Как протесты в США повлияют на окончательный результат президентских выборов?

Как протесты в США повлияют на окончательный результат президентских выборов? | Программы | ОТР

Узнаем мнение политологов

2020-11-05T20:16:00+03:00
Как протесты в США повлияют на окончательный результат президентских выборов?
Должны ли дети работать и с какого возраста лучше приобщаться к труду
Пострадавшие от реагентов: дети, животные, машины, обувь
Истории российских туалетов: как старики и дети вынуждены ходить за сотни метров к холодной яме
ТЕМА ДНЯ: Россия без туалета. XXI век. Почему в некоторых школах нет канализации и как добиться её проведения?
Лечить зубы станет дороже
НДФЛ предложили платить самостоятельно
Крым столкнулся с катастрофической нехваткой воды. В Евпатории отключили горячую воду до конца декабря
Регионы. Что нового? Хабаровск, Воронеж, Тюмень
Зарплаты россиян. Нам грустно. Рецепт китайского чуда. Прививки от ковида. Цены с пробегом. «ЖКХ по-нашему». Кто лучший руководитель
Росстат представил свежие данные по зарплатам – всё лучше, чем мы думали
Гости
Валерий Гарбузов
директор Института США и Канады РАН, доктор исторических наук, профессор
Андрей Кокошин
заместитель научного руководителя ВШЭ, академик РАН

Ольга Арсланова: Ну что ж, а мы продолжаем, к главным событиям прямо сейчас. Вечер четверга, а президент США еще не известен, и, кстати говоря, неясно, как долго мы еще не узнаем, кто же стал президентом. Но россияне внимательно, почти как за родными, следят за этими американскими выборами. Интересуется ими каждый 2-й, это результаты опроса Фонда «Общественное мнение».

Александр Денисов: Да. Но Байден все-таки уже немного обгоняет. Насчет того, кого выбрать, хорошо сказал однажды Джулиан Ассанж, когда стоял выбор между Хиллари и Трампом, он скептически заявил, что это все равно что выбирать между сифилисом и гонореей. Возможно, такая же дилемма и сейчас...

Ольга Арсланова: Но и то и другое лечится, Саш.

Александр Денисов: Но и то и другое неприятно, Оль, тем не менее, хотя я не знаю, не в курсе.

Если серьезно про Америку, почему бы за ней не следить? Если что в Америке рухнуло, то это по всему миру. Вспомним историю знаменитую с Lehman Brothers: когда они обанкротились, то понеслось, глобальный кризис 2008 года, по всему миру. Так что следить-то мы все-таки вынуждены.

Ольга Арсланова: Можно любить Америку, можно не любить, но вот этот эффект, который обязательно настанет, нельзя не учитывать.

Кстати, социологи выяснили, кто бы победил, если бы выбирали мы, россияне: сторонников Трампа оказалось среди россиян в 3 раза больше, чем сторонников Байдена. Может быть, просто Трамп нам привычнее, мы видели, как наши депутаты поднимали за него шампанское, а про Байдена мы знаем только плохое, мало и плохое.

Александр Денисов: Хотя, Оль, я, честно говоря, от души за Байдена, потому что это такой веселый парень. Мы будем только в ближайшие 4 года угорать, слушая его речи.

Ольга Арсланова: Да, да. Ну, в самой Америке, еще раз напомним, окончательные результаты не подвели, по предварительным данным, Байден, который нравится Саше, лидирует. Трамп опровергает поговорку и судит победителя, подает иски о пересмотре результатов уже прямо сейчас. В России, к сожалению, нет в букмекерских конторах сейчас ставок на Байдена или на Трампа (кстати, недоработка, можно было бы хорошо заработать на этом), а вот коэффициент на победу Трампа у крупнейшей букмекерской британской компании упал с 2,5 в ночь перед выборами до 1,5. Ставки на Байдена, видишь, напротив, выросли.

