К нам летит мусор

К нам летит мусор
Зачем такая пенсионная реформа? Прогрессивную шкалу придётся подождать. География роста зарплат. Путин об Украине. Налог на старые машины
Бюджетные траты на пенсионеров сократили, а их жизнь к лучшему не изменили. Об эффективности пенсионной реформы
Сергей Лесков: В России власть своей герметичностью напоминает тайную ложу
Олег Бондаренко: Один из двух больших проигрышей Путина на Украине – это возвращение Крыма
Алексей Коренев: У нас несправедливы не только налоги, но и отчисления. В фонд соцстраха те, чей доход до 912 тысяч, платят 2,9%. А те, кто получают больше, не платят вообще
Действия при нападении хулигана, вооруженного ножом. Помощь пострадавшему с колотой раной
Алексей Зубец: Согласно нашим расчётам, реальные зарплаты людей будут расти практически по всей стране
Самые популярные народные поправки в Конституцию
Налог на старые машины увеличат
Зачем такая пенсионная реформа?
Гости
Натан Эйсмонт
ведущий научный сотрудник Института космических исследований РАН

Петр Кузнецов: Коронавирус, пожары, угрозы Третьей мировой… А теперь еще и космический мусор, который может свалиться на наши головы.

Ольга Арсланова: Его еще тут не хватало.

Петр Кузнецов: В буквальном смысле.

Ольга Арсланова: Да. В Российской академии наук предупредили об опасности падения с неба осколков ядерных реакторов. Это те, которые остались от старых советских спутников. Похожие фрагменты, кстати, упали на территорию Канады в январе 78-го года. То есть угроза не фантастическая, а вполне реальная. Давайте ее обсуждать прямо сейчас.

С нами на связь выходит ведущий научный сотрудник Института космических исследований Российской академии наук Натан Эйсмонт. Натан Андреевич, приветствуем вас в прямом эфире.

Петр Кузнецов: Натан Андреевич, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Расскажите нам больше об этом мусоре.

Петр Кузнецов: Мы же правильно понимаем, что это вы как раз первым предупредили, что скоро что-то будет падать?

Натан Эйсмонт: Я не знаю, я ли предупредил, но во всяком случае об этом стало известно чуть заранее – до того, как упало что-то. Но на самом-то деле первое зафиксированное падение относится, вообще говоря, уже ко времени, которое можно отнести… относится к советскому времени, то есть когда, в общем, было больше оптимизма относительно возможностей использования ядерной энергии, ядерных двигателей для космических исследований.

Петр Кузнецов: Натан Андреевич, чтобы мы понимали: что это за штуки, которые могут упасть, как на территорию Канады упали в 78-м?

Ольга Арсланова: И откуда конкретно они будут падать? Как они там оказались? Что вообще с ними произошло?

Натан Эйсмонт: Вы знаете, это на самом деле последствия некой деятельности, которая была связана, быть может, с избыточным оптимизмом, касающимся применения ядерных устройств на борту космических аппаратов. В некоторых смыслах, в некоторых своих характеристиках такого рода устройства, конечно, представлялись (и сейчас, может быть, представляются) довольно удобными. Речь идет о разведывательных спутниках, которые летали не слишком высоко. А «не слишком высоко» – это означает на 200–250 километрах.

Ольга Арсланова: Ну да, совсем рядом

Натан Эйсмонт: Это разведывательные спутники, и они вели свою разведку с помощью радиолокации. Главным образом их целью были морские цели. Вот такая высота очень удобная. Но если такую высоту вы хотите реализовать, то вам нужны какие-то специальные устройства на борту. И наиболее удобными здесь оказались, конечно, не солнечные батареи, а ядерные установки. Вот эти ядерные установки применялись на борту таких аппаратов.

