Как Китай строит бизнес на российской территории и не стоит ли уменьшить его присутствие?

Как Китай строит бизнес на российской территории и не стоит ли уменьшить его присутствие? | Программы | ОТР

Китай, Россия, бизнес, партнёрство

2020-08-21T20:05:00+03:00
Как Китай строит бизнес на российской территории и не стоит ли уменьшить его присутствие?
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Екатерина Заклязьминская
кандидат экономических наук, научный сотрудник сектора экономики и политики Китая Института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова РАН
Виктория Перская
директор Института исследований международных экономических отношений Финансового университета, доктор экономических наук, профессор, заслуженный экономист РФ

Константин Чуриков: Ну а сейчас поговорим о нашей дружбе. Новые требования китайских властей вызвали скопление вагонов на границе. Российские угольщики, ОАО «РЖД» и чиновники жалуются на проблемы с вывозом, с экспортом угля в Китай через погранпереходы – якобы там появились новые таможенные правила и претензии к качеству нашего топлива. Возникает вопрос: а как же дружба?

Тамара Шорникова: Да, возникает такой вопрос, во-первых. А во-вторых, возникает такой русский вопрос: а в чем дело, собственно? Аналитики не видят реальных предпосылок к сокращению импорта угля в Китай – спрос в стране восстановился. Поддерживают собственных производителей – такая версия есть. Или стали больше покупать у конкурентов?

Сколько теряют наши угольщики прямо сейчас, ну и нацбюджет, соответственно? Давайте разбираться.

Константин Чуриков: А мы не будем гадать. Мы сейчас спросим Викторию Перскую – это директор Института исследований международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве. Виктория Вадимовна, здравствуйте.

Виктория Перская: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Во-первых, вас с днем рождения!

Виктория Перская: Ой, спасибо большое!

Константин Чуриков: Я не знаю, как это будет по-китайски, но мы вас поздравляем. Мы очень всегда рады общению с вами.

Виктория Вадимовна, если не праздничную тему взять, то что там происходит? Давайте сейчас посмотрим на графику. Мы посмотрели. Значит, по данным «Синьхуа» и «РЖД», на самом-то деле импорт в целом угля в Китай вообще повысился за январь-май на 17%, а из России упал на 14%. Это не мы виноваты, это нас так заставили. Что происходит?

Виктория Перская: Вы знаете, я могу судить сейчас по китайской прессе то, что они оценивают. Основа – как совершенно правильно вы сказали, то, что идет поддержка национального производителя. У них сегодня при том, что существенно растут объемы импорта (ну относительно существенно) после пандемии, поставлена задача – повысить уровень эффективности работы отечественных шахт. Поэтому, как вы правильно отметили, речь идет о том, чтобы стимулировать национальных производителей Китая, повысить добычу угля каменного внутри страны. Оснований для того, чтобы воспрепятствовать импорту, у китайцев нет.

Пресса их вообще этот вопрос обходит стороной. На чем они делают основной упор? Необходимо повысить занятость, повысить эффективность работы национальных производителей, потому что существенно упала норма прибыли у китайских шахтеров. Отсюда падение зарплаты. Отсюда у них снижение покупательной способности. То есть это своего рода, я бы сказала, не совсем добросовестное конкурирование в целях поддержания национального производителя в Китае.

Константин Чуриков: Виктория Вадимовна, когда у нас, например, в гостях китайский лидер, наша пресса и китайская сообщают о беспрецедентно высоком уровне сотрудничества и доверительных отношениях. Если, например, пошла, как говорится, такая пьянка, то почему не проговорили это заранее? Это же надо было заранее обсудить. Что за сюрпризы такие?

Виктория Перская: Вы знаете что? Здесь нельзя говорить о том, что… Да, беспрецедентно высокий уровень взаимоотношений, беспрецедентно высокое доверие между лидерами и между странами. Обратите внимание, что на нашу вакцину «Спутник-5» или «Спутник V», как ее называют, именно китайцы очень позитивно отреагировали. Никто из них не допускает даже мысли о том, что эта вакцина недобросовестная и прочее (то есть то, что развернуто в странах Запада).

Но для них сейчас стоит задача – поднять и нарастить свое внутреннее производство, повысить уровень доходов, поэтому на местах производители и на местах власти меняют по ходу правила игры. В какой-то степени они берут пример с господина Трампа. То есть эпоха такая, понимаете? Все конкурируют.

Тамара Шорникова: Виктория Вадимовна, если еще коротко про взаимоотношения и возможные переговоры, то вот как раз наши угольные компании сейчас говорят о том, что ситуация действительно серьезная, и просят вывести эту тему на какие-то межгосударственные совещания.