Что касается реальных фондовых ставок, американский рынок отреагировал на возможную победу Байдена самым большим послевыборным ралли в американской истории. Российским бумагам и рублю расклад пока тоже идет на руку, рубль стал лидером роста среди валют развивающихся рынков. Я вот не экономист, я пока не очень понимаю, почему рубль растет, я так понимаю, что Байден же если станет президентом, введет санкции против России еще более жесткие.

Александр Денисов: Конечно, введет.

Ольга Арсланова: Давайте поговорим.

Александр Денисов: Оль, а насчет, ты говоришь, почему не принимаем ставки, – это с нашей стороны было бы нечестно, потому что мы же влияем на выборы, мы знаем результат, поэтому мы не используем свое преимущество.

Ольга Арсланова: Перестраховались.

Александр Денисов: Абсолютно, да, все тут на поверхности.

Ну и у нас на связи наш первый собеседник – Валерий Гарбузов, директор Института США и Канады Российской академии наук. Валерий Николаевич, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Валерий Гарбузов: Добрый вечер.

Александр Денисов: Валерий Николаевич, вы знаете, вот мы все думаем, что нас связывает с Америкой, как раз находим, ну вот вспоминаем кризис, что от них все начинается. Я сообразил, что нас еще связывает. Сейчас же Новый год наступает, наши россияне еще в недалеком прошлом любили туда ездить на распродажи, так сказать, с большим сейлом прикупить там себе пальто, еще что-нибудь. Вот мы не знали, что это нужно делать под выборы, сейчас это вообще бесплатно, понимаете, Валерий Николаевич, вот сейчас как раз и нужно ехать туда, чтобы отхватить пару бесплатных Nike или телевизор.

Ольга Арсланова: Если пустят.

Александр Денисов: Как считаете?

Валерий Гарбузов: Я думаю, телевизоров и у нас достаточно, необязательно за этим ехать.

Александр Денисов: Ну бесплатных-то нет, бесплатных нет.

Ольга Арсланова: А можно я по-другому вопрос переформулирую? Очень многих волнует, возможны ли серьезные беспорядки по итогам выборов и даже гражданская война между республиканцами и демократами, сторонниками точнее республиканцев и демократов.

Александр Денисов: Я, видимо, Валерия Николаевича окончательно в тупик поставил своим долгим вопросом про кроссовки.

Ольга Арсланова: Просто телевизор у нас бесплатный и работает плохо. Валерий Николаевич?

Александр Денисов: Да, сейчас наладим связь...

Ольга Арсланова: Вот, мы вас видим.

Валерий Гарбузов: Да, что-то со связью.

Ольга Арсланова: Итак, возможность серьезных беспорядков? Пока что мы понимаем, что каких-то серьезных инцидентов нет, но напряжение растет, и многие эксперты даже говорят о возможности гражданской войны.

Валерий Гарбузов: Вы знаете, достаточно посмотреть в энциклопедию, что такое гражданская война, и понять, что этой гражданской войны в США не будет, это первый момент. Второй момент: следует понимать, что американское общество – это расколотое общество. Это общество, которое наполовину состоит из консерваторов, наполовину из либералов. Это проявляется в избирательной кампании, в каждой избирательной кампании, когда избирается президент Соединенных Штатах Америки, особенно.

В последнее время это противостояние еще более обострилось, и обострила это противостояние фигура Трампа, его деятельность. Потому что это экстраординарный президент, президент, который сначала строил, не будучи еще президентом, бунт в Республиканской партии, путем выборов стал лидером партии и президентом Соединенных Штатах Америки. Он разбередил все так называемое вашингтонское болото, обозначил проблемы давние, старые, которые нужно решать, пытался их решить, что-то решил. Но многие проблемы не решены, потому что они накапливались десятилетиями, и это все вызвало ответную реакцию, ответную реакцию со стороны другой, либеральной Америки. Вот мы все это видим сегодня.

Александр Денисов: Валерий Николаевич, вы уж извините, я вернусь к началу, к этим грабежам. Вот такое ощущение со стороны складывается, вот пока в Америке есть что грабить, там будут бороться за демократию, ходить на протесты, на митинги, разносить по ночам магазины, вот пока есть такая возможность, и выборы будут продолжаться бесконечно, поскольку, ну чего ж, прекрасно живется. Почему бы не бороться за демократию, когда такие шикарные условия?

Валерий Гарбузов: Выборы бесконечно продолжаться не могут, потому что через 41 день после голосования должна собраться коллегия выборщиков и выбрать президента, что и будет сделано. А вот до этого времени могут быть суды, могут быть разбирательства, выяснения отношений. Я думаю, по такому сценарию это и пойдет. А параллельно все это может сопровождаться уличными акциями, шествиями, действиями вот этих банд...

Александр Денисов: Так их можно и продолжить. Хорошо, выборщики собрались, подсчитали, а дальше появляются те же самые лидеры, которые сейчас там у них видят одних и тех же в Орегоне, в Портленде, еще где-то, и заявляют: «А мы не согласны, это несправедливые выборы, выборы неверные», – и опять все понеслось по новой. А вы говорите, что все закончится. Через 41 день можно еще только веселее все развернуть.

Валерий Гарбузов: Понимаете, если выборщики проголосуют за того или иного кандидата, за Байдена или за Трампа, то все заканчивается. Мало ли, что кто не согласен, ради бога. Двадцатого января будет инаугурация, и кто-то из кандидатов вступит в должность президента, это будет Трамп или Байден.

Ольга Арсланова: Валерий Николаевич, вот наши зрители многие знают, конечно же, что-то о Байдене, что-то о Трампе, совершенно не хотят, возможно, вникать вот в эту сложную систему, да, со всенародным голосованием, с выборщиками, потом с возможным Верховным судом. Вот что интересно узнать? Какой вариант развития Америки предлагает один и другой кандидат? В чем их принципиальная разница? Вот если можно коротко, в чем главная идея Трампа, в новый срок если он идет, и в чем у Байдена.

Валерий Гарбузов: Главная идея Трампа выражена в его лозунге «Сделать Америку великой снова». Вот он пытался это делать, обозначив наиболее сложные и застарелые проблемы Соединенных Штатов Америки и давая простые рецепты решения этих проблем. Но как вы понимаете, старые проблемы, накопившиеся проблемы не решаются быстро и не решаются просто, и это проявилось. Он пытался решить иммиграционную проблему, но у демократов свой взгляд на эти вещи, поэтому в этом плане он был блокирован. Он пытался решить проблему реформы здравоохранения со своих республиканских консервативных позиций, но у демократов своя точка зрения на это. Он отменил реформу Обамы, демократы недовольны этим.

Поэтому, понимаете, его президентство оказалось блокированным, его все время молотили, его все время колотили, его пытались отстранить от должности под разным предлогом. Сейчас третья попытка, которую предприняли демократы уже в ходе выборов, попытка вынести Трампа из Белого дома. Он не хочет, он не хочет, поэтому он будет сопротивляться и цепляться за любой шанс, с тем чтобы остаться еще на 4 года в Белом доме.

Ольга Арсланова: Ага, это идея Трампа. А что изменит Байден, если станет президентом? По крайней мере что он обещает сделать, что он декларирует?

Валерий Гарбузов: Если Байден станет президентом, то будет проведена ревизия наследия Трампа во внутренней политике. Будет... Вообще Байдена воспринимают как возвращение к нормальности, к тому упорядоченному политическому процессу, который был характерен для Соединенных Штатов Америки во всяком случае до Трампа. Надо сказать, что ведь спокойной политической жизни в США никогда ведь не было, там постоянно идет политическая борьба, это считается нормальным.

Но все политические решения в Соединенных Штатах Америки, мощные, важные решения, всегда принимались, и, я надеюсь, будут и впредь приниматься на так называемой двухпартийной основе. Политическая элита и республиканская, и демократическая всегда стремится искать общенациональный и двухпартийный консенсус. Для Трампа это не было характерно, он пытался проламывать свои решения, Конгресс не давал это делать, тогда он вводил свои новшества с помощью указов, минуя Конгресс, а это еще больше его раздражало, особенно демократическую часть. Трамп оказался самым авторитарным президентом США за всю американскую историю, начиная с колониальных времен.

Александр Денисов: Валерий Николаевич, если он такой авторитарный, почему он не воспользовался своим административным ресурсом и не победил в этих выборах? Ну очевидно же, что уже проигрывает. Безусловно, может быть все что угодно, но тем не менее уже сейчас у него выборщиков на 40, что ли, меньше, чем у Байдена. Где его административный ресурс, этого авторитарного парня?

Валерий Гарбузов: А потому что система правления в Соединенных Штатах Америки основана на принципах сдержек и противовесов и принципах разделения властей. В полной мере расцвести его авторитаризму не дали несколько сил. Первая сила – это американская пресса, вторая сила – это Демократическая партия и демократы в американском Конгрессе, которые делали все необходимое, для того чтобы этих авторитарных тенденций, устремлений было бы меньше. И наконец-то третья сила – это федеральная бюрократия, федеральная вашингтонская бюрократия, которая на этом примере показала действительно, что она является тем, чем ее иногда называли до этого, настоящим американским правительством.

Александр Денисов: Так что же это за авторитаризм, который так себя и не проявил? Интересный такой.

Ольга Арсланова: Это были потуги авторитарные.

Валерий Гарбузов: Послушайте, это авторитарная личность, но этой авторитарной личности в США был поставлен заслон, поэтому, собственно говоря, он не сумел проявить свой авторитаризм в полной степени.

Александр Денисов: Но зато ему приписывают, что проявил себя в экономике, все-таки она показала рост. Если бы не вот эта история со всемирной болезнью, то шансы у него были бы, конечно, значительно выше. Согласны с этим утверждением?

Валерий Гарбузов: Конечно, значительно выше. Ведь когда начиналась кампания, когда Трамп выходил на старт, то он выходил с главным козырем, а главный козырь – это экономический подъем, который, правда, начался не при Трампе, а он, надо сказать, был заложен еще администрацией Обамы, и администрация Обамы очень умело выводила Соединенные Штаты Америки из кризиса 2008 года, и она вывела, она подготовила вот эту подушку. А тут пришел Трамп, и, конечно, основной экономический подъем пришелся на администрацию Трампа. Трамп, надо сказать, умело уловил эту тенденцию и, снизив налоги на крупный бизнес, ускорил этот экономический подъем, поэтому вклад вместо этого тот подъем внесли две администрации, администрация Обамы и администрация Трампа.

Ольга Арсланова: Валерий Николаевич, но мы понимаем, что в Соединенных Штатах Америки сильная экономика, как бы там кто к этому ни относился. Так имеет ли сейчас такое уж большое значение, кто там президент, учитывая систему сдержек и противовесов, учитывая то, что партии, у них вроде бы разные идеи, но тем не менее, как вы говорите, федеральная бюрократия является настоящим руководителем. Так ли важно для современной Америки, кто занимает этот пост? Сильно ли может от этого измениться обстановка в стране?

Валерий Гарбузов: Вы знаете, в любом государстве есть то, что можно называть постоянными величинами. Эти постоянные величины, константы, не меняются со сменой правительства и со сменой главы администрации, так и в Соединенных Штатах Америки.

Ольга Арсланова: Естественно, абсолютной власти у президента нет.

Валерий Гарбузов: Нет, власть есть, и разница между президентом демократом и республиканцем такова. Республиканцы считают, что чем меньше федеральное правительство правит, тем лучше, а демократы считают, что федеральное правительство должно подчас напрямую использовать свои регулирующие механизмы в социальной и экономической сферах. Вот это главное отличие во внутренней политике.

Ольга Арсланова: Да, спасибо вам большое.

Александр Денисов: Спасибо, Валерий Николаевич. Валерий Гарбузов у нас был на связи, директор Института США и Канады Российской академии наук.

Ольга Арсланова: Давай послушаем нашего зрителя, который вместе с другими россиянами следит за американскими выборами. У нас Михаил из Московской области на связи. Добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер. Слышите меня?

Ольга Арсланова: Да, слышим.

Зритель: Ну, у меня такое мнение, что безразлично, кто станет президентом. Любой, абсолютно любой американский президент будет делать все на благо Америки, все, этим все сказано, вот. И поэтому кто там будет... Ну а договориться можно с любым человеком, я думаю.

Александр Денисов: Так еще ни с одним не договорились, Михаил, вы говорите, с любым. До этого ни с кем не договорились.

Зритель: Ох... Вы знаете, мы слишком часто идем на компромиссы, надо более жестче ставить вопрос, именно жестче, а не так, что там мы там уступили, там уступили. Тогда, конечно, соответственно, они так и будут разговаривать, когда понимают, что мы уступаем в любой ситуации. Нельзя отступать. Сила есть, я думаю, это немаловажно.

Александр Денисов: Да, спасибо. И сила есть, и ум есть. Спасибо, Михаил, да.

Ольга Арсланова: А вот, кстати, о мнении россиян. Спросили наши корреспонденты у жителей нескольких городов, кто из президентов США больше всего им запомнился за все время, которое возможно. Вот что получилось, давайте посмотрим, посмотрим, где там Трамп.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Ага.

Александр Денисов: Ну вот прекрасная иллюстрация скорее не об американских президентах, а о нас самих. Мы не помним зла, вот не помним Карибского кризиса при Кеннеди, чуть ядерная войне не развернулась, но считаем, что он был хорошим парнем. Ну такие мы люди, забываем, забываем.

Ольга Арсланова: «Симпатичный» хорошо олицетворяет Америку. Кстати говоря, мне кажется, Барак Обама из современных президентов – это вот такое современное лицо Америки: действительно оптимистичный, молодой, энергичный демократ. Трампа никто не назвал.

Александр Денисов: Ну, Трампа что называть, он сам себя называет пока.

Наш следующий собеседник – Андрей Кокошин, заместитель научного руководителя Высшей школы экономики, академик Российской академии наук. Андрей Афанасьевич, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Александр Денисов: Андрей Афанасьевич, вот мы сейчас общались с Валерием Гарбузовым, он мою иронию вообще не поддержал, так он серьезно относится к этим выборам. Я вот опять, что мы можем для России извлечь полезного из проходящих сейчас выборов в Америке, ну завершившихся? Вот у них, например, на избирательных участках, там народ лезет, им кажется, что там что-то сейчас нахимичат, и у них окна закрывают такими щитами, чтобы не было видно, что там происходит. Как вы думаете, если мы возьмем пример на вооружение и начнем на наших выборах тоже окна закрывать, чтобы не было видно, что мы там делаем? Хороший пример нам подают?

Андрей Кокошин: Да нет, я вообще не вижу ничего такого в американских выборах, что бы мы могли использовать в нашем опыте политической жизни. У них своя система, свои условия, свои традиции, которые в какой-то степени... нарушены в ходе этих выборов и вообще в предыдущей фазе политического развития США, у нас своя система, в Европе своя, в Китае своя. Я думаю, что ничего такого интересного, полезного, что мы могли бы позаимствовать в Соединенных Штатах, нет.

Но вообще я бы хотел обратить внимание, что в Соединенных Штатах сложилась действительно уникальная политическая обстановка. Уровень противостояния между демократами и республиканцами такой, которого, наверное, не знала вообще история Америки со времен гражданской войны, когда было противостояние между Севером и Югом. Это сказывается и на личных отношениях между двумя кандидатами в президенты, на личных отношениях между Байденом и Трампом. Я не помню, например, того, чтобы в таких масштабах были бы действительно личные такие выпады друг в друга, особенно в ходе дебатов, о которых мы слышали...

Ольга Арсланова: То есть, Андрей Афанасьевич, это не политическая игра? Это они всерьез?

Андрей Кокошин: Всякое бывало в американской политической истории, но эти выборы в этом отношении были, наверное, самые такие острые и самые необычные.

Ольга Арсланова: Ага. Андрей Афанасьевич, вот какой вопрос. Сейчас Трамп заявляет, что не будем пересчитывать голоса в нескольких ключевых штатах. Он идет на осознанную провокацию, он идет на заявление о том, что есть фальсификации массовые. О чем это говорит? Он взволнован, чувствует неуверенность? Это косвенные свидетельства того, что Байден, скорее всего, станет президентом Америки?

Андрей Кокошин: Ну, во-первых, это говорит о том, каков характер Трампа. Он известен как человек, который пытается бороться до конца, в тех или иных ситуациях он действительно такой, я бы сказал, активный политический боец с определенным характером, который не всегда могут демонстрировать американские президенты. Но явно, что сейчас он очень опасается, конечно, исхода всей этой кампании. Мы знаем, и сейчас у вас прошли сообщения, о том, что у Байдена набрано гораздо большее количество голосов выборщиков, и, естественно, у Трампа остаются какие-то такие небольшие, я бы сказал теоретические, шансы одержать победу, и он сейчас попытается задействовать все механизмы, какие только можно, для того чтобы уйти от поражения, которое, в общем, весьма реально.

Александр Денисов: Да. А вот вопрос интересный, согласны ли вы с Валерием Гарбузовым, что как только выборщики все уже окончательно проголосуют, через 41 день назовут, это все, поставит точку? Ведь, может быть, тут точку ставит улица, как считаете?

Андрей Кокошин: Ну, насчет улицы я не знаю, я так углубленно, как Валерий Николаевич, не занимаюсь сейчас внутренней политикой США. Улица, конечно, играет определенную роль в американской политической жизни, но играют роль и отработанные многими десятилетиями политико-правовые механизмы. Я думаю, что сейчас Трамп на данный момент попытается в максимальной степени задействовать эти механизмы, оспорить итоги выборов в отдельных штатах, для этого будут задействованы соответствующие суды, и на определенном этапе он может задействовать и Верховный суд. Но еще до этой стадии ему нужно дойти, нужно получить определенные результаты в судах конкретных штатов. Получит ли он какие результаты, это большой вопрос.

Ну а что касается улицы, то я думаю, что... Мне кажется, что, скорее всего, она здесь не сыграет какой-то решающей роли. Правоохранительные органы нацелены на то, чтобы пресекать эти волнения, пресекать соответствующие выступления, хотя такие выступления есть и наверняка еще будут.

Александр Денисов: Но сейчас же не пресекают, все это продолжается у них, горит, полыхает. Или им сейчас неинтересно пресекать, время не пришло?

Андрей Кокошин: Ну, насчет того, что горит и полыхает, я, честно говоря, не видел таких сообщений, картинок...

Ольга Арсланова: Там более-менее спокойно пока вроде бы.

Андрей Кокошин: ...как это было, например, несколько месяцев назад, когда действительно и горело, и полыхало, и были грабежи, массовые такие, я бы сказал, акты вандализма, сейчас как-то все немножко по-другому. Но может быть, ситуация обострится, поэтому всякие повороты вполне реальны.

Ольга Арсланова: Андрей Афанасьевич, давайте поговорим про нас и наш интерес. Мы видим, уже рубль подорожал немного... Я, правда, не очень понимаю, почему избавляются от долларов, видимо, просто на каких-то новостях из США. Какой исход выборов был бы выгоден России? Что для нас это все значит?

Андрей Кокошин: Вы знаете, много раз в прошлом, когда я более предметно занимался Соединенными Штатами, мы пытались понять, кто же, так сказать, победит, раз, и что это будет означать для нашей страны.

Я вот помню, как мы ретроспективно в какой-то степени занимались изучением выборов 1968 года в США, когда боролись демократ Хамфри и Никсон, и у нас в Советском Союзе доминировало мнение, в том числе на уровне руководства, что для нас лучше будет кандидат от Демократической партии, Хамфри выглядел менее жестким антикоммунистом, чем Никсон, и многие вообще считали, что Никсон совершенно для нас неподходящая фигура.

Но потом оказалось, что Никсон, именно Никсон осуществил вместе с советским руководством политику разрядки и пошел на заключение принципиально важных соглашений по ограничению вооружений, в частности на подписание договора по ПРО и на соглашение по стратегическим наступательным вооружениям, которые до сих пор считаются одним из краеугольных камней, хотя они уже давно не действуют, той стратегической стабильности, которую пытались обеспечить многие советские и американские руководители просто хотя бы для того, чтобы избежать взаиморазрушительной ядерной войны. Так вот Никсон оказался таким президентом, который пошел на беспрецедентный для американской, наверное, истории шаг того периода, заключив такие соглашения.

Но в то же время Никсон обеспечил прорыв в отношениях с Китайской Народной Республикой, которая в то время рассматривалась как потенциальный даже военный противник для Советского Союза. Никсон на Ближнем Востоке руками прежде всего Киссинджера, дипломатии провел такие действия, достаточно жесткие действия в отношении Советского Союза, что он вытеснил нас фактически из такой ключевой страны ближневосточной, как Египет. Так что нет такого президента, который бы однозначно был, скажем, лучше для нашей страны, будь то Советский Союз или Российская Федерация, или хуже для нашей страны. Каждый президент Соединенных Штатов, конечно, работает на свою страну, он учитывает внутриполитическую конъюнктуру, иногда учитывает позиции союзников.

Трамп в этом отношении меньше ориентировался на своих союзников, он больше ориентировался именно на свое видение роли Соединенных Штатов в мире, «Америка №1», это его главный лозунг, и это был не просто лозунг, но и формула его практических действий и в отношении России, и в отношении Китая, и в отношении американских союзников, даже таких близких, как Канада, вспомним его, так сказать, поведение в торгово-экономической сфере в отношении Канады достаточно жесткое и необычное.

Ольга Арсланова: И какую аналогию можно провести с нынешней ситуацией?

Андрей Кокошин: Я могу провести аналогию, что любой президент, кто бы ни стал президентом, для нас будет обязательно и носителем каких-то действий, которые являются для нас негативными, которые, безусловно, должны встречать отпор, активное противодействие и жесткую политику с нашей стороны. Но возможны и какие-то договоренности по отдельным вопросам. В частности, о чем говорил неоднократно Джозеф Байден? – о том, что он готов продлить договор СНВ-III, один из важнейших договоров...

Александр Денисов: Андрей Афанасьевич, с другой стороны, извините, что прерываю, Байден же называет нас врагом №1...

Андрей Кокошин: Да.

Александр Денисов: ...а про Китай «партнер, но если будет несговорчивый, то и для нас тоже будет враг». И про Трампа не будем забывать.

Андрей Кокошин: Я считаю, что Байден... Вы мне не дали просто договорить, я начал говорить про его позицию по СНВ-III, но в своих вербальных заявлениях Байден гораздо более настроен антироссийски, чем Трамп. Если у Трампа мы наравне с Китаем рассматривались как противники, то Байден, видите, нас выделил как противника, а о Китае говорит помягче, и, видимо, действительно...

Александр Денисов: Андрей Афанасьевич, спасибо большое. Ну потому что Трамп уже с нами расправился, 46 санкционных законов, это мало не покажется.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Андрей Кокошин был с нами на связи. А мы в Россию возвращаемся и к российским проблемам подробнее.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Узнаем мнение политологов