Какие у нас пенсии? Какими они могли бы быть?

Какие у нас пенсии? Какими они могли бы быть? | Программы | ОТР

И какие мы бы хотели получать?

2020-10-30T22:32:00+03:00
Какие у нас пенсии? Какими они могли бы быть?
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Юлия Афанасьева
аналитик Группы компаний «ФИНАМ»
Юлия Финогенова
профессор кафедры финансов и цен РЭУ им. Г.В.Плеханова
Михаил Беляев
эксперт Российского института стратегических исследований, кандидат экономических наук
Александр Сафонов
проректор Финансового университета при Правительстве РФ, доктор экономических наук

Дарья Шулик: Продолжаем вечерний эфир «ОТРажения». На этой неделе в правительстве и Госдуме каждый день думали о пенсионерах, давили, как говорится, на самую больную мозоль. Как увеличить пенсии в стране? Кому повышать, а кому нет?

Иван Князев: Да, всем по справедливости или нет. Мне кажется, мозоль такая, что больнее уже некуда. Собрали все предложения, друзья, в одном сюжете, давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Очень много разных мнений было по всем этим инициативам, мнений и экспертов, и обычных граждан. Будем сейчас...

Дарья Шулик: ...все это обсуждать вместе с вами, наши телезрители, обязательно звоните и пишите нам в чат.

А мы подключаем нашего первого эксперта Александра Сафонова, проректора Финансового университета при Правительстве Российской Федерации. Александр Львович, здравствуйте.

Александр Сафонов: Добрый день.

Дарья Шулик: Александр Львович, ну вот действительно, Антон Силуанов на этой неделе заявил, что индексировать работающим пенсионерам пенсию не надо, мол, они и так как бы работают, зачем им и зарплата, и пенсия. А вот вчера нам в эфир звонили работающие пенсионеры и говорили, практически вот из всех регионов был один и тот же посыл: «Я и работаю, и получаю пенсию, и суммарный доход у меня получается 12, в лучшем случае 14 тысяч». Вот скажите, пожалуйста, вообще насколько справедливо, что ли, вот такое заявление Министерства финансов с учетом реалий наших российских?

Александр Сафонов: Ну, я начну с того, что все-таки министр финансов обращается, скажем так, к теоретической основе пенсионного законодательства.

Дарья Шулик: Ага.

Александр Сафонов: Дело в том, что, действительно, так сказать, пенсия – это утраченный заработок, и во всех зарубежных странах, где достаточно хороший рынок труда, высокие заработные платы, соответственно высокие пенсии, там есть две альтернативы. Если ты достиг пенсионного возраста, выходишь на пенсию, то получаешь пенсию, но если ты начинаешь пытаться остаться на рынке труда, значит, тебе пенсия не положена, ты получаешь заработную плату, то есть либо, либо.

Ну, в наших условиях исторически так сложилось, что действительно заработная плата иногда, значит, у людей достаточно низкая, что порождает низкий размер пенсии, естественно, на нее прожить нельзя, и люди стремятся остаться на рынке труда. Понятно, что это не все, но тем не менее, так сказать, это факт. И вот с точки зрения социальной справедливости, конечно, скажем так, здесь все-таки в большей степени применимы критерии, которые были до того момента, как прекратилась индексация пенсий, потому что какая разница, если пенсия тебе назначена, то индексация ее должна проходить одинаково для всех, работаешь ты или не работаешь.

Иван Князев: Ну это так-то, на секундочку, мы в Конституции это дело прописали. Здесь просто ну вот именно всех зацепило то, что Силуанов использовал слово «справедливость». Вот «справедливость» и «пенсия» в нашей стране иногда, мне кажется, судя по SMS наших телезрителей, не совсем сопоставимы. Как вы думаете, все-таки будет индексироваться она или нет и на сколько?

Александр Сафонов: Вы знаете, в текущем, наверное, бюджетном году, я имею в виду в наступающем году, 2021-м, конечно, она будет индексироваться в соответствии с действующим законодательством не ниже уровня инфляции, поскольку было обличено, что будет в среднем повышаться на тысячу рублей, значит, будет финансироваться индексация с учетом того, что необходимо достигать этого уровня. Но это будет касаться, как было уже сказано, только неработающих пенсионеров. А работающие пенсионеры, так сказать, останутся с той пенсией, которую им начислили в тот момент, когда прекратилась индексация пенсий, то есть с 2015 года.

Дарья Шулик: Александр Львович, ну вот смотрите, мы всю неделю спрашивали у наших телезрителей, копят ли они на пенсию, как, сколько накопили и какую пенсию хотели бы получать, чтобы на все хватило, и вот итоги нашего совместного исследования в рубрике «Реальные цифры». Всего 10% опрошенных рассказали, что откладывают деньги сейчас, почти 70% не копят. И вот письмо из Нижегородской области: «Моя зарплата 30 тысяч рублей, у жены 20 тысяч, – то есть, соответственно, суммарный доход 50. – При наличии двух детей-школьников возможности откладывать на пенсию нет».

Иван Князев: Ну а вот сообщение из Архангельской области: «Зарплата 17–18 тысяч рублей, что с нее отложишь? Средний возраст смерти мужчин у нас в поселке 58 лет, и смысл копить, – пишет человек, – если до пенсии просто не дожить?»

Дарья Шулик: Ну да. «Когда-то в прошлом пытались копить» написали почти 22%, в том числе пенсионер из Кировской области: «Я копил-копил и накопил на старость дополнительно 15 тысяч рублей, а это аж 3 машины «Жигули». Но инфляция все съела, а сейчас даже зубы вставить не на что».

Иван Князев: Многие писали, что хотят получать больше, но что для этого делают, не рассказали. Мечты о пенсионном достатке у всех разные. Вот SMS из Нижегородской области: «Так как нас в детстве научили варить суп из топора, то пенсия в 15 тысяч меня бы устроила, а 9 тысяч сегодняшних не хватает».

Дарья Шулик: А вот сообщение из Волгоградской области: «Хочу пенсию 50 тысяч – ходить в театры, ездить на море, кушать вкусняшки». Ну кстати, действительно, на пенсии же не только про еду хочется думать, хочется и отдохнуть, куда-то съездить, в театр сходить.

Иван Князев: Ну конечно, все же люди.

Дарья Шулик: В среднем наши граждане хотят получать 43 876 рублей.

Иван Князев: Ну вот кстати, Александр Львович, обратили внимание, да, для меня это тоже стало не то что открытием, но тоже зацепило, что у большинства запросы-то весьма скромные, от 20 до 30 тысяч, не больше. Как вы это прокомментируете? Люди уже, понимаете, они даже уже не иронизируют на эту тему.

