Какие траты планируют россияне в наступившем году и как накопить на это деньги?

Какие траты планируют россияне в наступившем году и как накопить на это деньги?
Кого и как учить? Китайцам въезд запрещён. Хакеры атакуют банки. Опасен ли 5G? Передел рыбного рынка. Индексация для работающих пенсионеров
Сергей Лесков: У нас очень неравномерное распределение ресурсов по стране. Где-то не хватает рабочих, а где-то работы. Это беда!
Сергей Обухов: С тех пор, как отменили индексацию работающим пенсионерам, их количество резко сократилось. Стало меньше налогов и отчислений в ПФ
Герман Зверев: В стоимости рыбы - 35% отпускная цена рыбака. Остальное - это перевозка и ритейл
Татьяна Овчаренко: У сбытовых компаний манера обсчитывать и начислять долги просто фантастическая!
Как оплачивают счета в глубинке, где нет почты и денег на интернет?
Валентина Иванова: Норматив школьного питания вырос вдвое – до 75,6 рублей. Но есть проблема ежедневного контроля качества и разнообразия рациона
Почему наши мегаполисы превращаются в гетто?
5G убьёт абонента? Действительно ли высокочастотные сети провоцируют онкологию?
Пассажир, выключи музыку! Надо ли запретить использовать в транспорте гаджеты без наушников?
Гости
Константин Ордов
профессор РЭУ им. Г.В. Плеханова, доктор экономических наук
Антон Табах
главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА», доцент Экономического факультета МГУ

Константин Чуриков: И вот мы вернулись к вам. На днях россияне поделились самым сокровенным...

Оксана Галькевич: Деньгами?

Константин Чуриков: Своими планами на этот год, планами, а в планах как раз указания суммы денег, что хотят купить, какие траты запланировали. Опрос проводил портал «Avito», там нет информации, каким образом все это будет сделано, в кредит или все-таки на отложенные деньги, но тем не менее.

Оксана Галькевич: Тем не менее смотрите, чем поделились россияне. Каждый 3-й житель страны запланировал в этом году сделать ремонт, а каждый 8-й купить квартиру или дом.

Константин Чуриков: На минуточку.

Оксана Галькевич: Да, на самом деле это крупные траты. Сменить автомобиль хотят 35% россиян, еще 10% хотят приобрести его впервые. Четверть задумала покупку различных гаджетов, бытовой техники, обновить мебель каждый 5-й желает.

Константин Чуриков: Какие у вас желания и возможности? От чего, собственно, вам, как сказать, не уйти в этом году, на семейном совете что вы обсуждали за новогодним столом? Расскажите нам, внизу экрана телефон указан, SMS-портал 5445.

А в студии у нас Антон Табах, главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА», и Константин Ордов, профессор РЭУ имени Г. В. Плеханова, доктор экономических наук. Добрый вечер, уважаемые гости.

Оксана Галькевич: Добрый вечер.

А вот у меня первый вопрос сразу, знаете, такой: а как, мы будем что обсуждать? Именно планы, то, от чего не уйти в этом году, как ты, Костя, сказал, или то, чего хочется?

Константин Чуриков: Желания и, конечно, то, чего хочется.

Оксана Галькевич: Потому что это вот...

Константин Чуриков: Есть неизбежные какие-то траты большие...

Оксана Галькевич: Важные. Нет, есть важные вещи, а есть...

Константин Чуриков: Ну, например, в доме родилась двойня, надо все равно улучшать жилищные условия, иначе не выживешь.

Антон Табах: Ну тогда можем поговорить про материнский капитал. А если серьезно, когда я смотрел результаты опроса, то вспоминался фильм «Кавказская пленница», когда имею возможность купить козу, но не имею желания и имею желание купить дом, но не имею возможности. Вот мне кажется, что тест на реалистичность, в этом опросе разве что бытовая техника более-менее соответствует средним... То есть раз в 3 года семьи в среднем меняют что-то из указанного, а все остальное – это все-таки скорее речь идет о «хотелках», нежели о реальных возможностях сделать такую покупку.

Оксана Галькевич: Слушайте, но каждый 8-й хочет купить квартиру или дом, из этого можно было бы сделать вывод, что у нас достаточно состоятельное население.

Константин Ордов: Да нет, это может быть еще объяснено доступностью ипотечного кредитования, в частности...

Оксана Галькевич: А-а-а.

Константин Ордов: ...как инструмента вполне рыночного и доступного. Важно только правильно распределить свои силы на всю дистанцию.

Оксана Галькевич: Но подождите, там же все равно требуется первоначальный взнос, а первоначальный взнос – это определенная сумма, которая у тебя должна быть где-то отложена.

Антон Табах: Ну или...

Оксана Галькевич: Или это тоже сейчас стало все проще?

Антон Табах: Это стало по-разному, то есть сейчас действительно стало больше разных программ, где либо первоначальный взнос требуется меньше, льготные, либо уже имеющееся имущество выступает в качестве источника первоначального взноса, это тоже частая история, либо тот же материнский капитал. При этом, наоборот, для, скажем так, рыночной ипотеки с низким первоначальным взносом Центральный банк закрутил гайки, она стала дороже и меньше доступна, поэтому на самом деле рынок сейчас более сегментирован от, условно говоря, 2%-й дальневосточной ипотеки до вполне себе рыночных инструментов, которые весьма дороги, если мы говорим про низкий первый взнос.

Константин Чуриков: Нам уже пишут зрители, Кабардино-Балкария, такая трата, в общем, люди хотят скопить на похороны. Нам пишет...

Оксана Галькевич: Тут была SMS, еще когда Лесков у нас был в студии, люди говорили, что нужно срочно, ну срочно не срочно, менять окна в доме, это достаточно большие траты, вот они копят деньги на это.

Константин Чуриков: Вот еще у нас зритель из Удмуртии хочет купить велосипед, в общем. Кстати, велосипеды разные бывают, бывают очень дорогие.

Оксана Галькевич: Автомобиль не всегда нужен.

Константин Чуриков: «Сельскую ипотеку и козу в кредит», «протезирование зубов».

