сейчас построены новые корабли, один из которых приходит в понедельник. Это все будет ходить на Курилы, будут возить туристов и жителей Курильских островов. Это будет очень интересно.

Петр Кузнецов: Авиабилеты только, Оксана…

Валерий Лимаренко: Авиабилеты? Очень легко. У нас Сахалин – это самая доступная точка в Российской Федерации.

Петр Кузнецов: Да?

Валерий Лимаренко: Да. Вы в любое время можете улететь. У нас есть договоренность с авиационными компаниями…

Петр Кузнецов: А вот за сколько – это вопрос.

Оксана Галькевич: Доступность финансовая.

Валерий Лимаренко: За сколько? Туда и назад за 26 тысяч. Туда и назад за 26 тысяч рублей.

Петр Кузнецов: Сейчас, сегодня?

Валерий Лимаренко: Да, сейчас. И вчера. И завтра.

Оксана Галькевич: При том, что это километров… Сколько? Тысяч девять, да? Сколько от Москвы?

Валерий Лимаренко: Ну да.

Оксана Галькевич: Понял? Это тебе не в Турцию слетать.

Валерий Лимаренко: 8 тысяч километров. Поэтому я скажу так: ваш скепсис не принимается.

Петр Кузнецов: Нет, наоборот, я очень удивлен, что…

Валерий Лимаренко: Кстати говоря, я вам хочу сказать, что у нас появилась «Дальневосточная авиационная компания» на базе «Авроры», на базе нашей компании, сахалинской. Это сейчас крупнейшая компания на Дальнем Востоке и одна из самых крупных в Российской Федерации. В этом смысле мы считаем, что мы проблему доступности Сахалина и Курил решили раз и навсегда.

Оксана Галькевич: Валерий Игоревич, у нас сорвался, к сожалению, звонок из Южно-Сахалинска, человек дозвонился и «слетел». Ну, технический такой момент. Он хотел спросить про детские лагеря, про детский отдых, что они необходимы. Видимо, их не хватает. Доступность, необходимость – что об этом можете сказать?

Валерий Лимаренко: На самом деле я скажу так. В прошлом году мы детский сезон отдыха начали, будем считать, 1 июля. В этом году начнем с 1 июня. К этому времени у нас проблем, скажем так, с пандемией не будет. И детский отдых будет абсолютно полноценный.

А что касается лагерей, то давайте скажем откровенно: по количеству детей, которые отдыхают, я думаю, мы можем перегнать любой регион Российской Федерации.

Петр Кузнецов: Кстати, о пандемии. Как дела с вакцинацией? Удалось ли решить это?

Валерий Лимаренко: Ну смотрите. Мы сегодня рекордсмены по вакцинации. У нас уже, наверное, около 25% людей вакцинировалось. Плюс те, кто уже раньше переболел. То есть мы подходим к коллективному иммунитету. Мы рассчитываем, что, скажем так, в июне мы уже достигнем этого показателя. Статистика считает, что это июль.

Но я хочу сказать, что мы отменили уже все ограничения, мы живем абсолютно полноценной жизнью. У нас всегда работали все производства. За последние несколько месяцев мы отменили ограничения различного рода. Осталась только эта культура, связанная с ношением масок в общественном месте.

Петр Кузнецов: Ну, говорят, что она надолго еще останется. А с доставкой вакцины все хорошо?

Валерий Лимаренко: Абсолютно. Еще раз хочу сказать, что мы первый регион в Российской Федерации по вакцинации. Я уже сказал, что уже около 25%.

Оксана Галькевич: Александр из Южно-Сахалинска. Александр, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Добрый день, добрый вечер.

Валерий Лимаренко: Александр, здравствуйте. Слушаем вас.

Зритель: Добрый вечер. У меня к вам вопрос. Наш город Южно-Сахалинск перевели с угля на газ, электричество вырабатывается. Себестоимость электричества должна быть дешевле, а у нас наоборот – тарифы за электричество повышаются и повышаются. Почему так?

Валерий Лимаренко: Ну смотрите. Тарифы на электричество устанавливаются не просто губернатором, а это, скажем так, стоимость, связанная с установкой этого показателя в целом по макрорегиону. Давайте конкретно посмотрим вашу ситуацию. У нас не может быть, скажем так, галопирующего роста цен, потому что не больше 1–2% в год, не позволяется больше поднимать эти цены.

Давайте конкретный случай. Оставьте адрес, пожалуйста, редактору. Я специально займусь вами. Я думаю, что это, наверное, связано с СНТ или что-то в этом роде. В обычном жилом массиве не может быть повышения цены.

Оксана Галькевич: Нам Холмск пишет о том, что торговый порт города – банкрот, градообразующее предприятие не работает, работы нет. Об этом пишут. Спрашивают (у нас время уже просто заканчивается) о том, что, к сожалению, ждали мост на Сахалин, но, видимо, не случится.

Петр Кузнецов: Да, мост на Сахалин.

Оксана Галькевич: Про тоннель тоже спрашивают, об этом вопрос. Спрашивают еще: «Когда дадут сахалинцам ловить свободно рыбу и морепродукты? Живем на острове, а ловить не имеем права».

Валерий Лимаренко: Ну, с учетом того, что осталась одна минута, я постараюсь ответить на этот вопрос кратко.

Мост на Сахалин будет. И мы над этим работаем. Спасибо, что сахалинцы меня поддерживают в этом вопросе.

На Сахалине рыбу ловить можно. По разрешительным мерам мы самые продвинутые. В этом году еще будет закон о том, что будет расширяться количество мест для рыбалки. Больше того, можно будет продавать продукцию на свободном рынке. Мы попадаем в пилотный регион, где такая свобода появляется.

Что касается рабочих мест. Над рабочими местами работаем. У нас есть программа на 800 миллиардов рублей инвестиционных проектов, там порядка 12 тысяч рабочих мест. Холмск тоже будет участвовать в этом деле. Тем более что Холмск – это город-порт, где проходит большинство грузов. Несмотря на то, что у конкретной компании-оператора какие-то финансовые трудности, тем не менее порт работает, каждый день принимает грузы. Это главные ворота на Сахалин. В этом смысле там работа была, есть и будет. Вот приблизительно так.

Оксана Галькевич: Спасибо. Валерий Игоревич Лимаренко был у нас в студии, друзья, губернатор Сахалинской области. Спасибо всем сахалинцам, дальневосточникам.

Петр Кузнецов: За вопросы.

Оксана Галькевич: Вообще вся страна на самом деле писала. Спасибо всем, кто вышел с нами на связь.

В прямом эфире мы работали. С вами был сегодня Петр Кузнецов…

Петр Кузнецов: …и Оксана Галькевич. Оставайтесь с нами, не выключайте ОТР. Совсем скоро вечернее «ОТРажение».

Валерий Лимаренко: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)