Ипотечные деревни: привлекут ли они горожан?

Ипотечные деревни: привлекут ли они горожан? | Программа: ОТРажение | ОТР

Низкая ставка по ипотеке - это поможет вернуть людей в село?

2019-12-12T14:07:00+03:00
Ипотечные деревни: привлекут ли они горожан?
Поставьте оценку мусорной реформе
Мошенники научились обходить ограничения новой системы техосмотра
Саммит по климату. Чего ждать от заявлений глав ведущих мировых держав?
Что нового? Хабаровск, Санкт-Петербург, Кострома
Послание Президента России Федеральному Собранию – 2021. Главное
Послание Президента: международная политика
Послание Президента: ответственность бизнеса
Послание Президента: региональная политика
Послание Президента: социальная политика
ТЕМА ДНЯ: Путин. Послание. Главное
Гости
Вячеслав Бабурин
профессор кафедры экономической и социальной географии России МГУ, доктор географических наук

Оксана Галькевич: Ну что, продолжаем прямой эфир. До конца этого часа мы будем говорить о новом ипотечном продукте. Новости, кстати, интересные, и ты знаешь, Костя, при первом рассмотрении они хорошие. Давайте приглядимся вместе с вами, уважаемые телезрители, нет ли там какого-то дьявола в деталях, чертика такого. Речь идет о сельской ипотеке.

Константин Чуриков: Или об ипотечных деревнях. С 1 января следующего года в банках можно будет получить кредит на улучшение жилищных условий в сельской местности. Ставка довольно симпатичная, значит, максимальная 3%, но возможно ее снижение даже практически до нуля, 0,1%, но по крайней мере сейчас вот таких ставок на ипотеку нет нигде, пожалуй, кроме Дальнего Востока.

Оксана Галькевич: Но там специальные условия, да, ипотека 2%. Получить можно по этой сельской ипотеке до 3 миллионов рублей по всей стране и до 5 миллионов рублей в Ленинградской области и в тех же регионах Дальнего Востока. Срок такой стандартный, до 25 лет. Разрешено строить на эти деньги дом, покупать квартиру или погашать кредиты, которые были взяты ранее, до 1 января 2020 года.

Константин Чуриков: Ну а теперь давайте разбираться в нюансах. Расскажите, во-первых, нам, насколько для вас заманчив этот продукт кредитный, эта ипотека именно на строительство жилья в сельской местности. И спросим наших гостей, что здесь так, а что не так.

Юлия Оглоблина у нас в студии, председатель Российского союза сельской молодежи, член Центрального штаба ОНФ и Общественной палаты, и Вячеслав Бабурин, доктор географических наук, профессор. Добрый день, уважаемые гости.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, уважаемые гости.

Вячеслав Бабурин: Добрый день.

Юлия Оглоблина: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Ну вы уже пригляделись к контурам этого предложения? Оно на самом деле в конце ноября появилось, может быть, у вас было время ознакомиться поподробнее? Что увидели там?

Вячеслав Бабурин: Ну, наверное, даме первое слово.

Константин Чуриков: Давайте.

Оксана Галькевич: Ну давайте.

Юлия Оглоблина: Да, спасибо. Мы участвовали активно вообще в разработке госпрограммы «Комплексного развития сельских территорий» еще с весны, и когда там появилась льготная сельская ипотека, естественно, все обрадовались, потому что понимают, что проблемы именно по жилью колоссальные, молодежь, которая пытается опять же остаться на селе либо переехать из города после ВУЗов, естественно, это первоочередной вопрос. И льготная ипотека – это, естественно, еще один стимул привлечь кадры на село.

Оксана Галькевич: Так.

Юлия Оглоблина: Мы активно начали информировать, что со следующего года эта программа стартует. Когда же появилось постановление, мы видим что? – что эта льготная ипотека действует на срок программы, то есть на 5 лет.

Оксана Галькевич: То есть в течение 5 лет нужно взять этот кредит? Так, это первый нюанс.

Юлия Оглоблина: Это первый нюанс. Но, соответственно, наше правительство и Минсельхоз России утверждают, что будет пролонгация, но, соответственно, сейчас пока эта программа на пятилетний период.

Константин Чуриков: Секунду, чтобы мы не запутались: значит, на 5 лет действует программа…

Юлия Оглоблина: Она точно льготная.

Константин Чуриков: Значит, сколько лет можно выплачивать эту ипотеку?

Оксана Галькевич: Выплатить до 25, но взять должен…

Юлия Оглоблина: До 25, но именно льготная она в течение 5 лет точно…

Константин Чуриков: А, вот оно что, потом посмотрим.

Юлия Оглоблина: …а потом мы будем надеяться, что будет пролонгация.

Константин Чуриков: Смотрите, я сейчас процитирую замминистра сельского хозяйства Оксану Лут, которая как раз-таки анонсировала все это в ноябре: «Программа будет способствовать обратной миграции из городов в сельскую местность». Вячеслав Леонидович, как доктор географических наук, профессор, скажите, пожалуйста.

Вячеслав Бабурин: Да, ну вот как представитель экономгеографии я на самом деле не был бы столь оптимистичен, потому что на самом деле это важное постановление, но этого явно недостаточно, потому что людям нужны рабочие места, причем квалифицированные, не только в сельском хозяйстве. Людям, вообще говоря, особенно молодежи нужно место досуга, отдыха; им, вообще говоря, хочется не в сельский клуб, а, скажем, в кинотеатр…

Оксана Галькевич: В кино сходить, да.

Вячеслав Бабурин: …торговый центр и так далее. Поэтому, конечно, это только начало довольно большого пути. И прежде всего это, конечно, проблемы развития транспортно-коммуникационной инфраструктуры. То есть если мы не решим проблему доступа из сельских местностей в достаточно значимые городские центры, то я думаю, что в массовом порядке люди не поедут.

Константин Чуриков: Давайте сейчас спросим наших зрителей. В целом понятно, что идея только вот такая пилотная, пробный шар, но тем не менее, как вы считаете, льготная сельская ипотека, сама идея хорошая? Пожалуйста, отвечайте «да» или «нет» на номер 5445, в конце этого часа подведем итоги.

Оксана Галькевич: И у нас есть уже первый звонок, звонок из Чувашии, Сергеем зовут нашего телезрителя. Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Ваше мнение будет первым в этом опросе. Что думаете, хорошее дело сельская ипотека?

Зритель: Очень хорошее. Меня вот интересует вопрос, скажите, пожалуйста, а до скольки лет пенсионерам это разрешено будет участвовать в этой сельской ипотеке?

Юлия Оглоблина: Там нет ограничений.

Оксана Галькевич: Уважаемые гости…

Константин Чуриков: Ограничений по возрасту нет. Так, секундочку, Сергей, ограничений по возрасту нет. Скажите, пожалуйста, вы что, были бы готовы теоретически рассмотреть возможность участия в этой ипотеке?

Зритель: Конечно. Мне 70 лет, когда на 25 лет, это что я, доживу не доживу? Вот вопрос все-таки по возрастному…

Оксана Галькевич: Сергей, а какая необходимость у вас? Вы бы хотели новый дом построить, купить квартиру?

Зритель: Да, у меня есть участок в сельской местности, я бы хотел построить там домик небольшой.

Константин Чуриков: Сергей, тонкий вопрос. Вот здесь указано, замминистра во всяком случае сельского хозяйства об этом говорила, что первоначальный взнос составит 10%. Какие-то свободные средства у вас есть, для того чтобы взнос этот первоначальный осуществить?

Зритель: Будем изыскивать.

Константин Чуриков: Отлично! Смотрите, вот первый зритель говорит, что надо.

Оксана Галькевич: Главное, что есть инструменты, уже такой позитивный настрой.

Константин Чуриков: У меня еще такой вопрос. Насколько у нас развита банковская система на селе? Кроме «Россельхозбанка» кто там присутствует вообще?

Оксана Галькевич: Проблема есть, да? Вы киваете головой.

Юлия Оглоблина: Проблема есть, особенно она появилась, когда вот несколько лет тому назад у нас Сбербанк, соответственно, офисы Сбербанка в районных центрах… Вот где-то «Россельхозбанк», где-то Сбербанк, вот, один банк на районный центр, как правило, небольшой. И вот в этом плане мы, естественно, сейчас ждем января, потому что будет реестр банков отобран по постановлению, и здесь, естественно, просто добраться до этих банков будет, конечно, отдаленным сельским населенным пунктам проблематично.

Оксана Галькевич: А вы знаете, у меня еще вот такой вопрос. Мы знаем, что у жителей сельских территорий не очень высокие зарплаты. Я понимаю, что здесь, конечно, и ставки такие, которых нет, вообще в принципе не было еще у нас в ипотеке, но и зарплаты у людей, правда, больно даже говорить о том, какие суммы. Это просчитано в этом проекте? Это учтено, эти моменты? Ведь банку придется принимать решения.

Юлия Оглоблина: Вы знаете…

Оксана Галькевич: Да, мы знаем, что микрофинансовые организации очень, знаете, легко, но они и ответственности никакой не несут, поэтому так и идут на эти решения. А серьезные банки, «Сбер», «Россельхоз» и прочие?

Юлия Оглоблина: Вот цитата была замминистра, на приток городских в сельскую местность. Это все-таки, мы видим, что больше направлено на городских, потому что опять же первоначальный взнос, это раз, и ежемесячная выплата, к сожалению, большинству сельским жителям это будет не по карману, это два.

Оксана Галькевич: Еще один нюанс обнаружился.

Юлия Оглоблина: Но в эту программу включены малые города до 30 тысяч рублей. Раньше по программе «Устойчивого развития сельских территорий» малые города не входили, и мы опять видим риски, конечно, что бо́льшая часть возможностей будет у части малых городов, нежели вот сельских территорий, потому что опять же по наличию средств...

Константин Чуриков: Вы сказали «малые города до 30 тысяч рублей» – что вы имели в виду?

Юлия Оглоблина: Ой, 30 тысяч жителей, извиняюсь.

Вячеслав Бабурин: Человек.

Константин Чуриков: Вот-вот-вот, а то я запутался.

Оксана Галькевич: То есть еще и в таких городах можно будет приобретать жилье, строить дома?

Юлия Оглоблина: Да-да, агломерации, поселки городского типа…

Вячеслав Бабурин: Они несильно отличаются многие от сельской местности.

Оксана Галькевич: Ну да, частная застройка.

Константин Чуриков: Хорошо.

Давайте сейчас… Мы пока не знаем реально, кто воспользуется этой услугой, наверное, там чиновники себе одним образом это представляют, а жизнь расставит все по своим местам. Но в принципе, с вашей точки зрения, Вячеслав Леонидович, каким должен быть подход к освоению и развитию сельских территорий? Это обязательно должны быть постоянно проживающие там люди? Это могут быть какие-то дачники, полудачники, которые там проводят, не знаю, основной сезон с весны по осень включительно?

Вячеслав Бабурин: Тут вот существует…

Оксана Галькевич: Или можно, вот, кстати, интересно, я прошу прощения – или можно быть таким горожанином, как мы, а жить где-то в сельской местности, а работать где-то в большом городе, перетекать?

Вячеслав Бабурин: Можно так, но в том случае, если будут обеспечены коммуникационные возможности. Если говорить о тех, кто выбирает жить постоянно в сельской местности или нет, я вам скажу так. Если постоянного населения нет, то территория, грубо говоря, бесхозная, до нее вообще никому нет дела, потому что люди приезжают, дачники когда? – на летний период. А Россия – это такая страна, где бо́льшая часть года вовсе не лето.

Вторую такую оптимистичную ноту я бы хотел внести. Все-таки за пределами Московской, Ленинградской области и регионов, приближающихся к городам-миллионерам, там явно не за 3 миллиона можно построить нормальный дом, там можно построить его существенно дешевле. То есть доходы сельского населения малы, но и стоимость материалов и всего прочего там тоже меньше, конечно. Плюс то же самое, скажем, подключение электроэнергии и сам тариф в сельской местности тоже ниже. Газификация, тоже важный момент, дом построил, а без газа-то как там будешь жить?

Константин Чуриков: По поводу электроэнергии – это смотря в какой сельской местности, потому что есть, к примеру, Московская область, где в большую копейку влетает эта затея.

Вячеслав Бабурин: А все равно тариф ниже, чем в городах, все равно в сельской местности он ниже, даже в Московской области.

Оксана Галькевич: Вячеслав Леонидович, но вы сказали с точки зрения, может быть, подхода, что можно было бы жить в сельской местности, а работать в городе. А я имею в виду, Юлия, может быть, вы скажете, именно с точки зрения того, как написана эта программа, городскому жителю можно пользоваться этой ипотекой, строить дом где-то в области, а работать в городе?

Юлия Оглоблина: Все можно.

Оксана Галькевич: Необязательно иметь работу, допустим, в этой деревне или в районе? Нет таких условий?

Юлия Оглоблина: Вот чем хороша эта программа, что на самом деле нет никаких ограничений ни по возрасту, ни по тому, где ты живешь, где ты работаешь…

Оксана Галькевич: То есть это для всех?

Юлия Оглоблина: Все, каждый в стране может воспользоваться этой программой. Но опять мы понимаем, что, если сейчас будет большой наплыв, будет большой список желающих, а средства ограничены.

Константин Чуриков: Да.

Юлия Оглоблина: Вот пока 1 миллиард рублей на следующий год доведен Минфином на сельскую ипотеку по всей стране.

Оксана Галькевич: А какие-то… Мне вот интересно, как банки, им какие-то условия поставлены, как отбирать людей, которым будет одобрен этот кредит? Наверняка первый год это будет все очень сложно, будут тебя просвечивать, спрашивать, что, как, как ты будешь обеспечивать, с какой целью, зачем вам это надо.

Юлия Оглоблина: Мы видели в этом постановлении такие общие правила. Естественно, банки будут сами, вот здесь опять на откуп дана возможность банкам диктовать условия. Но граждане могут сами выбрать любой банк, но опять же сельским жителям вряд ли будет обеспечен большой выбор.

Константин Чуриков: Понятно.

Нам звонит Руслан из Московской области. Руслан, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Хотели бы взять сельскую ипотеку такую?

Зритель: Да, я хотел бы взять. Мы вот с женой как молодая семья, мне 27, жене 25 лет, мы живем в деревне недалеко от города Орехово-Зуево, в 6 километрах. У нас большая проблема, нет в деревне газа. Ходили узнавали: чтобы подключить в деревне газ, должны быть прописаны 100 человек, у нас, к сожалению, этого нет, прописано всего лишь 26.

Константин Чуриков: Руслан, вы с женой в деревне живете, а работаете где?

Зритель: В город Орехово-Зуево езжу, мотаюсь на машине.

Константин Чуриков: Так. А что за работа, если не секрет?

Зритель: Демиховский машиностроительный завод.

Константин Чуриков: Все понятно, реальное производство.

Оксана Галькевич: Здесь как раз по крайней мере есть работа, есть возможность доехать до этой работы.

Константин Чуриков: Это Московская область.

Вячеслав Бабурин: Это важно.

Оксана Галькевич: То, что является основной проблемой для…

Вячеслав Бабурин: Люди далеко не поедут, там, где нет транспорта.

Оксана Галькевич: А вот насколько далеко наши люди готовы, так скажем, передвигаться в целях… ?

Вячеслав Бабурин: Это зависит от вида транспорта. Если у вас индивидуальный транспорт, вы можете поехать дальше. И зависит от того, насколько быстро двигается общественный транспорт. Скажем, то, что сейчас делается в Московской области, отчасти в Ленинградской, там, конечно, явно расстояния могут быть больше, по сути дела вся территория Московской области находится в доступе ежедневном по отношению к Москве. Если за пределами, это будет опять тупик на самом деле.

Константин Чуриков: Я хочу спросить Юлию. Вот вы представитель Российского союза сельской молодежи, звучит очень красиво. В реальности сколько у нас сейчас молодежи на селе? Вообще, собственно, кого вы представляете? До какого возраста молодежь живет в среднем на селе, пока не уедет в город?

Юлия Оглоблина: Ну, у нас закона о молодежи нет, но есть «Основы государственной молодежной политики», где прописан возраст до 35 лет, молодежь.

Константин Чуриков: Нет, меня интересует по факту, не как написано.

Юлия Оглоблина: Именно на сельской местности, мы смотрели по Росстату, от 14 до 35 лет у нас около 9 миллионов молодежи живет в сельских территориях. Наш союз объединяет пока около 60 тысяч человек в 79 регионах. Кстати, к нам вступают и не только сельские ребята, но и городские, те, кто прожил на селе, но радеют за свою родину и, соответственно, всячески пытаются помочь, участвуют в проектах.

Константин Чуриков: Да. А если представить доли в процентном соотношении, условно говоря, люди старше 55 лет или 50 и младше, вот доля тех, кто младше, помоложе какая в сельской местности сегодня?

Юлия Оглоблина: Ну вот я вам всю статистику сейчас не расскажу, только знаю в этой категории своей от 14 до 35 лет. Но понятно, что, естественно, молодежи все меньше и меньше с каждым годом и детей, все больше у нас возрастной категории, пенсионеров. Поэтому, конечно, все отмечают, что будет молодежь, будет жить село, потому что будут семьи, будет развитие. Но опять же коллега сказал, что здесь, конечно, нужно комплексно решать вопрос, инфраструктура, работа, здесь очень много факторов.

Константин Чуриков: Вы знаете, первые отзывы, которые приходят во всяком случае вот и по опросу, многие говорят, что хорошая идея, и словами. Значит: «Сельская ипотека – замечательно! Еще бы земельный и имущественный налог для селян убрать», «Отличная идея, а то остались одни пенсионеры», «Очень красивая ставка, спасибо, молодцы!» – пишет Татарстан.

Но вы знаете, все-таки возникает вопрос, удастся ли остановить естественный процесс, все хотят в город, все хотят туда, где жирнее, гуще, больше возможностей. В мире есть какие-то примеры, когда подобными историями удалось переломить какие-то тренды?

Вячеслав Бабурин: Ну, на самом деле тут нужно понимать: одно дело, когда Голландия, где 350 человек на квадратный километр, где плотность городов такова, что практически любой живущий в любой деревне в доступе получаса от любого центра предоставления услуг, работы и так далее. Другое дело наши огромные просторы, где, вообще говоря, в среднем около 8 человек на квадратный километр, на два порядка меньше, чем в Голландии, а в большинстве мест еще ниже.

Поэтому мне кажется, что вот это вот реально можно только в границах, мы это называем низкоплотными агломерациями, то есть не агломерация в классическом смысле, где совсем тут все вокруг ядер сконцентрировано, а более широко, где мы за счет современных транспортно-коммуникационных систем можем обеспечить все-таки вот эту проблему ежедневного доступа. Если мы не имеем ежедневного доступа к нормальной работе, услугам и так далее, это резко осложняет.

Ну и, кстати говоря, я, например, вижу угрозу, если мы не сделаем обязательным условием регистрацию там, где ты строишь дом, что значительная часть людей, которые просто рассматривают это как дачу, воспользуются этой ипотекой.

Оксана Галькевич: Вот на самом деле нам люди об этом пишут.

Вячеслав Бабурин: А товарищ правильно сказал, нет у вас 100 человек с постоянной регистрацией, вам никто газ не проведет по положению и все остальное.

Оксана Галькевич: Не будет тех самых, как вы говорите…

Вячеслав Бабурин: И всего остального не будет. Не будет ни магазина, ни ФАПа, ничего не будет.

Оксана Галькевич: Врача не будет в первую очередь, образования не будет, школы не будет, ничего не будет.

Вячеслав Бабурин: Да, конечно, я и говорю, ничего не будет. А еще со школой проблема, там масса проблем на самом деле. Жилье – это только одна, базовая, но одна из многих.

Оксана Галькевич: Вы знаете, меня еще один вопрос заботит: почему наряду с Дальним Востоком, ну то есть тут понятно, почему Дальний Восток, особые условия, там выделена еще в отдельную категорию Ленинградская область. Почему она как-то вот выделена отдельно из всех остальных регионов? Там размер кредита побольше, не 3, а до 5 миллионов можно взять. Есть какие-то вообще причины для этого?

Юлия Оглоблина: Честно, я тоже озадачилась этим вопросом, когда увидела, потому что Московскую область убрали вообще, она не участвует в льготной ипотеке.

Вячеслав Бабурин: И это правильно.

Юлия Оглоблина: Соответственно, Ленинградская наоборот, то есть там вот такие условия…

Оксана Галькевич: А вот еще один чертик, Московская область. Я записываю, кстати, за вами.

Константин Чуриков: Московская не участвует.

Оксана Галькевич: Московская область не участвует.

Юлия Оглоблина: Не участвует.

Оксана Галькевич: А почему? За счет того, что тут доходы как-то у людей поближе к Москве повыше, «вам и 8% нормально», да?

Юлия Оглоблина: А мы услышали, кстати, был коллега из Орехово-Зуево, это же Московская область.

Константин Чуриков: Да-да.

Юлия Оглоблина: То есть вот как раз, получается, что он не…

Константин Чуриков: Человек заинтересован тем не менее.

Давайте сейчас послушаем нашего зрителя, зрительницу Елену из Владимирской области. Здравствуйте, Елена.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Елена.

Зритель: Здравствуйте, добрый день.

Константин Чуриков: Хорошая ли идея льготная сельская ипотека?

