• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Игорь Николаев: Резервов у Центробанка достаточно, чтобы банки не прибегали к принудительной конвертации валютных вкладов в рубли

Игорь Николаев: Резервов у Центробанка достаточно, чтобы банки не прибегали к принудительной конвертации валютных вкладов в рубли

Гости
Игорь Николаев
директор Института стратегического анализа ФБК, профессор НИУ ВШЭ, доктор экономических наук

Оксана Галькевич: Ну, я не знаю, подъем или получится поговорить. Ну, поговорим. Вы знаете, в ожидании очередного пакета американских санкций, обещанного нам с вами, уважаемые друзья, в ноябре, все чаще и громче звучат разговоры о том, что нам нужно сокращать расчеты в долларах с другими странами. Дело в том, что в новом санкционном документе одним из пунктов значится запрет на операции и замораживание американских активов российских банков с государственным участием.

Константин Чуриков: Ну, как все мы понимаем, банки с госучастием – это очень важные игроки рынка. Мы, многие из нас – держали их карт.

Оксана Галькевич: Основные на нашем рынке, Костя.

Константин Чуриков: У нас есть… у кого-то есть депозиты, кто счастлив. И вот председатель правления ВТБ (он же президент) Андрей Костин предложил, собственно, отказаться от американской валюты.

Оксана Галькевич: Ну, прежде всего что предложил Костин? Он говорит, что нужно как можно скорее перейти на расчеты в других валютах при проведении экспортно-импортных сделок с иностранными государствами. В качестве альтернативных валют назвал евро, юань и рубль.

Константин Чуриков: Рубль, рубль!

Оксана Галькевич: Рубль, друзья! Второй пункт – перевод юридических адресов крупнейших российских холдингов в нашу, российскую юрисдикцию. Логично, да?

Константин Чуриков: Чтобы не под пальмами, а в наших, например, сибирских морозах.

Оксана Галькевич: Под соснами.

Константин Чуриков: А также Андрей Костин считает, что надо перевести на российскую площадку размещение еврооблигаций. Вот что имеется в виду – спросим сейчас у нашего гостя. И сделать так, чтобы все участники фондового рынка работали по единым правилам. Тоже есть вопросы.

Оксана Галькевич: Ну, вот так вот. Со стороны если посмотреть, друзья, вполне себе профессиональный «план Б» от серьезного банкира. Однако, вы знаете, многих он напугал. Чем напугал, чем он озадачил определенную категорию нашего населения, и почему – попробуем сейчас выяснить у нашего гостя.

В студии программы «Отражение» сегодня – директор Института стратегического анализа аудиторской компании ФБК Игорь Николаев. Игорь Алексеевич, здравствуйте.

Игорь Николаев: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Игорь Алексеевич, ну, Салтыкову-Щедрину приписывают эту фразу (ну, на самом деле он по-другому сказал): «Это еще ничего, если в Европе за наш рубль дают полтинник. Будет хуже, если за наш рубль будут давать в морду». Давайте пока…

Оксана Галькевич: Так нам в ноябре в морду, собственно, за рубль и собираются дать.

Константин Чуриков: Вот именно поэтому мы здесь сегодня и собрались. Как вы оцените это предложение, с точки зрения просто нашей экономической и финансовой весовой категории? Перейти на расчеты в других валютах сегодня для нас реально?

Игорь Николаев: Нет. Знаете, я бы поддержал, естественно, это предложение. Ну, кто же возражает? Но что такое расчеты? Мы рассчитываемся с кем-то. Значит, одного нашего желания мало. Мы-то хотим. А, допустим, те, кому мы поставляем товары, или мы, соответственно, покупаем? Ну, недаром же, нравится, не нравится, но доллары по-прежнему остаются основной валютой. Это основная резервная валюта в мире. Но и здесь, в расчетах, то же самое. Поэтому…

Константин Чуриков: А почему? Она не так волатильна? Она не так быстро прыгает? Вот с чем это связано еще?

Игорь Николаев: А здесь я предлагаю обратить внимание на фундаментальную особенность. Вот почему доллар – он доллар? Да потому, что титульная экономика – это экономика Соединенных Штатов Америки, крупнейшая, мало того, самая эффективная экономика в мире. Опять же мне это тоже может не нравиться, но это так. Вот сейчас тоже сопоставимой по размеру, но не по эффективности пока, стала экономика Китая, и поэтому мы видим – он на равных пытается. Они пошлины повышают – и те пошлины повышают. Такая торговая война. Ничего хорошего от этой торговой войны нет. Ну, это к вопросу о силе валют. Поэтому вот доллар – он и основная резервная валюта, потому что это валюта, которая представляет вот эту экономику.

Оксана Галькевич: Игорь Алексеевич, вот новость, которая появилась незадолго до нашего выпуска. А Минфин поддерживает план главы ВТБ по отказу от доллара, говорит, что американская валюта должна перестать быть частью нашего экономического обихода. «Никто не предлагает запрет на хождение доллара. Речь идет исключительно о том, что доллар не должен быть элементом нашего обычного делового оборота».

Игорь Николаев: А у нас доллар в обычном деловом обороте? Я что-то вот это не очень понял.

Оксана Галькевич: Мы думали, что вы нам объясните. Мы цитируем представителей Минфина.

Игорь Николаев: Ну, мне это тоже удивительно. У нас доллар и не является инструментом, денежной единицей для обычного оборота. У нас национальная денежная единица – рубль. Ну, я так думал.

Константин Чуриков: Времена условных единиц давно прошли.

Игорь Николаев: Да, вот как-то так, уже давно это законодательно. Я тоже поддерживаю то, чтобы доллара в наших расчетах становилось меньше. Но, повторюсь, это зависит не только от нас. Кстати, там небольшие подвижки начались уже несколько лет назад. Действительно, доллара становится чуть меньше, рубля – чуть больше. Юаней побольше, евро побольше. Но вот так вот – раз! – и ушли от доллара – так не получится, к сожалению.

Оксана Галькевич: Игорь Алексеевич, а вот почему это так сложно сделать? Ведь до того, как доллар стал мировой резервной валютой, основной мировой валютой, была ведь и другая система взаимоотношений в мире, как-то проводились расчеты. Как эта система называется? Бреттон-Вудская, да?

Игорь Николаев: Да.

Оксана Галькевич: После войны которая была создана, и тогда доллар стал доминирующей валютой во всем мире. Но прежде же как-то люди осуществляли экономическое взаимодействие без этой системы.

Игорь Николаев: Ну, мы еще вспомним Средние века, да?

Константин Чуриков: Натуральный обмен, да?

Оксана Галькевич: Нет, ну почему же? Это, кстати, не так давно были.

Игорь Николаев: Давайте говорить все-таки о сегодняшнем дне. Я уже сказал, почему доллар – он доллар. Опять вынужден повториться. Есть экономика Соединенных Штатов. И доллар – он же не просто такой сильный. Это актив.

Константин Чуриков: Соревнование экономик.

Игорь Николаев: Да, это очень ликвидный актив. Всем нужным доллары. Почему? Удобно рассчитываться в них. Соответственно, мы говорим: «Мы будем в рублях просить, рассчитывайтесь с нами рублями». Тогда, кому мы поставили товар, у него должны быть рубли. А зачем ему рубли? Ему выгодно иметь то, чем он может рассчитаться со всеми, и все возьмут доллары. «А если я буду с этими… Для того чтобы рассчитаться с Россией, мне нужны рубли. А для того чтобы рассчитаться, ну я не знаю, с Белоруссией, мне нужны белорусские рубли».

Знаете, всегда будет валюта такая универсальная, основная для расчетов. В данном случае, да, это доллар, это евро – и именно потому, что это удобнее. И это сильная валюта, она не падает. Кстати, еще почему? Мы видим курсы валют, особенно сейчас, развивающихся стран – они снижаются. Естественно, вам выгодно иметь валюту, которая будет прирастать в своей платежной способности, а не которая будет падать.

Оксана Галькевич: То есть, в случае чего, мы будем беднеть с этими развивающимися странами, если вдруг у них какие-то сложности в экономике, да?

Игорь Николаев: Ну, так и происходит сейчас. Если у вас курс национальной валюты падает относительно доллара – понятно, мы проседаем и беднеем.

Константин Чуриков: Нам активно пишут наши зрители. «Раньше жили без доллара и не умерли», – город Омск. Нам пишут: «Долой доллар! Мужик, кто это предложил, – Ингушетия, – я вам отвечаю». Зовут его Андрей. Костин, глава ВТБ.

Оксана Галькевич: Андрей Костин.

Константин Чуриков: Давайте послушаем сейчас Юрия из Тульской области. Добрый вечер, Юрий.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Юрий.

Зритель: Добрый вечер, студия! Это Юрий Михайлович, город Ясногорск. История доллара началась еще в начале XX века. И в то же время начался золотой червонец. В то время в России каждые три-четыре месяца менялся, начиная с 1914 года, министр финансов. И министр финансов был иудей, это известно. И менял их Распутин. Но дело в том, что доллар допустили американцы раньше. И чем это кончилось, когда мы запустили золотой червонец, все прекрасно знают – революцией, гражданской войной и смертью Николая II. То же самое случилось…

Константин Чуриков: Юрий…

Зритель: Тихо! Вы дослушайте до конца!

Константин Чуриков: Секундочку! Давайте полминуты послушаем вас. Просто надо это осмыслить.

Зритель: Венесуэла, Ливия, которые хотели завести свою валюту, золотые деньги. И доллар – это раковая опухоль, которая распустила свои щупальца по всему миру!

Константин Чуриков: Юрий, скажите, а рубль сегодня – крепкая валюта, как вы считаете? Вот рубль, который у нас с вами, – это крепкая и надежная валюта?

Зритель: Если бы наша экономика была, как в Советском Союзе, выше в 5–6 раз, чем сегодня, то рубль был бы полновесный. Потому что доллар в то время, в 63-м году, стоил 90 копеек. Вот и посчитайте. Сегодня его цена – 300–400 рублей. Но они искусственно его сдерживают, потому что американская экономика выше нашей.

Константин Чуриков: Подождите. Кажется, мы с утра уточняли – доллар стоил меньше 70 рублей.

Игорь Николаев: 68.

Оксана Галькевич: Юрий, мы не успеваем просто за вашей стремительной мыслью.

Константин Чуриков: Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Ну, вы знаете, многие здесь высказываются на нашем SMS-портале и вспоминают вот тот самый золотой червонец, говорят: «А почему нельзя как-то все-таки сделать иную привязку, к каким-то другим стандартам? Зачем именно к доллару привязываться?» Прокомментируйте, потому что это довольно распространенная идея в умах наших телезрителей.

Игорь Николаев: Ну хорошо, мы привяжемся. Вот элементарно. Вы выходите и совершаете внешнеторговые операции. Оказывается, что спрос именно на доллары, на евро – вот на эти валюты. И это не потому, что… Ну, нам-то может не хотеться, но это такая реальность. А почему доллар есть доллар? Я уже говорил. Хороший пример – юань. Почему юань вот так вот вырос и окреп? Юрий, кстати, сказал правильную вещь совершенно: сильная экономика – это сильная валюта. У нас сейчас сильная экономика? Я не могу сказать, что сильная экономика. Поэтому и рубль слабоват.

Оксана Галькевич: Кстати говоря, юань ведь не так давно вошел в число мировых резервных валют. Это произошло буквально на нашей памяти, пару лет назад.

Константин Чуриков: На наших глазах, да.

Игорь Николаев: Да. И до этого ему надо было десятки лет расти очень высокими темпами, чтобы экономика стала экономикой, которая сопоставима по размеру с экономикой Соединенных Штатов Америки.

Константин Чуриков: Тоже об этом мечтаем давно. Давайте о рубле поговорим. Тут Центробанк поднял ключевую ставку. Тут Центробанк самое интересное нам рассказал, как будет развиваться инфляция. Прогнозы оказались суровее, чем Центробанк предполагал. Раньше говорилось о том, что это будет до 4%, а теперь уже к концу этого года – до 4,2%, а по итогам 2019 года – уже 5–5,5%.

Оксана Галькевич: У нас есть, кстати, графика. Давайте посмотрим.

Константин Чуриков: И мы понимаем, что это по всему спектру товаров, куда включена, как мы с тобой, Оксана, считали тогда, лопата садовая, гроб деревянный. Но есть и повседневного спроса услуги, товары. То есть можете себе представить, как это скаканет в части продовольствия. Ваши прогнозы какие?

Игорь Николаев: Ну, я думаю, что у Центробанка еще скромные прогнозы. У него, кстати, потом с 2020 года – раз! – и снова на 4% переходит. С чего это вдруг такое? Ну а почему не скаканет инфляция? Инфляция прямо зависит в том числе от курса национальной валюты. Мы видим, что рубль снизился. Нам обещают новые санкции, в той или иной форме они будут введены. От этого рубль точно не укрепится. Значит, рубль будет ослабевать. Плюс мы повышаем налоговую нагрузку, НДС на 2% с 1 января 2019 года.

Константин Чуриков: Сами разгоняем инфляцию.

Игорь Николаев: Да. Вот с чем я категорически не согласен? С тем, что это надо было делать. Мы сами вносим вклад в то, чтобы инфляция была выше. И в результате по итогам прошлого года, 2017-го, у нас была рекордная, мы об этом говорили – 2,5%! И тут не успели оглянуться – мы снова выходим на 5–5,5%. И это только еще прогнозные оценки. Я думаю, что будет выше. Поэтому Центробанк прав в том, что инфляция будет выше, невозможно здесь не согласиться. Но он неправ в том, что будет все-таки 5–5,5%. Я думаю, что будет даже выше в следующем году.

Оксана Галькевич: Давайте послушаем звоночек. Звонок у нас откуда? Из Барнаула, Сергей. Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Слушаем вас.

Зритель: Ну, не с моей колокольни обсуждать вашего эксперта, но я полностью с ним согласен. Очень высококвалифицированный человек. Но прежде всего хочу сказать, что доллар закреплен не только Бреттон-Вудской конференцией, которая произошла в штате Нью-Гемпшир в 44-м году, в июле месяце, и не ратифицирована российской стороной, со стороны представителя Степанова, который был направлен именно Сталиным. Она была продублирована также в 76-м году. Поэтому вы неправы, господа ведущие, когда говорите, что можно отказаться от доллара.

Константин Чуриков: Это не мы говорим, это говорит глава ВТБ.

Оксана Галькевич: Сергей, мы вообще тут вопросы задаем.

Константин Чуриков: Внимательно смотрите нас, пожалуйста.

Зритель: Россия входит также в список ключевых стран, которые ратифицировали данное соглашение. И Америка по праву считается одним из лидеров по торговле со многими странами. Я напомню, что…

Константин Чуриков: Вы согласны с нашим экспертом.

Зритель: Торговый уровень между Россией и США в три раза уступает торговому уровню между США и Вьетнамом.

Константин Чуриков: Спасибо, Сергей. Просто мы опять-таки всем даем определенный регламент, мы не можем вас слушать дольше, чем остальных зрителей. Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо большое. Давайте перейдем к обсуждению еще некоторых пунктов из плана Б господина Костина.

Игорь Николаев: Давайте.

Оксана Галькевич: Там же говорилось о том, что необходимо срочно, как можно скорее переводить в российскую юрисдикцию российские холдинги. Вы знаете, мы сегодня, когда готовились к эфиру, посмотрели на структуру собственности некоторых наших известных предприятий и выяснили, что они только с виду российские, а на самом-то деле они далеко не российские. Может быть, даже наши телезрители сейчас будут удивлены.

Вот в 2013 году был такой доклад подготовлен в Государственной Думе, и там такая была цифра – 95% в иностранной юрисдикции российских таких крупных предприятий. Среди них, друзья, например, СУЭК, который добывает треть угля в России, зарегистрирован на Кипре. Нижнетагильский, Западносибирский, Новокузнецкий металлургические комбинаты – они входят в группу ЕВРАЗ (значительную долю там имеет известный олигарх Абрамович), и они имеют тоже кипрскую прописку «Металлоинвест» предпринимателя Усманова принадлежит четырем кипрским офшорам, ныне зарегистрирован, вот не так давно, в подмосковном Королеве. Около 50% акций ООО «Северсталь» Мордашова были зарегистрированы на Кипре; вот недавно появилась информация о том, что переведены в российскую юрисдикцию. Ну и так далее. «Русал», например, который очень много звучал в последнее время…

Константин Чуриков: Это имя известно.

Оксана Галькевич: Господин Дерипаска. Только в начале октября, вот он сейчас раздумывает, как перевести компанию.

Понимаете, вопрос-то в чем? Вопрос в том, что это все очень известные предприятия, тот самый промышленный капитал, который создавался поколениями в нашей стране, на территории нашей страны. Мы здесь видим и Кузбасс, мы видим здесь Череповец, Красноярск, Братск, Иркутск, Саянск, Волгоград, Нижний Тагил, Западная Сибирь, Восточная…

Константин Чуриков: А на самом деле мы видим Бермуды, Остров Мэн, Кипр.

Оксана Галькевич: Пальмы и так далее. Вот об этом бы хотелось, понимаете? Что их убедит как можно скорее перейти снова назад, в российскую юрисдикцию?

Константин Чуриков: Или кто их убедит?

Оксана Галькевич: Или кто их убедит? Нет, мы знаем, кстати – кто. Ручку верни! А вот что? Как так? Как мы дошли до жизни-то такой?

Игорь Николаев: Ну, шли мы. Это в 90-х годах было так широко развито, практиковалось. Минимизировали налогообложение. Ну, понятно, почему регистрировались в офшорах.

Оксана Галькевич: То есть мы зря нагнетаем на самом деле, да? Ну, как вы считаете?

Игорь Николаев: Нет, если мы говорим… а мы говорим о проблеме ухода от доллара. На самом деле, я считаю, это не самая такая… Ну и что? Есть управляющая компания, которая на Кипре зарегистрирована. Теперь будет зарегистрирована здесь. Я не говорю, что это не надо делать. Естественно, хорошо бы перевести. Но от этого что? У нас потребители или те, которым мы поставляем, согласятся, чтобы не доллары были у нас в расчетах? Или что? Здесь-то, в этом плане, с точки зрения расчетной валюты, ничего ведь не изменится. Вот и все.

Оксана Галькевич: Просто господин Костин предлагает это в своем плане. Стало быть, это каким-то образом влияет на процесс дедолларизации.

Игорь Николаев: Вот я и хочу понять. И не очень пока улавливаю, какое тут сильное влияние на расчеты в долларах это окажет. Да, с точки зрения, может быть… Но все равно, вы знаете, налоги они платят у нас, уже принято соответствующие законодательные изменения. Сейчас вступило соглашение об автоматическом обмене информацией с десятками, чуть ли не сотнями стран мира. Мы обмениваемся, нам дают информацию. Все достаточно прозрачно. То есть плюсы, может быть, и есть, но они не настолько очевидные. Эта мера не какая-то ключевая.

Оксана Галькевич: Нет, подождите, Игорь Алексеевич. Плюсы, по-моему, очевидные. Очень хотелось бы поднимать налоговую базу не на Кипре или где-то на Бермудах, в офшорных зонах, а в Российской Федерации. Налоги хотелось бы не минимизировать, а хотя бы платить их здесь, в своей стране.

Игорь Николаев: А они здесь платят, они здесь платят.

Оксана Галькевич: Несмотря на то, что прописка у них там?

Игорь Николаев: Ну конечно, ну конечно. Это у многих представление, что они там, и все налоги там.

Оксана Галькевич: Вы просто сами сказали: «минимизировали налогообложение».

Игорь Николаев: Да. И я сказал, что после этого уже пройден был большой путь, особенно в последние годы, чтобы налоги платились здесь.

Константин Чуриков: У нас на линии уже давно томится Владимир из Якутии. А время там позднее, ночь, полночь. Владимир, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Владимир.

Зритель: Здравствуйте. У меня пожелание. Я вот хочу рассказать, как спокойно перейти на рубль.

Константин Чуриков: Давайте.

Зритель: Должен быть или указ президента, или закон. Все предприятия должны перейти на торговлю с заграницей ресурсами за рубли. Причем транзакции производить через Внешэкономбанк. И если кто-то, западная компания хочет купить какие-то ресурсы у России, она должна у Центробанка купить рубли и через Внешэкономбанк за эти рубли купить эти ресурсы у российского предприятия. Вот так будет. Во-первых, будет контроль за валютой, то есть валюта уже не будет уходить.

Константин Чуриков: Владимир, скажите, пожалуйста, а вот на этой обменной операции наши партнеры зарубежные не много ли денег потеряют, как вам кажется? Станет ли им выгодно вообще с нами торговать?

Оксана Галькевич: И много ли мы приобретем?

Зритель: Это все можно регулировать, это все можно регулировать.

Игорь Николаев: Подключайтесь, Игорь Алексеевич.

Зритель: Каким образом? За рубли. При этом рубль будет укрепляться, при такой схеме он будет укрепляться. А теперь – что касается юрисдикции. Ваш гость умалчивает или лукавит. Те предприятия, которые зарегистрированы на Кипре, они платят налогов в десятки раз меньше, чем предприятия, которые зарегистрированы в России, то есть они практически налогов не платят. Значит, указ президента, а потом закон. Срок дать, предприятия переводятся из офшоров в Россию. Прошел срок – национализация. Все! И тогда будут налоги идти все в Россию.

Константин Чуриков: Владимир, спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Да, Владимир, спасибо.

Константин Чуриков: Поверьте, мы тоже хотим, чтобы рубль был крупнее, сильнее. Просто давайте оценим реалистичность того, о чем говорит Владимир.

Игорь Николаев: Я хочу сказать, что если бы все налоги платили там, то у меня вопрос: а откуда у нас тогда деньги в бюджете? Ну, хотя бы это. Потому что представлять дело так, что все крупнейшие наши предприятия там платят налоги – пардон, а у нас бюджет откуда такой? Мы во многом ушли от этой системы. И уходим еще, кстати. Это первое.

Второе Ну, давайте практически, да? Мы продаем какой-то товар и говорим: «Нет, вы давайте теперь рублями с нами рассчитывайтесь».

Константин Чуриков: «У нас указ президента».

Игорь Николаев: Да. «У нас президент сказал, что вы только рублями с нами должны рассчитаться». Вот встаньте на место того, кто покупает. Он говорит: «Слушайте, да у меня есть у кого купить, с кем я рассчитаюсь долларами, которые у меня есть. А вы меня вынуждаете покупать ваши рубли, чтобы постоянно рассчитываться». Вот как будет. Это биржевой товар. И если вы будете диктовать такие условия, то вы просто потеряете покупателя. Вот реальность в чем состоит.

Оксана Галькевич: Игорь Алексеевич, а вот еще короткое замечание из Ярославской области: «Если доллара не будет, то государство будет проще грабить свой народ, как в 90-х». Имеется в виду, что в 90-е годы люди привыкли, так скажем, часть своих сбережений переводить в американские доллары.

Игорь Николаев: Ну, люди вынуждены были это делать. А что делать, если они столько раз теряли деньги? Они видят, что идет, вроде ничего, а потом – раз! – и опять рубль рухнул. Они бы и хотели не вкладываться в доллары, но они вынуждены были это делать.

Оксана Галькевич: В начале программы…

Константин Чуриков: Если можно…

Оксана Галькевич: Костя, прости, в продолжение. Вы сказали о том, что многих эта история – высказывание Костина – напугала.

Игорь Николаев: Да.

Оксана Галькевич: Потому что речь ведь шла о том, что возможно принудительное изъятие и конвертация в рубли. Как вы считаете, это вообще возможно?

Игорь Николаев: Да не изъятие, а именно конвертация.

Оксана Галькевич: Конвертация в рубли. Как вы считаете, это вообще реалистичный сценарий?

Игорь Николаев: Вы знаете, по-моему, председатель Центробанка Эльвира Набиуллина через несколько дней, отвечая на этот вопрос, сказала… она попыталась успокоить, естественно. Ну, я думаю, пока вот эти слова меня лично успокаивают. Естественно, надо смотреть за ситуацией. Резервов у того же Центробанка достаточно для того, чтобы не прибегать к таким крайним мерам, чтобы наши банки конвертировали принудительно в рубли валютные вклады.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Хоть в чем-то успокоили. Будем следить за нашим пациентом, за рублем, за долларом, за валютами. Время такое.

Игорь Николаев: Да.

Константин Чуриков: У нас в студии был Игорь Николаев, директор Института стратегического анализа аудиторской компании ФБК. Спасибо большое.

Игорь Николаев: Спасибо.

Оксана Галькевич: Мы не прощаемся, друзья, вернемся к вам буквально через несколько секунд.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты