Какой будет ключевая ставка?

Гости
Денис Домащенко
заведующий лабораторией Исследования денежно-кредитной системы и анализа финансовых рынков РЭУ им. Г.В. Плеханова

Виталий Млечин: Центробанк сегодня вновь обсуждает ключевую ставку. Решения ждем примерно через час, но, похоже, все экономисты сходятся во мнении, что ее снова снизят, обсуждают лишь конкретную величину. Почему это происходит? Давайте разберемся. Какие вообще факторы влияют на российскую экономику и на политику, которую проводит Центральный банк?

С нами на прямой связи Денис Домащенко, заведующий лабораторией Исследования денежно-кредитной системы и анализа финансовых рынков РЭУ им. Г. В. Плеханова. Денис Викторович, здравствуйте. Денис Викторович?

Денис Домащенко: Да, добрый день.

Марианна Ожерельева: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Так, все, отлично, видим вас и слышим.

Денис Домащенко: Да, добрый день.

Виталий Млечин: Денис Викторович, как вы считаете, сегодня что произойдет со ставкой?

Денис Домащенко: На мой взгляд, будет продолжен цикл понижения процентной ставки, может быть, на 1,5 процентных пункта, до 9,5%, рискну поставить на 9,5%.

Виталий Млечин: Почему?

Денис Домащенко: Ну, дело в том, что последние данные по инфляции, на которые ориентируется в первую очередь Центральный банк, как раз говорят о том, что она резко замедлилась, не в соответствии с предыдущими прогнозами, поэтому возможен более широкий маневр. К тому же, следующее заседание будет только ближе к концу июля, соответственно, нужно поддерживать экономику, дополнительное кредитование обеспечивать, в общем... Поэтому я считаю, что даже ниже 10% вполне возможно.

Марианна Ожерельева: Денис Викторович, ну вот если ниже 10%, то мы возвращаемся к позиции до конца февраля текущего года. Что это в реальности меняет? Потому что, когда началось укрепление рубля, очень многие потребители заговорили: рубль-то укрепляется, но цены в магазинах другие, жизнь не стала дешевле, она не стала прежней по ценовой политике. Здесь курс рубля как-то повлияет? И будет ли зависеть от ключевой ставки, она изменит что-то в нашей повседневной жизни, или это будет именно психологическая история, не влияющая на нас?

Денис Домащенко: Нет, по рублю, скорее всего, ничего не поменяется, потому что у нас идет огромный поток валютной выручки. Из-за сформировавшихся перекосов на внешних рынках у нас на бирже скапливается большое предложение валюты, не встречает соответствующего спроса со стороны покупателей, и в этих условиях рубль укрепляется. Это негативно сказывается на доходах бюджета. Центральный банк всячески пытается послабления вводить, но пока не получается.

Марианна Ожерельева: Так, а с точки зрения ставки?

Денис Домащенко: По ставке, здесь ставка не является, так сказать, ключевым фактором для именно валюты.

Марианна Ожерельева: Ага. А на что повлияет, если это будет 9%? Даже вот ожидания у нас крайне оптимистичные у телезрителя из Рязанской области, ставит на 7,5% даже, такого и в лучшие времена текущего года не было. На что повлияет? Дайте нам хоть какой-нибудь зеленый свет.

Денис Домащенко: Ну, это повлияет на обслуживание долгов, накопленных как потребителями, так и производителями. Просто сейчас, в настоящее время, риски высокие и ставки, соответственно, высокие. У нас произошел достаточно серьезный обвал по кредитованию по всей экономике, поэтому нужно перезапустить этот процесс, поэтому ставку нужно, конечно, делать ниже.

Марианна Ожерельева: То есть восстановление кредитной политики?

Денис Домащенко: Да, да.

Виталий Млечин: Ну хорошо, понятно, что нужно перезапускать кредитование, бизнес-процессы. Вот как вы считаете, какой должна быть ключевая ставка, для того чтобы снова стало комфортно вести бизнес в России? Потому что есть же еще сложности не только с кредитованием, но и в целом по логистике, по взаимоотношениям с другими странами. И цены, цены все еще растут.