Виктория Перская: На межправкомиссию.

Тамара Шорникова: Да. Соответственно, какие перспективы? Все-таки бизнес бизнесом, дружба дружбой. Можно ли на уровне между государствами как-то урегулировать этот вопрос и все-таки вернуться?

Виктория Перская: Совершенно вы правы, вы абсолютно правы. Как только будет вынесено на межправкомиссию… А по данным «Коммерсанта», сокращение составило по российскому экспорту где-то 14% за последнее время. Как только это будет вынесено на межправкомиссию, тут же китайская сторона отреагирует.

Более того, они сейчас в своей прессе очень четко описывают мультимодальные перевозки с использованием этих поставок, каменного угля в том числе. То есть это использование как навальных грузов, так и потом перевозка в контейнерах. И для этого открывают новые порты на территории Китая. Поэтому говорить о том, что они смогут существенно сократить объем импорта, нереально. Они будут его наращивать.

Более того, даже поставка газа из нашей страны… Вторая линия начала строиться. Она должна повысить экологичность теплоснабжения на севере Китая, это важная задача. Тем не менее угольные поставки будут производиться.

Я хочу обратить еще знаете на что внимание? Сейчас пресса китайская муссирует и очень обсуждает вопрос замены природных носителей, таких как уголь, на зеленую энергетику – солнечную, ветровую, водную и прочие. И рассматривают вопросы повышения экологичности обеспечения. Но тепловая электроэнергия, в частности каменный уголь, используется именно для этого. Актуальность для Китая не исчезает.

То есть мы считаем… Вот я в данном случае рассматриваю (может быть, я говорю несколько так жестко), что это не совсем справедливая конкуренция.

Константин Чуриков: Я сейчас специально задам самый дурацкий вопрос в своей карьере: как мы можем на это ответить Китаю, какие зеркальные меры ввести?

Виктория Перская: Вы знаете, зеркальных мер здесь не нужно никаких вводить, потому что у нас пошла очень большая поставка рыбы в Китай. Сейчас вся китайская пресса и наша пресса актуальные события отражают. У нас идет поставка продуктов питания.

И для китайцев сегодня это приоритет. Не случайно обращение господина Си Цзиньпина о том, что надо более умеренно питаться и не выкидывать свои продукты. Потому что когда китайцы построили среднезажиточное общество, у них уже вопрос обеспечения продовольствием ушел как бы на второй план. Если вы в Китае сидите, то для них, вы знаете, наесться… Ну извините, не за столом будет сказано. Вот если отрыжка, то это уже фактор того, что он наелся, он обеспечен, он мог позволить себе вот такой уровень сытости.

Константин Чуриков: Вот они как там питаются-то, наши соседи.

Виктория Перская: И очень большое количество людей, китайского населения сейчас стало достаточно легкомысленно относиться к продуктам питания. А вы знаете, что у них сильно сокращаются посевные площади, у них сокращаются объемы. То есть потребление растет. И у них достаточно большой импорт – не только сои, но и пшеницы, даже частично молочных продуктов, молока. Хотя китайцы плохо его усваивают. Ну, это исторически, у них генотип такой.

Константин Чуриков: Тоже не переваривается.

Виктория Перская: Ну, тем не менее. Поэтому вполне возможно, что объяснение последует такое: «Сейчас у нас достаточно мало линий перехода, поэтому идет поставка продовольствия, более приоритетная. Но мы обязательно выполним все наши обязательства по покупке каменного угля».

Тамара Шорникова: Мне кажется, мы сейчас не успокоили телезрителей, а наоборот – разозлили. Мало того, что уголь не покупают, так еще и рыбу сейчас все отберут.

Константин Чуриков: И рыбу заберут, да.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телезрителей…

Виктория Перская: Нет, они не отбирают. Это идет в рамках внешнеторговых контрактов. Понимаете, это наши внешнеторговые контракты, договорились. Ведь внешнеторговые контакты подписываются примерно за полгода. Вот сейчас идут те поставки, контракты на которые были подписаны в начале года. Сейчас подписываются контракты на поставки в начале следующего года. То есть полугодовая разница. Поэтому, вы знаете, никто не нарушает интересы Российской Федерации.

Тамара Шорникова: Понятно.

Константин Чуриков: Ну да. Тома просто говорит о потребителях. То есть этой рыбы, Тома, нас лишили полгода назад уже.

Тамара Шорникова: Стало легче, знаешь, заметно.

Виктория Перская: Нас не лишили. У нас достаточно много, просто она не вся попадает к нам на прилавок.

Тамара Шорникова: Понятно, да. Давайте послушаем телезрителей. Кто у нас сейчас на связи?

Константин Чуриков: Твоя тезка – Тамара из Хабаровска.

Тамара Шорникова: Здравствуйте, Тамара.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Константин Чуриков: Да, пожалуйста.

Зритель: Вы знаете, я дальневосточница и очень близко сталкиваюсь с китайцами, тем более что они заполонили полностью наш город и вообще Хабаровский край. Им отдали в аренду земли совхозные и так далее. Зная этот народ не по теории, а на практике, в жизни, знаем мы, что верить им нельзя. Это очень непорядочный народ. Они после инцидента на Даманском острове сказали: «Воевать с Россией мы не будем, мы захватим ее мирным путем». Что сейчас и происходит.

В Забайкалье выжигают, вырубают и вывозят наши леса. На Дальнем Востоке в Хабаровском крае земли наши захватили. Много земель у них в аренде, которые они затравливают химикатами. Рынки наши завалены продукцией негодной, одноразовой.

Поэтому это народ, которому верить нельзя. И то, что говорят теоретики – это одно, а на практике это другое. Я была в Китае. Я видела, как они берегут и оберегают свои леса, свою природу, свою экологию. И я вижу, как они относятся к тому, что происходит в России.

Константин Чуриков: Спасибо, Тамара, за ваш звонок.

Виктория Вадимовна, я знаю, что вы примерно сейчас, наверное, ответите. Это Китай виноват в этом? Или это мы виноваты?

Виктория Перская: Нет, это мы виноваты. Я вам сразу говорю: абсолютно права слушательница или телезрительница, которая отражает эти моменты. А какому народу так можно верить, как она сейчас сказала? Какой народ, приходя в чужую страну (а для него эта страна чужая, она никогда не будет для него родной), он будет относиться к ней не потребительски?

Вы знаете, сейчас один из аргументов, почему наша элита 90-х годов рассматривала Россию как… Вы знаете, всегда называли: «Это страна, где можно зарабатывать деньги, где можно их делать, а детей своих учить за границей». Так вот, китайцы, приходя в Россию, они не будут относиться к нашей стране, как к родной стране. Они будут ее по максимуму использовать, причем нарушая все возможные правила. От нас зависит, чтобы поставить их в соответствующие рамки.

Попробуйте в Германии начните такой бизнес, который они разводят у нас на территории, – их там сразу быстренько приструнят. И штрафы будут такие, что они просто-напросто не согласятся на это.

Вы знаете, что интересно? Сейчас в Евросоюзе вообще приняли закон об анализе за китайскими прямыми инвестициями. И если приходят инвестиции, которые не соответствуют интересам стран Евросоюза или угрожают их экономической безопасности, то эти инвестиции могут быть отклонены.

А у нас-то сегодня, к сожалению… Вот почему в Хабаровске? Слушательница говорила, что в Хабаровске они ведут безобразный образ жизни, они захватывают… Ну, не они захватывают, а им дали в аренду на 49 лет. То есть за это поимели какие-то или большие, или маленькие деньги, или, извините меня, коррупционные деньги.

Константин Чуриков: Им позволяют это захватывать.

Виктория Перская: Им позволили это делать, совершенно верно. Поэтому что же нам тут говорить, если мы у себя в стране не хотим все в порядок привести?

Константин Чуриков: Виктория Вадимовна, спасибо большое. С днем рождения! Всех благ! До новых встреч в эфире.

Тамара Шорникова: Да, поздравляем.

Константин Чуриков: Виктор Перская, директор Института исследований международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве.

Тамара Шорникова: А прямо сейчас Николая послушаем, это Красноярский край. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Постоянно смотрю вашу передачу, вас очень сильно уважаю, что вы поднимаете такие вопросы.

Константин Чуриков: Спасибо.

Зритель: Я сам бывший офицер, лейтенант в запасе. Живу в Красноярском крае. У нас китайцы здесь заполонили все. Для них все рабочие места отдают. Они выращивают вот эти помидоры химические, которыми просто людей травят. Наша власть просто враждебно к нам относится, если они допустили такое, что Китай захватывает Россию откровенно.

Константин Чуриков: Николай…

Зритель: Весь Красноярский край уже Китаю принадлежит. Вырубают леса. Где китайцы побывают – на этой земле просто ничто не растет, даже сорняки на ней не растут. Как так? Почему глава государства нашего не поднимает этот вопрос? Или ему это не надо? Непонятно.

Константин Чуриков: Спасибо. Николай из Красноярского края был у нас в эфире.

Мы подключаем к нашей беседе Екатерину Олеговну Заклязьминскую – это научный сотрудник сектора экономики и политики Китая НИИ мировой экономики и международных отношений имени Примакова РАН. Екатерина Олеговна, здравствуйте.

Екатерина Заклязьминская: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Наверху, на высшем уровне понимают, что вот такие настроения в обществе? Не нравится это гражданам. Вы слышали, что ваша коллега говорила до вас: действительно, у нас позволено Китаю вот так себя вести, так работать в нашей стране.

Екатерина Заклязьминская: Да, конечно, ситуация очень неприятная. Но стоит отметить, что все-таки мы имеем некоторые плюсы от нашего двустороннего сотрудничества. То есть китайцы открывают также и заводы, которые приносят рабочие места, в том числе и нашим гражданам.

Конечно, негативных аспектов еще очень много, то есть необходимо их все прорабатывать. Но все-таки не стоит забывать о том позитиве, который приносит, в том числе нашей экономике, наше двустороннее сотрудничество.

Константин Чуриков: Мы начали с того, что позитив убавляется. Этот угольный случай на границе. Давайте так сформулируем вопрос: с учетом непростых времен, в которых сейчас живут все экономики мира, что может еще поменяться? Что завтра нам скажет Китай, что ему это не нужно от России?

Екатерина Заклязьминская: Насчет «не нужно». Достаточно трудно, конечно, сказать, что ему не нужно. То есть в Китае сейчас ведется такая политика – политика переноса производственных мощностей на территории сопредельных стран. То есть в этом плане мы можем некоторое преимущество от этого переноса получить.

Кроме того, что Китаю не нужно? Наше продовольствие Китаю нужно по-прежнему. Вот уголь наш, конечно, Китаю на данный момент уже, скорее всего, не так интересен. В принципе, Китай сейчас настроен на то, чтобы развивать свой внутренний рынок. Наши сырьевые ресурсы Китаю по-прежнему нужны в связи с развитием собственной промышленности. Что не нужно? Сельскохозяйственные угодья по-прежнему нужны, по-прежнему интересуют.

Константин Чуриков: В нашей стране?

Екатерина Заклязьминская: В нашей стране, да.

Константин Чуриков: Регион Байкала особенно интересует?

Екатерина Заклязьминская: Байкал интересует, да. Из-за того, что сейчас проводится достаточно жесткая экологическая политика на территории самой страны, им необходимо выводить производства, поэтому по-прежнему, конечно, наша страна, которая является сопредельной, для них является интересной. Кроме того, Северный ледовый путь также является достаточно привлекательным для них. Конечно, туризм.

То есть таких моментов достаточно много. Конечно, в связи с пандемией ситуация немного меняется, но по-прежнему российские сырьевые и продовольственные товары, на мой взгляд, будут… то есть поставки будут только увеличиваться.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем мнение еще одной телезрительницы – Ларисы из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, Лариса.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер, Лариса.

Тамара Шорникова: Как выглядят наши отношения с Китаем? Что в них не так, может быть, как вы считаете?

Зритель: Я хочу сказать, что, если сказать точно, я не знаю, как выглядят эти отношения. Но я счастлива хотя бы в том, что мы стали сближаться хотя бы с Китаем. Это прекрасные люди, честные, чистоплотные, умные! Это те люди, которые не могут предать. Понимаете, в чем дело?

Я их знаю лично с какой стороны? Я была маленькая, я родилась на Дальнем Востоке. Родители работали. Я, в общем-то, жила практически в китайской семье. И я хочу сказать, что… Ну я не знаю, если бы я эту женщину увидела сейчас, на руках которой я выросла, я бы ее узнала. Понимаете?

Константин Чуриков: Лариса, ну смотрите. Наверное, мы сейчас по неправильной траектории пошли. Мы пытаемся все как-то обобщить на уровне народа, на уровне страны, государственной политики. Все, конечно, гораздо сложнее. Вот вы в Петербурге живете. В Петербурге до пандемии китайские туристы были постоянно: зима, осень, весна и так далее.

Зритель: А что же в этом плохого?

Константин Чуриков: Какие сейчас китайцы?

Зритель: Что же в этом плохого? Что в этом плохого? У нас полунищий город стал. Вы же не знаете, здесь не живете.

Константин Чуриков: Ой, да как это? Лариса, я к вам езжу. У вас прекрасный город.

Зритель: Ну, в центре он, конечно, прекрасный. Я тоже живу в неплохом районе. Но что же плохого в том, что они приезжают, что они интересуются нашей страной?

Константин Чуриков: А мы об этом как раз и не говорим. Ничего плохого в этом нет. Пускай все китайцы к нам приедут в качестве туристов.

Тамара Шорникова: Просто любопытно. Ваши же соседи жалуются, ваши музейщики жалуются. Вот хотим узнать разные мнения.

Зритель: На что они жалуются?

Константин Чуриков: На то, что их нет сейчас, китайцев. Понимаете, городу плохо.

Зритель: Я тоже хочу сказать, что совершенно верно. Когда китайцев мало, то для нашего города тоже плохо.

Тамара Шорникова: Вот такой консенсус нашил. Хорошо.

Константин Чуриков: Да, спасибо.

Екатерина Олеговна, а как бы нам такую золотую середину найти, вообще какую-то дорожную карту внутреннюю сформировать? Что мы с Китаем должны делать, а что мы не должны? Где мы их ждем, а где мы их не ждем? Чтобы это был какой-то, ну знаете, консенсус с людьми, которые в нашей стране живут. Это возможно?

Екатерина Заклязьминская: Я считаю, что, конечно, возможно найти консенсус, который будет выгоден обеим сторонам. Туристов китайских, конечно, мы ждем. Но единственное, что необходимо этих туристо строго контролировать, поскольку существует опять же достаточно масштабный нелегальный, «черный» рынок китайского туризма, который необходимо контролировать.

Китайских промышленников мы тоже ждем, но опять же необходимо следить за экологической составляющей, чтобы китайские производители берегли нашу природу, естественно. Китайские компании, которые закупают российскую продукцию, мы тоже ждем. В первую очередь как раз, как я уже говорила, пищевая продукция.

Кроме того, конечно, хотелось бы, чтобы мы смогли сбывать в Китай продукцию с высокой добавленной стоимостью. Но тут, конечно, ситуация пока еще такая достаточно сложная. Кроме того, конечно, сырьевые ресурсы наши все так же интересуют Китай. Возможно, хотелось бы развивать сотрудничество по данному направлению.

То есть в целом с Китаем у нас такие достаточно тесные и плотные отношения. И необходимо в дальнейшем, конечно, их развивать по всем направлениям.

Тамара Шорникова: Екатерина Олеговна, кстати, о развитии отношений. Короткий пример как раз из угольной отрасли. Мы же все рассчитывали, что наш экспорт будет только увеличиваться. Например, вот из справки: к 2035 году с 250 миллионов почти до 400 миллионов тонн, соответственно, должны вырасти наши экспортные поставки, в том числе в Китай.

Может быть, просто сейчас какие-то базовые сценарии нужно пересматривать? Нужно понимать, что как-то по-другому будут наши отношения с Китаем развиваться? Как-то уменьшать свои ожидания от этих отношений?

Екатерина Заклязьминская: Этот вопрос касается угля или в целом нашего экспорта?

Тамара Шорникова: Уголь – это только пример. Я имею в виду – возможно, мы как-то слишком много ожидали от этих отношений, а сейчас их нужно пересматривать?

Екатерина Заклязьминская: В Китае сейчас на самом деле пандемия внесла некоторые коррективы в принципе в стратегию экономического роста, Китай сейчас хочет ставить акценты именно на внутреннем потреблении. Поэтому, возможно, конечно, такой масштабный экспорт той продукции, например сырьевой, на который мы рассчитывали, наращивать у нас не удастся.

Но экспорт товаров народного пользования, я считаю, имеет достаточно высокий потенциал. То есть в Китае это востребовано, наша продукция во многом считается как экологически чистая в Китае. В этом я вижу, конечно, потенциал. Какие-то сырьевые продукты опять же или продукты, которые Китай может производить самостоятельно, конечно, Китай будет максимально сокращать поставки, поскольку им необходимо поддерживать отечественного производителя.

Константин Чуриков: Если им нужны от нас экологически чистые продукты, то пусть будут добры и все-таки как-то по нашим правилам нашу экологию берегут.

Спасибо. Екатерина Заклязьминская, научный сотрудник сектора экономики и политики Китая НИИ мировой экономики и международных отношений имени Примакова.

Люди смотрят на нашу надпись и недоумевают. Вот Тамбовская область пишет: «Почему угля? Почему «ставим дружбу во главу угля»? Наверное, «ставим во главу угла». Это была шутка, уважаемые зрители.

Кстати, о шутках. Они сейчас будут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)