Но здесь какая проблема сразу возникает? Хорошо, поработал такой аппарат. А что же с ним делать, когда его эксплуатация завершается? Нормальные, аппараты без ядерных установок, они входят в атмосферу, благополучно сгорают. В общем, это никак проблем не составляет. Но если на борту ядерная установка, то что будет с ядерным топливом? Оно тогда неизбежно попадет на Землю. То есть этого нельзя допустить

Поэтому с самого начала было запланировано, что к концу эксплуатации такого рода аппаратов включается двигатель, который переводит аппарат на какую-то более высокую орбиту – ну, скажем, 900 или 1 000 километров. Предполагается, что на такой высоте аппарат просуществует, ну, по крайней мере, лет триста. А «через триста лет, может быть, разберемся, что с ними делать». Вот такая была установка.

Ольга Арсланова: А что пошло не так?

Петр Кузнецов: У нас с космосом…

Натан Эйсмонт: Вы знаете, на самом деле сначала что-то пошло не так у американцев. Они первыми эту идею реализовали где-то еще в 64-м году. И у них прямо с самого начала этот аппарат с ядерным устройством взорвался, попросту говоря, и осколки эти посыпались на Землю. Ну, какие там были последствия для тех, кто запускал, для тех, кто встречал эти осколки – сейчас трудно сказать. Но дело в том, что вот эта неудача наших разработчиков, конечно, не остановила, потому что все-таки все понимали, что, в общем-то, мы умеем делать довольно надежные аппараты.

Ольга Арсланова: У нас просто, к сожалению, две минуты, а хочется еще узнать, насколько это опасно – вот то, что произойдет.

Петр Кузнецов: Вот смотрите. То есть опасность не в том, что тонна какого-то металла на голову упадет, а в том, что это радиоактивная штука, да? Или это даже в виде осадков, если прокапает?

Натан Эйсмонт: Совершенно верно – то, что это радиоактивно. И такое случилось в 78-м году – упало на Канаду. Ну, без тяжелых последствий, но тем не менее последствия были очень неприятные. Пришлось как-то разбираться с этим, заплатить штраф. И в последующем эту программу в значительной мере, не сразу… Запущено было 30 с лишним аппаратов.

Ольга Арсланова: А сейчас куда-то летит-то? Куда? Можно понять, куда упадет? И когда?

Натан Эйсмонт: Ну, сейчас на самом деле это трудно понять, потому что здесь рассеивание очень большое. Будем надеяться, что все эти падения (раньше они случались) будут на морскую поверхность все-таки – и тогда это особой опасности не представляет.

Петр Кузнецов: Но тем не менее еще один важный момент, Натан Андреевич. Если это от советских аппаратов, то будем ли мы нести ответственность, если это окажется на Земле? Опять на Канаду упадет, и они могут нам предъявить? Или в данном случае космос общий?

Натан Эйсмонт: Вы знаете, что касается того, что сейчас ожидается, то это, в общем, не так тяжело выглядит, как это выглядело раньше. Если раньше это вполне такой конкретный аппарат рассыпался уже при входе в атмосферу, то сейчас речь идет о тех осколках, которые образовались как-то раньше. И они уже сейчас настолько сильно рассеяны, что определить, куда наиболее концентрированные, что ли, куски или группы аппаратов упадут – это довольно сложно. То есть определить даже, кто же больше всех пострадает – это сейчас практически невозможно.

Петр Кузнецов: Польша потом все равно скажет, что они больше всех пострадали. И Украину подключит. Спасибо.

Натан Эйсмонт: Ну, на самом деле это не исключено.

Петр Кузнецов: Спасибо вам большое. Это было очень интересно. Спасибо, Натан Андреевич. Натан Эйсмонт, ведущий научный сотрудник Института космических исследований РАН, о космическом мусоре.

Ольга Арсланова: Сейчас мы уходим на небольшой перерыв, скоро вернемся. И впереди наша большая тема – мы говорим о мировых угрозах XXI века, которые назвал генсек ООН. И одна из проблем – это социальное и финансовое неравенство людей в мире. Об этой угрозе поговорим совсем скоро.

Петр Кузнецов: Никуда не уходите.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски