Хотите сельскую ипотеку?

Гости
Юлия Оглоблина
председатель Российского союза сельской молодёжи, член Центрального штаба ОНФ и Общественной палаты РФ
Никита Покровский
заведующий кафедрой общей социологии ВШЭ

Тамара Шорникова: Новая тема. Банки говорят об ажиотажном спросе на сельскую ипотеку: за несколько часов принимают годовой лимит заявок. С чем связан такой спрос? Коронавирус выгоняет из городов или безработица? Кто берет кредиты и почему люди едут в село, будем разбираться. Пока немного статистики.

Иван Князев: Получить льготный кредит могут граждане России в возрасте от 21 года до 64 лет. Кредит выдается под ставку 0,1% до 3% годовых на срок до 25 лет. Участвуют все сельские территории, кроме Москвы, Московской области и Санкт-Петербурга. Максимальная сумма кредита составляет для Ленинградской области и Дальневосточного федерального округа 5 миллионов рублей, для остальных регионов 3 миллиона.

Средства даются на покупку готового жилья в сельской местности, земельного участка под строительство дома, недостроенного дома, квартиры в строящемся доме. И также жилье должно быть пригодным для постоянного проживания, обеспечено различными инженерными системами, это электроосвещение, водоснабжение, водоотведение и все остальное. Ну а по площади должно быть не меньше установленной нормы в расчете на одного члена семьи.

Тамара Шорникова: Да, это, в общем, подробно, как, кому, что положено...

Иван Князев: Да-да-да.

Тамара Шорникова: ...на каких условиях можно получить. Сейчас, собственно, будем разбираться с экспертами, кто пользуется вот этой новой возможностью...

Иван Князев: ...а кто хотел бы.

Тамара Шорникова: А кто хотел бы, да. Вы, кстати, нам, естественно, звоните, рассказывайте свои мысли по этому поводу.

На связь с нами выходит Никита Покровский, заведующий кафедрой общей социологии Высшей школы экономики. Здравствуйте.

Иван Князев: Ну пока мы увидим Никиту Евгеньевича...

Никита Покровский: Добрый день.

Иван Князев: А, вот, уже видим и слышим. Сразу SMS из Московской области: «Я бы с удовольствием переехал в деревню, но там ничего нет». Так ли это?

Тамара Шорникова: Кто сейчас с удовольствием хочет переехать в деревню и пользуется возможностью взять сельскую ипотеку?

Никита Покровский: До пандемии, по нашим расчетам, замерам социологическим, 7% москвичей, наших с вами москвичей в принципе раздумывали о том, чтобы при каких-то условиях переместиться не на дачные участки ближнего Подмосковья, а на среднеудаленные и дальние, дальние – это до 600 километров от Москвы. То есть людям, я бы так сказал, несколько надоело жить в мегаполисе, мегаполис – это не только благо, к которому мы стремимся, но и серьезные проблемы. И они хотят вернуться в среду, которая, с их точки зрения, более благотворна для них и для их семей. Так что это...

Тамара Шорникова: Никита Евгеньевич, про москвичей более-менее понятно, многие устают от бешеного ритма, от этой тяжелой жизни в мегаполисе...

Иван Князев: Тянет на природу.

Тамара Шорникова: Да, тянет на природу, к земле...

Иван Князев: В тишину.

Тамара Шорникова: ...в тишину, к ручному труду и так далее. Если говорить о жителях из других регионов, почему сейчас вот есть такой спрос на сельскую ипотеку? Что выгоняет людей из городов в село? Это коронавирус, потому что в селах сейчас безопаснее все-таки, чем в городах? Это безработица, потому что ты оказался просто не у дел и не можешь потянуть жизнь в городе? Что это?

Никита Покровский: Ну, вы знаете, прежде всего, конечно, надо отметить, что село, вот как ни странно я скажу, – это свобода. Потому что в городе вы ничего не можете сделать, вы дверь у себя в квартире дополнительную прорубить в свою же комнату не можете.

Иван Князев: Ага.

Никита Покровский: Там вы выходите, все, что вы можете сделать, вы можете сделать, это сплошное творчество человека, который может реализовать себя со своей молодой семьей. Был бы человек пенсионного возраста, он может наконец получить то, чего он не смог за всю свою жизнь получить в городе. Но это я так, более романтично объясняю, но это очень важный фактор, это чувство свободы.