Оксана Галькевич: «Зубы хочу, зубы хочу вставить», да.

Константин Чуриков: Константин Васильевич, а у меня вопрос. Давайте мы все-таки начнем с самой крупной вообще покупки, которая может быть, наверное, в жизни человека, это все-таки квартира. Вот есть какие-то данные, сколько среднестатистический россиянин будет копить на квартиру при среднестатистической российской зарплате, которая, кажется, согласно Росстату, якобы равна по стране около 40 тысячам рублей?

Константин Ордов: Ну, если мне память не изменяет, это порядка 30 лет плюс-минус. Но здесь, естественно, мы понимаем, что и квартиры разные, и регионы разные, и площади разные, потребности у вас разные, потому что вы квартиру пытаетесь приобрести новую для улучшения условий, семья, ребенок, а это дополнительные расходы. Поэтому тут вот так с кондачка, мне кажется, подойти в покупке и в планировании, в распределении на период 30–40 лет достаточно тяжело. Но от безысходности приходится пускаться во все тяжкие, главное все-таки не потерять при этом финансовую устойчивость, в этих дебрях финансовых не заблудиться окончательно и не впасть вот в эту кабалу долговую.

Оксана Галькевич: Вот хотелось бы спросить, а как обычному человеку, простому, без специального образования, как у вас, уважаемые гости, правильно рассчитать вот эту самую свою нагрузку? Потому что... Я почему спрашиваю? Конечно, с одной стороны, можно пойти в банк и там попросить, объяснить все, но банк, мы понимаем, сторона заинтересованная, иногда там так объясняют...

Антон Табах: Ну, на самом деле ресурсов как раз сейчас... Скорее есть проблема избытка информации, избытка ресурсов, потому что есть минфиновская программа по повышению финансовой грамотности со всеми калькуляторами, с достаточно хорошим сайтом «Ваши финансы», есть сайт Центрального банка «Финансовая культура». Соответственно, я участвую в минфиновской программе, поэтому лицо до какой-то степени заинтересованное. Есть проект, специально посвященный жилью, «Жилфин», который сейчас мы, как сказать, соответствующий сайт, на котором тоже есть калькуляторы, есть соответствующие ссылки. То есть как раз здесь рассчитать не проблема.

Но основная проблема – это как в анекдотах про то, что ваш ответ абсолютно правильный, но совершенно бестолковый, потому что посчитать можно все, а дальше все зависит от конкретного человека, от его индивидуальных особенностей, нагрузки и той же самой толерантности к риску или же к расходам.

Константин Чуриков: Вот сегодня днем, когда наши коллеги, Иван Князев и Тамара Шорникова, обсуждали ровно эту же тему, вот один из зрителей, Александр из Волгограда, позвонил, вот сейчас давайте посмотрим фрагмент, а вы оцените, насколько финансово это было грамотно со стороны зрителя.

Зритель: Вот, например, у меня зарплата 25 тысяч, у жены примерно такая же. Мы взяли ипотеку и еще кредиты, потому что даже элементарно купить телевизор зарплаты не хватает, например, на телевизор еще. И вот живем копейка в копейку, здесь не то что откладывать, лишних денег вообще нет.

Тамара Шорникова: А телевизор за сколько взяли, нескромный вопрос вам задам?

Зритель: Телевизор за 42 тысячи.

Константин Чуриков: У людей ипотека, им захотелось телевизора, телевизор...

Оксана Галькевич: Совокупный доход 35.

Константин Чуриков: Да. Телевизор 42 тысячи.

Антон Табах: Мы не знаем опять же... Как сказать, не судите и не судимы будете.

Константин Чуриков: Нет-нет, я как раз хочу...

Антон Табах: Мы не знаем, на сколько лет взят этот кредит. Мы не знаем, сколько помесячная оплата составляет. Может быть, у этих людей единственная радость в жизни – это телевизор, и, что называется, опять же не вам, телевизионщикам, критиковать покупку телевизора.

Константин Чуриков: Нет-нет, мы не критикуем, мы задаем вопрос.

Оксана Галькевич: Я живу без телевизора много лет...

Антон Табах: Да-да-да. Поэтому не надо делать... Так же, как известно, что многие продавцы кофе пьют только чай, и наоборот. Но если серьезно, то да, скорее это неправильно, наверное, можно телевизор поставить подешевле. Но если в доме ребенок и там действуют соображения престижа или отсутствия развлечений, почему нет?

А ипотека опять-таки, вот как сказать... У нас есть некая такая вот двойственность. С одной стороны, рассказывают про долговую кабалу, все воспринимается в режиме «кабала, жить без долгов хорошо». С другой стороны, ипотека на длительный срок с нормальным первоначальным взносом с небольшой, как сказать, с подъемной месячной выплатой – а что в этом плохого? Это просто, как сказать, кто-то платит за коммунальные услуги, кто-то платит двойные коммунальные услуги, но в регионах это сопоставимые цифры чаще всего, за квартиру.

Оксана Галькевич: Да нет, плохого ничего...

Антон Табах: Нет, это не кабала точно так же, как покупать квартиру необязательно.

Оксана Галькевич: Антон Валерьевич, проблема в том, что вы описали практически идеальную ситуацию. Проблема не в том, что это плохо или хорошо, а в том, что это довольно редкая ситуация, когда, как вы говорите, хороший первоначальный взнос, он должен быть, он далеко не у всех есть.

Антон Табах: Она не такая редкая ситуация. Более того, у нас, как сказать, недвижимость, да, в свое время была распределена по принципу «кто на чем сидел, тот то имеет», условно говоря, происходит перераспределение имущества в семье, происходит, что кто-то копит, кто-то зарабатывает. Да, и опять же это не российская проблема, почитайте любые, как сказать, финансовые дискуссии в Соединенных Штатах, в Германии в меньшей степени, в Британии, практически в любой стране то же самое: жилье, ипотека, доступность или недоступность...

Оксана Галькевич: Ну Антон Валерьевич, слушайте, у них все-таки, согласитесь, накопленное, так скажем, я не знаю, благосостояние поколений поболее, чем у нас-то.

Антон Табах: И вместе с тем закредитованность. В Германии и Швейцарии да, накоплена, в тех же Соединенных Штатах очень сильное неравенство. Опять же мы, как сказать... Вашим зрителям, наверное, это не слишком актуально, где кого линчуют в данный конкретный момент, но можно сказать, что проблема ограниченной доступности жилья и высоких ставок по ипотеке есть, она не только российская. А вот что в России можно сказать хорошее про 2020 год...

Оксана Галькевич: Ага, так.

Антон Табах: Судя по тому, как сейчас идет динамика процентных ставок, здесь, как сказать, если вернуться на год назад, почти все аналитики ошиблись, ставки в этом году будут снижаться даже еще быстрее, чем ожидалось, потому что низкая инфляция, потому что слабый рост. Опять же низкая инфляция, как на нее смотрит ЦБ, не будем обсуждать, насколько она реалистична...

Оксана Галькевич: Два и два сегодня даже пообещали как вариант.

Антон Табах: Как вариант. Соответственно, при этих раскладах мы спокойно сможем увидеть к концу года ипотеку под 7%, а то и под 6,5%, при благоприятном сценарии.

Константин Чуриков: Секунду.

Оксана Галькевич: Но при этом будет дорожать жилье (прости, Константин). Ведь так всегда происходит: ставки снижаются, цена... ?

Антон Табах: Необязательно, необязательно. Во всяком случае ставки снижаются более существенно, чем растет жилье, если мы говорим про ипотечное. Опять же, если жилье дорожает, это плохо покупателю и хорошо собственнику, а собственников у нас большинство, у нас страна, между прочим, с одним из самых высоких уровней жилья в собственности.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Я сейчас буду зачитывать сообщения о том, что люди запланировали. Сначала о том, что редко встречается, потом о том, что чаще всего: «купить дрова для баньки», «в мечтах поездка в Питер на теплоходе с заходом на острова», «купить ручку для форточки в новую квартиру» (мы ценим юмор», «надо продать свои вещи, чтобы дожить до лета»...

Оксана Галькевич: «Хочу внуков», – нам пишет Алтайский край.

Константин Чуриков: ...«построить баню»... Ульяновская область пишет: «Надо сына отмазать от армии, ищу выходы». Но самый частый вариант ответа – протезирование зубов.

Оксана Галькевич: Да, кстати, я тоже на это обратила внимание.

Константин Чуриков: Вот это прямо, знаете, просто простыня сообщений. О чем это говорит, Константин Васильевич?

Константин Ордов: Дорогостоящее удовольствие, но это потребность. Да в принципе все, что вы перечислили, хочется жить сегодня и сейчас, и здесь главное для нас, хоть дрова, хоть протезы, здесь главное все-таки, какую часть своего дохода вы будете после этого выплачивать либо, если вдруг у вас нет возможности накопить, а сегодня это необходимо. И вот коллеги из агентства другого опубликовали данные о том, что примерно четверть кредитополучателей выплачивают более 80% своего дохода, и это уже...

Оксана Галькевич: А разумная какая ставка?

Константин Ордов: Это очень много. Как?

Оксана Галькевич: Разумная какая часть?

Константин Ордов: Доля?

Оксана Галькевич: Доля, да.

Константин Ордов: Доля, которая... Ну, если она превышает 40–50%, это уже повод очень сильно себя начинать ограничивать.

Антон Табах: Лет 20 назад, когда меня учили в Соединенных Штатах как раз в бизнес-школе, все, что больше 30%, считалось анафемой, грехом и высоким кредитным риском. Это к вопросу о том, как мы все во всем мире распустились в плане кредитов за последние 25–30 лет. То есть покажи сейчас банкиру старой школы, ну некоторые на пенсии, видимо, стараются не читать прессу и не смотреть телевизор, потому что умрут от инфаркта, те уровни кредитной нагрузки, которые сейчас считаются нормальными, они, так сказать, будучи седыми, поседеют, а кто умер, будут переворачиваться в гробах.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Нам звонит Москва, Андрей. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Расскажите, пожалуйста, что у вас в планах, какие расходы и на что, в этом году.

Зритель: У меня планов-то таких нет. Я вот хотел вопрос задать к уважаемым гостям вашим по поводу кредитов, вот сейчас разговор идет. А почему такая вообще истерия в стране по поводу кредитов? Вот люди сейчас закредитованы, я непосредственно близок к этому ко всему, работаю с банками, работаю с клиентами, занимаюсь недвижимостью. И с 2018 года уже ситуация складывается такова, что люди не могут выплачивать кредиты, они просто продают свои квартиры, которые уже были в кредитах, должны за это платить налоги, за продажу, потому что менее 3 лет в собственности.

Понимаете, что происходит? Вместо того чтобы направить политику государства на развитие людей, чтобы люди спокойно могли себе позволить, как вы говорите, тот же телевизор купить, стиральную машину, ребенка в том числе, возможно, отмазать от армии, страну загоняют в долги.

Константин Чуриков: Подождите, Андрей, вы же общаетесь как раз с продавцами квартир, вы видите этих людей, с ними говорите. Вот из-за чего они это делают?

Зритель: Что делают? Продают квартиры?

Константин Чуриков: Вот вы говорите, что вы занимаетесь риелторством.

Зритель: Да. Продают квартиры – это рынок, он всегда будет независимо от экономической ситуации в стране: люди разводятся, умирают, женятся и так далее.

Константин Чуриков: Мне просто показалось, что вы ведете к тому, что вот люди не от хорошей жизни, от того, что набрали кредитов, вынуждены продавать недвижимость, мне кажется, это...

Зритель: Вы не поняли, нет.

Оксана Галькевич: Те, которые не могут обслуживать кредиты.

Зритель: Я говорю о том, что этот рынок всегда будет, он всегда работает по перечисленным причинам. Я говорю о том, что платежеспособность населения упала, упала очень сильно, понимаете?

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: И кризис внутри страны такой уже, что уже невозможно терпеть. Я говорю о том, что у меня были такие уже клиенты, которые купили в кредит и с первых же, со второго, с третьего платежа уже не могут оплачивать.

Константин Чуриков: Андрей, а вам каково живется?

Зритель: Что?

Константин Чуриков: Вам как живется? Вот вы занимаетесь куплей-продажей.

Зритель: Вы знаете, мы, так скажем...

Оксана Галькевич: Процент?

Зритель: ...категория людей, которые в этой пищевой цепи. То есть если на сегодняшний день, как я уже сказал, люди женятся, разводятся, умирают, сходятся, делят имущество, наследство, этот рынок всегда будет в движении, а мы находимся в этом...

Оксана Галькевич: Как вам живется-то, Андрей, все-таки ответьте.

Константин Чуриков: Да, как живется? Я просто никогда не поверю, что у риелтора нет никаких финансовых планов на год в Москве.

Зритель: Планы, конечно, есть, строимся, приобретаем движимое имущество и так далее, это само собой. Я сейчас говорю не лично за себя...

Оксана Галькевич: Ладно, хорошо, Андрей, мы поняли, вы лично за себя не хотите говорить.

Константин Чуриков: Нет, Андрей уже сказал.

Оксана Галькевич: Тогда коротко очень ответьте за тех людей, которые взяли кредит и после продали эту квартиру, – у них упала платежеспособность в связи с чем? Лишились работы, им снизили зарплату? Очень коротко.

Зритель: Естественно, очень много... Допустим, взять просто Москву, я не говорю уже о регионах, потому что там...

Оксана Галькевич: Очень коротко, Андрей.

Константин Чуриков: Сейчас-сейчас.

Зритель: Да. Люди теряют как минимум сейчас премиальные, кто-то лишается работы, могу даже перечислить определенные банки, которые закрылись, филиалы банков закрылись, понимаете?

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Андрей, спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Антон Валерьевич, вы прямо просились в эфир.

Антон Табах: Да, что можно сказать? Значит, во-первых, все-таки безотносительно к уважаемому звонящему, как известно, по поводу правдивости высказываний хуже, чем у риелторов, репутация только у продавцов подержанных машин, это показывают, как сказать, опросы и российские, и зарубежные. Когда человек начинает говорить за других, это тоже часто показывает, что из каких-то, как это сказать, индивидуальных историй. Чисто статистически с ипотекой у нас все в порядке, просрочек мало. При этом я знаю случаи, когда люди продавали свои квартиры именно из-за изменений обстоятельств, но через 2–3 месяца... Это вопрос, кто взял Шарикова в очистку, то есть кто дал этот кредит, потому что очень редко кредит не застрахованный, когда у человека возникает какая-то ситуация. Но истории бывают, то есть у нас страна большая, всякое бывает.

То, что упал платежеспособный спрос, – да. Поэтому правильно, как сказать, ипотеку у нас поддерживают активно, рынок недвижимости у нас в плане налогов льготирован лучше, но, наверное, только в Соединенных Штатах в плане налоговых вычетов и прочих льгот, масса всяких дополнительных программ. Но есть проблема снизившихся доходов населения, причем в Москве и в крупных городах в большей степени, мы уже это неоднократно обсуждали; есть проблема высоких процентных ставок, она потихоньку смягчается, потому что Центральный банк перестает лютовать. Но вот, собственно говоря, что делать с доходами и как обеспечить рост доходов, без этого все остальное будет планами или делаться в кредит.

Константин Чуриков: Очень хорошо, чтобы вы сейчас прокомментировали то, что сказал Антон Валерьевич по поводу того, что вот эта ситуация, некий такой кризис, нерост доходов больше всего ударила по крупным городам, в частности по Москве и так далее.

Константин Ордов: Ну здесь, видите...

Константин Чуриков: Просто не все нас слышали, когда мы это обсуждали в прошлом году.

Константин Ордов: Уходящий год тоже ознаменовался какими-то совершенно странными вещами, не характерными для Москвы, а больше для регионов, – это кредиты на продукты, кредиты на лекарства. Поэтому я думаю, что в Москве, может быть, и было излишне много денег, поэтому это заметно, а в регионах приходится поджиматься с гораздо меньших ресурсов. Но мы понимаем, что люди таким образом пытаются сохранить привычный образ жизни.

Константин Чуриков: Подождите, в Москве кредиты на продукты тоже как-то, мне кажется, вряд ли такое бывает.

Константин Ордов: Вот я про это и говорю, что это больше проблема регионов, и вот подобного рода проявления... Конечно, они не обсуждают ипотеки, но мы говорим о том, что вот эта четверть населения, четверть кредитополучателей, которая выплачивает больше 80%, если у них нет семьи, то, скорее всего, они уже из этой ситуации кредитной выйти без банкротства своего физического лица не смогут.

Константин Чуриков: Без помощи близких.

Антон Табах: Ну а что плохого в банкротстве? Это нормальный инструмент.

Оксана Галькевич: Дорогая, говорят, процедура, Антон Валерьевич.

Константин Ордов: Да, очень дорогая.

Антон Табах: Говорят, полностью согласен и надеюсь, что сейчас примут законопроект об упрощенном банкротстве, который рассматривается, скажем так, то, что внесло Минэкономики, то, что обсуждается, потому что нужно решать эту проблему. Потому что сейчас это скорее такая бизнесовая услуга: чтобы обанкротиться, нужно в регионах от 80 тысяч, в Москве от 120 тысяч рублей. Но во многих случаях это, как сказать, лучшее и самое правильное решение.

Поэтому опять же у нас, как это сказать, к банкротству относятся, как к чему-то такому непотребному, но можно брать пример с Соединенных Штатов, вон Трамп и его компания банкротились трижды, там масса банкротов на высоких постах. Банкротство – это возможность начать жизнь с чистого листа с точки зрения долговой, и лучше, чем когда сейчас годами коллекторы пытаются что-то взыскивать, когда, в общем-то, долг не взыскиваем.

Оксана Галькевич: Подождите, Антон Валерьевич, учитывая, что у нас достаточно большая часть населения закредитована не просто ипотеками или какими-то потребительскими кредитами, а просто взяв деньги в МФО попадают в эту кабалу, применима ли здесь эта процедура физического банкротства, для физических лиц?

Антон Табах: Значит, во-первых, с МФО сейчас, если мы посмотрим на этот рынок, там очень сильно уменьшается, скажем так, их количество и даже объем рынка, рост. Во-вторых, это вопрос, который я люблю задавать своим студентам: например, сколько процентов от всех кредитов и всей долговой нагрузки в России составляют займы в МФО?

Оксана Галькевич: Так, хорошо, сколько?

Антон Табах: Просто вот... Ну угадайка, сколько?

Оксана Галькевич: Пять процентов, десять?

Антон Табах: Много, вы говорите слишком много.

Оксана Галькевич: А, я говорю?

Антон Табах: Полтора.

Константин Чуриков: Полтора.

Оксана Галькевич: Хорошо, полтора...

Антон Табах: Но это вот тот самый случай, когда мал клоп, да вонюч, с ними очень много проблем, но при этом это очень маленький сегмент рынка.

Оксана Галькевич: Антон Валерьевич, может быть, это маленький сегмент рынка, но, знаете, вы, экономисты, все какими-то цифрами меряете и мыслите. За этими 1,5%, понимаете, стоят живые люди, реальные человеческие истории.

Антон Табах: Полностью согласен.

Оксана Галькевич: Поэтому у меня вопрос такой. Хорошо, вот эти 1,5%, люди попали в эту кабалу, в МФО, возможна ли там процедура банкротства физических лиц?

Антон Табах: Чаще всего невозможна...

Оксана Галькевич: Невозможна.

Антон Табах: ...потому что требуются некие достаточно крупные минимальные суммы.

Оксана Галькевич: Вот.

Антон Табах: Именно поэтому нужно упрощенное банкротство, которое будет для небольших сумм и для простых ситуаций.

Оксана Галькевич: Все, я ответ получила, спасибо.

Константин Чуриков: Еще варианты ответа. Значит, Башкирия пишет про ремонт, Омск: «Хочу купить новые запчасти на трактор, потрачу 20 тысяч». Пермь: «Хочу ноутбук и куплю». Тульская область: «Я на «пенсионе», запланирована купить мебель, диван, стол, шкаф», – между прочим. Кстати, нам еще пишут: «Зачем кредит? Пенсия 17 тысяч и счастлив», – Архангельская область.

Давайте сейчас еще послушаем Ольгу из Ленинградской области. Ольга, здравствуйте, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Ольга.

Зритель: Здравствуйте. Я считаю, что самые большие траты могут быть у граждан, если у них случится потребность в тратах на здоровье.

Константин Чуриков: Ой, стучим по дереву все.

Зритель: Никто не застрахован от заболевания, а, к сожалению, медицинские услуги в основном стали платными. А для того чтобы граждане планировали свои траты и могли это все рассчитать и жить более-менее, надо, чтобы было правовое поле в государстве, чтобы государство имело дисциплину и тоже планировало. Потому что постоянно преподносятся «подарки» в части медицины, здравоохранения и в части, вы говорите, экономика, надо планировать и прочее. Получается, что граждане должны изучить и медицину, и экономику, потому что там они не могут быть специалисты.

Константин Чуриков: Да, безусловно, мир стал вообще сложнее.

Ольга, с вашей точки зрения, вот эта подушка финансовой безопасности какой должна быть? Ну, например, для вас в идеале?

Зритель: Если учитывать здравоохранение, чтобы себя подстраховать, я не говорю о зубах, без зубов еще можно прожить, то гражданину как минимум надо иметь 150 тысяч в запасе.

Константин Чуриков: Сто пятьдесят минимум. Спасибо за ваш звонок.

Кстати, Константин Васильевич, как прокомментируете 150 тысяч?

Константин Ордов: Ой, мне очень понравилось, кстати, у вас это сообщение о том, что надо запчасти для трактора купить. Мне кажется, это какой-то предприниматель, это человек, который как раз задумывается...

Константин Чуриков: Так.

Оксана Галькевич: Это вложение средств в средства производства, да?

Константин Ордов: Конечно, конечно. У нас с вами, к сожалению, в России это вымирающий вид, порядка 4 миллионов с небольшим, а чиновников больше 30 миллионов. Вот я боюсь, когда мы будем читать больше сообщений как раз...

Антон Табах: Вот можно перестать называть учителей и врачей в бюджетных организациях чиновниками, в конце-то концов?

Константин Чуриков: Ну это через запятую.

Константин Ордов: Бюджетники, называйте как угодно, важно только, что мы говорим ровно о том, что предпринимателей у нас явно недостаточно, тех, которые могли бы нам создавать и реальный доход, и налоговые поступления, и уровень жизни могли бы поднять.

Антон Табах: Сказка, в сырьевой экономике сказка. Самозанятыми они могут быть по большей части и являются по сути малые предприятия.

Оксана Галькевич: Это хорошо, если они еще самозанятые.

Антон Табах: Сказки про Силиконовую долину очень хорошие.

Константин Чуриков: Нет, ну подождите, когда мы говорим о том, что вот реальные доходы почти не растут либо падают, может ли, скажем так, каждый 2-й вкладываться в средства производства и, как говорит Антон Валерьевич, быть самозанятым? Вообще это реально?

Константин Ордов: Я вот на эти рождественские каникулы ездил в Ярославль, Кострому с детьми. И вот поверьте, вот эти народные ремесла, эти экскурсоводы, гиды, которые уже не ограничиваются стандартными программами, а именно адаптируют для интересов семьи целиком, то есть вот это самозанятые, ровно для них и налогообложение сейчас адаптируется, чтобы это развивалось. Просто главное, чтобы это стало популярным, это стало, может быть, нашей общественной идеей, нашей заинтересованностью общей, и тогда развитие...

Константин Чуриков: А нам будет, на что путешествовать хотя бы по стране?

Константин Ордов: Конечно, конечно!