Денис Домащенко: Ну, на мой взгляд, 5–6% вполне можно было бы уже делать сейчас, вот на мой взгляд. То есть для того, чтобы опять-таки дать немножко, скажем так, производителям вздохнуть посвободнее, потому что вот эти месяцы они рефинансировались под очень высокие ставки, это выбило из них довольно приличное количество денег, поэтому... На мой взгляд, 5–6%.

Марианна Ожерельева: То есть в этом случае мы поддерживаем банки, это прямая, адресная поддержка именно банковскому сегменту, не потребителям сферы услуг?

Денис Домащенко: Почему? Потребителям тоже. Потребительские кредиты, тоже есть очень много граждан у нас закредитованных, которые страдают от того, что им надо перекредитовываться, а ставки предлагают очень высокие. В общем-то, это очень сильно бьет по семейным бюджетам, соответственно, потребление тоже сокращается. Если вы посмотрите последние показатели, апрель – май, то потребление просто рухнуло. То есть население на панике скупало в конце февраля – начале марта какие-то товары более длительного пользования, а потом все, цены выросли и все, остановка.

Марианна Ожерельева: А как повлияет на курс рубля отмена обязательной продажи валютной выручки?

Денис Домащенко: Ну, она немножко сдержит вот эти процессы, но, на мой взгляд, ненадолго.

Марианна Ожерельева: То есть ненадолго рубль будет каким?

Денис Домащенко: Ну, рубль будет там же, где он и сейчас, может быть, будет немножко укрепляться дальше.

Марианна Ожерельева: Это для экспортеров плюс или немножко подпортит им историю?

Денис Домащенко: Ну конечно, подпортит историю, деваться некуда.

Марианна Ожерельева: То есть снижение экспорта и так станет хуже еще? То есть мы видим по металлургии, по углю сегодня, да, перевозки угля снижаются даже в дружественные нам страны, не только это западное направление...

Денис Домащенко: Да-да.

Марианна Ожерельева: А нефть и газ? Тут вот пришло сообщение от Bloomberg, что, значит, продаем все-таки больше, что вот морским ходом все, что шло, это 75% импорта из России. Подскажите, все-таки, если мы говорим о целой финансовой составляющей, вот эти наполнения сегодня, они куда идут, на рабочие программы сейчас какие-то, вот все, что получает сегодня от экспорта Российская Федерация, или это опять куда-то откладывается?

Денис Домащенко: Ну, на мой взгляд, пока очень много субъектов экономики выжидают вообще, чем это все закончится, вся эта история политическая, поэтому накапливают ресурсы, так сказать. Просто так в омут с головой сейчас очень сложно. То есть вы, допустим, какие-то проекты начнете запускать, а... Только от государства сейчас в основном все зависит, потому что частный бизнес, он просто ждет.

Виталий Млечин: Так а долго ли он сможет ждать, этот самый бизнес? Ведь ему же работать надо.

Денис Домащенко: Ну, в России у нас бизнес терпеливый.

Марианна Ожерельева: Как и люди, видимо.

Денис Домащенко: Будет искать какие-то варианты, будет искать варианты. Если будут, скажем так, какие-то намеки на политическое урегулирование, то, возможно, да, будет раскручиваться по новой, что называется.

Марианна Ожерельева: А как вы оцениваете предложение некоторых депутатов Госдумы засекретить данные Резервного фонда? Это потому, что обожглись как бы и хотят предотвратить подобный случай, или же действительно так нам, гражданам, будет спать спокойнее, мы не будем обсуждать сотни миллиардов, которые остались за океаном сегодня?

Денис Домащенко: В Резервном фонде не только за океаном. Да, можно и засекретить. Но чем больше вы секретничаете, тем больше слухов, поэтому я бы не стал.

Марианна Ожерельева: Вот, видите, все-таки есть обратная история из этого.

Денис Домащенко: Да.

Марианна Ожерельева: Спасибо вам.

Виталий Млечин: Большое спасибо! Денис Домащенко, заведующий лабораторией Исследования денежно-кредитной системы и анализа финансовых рынков РЭУ им. Г. В. Плеханова, был с нами на прямой связи.

Ну вот вы только что слышали, что и этот экономист тоже считает, что ключевую ставку ЦБ сегодня снизит. Ждать осталось недолго, примерно через час узнаем.