Как жить, чтобы не стареть?

Как жить, чтобы не стареть? | Программы | ОТР

Долголетие - это не только ЗОЖ, но и ещё друзья, общение и даже вино...

2020-07-09T22:12:00+03:00
Как жить, чтобы не стареть?
Зарплаты: по статистике растут, по ощущениям - тают на глазах
Минус 350 тысяч человек
Коммуналка без комиссии?
Химическая кастрация для педофилов
ТЕМА ДНЯ: Как накопить на пенсию?
Реальные цифры: Вы копите на пенсию?
Новые ограничения по коронавирусу
Регионы. Что нового? Биробиджан, Курск, Краснодар
Без локдауна: как со второй волной справятся экономика и медицина. Криминальные регионы. Дефицит лекарств. Национальные ценности. Дешёвая ипотека ещё на год
Локдауна не будет. Но тревога остаётся...
Гости
Елена Брызгалина
заведующая кафедрой философии образования Философского факультета МГУ имени М.В. Ломоносова
Дмитрий Рогозин
заведующий лабораторией методологии социальных исследований Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС
Данила Медведев
руководитель проекта «Системная схема старения человека»
Алла Иванова
главный научный сотрудник Центра социальной демографии института социально-политических исследований РАН

Оксана Галькевич: Ну вот, как нам собеседник только что сказал, что надо больше хороших новостей, больше хороших примеров, – есть у нас хорошие новости на самом деле, друзья. В России стало больше долгожителей, данные Росстата свежие, самые последние, какие есть. За 10 лет в нашей стране стало почти на 13 тысяч больше людей старше 100 лет, то есть жить мы с вами стали точно дольше. Ну вот лучше или веселее, это вы уже нам расскажете.

Константин Чуриков: Ну, число долгожителей – это, кстати, не единственная хорошая новость. В стране, это уже по данным Минздрава, в прошлом году продолжительность жизни вообще достигла исторического максимума, теперь это больше 73 лет, но это в среднем. По планам властей, через 4 года здесь все изменится.

Оксана Галькевич: «Здесь будет город-сад», да, Костя, как в том извечном... ?

Константин Чуриков: «Через 4 года продолжительность жизни в стране вырастет до 78 лет» – вот такую важную задачу поставил президент, кстати, это цель национального развития.

Оксана Галькевич: Ну вот давайте посмотрим теперь на то, кого мы хотим догнать, а может быть, даже и перегнать, почему нет, на кого мы ориентируемся. На первом месте, по данным ООН за 2018, правда, обратите внимание, год, Гонконг, следом Япония, это все в азиатской части планеты. Первыми из европейцев считаются швейцарцы, там живут дольше 83,5 лет. Мы в этом документе были на 109-м месте, но, я повторю, это все-таки 2018 год, может быть, мы сейчас как-то поднялись, потому что и у нас вот продолжительность жизни выросла.

Константин Чуриков: Американский исследователь, кстати, есть вот такой Дэн Бюттнер, много лет уже изучает секреты долгожителей. Для этого он ездил много по тем странам и местам, где люди живут долго и счастливо. Ну и вот что он общего обнаружил у этих людей. Ну, во-первых, конечно, движение, движение – жизнь, они постоянно двигаются.

Оксана Галькевич: Ага, физкультура или нет, или просто какая-то деятельность?

Константин Чуриков: Перемещаются, гуляют, ходят. Живут рядом со своей семьей, с детьми, с внуками, помогают детям.

Оксана Галькевич: Едят, между прочим, много овощей. Вот этот исследователь даже сказал, что их образ жизни – это такое полувегетарианство, то есть умеренное потребление животной пищи. И кстати, хранят не только семейные, но и дружеские связи.

Константин Чуриков: Он даже конкретно сказал, что должно быть не меньше 3 друзей.

Оксана Галькевич: Да, 3 друга. У тебя есть 3 друга?

Константин Чуриков: М-м-м... Два.

Оксана Галькевич: Два.

Иногда долгожители вот эти вот в разных странах позволяют себе немного алкоголя, в основном красного вина, но очень умеренно. В основном они не курят; у них есть цель какая-то в жизни, к чему они стремятся. Вы знаете, вот было бы интересно, уважаемые зрители, чтобы вы поделились сейчас с нами рецептами долголетия.

Константин Чуриков: Причем совершенно конкретными, не в общих словах, а вот прямо конкретно, что вы делаете, если вы что-то для этого делаете. Расскажите нам.

Оксана Галькевич: Или, может быть, ваши родственники, может быть, у вас в семье есть долгожители. Вот у меня, например, и прабабушка, и прадедушка больше 100 лет.

Константин Чуриков: Ну да, кое-что вот из этого списка, то, о чем ты говорила, я делаю довольно регулярно.

Оксана Галькевич: Друзья... А вот расскажи, Костя, это интересно. Вот давайте, в общем, прямо по этому списку или не по этому списку рассказывайте, делитесь своим опытом, своим или семейным. Мы в прямом эфире, телефоны у вас на экранах, выходите с нами на связь.

Константин Чуриков: Я пока ничего не буду рассказывать, потому что у нас для этого есть Данила Медведев, руководитель проекта «Системная схема старения человека». Данила, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Данила Медведев: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Мне интересно на самом деле, «Системная схема старения человека» – что это за проект такой, Данила?

Данила Медведев: Это проект, который показывает все разные процессы разрушительные, которые идут в старении, на одной модели, так чтобы было понятно, что нужно включить в этот список качеств долгожителя, чтобы не ограничиваться только хождением по горам, выпасом коз и употреблением небольшого количества красного вина.

Оксана Галькевич: Ага.

Данила Медведев: Потому что огромное количество проблем у нас происходит начиная от молекулярного уровня, то есть химические реакции постепенно приводят к накоплению отходов внутри клеток, между клетками. И со всем этим нужно как-то бороться, потому что если не исправлять эти проблемы, то в какой-то момент начнутся патологии, и потом человек приходит к смерти.

Константин Чуриков: Данила, можно сразу вопрос? Медики согласны с вашими выводами, которые вы сейчас нам представите? Они подтверждают то, о чем вы говорите?

Данила Медведев: Это не наши личные выводы, мы, собственно, это от геронтологов и от специалистов по медицине получали, собирали данные от экспертов, которые рассказывали, что же они знают про старение. Наша задача была просто в том, чтобы вот эти отдельные истории собрать в единую комплексную модель.

Оксана Галькевич: И что получилось в итоге?

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Что показывает ваша комплексная модель?

Данила Медведев: Ну, комплексная модель показывает, в каких местах можно пытаться вмешиваться в этот процесс. Но здесь надо сказать следующее: таблетки от старости пока не предвидится, и любое лечение старения или любая терапия омоложения, скорее всего, будет очень комплексной и будет требовать десятки разных вмешательств. Это не как с вирусом, где можно просто принять вакцину или одно-два лекарства и вылечиться.

Для того чтобы не стареть, нужно постоянно будет проходить много разных терапевтических процедур, и системная схема предназначена для того, чтобы определить, какие какому человеку вмешательства нужны. Скажем, если у вас накапливаются нарушения в инсулиновом обмене, значит, нужно как-то корректировать либо ваше питание, либо корректировать уровень глюкозы в крови. Если у вас разрегулировались те или иные гормоны в эндокринной системе, значит, нужно вам их либо колоть, либо как-то еще активизировать железы, которые их вырабатывают. В общем, вмешательств нужно очень много, и сам по себе человек никакой не разберется, здесь недостаточно...

Константин Чуриков: Данила, и денег нужно для этого очень много, правда, для этого коммерческого проекта?

Данила Медведев: Это даже за деньги не купишь, потому что в любой платной клинике, куда вы придете, вас очень быстро разведут на хороший средний чек, но омоложения вам не предложат. Поэтому это нужно делать либо самим, либо делать какую-то, не знаю, независимую страну, в которой можно делать эксперименты по продлению жизни, по радикальному продлению жизни людей.

Оксана Галькевич: Данила, ну вот тот исследователь американский, которого мы вспоминали, говорит о том, что в основном долгожители так или иначе живут в теплом климате, вот вы тоже вспоминали, пить красное вино, ходить по горам и пасти каких-то коз-овечек. У нас далеко не все регионы, так скажем, соответствуют этим критериям. Есть какие-то общие рекомендации, более-менее общие рекомендации для жителей наших широт?

Данила Медведев: Конечно. Эти же исследования про синие зоны, в которых люди живут дольше, говорят, что однозначно надо уезжать из крупных городов. Одно из первых требований – это сократить уровень стресса, то есть идеально – это жить где-нибудь, не знаю, в Эгейском море на острове, пасти коз, есть какой-нибудь козий сыр...

Оксана Галькевич: Ну, давайте обсуждать сценарий, который для нас более реалистичный. Понятно, что мы все не уедем на остров в Эгейском море...

Данила Медведев: Хорошая медицина, быть поближе к московскому здравоохранению, где можно вызвать врача, вызвать скорую помощь, приехать, получить квалифицированную медицинскую помощь, это самое главное.

Константин Чуриков: Очевидный рецепт. Так.

Оксана Галькевич: Слушайте, дача в Подмосковье, я так понимаю, да, с московской пропиской причем?

Данила Медведев: Да-да-да, совершенно верно. В дальнем Подмосковье дача, там жить и быть готовым приехать в любой момент полечиться в цивилизованном городе с качественной медициной.

Оксана Галькевич: Да, хорошо. А теперь давайте, вот чтобы это не выглядело цинично, аудитория все-таки у нас широкая, вся страна смотрит, и Владивосток смотрит, и Сахалин, и Сибирь, знаете, и север, и юг. Для жителей других регионов, удаленных, к счастью или к несчастью, от Москвы.

Данила Медведев: Ох... Надеяться, что вы достаточно молоды, чтобы дожить до радикальных технологий продления жизни. Например, мы сейчас занимаемся проектом по пересадке головы, или пересадке тела, и надеемся, что, может быть, через десяток лет это станет возможным, ну понятно, пока не для массового пользователя, но для кого-то. А через какое-то время, наверное, подтянутся и какие-то компьютерные программы для управления биологическим возрастом и так далее.

Но пока что мало что можно посоветовать, потому что есть индивидуальные технологии и стратегии продления жизни, есть популяционные. У нас государство сейчас занимается популяционными, это совершенно правильно, надо повышать среднюю продолжительность жизни. Но меня лично как индивида больше всего волнует, сколько я живу, не сколько в среднем проживет россиянин, и мне важно, чтобы я прожил бесконечно долго...

Константин Чуриков: Бесконечно, да.

Данила Медведев: ...и, собственно, над этим, мне кажется, нужно работать.

Константин Чуриков: Да.

Давайте сейчас послушаем нашу зрительницу Людмилу из Ставрополя, потом продолжим. Людмила, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Добрый вечер, уважаемые ведущие.

Вы знаете, часто смотрим вашу передачу с мужем, и вот сегодня как раз тема долголетия. Нам по 58 лет, и я хочу заметить, что вот именно долголетие у тех людей, которые жили основную часть своей жизни во времена Советского Союза, то есть когда было достойное медицинское обслуживание, когда...

Константин Чуриков: Да-да, пожалуйста.

Оксана Галькевич: Да-да.

Зритель: Вы слушаете, да?

Константин Чуриков: Да-да.

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Когда были натуральные продукты, когда не было стрессов таких, которые переносило, например, вот наше поколение, мне 58 лет, вот в 1990-х гг. мы перенесли стресс. Сейчас продолжаем работать не из большой любви, я бы сказала, а оттого, что 8,5 тысяч пенсия, приходится работать.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Поэтому вот мое поколение, половина одноклассников уже в могиле. Я не знаю, насколько хватит, хотя я и делаю зарядку, я там занимаюсь частично и йогой, не знаю...

Оксана Галькевич: То есть стресс и некачественные продукты, вы считаете, это основные факторы, которые вот, к сожалению... ?

Константин Чуриков: И то, что вынуждены работать, пожилые люди.

Зритель: Вы знаете, не только это, не только стресс и некачественные продукты. Еще я заметила бы, что некачественное медицинское обслуживание, то есть вот даже некуда, честно сказать...

Константин Чуриков: Все понятно. У нас уже куда-то ушла наша зрительница...

Оксана Галькевич: Это просто эхо. Делайте, пожалуйста, когда дозваниваетесь в эфир, телевизор потише, слушайте в трубочке.

Константин Чуриков: Данила, вопрос: работа продлевает годы жизни человека или нет?

Оксана Галькевич: Или сокращает?

Данила Медведев: Интеллектуальная продлевает, одна из самых высоких продолжительностей жизни в России у академиков Российской академии наук, то есть интеллектуальная деятельность очень показана. Физическая тяжелая работа, конечно, не продлевает жизнь, потому что она создает много проблем и на опорно-двигательный аппарат, и так далее, и источником стресса может быть. Работа должна быть в идеале, да, ходить по горам, выращивать что-то на природе, дышать свежим воздухом. Если мы говорим про работу в городе, то она, конечно, жизнь продлевает не очень сильно. Но с другой стороны, в данный момент от этого как бы никуда не деться.

Оксана Галькевич: Так, слушайте, значит, составляем дальше портрет: быть академиком и жить на даче в Подмосковье, уже понятно, на свежем воздухе.

Константин Чуриков: Ну, академикам раньше дачи и полагались...

Данила, вот смотрите, значит, Дэн Бюттнер в своей вот этой книге «Правила долголетия» еще говорит, давайте о метафизике побеседуем, о том, что человеку нужно во что-то верить. Он говорит, что надо верить в бога.

Оксана Галькевич: Духовные практики какие-то нужны.

Константин Чуриков: Да, духовные какие-то вот эти вещи.

Оксана Галькевич: Ориентиры духовные.

Константин Чуриков: Они важны или нет?

Данила Медведев: Ну, здесь сложно сказать, что является причиной, что является следствием. Понятно, что, например, в большинстве этих сообществ, которые он исследовал, там действительно духовные практики, религия распространены. Если мы говорим про академиков Российской академии наук, то там большинство, естественно, атеисты, это не мешает им жить очень долго. Поэтому тут, наверное, каждому человеку нужно исходить из той позиции, которая у него естественным образом развилась, и еще понимать, что мы здесь говорим ведь не только про долголетие, мы еще говорим о потенциальном бессмертии, и тут есть, конечно, конфликт.

Религия говорит, что возможно бессмертие на том свете, а технологии, трансгуманизм, иммортализм говорят, что бессмертие практическое возможно в этом мире, когда у нас достаточно будут развиты технологии. И тут очень важно не повестись на обманный какой-то сценарий, сами решайте, какой обманный, и не проиграть в этом случае. Я лично считаю, что лучше я буду надеяться на свои и на человеческие силы и возможности и проживу несколько тысяч, несколько десятков тысяч лет как минимум в этом мире, а отправиться в мир иной всегда можно будет и потом. Поэтому я с религией осторожен.

Константин Чуриков: Вы знаете, есть такая еще книга у Жозе Сарамаго, она в русском переводе называется «Перебои в смерти», это о том, как в вымышленном государстве все внезапно перестали умирать. И там как раз подробно описывается, какие от этого возникают не плюсы, а минусы для государства и для, в общем-то, его жителей, как ни странно, тоже. Давайте сейчас послушаем звонок.

Оксана Галькевич: Звонок. У нас есть звонок из Подмосковья как раз, Виктория. Насколько это райское место, сейчас узнаем. Здравствуйте, Виктория.

Зритель: Здравствуйте.

Среди моих родственников и знакомых очень много долгожителей, и свыше 100 лет есть, и 95–96. Но что я хочу отметить? Все они занимались не только умственным, но и физическим трудом, и были очень довольно результатами своего труда, видели эти результаты. И самое главное, что у них было грамотное отношение к своей судьбе, к своей жизни: то, что можно изменить, они изменяли, а то, что нельзя, они принимали. И были настолько, видно, воспитаны так, что имели мудрость отличить одно от другого, что надо изменять, а к чему нужно приспосабливаться.

Константин Чуриков: Это вы прямо, да, классика цитируете. То есть нужно быть философом для этого?

Зритель: Да, то есть они были немножко философами, но в то же время, я говорю, они были очень довольны именно своим трудом, результатами своего труда. И вот все, кого я знаю, своих предков, допустим, своих знакомых, все, кто прожил долго, все много, очень много физически и умственно трудились и были этим довольны.

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: Так, а где в Подмосковье так много долгожителей, Виктория?

Оксана Галькевич: Какой район, ты думаешь?

Константин Чуриков: Какое шоссе? Уж не Рублевское ли?

Зритель: Это Луховицы, Луховицкий район.

Константин Чуриков: А-а-а, совсем другая часть.

Зритель: Зарайский район, вот среди них, но не только.

Оксана Галькевич: Огуречная наша столица, понятно.

Константин Чуриков: Да, знаем. Спасибо.

Оксана Галькевич: Давай зачитаем сообщения все-таки с нашего портала, нам люди, действительно, в том числе и активно пишут. Вот Башкирия пишет, что мягкая чистая вода плюс аскорбиновая кислота, умеренные физические нагрузки, в общем, это один из рецептов.

Константин Чуриков: «Надо есть морепродукты и макароны по-флотски», – Нижегородская область.

Оксана Галькевич: «Физически работать, – пишет Красноярский край. – Ходить пешком, не курить очень важно, все время общаться. Бабушке 83 года, работала и дворником, и техничкой, в 94 года умерла только».

Константин Чуриков: Вот нам еще пишут тоже, видимо, бабушки или дедушки: «Возродить октябрят, пионеров, комсомол надо для этого».

Оксана Галькевич: Нижегородская область описывает свою бабушку-долгожителя: «Эмоциональная сухость, умеренное натуральное питание, леность, отсутствие лекарств». Любите бабушку, я вижу.

Константин Чуриков: Вот еще тут вот предлагает с иронией Краснодарский край: «Надо срочно в Москве вместо плиток насыпать горы», – ну чтобы по горам как раз ходить.

Оксана Галькевич: А-а-а, да. Чувашия, кстати: «Папе 90, маме 89, ведут здоровый образ жизни, двигаются по мере возможности, правильно питаются, не пьют и не курят», – Константин.

Константин Чуриков: Естественно, и правильно делают.

Данила, спасибо большое за участие в нашем эфире. Данила Медведев, руководитель проекта «Системная схема старения человека». Я думаю, что сейчас мы просто давайте посмотрим сюжет, посмотрим на людей, которые вполне себе долгожители.

Оксана Галькевич: Но ты свои рецепты-то расскажешь в итоге, нет? Нам всем ждать? Интриган.

Константин Чуриков: Ну немножко средиземноморский рецепт, но иногда...

Оксана Галькевич: Да подожди, ты сейчас не рассказывай.

Константин Чуриков: Хорошо, потом.

Оксана Галькевич: В конце нашего эфира, друзья, Константин откроет секреты, смотрите до конца.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: В общем, надо несколько минут под этими рамочками из ульев посидеть...

Оксана Галькевич: Ты записывай-записывай.

Константин Чуриков: Хорошо. Я за бабушкой еще записывал. Значит, все записываем: киви 1 штука в день, орехи грецкие, творог.

Оксана Галькевич: Хорошее настроение, Костя, еще там бабушка говорила.

Константин Чуриков: Это всегда, в нашей передаче всегда.

У нас сейчас звонки есть.

Оксана Галькевич: Звонки? Ну давай со звонков тогда начнем и перейдем к следующему эксперту. Звонок у нас...

Константин Чуриков: ...от Зинаиды.

Оксана Галькевич: ...из Екатеринбурга от Зинаиды. Зинаида, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый.

Константин Чуриков: Добрый.

Зритель: Меня зовут Зинаида Ивановна.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Зинаида Ивановна.

Зритель: Я живу в городе Екатеринбурге. Приехала... В общем, короче говоря, 50 лет живу в России, а родилась я на Украине. Моя бабушка жила 115 лет.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: И если бы не 1933 год, то она бы еще жила, но голод был как раз в это время. А мама моя прожила 96. Вот родня вся женская, больше 90 все жили. Но главное у них было что? – питание. У них был свой огород, свое вот это вот масло, корова своя, все свое было. И поэтому мама мне всегда говорила, удобрять ничем не удобряли, кроме навозом. Вот если я что-то не так говорю, то, пожалуйста, меня выкиньте с эфира, уберите...

Константин Чуриков: Да нет, что вы, вы в прямом эфире, и все так вы говорите. Зинаида Ивановна, получается, что секрет-то какой, очень простой – генетика плюс правильное питание, так?

Зритель: Да, да. И еще только все время в движении быть, все время в движении, все время работать. Ну как, ходить, работать, но не сидеть.

Оксана Галькевич: Не лежать на боку, да, не лежебочничать.

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Ну вот вы, вы каждый день как в движение себя приводите? Что вы делаете?

Зритель: У меня дома есть велосипед.

Оксана Галькевич: О-о-о.

Зритель: Да, и я хожу каждый день 40–45 минут, обязательно хожу. Небольшим шагом, а когда большим, когда как.

Оксана Галькевич: А где ходите? В магазин, в парк? Куда ходите, Зинаида Ивановна?

Зритель: А у нас школа напротив, а там есть такой парк в школе, спортивная площадка, и туда все мы ходим, бабушки.

Константин Чуриков: Отлично.

Зритель: Я еще не бабушка, мне 73 всего, в это время только замуж выходят.

Оксана Галькевич: Да-да-да, золотые слова.

Константин Чуриков: Все правильно. Спасибо, Зинаида Ивановна, за ваш звонок.

Сразу еще Андрея из Челябинска выслушаем. Добрый вечер, Андрей.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Меня зовут Андрей, я из Челябинска, мне 60 лет. Я вот что хочу сказать? Основа долголетия все-таки, по-моему, – это то, что природа заложила генетически: что она дала, то у человека и будет. Вот у меня отец 1928 года рождения, он был младший из пяти детей, самая старшая..., в 92 года умерла вот буквально прошлый год. Они родом все из города Камень-на-Оби из Сибири.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: 1928 год, у меня отец самый младший, то есть еще... В Челябинск перебрались примерно в 1943 году, дед был железнодорожником, ну... То есть вот в самый период формирования человеческого организма – это воздух, питание, вода, это все в Сибири было чистое. Здесь, к сожалению...

Константин Чуриков: Так, Андрей, подождите, вот получается что? Вы говорите, все зависит от генетики. Получается, что, например, мы в нашей стране, Минздрав, те, кто придумывают нацпроекты наши, вот этот план стоит поднять продолжительность жизни в России к 2024 году до 78 лет – это, получается, мы пытаемся как-то обмануть генетику, да? А на самом деле все зависит...

Оксана Галькевич: Почему обмануть-то, Костя?

Зритель: Нет-нет-нет, я слово «генетика» не поминал. Генетика – это включение, какое-то внедрение, это природа дает, природа.

Константин Чуриков: Понятно.

Зритель: Точно не генетика.

Константин Чуриков: Назовем это природой, хорошо.

Зритель: Питание, вода, окружающая среда.

Оксана Галькевич: Наследственность, вы имеете в виду наследственность, какой-то наследственный капитал, здоровье, которое получает человек от своих предков?

Зритель: Да-да.

Оксана Галькевич: Но его же тоже можно по-разному, знаете, расходовать, можно подзарядиться этим воздухом сибирским и солнцем, а потом, простите, угробить самого себя.

Константин Чуриков: Я предлагаю еще подзарядиться одним звонком, прежде чем вывести нашего следующего эксперта в эфир. Андрей, спасибо вам за звонок, теперь Алексей из Саратова.

Оксана Галькевич: Алексей из Саратова, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте-здравствуйте, Алексей, слушаем вас.

Зритель: Алло-алло, вы меня слышите?

Константин Чуриков: Да, отлично.

Оксана Галькевич: Слышим вас прекрасно.

Зритель: Да-да.

Оксана Галькевич: Ну так говорите же.

Зритель: Какие у вас вопросы?

Константин Чуриков: Вопрос очень простой. Смотрите, у меня такой вопрос: почему среди стран-долгожителей мы далеко, в общем, не на первых местах, средняя продолжительность жизни у нас такая, что мы находимся на 109-м месте в списке ООН? Почему у нас не так много и долго живут в России?

Зритель: Потому что у нас некачественная пища, пальмовое масло, блин...

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Раньше все было нормально, раньше, блин, в обычной деревенской семье рождалось, блин, минимум по 7, а то и 12 детей. У моего отца родилось, блин, 14 детей там, и никто не плакал там, не было такого, если умер, говорили: «Бог дал – бог взял», – все, нету.

Оксана Галькевич: Алексей, так медицины, может, не было потому, нет? Нормальной медицины-то не было, ну я не говорю уже про контрацепцию, простите, и про женское здоровье.

Зритель: Ну, в 1911 году...

Оксана Галькевич: Да, медицины там не было.

Зритель: ...в Воронежской губернии не было медицины.

Оксана Галькевич: Да, вот поэтому и были такие семьи большие, в том числе и поэтому.

Зритель: А вот кто выживал и кто доживал до зрелого возраста из всех, самая большая бабушка прожила 113 лет, это двоюродная. И она в разуме была, она не лежала, ничего, все нормально было.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Ну, на самом деле, я просто вас хочу рассудить...

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: Вот тот же американский наш исследователь, Оксана, что говорил? Чем больше у тебя детей, внуков, тем ты счастливее. Поэтому то, о чем говорит Алексей, что надо, чтобы было много детей в семьях, – это, наверное, ключ к успеху.

Оксана Галькевич: Это замечательно, но это, Костя, понимаешь, не противоречит тому, что медицина должна быть развитой и смертность должна быть низкой детская, понимаешь, в том числе...

Константин Чуриков: Безусловно.

Оксана Галькевич: ...и материнская смертность тоже не должна быть высокой.

Константин Чуриков: А сейчас все прокомментирует Алла Иванова, доктор экономических наук, профессор, заведующая отделом здоровья и самосохранительного поведения (вот чего всем нам пожелаем) Института социально-политических исследований РАН. Здравствуйте, Алла Ефимовна.

Алла Иванова: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: А вот пусть нас Алла Ефимовна рассудит с нашим зрителем. Алла Ефимовна, скажите, пожалуйста, вот как, собственно говоря, ну вот эта вот большая семья, активность такая демографическая влияет на продолжительность жизни? И влияет ли?

Алла Иванова: Я бы хотела, во-первых, поблагодарить за возможность послушать очень интересные отклики наших телезрителей и разделить два понятия. Первое – это продолжительность жизни населения, и, когда мы говорим о необходимости достичь продолжительности жизни 78 лет, это некий средний показатель для всего населения.

Константин Чуриков: Да.

Алла Иванова: И те данные, которые приводят наши телезрители, о том, что их родственники или родители дожили до очень преклонного возраста, старше в том числе и 100 лет, то это, конечно, индивидуальные вот такие удивительные рекорды, которые очень мало влияют на среднюю продолжительность жизни населения. Поэтому это два разных понятия.

Константин Чуриков: Алла Ефимовна, тогда, если мы о терминах говорим, вот то, что у нас в нацпроекте записано, что мы должны жить к 2024 году по 78 лет в среднем...

Оксана Галькевич: В среднем.

Константин Чуриков: Это ожидаемая продолжительность жизни, я правильно вас понимаю?

Алла Иванова: Да, это величина, которая характеризует средний показатель, скажем, для человека, родившегося в данном году, с учетом того, что на протяжении его жизни будут такие же риски смертности, как у всего населения в этом году. То есть это некая средняя величина, аккумулирующая возрастную смертность ну вот данного календарного года.

Оксана Галькевич: Ага. Алла Ефимовна, скажите, пожалуйста, вот отмечено, что так или иначе женщин, которые дольше живут, больше, чем мужчин. Как вы думаете, с чем это связано, как это можно объяснить?

Алла Иванова: Ну, на самом деле продолжительность жизни у женщин действительно больше, чем у мужчин. Но если мы говорим о долгожителях, то есть о людях очень преклонного возраста, в самых старших возрастах продолжительность жизни мужчин и женщин выравнивается. Потому что основные риски более высокой смертности мужчин все расположены в средних возрастах, они касаются в основном молодежи и лиц трудоспособного возраста. А в старших возрастах риски смерти мужчин и женщин все-таки относительно выравниваются.

Константин Чуриков: Алла Ефимовна...

Оксана Галькевич: Может быть (прости, Костя, можно я уточню?), мужчины реже обращаются к врачу, может быть, они не так внимательно следят за своим здоровьем, как женщины? Может быть, есть еще какие-то и такие причины?

Алла Иванова: Ну, здесь очень много причин, и о них многократно говорили, они все известны, и в этой передаче, так сказать, о них речь шла. Действительно, есть такой большой набор причин, которые определяют более высокие риски смерти мужчин в трудоспособных возрастах: это и образ жизни, и отношение к своему здоровью, в том числе более редкая обращаемость за медицинской помощью в случае болезни. Это и работа во вредных и тяжелых условиях труда, где чаще заняты мужчины, и так далее. Здесь очень много причин.

Константин Чуриков: Да. Алла Ефимовна, по поводу нашей темы сегодняшней непосредственно хотел бы спросить. Раз у вас отдел здоровья и самосохранительного поведения, вот можно подробнее все-таки раскрыть мысль, самосохранительное поведение, кроме общих мест, очевидного...

Оксана Галькевич: Не пить, не курить и наркотики не принимать, или там что с ними делают.

Константин Чуриков: Не пить, не курить, это естественно, да. Что еще?

Алла Иванова: Ну, вообще говоря, основной, как мне кажется, причиной того, что одни люди живут долго, а другие живут меньше, является все-таки отношение к своему здоровью и к желанию прожить долго. Потому что вот таких исследований не очень много, но они есть, которые свидетельствуют о том, что люди по-разному представляют себе желаемую продолжительность жизни. То есть значительная часть людей просто не ориентирована на долголетие, долгожительство, не рассматривает длительную жизнь как некое желаемое. Поэтому если человек не хочет жить долго, то он, соответственно, и выстраивает свою жизнь в соответствии с этой перспективой. Если человек хочет жить долго, если он ориентирован на долголетие, то понятно, что в неявном виде это подразумевает и выстраивание соответствующих стратегий, и об этом сегодня очень много говорили наши телезрители, о том, что нужно, для того чтобы прожить долго.

Оксана Галькевич: Алла Ефимовна, но согласитесь, далеко не у всех в раннем возрасте приходит эта осознанная мысль о том, что «я хочу жить долго». Многие спохватываются после 30, после 40, ну кто когда, уже, может быть, несвоевременно в некотором смысле. Когда эта стратегия собственной жизни формируется? Когда она должна быть сформирована у человека, чтобы он действительно прожил долгую, здоровую жизнь?

Алла Иванова: На самом деле вот мы опрашивали студентов, то есть людей, в общем, достаточно молодых, о том, сколько лет они хотели бы прожить, и о том, какую продолжительность жизни они считают идеальной, то есть сколько вообще человек в идеале должен был бы прожить или может прожить.

Оксана Галькевич: Ага.

Алла Иванова: И как это ни странно, у студентов очень дифференцированное представление о том, сколько лет они хотят прожить. В среднем получилось, что желаемая продолжительность жизни оказалась довольно низкой, где-то на уровне 90 лет. То есть я считаю, что это...

Константин Чуриков: Низкой?

Оксана Галькевич: Это низкая?

Алла Иванова: Это низкая, потому что это та идеальная величина, и потом это средняя величина. Это означает, что какое-то количество студентов хотели бы прожить больше 100 лет, а примерно 2/3 хотели бы прожить в интервале от 70 до 80 лет. Конечно, это очень мало.

Оксана Галькевич: Ага. Интересно, спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо, спасибо за ваши ответы.

Вот звонок у нас есть от Тамары из Ижевска.

Оксана Галькевич: Из Ижевска, да. Тамара, здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Добрый вечер, добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый.

Зритель: Из Ижевска Тамара Степановна. Мне самой 77 лет. У нас есть старшая по дому, ей 92 года. Она настолько энергичная, вот. Нашему дому присвоили звание «Лучший дом».

Константин Чуриков: «Дом высокой культуры быта», да.

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Вот на той неделе она все бордюры покрасила всем, и около своего дома, и около магазина. Она подрезает деревья сама, она занимается в подъезде, на каждом подоконнике цветы. Как я удивляюсь, как у нее на все хватает времени! У нее еще сад, огород, ездит на сад. Всех она поздравляет, всех, у нас пятиэтажный дом, она всех знает по имени-отчеству, кто где чем живет. Вот настолько энергичная женщина, я желаю ей долгих лет жизни, здоровья и не унывать.

Константин Чуриков: Вот очень интересно, отчего этот вот такой природный моторчик, что ли, зависит, как его включить. Потому что есть вот люди такие, им ничего не надо, поспать, не трогайте меня (я сейчас про себя рассказываю), вот положите у меня у телевизора или у книги и все, и до свидания.

Оксана Галькевич: Костя, ты вот прямо снял с языка, почему-то женщины как-то гораздо более активные.

Ну что, мы продолжаем наш эфир. Я вот, кстати, вспомнила, наша женщина из Ижевска сказала, что у нее старшей по дому 93 года, – я вспомнила, я в баню ходила, простите, в Петербурге, там женщина приходила, блокадница, 93 года, а сестре 94.

Константин Чуриков: Ничего себе.

Оксана Галькевич: Ее там все знали, она там всех и попарить, и рассказать, как веничек правильно замочить... Вот так вот.

Константин Чуриков: Сколько нового мы узнаем заодно и об Оксане Галькевич.

Татьяна еще из Петербурга.

Оксана Галькевич: Ну ты нам, кстати, рецепты свои в конце тоже расскажешь.

Константин Чуриков: Оксана, возможно, из бани звонят.

Оксана Галькевич: Да?

Константин Чуриков: Татьяна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Татьяна. Из Петербурга, кстати.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, да. Хочу вам рассказать про свою тетушку, ей 96 лет.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Она очень активная. Она верующая, соблюдает посты, очень позитивная. Вы знаете, она заряжает нас своим оптимизмом. Мы с мужем живем сейчас в области на пенсии, ему 65 лет, мне 63, тоже работаем. Но, вы знаете, как сказать вам... Это как вот Вицин сказал: «Жить долго хорошо, а жить хорошо еще лучше».

Константин Чуриков: Ну да, то есть не годами мерить, а еще все-таки качеством самой жизни.

Зритель: Качеством жизни, да.

Оксана Галькевич: А вы работаете, вам работа в удовольствие, Татьяна, или все-таки в некотором смысле вынуждена?

Зритель: Вы знаете, в удовольствие.

Оксана Галькевич: В удовольствие.

Зритель: Мы сейчас за городом, у нас дом, мы занимаемся хозяйством, цветы развожу...

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Огурчики, помидоры. Ну, хотелось бы, конечно, пожить немножко получше, чтобы была пенсия побольше.

Оксана Галькевич: Ну да.

Зритель: Чтобы можно было себе позволить хотя бы немножко больше.

Константин Чуриков: Татьяна, а вот это вот, кстати, интересный такой разворот-поворот темы: оттого, как человек живет, в каких условиях, какая ситуация, вообще стрессовая у нас жизнь или нет, я имею в виду и политическую какую-то напряженность, – вот это влияет на продолжительность жизни, как вы считаете?

Зритель: Я считаю, что да, влияет. Я вообще как бы слежу, и политические новости, и как бы, знаете, стараешься как-то не то что в огороде целый день копаться, а как бы что творится и в стране у нас, и в мире. В общем, мы следим.

Оксана Галькевич: Правильно, «ОТРажение» включайте параллельно, да.

Зритель: Да-да-да.

Константин Чуриков: Нет, вот это важно. Татьяна, вы хотите сказать, что включение телевизора, выпусков новостей, там убили, тут арестовали продлевает жизнь?

Зритель: Нет, вы знаете, вот этого я не люблю. Я вот больше смотрю вас, вот с 12, прибегу отдохнуть посидеть, и вот вечером.

Оксана Галькевич: Вот, правильно, да.

Константин Чуриков: Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Спасибо вам большое, Татьяна.

Константин Чуриков: Сейчас подключаем к нашей беседе Дмитрия Рогозина, это научный сотрудник Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС при Президенте. Дмитрий Михайлович, здравствуйте.

Дмитрий Рогозин: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Ну, с вами мы уже будем не в медицинских терминах, а все-таки уже следить за качеством нашей жизни в России. Как вы объясните то, что в Гонконге, в Японии, в Швейцарии живут почти 84 года, а у нас только 72,4, и мы на 109-м месте? Что у нас не так, что мы так мало живем?

Оксана Галькевич: Как это объясняется с точки зрения социального анализа?

Дмитрий Рогозин: Я скажу парадоксальную вещь: живут долго не здоровые люди, не те, кто планируют долго жить, а те, кто знают, зачем они живут. То есть вот самый важный вопрос, который задают себе долгожители, а мы разговаривали и со столетними, вот здесь звучали у вас 92–96. Я когда говорил с мужчиной, которому было 104, он сказал: «Пусть вот эти вот 90-летние дорастут еще до моей жизни, а потом будут меня учить уму-разуму». Поэтому очень важно человеку, чтобы жить долго, просто знать, зачем он живет долго, а зачем ему жить. К сожалению, в старости самая большая болезнь – это даже не болезнь суставов, не сердца, не другие страсти, а эта болезнь называется одиночеством.

Оксана Галькевич: Ну и депрессия, соответственно, да?

Дмитрий Рогозин: К сожалению, она поражает... Что?

Оксана Галькевич: И депрессия, соответственно? Одиночество и, соответственно, депрессия?

Дмитрий Рогозин: Да, безусловно, это как бы две сестры, они идут неразрывно друг за другом, но одиночество более страшно. И вот вы спросили сейчас, в какой мы ситуации, – мы как раз в той ситуации, которая подталкивает к одиночеству. Хотя вроде бы самоизоляция снята, но привычки очень быстро остаются. У нас население не вышло из своих квартир и домов, а старики как сидели дома, так и продолжают сидеть. И вот эта неподвижность, ощущение ненужности своей, бессмысленности общения с другими и приводит к сокращению жизни. То есть, как это ни странно, страна победившего социализма оказалась самой далекой от этих самых социалистических идеалов общения, коммуны и так далее. Вот это вот наша беда.

Константин Чуриков: Дмитрий Михайлович, каждый год Росстат публикует вот эту жуткую статистику о том, как меньше нас становится в России. Ну то есть последние несколько лет это минус 200 с лишним тысяч человек, россиян, ежегодно. Здесь, очевидно, все-таки вот не пандемия повлияла, какие-то другие факторы. Как вы считаете, какие? Почему нас так мало становится?

Дмитрий Рогозин: Безусловно, это была бы огромная глупость все валить на пандемию. Пандемия сейчас вообще ни на что еще не повлияла, мы ее влияние как бы осознаем через год или через два. А что повлияло? Ну, во-первых, честно говоря, я бы немножко сменил ракурс, поскольку все-таки у нас продолжительность жизни потихоньку растет.

Константин Чуриков: Ожидаемая.

Дмитрий Рогозин: Если мы говорим на самом деле о городах, то там ситуация даже получше, поскольку, как бы мы ни ругали нашу медицину, она все-таки лучше, чем 30, или 40, или 50 лет назад. А вот что влияет негативно? – это все та же оставленность. Вот заметьте такой фактор у нас: у нас каждый родитель хочет своего сына или дочку вытолкнуть куда подальше к хорошей жизни. Из деревень едут в города, в районные центры, из районных центров в областные, а там в Москву. И получается, что у нас очень многие семьи разорваны, то есть дети живут где-то там, за тысячи километров, Россия огромная страна. По телефону счастливым не станешь, тебе нужно личное общение, тебе нужно касание, объятие, рукопожатие, ну и все остальное, что связано с телесностью, телесностью...

Константин Чуриков: Все, что сейчас нельзя, да.

Оксана Галькевич: Дмитрий Михайлович, ну вот вы сказали, что смысл какой-то, если человек его чувствует, если у человека есть смысл в жизни, для чего жить, для чего свое здоровье поддерживать, то, собственно, он и живет дольше, а если его нет, то все сложнее. Но смотрите, смысл постоянно какие-то решать задачи, движение, это замечательно, но если вот у наших пенсионеров, у людей, которые вышли на пенсию, решать прежде всего приходится задачу, как прожить от пенсии до пенсии, это вообще как бы добавляет какого-то позитивного настроя в жизни?

Константин Чуриков: Компонента.

Оксана Галькевич: Это есть тот самый смысл, который продлевает жизнь, или это изнуряющая, изнурительная на самом деле борьба?

Дмитрий Рогозин: Ну, в вашем вопросе уже заложена ирония. Мы, социологи, называем такие вопросы самонаводящими, поскольку можно только ответить «нет». Ну конечно же, забота о хлебе насущном и погоня за деньгами никогда не обогащает смыслами жизнь. Когда я говорил о смысле, это скорее разговор о том, зачем я живу, что будет после смерти, что есть моя смерть, какими будут мои дети. То есть это в большей степени экзистенциальные вопросы. Неслучайно люди старшего возраста, после 80–90, практически все верующие, потому что религия... Не потому, что это опиум для народа и позволяет забыть о насущных проблемах, религия нам дает реальный язык разговора о будущем, о возможности строить планы и отвечать на вопрос, зачем я живу.

Оксана Галькевич: Но еще семья все-таки должна быть рядом, наверное, да? Вот мы говорим о религии, о каких-то духовных практиках, но мы говорим и об общении, мы говорим, стало быть, о семье.

Дмитрий Рогозин: Я бы здесь ответил более радикально: не столько даже о семье, сколько о партнере. Как это, может быть, кому-то покажется странным, более счастливые семьи – это не те, которые семьи, где проживает человек старшего возраста, после 90, допустим, это не те, где этот человек проживает с внучкой, или с дочкой, или с сыном, а там, где он проживает с любимым человеком. Вот если семейной паре посчастливилось стареть и умирать практически вместе, то это и есть то самое счастливое долголетие.

Константин Чуриков: Да, умереть в один день. Спасибо большое. Дмитрий Рогозин, научный сотрудник Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС при Президенте. Мы, кстати, еще с философом побеседуем.

Оксана Галькевич: Жить долго вместе, да.

Константин Чуриков: Сейчас у нас звонок, Ирина из Петербурга, Петербург прямо активизировался после твоей истории.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Ирина. Там все ходят в одну баню, да, со мной.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер, Ирина.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Очень приятно.

Зритель: Очень интересная передача.

Константин Чуриков: Спасибо.

Зритель: Я не буду так долго дискутировать и говорить, но я знаю факторы, которые играют очень серьезную роль, чтобы долго жить.

Константин Чуриков: Мы записываем, Ирина, да.

Зритель: Да. А чтобы себя…, этого недостаточно. Я считаю, что на первом месте длительность отсутствия войн.

Константин Чуриков: Что еще раз?

Оксана Галькевич: Что-что, простите?

Зритель: Длительность отсутствия войны, войн.

Оксана Галькевич: Войн.

Константин Чуриков: А, войн чтобы не было. Так, без войн, так.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Достойная медицинская доступная помощь.

Константин Чуриков: Здравоохранение нормальное, так.

Зритель: Конечно-конечно, оно очень страдает.

Константин Чуриков: Дальше.

Зритель: Мне 59 лет.

Константин Чуриков: Ух ты.

Зритель: Социальные условия играют очень-очень важную роль, социальные условия.

Оксана Галькевич: То есть это горячая вода, туалет не на улице, вот это, да?

Зритель: Социальные условия, я считаю, как я вижу – это больше, когда наши дети не брошенные, когда нет такого графика, количество часов работы, когда есть место для отдыха. Это жилищные условия обязательно играют роль, да.

Оксана Галькевич: Так.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Вода, воздух, экология играют очень большую роль, очень большую роль. И гены далеко не на первом месте. Гены играют роль, но когда есть сопутствующие вот эти пункты.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Я жила на земле и родилась на земле, живу с 15 лет в Петербурге, и между тоже уезжала, жила на земле, но это далековато было. Это не только мнение, это есть такие данные, я убедилась в этом.

Константин Чуриков: Так, что-то еще в вашем списке есть, Ирина?

Зритель: Что-что?

Константин Чуриков: Все перечислили?

Зритель: Возможно, все. Там что-то еще, возможно, будет, да.

Константин Чуриков: Ладно. Ну смотрите...

Оксана Галькевич: Бокальчик вина раз в неделю добавим?

Зритель: Я считаю еще, важно не сколько жить... О, да, обязательно, конечно.

Оксана Галькевич: Добавляй, Костя.

Константин Чуриков: Записываю... Да у меня уже добавлено.

Зритель: Можно, да, но это с умом тоже надо делать. И важно, как прожить, а не сколько. У меня был тоже большой опыт общения и помощи с людьми, которые живут и до 90, и до 100, это уже да, им нелегко жить без помощи. Это мое мнение, мой опыт.

Константин Чуриков: Спасибо, спасибо большое, очень интересное мнение.

Сейчас мы попробуем все мнения обобщить. К нам присоединяется Елена Брызгалина, заведующая кафедрой философии образования философского факультета МГУ. Здравствуйте, Елена Владимировна.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Елена Владимировна.

Елена Брызгалина: Добрый вечер, Константин, Оксана. Потрясающая программа получилась, и она отлично показала две крайние культурные позиции, которые сегодня есть по отношению к старости.

Оксана Галькевич: Так.

Елена Брызгалина: Данила Медведев в начале часа, представитель движения биохакинга, говорил о том, что его цель – достичь вечного бессмертия. Это отношение к смерти, когда ее пытаются отрицать в жизни, а старость пытаются взломать, когда старость рассматривается только как средоточие страхов и то, чего нужно избежать любой ценой, мобилизовав все силы науки и технологий на взламывание биологических процессов. Я с большой настороженностью как философ отношусь к таким проектам. Вы только представьте, вся жизнь превращается в борьбу со своим организмом, человек становится объектом постоянного мониторирования. Вы хотите жить под монитором? Вы будете счастливы в зависимости от постоянной сдачи анализов на сотни параметров организма?

А вот звонки слушателей и сюжеты, которые были включены в программу, показали примеры, как мне кажется, достойной позиции по отношению к старости. Старение и умирание – это естественные процессы, в которые можно вмешиваться до определенных пределов через качественную медицину. Человеческая природа подразумевает старение и смерть; общество было бы другим, если бы люди жили много дольше настоящего, тем более вечно. Вмешательство в природу – крайне опасный проект, поэтому нельзя сводить старение к биологии.

Оксана Галькевич: Елена Владимировна...

Елена Брызгалина: У нас живут разные возраста, календарный, психологический. По тому, как мы наполняем жизнь смыслом, действием, мы как на чаше весов. Если мы думаем о будущем, планируем жизнь, реализуем планы, мы чувствуем себя моложе; если для нас значимо прошлое, мы чувствуем себя старше.

Оксана Галькевич: Елена Владимировна...

Елена Брызгалина: Как вы себя чувствуете, так вы себя и ведете.

Оксана Галькевич: Я прошу прощения, пытаюсь дистанционно просто вклиниться с вопросом. Елена Владимировна, вот вы когда сказали о том, что вмешательство в природу опасно, я сразу подумал: а действительно, это ведь стресс какой-то жуткий, в том числе стресс, то, о чем говорил наш первый собеседник, нужно минимизировать, исключить – это стресс жить постоянно в ожидании новых анализов, смотреть на то, как меняется качество этих показателей. Собственно говоря, это еще один фактор, который ты сам себе искусственно создаешь.

Елена Брызгалина: Конечно. В любом возрасте должно быть комфортно, в паспортном, в биологическом, в психологическом. Плохо, когда вы чувствуете себя не старше, а, например, старым, это так называемое опережающее внутреннее старение.

Константин Чуриков: Так.

Елена Брызгалина: Когда нет интересов, нет желания общаться, нет активности, когда возникает пациентизация жизни: все болит, ничего не сделаешь, это возраст, говорим мы. Поэтому важно как можно в более раннем возрасте формировать индивидуальную стратегию старения, в которой важны и наследственность, и среда, и, главное, понимать, на что мы можем повлиять. И я бы добавила к вашему списку рекомендаций, который сегодня звучал, пожелание учиться.

Оксана Галькевич: Ага.

Елена Брызгалина: Открывать новое, строить планы на будущее, получать новые впечатления, общаться с новыми людьми.

Константин Чуриков: В этом смысле вы согласны с действиями многих регионов, что открываются эти центры долголетия, пенсионеры учат языки, компьютером пользоваться, – это правильная дорога?

Елена Брызгалина: Это очень важно, потому что мыслить философски и мыслить позитивно возможно только на базе постоянного притока новых знаний. Вот эти все виды активности – это труд. Трудиться нужно духовно и физически, и тогда наполненная жизнь будет давать удовольствие.

Оксана Галькевич: Елена Владимировна, мне очень интересно спросить, что такое индивидуальная стратегия старения.

Елена Брызгалина: Это представление о том, как вы хотите прожить свою жизнь. Например, если вы чувствуете моложе себя, чем календарный ваш возраст, у вас есть риск что-то упустить, например отложить рождение детей или получение второго образования. Чувствуете себя старше? – тоже иногда неплохо, рано достигнете успеха, построите карьеру. То есть индивидуальная стратегия – это осознанность, понимание того, какие у тебя в жизни цели и какие есть возможности для их достижения.

Оксана Галькевич: Ага.

Давайте вместе звонок выслушаем из Тюменской области.

Константин Чуриков: Буквально коротко, да.

Оксана Галькевич: Да. Павел, если можно, очень коротко.

Константин Чуриков: Павел, здравствуйте. Как не стареть или стареть небыстро?

Зритель: Алло? Это вы мне?

Константин Чуриков: Да, Павел, вам, конечно.

Оксана Галькевич: Да, говорите, пожалуйста.

Зритель: Павлу Васильевичу, да?

Константин Чуриков: Павлу Васильевичу.

Зритель: Да-да. Можно говорить?

Константин Чуриков: Нужно, время идет, Павел Васильевич.

Зритель: Здравствуйте!

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я вот что вам хочу сказать. С детства я прошел очень трудную, голодную жизнь во время войны, но основой послужила работа, физическая работа и закаливание. И в процессе своей жизни я всю жизнь физически закаливался, где это было возможно, разработал свою методику, свою литературу, свои видеофильмы. В городе Нижневартовске детские сады с 3 лет, дошкольники у меня закаливаются...

Константин Чуриков: Закаливание и труд. Спасибо за ваш звонок. Спасибо вам, Елена Владимировна, за ваши комментарии. Я думаю, мы в следующий раз найдем времени на вас побольше.

Оксана Галькевич: Елена Владимировна, нам нужно, да, обязательно с вами отдельно пообщаться на эту тему в эфире.

Константин Чуриков: Елена Брызгалина, заведующая кафедрой философии образования философского факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Оксана Галькевич: Костя, быстро свой обещанный рецепт.

Константин Чуриков: Ну а что, все уже сказали, мои секреты раскрыли. Ну иногда немножко красного вина, чуть-чуть.

Оксана Галькевич: Средиземноморская кухня там была.

Константин Чуриков: Средиземноморская, это часть средиземноморской кухни, Оксана.

Оксана Галькевич: Крепкие семейные отношения, Костя, ты хотел сказать.

Константин Чуриков: Семейные отношения, безусловно, и дети, да.

Оксана Галькевич: Вот так вот.

Константин Чуриков: А сейчас...

Оксана Галькевич: А сейчас, друзья, у нас «Информационная погода», о том, как богата наша страна новостями.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)