Александр Сафонов: Ну, вы знаете, люди просто наши реалисты. Они видят, какой уровень заработной платы складывается в регионе, в первую очередь тот уровень, который характерен для большинства населения, поэтому, конечно, они выстраивают свои оценки исходя из этого уровня, то есть хотя бы вот такой размер иметь. Но это как раз показывает, что предел 30 тысяч с небольшим – это как раз медианная заработная плата, которая характерна для Российской Федерации, поэтому на уровне этом и хотят граждане получать как минимум пенсию. Ну конечно, это не очень здорово, нездорово для граждан, нездорово для экономики, желательно, чтобы все-таки у нас уровень пенсий, в первую очередь зарплат, был значительно выше, чем сейчас. Но вот, к сожалению, жизнь такая.

Дарья Шулик: Александр Львович, давайте послушаем телезрителей. К нам дозвонился Николай из Алтайского края. Николай, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Дарья Шулик: Слушаем вас.

Зритель: Скажите, я вот получаю пенсию 9 тысяч, минималку.

Иван Князев: Ага.

Дарья Шулик: Так.

Зритель: Половину сразу отдаю за «коммуналку».

Дарья Шулик: Ага.

Зритель: И вот скажите, разве можно прожить на 5 тысяч? Это же полный голодомор.

Иван Князев: Николай, ну а как выкручиваетесь-то? Жить-то все равно на что-то надо.

Дарья Шулик: Выживать практически, да.

Зритель: Ну вот пока еще ноги ходят, хожу по бабушкам, которым за 80 лет, так сказать, калымю, а иначе бы ложись и помирай.

Иван Князев: А что делаете, чем калымите?

Зритель: Ну чем, кому дрова колоть, кому снег кидать.

Иван Князев: Вы в вашем возрасте еще дрова колете?

Зритель: Ну а куда деваться?

Иван Князев: Николай, а вот такой вопрос. Ну вот при даже таких скромных запросах сколько вам было бы нормально, чтобы жить на пенсии? Сколько нужно было бы?

Зритель: Ну, как вы думаете? Хотя бы 15...

Дарья Шулик: Пятнадцать тысяч.

Иван Князев: Пятнадцать тысяч. Да, уважаемые друзья, звоните, рассказывайте нам, какая пенсия у вас сейчас, сколько получаете, вынуждены ли вы работать несмотря на то, что вы уже на пенсии, в принципе ее заслужили, сколько, считаете, достойной была бы для вас пенсия, вот сколько могли бы и хотелось бы получать.

А сейчас Орел у нас на связи, Андрей дозвонился. Здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Зритель: Я получаю пенсию 12 тысяч, я работаю грузчиком, понимаете. Я считаю, что пенсия должна быть 50 тысяч рублей. Например, я получаю 50 тысяч рублей, я... поеду в Новгород, в Тулу или в Москву, плачу деньги за провоз, провоз, как говорится, за него деньги получаются, понимаете как? А я работаю грузчиком.

Потому что, если я буду получать 50 тысяч, я буду водить детей на плавание, я... Но так как у меня этой возможности нет, дети сидят без дела, никуда не ездят. А так я поехал в Москву бы, билеты купил в Москву, уже железная дорога заработала бы, получила деньги, обратно опять. А так я только работаю и получаю пенсию и все. Пенсия должна быть 50 тысяч рублей минимальная. Большое спасибо, ребята, я за вас.

Иван Князев: Ой, спасибо, спасибо вам.

Дарья Шулик: Спасибо, а мы за вас. Спасибо.

Иван Князев: Александр Львович, тут вот, как мы уже сказали, на этой неделе там еще по поводу прожиточного минимума был разговор, вот, и благодаря новой методике все-таки как-то рассчитывают в правительстве, что будут повыше у нас пенсии, доходы пенсионеров увеличатся. Но уже вот в Счетной палате засомневались, что новая методика позволит к этому привести. Как вы считаете?

Александр Сафонов: Ну, скажем так, сейчас, при том раскладе, который мы имеем на текущий момент, да, действительно, прожиточный минимум несколько увеличится.

Иван Князев: Ага.

Александр Сафонов: Как минимум, так сказать, если было в текущем году он применялся, соответственно, прожиточный минимум для пенсионеров увеличился бы где-то в пределах 200 рублей. Немного, но тем не менее, так сказать, это все-таки плюс. Ну вот есть, конечно, опасения, связанные с тем, что... Первое, так сказать, о чем, наверное, скорее всего, переживает Счетная палата, что, во-первых, прожиточный минимум раньше рассчитывался раз в квартал, соответственно, достаточно быстро можно было среагировать на изменение ситуации, связанной с ценами, то сейчас все-таки медианная заработная плата, вернее медианный средний доход, рассчитывается раз в 2 года. Даже если, так сказать, Росстат перейдет, а он вынужден будет перейти, так сказать, к годовой методике, то, соответственно, тоже будет сложно оперативно отслеживать эти изменения.

Но еще один момент, на который следует обратить внимание: при всем недостатке расчета прожиточного минимума по потребительской корзине тем не менее она позволяла учитывать более точно потребительскую инфляцию. Это важно, потому что есть общая инфляция, которая связана с промышленностью, с различными отраслями экономики, которые не сказываются на том потребительском наборе, который, значит, вложен в корзину: если там цена вырастет на металлопрокат, то это никак сильно не отразится, например, на росте цен на гречку. А вот когда действительно вырастет цена на гречку, это сразу же будет влиять на потребительскую корзину с точки зрения ее удорожания. И поэтому вот такой контроль за ценами именно потребительскими через вот структуру потребления, наборов потребительских товаров, которые содержатся в минимальном потребительском бюджете, вот в этой корзине, – это, конечно, важный аспект.

Поэтому, конечно, было бы нужно на переходный период, пока тестируется эта методика, не снимутся, так сказать, все, скажем так, вопросы к ней, вопросы все равно есть, потому что медианный доход падает в условиях кризиса, соответственно, может и падать прожиточный минимум, хотя вроде бы сейчас договорились о том, что раз достигнутый прожиточный минимум понижаться не будет, это тоже как бы такой позитив. Но тем не менее, так сказать, вот должны быть два ключа, чтобы можно было контролировать на период введения в действие новой методики ее, скажем так, адекватность именно росту цен по потребительской корзине, то есть отслеживать именно потребительские цены.

Иван Князев: Спасибо.

Дарья Шулик: Спасибо, спасибо, Александр Львович. Это был Александр Сафонов, проректор Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.

Иван Князев: Уважаемые друзья, звоните и рассказывайте, сколько получаете пенсии, у вас сколько, какая пенсия сейчас, а какой вам бы хватило для нормальной жизни, какую пенсию считали бы справедливой. Как раз-таки у нас есть уже звонки.

