Сергей Смирнов и Андрей Колядин. Экономика и социальная политика: задачи для нового правительства

Сергей Смирнов и Андрей Колядин. Экономика и социальная политика: задачи для нового правительства | Программы | ОТР

Тема часа

2018-05-08T11:10:00+03:00
Сергей Смирнов и Андрей Колядин. Экономика и социальная политика: задачи для нового правительства
Школа удаляется на несколько лет?
Не время платить за парковки
Жизнь на Русском острове. Как выживают люди после удара циклона
Частная «скорая». Почему врачи против аутсорсинга?
Что нового? Красноярск, Екатеринбург, Волгоград
Цена на хлеб. Всё дорожает. Где лекарства? Теме недели с Сергеем Лесковым. Школа уже не та. Капремонт. Трезвый Новый Год. Наши мужчины. Как найти работу
Россия ограничивает экспорт зерновых. Кто от этого выиграет: потребитель или производитель?
Почему выросли цены на продукты?
Сергей Лесков: Судьба Марадоны ставит вопрос: талантливых людей много, но почему некоторые остаются на этом уровне, а другие считаются гениями…
Российские лекарства: почему их почти нет?
Гости
Сергей Смирнов
доктор экономических наук НИУ ВШЭ
Андрей Колядин
вице-губернатор Магаданской области

Ольга Арсланова: Да, действительно, сегодня прошла инаугурация в президенты Российской Федерации Владимира Путина. 18 марта, как мы помним, за него проголосовали почти 77% россиян, и много было сказано о том, как нам нужно реформировать экономику, что нужно менять к лучшему в жизни людей. И вот в ближайшие 6 лет России нужно совершить прорыв, в том числе экономический, иначе, как заявил президент, поезд в светлое будущее уйдет без нас. Но для этого, конечно же, понадобятся деньги, и немалые.

Константин Чуриков: Несколько часов назад Владимир Путин сегодня подписал указ о национальных целях и стратегических задачах развития России до 2024 года. Указ предписывает правительству принять ряд мер для прорывного научно-технологического и социально-экономического развития страны. Подписанием этого документа после вступления в должность Путин продолжил традицию майских указов. Я напомню, что 6 лет назад после предыдущей инаугурации глава государства подписал 11 указов, определивших основные задачи по развитию страны вплоть до сегодняшнего дня.

Ольга Арсланова: Сегодня вторая серия. Главная цель сегодня – и об этом говорилось во время инаугурации – это улучшить материальное положение россиян. Государство, которое поворачивается лицом к человеку, – примерно так президент сегодня говорил. Давайте посмотрим, что к сегодняшнему дню уже сделано.

С 1 января 2018 года выплаты по старости у неработающих пенсионеров проиндексированы – правда, менее чем на 4%, но тем не менее это выше уровня инфляции 2017 года. Также проиндексированы пенсии по инвалидности, потере кормильца. С 1 января родители при рождении или усыновлении первого ребенка до 1.5 лет получают ежемесячные выплаты. Средний размер пособия по стране в 2018 году составит 10 тысяч 500 рублей, эти деньги получают семьи, доход которых, правда, не превышает полутора прожиточных минимумов на ребенка в регионе, то есть самые малообеспеченные люди.

Константин Чуриков: Ну а вот показатели уровня доходов в нашей стране за последние десятилетия – это то, что говорилось и приводилось в качестве примера во время послания Федеральному собранию президента России. В 1992 году в России бедным мог считаться каждый третий гражданин, в 2012 году выправились, уже лишь каждый 10-й был за чертой, сейчас каждый 5-й. Задача государства к 2024 году уменьшить уровень бедности вдвое, заявил президент Владимир Путин в послании Федеральному собранию, и вот ровно эта же задача вошла сегодня в тот самый майский указ.

Ольга Арсланова: Курс продолжен.

Ну и давайте посмотрим на мнение россиян, чего же россияне ждут от нового срока. Такой опрос провели социологи "Левада-центра", вопрос "Чего вы ждете от главы государства?" На первом месте – повышение зарплат и пенсий, на втором месте решение проблем здравоохранения и образования; далее следует развитие экономики в целом, выход из кризиса, уменьшение зависимости от нефти. Все это, конечно же, по логике должно повлиять и на уровень жизни. На четвертом месте, по мнению граждан, борьба с коррупцией и сокращение бюрократии, что тоже сказывается на качестве нашей жизни. И пятерку проблем замыкает контроль за ростом цен на продукты, бензин, стоимости коммунальных услуг, а также снижение налогов. Смотрим мы на эти первые пункты опроса и понимаем, что все это о нашем благосостоянии, о нашем социально-экономическом развитии, о том, как мы будем жить, каким будет качество этой жизни. Об этом мы и будем говорить ближайший час.

Константин Чуриков: Да, и все это производное от экономики.

Итак, о социально-экономическом курсе говорим в течение этого часа. У нас в студии Сергей Смирнов, доктор экономических наук, – добрый вечер, Сергей Николаевич.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Сергей Смирнов: Добрый вечер.

Константин Чуриков: И Андрей Колядин, политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов, – Андрей Михайлович, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Андрей Колядин: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Уважаемые гости, столько вопросов накопилось к нынешней социально-экономической политике, данные "Левада-центра" говорят…

Ольга Арсланова: У наших зрителей очень много вопросов.

Константин Чуриков: Да просто мы все, обычные нормальные люди, ходим по улицам, слышим, о чем говорят. Можно ли сказать с учетом тех задач, тех слов, которые сегодня произнес президент, что реформы в нашей стране неизбежны, в том числе и непопулярные реформы?

Сергей Смирнов: Ну вы знаете, если… Андрей Михайлович, не возражаете, если я начну как экономист?

Андрей Колядин: Да конечно, конечно.

Сергей Смирнов: Вы знаете, на самом деле в указе президента и в его тронной, скажем, инаугурационной речи не было ни слова о том, что будут какие-то жесткие меры. Давайте сопоставим тот же самый первый его указ в новом/старом качестве с тем, что было в 2012 году. Вы знаете, если чисто статистически подходить, механистически я бы сказал, 12 программ или проектов предусмотрено разработать, в 2012 году их было 11. Это все шуточки-шуточки, но на самом деле жестких мер нет.

Другое дело, что те цели, те показатели, которые предусмотрены в указе, неизбежно, на мой взгляд, потребуют достаточно жестких мер. То, что лежит на поверхности, Андрей Михайлович, наверное, разовьет – те же самые пенсии: опережение их индексации для неработающих пенсионеров инфляции. Но инфляцию можно опередить по-разному. В прошлом году, точнее в этом, с 1 января, на 0.1%, по-моему: инфляция была 3.2% или 3.3% условно, пенсию проиндексировали на 3.4%. А вот если серьезно статистически значимо, скажем, инфляция 4%, не более 4% поставлено в указе президента, задача такая, а вы индексируете пенсии на 6% – откуда брать деньги? Извините, повышение пенсионного возраста.

Ольга Арсланова: Об этом, кстати, обязательно поговорим.

Сергей Смирнов: Правильно? Ну вот это то, что лежит на поверхности.

Константин Чуриков: Которое ведь уже на законодательном уровне.

Сергей Смирнов: Да, конечно.

Ольга Арсланова: Но Костя сказал вот эту страшную фразу, страшное словосочетание "непопулярные меры", под которыми мы, конечно же, подразумеваем налоговую нагрузку на граждан, повышение пенсионного возраста. Но есть и популярные меры, в свое время их предложил Кудрин: сокращение расходов на госаппарат, сокращение расходов на оборону и национальную безопасность. Ходят слухи, что президент выслушал эту точку зрения и вроде как даже с ней согласился. Популярные или непопулярные в итоге будут применяться, как вам кажется?

Андрей Колядин: Я думаю, что будут применяться и те, и другие. Я могу сказать, что очень показательные (кстати, сегодня же были опубликованы) данные ВЦИОМ, которые сказали, что 90% населения страны ждут перемен. Это серьезный рывок: перед президентскими выборами, за год "Левада-центр" вместе с Фондом Карнеги проводил подобное исследование, он тогда сообщил о том, что 57% ожидали перемен, 90% ждет перемен. То есть общество…

Ольга Арсланова: В это число попадают и те, кто выбирал президента, значит, они ждут этих перемен от президента.

Андрей Колядин: Конечно-конечно, только 2% считают, что все хорошо – это ВЦИОМ, это, вы сами понимаете, официальный орган, который… Соответственно, под эти перемены обязательно будут действия. Но действия не всегда бывают позитивны, конечно, будут и те, которые отчасти популистские, но тем не менее будут и те, которые все-таки обеспечивают основу экономики.

Константин Чуриков: А вот интересно, вот эти 90%, которые говорят, что назрели реформы, они их ждут от государства, готовы стать объектом этих реформ? Потому что одно дело хотеть перемен, другое дело страдать от них…

Андрей Колядин: Вы знаете, конечно же, нет. В свое время один из величайших политологов мира Алекс Токвиль сказал, что чем выше уровень развития общества и уровень тех благ, которые появляются в обществе, тем у народа выше претензии к власти. Если вы ползете по пустыне и видите лужу, в котором плавает грязный хлеб, это спасение жизни, вы пьете из этой лужи, задаете этим хлебом, вы не думаете о том, что это должно быть некое царское угощение, а когда вы приходите в ресторан, вы требуете к себе соответствующего уважения.

Ольга Арсланова: Но уровень запросов, претензий, кстати, протестных настроений всегда выше в больших городах, где люди больше зарабатывают.

Андрей Колядин: И в больших городах. И действительно уровень развития, которого достигла сейчас страна, я категорически не согласен с тем, что развития никакого не было, с 1990-х гг. до настоящего времени произошел очень серьезный прорыв и технологический, и наши города изменились. Я помню, какая была Москва в 1990-е гг. и какая она сейчас, это совершенно разные города, и не только.

Константин Чуриков: А провинция?

Андрей Колядин: Я проехал по всей стране, работая на выборах…

Ольга Арсланова: Даже там.

Андрей Колядин: Да, практически был в каждом регионе и могу сказать, что уже нет тех самых городов, когда одна лампочка качается посередине улицы, освещающая грязное неубираемое пространство. Но тем не менее я могу сказать, что в нынешних условиях, в условиях санкций, в условиях сокращения финансовых ресурсов, в условиях, когда мы вынуждены предпринять некие действия, для того чтобы по копеечке собрать этот финансовый костяк для будущих форм, я думаю, что все будет непросто и будут в том числе непопулярные действия, которые…

Ольга Арсланова: Например?

Андрей Колядин: Ну например, будут все равно, я думаю, что никуда не исчезнет до конца концепция о том, что "новая нефть" – это народ, вот я убежден, что будут новые инновации…

Константин Чуриков: То есть человеческий капитал в прямом смысле этого слова?

Андрей Колядин: Да, совершенно правильно.

Ольга Арсланова: Это очень интересно: мы должны и доходы населения повысить, с одной стороны, а с другой стороны, и больше взять.

Андрей Колядин: Но речь идет о малоимущем населении.

Ольга Арсланова: О 20 миллионах бедных.

Андрей Колядин: Я не исключаю, что будет прогрессивная шкала налогов в ближайшем обозримом будущем, и эта прогрессивная шкала…

Ольга Арсланова: Это очень популярная мера, если верить нашему SMS-порталу, большинство наших зрителей поддерживает.

Андрей Колядин: …коснется не только олигархов. То есть все думают о том, что коснется 20 олигархов, а она коснется и среднего класса.

Ольга Арсланова: Самый тоненький, только зарождающийся в нашей стране средний класс.

Андрей Колядин: Я могу сказать, только погибший, "зарождающийся" я бы не стал говорить.

Сергей Смирнов: Он зарождается с середины 1990-х гг. на самом деле. А можно небольшой… Андрей Михайлович, не обижайтесь, бога ради, я хотел бы немножко уточнить ваши поездки по стране и так далее. Вы знаете, на самом деле недаром в указе поставлена задача сократить бедность в 2 раза, вывести ее на те докризисные показатели. И вот насчет той же самой лампочки или вот вашего очень меткого сравнения с тем куском хлеба, который лежит в луже. Вы понимаете, 20% населения живет ниже черты бедности, ниже прожиточного минимума, который достаточно скудный. И вот они живут очень часто именно в тех частях городов, тех районах, где действительно, к сожалению, сохранилась одна вот эта лампочка, где сохранился тот же самый барак. Недаром в том же самом указе речь идет о том, что 5 миллионов человек в год должны улучшать жилищные условия. Поэтому, вы понимаете, претензии у нас действительно очень разные, у того же среднего класса, погибшего, возможно, или зарождающегося, или выживающего, взбивающего все в сметанку из молока – у нас очень разные претензии к правительству.

Константин Чуриков: Хорошо. По поводу этих самых разных слоев нашего общества у меня сразу к вам вопрос. Вот у какой части общества лоббисты надежнее и сильнее? – у тех, кто внизу ползет за этим куском хлеба, условно говоря, или у тех, кто вверху этой социальной пирамиды находится?

Андрей Колядин: Вы знаете, до недавнего времени я мог однозначно сказать, что, конечно, у богатых возможностей больше входить в нужные кабинеты, оказаться около президента и воздействовать на него, на премьера. Но тем не менее мне кажется, что сейчас меняется парадигма управления, это видно, например, в региональном управлении. Если раньше каждый из губернаторов был царь-бог, который распоряжался финансовыми ресурсами, мог партии создавать, мог миловать или казнить, в настоящий момент…

Константин Чуриков: …некоторые из них играют в нарды за решеткой.

Андрей Колядин: Да-да. То, что называется молодыми технократами – это приходят менеджеры заводов на завод (Самарская область, Кировская область). Их туда присылают, для того чтобы они выполняли совершенно четкие задачи в соответствии с KPI, в соответствии с теми идеями, которые заложены в филиальном центре, и в случае чего их будут просто снимать, убирать, ставить других.

Ольга Арсланова: То есть там ставки другие.

Андрей Колядин: Да, и сам посыл другой. Это меняется не только в управлении регионами, это меняется в управлении госкорпораций. Я думаю, что в ближайшее время не будет такого, что по 150 миллионов премии выплачиваются определенным менеджерам убыточных госкорпораций…

Константин Чуриков: …либо мы об этом не будем знать.

Андрей Колядин: Да, либо мы не будем об этом знать совершенно, вы правы, такое тоже может быть. Вот поэтому изменение парадигмы, в котором тот самый политический класс, который имеет право на все, все больше сокращается и уходит вверх, он все-таки несколько уравнивает позиции среднего класса, высшего класса и того самого общества, на которое обращена и речь Путина, и те указы, которые сейчас…

Сергей Смирнов: Коллеги, а у меня немножко провокационный вопрос возник, если можно. Вы абсолютно правильно говорите о новом подходе в региональном управлении, о новых кадрах и так далее. А вот насколько оправдано то, что фактически в том правительстве, которое будет сформировано – я как-то не сомневаюсь, что Дмитрия Анатольевича утвердят невзирая на потуги коммунистов и так далее – там фактически те же самые люди, там нет… В массе своей это те, кто уже руководил экономикой.

Андрей Колядин: А можно мне на него ответить?

Сергей Смирнов: Ну вот насколько будет не искрить на стыках, на клеммах вот этих самых, Андрей Михайлович?

Андрей Колядин: Вы знаете, я думаю, что я готов ответить на ваш вопрос. Вы понимаете, что у нас генератор все-таки создания и правительства, и появления губернаторов один человек, Владимир Владимирович Путин. У нас все-таки не парламентская республика, где партии собираются.

Константин Чуриков: То есть если, например, председатель правительства, скажем так, кандидат на пост председателя правительства выдвигает вице-премьера по вопросам строительства и регионам Виталия Мутко, то это еще не факт, да?

Андрей Колядин: Нет, это факт, это значит, эта кандидатура согласована с Владимиром Владимировичем совершенно однозначно.

Ольга Арсланова: Но очень важный момент. Сергей Николаевич, вы тоже, наверное, обратили на это внимание, многих это, кстати, порадовало: сегодня во время речи инаугурационной и во время обращения, кстати, к Федеральному собранию мы все меньше слышали вот этих разговоров о том, что в 1990-е гг. было хуже, сейчас-то по сравнению с теми темными временами более-менее мы выправляемся. Страна, которая делится на абсолютно разные страты, страты, которые хотят, как у них, и страты, которые помнят, как было тогда и хотят, чтобы было хотя бы не хуже, как было в 1990-е гг.

Сергей Смирнов: Вы знаете, эта мысль все-таки прозвучала.

Ольга Арсланова: Но все-таки нам сказали о том, что мы должны двигаться к лучшим образцам.

Сергей Смирнов: Безусловно, да, но эта мысль прозвучала на самом деле сегодня, и вот отложилось до сих пор, что 1990-е и начало 2000-х гг., насколько я понимаю, до этого самого нефтяного бума. То есть начало 2000-х гг. было все по-прежнему некое отступление, только после этого мы начали как бы воссоздавать страну.

Ольга Арсланова: Но запас этих аргументов, видимо, иссякает, нужны какие-то другие аргументы…

Сергей Смирнов: Безусловно.

Андрей Колядин: Конечно.

Ольга Арсланова: …объясняющие людям, почему сейчас все не так, как им хотелось бы, не так идеально, как могло быть с такими доходами государства.

Андрей Колядин: Да, меняется… Прежде всего вы понимаете, что на эти 20%, которые живут в условиях, в которых они жить не должны, рассчитаны будут основные социальные законы. Но при этом надо понимать, что существуют оставшиеся 80%, которым тоже нужно дать надежду на будущее, образ того самого будущего, ради которого стоит жить. И поэтому те технократические подходы и цифровая экономика, изменения… Даже говорят не о каких-то экономических реформах, а один из пунктов, один из разделов, новых стратагем – это улучшение качества жизни, физкультура, спорт…

Ольга Арсланова: Ну это вектор.

Андрей Колядин: Вектор такой достаточно большой. Причем мне очень интересно, как это будет реализовываться, потому что в настоящий момент все платно за исключением тех в крупных городах уличных построенных спортивных уголков, которых не бесконечное количество, где люди могут приходить и заниматься. Надо и эту ситуацию менять, для того чтобы человеку можно было прийти и позаниматься в многочисленных спортивных учреждениях, которые построены по всей стране, стоят и…

Ольга Арсланова: Давайте наших зрителей послушаем, со всей страны нам звонят. Сейчас у нас Воронеж на связи. Елена, здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Подскажите, пожалуйста. Вот я слушаю вас, очень интересно, вы все очень умные люди. У меня такой вопрос. Просто и президент, и правительство постоянно говорят о том, что нужно повышать зарплаты бюджетникам, и это происходит, поднимаются пенсии. Но в данный момент сложилась такая ситуация, что чиновником было выгоднее, чем заниматься бизнесом и платить налоги. Поскольку средний и малый бизнес задуши настолько, что зарплаты в малом бизнесе по объективным причинам очень низкие. И у меня вопрос: если не будет поступлений налогов от малого и среднего бизнеса, как президент собирается выполнять и постоянно поднимать зарплаты бюджетникам? Это же перекос в экономике, так нельзя, где логика?

Константин Чуриков: Спасибо, Елена.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Константин Чуриков: Да, можно ли с существующим таким перекосом в экономике в сторону госсектора браться за…

Сергей Смирнов: Ну вы знаете, в тех же самых указах, если говорить откровенно, у меня несколько вопросов к количественным параметрам этих указов. Ну вот когда там говорится, что 25 миллионов человек должны заниматься малым бизнесом, быть предпринимателями и так далее – извините, эти цифры еще со времен Хакамады, с 1990-х гг. тех же самых.

Ольга Арсланова: Но не достигли же.

Сергей Смирнов: И ситуация не меняется, напротив, идет наступление на тот же самый малый бизнес.

Ольга Арсланова: А там указано, как привлечь этих людей в малый бизнес?

Сергей Смирнов: На самом деле привлечь туда людей можно только нашим с вами, да и коллег наших…

Ольга Арсланова: …кошельком.

Сергей Смирнов: …платежеспособным спросом. Малый бизнес – это что? Это мы с вами как конечные потребители: это пластиковые окна, это какая-то мебель нестандартная, это ремонт квартир и так далее, все что угодно. У нас просели доходы, естественно, малый бизнес ушел, вы понимаете, да. Посмотреть, что происходит в бюджетах регионов, сегодня смотрел один из регионов и одно из муниципальных образований Костромской области – у них в 1.5 сократились поступления от НДФЛ физлиц, крупных предприятий там нет. Что? – малый бизнес проседает.

Ольга Арсланова: Но мы получили развитие вот этого тезиса о том, что кошмарить бизнес нельзя. Мы услышали о пространстве свободы для бизнесменов, и об этом президент не один раз говорит, тоже важно.

Андрей Колядин: Да, вы знаете, я несколько раз слышал уже об этом. Причем я читал последующие комментарии о том, что после заявления президента на 42% увеличилось количество проверок, потому что, видимо, проверяющие органы, понимая, что у них могут возникнуть проблемы, кинулись срочно, пока не введены соответствующие законы…

Ольга Арсланова: …наверстывать упущенное.

Андрей Колядин: Да, последний раз пройтись по всем и заработать соответствующих денег. Я думаю, что здесь должно быть… У нас ведь, к большому сожалению, скажем, острота или жесткость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения. Вот если бы пострадал не какой-нибудь маленький чиновник, который ходит с пожарной охраной или санитарной охраной проверяет бизнес, а кто-то из серьезных генералов и это произошло публично… Как, впрочем, сейчас с коррупцией происходит. Я, например, работал сейчас на выборах в двух регионах, в Самарской и Калининградской областях, говорил с чиновниками постоянно, и я понимаю, что они с большой осторожностью относятся сейчас к бюджетным средствам и вообще не хотят на эту тему разговаривать. То есть если раньше чиновник был сиречь коррупционер… В Воронеже, кстати, произошла интересная история, с одним из мэров я разговаривал, он мне сказал: "Пришли два молодых парня после института, сели и говорят, что у них зарплата, зарабатывать они на чем будут?"

Сергей Смирнов: Кормление.

Ольга Арсланова: Плакали проценты, проценты-то на чем?

Андрей Колядин: Мэр на них смотрит и говорит: "Вот зарплата". – "Мы что, на зарплате будем сидеть? Мы должны где-то зарабатывать". То есть приход во власть был сразу заработок на стороне.

Константин Чуриков: Естественно.

Андрей Колядин: В настоящий момент не так.

Константин Чуриков: Но для этого нужны другие люди, чтобы пришли те люди, которые готовы работать и зарабатывать только в этом месте, работать честно.

Андрей Колядин: Да. И поэтому, наверное, и с малым бизнесом так же. Если во всем мире малый бизнес от 40 до 70% доходов дает в высокоцивилизованных государствах, и здесь нужно. Нужно создавать систему налогообложения щадящую, чтобы люди… Причем секторальную.

Константин Чуриков: Вы помните, буквально за несколько дней, буквально 3 мая мы услышали, что Минфин готовит какой-то налог на доход самозанятых.

Ольга Арсланова: Которых вроде бы от налогов освободили на какой-то период.

Константин Чуриков: От 3 до 6%.

Андрей Колядин: Опять же "новая нефть". Вместо того чтобы в регионах, где, например, туризм необходимо развивать, наоборот, снять налоговую нагрузку и дать возможность людям туда направить и ресурсы, и финансы, и создавать инфраструктуру соответствующую, там вводится налог на то, чтобы с каждого туриста собирать…

Константин Чуриков: …курортный сбор.

Андрей Колядин: …курортный сбор. Ну то есть…

Сергей Смирнов: Там всего 2, по-моему, региона в этом году, не очень большой…

Андрей Колядин: Да, я просто как пример привожу.

Ольга Арсланова: То есть человек должен являть великодушие, отказаться от всех других поездок и поехать отдыхать в Россию, а зачастую это намного дороже, чем в одну из зарубежных…

Андрей Колядин: Однозначно дороже.

Ольга Арсланова: …и второй раз проявить великодушие и заплатить этот курортный сбор. Для своей страны не жалко, в общем.

Андрей Колядин: Вот я и говорю: нужно создавать те самые условия, когда и для людей, которые работают в малом бизнесе, это выгодно, и для общества выгодно, и в тех секторах, в которых наиболее востребована именно работа малого бизнеса.

Сергей Смирнов: Мне кажется, сломать эту психологию, к которой мы привыкли, точнее не мы с вами привыкли, Андрей Михайлович, а вот привыкло наше чиновничество за прошедшие несколько, полтора-два десятилетия, очень сложно. Это на самом деле должны быть другие абсолютно люди.

Константин Чуриков: Другое поколение должно вырасти.

Сергей Смирнов: Которые будут понимать, что вот то, что считалось признаком хорошего тона (вот я здесь поставлен на кормление, я кормлюсь оттуда, оттуда и оттуда), для которых это будет недопустимо. На мой взгляд, это очень важно.

Константин Чуриков: Нам звонит сейчас Владислав из Нефтекамска. Владислав, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Рассказывайте про свои ощущения жизни.

Зритель: У меня вопрос такой. У нас в городе Нефтекамске, Республика Башкортостан, президента вообще не слышат чиновники, что хотят, то и творят, можно сказать так.

Константин Чуриков: А например?

Зритель: Ну например, по поводу дорог. Дороги у нас тоже в ужасном состоянии, это раз. По поводу работы: чтобы на работу устроиться, тоже проблема, это нужны связи, чтобы залезть, допустим, оператором или где-нибудь куда-нибудь нефтяником, очень тяжело сейчас, они деньги просят первым делом…

Константин Чуриков: Деньги за трудоустройство?

Зритель: За трудоустройство, это раз. И по поводу зарплаты: у нас от 8 тысяч до 25 тысяч, а газета "Метро" (такая у нас есть), в ней пишут, как будто бы у нас минимальная зарплата 30 тысяч, на самом деле такого нет.

Константин Чуриков: Вы знаете, это пишет не только газета "Метро", это пишут официальные источники власти.

Ольга Арсланова: Спасибо за ваш звонок. На самом деле если слушать наших зрителей, верить тем зарплатам – а у нас нет, в общем-то, оснований им не верить – у нас совершенно параллельная Россия получается. Вот такое ощущение, что этих людей в статистике не существует, но их миллионы, мы их слышим, мы с ними общаемся, люди действительно живут за рамками вот этих статистических данных, средних показателей. Это фантастика.

Андрей Колядин: Вы знаете, любые задачи можно выполнить несколькими способами. Можно увеличить зарплату, а можно отчитаться об увеличении зарплаты, и каждый решает этот вопрос по-своему. Можно повысить зарплату врачам и учителям в соответствии с предыдущими майскими указами…

Ольга Арсланова: …некоторым.

Андрей Колядин: Да, а можно всем сократить основное количество врачей и учителей, на остальных распределить нагрузку и зарплату, и получится, что человек выполняет 10 самых различных функций, работая с раннего утра до поздней ночи, и вроде бы у него зарплата 30 тысяч. Это приводит к тому, что вызываю к маме "скорую помощь", 6.5 часов она едет, потому что нет специалистов. И кстати, в новых стратагемах написано о том, что нужно увеличить количество врачей, которые будут работать в "скорой помощи", потому что это тоже доходит до туда. То есть когда начинают правильно отчитываться, вот тут как раз… А у нас любят отчитываться, умеют отчитываться со времен потемкинских деревень, это как раз одна из проблем будет.

Константин Чуриков: А вот как раз именно это интересно, на что будут ориентироваться? На бумагу или на человека? Когда у нас не человек для экономики, а наоборот?

Сергей Смирнов: Вы знаете, поскольку заговорили о каких-то личных кейсах, случаях, я бы тоже привел. На самом деле когда мы говорим о коррупции, когда мы говорим о каких-то теневых потоках, конкретный пример: на одном из московских (извините, о печальном) кладбищах надо было сделать некие там у меня на фамильном некрополе кое-какие усовершенствования. В прошлом году часть этих усовершенствований была сделана, я оплатил все это дело, причем не через кассовый аппарат, вы понимаете, это переходный ордер, то есть как дальше, меня не волнует, работа была сделана качественно. В этом году там осталось кое-что доделать. Звоню в контору, говорю: "А мне Ивана Ивановича". – "Нет Ивана Ивановича, он тут не работает. Но вы приезжайте". Приезжаю, говорю: "Иван Иванович?" – "С ноября не работает". – "А Петр Петрович, с которым я был знаком?" – "А он тоже не работает". Я говорю: "Ребят, а что случилось вообще?"

Ольга Арсланова: Что случилось с этими господами?

Сергей Смирнов: "Новое руководство пришло". Та команда уже "накушалась", извините, теперь то же самое, я в той же форме плачу за этот самый памятник и так далее. Вот, ребят, как с этим бороться, Андрей Михайлович, я не очень себе представляю. Это же вот психология: тебе дали то самое кормление, а дальше придет другая команда, и следующие будут… Как разорвать вот эту…

Константин Чуриков: Сами поели, чтобы и другим поесть.

Ольга Арсланова: Давайте Москва поприветствуем в прямом эфире, у нас Игорь. Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Игорь.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Константин Чуриков: Добро пожаловать в эфир.

Зритель: Вот дороги становятся у нас платными, бензин дорожает. Обещали отменить транспортный налог, его так и не отменили. Скажите, можно ли ответить, когда его все-таки отменят?

Ольга Арсланова: "Налог" и "отменят"?

Константин Чуриков: Подождите, вы дальнобойщик? Потому что там же еще речь шла о том, что "Платон" ввели, значит, пускай отменят для…

Зритель: Нет-нет, я не дальнобойщик, я обычный автолюбитель.

Константин Чуриков: Все, я вас понял, спасибо.

Ольга Арсланова: Отмены каких-то налогов, наверное, не стоит ожидать в ближайшее время?

Андрей Колядин: Да, я тоже думаю, что если платят уже люди налоги, то вдруг послаблений… Это, помните, в благостные для многих наших ветеранов во время Сталина в начале марта и в сентябре месяце были снижения цен, это все публиковалось, это все ждали, этому жутко радовались.

Ольга Арсланова: Плановая экономика.

Андрей Колядин: Да. Я думаю, что все-таки когда есть ручеек, который течет, когда можно этим ручейком пользоваться в бюджете, то, конечно, ничего не будет происходить. Даже Москва, которая 26 миллиардов, кажется, заработал на штрафах и на эвакуации машин, – как она откажется сейчас от этих камер и от этих 26 миллиардов?

Ольга Арсланова: Но все-таки, Андрей Михайлович, мне кажется, что наши программы в правительстве и президент все-таки как-то либо смотрят, либо, может быть, читают в сокращенном виде, потому что действительно большинство жалоб на бедность, на проблемы внутри страны, и как раз этим собирается заниматься президент. Мы понимаем, что сегодня это отправная точка для ближайших 6 лет, это серьезный срок, в который задача президента – сделать так, чтобы таких звонков недовольных было меньше в наш эфир, чтобы меньше россиян были крайне недовольны своей жизнью. И было обращение, кстати, к новому поколению, к молодежи, которая должна генерировать какие-то идеи, совершать перемены. Это действительно серьезные 6 лет. Есть ли у вас ощущение, что сейчас в эти 6 лет концентрировано будет вестись работа по направлению внутри страны и с разными людьми?

Андрей Колядин: Вот смотрите, здесь задача состоит из двух частей. Для того чтобы улучшить жизнь одних, нужно чтобы появились деньги, нужно их заработать…

Константин Чуриков: …нужно ухудшить жизнь других.

Ольга Арсланова: "А теперь я вам разложу по полочкам".

Андрей Колядин: Дать возможность людям генерировать эту прибыль, зарабатывая ее, создавая новые продукты, не знаю, повышение производительности труда, новые технологические решения, но не только это – нужно, чтобы людям было выгодно работать, выгодно изобретать, выгодно создавать новые продукты, выгодно участвовать в бизнесе, чтобы у них была такая возможность.

Константин Чуриков: Чтобы изобретение, этот продукт не заблокировали потом в России, например.

Андрей Колядин: Совершенно точно.

Ольга Арсланова: Но ведь был такой сигнал: давайте вместе этим заниматься, давайте вместе создавать новую экономическую базу, давайте вместе обсуждать какие-то спорные моменты. По-моему, это важный переломный момент.

Андрей Колядин: Но для этого нужно много проблем решить, начиная от того, что сейчас чтобы перестали приходить и рушить бизнес, потому что, к большому сожалению, приходят, забирают бизнес, а потом не знают, что с ним делать, и губят его, бесконечное количество таких случаев могу воспроизвести даже среди своих знакомых, поэтому с этим надо бороться. Необходимо создавать некие темы, которые нужно, чтобы люди хотели в них входить, работать, зарабатывать и при этом не боялись, что у них что-либо отнимут. То есть есть масса задач, которые нужно будет решить параллельно с тем, что повышать благосостояние тех, кто сам зарабатывать не может.

Константин Чуриков: Вот смотрите, если оглянуться на предыдущие 6 лет, у нас было много в те 6 лет мегапроектов: у нас была Олимпиада, у нас, значит, строительство Керченского моста сейчас заканчивается, сейчас подготовка к Чемпионату мира. Скажите, пожалуйста, как вы считаете, ориентированность на мегапроекты, на что-то такое очень-очень крупное, что, так сказать, разгонит кровь по нашим жилам и даст рабочие места, – это правильно сегодня с точки зрения устремленности в будущее?

Сергей Смирнов: Вы знаете, я бы так сказал. Те примеры, которые вы привели, все-таки носят некий разовый характер. Вот да, созданы рабочие на том же самом Керченском мосту, те же самые рабочие места были на Олимпиаде и так далее. Что после этого происходит с этими рабочими местами и с этими мегапроектами? Что происходит с этими заработными платами? Что происходит с поступлениями в бюджет регионов те же самые? Приехали туристы, оплатили гостиницы, коллективные средства размещения – все, пик вот этих самых налогов, все замечательно, дальше все в принципе идет на спад. И вот мегапроекты, безусловно, нужны, но не такого характера.

А вот те же самые проекты или программы, которые озвучены в указе президента, – а почему, собственно, и нет? Они рассчитаны на долгосрочный период. Строительство тех же самых дорог, извините, про которые мы говорим. Меня поразили эти цифры, что нужно довести нормальные, грубо говоря, до 50% от общей протяженности, по-моему, по региональным дорогам – 50%, ребят, на всю Россию!

Ольга Арсланова: В XXI веке, да.

Сергей Смирнов: А остальные 50% будет опять вот так вот, да? И мы по-прежнему будем ездить на всех этих "вседорожниках", да?

Ольга Арсланова: Сергей Николаевич, раз мы заговорили о предыдущем сроке, у нас были и серьезные проблемы на международной арене, были серьезные военные траты, и мы получили санкции. Как вам кажется, для того чтобы всерьез заниматься внутренней политикой, для того чтобы хватило ресурсов, денег, сил, мы сможем преодолеть весь негативный эффект, который, увы, был?

Сергей Смирнов: Весь, наверное, нет, но частично, наверное, да. Сегодня по пути на студию сюда мы обсуждали с вашим водителем (замечательный водитель), что положительного можно найти хотя бы в той же самой Москве. Я не говорю про плитку и все прочее, возьмите тот же самый общественный транспорт, я не так часто им пользуюсь, но тем не менее автобусы, извините, Ликинский автозавод, это не идет ни с какими там "ЛиАЗами", которые выпускались чуть ли не 40 лет. Подвижной состав электричек, между прочим, я тут ездил по Рузской ветке, поразился, авиационные кресла и так далее, "Стандарт Плюс" называется, а это Демиховский машиностроительный завод делает. То есть в каких-то вещах действительно с точки зрения импортозамещения, ну не рижские электрички у нас уже. Все-таки какие-то движения тут есть.

Ольга Арсланова: Санкции тут помогли.

Сергей Смирнов: Но санкции… Санкции повлияли, безусловно, на цены, потому что как я в свое время писал и говорил: ребят, отечественный товаропроизводитель такой же злобный по отношению к нам, к потребителям, и если у него нет конкуренции, естественно, окорок тамбовский, я не знаю, калужский…

Константин Чуриков: …для нас станет еще более злым.

Сергей Смирнов: Конечно.

Константин Чуриков: Давайте послушаем Александра из Челябинска. Александр, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Я из Ижевска.

Константин Чуриков: Ой, просим прощения, меня дезинформировали. Так.

Зритель: Ничего. Перед инаугурацией президента мы с товарищами говорили о том, что после этого события что-то произойдет неимоверно интересное в сторону улучшения жизни населения. И вот хочется в это верить, конечно. И я хочу спросить: вот если МРОТ сейчас 1 200, а оклады и ставки остаются на прежнем уровне, как мало зарабатывающий человек сам, например, санитарка в больнице или уборщица, даже на 1.5 ставки выйдя на работу, больше чем МРОТ заработать не может, то есть их не хватает, этих специалистов неквалифицированных, будем говорить, а платить, увеличить им зарплату невозможно.

И второй вопрос. Из этих майских указов новых я не понял, у нас пенсии увеличиваться будут, или они только будут индексироваться не менее чем на 4%? Вот у меня два таких вопроса.

Константин Чуриков: Выше инфляции будут индексироваться.

Зритель: Выше инфляции, а инфляцию ставят задачу не более 4%, правильно же?

Константин Чуриков: Да.

Ольга Арсланова: Индексироваться в связи с реальной инфляцией будут пенсии или в связи с ожидаемой какой-то идеальной инфляцией, о которой мы мечтаем?

Андрей Колядин: Нет, я думаю, что, конечно, не идеальная инфляция, реальная инфляция всегда учитывается, потому что какие-то виртуальные цифры в прогнозировании, конечно, применяются, но тем не менее основные действия, конечно же, в соответствии с теми реальными цифрами, которые получаем по экономике.

Что касается повышения… У нас социальное государство, у нас все равно будут вкладывать и в пенсии, и в поддержку малоимущих. Насколько? – настолько, насколько это будет позволять экономика Российской Федерации, а здесь опять говорим о развитии бизнеса, о развитии малого бизнеса, серьезных инфраструктурных проектов, которые позволят как раз новые места рабочие выделить. И кажется, и сельское хозяйство будет, неслучайно Гордеева возвращают в качестве вице-премьера из Воронежа в Москву, теперь, соответственно…

Ольга Арсланова: Делиться опытом.

Андрей Колядин: Да, потому что это действительно сейчас одна из самых интересных отраслей. Исходя из того, что сейчас очень много говорят о мировом кризисе продовольствия, это тоже тема, в которой Россия может стать законодателем мод, потому что кушать будут всегда хотеть и за границей тоже.

Константин Чуриков: Мы с вами сегодня говорили о фискальной политике, о том, как нужно увеличивать при этом зарплаты, повышать пенсии. Мы говорили о "новой нефти", то есть о людях. Мы ничего не сказали об обычной нефти, которой мы все-таки в основном-то и продолжаем зарабатывать.

Ольга Арсланова: Благодаря которой есть и развитие благосостояния, экономическое и социальное развитие…

Константин Чуриков: Благодаря которой, да. А нефть тем временем, дай бог ей здоровья, подрастает, растет. У меня вопрос: а есть ли вероятность того, что мы и сейчас не найдем никаких практических таких решений, для того чтобы нарастить вот эту остальную экономику, не остаться в этом сырьевом секторе? Ведь когда нефть растет, все же у нас радуются: значит, и социальные обязательства выполним, значит, действительно и у пенсионеров будут проиндексированы пенсии, и зарплаты будут расти.

Сергей Смирнов: Ну вы знаете, какие-то сектора у нас росли в эти периоды, вы абсолютно правы. Кстати, насчет дифференцированного налогообложения, то, что должны быть секторальные различия. На самом деле посмотрите: да, были хорошие цены на нефть, но всегда происходило что-то. Вот, скажем, автомобильная промышленность, автостроение, что у нас было – появилось же оно у нас, пусть и сборочное отчасти, пусть, но тем не менее оно же появилось. То же самое и продовольствие: вспомните, что было до 1998 года – сплошные импортные этикетки, это был практически сплошной…

Андрей Колядин: "Ножки Буша".

Сергей Смирнов: Конечно! Йогурты те же самые, я уж не говорю про товары повседневного спроса. После кризиса 1998 года пищевая промышленность у нас все-таки создана, пусть и на западных технологиях, на западном оборудовании и так далее, но тем не менее это отечественная промышленность при всем при том.

Ольга Арсланова: Ну а какое еще?

Сергей Смирнов: А все сразу решить нельзя. Поэтому если даже цены на нефть сильно упадут… А помните, Дмитрий Анатольевич говорил, что меньше 40 долларов за баррель мы не проживем – прожили же.

Ольга Арсланова: Правда, недолго.

Сергей Смирнов: Да, недолго.

Константин Чуриков: Я просто о другом, как раз о другом спрашивал: если они, наоборот, вырастут и вырастут сильно, не будет ли соблазна ничего не делать?

Ольга Арсланова: А, соблазн.

Андрей Колядин: Вы знаете, искушение очень высокое, потому что деньги идут, соответственно, не нужно улучшать и в малом бизнесе ситуацию. Ведь следить за несколькими миллионами людей, причем которые сами заработать, независимо от государства, теряют патерналистское отношение к государству, они более независимы в своих суждениях, они высказывают свои претензии государству – проще, когда они все зависимые, взяли от "Газпрома" да отдали им, они рады, что им заплатили 10 тысяч рублей, а не 8.5.

Но если говорить о будущем России – и мне кажется, что Владимир Владимирович именно об этом говорит – то необходимы все-таки некие инфраструктурные решения, которые будут менять саму психологию тех самых чиновников, которые сейчас смотрят на увеличение потоков и от нефти, и от бизнеса. Нефть может завтра закончиться, может перекрыть международное сообщество рынки для этой нефти, и что дальше делать?

Ольга Арсланова: Вот к этому как раз нужно готовиться на пике.

Андрей Колядин: Совершенно точно.

Ольга Арсланова: В тот момент, когда нефть дорогая. Это то, что делали Арабские Эмираты, тот самый пример.

Андрей Колядин: Совершенно точно. К этому нужно готовиться на пике, я как раз к этому и вел, вы завершили за меня мою идею.

Ольга Арсланова: Извините, что я вас перебила. У нас просто…

Сергей Смирнов: И потом, извините, те же самые цены отсечения и наполнения Фонда национального благосостояния, например, или Резервного фонда – это чисто административное, может быть, решение выше 80 долларов: ребят, все, что выше, вы не трогаете, и поэтому у вас нет ресурсов для проедания, а у вас должны быть стимулы для развития. Я абсолютно согласен с Андреем Михайловичем.

Ольга Арсланова: У нас на связи Вячеслав из Санкт-Петербурга. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Смелее.

Зритель: Можно говорить?

Константин Чуриков: Нужно.

Ольга Арсланова: Да, говорите, конечно.

Зритель: Да-да. Значит, я вот сам пенсионер, супруга у меня пенсионерка. У нас пенсия 9 тысяч рублей, по 9 тысяч рублей на двоих. Мы снимаем жилье, мы работаем, пока позволяет здоровье. Пенсия работающих пенсионеров не индексируется уже несколько лет. И вот мне бы хотелось знать, за годы правления, порядка 12 лет, даже больше, у нас в стране велась только внешняя политика, на внутреннюю политику никто внимания практически не обращал, все пенсионеры оказались в нищете, будем говорить. И я еще вынужден также заниматься малым бизнесом, потому что… Вот там товарищ говорил, что прекратить кошмарить малый бизнес. Вот я занимаюсь малым бизнесом, чтобы, так сказать, прокормить семью. Занимаясь малым бизнесом, мне бы хотелось узнать, в 2018 году было обещано, что будет убран налог НДС – вот эти денежки можно было бы пустить на повышение зарплаты рабочих и прочие дела. Этот вопрос не решается.

Константин Чуриков: Да, спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Зритель: Проверки малого бизнеса так и продолжаются.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок, Вячеслав. Единственное, что меня смутило, то пенсия 9 тысяч рублей на двоих.

Сергей Смирнов: Он оговорился, видимо.

Андрей Колядин: 9 тысяч и 9 тысяч.

Сергей Смирнов: Да.

Андрей Колядин: Бесспорно, что всегда будут группы людей, которые хотели бы жить лучше…

Константин Чуриков: Это и хорошо, пускай.

Андрей Колядин: 20% населения, которые находятся в бедности, почему эта программа сейчас принимается? Что такое 20%? – это каждый пятый, мы идем по улице, каждый пятый… Нет, на улице еще больше, потому что те, у которых высокое благосостояние, ездят на машинах.

Константин Чуриков: И может быть, не по нашей стране.

Андрей Колядин: Да, может быть, не по нашей стране. Поэтому, конечно же, сокращение… Даже если все будет выполнено до конца в соответствии с президентскими указами, будет 10% населения, которые все равно будут в 2024 году жить ниже уровня бедности, вопрос 100% решить нельзя. Но тем не менее, конечно же, то, что говорят, конечно, безобразие, на это нужно обращать внимание. Я это смотрю и по своим родственникам, и по своей маме, которой я вынужден ежемесячно помогать, потому что она иначе не выживет.

Ольга Арсланова: Но Андрей Михайлович, этой проблемы можно избежать, если поднять пенсионный возраст. И наш уважаемый зритель мог бы быть сейчас официально работающим не пенсионером.

Сергей Смирнов: И лишился бы 9 тысяч.

Андрей Колядин: Медведев недавно сказал, что раньше средний возраст отправления в мир иной был 60 с чем-то лет, сейчас 72-74, соответственно…

Ольга Арсланова: …что же творится с бюджетом, да.

Андрей Колядин: Да, соответственно, 44 миллиона пенсионеров – это то плато, падение рождаемости в 1990-е гг., эти люди выходят сейчас на трудовой рынок, работать некому, в результате это серьезная нагрузка, которая требует, значит, изменения возраста. Я, честно говоря, к пенсионной реформе лично отношусь давно с большим скептицизмом, потому что я считаю, что к тому времени, когда я выйду на пенсию, ее не будет – упаси господи, я не пугаю никого, для меня этой пенсии не будет.

Константин Чуриков: О старости нужно думать заранее.

Андрей Колядин: Недавно посмотрел: 30 лет проработал в самых различных организациях с трудовой книжкой, выплачивая все налоги, и обнаружил, что мне только 17 лет зачли, а остальное нужно бегать и собирать заново справки и представлять о том, что я работал там в исполкоме… Нет, на телевидении я тогда работал Куйбышевского исполкома телеведущим. Соответственно, это все надо будет проходить, а этого давно не существует. Я понимаю, какой серьезный процесс мне придется пройти через какое-то количество лет. Это нужно менять.

Константин Чуриков: Сергей Николаевич, а тут ваш комментарий как специалиста по нашей пенсионной жизни.

Сергей Смирнов: Во-первых, я бы хотел поправить нашего уважаемого жителя Санкт-Петербурга, насколько я помню. Пенсии работающим пенсионерам не индексируются, но они пересчитываются с 1 августа максимум на 3 балла, в прошлом году это было где-то порядка 260 рублей исходя из стоимости балла. Да, не индексируется. Работающим пенсионерам, я думаю, в ближайшее время ничего не светит, кроме этого августовского пересчета, абсолютно точно нет; все остальное, как говорится, зависит… Что меня поразило, в пенсионном возрасте, между прочим, если посмотреть… Опять же, как экономист, как привыкший считать, я посмотрел на две цифры в указе президента: да, повышается возраст дожития до 78 лет к 2024 году…

Константин Чуриков: А вот ожидаемая продолжительность жизни…

Сергей Смирнов: Но там есть еще одна цифра – 67 лет. Что такое 67 лет? Это возраст здорового дожития, то есть 11 лет, извините, до 78 вы что, будете лежать, извините, откинувшись, пользоваться услугами "скорой помощи", я не знаю, врачей, сиделок и так далее? Вот эта цифра меня очень… Такое впечатление, что разные люди готовили эти части указа.

Константин Чуриков: Ну лучше бы так. Я просто подумал, может быть, нас готовят к еще более позднему пенсионному…

Сергей Смирнов: Это должна быть качественная жизнь. И тогда вопрос повышения пенсионного возраста вообще ставить не нужно. Для мужчин 65 лет, до 67 ты как-то еще бодренько передвигаешься, а после этого, в общем-то, какой смысл жить?

Андрей Колядин: Доживаешь нездоровым.

Ольга Арсланова: Давайте еще успеем один звонок принять. Александр, Иваново, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, вот почему-то не поднимается нигде вопрос о зарплатах гражданского персонала в армии. У меня супруга работает уже 20 лет в армии стоматологом, зарплата 14 тысяч. Пообещали поднять с 1 января, подняли на 500 рублей, в этом месяце как обычно получила она 14 тысяч. Елки-палки, ну сколько уж… Врач в армии, работы не меньше, чем гражданский…

Константин Чуриков: Там целая армия пациентов, естественно, у всех зубы. Спасибо за ваш звонок.

Ольга Арсланова: У нас совсем мало времени остается, давайте как-то прокомментируем.

Андрей Колядин: Я думаю, что в течение ближайших лет будет закончена модернизация армии, закончатся вот эти громадные вливания триллионов, которые были направлены на переоборудование и так далее. Там много будет проблем всяких.

Ольга Арсланова: То есть вам нечем утешить нашего зрителя?

Андрей Колядин: Нет. Много проблем и с заводами, которые сейчас производят подводные лодки, оружие и все остальное, они модернизируются, туда до 2021 года вложили очень серьезные ресурсы, их тоже нужно будет как-то в конверсию запускать под гражданскую продукцию. Так что я думаю, что проблемы с армией еще будут.

Константин Чуриков: В течение этого часа мы говорили о грядущих возможных реформах, о каких-то переменах, и вот нам только что пишет Астраханская область: "Перемены уже видны, перемены в ценах", – уточняет наш зритель.

Спасибо всем за беседу. У нас в студии были Сергей Смирнов, доктор экономических наук, и Андрей Колядин, политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов. Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Спасибо, уважаемые гости.

Сергей Смирнов: Спасибо вам.

Андрей Колядин: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Тема часа