Иван Князев: Никита Евгеньевич...

Тамара Шорникова: Сейчас думаешь, с тяпкой, с лопатой такая романтика, да?

Иван Князев: Ну... Никита Евгеньевич, одним чувством свободы, понимаете, сыт-то не будешь.

Тамара Шорникова: Да.

Иван Князев: А у нас наш экономический уклад нашей жизни, вообще в целом наш образ жизни позволяет нам сейчас так вот переместиться, деурбанизацию такую провести? Потому что обычно, когда в нашей стране всегда все плохо было, мы все в город ехали.

Никита Покровский: Дело в том, что, во-первых, вот та ипотека, о которой вы говорили, эта программа, она очень и очень кстати, очень кстати, это первое. Второе: многие москвичи и санкт-петербуржцы сдают свои московские и санкт-петербургские квартиры, это очень распространенный давно уже способ, сдают и на эти деньги живут припеваючи абсолютно в сельской местности, занимаются тем, чем хотят: хотят – трактор наймут, хотят – это сделают. То есть опять же вернемся к вопросу о свободе: надо как бы соображать, смотреть и делать. И могут построить дом, какой хотят, и притом многие сельские дома уже сейчас, я вот конкретно имею в виду Костромскую область, где у нас база, исследования, в Вологодской области, где у нас база, исследования, дома сельские, вы знаете, мало чем отличаются от городских.

Иван Князев: Ну, были бы на них деньги, конечно. Да, Никита Евгеньевич, ну вот давайте посмотрим материал о тех, кто уже взял сельскую ипотеку, чем они руководствовались и как живут сейчас.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Уважаемые телезрители, еще раз спрашиваем вас: вот вы бы поехали жить в деревню? Расскажите нам, почему и почему бы, если не захотели бы, не поехали. Потому что вот несколько SMS совершенно разных. Воронежская область пишет: «Ни за что не поедем в село, менять комфортную жизнь на жизнь без удобств мы не готовы». А вот Ленинградская область, наоборот, «мечтала выйти на пенсию и уехать жить в деревню, но пока вот это не получается». Кировская область пишет: «В 1990-е гг. нас спасала деревня и земля».

Тамара Шорникова: Тут еще важно, тоже рассказывайте, какие условия вас бы подтолкнули переехать, то есть вы подумаете, что да, это действительно выгодно, нужно так делать сейчас.

Иван Князев: Да.

Тамара Шорникова: Послушаем Марину из Краснодара.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте.

Зритель: Я вот хотела узнать, где бы мы могли получить эту ипотеку? Потому что обращались в Сбербанк, но сказали, сельской ипотеки нет, есть обычная под 7%, 6% с копейками. Как вот сделать так, чтобы получить эту сельскую ипотеку?

Тамара Шорникова: А когда вы обращались, давно?

Зритель: Буквально неделю назад.

Тамара Шорникова: Ну тогда странно, честно говоря.

Иван Князев: Ну, мне кажется, просто надо с менеджером, который вам отвечал...

Зритель: В городе Краснодаре они сказали, что...

Иван Князев: Менеджер, который вам отвечал, надо было подойти к его начальнику и спросить, почему он вам такое говорит, ведь это неправда.

Тамара Шорникова: Почему его сотрудники не знают о продуктах собственного банка, да?

Никита Покровский: Можно?

Тамара Шорникова: Да.

Иван Князев: Да-да-да.

Никита Покровский: «Россельхозбанк» этим занимается.

Тамара Шорникова: Нет, подождите, у нас занимаются этим два банка, Сбербанк в том числе, «Россельхоз» и Сбербанк.

Никита Покровский: Да.

Иван Князев: Видимо, это просто некомпетентность отдельных сотрудников, сельскую ипотеку брать можно...

Тамара Шорникова: Ну или не дошла она до Краснодара.

Иван Князев: Да, и о процентах мы уже рассказали.

Никита Евгеньевич, вот еще один вопрос: а работать-то в селе где? Только на себя, получается?

Никита Покровский: Ну вот это очень важный вопрос. Значит, тут делятся сразу на две категории. Одни хотят работать на земле, то есть быть как полуфермерами, полукрестьянами и так далее, это один, так сказать, способ решить проблему. Другой: переезжают люди профессий интеллектуальных, которые работают в удаленном доступе, – преподаватели, художники, научные работники, журналисты, IT-шники и так далее. То есть у них совершенно другая установка. И тем и другим достаточно комфортно.