Дарья Шулик: Да, Валерий из Ярославля к нам дозвонился. Валерий, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Валерий.

Зритель: Добрый вечер. Очень приятная передача, я часто принимаю участие в вашей программе.

Иван Князев: Спасибо.

Зритель: Значит, первое: минимальная пенсия должна равняться прожиточному минимуму, это аксиома. Если вы помните, какова была пенсия в Советском Союзе, максимальная пенсия была, максимальная, с учетом всех надбавок, 250 рублей, 180 рублей, 132 рубля и так далее. На сегодняшний день расчеты, которые провели в Государственной Думе и, так сказать, эти новые демократы, привели к тому, что у нас сейчас полное безобразие. Депутат Госдумы 400 тысяч рублей, приходит на пенсию, 280 – ребят, это что такое?

Иван Князев: Ага.

Зритель: Это куда годится?

Иван Князев: Где ж тут справедливость-то?

Дарья Шулик: Да...

Зритель: Надо возвращаться к старой системе расчета в Советском Союзе, тогда все встанет на свое место. А на сегодняшний день, извините меня, это безобразие пора менять. Возвращайтесь к старым добрым временам.

Иван Князев: Ну а, кстати, поговорим еще, поговорим еще о системах расчета, но чуть позже.

Дарья Шулик: Спасибо, Валерий, спасибо.

У нас есть еще один звонок, Любовь из Красноярского края. Любовь, здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас, Любовь.

Зритель: Здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Зритель: Я вот уже... Мне 69 лет, я до сих пор работаю, потому что у меня пенсия 12 тысяч. Вот скажите, как я могу прожить на эту пенсию? У меня стаж 50 лет будет, и как я не заработала пенсию, 60 лет стажа, я не заработала пенсию. Я получаю пенсию, и со мной получает, который всю жизнь не работал, пропил, он получает 15 тысяч, а я получаю 12, у меня слезы на глазах. И вот я уже устала работать, а мне приходится работать.

Иван Князев: А кем работаете?

Зритель: И я не уйду и буду работать до последнего, потому что я не проживу.

Иван Князев: Кем работаете, Любовь?

Зритель: Я работаю... Раньше я работала поваром, завпроизводством, бригадиром, а теперь я полы мою, чтобы хотя бы прожить как-то.

Иван Князев: В таком-то возрасте... А сколько еще удается приработать?

Зритель: Приработать? – 20 тысяч.

Иван Князев: Да... Ну вот как раз плюс пенсия, действительно та сумма, с которой еще хоть как-то можно жить.

Дарья Шулик: Да, спасибо, спасибо вам, Любовь.

Иван Князев: Спасибо вам.

Дарья Шулик: Давайте еще одну историю посмотрим, как живет пенсионерка в Краснодаре на пенсию в 13 400 рублей.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Ну вот человек улыбается, когда говорит про салат оливье...

Дарья Шулик: Что салаты – подарок внуку.

Иван Князев: Да. Мне, честно говоря, плакать просто хочется, когда я такое слышу, ведь мечты – это не полеты куда-нибудь там в теплые страны, а просто в ресторан сходить, это уже настоящая мечта.

Еще один эксперт у нас на связи – Михаил Беляев, эксперт Российского института стратегических исследований, кандидат экономических наук. Здравствуйте, Михаил Кимович.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Иван Князев: Слышите нас?

Михаил Беляев: Да, слышу-слышу, по телефону слышу, да, все прекрасно.

Иван Князев: Михаил Кимович, вот огромное количество SMS у нас приходит о том, что люди работали-работали десятки лет, а пенсия все равно маленькая, и вот считают это ну колоссальным каким-то недостатком сейчас вот в нашей системе. И вот возвращаясь к тому, что в четверг Госдума предложила вот эту историю с рангами, как вы к ней относитесь? Спасет она ситуацию либо не спасет?

Михаил Беляев: Нет, спасти она, конечно, не может, потому что все равно все будет считаться от одной и той же базы, делиться будет один и тот же пирог. И как писал известный детский поэт Сергей Михалков: «Больших семь шапок из овцы Не выкроишь никак», – то есть как ты эту овечью шкуру или пирог ни крои, у тебя все получится одно и то же.

А по поводу этих вот десяти рангов я хочу сказать одно вот из своего опыта: вот чем больше вот таких вот каких-то попыток что-то уточнить или сочинить каких-то категорий или еще чего-то, тем более запутанной и тем более непрозрачной становится вот эта вот система. И это вот наивное представление о том, что если у тебя исходный материал есть и ты его как-то вот режешь по одним критериям, у тебя получается не очень хорошо, а если ты его будешь резать как-то более хитро, то у тебя получится лучше, – это просто наивное представление и не более того. Получится просто запутанная система, где запутаются еще на стадии выбора вот этих рангов, этих критериев, кого считать, как считать и так далее, и так далее. Мне даже на эту тему как-то не очень хочется рассуждать и занимать эфирное время.

Дарья Шулик: Михаил Кимович, ну вот вы только что сказали, что это будет такая запутанная система. Но я знаю, что сейчас очень много жалоб от пенсионеров, которым Пенсионный фонд, мягко говоря, неправильно посчитал пенсию. Постоянно очень же много жалоб, на всех форумах люди пишут, что неправильно применяют даже уже нынешние расчеты, ведь сейчас тоже все непросто.

Иван Князев: Это уж не говоря, что в системе вот этих баллов черт ногу сломит, вообще ничего не понятно.

Михаил Беляев: Ну вот если в этой системе никто разобраться не может, вы представляете, какая будет путаница в этих самых 10 рангах. Как я говорю, еще это будет, мало того, что общество сразу будет поделено на 10, так сказать, категорий «чистых» и «нечистых», тогда надо вводить, понимаете, табель о рангах, тогда надо вводить вот эти вот должностные, как они называются, классные чины, но они будут касаться только государственной службы и так далее, а как быть с частными предприятиями... Ну в общем, это, конечно, сами понимаете, утопия и, видимо, желание пропиариться. Ну и бывает так, что у нас вот в экономике, ну в социологии в данном случае, выдвигается что-то на уровне идеи, вроде бы идея такая неплохая, но практическое воплощение ее абсолютно ничтожно.

Иван Князев: Михаил Кимович, ну а какая такая идея была бы стоящей? Вот из Татарстана опять же SMS, ну таких миллион на самом деле SMS: «У меня пенсия 15 тысяч при стаже 48 лет».

Михаил Беляев: Вы знаете, Иван, весь корень зла заключается в одном и том же, то есть всегда есть понятие альфы, от которой, так сказать, все пляшется, – это развитие собственной экономики, это развитие собственного производства, рабочих мест с достаточно высоким уровнем заработной платы, во всяком случае более приемлемым. Потому что в любом случае пенсии считаются от уровня заработной платы. Вы понимаете, получая медианную зарплату, как только что озвучил Александр Львович, 30 тысяч рублей, претендовать на пенсию в 50 – такого не бывает нигде и никогда, такого быть просто не может. Да, значит, нам нужно сделать так, чтобы была зарплата такая достаточно высокая. Чтобы была зарплата, надо, чтобы были рабочие места, ну и все, вот отсюда все начинается.

А дальше вот, на мой взгляд, достаточно синтетически, но тоже не лишенным, конечно, недостатков, является просто вот общий заработок на рабочем месте. Кому-то вот он является синтетическим показателем, который включает все в себя, и образование, и опыт, и вашу умелость, и прочее. Конечно, кому-то там везет чуть больше и, может быть, чуть незаслуженно больше платят, кому-то платят чуть меньше, он обижен, но в среднем вот этот вот стаж и оклад, ну не оклад, а вот этот общий заработок на работе, вот он является синтетическим показателем, и чем меньше мы с ним мудрим, тем лучше оно должно получаться. Но отправная точка, я вам говорю, – это вот заниматься своей собственной экономикой, рабочими местами и заработками. Пока мы это не решим, все остальное бесполезные разговоры.

Иван Князев: Ну да, все остальное у нас сейчас, получается, продолжу только уже песенкой: «Мы делили апельсин, Много нас, а он один», – так получается.

Дарья Шулик: Кстати, по поводу того, что Михаил Кимович сказал, что действительно нужно рабочие места создавать, вот и зрители наши с вами, Михаил Кимович, согласны, потому что пишут, что люди отработали по 40 лет и заработали пенсию 10–12 тысяч, а какую пенсию вообще заработает наша молодежь, если она даже на работу устроиться сейчас не может.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам. Михаил Беляев, эксперт Российского института стратегических исследований, был с нами на связи, кандидат экономических наук.

Дарья Шулик: И у нас есть звонок, Мурат из Тюмени. Мурат, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Мурат.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Алло?

Дарья Шулик: Да-да, слушаем.

Зритель: Вот я думаю, что в нашем государстве пенсии увеличивать не надо, ну то есть пенсионерам увеличивать не надо. Надо просто справедливые цены ставить. ЖКХ каждый год поднимают, и беспрерывно поднимают. В магазинах, сейчас вошли сети вот во все города, когда в Тюмень, да, вы представляете, сдают им товар, продукцию, они добавляют 70%, 80%, никто за этим не контролирует, это несправедливо. Они как на дрожжах растут, сети, маленькие магазины все убрали с городов, потому что те съели, а они накручивают 70–80% только на хлеб. Как, куда это годится? Почему за ценами не следит никто?

И ЖКХ то же самое, каждый год 2–3 раза увеличиваются цены. Вот вы представляете, я восстановил общественную баню 20 лет тому назад, тогда билеты стоили 60, ну 70 рублей во всех общественных банях, а на сегодняшний день у меня билет в общественную баню 200 рублей стоит, а свет, газ, вода подорожали в 13 раз – куда это годится? Я сдаю хлеб в сети по 31 рубль, ну грубо один вид хлеба, а сети продают его за 70 рублей, 69,99, 80% одни поднимают, на эти 30 рублей входит цена, кто посеял пшеницу, кто убрал, кто...

Иван Князев: Ну да.

Зритель: ...пекли все это. Сдали в магазин, они накручивают столько. Почему контроля нет за этим?

Иван Князев: Понятно, Мурат, спасибо.

Дарья Шулик: Понятно, спасибо вам, Мурат.

Иван Князев: Спасибо вам за ваш звонок.

Дарья Шулик: Ну что ж, мы продолжаем показывать, как живут пенсионеры. Сюжет из Воронежской области на этот раз.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Ну, у некоторых пенсионеров не то что крышу, на одежду не хватает. Вот, в частности, SMS из Красноярского края: «Не можем купить зимнюю одежду. Сейчас холода будут, в чем ходить, вообще абсолютно непонятно». Из Кемеровской области SMS: «Я работающий пенсионер, 58 лет мне, стаж 43 года, пенсия 13 тысяч. Куда это годится?» Из Воронежской области: «Пенсия 9 250, была бы рада пенсии в 15 тысяч. К Новому году, если доживу, продпаек получу». Из Краснодарского края: «Заработала северную пенсию, общего стажа 30 лет. Переехала из Магадана в Краснодар, пенсию уменьшили на 1 100 рублей», – и так далее, таких вот SMS много.

Дарья Шулик: Да, таких сообщений действительно много.

Давайте сейчас подключим нашего следующего эксперта – Юлия Финогенова, профессор кафедры финансов и цен РЭУ имени Г. В. Плеханова. Юлия Юрьевна, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте.

Юлия Финогенова: Здравствуйте.

Дарья Шулик: Юлия Юрьевна, давайте вот... В начале нашей беседы мы подготовили тут графику, средняя пенсия по разным странам мира. И вот смотрите, вот начинается она, самая верхняя строчка, это Арабские Эмираты, ну понятно, нефтяная страна, хотя вроде мы тоже...

Иван Князев: Да, хотя вроде у нас тоже вполне себе...

Дарья Шулик: Вот 2 776 долларов в месяц. Финляндия – 1 781 доллар. Дальше идут США, Япония, Казахстан, и только после Казахстана идет Россия, 14 509...

Иван Князев: Да, в Казахстане и то 16 тысяч рублей. Но вот в Финляндии, если на наши деньги переводить, или Эмираты, там вообще какие-то космические цифры получаются...

Дарья Шулик: Да, космические для наших пенсионеров.

Иван Князев: ...211 тысяч и 135 в Финляндии. Ну вроде и Финляндия тоже северная страна, но там и ресурсов-то поменьше. Как они умудряются?

Дарья Шулик: Ну вот в связи с этим, Юлия Юрьевна, возникает, мне кажется, вполне закономерный вопрос. Вроде и нефть у нас есть, а пенсии, ну да, не такие внушительные, как в нефтяных государствах. Хотя мы смотрим и государства, которые нефтью особо не занимаются или вообще не занимаются, тоже с пенсиями вроде порядок. Ну вот почему у нас так?

Иван Князев: Как это оценить?

Дарья Шулик: В чем причина? Как это оценить?

Юлия Финогенова: Понимаете... Да, я поняла вопрос. На самом деле я вот улыбнулась в начале, потом думаю: «Наверное, я зря так улыбнулась». Потому что действительно, к сожалению, российская пенсия очень далека от каких-то там, скажем так, среднеевропейских стандартов. Но этому есть в принципе вполне логическое объяснение.

Прежде всего надо сказать, что во всех странах мира системы пенсионные трехуровневые. То есть есть такое понятие, как, например, минимальная гарантия, которую обеспечивает государство, а вот уже, скажем... И вот государство обеспечивает коэффициент замещения, скажем, на уровне 30–40% от того дохода, который работник получал до того на пенсию. А вот все остальное, допустим, 60%, 80% от его дохода, от его получаемой зарплаты, – это, как правило, либо частные накопления, либо участие в корпоративных пенсионных программах.

Во многих странах европейских, в частности в Финляндии, очень сильно вот это направление, которое называется корпоративные пенсии, у них очень серьезная система негосударственного пенсионного обеспечения на уровне отраслей. Вот я, например, знаю, что, скажем, работники образования, университетские работы практически все являются членами так называемых корпоративных пенсионных программ для учителей и для преподавателей, и помимо того, что их работодатель вносит в эти пенсионные программы какие-то взносы в соответствии с их договорами трудовыми, так они еще и сами финансируют частично со своей собственной зарплаты.

И таким образом мы говорим о том, что в такой чисто распределительной системе пенсия составляет меньшую часть, а по сути накопительная часть – это как раз та самая половина пенсии, которой, как вы сказали, не хватает. То есть вот давайте представим себе, у нас средняя пенсия 16 тысяч, 16 плюс 16 – это 32; по сути, если бы мы жили в Финляндии, половину бы нам выплачивало государство, это было бы 16 тысяч условно, а остальная часть были бы ваши накопления или накопления, которые сформированы с помощью работодателя. Вот из-за этого, из-за того, что... А у нас такого нет.

Иван Князев: Юлия Юрьевна, прошу прощения, мне просто сразу интересно – у них что там, все в каких-то корпорациях работают?

Юлия Финогенова: Нет, это необязательно. Там же речь идет о том, что, например, есть такое понятие, как отраслевые пенсионные схемы. То есть, например, ты, скажем... Ну вот вы...

Иван Князев: Ты врач либо учитель, да.

Юлия Финогенова: Да, вы журналисты, тележурналисты, вот для тележурналистов, допустим, для писателей, еще для каких-то категорий существуют свои корпоративные программы, которые регулируются на уровне сообществ, отраслевых сообществ, саморегулируемые организации. И таким образом профсоюзы пробивают определенные льготы для сотрудников.

Иван Князев: Ну понятно.

Дарья Шулик: Юлия Юрьевна, ну вот вы говорите, что накопительная, что они сами копят частично. Но тут же еще вопрос зарплат стоит. Вот мы только недавно рассматривали пример, когда молодая семья, муж зарабатывает 30 тысяч, жена 20, общий совокупный доход семьи получается 50, а есть еще ребенок, а у некоторых еще есть ипотека, и в принципе-то даже при желании копить возможности нет, вот в чем проблема.

Юлия Финогенова: Я согласна, вот это, безусловно, здесь я с вами полностью согласна, с тем, что у нас есть проблема серьезная в России, которая на самом деле немножко тормозит накопительные пенсионные программы, и это проблема низкой зарплаты. Действительно, у нас декларируется, что средний уровень зарплаты 45–47 тысяч, но если посмотреть региональную медианную зарплату, то там до 20 очень часто не доходит.

Дарья Шулик: Ага.

Юлия Финогенова: И конечно, мы понимаем, что пенсионная система является производной от фондов оплаты труда, то есть Пенсионный фонд получает ровно столько, сколько зарабатывают работники. То есть он не может на самом деле собрать больше, чем 22% от реальной получаемой зарплаты этими людьми, начислений на их зарплату.

И я с вами совершенно согласна, с тем, что в России можно было бы рассмотреть при определенных, конечно, условиях возможности повышения зарплат, но здесь вопрос встает об инфляции, то есть у нас сейчас жесткая достаточно такая политика регулирования денежной массы. Мне кажется, что здесь нужно какой-то компромисс найти: с одной стороны, повышение зарплат приведет, вероятно, к росту популярности накопительных пенсионных программ, но как бы нам не убить вот этой инфляцией, так сказать, экономику.

Иван Князев: Собираем ваши SMS, уважаемые друзья. Югра пишет, телезритель наш: «Более 30 лет отдал Северу, средний заработок у меня был 60–80 тысяч рублей, сейчас пенсия 20 тысяч. Где справедливость?» Из Ленинградской области SMS: «Какие там 50 тысяч пенсии? Хотя бы 15, и то было бы хорошо». Из Костромской области: «Стаж 37 лет, пенсия 10 тысяч». Друзья, тоже звоните нам, рассказывайте, какая у вас пенсия сейчас, какую считаете достойной.

Дарья Шулик: У нас есть звонок, Николай из Мурманска. Николай, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, студия.

Иван Князев: Слушаем вас, Николай.

Зритель: Спасибо, что я до вас дозвонился.

Я проживаю в Мурманской области, у меня стаж на Севере, общий стаж работы 48 лет. Государство мне отмерило пенсию 14 тысяч, поэтому я вынужден работать. У меня студентка-дочь, приходится ее учить, и поэтому не от хорошей жизни пенсионеры идут работать. Если бы была достойная пенсия, наверное, многие пенсионеры отдыхали, а нам приходится работать. А так как Силуанов не хочет добавлять пенсию рабочим пенсионерам, его бы самого посадить на нашу пенсию скромную. Вы представляете, столько лет на Севере и 14 тысяч пенсия!

Иван Князев: А кем, кем на Севере работали, кем сейчас?

Зритель: Работал электромонтером и сейчас подрабатываю.

Иван Князев: Так же, да? «Всерую» работаете или «вбелую»?

Зритель: «Вбелую», конечно, конечно, «вбелую» работаю, приходится, я вынужден работать.

Иван Князев: Понятно, ага. Николай, еще такой момент – накопления какие-то пытались делать, ну вот когда работали на Севере? Все-таки зарплаты неплохие, наверное, были.

Зритель: Ну вы знаете, на Севере у нас небольшие зарплаты, если честно. Мы вот... Сейчас вот я работаю, зарплата у нас в пределах 30–35 тысяч на Севере, я считаю, что это небольшая зарплата.

Иван Князев: Ну это, видимо, да, смотря в какой отрасли.

Зритель: Накопления... Одна дочь студентка, вторая студентка, не удается подкопить.

Иван Князев: Ну, у вас инвестиции, я так понимаю, в детей были, в них вы вкладывали.

Зритель: Да, конечно.

Иван Князев: Ну помогают хоть?

Зритель: Ну, старший ребенок помогает, а младшую еще приходится учить, вот IV курс университета, в Санкт-Петербурге учится. Поэтому приходится работать до конца. Вот хорошо, что хоть подняли пенсию, а то бы давно уже выгнали, наверное, с работы, а мне уже сейчас 62 года, и все приходится работать. Вот такая ситуация.

Иван Князев: Спасибо.

Дарья Шулик: Спасибо, спасибо, Николай.

Иван Князев: Спасибо вам, Николай.

Юлия Юрьевна, ну а нам-то вообще, в принципе что мешает перенять вот этот опыт трехуровневый, который в той же Финляндии, например, применяют, вот эти корпоративные варианты какие-то? И как вот сегодняшний вот этот проект, который сейчас отправили на доработку, с накопительной частью, как он будет выглядеть? Что там учтут, что не учтут?

Юлия Финогенова: На самом деле я, по-моему, уже рассказывала, но немножко повторю тогда, что эта идея с гарантированными пенсионными планами, которая была озвучена в прошлом году, она очень, достаточно неплохая, на мой взгляд, и действительно позволит, в общем, как-то немножко, наверное, снизить нагрузку на государственную пенсионную систему и, наверное, дать толчок развитию именно негосударственную.

В чем там идея? Там идея заключается в том, что те деньги, которые были накоплены до 2014 года, собственно, с 2015-го же у нас заморозка системы произошла, и вот с 2001-го по 2014-е гг. у многих людей, которые имели право на накопительную пенсию, там скопилась определенная сумма денег. Она скопилась не только за счет взносов, но еще за счет инвестиционного дохода, и причем вот этот инвестиционный доход до сих пор на самом деле начисляется на эти накопления.

Так вот, идея там заключалась в том, что сделать некие гарантийные пенсионные планы, такие унифицированные, стандартизированные пенсионные планы, которые будут реализовываться через систему негосударственных пенсионных фондов. То есть по сути перевести вот эти накопления из системы обязательного пенсионного страхования в негосударственное пенсионное обеспечение.

Но если сейчас у многих проблемы, например, участия, вот как мы говорили с вами, в корпоративных пенсионных программах, потому что это очень дорого, и работодателю дорого, и работнику дорого какую-то часть зарплаты отчислять, то здесь возникает очень интересное преимущество. Дело в том, что те накопления, которые в государственной системе скопились, их можно внести в негосударственный пенсионный фонд в виде первого взноса, а там, в общем, если у тебя зарплата была хотя бы 30–40 тысяч, то там, собственно, существенная сумма, которую можно внести как первоначальный взнос. А дальше уже от тебя зависит, будешь ли ты вносить туда деньги или нет. Но если ты внес туда деньги, то ты свободен, например, вносить любую сумму от зарплаты, какую ты хочешь. Кроме того...

Иван Князев: Ха.

Юлия Финогенова: Да.

Иван Князев: Здесь просто очень интересный момент: это, знаете, если люди туда понесут свои деньги. У нас, как показывает...

Юлия Финогенова: Ну как, у нас есть налоговые стимулы, то есть вот до 6% от зарплаты если ты вносишь в этот гарантийный пенсионный план, то они освобождаются от НДФЛ, то есть на них налог на доходы физических лиц не начисляются в размере 13%, вот это интересный момент. То есть от 1% до 6% если ты вносишь, они вычитаются из налогооблагаемой базы, это может быть. Про это если твой работодатель решил тебя как-то поощрить в рамках соцпакета, еще какие-то там у него есть причины на это, то и взносы работодателя тоже списываются на себестоимость, то есть на них не начисляется налог на прибыль компании, поэтому в принципе это достаточно интересный момент.

Если человек, например, по какой-то причине не может дальше вносить взносы, болезнь, какие-то обстоятельства жизненные, потеря работы и так далее, то до 5 лет ему дается возможность взять паузу, и через 5 лет он может продолжить вносить взносы, когда ситуация жизненная улучшится. Кроме того, есть интересный момент...

Иван Князев: Но это...

Юлия Финогенова: Можно я последнее скажу?

Иван Князев: Ага, конечно-конечно.

Юлия Финогенова: Там интересный есть такой момент, что если человек, например, заболевает, какие-то серьезные заболевания, социальные риски наступают, то он может изъять часть накопленной суммы на лечение или на решение каких-то своих проблем, связанных со здоровьем. Если человек умирает, не дожив до наступления пенсионного возраста, то в этом случае накопления передаются по наследству. То есть на самом деле...

Иван Князев: О, это, кстати, очень и очень важный момент.

Дарья Шулик: Очень важно, да.

Юлия Финогенова: Да-да. Поэтому я считаю, что эта идея, если она сейчас будет прописана законодательно, то вот... Вы знаете, я недавно видела опрос, по-моему, «Левада-центр» его проводил, они там 1,5 тысячи человек опросили, по-моему, и 50% сказали, что да, они готовы копить на пенсию самостоятельно. И мне кажется, кстати, что если вот эта система заработает со следующего года, а вроде бы на доработку отправили и хотят ее доработать вот как раз в следующем году, и через год она по идее должна вступить в силу, то она может быть довольно интересной для большого достаточно количества граждан, а не только для тех 6 миллионов, которые сейчас участвуют в системе негосударственного пенсионного обеспечения.

Иван Князев: Юлия Юрьевна, но ведь опять же это не касается все, вот эти вот накопления, добровольные вот эти вот пенсионные планы, тех, кто уже сейчас на пенсии, у которых нет никакой накопительной части? Ведь они как получали, так и будут получать, им уже копить нечего.

Юлия Финогенова: Да. Вы знаете, я скажу так, что сейчас 43 миллиона у нас с вами пенсионеров и 9 миллионов работающих пенсионеров. Такой, знаете, что называется, лайфхак для тех, кто сейчас работающий пенсионер. Дело в том, что мы должны понимать, что действительно Силуанов отказался индексировать пенсии, и действительно 400 миллиардов – это, собственно, не такая маленькая сумма для российского бюджета в период пандемии, поэтому в принципе его можно по-человечески понять и с экономической точки зрения.

Но для тех пенсионеров, кто работает, я считаю, расстраиваться не стоит. Почему? Потому что как только они перестают работать, то все индексации они получают сразу же, практически через месяц. И вот представьте такую ситуацию, например, я договариваюсь с работодателем и говорю: «Все, со следующего месяца я увольняюсь». Вы официально увольняетесь, не работаете 3 месяца, в течение этого месяца вам пересчитывают пенсию, а потом через 3 месяца вы обратно к этому работодателю нанимаетесь на работу и получаете уже энное количество лет пенсию по-новому, то есть уже со всеми теми, так сказать, недоиндексациями, которые вам компенсировали в предыдущем месяце. Ясна идея, да?

Иван Князев: Ну да.

Дарья Шулик: Ха-ха.

Юлия Финогенова: То есть мне кажется, что есть такая лазейка, сейчас даже у многих работающих пенсионеров, самое главное договориться с работодателем.

Дарья Шулик: Спасибо, Юлия Юрьевна. Это была Юлия Финогенова, профессор кафедры финансов и цен РЭУ имени Г. В. Плеханова.

Иван Князев: А что, хороший такой совет.

Дарья Шулик: Да, неплохой лайфхак.

Иван Князев: Надо будет маме рассказать своей.

Дарья Шулик: У нас есть звонки. Светлана, Псковская область. Светлана, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас, Светлана.

Зритель: Я хотела сказать, что очень несправедливо распределяется пенсия сельским медикам, особенно медсестрам.

Иван Князев: Несправедливо или справедливо?

Дарья Шулик: Справедливо? Не услышали.

Зритель: Конечно, несправедливо, конечно, нет. Потому что врачи, фельдшера побольше получали в 1990-е гг. и в начале 2000-х гг., пенсия рассчитывается как бы из всех годов, я так поняла. Медсестры сейчас больше 30 лет ни у кого нет почти до 9 тысяч пенсии, ни у кого, 8, 7, это ужасно. И как тут не работать, вот как не работать?

Иван Князев: Ну...

Дарья Шулик: Никак.

Зритель: У меня пример. Я на пенсии с 2013 года, у меня дочери 11 лет, несовершеннолетний ребенок, получаю пенсию, значит, и у меня пенсия с ребенком вместе 9 335 рублей. Как тут не работать, подскажите, пожалуйста?

Иван Князев: К сожалению, мы вряд ли тут дадим вам какой-то дельный совет, потому что на такие деньги других вариантов, по-моему, ну просто не существует.

И еще один звонок.

Дарья Шулик: Да, еще один звонок, из Волгоградской области Ольга. Ольга, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хотела такой вопрос задать. Вот получаю, я 10 лет на пенсии, получаю я мои 8 600, но доплачивает Пенсионный 9 100. Как можно жить? Лекарства такие дорогие, все остальное, надо заплатить. Я никогда в жизни ни долгов не имела, ничего, первым делом платим, а потом живем на что хочешь.

Иван Князев: Ольга...

Зритель: Я говорю, как можно жить? И говорят, что все средняя пенсия, – где она, средняя, и как? Мне сказали, когда уходила на пенсию, что маленькой не будет пенсия, а оказалось, говорят, коэффициент у вас маленький. Ну почему же мы виноваты в этом, если зарплаты в то время были неплохие, и брала я такие..., на заводе работала.

Иван Князев: Ольга, такой вопрос. Мы тут просто все говорим про накопления. Какие-то с советских времен накопления были?

Зритель: Не было, не было, не было.

Иван Князев: Не успели?

Зритель: Не с чего было копить.

Иван Князев: Просто не с чего?

Зритель: Нет, конечно.

Иван Князев: Ну вот у кого-то были, потом в начале 1990-х гг. все сгорели.

Ольга, ну вот при вашей жизни в вашем регионе сколько бы вам было бы нормально на пенсии если бы платили?

Зритель: Ну, я считаю, тысяч пускай хотя бы 20, это самое маленькое.

Иван Князев: Понятно, да. Спасибо, спасибо вам, Ольга.

Дарья Шулик: Спасибо, Ольга.

Иван Князев: Еще одного эксперта подключаем к разговору.

Дарья Шулик: Да, подключаем еще одного эксперта – это Юлия Афанасьева, аналитик группы компаний «ФИНАМ». Юлия Вячеславовна, здравствуйте.

Юлия Афанасьева: Здравствуйте.

Дарья Шулик: Ну, наверное, слышали, да, звонки к нам в студию и те цифры, которые озвучивают люди из разных регионов, они, конечно, совершенно повергают в какое-то шоковое состояние, непонятно, как людям вообще... я не могу сказать «жить», мне кажется, можно только выживать на эти суммы сейчас. Вот по вашему опыту, как все-таки пенсионерам можно улучшить свое положение, каким способом?

Юлия Афанасьева: Обычно, когда вы меня приглашаете в эфир и когда мы говорим не о молодежи, а о пенсионерах, я обычно говорю: «Я могу помочь только тем, что я вас могу защитить от финансовых мошенников». Но на самом деле, прослушав предыдущий звонок, я хотела бы посоветовать попробовать текущим пенсионерам разобраться со своими пассивами. То есть вот мы услышали историю, что нет накоплений с советских времен, но можно попробовать разобраться со своими пассивами, то есть с теми вещами, которые несут вам только расходы и то, что отнимает денежные средства, то, что с чем жалко расстаться здесь и сейчас.

И скорее всего, если вы это сделаете, то какую-то хотя бы заначку, я не говорю о той сумме, которая достаточна, для того чтобы получать 20 тысяч рублей дополнительно к пенсии, а это если мы возьмем безрисковую рыночную ставку, это 5–7 миллионов рублей. Но 100–150, 200 тысяч рублей, разобравшись со своими пассивами, даже в регионах вы найдете. Подумайте, может быть, у вас есть какой-то...

Дарья Шулик: Юлия Вячеславовна, подождите, вы говорите «пассивы», а давайте вот таким простым языком. Вот смотрите, пенсионеры тратят на что деньги, когда у них остается после квартплаты?

Иван Князев: На продукты же.

Дарья Шулик: Это продукты и лекарства. Ну лекарства – это прямо совсем не пассивы, ну не могут они без них, и то не всегда на них...

Иван Князев: Там разбираться-то особо не с чем.

Дарья Шулик: Я не думаю, что они тратят на какие-то вещи, которые им не нужны, тут как бы с голоду, знаете, ноги не протянуть.

Юлия Афанасьева: Очень часто бывают вещи, которые им реально не нужны, это не текущие траты. Это старые какие-то автомобили, это могут быть дачные участки, это даже может быть что-то такое, что вы даже и подумать не можете, какая-то антикварная мебель, которая стоит и пылится и вам не нужна. То есть нужно проанализировать все, от чего можно избавиться, все, что можно продать, и за это выручить денежные средства. В любой семье есть что-то такое, чтобы минимальный хотя бы какой-то дополнительный кусочек взять, а особенно то, что отнимает денежные средства у вас. Оптимизируйте свои расходы с точки зрения той же жилплощади.

Иван Князев: Юлия Вячеславовна, ну да, достаточно интересный момент...

Дарья Шулик: Ну можно...

Иван Князев: Подожди секундочку, попроще это звучит просто «продать последнее»? По-другому я не знаю, как это назвать.

Юлия Афанасьева: Продать не последнее, а продать то, что отнимает сейчас денежные средства и на самом деле является лишним и хранится по той причине, что у человека может быть память связана с этим.

Дарья Шулик: Юлия Вячеславовна, хорошо, предположим, продали все, что только можно было, получили деньги. Ну, эти деньги как бы тоже через какое-то время...

Иван Князев: На месяц и все?

Дарья Шулик: Да, их проешь, коммунальные платежи, опять же эти пресловутые лекарства, без них, черт возьми, никуда. И что? Ну вот получил он эту сумму, пенсионер, и что ему делать дальше?

Иван Князев: Дальше?

Юлия Афанасьева: Во-первых, если эта сумма на самом деле была пассивом изначально, каким-то ненужным дачным участком и так далее, перестает отниматься еще какая-то часть, копеечка, капитал, 500, 1 000 рублей, но все равно вы не платите за то, что вы раньше содержали и платили денежные средства.

Дарья Шулик: Ага.

Юлия Афанасьева: То есть говорить, что мы это сразу проедим, мы не можем. Во-вторых, даже если мы набрали какую-то минимальную сумму, 30, 50, 100 тысяч рублей, далее, конечно же, ими нужно как-то грамотно распорядиться постараться...

Иван Князев: Юлия Вячеславовна, прошу прощения, давайте вот на этом сделаем небольшую закладочку, потом, как ими распорядиться, поговорим, потому что у нас тут очередь из звонков. Сейчас Московская область на связи, Виктор дозвонился. Может, у Виктора действительно есть что продать?

Дарья Шулик: Виктор, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Виктор.

Зритель: Добрый вечер.

Дарья Шулик: Слушаем вас.

Зритель: Ну наконец-то я к вам дозвонился.

Ваша там женщина, которая говорила, что продать надо все, – вы знаете... На такие вопросы я даже боюсь ответить. Ну как к ней обратиться, потому что такие вопросы нельзя пенсионерам задавать. Мы живем...

Иван Князев: Ладно, Виктор, тогда вот такой вопрос – какая пенсия у вас сейчас, Виктор, расскажите?

Зритель: Девять с половиной, 9 500 рублей, Московская область.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Но я не жалуюсь сильно-то, я не жалуюсь. Но дело не в этом, дело в том, что мы живем на одной земле, планета у нас одна, мы верим в бога, мы верим в церковь, у нас конфессии разные, мусульмане, христиане и эти разные буддисты. Но дело не в этом. У нас правители все, у нас богатая вся земля, мы живем один раз, мы же все помрем, что богатые, что бедные, что правительство. Так надо делать так, чтобы...

Иван Князев: Ну понятно, вы говорите, чтобы убрать вот эту вот социальную несправедливость, социальное неравенство, которое у нас существует. Действительно, у кого-то очень много денег, у кого-то пенсии очень большие.

Юлия Вячеславовна, вот смотрите, по поводу того, куда вкладывать и кто у нас копит сейчас. Вот как мы говорили, всего 10% опрошенных рассказали, что откладывают деньги сейчас, остальные ну просто даже не задумываются об этом. Хорошо, даже если они задумаются, куда нести, во что вкладывать, так чтобы в старости было на что жить?

Юлия Афанасьева: В зависимости от жизненного цикла человека, где он сейчас находится. Только в начале, он достаточно юн и начал работать, здесь можно рассмотреть инструменты фондового рынка, такие как акции, такие как сырьевые активы, может быть золото, нефть, это уже в зависимости от человека. Если человек приближается к своему закату, то есть уже ближе к пенсионному возрасту, остается ему 5–10 лет до пенсионного возраста, то в этом случае, конечно же, мы применяем более консервативные активы. Это надежные облигации со сроком погашения примерно, когда человек либо выходит на пенсию, либо, если он уже на пенсии, то это могут быть краткосрочные облигации на 3–5 лет. Далее мы можем использовать такие финансовые инструменты, как ETF на корзину облигаций, но тоже краткосрочных. То есть подбираем под жизненный цикл. Ценные бумаги...

Иван Князев: Да. Юлия Вячеславовна, я прошу прощения, что все время вас перебиваю, потому что хочется понять некоторые слова.

Юлия Афанасьева: Давайте.

Иван Князев: Даже вот, понимаете, я достаточно молодой еще человек, но некоторые вот не понимаю, «ETF облигации»... Я вот просто помню облигации госзайма у нас когда-то были. Я думаю, большинство наших телезрителей тоже только это знают. Расшифруйте нам, пожалуйста.

Юлия Афанасьева: Есть инструменты фондового рынка, которые несут гарантированную доходность, так же как банковский депозит, но они называются облигации. Есть разные облигации, более рискованные, есть менее рискованные облигации. Для людей, которые близки к пенсионному возрасту, нам больше, конечно, подойдут облигации, которые менее рискованные.

Можно покупать не облигации... Вы же не знаете, какие ценные бумаги, какие именно облигации купить, их же нужно купить несколько, чтобы ваш портфель был более безопасным, чтобы ваши инвестиции более безопасно работали, поэтому можно купить фонд из облигаций, множество сразу, который за вас соберут профессионалы, ETF на облигации, как российский государственный долг, так и иностранный государственный долг, так это могут быть и корпоративные ценные бумаги.

По поводу ГКО, которые вы так вот немножко внутренне сжались, я вижу по вашему состоянию, когда вы их вспомнили, – а давайте-ка вспомним историю, как люди обогатились на ГКО с 1995-го по 1997-е гг., почему-то об этой истории никто не помнит. До сих пор люди, которые тогда были на гребне волны фондового рынка, живут на те самые денежные средства.

Иван Князев: И сколько этих людей? И где они работали?

Дарья Шулик: Сколько этих счастливчиков, да.

Юлия Афанасьева: Вот если не слушать элементарные моменты финансовой грамотности, не пытаться развиваться в отношении финансовой грамотности в любом возрасте, вы туда точно никогда не попадете. Поэтому давайте не будем пугаться тех слов, которые я говорю, они элементарные для современного человека. Если вы их не знаете, то вы в очень большой опасности, потому что любой финансовый мошенник последнее у вас на самом деле заберет. Постараемся как-то быть более современными в этом аспекте.

Дарья Шулик: Да... Спасибо.

Иван Князев: Ну что ж, будем, будем тогда развиваться, что еще делать?

Дарья Шулик: Надо становиться финансово грамотными и копить на пенсию.

Иван Князев: Да, мы пока еще, нам до пенсии еще достаточно далеко, придется как бы финансово развиваться.

Юлия Афанасьева была с нами на связи, аналитик группы компаний «ФИНАМ». Говорили о том, какие пенсии у нас сейчас, какие могли бы быть, какие хотели бы, чтобы у нас были, и о тех инициативах, которые сейчас предпринимаются в нашей стране в отношении пенсий.

Дарья Шулик: Ну а сейчас итоги этого дня, новости.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)