Зритель: Ну как таковая идея, может быть, и хорошая, но народ уже настолько привык к комфортным условиям жизни, что навряд ли поедут в деревню, где нет ни дороги, ни газа, ни школы, ни садика. И если еще везти детей в садик и в школу в какой-то районный центр, то это уже трудности, это во-первых. А во-вторых, с работой на селе вообще труба. Ездить в соседний…

Константин Чуриков: У вас какая работа на селе есть, откуда вы звоните?

Зритель: Ой, только колхоз какой-нибудь и магазин, больше ничего, какая еще работа может быть?

Константин Чуриков: Так. Ну а вы где работаете, в колхозе или в магазине?

Зритель: Если нет производства как такового, то вообще ничего.

Константин Чуриков: Елена, а вы где работаете?

Зритель: Я нигде, безработная.

Константин Чуриков: Сколько лет работу ищете?

Зритель: Последние года 3 уже точно, но найти практически хорошего чего-то нереально.

Константин Чуриков: А наоборот, перебраться в город, бросить сельскую местность думали?

Зритель: Ну это конечно, мы же ездим в город каждые выходные, чтобы в магазин по-нормальному купить покушать, одеться. Но… А в городе работы тоже нет особенной хорошей, чтобы тебя устраивала…

Константин Чуриков: Во Владимире?

Оксана Галькевич: Вы имеете в виду Владимир, да?

Зритель: Да, ехать, и чтобы с автобусом все совпадало, и с условиями работы, и зарплата чтобы устраивала, это проблематично.

Константин Чуриков: Понятно, спасибо.

Оксана Галькевич: Понятно, спасибо.

Зритель: Это если есть своя машина, то конечно.

Оксана Галькевич: Ну машина – это издержки еще дополнительные на обслуживание, на то, чтобы заправить еще.

Константин Чуриков: Интересно еще вот следующее обстоятельство. Хорошо, значит, просто так же я кредит непонятно куда, непонятно на что не возьму, ни один банк мне его не даст. Соответственно, мне нужно четко понимать, где конкретно я хочу строиться, иметь какую площадь, какое-то разрешение предварительное на строительство там. Вот эта вся волокита сколько нервов, сил и денег займет?

Юлия Оглоблина: Как отмечено было уже, понятно, что первый год пилотный. Вот мы уже в действии посмотрим, вот полгода пройдет, как она начинает работать. Но, конечно, я как лидер общероссийской общественной организации, которая представлена и в Общественной палате, и в Общероссийском народном фронте, мы будем всячески собирать обратную связь. И вот здесь, пользуясь случаем, к телезрителям тоже, которые попробуют поучаствовать, но столкнутся с проблемами, важно их не замалчивать, важно сразу доносить и решать эти проблемы.

Константин Чуриков: Подождите, Юлия, секундочку…

Оксана Галькевич: А куда доносить, кому сообщать об этих проблемах? Вам, в ваш общественный союз?

Юлия Оглоблина: Можно, да, можно.

Константин Чуриков: Секунду, Юлия, смотрите, мы же, каждый, кто, например, захочет в это ввязаться, мы рискуем своими собственными доходами и так далее, да? То есть здесь нужна на самом деле четкая пошаговая схема. Сегодня я возьму кредит, завтра я знаю, что, ой, оказывается, мне вот там, где я хочу, участок взять нельзя, и зачем оно мне надо?

Юлия Оглоблина: Нет, понятно, что, когда вы обратитесь в банк, вам четко каждый обязан все требования сказать. Там, естественно, постановление – это первый шаг. Следующий шаг – это реестр банков, а потом уже требования, которые прописаны банками по предоставлению этого льготного кредита. Но опять же не должно быть вот такого, что дом, какое-то ограничение, везде одни ограничения пытаются нам устроить. Опять же он должен обеспечивать подключение ко всем энерго, дороги, газ и так далее. Если это будет все прописано, понятно, что в сельской местности мало таких жилых…

Константин Чуриков: Давайте разъясним. Значит, заемщик может брать кредит не только на строительство дома, но и на покупку земельного участка?

Вячеслав Бабурин: Естественно, а как без него-то?

Константин Чуриков: Купить земельный участок сегодня просто?

Вячеслав Бабурин: Вблизи крупных городов-миллионеров Москвы и Санкт-Петербурга очень непросто, потому что стоимость очень высокая и прямо пропорциональна расстоянию: чем ближе к столицам и миллионникам, тем она выше, измеряется уже совершенно зашкаливающими цифрами.

Константин Чуриков: Если я, например, хочу купить участок земли как раз подальше от Москвы, но не слишком далеко, во Владимирской области, откуда нам звонили, мне его нужно покупать обязательно на вторичном рынке, или я могу обратиться в администрацию? Просто ли мне с ней будет найти общий язык?

Оксана Галькевич: Тебе просто, Костя.

Вячеслав Бабурин: Ну, вы знаете, вот насколько я знаком с кадастром, мне кажется, свободной земли в распоряжении у муниципалитетов практически не осталось. Вся земля, мы же особенно о сельской местности говорим…

Константин Чуриков: Да.

Вячеслав Бабурин: …она еще тогда была распаяна, в 1990-е гг., в принципе теоретически у каждого там есть свой пай, он может быть не оформлен конкретными границами, не размежеван, но он есть. И поэтому вот так вот просто получить участок от государства за пределами, по крайней мере в европейской части – это крайне маловероятно. Надо на вторичном рынке покупать.

Оксана Галькевич: Сергей из Челябинской области. Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Грустный голос.

Зритель: Да я хотел сказать, льготная сельская ипотека, смешно так. Сначала развалили все сельское хозяйство, все деревни поубивали, сейчас хотят, это самое, на одном Дальнем Востоке копейки кинуть, там действительно копейки какие-то кидают.

Константин Чуриков: Сергей, но надо же когда-то начинать восстанавливать, а то мы так никогда не возьмемся за это.

Оксана Галькевич: Разные были периоды, что ж теперь?

Зритель: Не так же восстанавливать, не так совсем начинают.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Ну вот они триллионы куда-то выводят за границей, триллионы где-то, это самое, воруют, вытаскивают, а тут копейки какие-то, это самое, кидают на развитие сельского хозяйства. Ну дайте людям, уберите налоги, дайте людям подышать, просто, это самое, дайте на строительство, это должно быть вообще бесплатно, льготное, это самое, строительство.

Константин Чуриков: Подождите, бесплатное совсем строительство?

Оксана Галькевич: Ну вот интересно, Юлия кивает активно головой, видимо, поддерживает, понимает больше, чем мы, о чем Сергей говорит.

Константин Чуриков: Юлия, может быть бесплатное строительство сейчас?

Юлия Оглоблина: Нет, я просто хочу коллегу здесь… Нас здесь сейчас слушают, я надеюсь, тысячи, миллионы сельских жителей…

Константин Чуриков: Было ли оно вообще хоть когда-нибудь бесплатным?

Вячеслав Бабурин: Конечно.

Константин Чуриков: Да?

Юлия Оглоблина: Именно по поводу уровня доходов, занятости, здесь, понятное дело, в первую очередь, если будет работа и достойная заработная плата, они будут брать льготную ипотеку, будут вкладываться в инфраструктуру и так далее. И вот в этом плане в этой госпрограмме, к сожалению, существенных мер по развитию занятости на селе нет. А вот правильно говорят, что доходы, доходы обеспечьте, а потом уже программы будут доступны для всех.

И в этом плане по поводу того, что личные подсобные хозяйства, раньше все на этом зарабатывали, потому что были кооперативы, было куда сдать свою продукцию. Сейчас правительство пытается возрождать, есть программы. Но мы делали анализ, на поддержку фермерских хозяйств 1% от общей поддержки на агропромышленный комплекс, 1% выделяется на малые формы хозяйствования на селе.

Константин Чуриков: То есть все это должно быть в комплексе, да?

Юлия Оглоблина: Конечно.

Оксана Галькевич: Не просто сельская ипотека, а еще что?

Вячеслав Бабурин: Ну вот совершенно Юлия правильно сказала, я согласен, что в принципе можно и бесплатно строить людям жилье, вопрос только в собственности, оно тогда не будет твоим, оно будет, соответственно, арендованным у государства.

Константин Чуриков: Социальное сельское жилье.

Вячеслав Бабурин: Да. А там дальше, например, если ты 20 лет там работаешь и живешь, или, как на Дальнем Востоке, у тебя родился первый, второй, третий, мы эту значительную часть можем переводить в конечном итоге к приватизации, бесплатной опять же приватизации, потому что понятно, что… Я согласен с Юлией: пока не будет решена проблема доходов, все остальное не будет работать.

Константин Чуриков: Еще один интересный сюжет. Вот вы знаете, буквально на днях премьер-министр России подписал закон о старте выдачи льготной дальневосточной ипотеки под 2%, туда же, собственно, и программа дальневосточного гектара. И вот люди возмутились, что, оказывается, вот буквально 9-го числа был закон, постановление подписано, и тут же, на следующий день там несколько человек получили этот льготный кредит, удивились, почему так быстро. Там пресс-служба разъяснила, что они заранее подали. В общем, люди переругались из-за ипотеки. Не получится ли в данном случае, как вы думаете?

Юлия Оглоблина: Опять же, если будет огромная очередь, люди уже сейчас не верят в программы почему? Потому что вроде бы программ много, но что-то добиться, что-то получить крайне сложно. И опять же вот раньше по «Устойчивому развитию сельских территорий», сейчас это мероприятие есть в новой госпрограмме, по социальным выплатам на улучшение жилищных условий, и очередь там сотни тысяч человек. И все говорят, что да, вроде бы программа есть, но получить эту социальную выплату на жилье практически невозможно. И очень хорошо, что в новой госпрограмме сохранили и эту соцвыплату, и появилась льготная ипотека, а еще появилось субсидирование муниципалитетов на строительство арендного жилья, то есть для молодых сотрудников, с возможностью потом…

Оксана Галькевич: Молодых специалистов таких, да?

Юлия Оглоблина: Молодых специалистов, да, с возможностью, если он 5 лет отработал, 3 или 5, это жилье может перейти в собственность. Это тоже разные механизмы…

Константин Чуриков: Вот это уже интересно.

Оксана Галькевич: Но это только для молодых специалистов?

Юлия Оглоблина: Нет-нет, для всех.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мы когда обсуждаем, допустим, подъемные для врачей, для учителей, всегда встает вопрос, почему, например, с опытом профессионал, врач, учитель не может поехать в сельскую местность, отработав какой-то стаж в городских территориях. Почему? Эти специалисты что, не ценятся, они не нужны в сельской местности?

Юлия Оглоблина: Нет, возраст там тоже, слава богу…

Оксана Галькевич: …тоже не имеет значения?

Юлия Оглоблина: Не имеет.

Оксана Галькевич: У нас есть звонок из Приморского края, Леонид наш телезритель. Здравствуйте, Леонид.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый, у вас вечер, действительно.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Я приветствую ведущих и ваших экспертов. У меня, значит, такое мнение. Дело в том, что с Приморского края каждый год уезжает по 80 тысяч человек, и это не пенсионеры, это люди в возрасте до 30, чуть старше.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Наверное, поздно с этой ипотекой дешевой взялись за дело-то. Мне бы хотелось, чтобы молодежь оставалась. Сейчас вот у меня две дочери, одна университет кончила, одна закончила сельхозакадемию, работы нет по специальности. Я сейчас всеми правдами и неправдами буду с Дальнего Востока выталкивать их, вы понимаете, в чем дело? Вот такие дела у нас, извините.

Константин Чуриков: Леонид, а вы из поселка, из деревни? Как называется ваш населенный пункт?

Зритель: Кавалерово.

Константин Чуриков: Но в самом Владивостоке, понятно, что расстояния огромные, но в самом Владивостоке-то работа точно есть?

Зритель: Так а будет жить один Владивосток, а не Приморский край.

Константин Чуриков: Да, развивать, «прошивать» инфраструктурой всю территорию страны.

Зритель: Надо, чтобы край жил, а не только Москва, Ленинград и Владивосток.

Константин Чуриков: Да, понятно, я просто справедливости ради, потому что есть тоже два мира – два Шапиро, есть Владивосток и есть остальной Приморский край.

Вячеслав Бабурин: Да.

Оксана Галькевич: Вы знаете, я наблюдаю за нашим SMS-порталом, и здесь периодически появляются такие сообщения, их настроение, характер примерно такой. «В городах выжить проще, чем в селе», – Магаданская область. «Сидите там и «чтокаете», а на селе-то вообще жили когда-нибудь, работали?» Смысл в том, что люди оценивают, разделяют сельскую и городскую жизнь на городскую жизнь как что-то приемлемое, нормальное и на сельскую жизнь как что-то, где надо биться постоянно за выживание, преодолевая какие-то бесконечные трудности.

Вот интересно, в какой момент мы именно так стали воспринимать жизнь в сельских территориях? Ведь не всегда же, наверное, так было? Ведь когда-то мы стремились, наоборот, из городов к своему дому…

Вячеслав Бабурин: Так было всегда.

Оксана Галькевич: Всегда так было?

Вячеслав Бабурин: Иначе бы в мире не стало преобладать городское население.

Константин Чуриков: Урбанизация.

Вячеслав Бабурин: Конечно. Это объективный процесс, тут особо не сделаешь. Другое дело, что можно, как принято говорить, распространить городской образ жизни на сельскую местность.

Оксана Галькевич: Так.

Вячеслав Бабурин: То есть создать те же самые условия работы и комфорта, какие существуют в городах.

Константин Чуриков: Коттеджные поселки?

Вячеслав Бабурин: А?

Константин Чуриков: Коттеджные поселки, газоны, парк, спортклуб?

Вячеслав Бабурин: Нет-нет-нет. Под городским образом жизни имеется в виду, что у вас, во-первых, городской набор услуг, то есть у вас есть горячая вода в доме, которая в дом заведена, у вас есть газ, у вас есть нормальное подключение электроэнергии и так далее.

Оксана Галькевич: Проще, Константин.

Вячеслав Бабурин: Вот городской стандарт, это первое. У вас есть дороги, доступ к соответствующим местам приложения труда, услуг и так далее. Если это не будет решено, то понятно, что, особенно молодежь, сколько ни говори, ни убеждай молодежь, она, конечно, поедет…

Там ведь еще в чем проблема? В городах, особенно в крупных, постоянный событийный ряд, там все время что-то происходит, а в сельской местности, даже если ты живешь в комфортных условиях, ну я извиняюсь, тишина… Это, может быть, тоже хорошо в определенном возрасте, но молодежь точно тишины не хочет.

Константин Чуриков: Так вот подождите, мы все ходим вокруг да около. Понимаем, наверное, сейчас, что нужна стратегия развития и освоения сельских территорий.

Юлия Оглоблина: Да.

Константин Чуриков: Прежде чем вы мне ответите на вопрос, какая у нас сейчас стратегия, я хочу спросить: а надо ли вообще молодежь туда заманивать? Молодежь хочет развлечений, молодежь хочет образование, она получит его в городах. Может быть, это история про жизнь уже, как сказать, ближе к преклонному возрасту? И не надо этого бояться, и не надо этого стесняться?

Оксана Галькевич: За 30, Константин.

Константин Чуриков: За 40, мне уже почти. Да?

Вячеслав Бабурин: Ну, вообще формально принята стратегия пространственного развития России. Но, как правильно говорят ее критики, она в основном как раз касается агломерационной части нашей России. Про сельскую местность там крайне мало написано в том числе потому, что ее писали горожане, а не сельские жители.

Константин Чуриков: Как всегда, да.

Вячеслав Бабурин: И, конечно, тут вот нужно как-то пытаться пройти между Сциллой и Харибдой. То есть, с одной стороны, мы понимаем, что это объективный процесс, может быть, я соглашусь, за молодежь бороться бессмысленно. Но с другой стороны, если там останутся одни пенсионеры, то 100% все умрет. Поэтому, конечно, бороться, мне кажется, надо за среднее поколение, которое уже… Значительная часть ведь не адаптируется в городах, далеко не все адаптируются. Вот те, кто не адаптировался, кому там дискомфортно, кто не устроил там свою жизнь, вот для тех это может представлять интерес, на них надо ориентироваться, может быть.

Оксана Галькевич: Интересно.

Константин Чуриков: Так, нам звонит сейчас Федор, Марий Эл. Здравствуйте, Федор.

Оксана Галькевич: Мне вот интересно еще… Потом.

Константин Чуриков: Сейчас-сейчас, Федора послушай, Оксана.

Оксана Галькевич: Да, Федор.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Добрый день. Спасибо большое, я дозвонился. Живу в деревне 30 лет, занимаюсь сельским хозяйством. Я хочу возразить вашим экспертам. Значит, в нашей сельской местности в ближайшей доступности такие города, как Йошкар-Ола, Чебоксары, Казань, Нижний Новгород. Есть дороги, есть газ, есть горячая вода, в доме канализация. Молодежь бежит. То есть как бы этот вопрос не решится. Если брать ипотеку, ну будет, как говорится, увеличиваться число дачников, а те, кто работают конкретно на деревне, эти люди так и останутся сами по себе.

Константин Чуриков: Федор, расскажите, пожалуйста, о вашем хозяйстве приусадебном и почему вы остались, собственно.

Зритель: Честно говоря, почему остался, не знаю. Я как-то разговаривал с одной бабушкой, ей было 80 лет, она где-то 1910 года рождения. Я у нее спросил, говорю: «Когда тебе жилось лучше всего?» Она сказала: «В 1930-е гг.». Я спросил: «Почему? Потому что ты молодая была тогда?» Она ответила: «Нет, тогда были времена единоличников, всего вдоволь было». Может быть, поэтому и остался в деревне, чтобы всего вдоволь было.

Константин Чуриков: Так, ну что у вас сейчас вот есть? Огород, может быть, крупный скот рогатый?

Зритель: Ну, огород, да, скотины 3 головы мы держим, пытаемся что-то делать, творог, сыры продаем и так дальше. Молодежь… У меня у сына 22 рабочие специальности, работа только в городе так, периодически. Для того чтобы молодежь осталась в деревне, уже где налажена инфраструктура, нужно возродить ту потребкооперацию, которая была в Советском Союзе.

Вячеслав Бабурин: Да.

Зритель: Чтобы можно было выращенную продукцию, без разницы, масло, шерсть, мясо, туда-сюда сдавать по приемлемым ценам, а не развозить по городам, стоять на рынках и так далее, и тому подобное.

Константин Чуриков: Федор, мы об этой вот потребкооперации, сколько существует наш канал, почти 7 лет говорим.

Оксана Галькевич: Говорим-говорим, да.

Константин Чуриков: Вот каждый день практически об этом говорим. А почему она не возникает, как вам кажется? Это какие-то препятствия сверху? Это несогласованность самих фермеров, сельхозпроизводителей? Почему так?

Зритель: Вы знаете, мне сложно сказать. Но, наверное, должна быть какая-то воля сверху. Я вам приведу пример, что с 1984-го по 1988-е гг. я работал в системе потребкоопераци в Сибири, были коопзверопромхозы, потребкооперация, и там все люди жили за этот счет. Ну вот если в принципе в городе зарабатывали 100–150 рублей, средняя зарплата была, то в сельской местности сдал ты масло, мясо, молоко, что угодно, викторию, любую ягоду, все это можно было писать на зарплату. Работники кадровые получали до 1 200 рублей отпускных.

Оксана Галькевич: Ну это в сезон, наверное, как-то, да?

Константин Чуриков: Прямо вот захотелось в те времена. Федор, спасибо большое за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Федор, спасибо.

Константин Чуриков: На самом деле очень интересно.

Оксана Галькевич: Вы знаете, вы сказали о том, что программы писали городские, из-за этого здесь определенные изъяны видны сразу же. У меня вопрос: а в чем проблема, собственно, привлечь к написанию такого рода программ людей, которые смыслят в этом, «деревенщиков», так скажем. Ну были же писатели-деревенщики, в общем, и как писали, слушайте! – вся страна зачитывалась.

Вячеслав Бабурин: Понимаете, деревня находится в стороне не только от такой столбовой дороги цивилизации, она и в стороне от научных интересов: гораздо меньше просто специалистов, которые занимаются сельской местностью…

Оксана Галькевич: Вот так вот даже?

Вячеслав Бабурин: …чем тех специалистов, которые занимаются городами; гораздо меньше специалистов, которые занимаются сельским хозяйством, чем тех, которые занимаются промышленностью, и так далее, это как бы тоже по всем ярусам проходит.

Константин Чуриков: Сейчас подведем итоги нашего опроса. Мы спросили, хороша ли сама идея о льготной сельской ипотеке, причем начали за здравие, сначала все стали голосовать «да», а теперь вот 50 на 50, «да» ответили 48%, «нет» 52%. Засомневались люди по ходу дела.

Оксана Галькевич: Нет, на самом деле мне кажется, что это очень хорошие результаты все-таки. Они говорят, что люди позитивно смотрят во многом.

Константин Чуриков: Мы будем следить за развитием этого проекта, обязательно встретимся и поговорим на эту же тему уже в 2020 году, когда будут какие-то первые итоги.

Спасибо нашим гостям за участие в обсуждении. В студии были Юлия Оглоблина, председатель Российского союза сельской молодежи, член Центрального штаба ОНФ и Общественной палаты России, и Вячеслав Бабурин, доктор географических наук, профессор.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Низкая ставка по ипотеке - это поможет вернуть людей в село?