Антон Табах: Такая занятость тоже создает спрос и создает занятость. В конце концов, вот что я хотел сказать? Не надо забывать о вложениях в себя. То есть медицина – это такой катастрофический сценарий чаще всего, когда, например, что-то срочное или незапланированное. Но надо помнить о регулярных вложениях в себя, то есть забота о собственном здоровье, и надо помнить о вложении в себя в образовательном плане, то есть поддержание себя в форме. Для этого сейчас есть масса возможностей технологических, так сказать, бесплатных и...

Оксана Галькевич: Дистанционные всякие курсы, например.

Антон Табах: Дистанционных, да. Понятно, что не всему можно обучиться дистанционно, но, во-первых, дистанционное обучение, причем часто бесплатное либо субсидированное, государственные программы и просто, как сказать, ролики на YouTube.

А во-вторых, надо помнить о том, что технологии дают возможность, то есть, например, те же ремесла, так сказать, моя жена и много ее знакомых закупают на ярмарке мастеров какие-то вещи, украшения, предметы одежды, приходят из каких-то очень странных мест, далеких. То есть представить себе, что в Москву будут заказывать из Северобайкальска и будет приходить, причем за вполне разумные деньги, это удивительно. Но люди создают себе занятость, в общем, это, как сказать, не московская блажь, то есть я знаю, что в регионах тоже очень много по этому поводу создается, то есть больше возможностей, как сказать... Государство не позаботится.

Константин Чуриков: А сейчас давайте узнаем, какие более-менее крупные траты запланировали жители Краснодара, Самары и Бийска. Небольшой опрос, проведенный нашими корреспондентами.

ОПРОС

Константин Чуриков: Вот мы начали с того, что надо разобраться, вы сказали, кажется, блажь это или это вот реальная потребность. Но в принципе что мы здесь получили? Ну хорошо, ипотека не блажь, квартира – это святое. Но в принципе Анапа, отпуск, свадьба, санаторий, машина (без автомобиля иногда можно прожить), ремонт (иногда и старые обои сойдут), телевизор, холодильник.

Я просто хочу понять: вот то, что сейчас люди говорили, с вашей точки зрения как вот экономистов, специалистов по финансам, – это блажь не блажь?

Антон Табах: Зависит от конкретной ситуации, конкретного человека и его жизненных обстоятельств. В некоторых случаях машина блажь и, как это сказать, кидание пальцев, а в некоторых необходимость. То есть, например, я сам последние годы живу без машины, так сказать, верный «собянинец», назову это так, дожали. С другой стороны, я знаю массу, как сказать, знакомых и в Москве, и в регионах, которым машина нужна: многодетные семьи, когда работа или бизнес с трудной доступности в транспорте, то же самое. Опять же машина какая? В некоторых случаях внедорожник – это блажь, а в некоторых, наоборот, производственная необходимость. Поэтому вот так говорить... То есть есть вещи очевидно странные, но все остальное очень сильно зависит от индивидуальной ситуации.

Оксана Галькевич: Хорошо. Но, понимаете, мы начинали с вами разговор с того, что нужно как-то понимать людям, как правильно финансово спланировать свою нагрузку. А здесь Константин поворачивает в другую сторону: людей нужно, я не знаю, людям нужно также знать, может быть, как вот эти вот аппетиты свои в какой-то момент обуздать, правильно тоже оценить, нужно не нужно...

Антон Табах: Вы говорите очень вредные вещи про обуздание.

Оксана Галькевич: Так.

Антон Табах: Это снижает экономический рост.

Константин Чуриков: Так.

Антон Табах: Потребитель должен быть оптимистичен, экономисты, особенно Министерство экономики и Максим Орешкин, вас не одобрят.

Оксана Галькевич: Оттого, что Максим Орешкин будет широко улыбаться, понимаете, у меня в кармане звенеть громче не станет.

Антон Табах: Да, но если все будут мрачны, как сычи, это еще Кейнс почти 100 лет назад установил, то от этого всем будет хуже, потому что на макроуровне все работает иначе, чем в домохозяйстве.

Оксана Галькевич: Улыбаемся.

Константин Чуриков: И сейчас мы подходим к интересному выводу, что, оказывается, когда люди влезают в кредиты, когда им кажется, что старый телевизор плох и диагональ немножко не та, на самом деле люди работают не только на свое какое-то желание или «хотелки», но они работают на, в общем-то, задачи партии правительства.

Константин Ордов: Да, и мы, в общем-то, когда говорим об импортозамещении, мы очень надеялись на то, что вот это потребительское кредитование, этот бум, который мы последние 2 года наблюдали, выше 20% прироста, мы надеялись, что это будет основой для развития российского бизнеса. В некоторых отраслях, сельское хозяйство, вроде что-то удалось. Но вот машиностроение, тяжелое машиностроение, бытовые какие-то приборы, к сожалению, пока в России несильно...

Антон Табах: Ага, с бытовыми приборами 90% производства российское. Да, иностранные бренды, иностранные фирмы, но они делаются здесь из здешних материалов.

Оксана Галькевич: И названия иногда как-то латинизируют специально, чтобы подстроиться под...

Константин Чуриков: Ну да, чтобы было западный имидж у бренда.

Я правильно понимаю, что в таком случае для разгона производства, для того чтобы все что-то покупали, крайне невыгодно сейчас делать надежную бытовую технику, надежные холодильники, телевизоры?

Оксана Галькевич: Ну это не только в российском производстве.

Константин Чуриков: Оно должно обязательно ломаться где-то раз в несколько лет?

Антон Табах: Ну, это к специалистам по потребительскому рынку, это за пределами экономики и финансов. Скажем так, одноразовое потребление действительно последние годы активно продвигалось, то есть когда не ремонтируй, а купи новое, как в произведениях, так сказать, мрачных 1930-гг., у Хаксли и других. А с другой стороны, сейчас вот на фоне экологической волны, наоборот, идет движение на то, чтобы меньше потреблять. Посмотрим, что пересилит.

Оксана Галькевич: Вы знаете... Давайте звонок примем, а потом вопросы продолжим.

Константин Чуриков: Звонки.

Оксана Галькевич: Светлана из Красноярского края?

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Светлана, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Если можно, только у телевизора, пожалуйста, звук уберите, потише сделайте.

Константин Чуриков: Светлана вообще сделала тише телевизор, потому что там ночь, в Красноярске. Да, здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте еще раз. У нас связь запаздывает, поэтому я вижу, что у вас гости говорят и параллельно как бы я.

Константин Чуриков: Вы просто в трубке нас слушайте.

Оксана Галькевич: Вот поэтому телевизор выключите и слушайте нас в трубку, пожалуйста, и не будет опозданий.

Зритель: Да, теперь слышу вас.

Константин Чуриков: Так, ну говорите.

Зритель: Да. Звоню я из Красноярского края, не из Краснодарского. Красноярский край, город Норильск, это север, Крайний Север.

Константин Чуриков: Знаем-знаем, да.

Зритель: Я пенсионерка и хотел бы сказать, что вот я ничего не могу запланировать и сама живу в кредит. Я вас не слышу.

Константин Чуриков: Мы вас услышали.

Оксана Галькевич: Мы вас слышим, Светлана, и страна вас слушает, да.

Константин Чуриков: Светлана, на что брали кредит, если не секрет?

Зритель: Кредит у меня потребительский на продукты. Я не могу на свою пенсию прожить. У меня получается, что на мою пенсию на 500 рублей в день я должна жить.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Поэтому я вот вообще ничего не могу запланировать.

Оксана Галькевич: Подождите, Светлана, вы единоразово этот кредит брали на продукты, или вы достаточно... ?

Зритель: Нет, вы знаете, у меня кредитная карта, то есть Сбербанк мне дал кредитную карту.

Оксана Галькевич: А-а-а, понятно.

Зритель: Вот таким образом я в кредите, вот так у меня получается.

Оксана Галькевич: Но вы вовремя все время гасите, успеваете обойтись без... ?

Зритель: Стараюсь, стараюсь, конечно, я же уже, мои дети... Мы расходимся немножко, я вас вижу.

Оксана Галькевич: Да, понятно.

Константин Чуриков: Светлана, подождите, если вы нас сейчас слышите, пенсия у вас какая, если не секрет?

Зритель: Моя пенсия 19 тысяч.

Константин Чуриков: Девятнадцать, ага. Дети вам помогают, не помогают никак?

Зритель: А у детей свои дети, поднимать надо, учить надо, понимаете? Лечить, где-то возить надо. Вот не слышу я вас опять.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Светлана, спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо, но связь нас немножко подводит.

Еще Константин, Константин пускай.

Оксана Галькевич: Слушайте, а вот кредитная карта, я просто сразу, кредитная карта, кредиты по картам входят вот в эту общую картину?

Антон Табах: Да, естественно, входят, их остатки, это все считают. Более того, в последнее время потребительские кредиты как таковые стали отмирающей натурой, потому что банки скорее предпочитают проверенным клиентам увеличивать лимит по кредитной карте либо давать кредиты своим зарплатным клиентам, а не, что называется, давать кредиты человеку с улицы, то есть это в сказках бывает.

Константин Чуриков: Тогда сейчас...

Оксана Галькевич: Слушайте, но кредитная карта – это очень удобный инструмент, если ты грамотно пользуешься.

Антон Табах: Тем она и опасна.

Константин Чуриков: Так-так-так, минутку.

Оксана Галькевич: Слушайте, тут считать надо просто.

Константин Чуриков: Давайте сейчас пока наш зритель Константин из Свердловской области подождет, пока мы далеко не ушли от кредитных карт – а какие вообще виды кредитов вы посоветуете, уважаемые эксперты?

Оксана Галькевич: Посоветуете?

Константин Чуриков: Ну посоветуете, если человеку надо. Вот Антон Валерьевич говорит, что вот кредитная карта опасна.

Антон Табах: Значит, опасно все, любой, как сказать, финансовый инструмент – это... Вот возьмем топор – он опасен? Да, но им можно дом построить и им можно человека зарубить.

Оксана Галькевич: Дров наколоть можно.

Антон Табах: Вот точно так же к финансам нужно относиться, как, так сказать, к очень опасным инструментам, но и очень полезным, просто меры техники безопасности. Соответственно, на самом деле в традиционной, как бы классической концепции финансовой грамотности хорошими кредитами считается ипотека на жилье, если там цена не задрана и она подъемна, ключевое слово, как всегда все с добавками, кредиты на образование и на улучшение себя, что называется, на инструменты либо на вложение в себя.

Соответственно, лучше всего иметь кредитную карту как для создания кредитной истории, необязательно ею пользоваться, так и для того, чтобы в случае чего, если нет денег и не опираться на, как сказать, родственников, друзей и знакомых Кролика, иметь возможность перехватить денег на случай кассового разрыва. Все остальные кредиты в общем-то плохие, как бы за них ни агитировали. Самое страшное – это займы в МФО, вот это наиболее токсичный продукт. Опять же здесь как бы у коллег разные мнения, я отношусь к тем, кто считает, что это продукт, который надо, как это сказать, стараться, чтобы его не было.

Оксана Галькевич: Ага, минимизировать присутствие на рынке, да?

Антон Табах: Минимизировать, да, но минимизировать можно по-разному, с разных сторон: можно, как сказать, убивать спрос, можно убивать предложение.

Оксана Галькевич: Ага.

Антон Табах: Вот это самое важное. А так... И второе, на самом деле это опять же как бы за пределами финансов: все-таки, если есть семья, есть друзья, тоже, как сказать, иметь общественные связи. Потому что за много лет работы с как раз потребительскими финансами в рамках проекта по финансовой грамотности токсичные кредиты чаще всего являются продуктом разорванных социальных связей, то есть когда человек оказывается без семьи, без друзей, без коллектива.

Оксана Галькевич: Ну бывают такие ситуации жизненные, когда...

Антон Табах: Бывают, в жизни все бывает.

Константин Чуриков: Звонок Константина из Свердловской области. Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте. Ну вот хотел ответить на вопрос, какие крупные траты вы запланировали в этом году.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: У меня единственная трата – долг за ЖКУ, жилищно-коммунальные услуги, 52 тысячи на сегодняшний момент.

Константин Чуриков: А как так получилось, что вы его накопили?

Зритель: А так получилось, что я заболел, у меня медотвод был, мне пришлось уволиться, там новый приказ Минздрава, как обычно, для водителей неожиданно откуда-то всплыл, вот, и с сахарным диабетом, соответственно, я профессионально не могу трудиться водителем. Соответственно, я не могу найти работу, сейчас это очень сложно...

Константин Чуриков: А вы в каком городе Свердловской области, Константин?

Зритель: Екатеринбург.

Оксана Галькевич: Большой достаточно район.

Константин Чуриков: А, все-таки есть какие-то, наверное, возможности. В каком качестве вы могли бы работать? На какую работу вы в принципе претендуете?

Зритель: Я не знаю, я вот больше полугода ищу сейчас, ничего подходящего найти не могу.

Константин Чуриков: Нет, секундочку, у каждого есть свой профиль, то есть...

Оксана Галькевич: Профессия какая-то у вас, образование какое-то? На что претендуете?

Зритель: Ну я работал водителем в последнее время, потому что так получилось, ну вот.

Константин Чуриков: Понятно.

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Успехов вам.

Вы знаете, у меня такой вопрос...

Антон Табах: Кстати, это тоже один из признаков общего нездоровья экономики и потребительского рынка, долги больше 0,5 триллиона рублей у населения за жилищно-коммунальные услуги. Опять же тут есть свои аспекты, с одной стороны, не все получают те субсидии, которые могут получить, с другой стороны, коммунальщики очень жестко все выжимают, а с третьей, как страусы накапливают долги, вместо того чтобы договариваться с коммунальщиками, потому что там тоже сидят не звери.

Оксана Галькевич: Вот, вы знаете, да, я на самом деле хотела сказать, что слышно по голосу, что человек не потому накопил долги, что ему так этого хотелось, а что он переживает искренне. Понимаете, есть люди разные, есть кто-то, кто намеренно входит в эту ситуацию, а вот наш Константин из Свердловской области как раз не тот случай.

Антон Табах: Ну вот мы как раз в Екатеринбурге работали по коммунальным вопросам, по коммунальным долгам, и чаще всего коммунальщики достаточно вменяемые. Но опять же для того чтобы...

Оксана Галькевич: Подождите, но они же знают, что человек лишился работы, что у него перед этим случилась сложность со здоровьем, у него такой сложный диагноз? Ну вот хотя бы пойти навстречу?

Антон Табах: Чаще всего мы же всей истории не знаем, с высокой вероятностью за потерей работы сейчас стоит работа где-нибудь в такси, вот просто вангую дистанционно просто потому, что как бы особенности рынка Екатеринбурга, но доходы могут быть меньше, чем, например, работа штатным водителем в хорошем месте.

А второе: не удивлюсь, если этот долг есть, он систематизирован, что именно выплачивается, что, например, на год заключил рассрочку, почему человек говорит про планы расплатиться за жилищно-коммунальные услуги, потому что чтобы тогда не отключали, а соответственно договоренности. Поэтому... Ну сами понимаете.

Константин Чуриков: Нам звонит еще Ксения из Москвы. Ксения, добрый вечер. Какие у вас планы на этот год?

Зритель: Вы знаете, у меня по сравнению с теми людьми, которые звонят, наверное, вообще самые легкие.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: У меня есть планы купить стиральную машину и поменять входную железную дверь. Но в кредит я это делать не хочу, потому что не хочу в такую зависимость попадать, и вот постоянно это дело все перекидываю дальше и дальше, не знаю...

Константин Чуриков: Но вы примерно прикинули, о каких суммах идет речь? Я вот давно дверь не менял, как-то старая пока хороша.

Зритель: Ну где-то по 30 тысяч, 30 машина и 30 дверь.

Константин Чуриков: По зубам, нормально, потянете?

Зритель: Ну потяну, но я все время стараюсь отложить, но в кредит не влезать.

Константин Чуриков: Правильно. Спасибо, Ксения.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Ксения.

Константин Чуриков: Ну что...

Оксана Галькевич: Вы знаете, я прочитаю просто несколько сообщений. Петербург пишет: «Закрыть несколько кредитов, на выпускной дочери накопить». «Планирую купить газовую плиту и холодильник», – Башкирия. Брянск: «Хочу теплицу». Накопить на зимние ботинки желает Нижегородская область, поездка за границу в планах Саратовской области. Тыва пишет: «На крупные траты такие планы: запланировала прохождение всех анализов, в плане рождение ребенка с применением ЭКО», – бесплатно, между прочим, тоже говорят, процедура, государство поддерживает, тем не менее стоит денег. «Хочу купить телевизор, стиральную машину», – пишет нам Осетия. «Слуховой аппарат за 22 тысячи». Вообще все, что касается медицины, конечно, все с какими-то тратами.

Антон Табах: И это проблема, я бы сказал, очень странного устройства системы, скажем так, платных медицинских услуг и медицинского страхования. Я думаю, что в предстоящем президентском послании...

Константин Чуриков: Хотел как раз спросить.

Антон Табах: ...если, так сказать, реально собираются решать вопрос, что делать с бедностью и с доходами населения, вопрос о медицине должен, как сказать, вылезти если не в этом году, то в следующем.

Оксана Галькевич: Мы вот посмотрим, как раз 15 января президента будем внимательно слушать и обсуждать потом в прямом эфире, уважаемые телезрители.

Константин Чуриков: И, кстати, зритель один задается вопросом: «Разве можно считать крупными тратами холодильник, телевизор, запчасти на трактор?» Спасибо.

Оксана Галькевич: Ленобласть пишет: «Никаких крупных трат, зарплата не позволяет».

Константин Чуриков: У нас в студии сегодня были, на ваши и наши вопросы отвечали Антон Табах, главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА», и Константин Ордов, профессор РЭУ имени Г. В. Плеханова, доктор экономических наук. Благодарим вас. С прошедшими праздниками, увидимся еще. Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Ордов: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски