Ипотека: ставки ниже - риски выше

Гости
Дмитрий Журавлев
научный руководитель Института региональных проблем
Гарегин Тосунян
президент Ассоциации российских банков
Александр Цыганов
заведующий кафедрой ипотечного жилищного кредитования и финансовых инструментов недвижимости Финансового университета при Правительстве РФ

Оксана Галькевич: Следующая наша тема такая. Ипотека, вы знаете, так разогналась в нашей стране, что становится немного не по себе. А вдруг какой-то поворот впереди, а мы не готовы? У нас же август сейчас. Мы вечно чего-то опасаемся, ждем чего-то недоброго. А вдруг что-то вот опять? А мы тут с вами понабрали этих ипотек всяких разных, да не простых, а ух каких!

Константин Чуриков: Да, ух каких ипотек набрали. Это Оксана имеет в виду ипотеку с низким первым взносом. В прошлом году таких кредитов было всего 24%, а вот сейчас, на данный момент – уже 45%.

Оксана Галькевич: 45% – это много, да. При этом ставки вроде бы как и ниже, но получается, что риски с таким небольшим взносом выше у того человека, который оформляет на себя этот кредит.

Впрочем, есть в нашей стране регионы, их аж семь таких, где никаким шоколадом, никакими предложениями людей не заманить в отделение банка для оформления ипотеки.

Константин Чуриков: Вы только вдумайтесь! На Камчатке, Чукотке, в Магаданской и Мурманской областях, в Еврейской автономной области, в Тыве и в Карачаево-Черкесии за первые полгода – внимание! – не было продано ни одной квартиры в новостройках. Прописью: ни одной. В шести из этих регионов продажи не идут вообще уже два года, остановились после запрета привлекать напрямую деньги дольщиков. Ну, это связано с изменениями в законах.

Оксана Галькевич: Вот как трактовать столь разнонаправленные сигналы? Бывает, что так спрашивают наши коллеги-журналисты. Давайте спросим и мы тоже. Чего уж бояться и стесняться? Тем более что у нас сейчас будут грамотные эксперты с нами на связи.

Константин Чуриков: Да, ждем ваших мыслей об ипотеке.

И сейчас мы приглашаем в эфир нашего первого эксперта – это Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков. Гарегин Ашотович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Гарегин Тосунян: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Гарегин Ашотович, пока мы сейчас выходим с вами на связи, снова к нашим зрителям: друзья, расскажите, за этот период, когда снизилась ставка по ипотеке, может быть, вы как раз обратились за ипотечным кредитом? На каких условиях? На какой срок? Насколько это сложно для вашей семьи? Вот расскажите, поделитесь своим семейным опытом.

Константин Чуриков: Гарегин Ашотович, вопрос первый. Ипотека стала доступнее в целом по стране, но в этих регионах, очевидно, ею гораздо меньше пользуются. Скажем так, кроме финансовых барьеров, какие еще? И что можно было бы придумать для того, чтобы люди, которые, ну очевидно, живут не в новом жилье, все-таки получили жилье новое?

Гарегин Тосунян: Ну, первое, что нужно в этом направлении делать – это, конечно, работать над снижением процентной ставки, потому что все-таки процентные ставки по ипотеке, в принципе по потребительскому кредитованию, ну и по бизнес-кредитованию, они заоблачные. Понимаете, люди берут за 8%. А то, что мы рекламируем иногда эти 6% – это по льготе, это редкие случаи, и то только в моногородах.

В принципе, вы уже сами отмечали, что в регионах дела обстоят намного хуже. Ряд регионов вообще не имеют нового строительства. И поэтому формально та льготная ипотека, которая под новое жилье вроде как объявлена, она для множества регионов недоступна. А вот в малых городах, где действительно ипотеку могут брать и берут, в общем-то, все равно эти ставки – 8% и выше – это ставки очень дорогие.

И то, что за период пандемии было какое-то смягчение, и льготность стимулировала некоторых брать поскорее, пока дают, – в общем, это в последующем может обернуться, конечно, для них долговой нагрузкой. Но я при этом хочу сказать, что все равно надо развивать этот вид кредитования, в том числе надо делать его действительно широкодоступным и по регионам.

Оксана Галькевич: Гарегин Ашотович, конечно, нужно делать его более доступным. Но, вы знаете, когда мы смотрим на некоторые данные, нам становится тревожно опять же, потому что мы ведь это соотносим с информацией о доходах населения, например, в нашей стране. Мы знаем, что зарплата ну не здорово растет. Я говорю «растет», потому что так нам говорят официальные статистические данные.

Константин Чуриков: Официально растет.

Оксана Галькевич: Да. Люди-то пишут, что ничего у них не растет. Смотрите. Ведь подогрели этот рынок ипотечный не только ставкой, хоть и на особых условиях, но и банковское сообщество, вот этот первоначальный взнос низкий. Ваши коллеги сознательно на это пошли, а это определенные риски. Вот мне интересно ваше отношение, ваша оценка.

Гарегин Тосунян: Вы знаете, я считаю, что смягчение по первоначальному взносу и по определенному льготированию – это позитивный фактор. Потому что банки просто так никому не дадут кредит, если они клиента не изучили и не имеют основания думать, что клиент будет добросовестно выполнять свои функции, свои обязательства.

Другое дело, что… Вы говорите: «Как сделать, чтобы эта система расширялась по всей стране, по более широкому кругу населения?» Для этого нужно, конечно, в первую очередь выйти из стагнирующей экономики и, конечно, стимулировать не жесткой денежно-кредитной политикой, которая у нас периодически объявляют.

Вот сейчас, когда ключевая ставка поднималась, сопровождалось опять же этой риторикой поднятие ключевой ставки: «Мы ужесточим требования, повысим, льготы отменим. И вообще, слишком перекредитовался наш народ». Нет, надо стимулировать, конечно, уровень жизни, чтобы люди больше дохода получали. Ну, вы понимаете, это зависит от комплексной экономической политики, а не только от отдельно взятого ипотечного проекта. Поэтому…

Константин Чуриков: А можно простой практический вопрос? Вот сейчас, значит, ключевая ставка выросла на процент. Потом, может быть, она еще вырастет. И так далее. Как себя поведут в этом случае банки? Правильно ли я понимаю, что банк в любой момент может поменять условия для клиента, когда берется кредит?

Гарегин Тосунян: Нет, в одностороннем порядке заключенный договор… не может в рамках заключенного договора меняться процентная ставка. А по новым кредитам: безусловно, кредит будет дорожать, когда повышается ключевая ставка. В этом-то и вся проблема. Зачем вот такую волатильность на ключевой ставке отрабатывать? Сначала мы опускаем, обнадеживаем людей, а потом начинается тренд в сторону повышения.

Более того, вы-то сейчас критикуете банки за то, что они слишком льготно выдают ипотеку, а на самом деле банки надо критиковать за то, что они довольно жестко, и с точки зрения процентной ставки, и с точки зрения условий кредитования, стимулируют к ипотечному кредиту людей.

Константин Чуриков: Спасибо вам большое, Гарегин Ашотович. Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков.

Нам звонят зрители. Людмила.

Оксана Галькевич: Людмила из Ростова-на-Дону у нас на связи. Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Хотела рассказать свою историю. Хотела взять ипотеку. Банк одобрил на однокомнатную квартиру, сроком на 15 лет. Когда посмотрела, все прочитала, ознакомилась с документами, оказалось, что я должна переплатить более 100% стоимости этого жилья.

Оксана Галькевич: А это на какой срок вам рассчитали?

Константин Чуриков: 15 лет.

Оксана Галькевич: На 15, да? А, за 15 лет – 100%.

Зритель: На 15 лет, я же вам сказал. На 15 лет, да.

Константин Чуриков: Людмила, а сколько стоит ваша однушка? И какой первоначальный взнос вы готовы были бы внести?

Зритель: Первоначальный был более 25%.

Константин Чуриков: И сколько однушка стоит в Ростове-на-Дону?

Зритель: 2 миллиона 600 тысяч.

Оксана Галькевич: И вы в итоге отказались от этой истории? Или все-таки…

Зритель: Да, отказалась, конечно.

Оксана Галькевич: Отказались?

Зритель: Ну это просто очень большая переплата, я считаю.

Оксана Галькевич: А процент какой вам предлагался, кстати?

Зритель: Получалось больше 7%.

Оксана Галькевич: Больше 7%? Понятно.

Константин Чуриков: То есть даже и эту, получается, льготную ипотеку, в частности, Людмила из Ростова-на-Дону позволить себе не может.

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Людмила, а если не секрет, кем работаете, какой доход?

Зритель: Ой, работаю… Доход вообще маленький. Ну, хотела попробовать – не получилось. Они одобрили, но большая, очень большая переплата.

Константин Чуриков: Понятно.

Оксана Галькевич: Спасибо большое. Слушайте, хорошо, что все-таки у вас, Людмила, хватило – ну как сказать? – чувства самосохранения какого-то со своим маленьким доходом…

Константин Чуриков: Да-да-да. Как говорится, Бог уберег.

Оксана Галькевич: Потому что многие люди все-таки вступают в ипотеку, несмотря на небольшие доходы.

Александр Цыганов у нас на связи, заведующий кафедрой ипотечного жилищного кредитования и финансовых инструментов недвижимости Финансового университета при Правительстве России. Александр Андреевич?

Александр Цыганова: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Вы слышали сейчас наш разговор со зрительницей? Кстати, это один из вопросов к банкам, который часто возникает: а зачем одобряют ипотеку людям с небольшими доходами? Ну, банкиры лучше считают. Но когда это очевидно… Здесь просто такая опасливая Людмила оказалась. Банкиры лучше считают. Они видят, человеку будет тяжело, он в ближайшее время может оказаться в затруднительной ситуации. Может, лучше не надо предлагать и настаивать?

Александр Цыганова: Вы знаете, здесь вопрос-то более сложный. Как я услышал, женщина не захотела брать кредит из-за большой величины переплаты за 15 лет.

Оксана Галькевич: Да, и это тоже.

Александр Цыганова: Да. Но мы с вами не услышали, какая же доля его дохода шла бы на погашение ежемесячно этого кредита. Вот если бы было понятно, что она тратит ощутимую часть – больше 30%, а тем более 50% дохода – и существенно снижается качество жизни, то она тогда сделала правильно.

Константин Чуриков: Ну, мы так деликатно не стали задавать этот вопрос напрямую. Видите, человек не хочет говорить, какая зарплата, кем работает.

Александр Цыганова: Понимаете, здесь без этого в вопросе все-таки нельзя разобраться полностью. Беда в том, что звучит страшно – 100% переплатить за квартиру. Но, с другой стороны, давайте посмотрим, а сколько денег потратится на съем квартиры, если она снимается? А сколько недополученного счастья будет из-за того, что жить было неудобно, тесно? Семьи новые не создадутся, не будет детей и так далее.

Поэтому, когда мы говорим о 100-процентной переплате, надо сравнивать ее с чем-то тоже достаточно существенным. Если мы сравниваем свою жизнь с 15 годами выплаты по кредиту, то это кажется действительно много, длинный срок. Но давайте тогда в сопоставимых экономических единицах сравнивать.

Оксана Галькевич: Хорошо, Александр Андреевич, скажите как специалист. Вы очень хорошо сейчас нас агитируете, можно сказать, объясняете. Ну понятно, это ваша работа. А какую часть дохода можно еще позволить отправлять на ипотечные выплаты, а вот за какие пределы все-таки не стоит переступать людям? Что вы посоветуете?

Александр Цыганова: Вы знаете, и этот вопрос на самом деле не так прост, как кажется. Дело все опять же в том, сколько человеку нужно в месяц для поддержания привычного качества жизни. Кому-то, может быть, и 80% дохода можно потратить на ипотеку, если у него доход – 5 миллионов рублей, к примеру, и он не привык их тратить ежемесячно. Хотя и такие люди есть, которые тратят по 5 миллионов. Опять же, если мы смотрим доход, к примеру, 25 тысяч рублей, который по России абсолютно достижим, то понятно, что даже 5 тысяч рублей в месяц потратить будет достаточно сложно.

Поэтому здесь я бы мерил не в процентах от дохода, а в том, сколько остается в реальности на жизнь и для поддержания приемлемого качества и уровня жизни, чтобы человек не чувствовал себя в кабале.

Константин Чуриков: Ну, как я обычно говорю: для поддержания штанов просто, чтобы не свалились. Да?

Оксана Галькевич: Нет, это уже не очень качественная жизнь.

Александр Цыганова: Для поддержания штанов, чтобы они не спадали от худобы?

Константин Чуриков: Да-да-да.

Оксана Галькевич: Должно хотя бы на подтяжки хватать.

Александр Цыганова: Это не связано с образом жизни, а связано с тем, что человек недоедает. Вот это, конечно, недопустимо.

Константин Чуриков: Слушаем сейчас Татьяну из Петербурга, Александр Андреевич, а потом ответите на ее вопрос. Татьяна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Да, добрый вечер.

Константин Чуриков: Что с ипотекой в Петербурге?

Зритель: Хотела бы своим взглядом поделиться, так как сама работаю в сфере ипотечного кредитования. На самом деле это очень хороший способ для населения приобрести собственное жилье. И на сегодняшний день созданы все условия для того, чтобы люди могли брать ипотеку. Ставки действительно выросли, но вместе с тем мы должны обратить внимание на рост цен на строительство, потому что цены за последний год выросли необоснованно намного. И так как выросли еще и ставки, то все это заплатит именно наше население своими платежами.

Константин Чуриков: Бывает даже, что люди берут кредит, берут эту ипотеку, получают одобрение, а там уже, как говорится, цены убежали вперед, да? Такое же тоже бывает.

Зритель: Да, действительно, срок ипотеки, допустим, на вторичное жилье – около 50 дней. И пока клиент одобряет свою ипотеку, пока он ищет себе объект, уже цена может возрасти.

Константин Чуриков: Татьяна, хочется сейчас… Извините, вас быстро перебью. По поводу портрета этого, скажем так, ипотечного заемщика. Кто он в Петербурге? Потому что нам очень любят рассказывать истории, что вот ипотека стала доступна широким слоям населения. А не получается ли так, что по льготной ипотеке, извините меня, приходит весьма обеспеченный человек приобретать недвижимость, и не как квартиру для жизни, а для инвестиций?

Зритель: Вы знаете, можно, наверное, заемщиков на две категории разделить. Как вы правильно говорите, первая категория, из-за которой действительно выросли цены на жилье, – это инвесторы. И часто это люди, которые именно в этой среде работают. Соответственно, они берут квартиры для инвестирования, сохранения денег и последующей перепродажи.

И вторая категория – это реальные покупатели, вот те, для кого действительно вводилась доступная ипотека, но кто, наверное, менее всего смогут эту доступную ипотеку почувствовать. Это молодые семьи очень часто. Часто это одинокие родители с детьми. И зачастую среди заемщиков выступают родители…

Константин Чуриков: …за детей.

Зритель: Да. Они приобретают жилье для своих детей.

Константин Чуриков: Спасибо большое, Татьяна, за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Александр Андреевич, скажите… Вот нам некоторые люди пишут, что льготная ипотека по низкой ставке так или иначе распространяется на первичное жилье, а есть же еще и вторичное, но ставки и условия разные. Скажите, а это в принципе, с точки зрения рынка, каких-то рыночных механизмов, справедливо?

Александр Цыганова: Вы знаете, когда говоришь про рынок, категория справедливости все-таки является ну несколько более сложной. Если мы говорим о первичном и вторичном, то, согласитесь, если на первичную недвижимость льготные условия, то в конечном итоге и вторичка подтянется. Любой продавец, кто продает вторичную квартиру и смотрит, что нет спроса, он просто-напросто будет снижать цены. Да, такого не наблюдается, я соглашусь, если мне захочет кто-то возразить. И связано это, по большому счету, с давлением средств людей, про которых сегодня уже говорили, кто хочет сохранить свои средства в условиях инфляции.

Поэтому, когда мы говорим про льготную ипотеку, говорим про рынок недвижимости, ну наверное, нужно отделить Санкт-Петербург, Москву, наверное, Сочи и курортную недвижимость – там действительно велико давление денег населения, которое хочет эти деньги сохранить, состоятельного населения.

В то же время, если мы посмотрим по России в целом, то там, где есть новостройки, там, где жизнь все-таки идет, льготная ипотека помогает и молодым семьям, помогает и людям в целом. Там стоимость недвижимости все-таки разогналась не столь ощутимо, как в столичных городах, и эффект, социальный эффект значительно выше.

Константин Чуриков: Да, спасибо большое. Александр Цыганов, зав. кафедрой ипотечного жилищного кредитования и финансовых инструментов недвижимости Финансового университета при Правительстве.

А теперь задумаемся, вот еще такая информация. Ну, мы сказали, что в Карачаево-Черкесии новостройки не продаются.

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Вот еще уточняющие данные: в Карачаево-Черкесии сейчас строятся два дома на всю республику, целых два, общей площадью 7 тысяч квадратов, на 112 квартир. Строится в Магаданской области… в начале года все-таки стали строить один дом – 3 тысячи квадратных метров, 64 квартиры. Пардон, но мы говорим о целом регионе.

Оксана Галькевич: И достаточно большом. Карачаево-Черкесия – достаточно населенный регион. В других регионах разная ситуация, но тем не менее.

Дмитрий Анатольевич Журавлев у нас на связи, научный руководитель Института региональных проблем. Дмитрий Анатольевич, здравствуйте.

Дмитрий Журавлев: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Дмитрий Анатольевич, это же довольно, мне кажется, большая региональная проблема, если на нашем Дальнем Востоке, в таких, в общем, важных регионах, со всех точек зрения, не строятся дома. Видимо (ну, первое, что приходит на ум), людям не очень по карману эти дома и, может быть, не очень хочется жить на Колыме.

Оксана Галькевич: Кстати, ипотека на Дальнем Востоке еще ниже – там 2%, по-моему, если я не ошибаюсь. Там специальная ставка.

Дмитрий Журавлев: Там специальные условия, на Дальнем Востоке специальные условия, это правда. Но у нас эта проблема есть не только на Дальнем Востоке. Помните, были наводнения и выдавали жилищные сертификаты? Мы еще их обсуждали у вас в эфире.

Константин Чуриков: Да.

Дмитрий Журавлев: В это время губернаторы некоторых сибирских регионов заманивали к себе людей жилищными сертификатами, потому что у них стояли эти дома, выстроенные местными строительными компаниями. Их было тоже – один, два, три, четыре (так же, как вы по другим регионам назвали), но их никто не покупал, потому что денег у людей не было. И в этом смысле у нас жилье вообще очень дорогое. Вот средний уровень доходов… Ну хорошо, как ты можешь его купить на средний уровень? Ну, лет через сорок.

Оксана Галькевич: Нет, если на средний уровень смотреть по Росстату, то вполне себе можно чего-нибудь и купить. По Росстату у нас красиво все.

Дмитрий Журавлев: Да. Но по регионам, а особенно Сибирь, Дальний Восток, Кавказ, вы на среднюю зарплату ничего не купите в принципе. Этого не может быть, потому что не может быть никогда Именно поэтому и появилась льготная ипотека.

Оксана Галькевич: Дмитрий Анатольевич, а может, надо еще смотреть по этим регионам, в каких городах строится/не строится, продается/не продается? Ну, в столицах региональных, краевых и республиканских, там еще жизнь какая-то идет. А вот в малых городах с населением меньше 100 тысяч, 50 тысяч, там тоже людям нужно нормальное жилье, но там, наверное, посложнее построить и продать.

Дмитрий Журавлев: Там вообще… Давайте хоть в краевых столицах продадим. Понимаете? Какие города, где 100 тысяч населения? Вы о чем? Хоть в краевых столицах давайте продадим. Мы и этого не можем. Я же об этом говорил: в среднем общий доход населения региона достаточен, чтобы купить какое-то количество квартир, но у каждого в отдельности этих денег нет.

Константин Чуриков: Так, Дмитрий Анатольевич, но как-то решать проблему надо. Государству надо, чтобы люди не уезжали из этих регионов. Ну смотрите – 2% не помогают. Что еще можно сделать?

Дмитрий Журавлев: У меня есть предложение. Не уверен, что оно обрадует Министерство финансов, но оно у меня есть. Оно довольно простое: это жилье должно покупать государство, причем федеральный бюджет, потому что в региональных бюджетах денег нет. Предоставлять людям.

И когда государство как владелец… Дальше два варианта. Либо оставить все в государственной собственности – то, что называется «социальное жилье». Либо второй вариант: государство как владелец погашает этот кредит за счет выплат человека, но уже очень конкретных выплат. Он уже живет. Он уже понимает, где он живет. Он понимает, что он не окажется на улице. Государство знает, сколько он зарабатывает, сколько зарабатывает его семья.

Оксана Галькевич: Дмитрий Анатольевич, у нас звонок есть…

Константин Чуриков: Нет, уже сорвался звонок.

Оксана Галькевич: А, сорвался звонок?

Константин Чуриков: Сорвался, да.

Оксана Галькевич: Тогда есть вопрос. Скажите… Когда мы говорим, что новостройки строятся/не строятся, продаются/не продаются, у нас сразу перед глазами такая высотка, примерно как у вас сейчас за спиной.

Константин Чуриков: У нас здесь на плазме.

Оксана Галькевич: Да. А может, просто не то строят в этих регионах? Вот Карачаево-Черкесия – у них уклад другой. Может, они там тоже этими высотками мыслят, их строят, а никому это не надо. В той же Еврейской автономной области – тоже. Может быть, не высотками, вот этими небоскребами, а по-другому мыслить?

Дмитрий Журавлев: Там строятся двухэтажные дома. Там, кстати, люди с гораздо большим удовольствием живут. И себестоимость отдельного квадратного метра, ну, его производства меньше. Вы сами понимаете.

Но есть другой аспект – земля дорогая. Там, где земля дорогая, там дома начинают расти вверх, потому что вы на одной и той же площади можете построить больше квартир. Но дальше стоит вопрос: а как их продать? Высотки же строятся не из любви к высотным зданиям, а из любви к доходам.

Оксана Галькевич: Слушайте, у нас тогда просто вся страна такая дорогая-дорогая! Вот просто куда ни поедь…

Дмитрий Журавлев: У нас очень дорогая. Другой вопрос: почему? У нас немалые налоги. У нас очень – как бы это повежливее сказать? – корупциоемкая экономика.

Оксана Галькевич: Тут только так, тут только по-прямому.

Дмитрий Журавлев: Как правильно сказала ваша зрительница (я давно уже смотрю передачу, до того, как меня вывели в эфир), есть большие сложности с этим всем. Вот из Петербурга женщина звонила. Поэтому, да, мы удивительная страна – очень богатая, очень дорогая, при этом с очень бедным населением.

Константин Чуриков: Ну, тогда, знаете, два варианта: либо население делать срочно богаче, либо населению… Вы говорите, что бесплатно квартиру в Магадане? Я прямо задумался. Я сейчас прямо первый полечу осваивать. Я думаю, многие так сделают.

Дмитрий Журавлев: Вы извините, нам на Дальнем Востоке населения очевидно не хватает, да? Вот люди живут, хорошо, не в Магадане, а в Хабаровске. Необходимо эта квартира должна быть бесплатной, она может быть платной. Но давайте создадим условия… Государство уже вложил свои доходы в эту квартиру, а дальше создадим механизм оплаты, удобный для обеих сторон, чтобы не плюс 100%. А у моего одного знакомого плюс 200% получилось.

Оксана Галькевич: Дмитрий Анатольевич, а это не корупциоемкая…

Константин Чуриков: Коррупциогенная.

Оксана Галькевич: Это ли не корупциогенная история? Ну простите, застройщики, когда начинали этот проект, тот или иной, который оказался невыгодным, не продается, они должны ведь были риски оценивать. В итоге, если государство будет это все выкупать, оно компенсирует кому? Бизнесу.

Дмитрий Журавлев: Нет, государство будет выкупать у бизнеса по принципу: «Бизнес, у тебя есть, поэтому я заберу», – как делал предыдущий мэр Москвы. Вот тогда государство выкупало все излишки у застройщиков. Тогда такие цены на жилье и получаются, я с вами абсолютно согласен. Но нужно же не выкупать, а покупать. Дело не в том, что у застройщика лишнее жилье, давайте быстренько у него купим. Давайте купим жилье для тех людей, которые нам там нужны: для рабочих, для инженеров, для тех, кто будет этот самый Дальний Восток поднимать, чтобы мы с вами снова не обсуждали тему, что на весь Дальний Восток все электростанции – угольные.

Константин Чуриков: Ну а про рабочие места… Потом, может быть, не знаю, перенесем офис какой-нибудь крупной добывающей компании из Москвы в тот же Хабаровск, например, да? Можно в Магадан.

Дмитрий Журавлев: Переносить не надо. Там достаточно, чтобы были предприятия, которые добывают. Как и предлагает, кстати, Минфин. Я его не только ругаю. И чтобы платили налоги там – в Хабаровске и Магадане.

Константин Чуриков: Вот-вот.

Дмитрий Журавлев: Там должны быть заводы, не офис. Офис пусть себе в Москве платит, если ему так интересно. Основные затраты идут на предприятия, там основная часть людей работает, и с них большие налоги берут.

Оксана Галькевич: Эту тему мы обсудим завтра в нашем прямом эфире.

Константин Чуриков: Продолжим завтра, да. Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Дмитрий Анатольевич, спасибо большое. Дмитрий Журавлев, научный руководитель Института региональных проблем, был у нас на связи.

Константин Чуриков: Челябинск нам пишет: «Дмитрий Анатольевич всегда правильно все говорит». Дмитрий Журавлев.

Оксана Галькевич: Ты Колыму не обижай, Костя. Ну что ты?

Константин Чуриков: Я обожаю наши Севера, между прочим. В отличие от некоторых, я там бывал.

Оксана Галькевич: А по интонации, Константин, между прочим, не скажешь.

Константин Чуриков: Через пару минут продолжим, будем говорить, кстати, о Северах, о малой авиации в нашей стране.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)