Кстати, я хотел прокомментировать высказывание слушателя нашего, что, мол, там нет никаких удобств и все прочее, – друзья мои, все эти удобства вам максимум в 200 тысяч обойдутся, и вы будете чувствовать себя лучше, чем в городе. А сегодня мне звонок из Костромской области, не буду называть деревню: продается замечательный дом, полностью оборудованный, 600 тысяч. Ну вот сами посмотрите, с большим участком земли, 2 гектара – ну вот вам и свежие новости конкретные, так что вот имейте в виду.

Иван Князев: Вот еще несколько SMS. Житель столицы пишет: «Я городской человек, лопата мне противопоказана». А вот Пенза пишет: «Ушла в отставку, купила землю, на домик, правда, пока еще не хватило», – ну, может быть, все впереди. А Сахалинская область немножко юмора добавляет: «Сельская ипотека – плохо, а вот сельская дискотека – это хорошо». Ну это правда.

Тамара Шорникова: Да, кто ж спорит. Курская область: «В деревне нужно ишачить день и ночь».

Иван Князев: Это тоже правда.

Тамара Шорникова: Это про романтику, свободу и так далее. Чечня спрашивает, где можно взять эту ипотеку, а Владимирская категорично заявляет: «Нам деревни не нужны».

Как вы думаете, сельская ипотека – это сейчас важный инструмент развития сельских территорий, и Минсельхоз... ?

Никита Покровский: У нас сейчас два инструмента очень важных – это сельская ипотека и коронавирус, потому что люди вдруг поняли... Да, как это смешно ни звучит, потому что вдруг людей сейчас вытолкнут из города, сейчас все разъехались в деревни, Костромская и Вологодская области заполнены горожанами, вы понимаете, и так далее. Кто в своих домах живет, кто наснимал эти дома по-быстрому и так далее. Значит, ну конечно, закончится коронавирус, он не навсегда, но уже вот эта дамба, которая отделяла город от села, она разрушилась, вдруг люди поняли, что это очень-очень неплохо, и поняли закоренелые...

Иван Князев: ...что жить можно не только в городах. Спасибо вам, спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Никита Покровский, заведующий кафедрой общей социологии Высшей школы экономики.

Тамара Шорникова: Еще один телефонный звонок примем, Наталья из Нижнего Новгорода. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Здравствуйте. Я что хочу сказать? Хотя у вас вопрос такой, «Хотите сельскую ипотеку?», я вот гляжу... Я в принципе звоню о том, что, если бы в деревнях был газ, были бы магазины, в деревню можно было бы ехать, что-то делать и жить там.

Иван Князев: Ну насчет газа да, это очень важный такой момент, потому что многие даже жители сел, которые уже живут в деревнях, они говорят, что проблема газификации очень острая.

Тамара Шорникова: Да, спасибо вам за звонок.

Иван Князев: Спасибо.

Свердловская область пишет: «Я бы с удовольствием поехал в сельскую местность: свежий воздух, свой огород».

Тамара Шорникова: Мария пишет: «Когда у нас деревни и села по типу европейских будут, может быть, тогда подумаем о переезде».

Иван Князев: Так это самим надо обустраивать пространство вокруг себя, а не кто-то другой.

Тамара Шорникова: Ну, знаешь... Наверное, да.

Саратовская область: «В деревню поеду с огромной радостью, это наши истоки». И Волгоградская пишет: «Моя семья живет в селе, разводит скот, работы очень много».

Давайте послушаем нашего эксперта – Юлия Оглоблина, председатель Российского союза сельской молодежи, член Центрального штаба ОНФ и Общественной палаты России. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Юлия.

Юлия Оглоблина: Здравствуйте.

Иван Князев: Юлия, скажите, пожалуйста, молодежь в село охотно едет?

Юлия Оглоблина: Сейчас сельской молодежи прекрасно, мы чувствуем себя лучше, чем городские. И на самом деле, как сказал эксперт до меня, вот сегодняшнее время как раз показало преимущества деревень и сел. И все молодые, которые учатся или работают в городах, но сами выросли, родились в деревне, сейчас находятся именно на своей малой родине, как, собственно, и я в своей родной деревне Жуково в Республике Мордовия, Торбеевский район. И, собственно, вся деревня, я вижу, что все вернулись, самоизоляция проходит, конечно, гораздо лучше здесь.

Тамара Шорникова: А вернулись почему, Юлия? Я вот знаю, например, несколько моих знакомых вернулись потому, что просто не по карману оплачивать сейчас столичную квартиру, поэтому вернулись в свои регионы. И с работы, например, сократили. Вернулись потому, что в деревне лучше, или потому, что исчезли деньги, на которые они существовали в других городах?

Юлия Оглоблина: Нет, на самом деле в основном возможность все-таки дистанционной работы из деревень существует. И здесь, когда вот период начался ограничений, отмена массовых мероприятий, перевод обучения в дистанционную форму, многие, соответственно, на работе тоже перевели работу, как и я Центральный аппарат свой Российского союза сельской молодежи. Соответственно, в деревне на самом деле сейчас все активисты, ни одной не было жалобы, что нет интернета, что им нельзя дистанционно работать в своем собственном регионе. То есть возможности есть.

Соответственно, по поводу сельской ипотеки тоже могу поделиться, потому что мы в рамках проекта «Село – территория развития» создали проектные офисы, свои молодежные команды в федеральных округах, которые информируют в том числе о сельской ипотеке. И очень много обращений поступает. Вот, например, Астраханская область подключилась к горячей линии своего Министерства сельского хозяйства по трудоустройству горожан и всех желающих на предприятия агропромышленного комплекса как раз сейчас в рамках сезонных работ требуется большая помощь. Вы знаете, за 2 недели они собрали необходимое количество людей, 90% из них было из города обращений. Поэтому это еще раз показывает о том, что в том числе и потерявшие работу городские сейчас стремятся найти их на селе, а на селе на самом деле вакансий достаточно.

Тамара Шорникова: Интересно, да.

Иван Князев: Ну а какие, Юлия, там вакансии есть?

Тамара Шорникова: И сколько получить можно за работу?

Иван Князев: Да-да-да, самое главное.

Юлия Оглоблина: Разные совершенно вакансии в отрасли агропромышленного комплекса. Например, главные зоотехники и ветврачи могут получать и по 80–100 тысяч рублей или выше.

Иван Князев: Ничего себе!

Тамара Шорникова: Ну это все-таки специальное образование.

Юлия Оглоблина: Да, естественно. Но сезонная работа, здесь зависит, конечно, от того, что, какой объем работы. Я думаю, что около 20 тысяч рублей средняя заработная плата, соответственно с предоставлением жилья, питание многие предприятия тоже предоставляют... В этом плане...

Иван Князев: И на эти деньги можно, да, прожить?

Юлия Оглоблина: Лучше на эти деньги прожить, чем вообще без денег оставаться.

Иван Князев: Ну да.

Тамара Шорникова: Честно говоря, для меня какие-то вот удивительные зарплаты вы называете, потому что очень много по командировкам Общественного телевидения России ездили...

Иван Князев: Ниже.

Тамара Шорникова: Да, и снимали как раз и ветврачей, и сотрудников на крупных сельхозпредприятиях, и я что-то там 100 тысяч нигде не слышала, это удивительно.

Юлия Оглоблина: Можем, у нас есть.

Иван Князев: Приезжайте – посмотрим, что называется.

Тамара Шорникова: У вас есть, да?

Иван Князев: Да.

Давайте вместе сейчас послушаем Валентину из Воронежской области. Здравствуйте, Валентина.

Зритель: Здравствуйте, ведущие. Вот дают сельскую ипотеку, мы не против под такие проценты.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Но есть только желающие, чтобы недалеко от города. А кто ж работать будет в селе? Земли полно, работать некому, и зарплата не 80 тысяч, а 18 в среднем.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Хоть у зоотехника главного ну в пределах 40, но не больше.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Поэтому, пожалуйста, приезжайте в Воронежскую область, земли много пустой, трактористы требуются.

Иван Князев: «Приезжайте, мы вас ждем, но платить много не обещаем», понятно.

Тамара Шорникова: Ну, трактористы, комбайнеры могут, могут хорошие зарплаты получать.

Юрия послушаем, Пермь.

Иван Князев: Здравствуйте, Юрий.

Зритель: Да, здравствуйте. Вот у меня... Я бы с удовольствием переехал в деревню, но там медицинское обслуживание ну никакое.

У меня друг, значит, тоже, он в городе, у него в деревне дом в Суксунском районе – так он приезжает на машине, он там, знаете, как врач, потому что один раз кому-то там плохо было, одному человеку, он ночью возил этого человека на своей машине, знаете, в Кунгур, это от этой деревни километров 40, представляете? «Скорую» там никак не вызвать, он там как «скора помощь» у них, кому-то плохо, к нему все обращаются: «Игорь, нас или в Суксун свози в больницу, или так», – понимаете?

Вот поэтому там жить-то так, надо, чтобы медицинское обслуживание. А так в деревню можно было бы переехать, а вот медицинское обслуживание там никакое, понимаете? Деревня эта Куликово, это вот от Суксуна 30 километров и до Кунгура тоже 30, понимаете, вот как?

Иван Князев: Да, Юрий, мы вас поняли, услышали вас.

Юлия, ну вот на самом деле еще и Ленинградская область то же самое спрашивает: «А вот есть ли возможность нормального медицинского обслуживания, есть ли возможность обучения детей?» Потому что приедешь, да, надо же как-то семью создавать, дети будут рождаться, а что дальше? Как учиться, где их лечить?

Юлия Оглоблина: Да, здесь, понятное дело, что проблем очень много, и распространить вот эти все имеющиеся программы на все деревни и села сейчас невозможно. У нас на самом деле есть, и в рамках нацпроекта «Здравоохранение» строятся ФАПы, в рамках нацпроекта «Образование» сельские школы и так далее, и так далее, но это капля в море, если учесть количество населенных пунктов. И, конечно, здесь приоритет отдается «живым», скажем так, деревням и селам, там, где есть рабочие места, есть производства..., территориям с потенциалом развития.

И в этом плане сегодняшняя ситуация, мы на всех площадках говорим о том, что вкачивание средств только в города и городские агломерации в рамках пандемии коронавируса показало свою несостоятельность. Здесь, естественно, нужно добиваться, увеличивать нужно госпрограмму «Комплексное развитие сельских территорий», на которую обещали на 5 лет 2 триллиона рублей с этого года, а в итоге очень сильно ограничили средства. Здесь будем и надеемся, что сегодняшняя ситуация покажет о том, что нужно, нужно развивать сельские территории.

А по поводу детских садиков, школ, газа и так далее – тоже можете обращаться в Российский союз сельской молодежи, в Общероссийский народный фронт, брать... территорию развития. Мы информируем и помогаем формировать заявки в рамках имеющихся всех программ. То есть здесь главная еще проблема в том, что информация не доходит и главы сельских поселений зачастую тоже не знают, не компетентны в оформлении заявочной документации. И главное, конечно, не сдаваться. Если...

Иван Князев: Ну это точно.

Юлия Оглоблина: …ты хочешь остаться в своей деревне, мы поможем найти единомышленников и решить вопросы с инфраструктурой.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Юлия Оглоблина, председатель Российского союза сельской молодежи.

Послушаем телефонный звонок? Елена, Московская область, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Вы знаете, у меня такой случай. У меня дочь, значит, в общем, 5 лет назад с ребенком, ей в то время было 27 лет, мальчику было 7 лет, мы из Балашихи, из Подмосковья, уехала в Красноярский край. И вот она живет там 5 лет, и вот обратно вообще даже слушать не хочет. Три года назад я к ним ездила, городская, да, то есть вот тут в городе...

Иван Князев: Ага.

Зритель: У нее 5 голов крупного рогатого скота, у нее 3 поросенка, у нее куры, огород. Я была в шоке – откуда, вот откуда все это? Она этим занимается, занимается с удовольствием. Честно, я была в шоке, я бы не смогла так. И обратно вот никак: «Нет, там лучше». У нас мальчик такой...

Тамара Шорникова: Так и не нужно, раз человек счастлив на земле.

Иван Князев: Конечно. Слушайте, какой замечательный пример. Спасибо вам, Елена.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Друзья, ну вот вы сами все слышали, берите на заметку, что называется.

Скоро продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Что выгоднее: взять участок и строиться самому или покупать готовый дом