Какую работу мы не хотим для своих детей и внуков? И кем они сами собираются стать?

Какую работу мы не хотим для своих детей и внуков? И кем они сами собираются стать? | Программы | ОТР

Обсуждаем в ТЕМЕ ДНЯ

2020-11-09T14:28:00+03:00
Какую работу мы не хотим для своих детей и внуков? И кем они сами собираются стать?
Люди и вирусы: правила сосуществования. Опять пора экономить. Жизнь с удобствами на улице. Новые санкции против России. Дорожные реагенты
Как долго нам еще придётся экономить?
Константин Северинов: В России сейчас в относительных цифрах ежедневно умирает такой же процент инфицированных людей, как весной
Новые санкции: удар под крылья?
Льготная ипотека на дома для молодёжи. Что это за программа?
Должны ли дети работать и с какого возраста лучше приобщаться к труду
Пострадавшие от реагентов: дети, животные, машины, обувь
Истории российских туалетов: как старики и дети вынуждены ходить за сотни метров к холодной яме
ТЕМА ДНЯ: Россия без туалета. XXI век. Почему в некоторых школах нет канализации и как добиться её проведения?
Лечить зубы станет дороже
Гости
Ольга Чудиновских
заведующая лабораторией экономики народонаселения и демографии экономического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова
Екатерина Бурмистрова
семейный психотерапевт, писатель
Евгений Виноградов
заместитель руководителя проекта «Атлас новых профессий»
Анна Маркс
директор Института прогрессивного образования

Дарья Шулик: Дневной эфир «ОТРажения» продолжают для вас Дарья Шулик и Иван Князев. Сейчас будем говорить о теме, которая очень заинтересует, я думаю, всех родителей, которые смотрят нашу программу...

Иван Князев: Да и не только родителей.

Дарья Шулик: Да и не только, да, кстати, и бабушек и дедушек, и детей, в общем, все, пожалуйста, смотрите сейчас и внимательно слушайте, обязательно участвуйте в беседе, присылайте к нам сообщения в наш SMS-чат, обязательно звоните к нам в прямой эфир прямо сюда в студию.

Итак, в какой профессии хотят видеть родители своих отпрысков? Ну, кто из нас в детстве не слышал эту знаменитую фразу: «Вот будешь плохо учиться, станешь дворником»? В опросе портала по поиску работы родители назвали профессии, которые они не желали бы своим детям.

Иван Князев: Вот смотрите, худшими для своих детей и внуков россияне назвали профессии дворника, как мы уже сказали, она занимает лидирующие позиции в рейтинге карьерных страшилок, много лет уже это происходит, ну а также продавца-кассира, уборщика. А еще жители России не хотят, чтобы их дети становились (а вот это, кстати, интересно) чиновниками, врачами, полицейскими...

Дарья Шулик: Удивительно!

Иван Князев: Казалось бы.

Дарья Шулик: Ну да. Между тем в докладе Всемирного экономического форума «Будущее рынка труда» говорится, что в ближайшие 5 лет большие сокращения грозят именно наборщикам данным, торговым представителям, внутренним аудиторам, ну и, конечно, юристам, им вообще не везет прямо уже несколько лет, не нужны они никому.

Иван Князев: Кто вообще в стране работать будет? Какую профессию вы бы не хотели для своего ребенка и почему? Давайте вместе разбираться. Ну и звоните, вообще расскажите, что у вас с работой в регионе, а то тут мечтаешь для ребенка, не мечтаешь, а работать-то просто будет негде.

Дарья Шулик: А работать негде, да.

Иван Князев: Будем разбираться вместе с вами и с экспертами, ждем ваших звонков.

Ну а пока представим, у нас на связи Екатерина Бурмистрова, семейный психотерапевт, писатель. Здравствуйте, Екатерина Алексеевна.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Иван Князев: Екатерина Алексеевна, видеть вас видим, не слышим пока еще.

Екатерина Бурмистрова: Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте еще раз.

Екатерина Бурмистрова: Да.

Иван Князев: Хотелось бы сразу вот вопрос в лоб – а что плохого... ? Слышите?

Дарья Шулик: Мы вас слышим, а вы нас?

Иван Князев: Так, восстанавливаем связь, небольшая задержка у нас происходит. Еще раз, Екатерина Алексеевна, слышите нас? Вот она, проклятая дистанционка.

«Для сына планировал карьеру налоговика, а для дочери врача», – пишет нам телезритель из Московской области.

Дарья Шулик: Ну вот так, то есть мы говорили, что врачами не хотят быть, особенно с учетом нынешней ситуации многие пересмотрели свое желание работать в медицине.

Иван Князев: Из Краснодарского края: «Самые доходные места сейчас – это фармацевты и гробовщики», – ну такой вот черный юмор у наших телезрителей.

Дарья Шулик: Что верно, то верно, к сожалению.

Иван Князев: Екатерина Алексеевна, по поводу профессий для своих детей, знаете, что на самом деле плохого, когда родитель мечтает, чтобы его ребенок работал на престижной профессии и с детства ему об этом говорит?

Дарья Шулик: Не слышим мы Екатерину Алексеевну пока.

Иван Князев: Попробуем сейчас по телефону связаться, Skype нас подводит.

Почитаем пока еще несколько SMS. Я вот, честно говоря, тоже задумался, какую профессию, может быть, хотела бы выбрать моя дочка, но пока...

Дарья Шулик: И на чем остановились? Что рассматриваете?

Иван Князев: Нет, мы поняли, что мы немножко пока еще разнимся в наших ожиданиях.

Дарья Шулик: Ну слушай, ты же знаешь еще вот эту историю, что родители хотят одного, а дети порой хотят совершенно другого, и вот тут вот начинаются конфликты семейные на самом деле на этой почве.

Иван Князев: Ну да. Ну вот пока мы нашли общий интерес, и дочка с этим согласилась, в театре, отправил я ее в театральный кружок, ей вроде как это нравится, что из этого получится, пока не знаю.

Ну а пока, знаете, друзья, вот все-таки хотелось бы понять, какую профессию вы бы не хотели для своего ребенка, об этом спрашивали наши корреспонденты наших телезрителей, ответы мы услышим чуть позже. А сейчас хотим понять, а вообще так ли страшна, например, профессия того же дворника? Вот какие в ней есть плюсы, какие есть недостатки?

Дарья Шулик: Да, наш корреспондент Максим Волков изучил эту проблему.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Ну вот ничего стеснительного в этой профессии не вижу, потому что куда бы мы вошли делись без дворников? А вот как пишет нам наш телезритель из Владимирской области, «хорошая работа – это за которую платят достойно».

Дарья Шулик: Ну и, кстати, вот хорошая фраза прозвучала, что работа должна приносить удовольствие. У нас замечательное есть сообщение из Свердловской области: «С детства мечтал быть кондуктором. В итоге 2 высших образования, только на пенсии месяц им поработал – сбылась мечта!» – главное верить. Ну что ж...

Иван Князев: Ну а теперь Екатерина Бурмистрова вновь с нами выходит на связь по телефону, семейный психотерапевт, писатель. Екатерина Алексеевна, слышите нас?

Дарья Шулик: И снова здравствуйте.

Екатерина Бурмистрова: Да, хорошо слышу. Здравствуйте.

Иван Князев: И снова здравствуйте. Повторю вопрос: а что плохого в том, что вот, например, родители мечтают о хорошей профессии для своего ребенка?

Екатерина Бурмистрова: Вы знаете, может сформироваться система слишком высоких ожиданий, и, если есть разрыв между этими ожиданиями и реальными способностями ребенка, его работоспособностью, стрессоустойчивостью, уровнем интеллектуальным или неврологическим, может создаться это ощущение, что родители хотят больше, чем я могу, и это будет не мотивировать. Поэтому само по себе прекрасное, хорошее пожелание может работать как на ребенка и его будущее, на отношение с родителями, так и против.

И очень часто родители, которые не реализовались сами, не могли реализоваться, не было обстоятельств, не было возможностей, они хотят, чтобы реализовался ребенок, совершенно не учитывая его личных возможностей, желаний, предпочтений.

Дарья Шулик: Екатерина Алексеевна, но вот вы очень правильную такую задали тему, мы сейчас говорили об этом с Иваном, о том, что родители хотят одного для своих детей, дети интересуются совершенно другим, и где найти вот эту вот середину, а главное, как рассмотреть в ребенке, скажем так, задатки будущего профессионала в той или иной сфере, чтобы не сломать ему жизнь и не заставить его идти работать, не знаю, врачом, милиционером или еще кем-то, а он, например, хочет в театре служить.

Екатерина Бурмистрова: У нас довольно сложная сейчас ситуация, потому что в принципе не работает система профессиональной подготовки и выбора профессии. Вот профориентация, которая как-то работала при Советском Союзе, не работает сейчас вообще.

Дарья Шулик: Ну в школе, да, вот эти УПК знаменитые были.

Екатерина Бурмистрова: Да. Пусть они были несовершенны, пусть там были профессии, про которые можно было спорить, но это как-то было. И во многих странах эта система, наоборот, выстроена, поддерживается, в том же 9 классе нужно выбрать профессию, пару месяцев отработать. У нас, к сожалению, этого нет, и поэтому это все остается на долю конкретных школ и конкретных семей.

Значит, что можно и нужно делать? Нужно, чтобы у ребенка в 7, 8, 9 классах, то есть за время, еще до того, как выбор он должен совершить, должно было быть знакомство с профессионалами, которые довольны своей работой. Друзья семьи, родственники, коллеги, сослуживцы, не знаю... Нужно, чтобы были реальные люди, не блогеры, которые не всегда правду рассказывают.

Дальше я очень рекомендую смотреть с ребенком на востребованность и зарплаты в разных профессиональных секторах, смотреть, какие зарплаты предлагают профессионалам каких профессий и какие профессионалы востребованы, их ищут на рынке, а какие никому не нужны и ищут сами, дают объявления, сидят на HeadHunter и вынуждены писать резюме. Такой практический подход я бы рекомендовала.

Иван Князев: Ну знаете, как говорят наши мамы, это вот если касаться профориентации вообще в стране, «я жизнь пожила, я знаю». Ведь профессии сегодня популярны, завтра не популярны...

Екатерина Бурмистрова: Да.

Иван Князев: ...а родительский опыт все-таки присутствует. Вот как бы здесь золотую середину найти, чтобы не ошибиться?

Екатерина Бурмистрова: Очень сложно, потому что рынок труда меняется очень быстро. Скажем, еще 20 лет наши мамы понятия не имели, чем мы будем заниматься, потому что не было интернета, не было возможности удаленно выйти в эфир, не было возможности интернет-торговли, онлайн-образования. Какой технологический скачок нам предстоит и как изменится рынок труда, мы очень плохо знаем.

На самом деле мудрые родители хорошо это понимают, и тревога мудрых родителей в том, что, наоборот, рынок труда изменится, а мы не знаем, как, и масса профессий есть, которые ушли, они уже не нужны, и это будет так же. Поэтому тут полезно слушать лекции футурологов, слушать прогнозы экономического, социального развития. Ну понятно, что культурный уровень разный у людей... Ты понимаешь, что ты все знаешь, но твой опыт может быть как бы не актуален, это сложно.

Иван Князев: Да, и сложно переубедить наших родителей, которые все-таки напирают на это, что «я пожила, я знаю».

Екатерина Бурмистрова: Я, знаете, вела коллекцию пугалок у родителей на семинарах, на группах, и там были и дворник, и пескоструйщик, и кассир, и простройщик наволочек...

Иван Князев: Да-да-да.

Екатерина Бурмистрова: Это такой традиционный русский народный метод пугалок в профессии работает.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам, Екатерина Алексеевна. Екатерина Бурмистрова была с нами на связи, семейный психотерапевт, писатель.

Несколько SMS, тут замечательные SMS к нам приходят. Еще раз уточню, что это те профессии, которые желают родители для своих детей, а не сами дети. Вот из Нижегородской области: «Хотелось бы, чтобы сын стал священником». Из Курской области набор профессий: «Хорошие профессии – дегустатор, повар, библиотекарь, ученый». Заместителем президента человек вот хотел бы, чтобы его ребенок стал, в сфере соцзащиты причем, уточняет наш телезритель из Тверской области.

Дарья Шулик: А Ленинградская область предлагает связистами, ими, похоже, никто не хочет работать, говорит, но «все хотят быть ресторанными критиками», как раз к вопросу.

Иван Князев: Еще мнение из Кировской области: «На юристов учатся, чтобы мошенничать», – вот так вот считают наши телезрители.

Дарья Шулик: А в Мордовии считают, что самая популярная и денежная профессия – это хакер.

Иван Князев: Давайте узнаем, что думает по этому поводу Валентина из Санкт-Петербурга. Валентина, здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Дело в том, что я считаю, родителям нужно прежде всего привить желание трудиться, реально трудиться. Для этого не надо выбирать какую-то профессию. Я вот согласна с предыдущим консультантом, которая говорит, что надо оценить рынок, то, что сейчас востребовано, то, что даст возможность ребенку заработать деньги на будущее, его мечты и желания. Ведь платное образование, невозможно сразу, например, в институт они пошли, не учитывая способностей ребенка, да и материально трудно. Поэтому нужно выбрать сначала такую профессию, которая бы дала возможность ребенку самому заработать деньги, а потом уже его мечта сбудется.

У меня вот сын точно по такому пути шел. Он сейчас имеет два высших образования, но начинал он проводником в поезде. Я считаю, что важно, чтобы дети научились зарабатывать, реально смотреть, а не какие-то моменты ловить, блогеры, модели, еще что-то. Я считаю, что нужно родителям приучать детей к труду.

Дарья Шулик: Валентина, ну вот помимо денег, понятное дело, работа должна кормить, но насколько человек должен получать удовольствие от той работы, которой он занимается? Ведь можно выучить ребенка на профессию вроде бы денежную, но...

Зритель: А вы знаете, если хорошо делать любую работу, вы получите удовольствие. Даже полы вымыть если хорошо, получите удовольствие дома. Если около дома уберете мусор, вы получите от этого тоже удовольствие. А удовольствие получить от любимой профессии можно только тогда, когда у вас уже есть на что опереться, чтобы не зависеть от родителей, чтобы родителям в старости помогать. Вот мое такое мнение.

Иван Князев: Спасибо.

Дарья Шулик: Спасибо.

Зритель: Не надо пугать детей дворниками, еще. Всякая профессия должна, во-первых, приносить какое-то денежное, материальное... Вы посмотрите, приезжают к нам мигранты из Узбекистана, они берутся за любую профессию, чтобы обеспечить свою семью. А наши ребята ждут, когда где-то им кто-то подарит огромные деньги, и вот сидят, ничего не делают...

Иван Князев: Понятно. К сожалению, да, так часто происходит.

Дарья Шулик: Спасибо.

Иван Князев: Вот еще набор профессий, набор мнений. Из Волгоградской области: «Если профессия приносит пользу людям и это доставляет моральное удовольствие тебе, которая дает положительные эмоции, они, соответственно, положительно потом отражаются на твоем же здоровье». Из Калужской области: «Сын майор полиции, зарплата не ахти».

Дарья Шулик: Так, а вот, кстати, тут было сообщение у нас про дворника... Сейчас, одну минуточку, я его найду... «Работаю дворником, дети приходят и смотрят на меня с уважением и с благодарностью, родители этих детей их не понимают», – вот, пожалуйста, человек дворник и ничего страшного.

Иван Князев: Еще один эксперт у нас на связи – Евгений Виноградов, заместитель руководителя проекта «Атлас новых профессий». Здравствуйте, Евгений Александрович.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Евгений Виноградов: Добрый день.

Иван Князев: Евгений Александрович, ну вот такой вот момент. Вы знаете, вот родители тоже хотят, чтобы пошел, был экономистом, пошел, был юристом или еще кем-нибудь. Ну а другие-то профессии у нас сейчас, что с ними останется? Они вымирать, получается, тогда будут или нет?

Евгений Виноградов: Будут. Не все, но будут обязательно. Я думаю, и вы сейчас без проблем назовете довольно много профессий, которые уже через 5–10–15 лет будут абсолютно не актуальны.

Дарья Шулик: Евгений Александрович, а давайте вы нам как профессионал их назовете, чтобы наши телезрители знали и мы в том числе как родители, куда не стоит направлять детей.

Евгений Виноградов: Давайте прямо проще, давайте пойдем в то, что у нас перед глазами. Мы все закупаемся в супермаркетах.

Дарья Шулик: Так, да.

Евгений Виноградов: Три-четыре года назад автоматическая касса появилась, по-моему, только в одной из сетей супермаркетов, а сейчас она уже в каждом втором, а то и в каждом первом. Те же люди, которые по Москве, допустим, ходят по району Хамовники, видят, что уже активно тестируются те же беспилотные Яндекс-автомобили; вопрос времени, когда их уже можно будет с точки зрения легализации, с точки зрения уже отработки техники выпускать полностью на дороги общего пользования, убирать там человека за рулем, который...

Дарья Шулик: Евгений Александрович, извините, я вас сразу перебью, прошу прощения: давайте говорить не только о Москве, а о всей России, потому что, как известно, не все, что происходит в Москве, происходит на всей территории нашей большой замечательной страны.

Евгений Виноградов: Ну это само собой. Ну, можно, например, поговорить о такой профессии довольно популярной, которая всегда звучала как, что вот пойдешь туда, всегда будешь иметь кусок хлеба, это бухгалтер. Уже сейчас полностью, как только мы переводим все на какой-то электронный документооборот, на электронные финансы, тут же мастера, которые работают по всей стране, становятся неактуальными. А дальше исключительно вопрос воли государства, в какой момент оно разрешит их уволить.

Иван Князев: А дворников-то нам кто заменит, строителей?

Евгений Виноградов: Смотрите, с дворниками как раз все гораздо лучше, потому что если мы откроем, например, научные работы, есть такая кривая Аутора, в исследовании показано, что в первую очередь у нас проваливаются профессии автоматизируемые и интеллектуальные, то есть то, где нам не надо заменять человека большой тяжелой дорогой железякой, а где достаточно его заменить скриптом. Это юрисконсульты, это нотариусы, это те же бухгалтеры и так далее, и так далее.

То есть, грубо говоря, когда вы сидите перед компьютером и целый день занимаетесь одним и тем же, какой-то скучной алгоритмизированной деятельностью, значит, вас легко может заменить программа, которую не нужно дублировать на заводе, которую можно просто скопировать и вставить, чтобы перенести на другое предприятие.

А с дворниками гораздо лучше, потому что дворник выполняет много на самом деле каких-то деятельностей. Вот на экране человек метет метлой, зимой он будет колоть лед, в какой-то момент он будет поливать, это 3 разных робота. И при этом если человек готов работать за... деньги, то гораздо проще платить деньги, чем вводить робота.

Дарья Шулик: Евгений Александрович, ну вот смотрите, мы примерно поняли, да, в какие сферы идти работать и направлять своих детей. Но а все-таки какие сферы, наоборот, самые сейчас прибыльные и актуальные, которые не потеряют свою актуальность в ближайшие 5–10 лет? Куда идти-то работать? На кого учиться?

Евгений Виноградов: Ну смотрите, я бы советовал изучать работу с данными, потому что мы сейчас все-таки находимся, можно сказать, на взлете вот этой вот кривой, когда данные используются везде, вот эта вот пресловутая цифровизация, когда все старые предприятия как раз максимально цифровизируются. Причем важно тут разделить, не просто учиться программировать, а именно про работу с данными. С другой стороны, это креативные какие-то профессии, потому что это то, что пока еще искусственный интеллект, скажем так, плохо может нас заменить: это вот художники, музыканты, писатели, ну и в принципе люди...

Иван Князев: Творческие профессии.

Евгений Виноградов: ...которые способны, да, принимать нестандартные решения. Ну и третье, наверное, самое интересное – это человек-ориентированные профессии. (Там есть еще, но я, пожалуй, на этих трех остановлюсь.) Это про то, что вы идете в вашу любимую кофейню не только для того, чтобы выпить кофе, но и для того, чтобы пообщаться с баристой, вы как бы покупаете не только стаканчик кофе, вы покупаете человеческое общение. И чем больше вокруг вас будет бездушных железяк, тем, безусловно, больше будет вот эта вот тяга к чему-то душевному, чему-то теплому...

Дарья Шулик: Мне кажется, психологи еще больше будут зарабатывать скоро, самое популярное.

Иван Князев: У них будет больше работы.

Евгений Александрович, совсем коротко, если можно. С чиновниками-то что не так? Почему в чиновники не хотят идти? Всегда, казалось бы, доходное место.

Евгений Виноградов: Ну смотрите, тут, мне кажется, мы уже входим на ту территорию, что у нас же сейчас родители – это поколение Y, а поколение Y – это люди, у которых в ценностях свобода, гибкость. Это то, что абсолютно не про чиновничью братию, скажем так.

Иван Князев: Ага.

Евгений Виноградов: Кроме того, есть опять же моя гипотеза, что чиновник начинает себя дискредитировать потихоньку вот именно как профессия. Поэтому те люди, у которых закрыты, скажем так, базовые потребности, условно говоря на кусок хлеба сам человек уже заработал, он начинает желать своему ребенку более что-то в своих ценностях, бо́льшую возможность гибкости, бо́льшую возможность удовлетворения внутренней мотивации и так далее.

Иван Князев: Понятно.

Евгений Виноградов: Кроме того, чиновник на самом деле тоже профессия, которую не так сложно автоматизировать.

Иван Князев: Спасибо, спасибо.

Дарья Шулик: Спасибо.

Иван Князев: Евгений Виноградов был с нами на связи, заместитель руководителя проекта «Атлас новых профессий».

Дарья Шулик: У нас есть звонок, Вячеслав из Ростова-на-Дону. Вячеслав, здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас, Вячеслав.

Зритель: Здравствуйте, уважаемые ведущие! Меня зовут Сорокин Вячеслав.

Я вот по поводу хотел высказаться профессий. Коротко расскажу о себе. Имею два образования, техническое и высшее экономическое, закончил Московский государственный университет по специальности «Экономика и управление на предприятии». Перед этим отработал на железной дороге, занимался ультразвуковой дефектоскопией 10 лет, и попал под сокращение.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Вот про что хочу сказать. На данный момент времени я работаю на автозаправочной станции газовой, заправляю машины газом. Для себя переосмыслил то, что главное, чтобы было немного денег, но их было достаточно, а также работа приносила удовольствие в чем? – чтобы была здоровая атмосфера в коллективе. По поводу того, что наши родители хотят, чтобы мы были экономистами, юристами, директорами огромных компаний, это, конечно, очень хорошо, но каждый ребенок...

Понимаете, защитился, да, я на «отлично», все, но вот не пошла у меня душа быть экономистом. Да, конечно, хочется занимать значимое место, но главное, чтобы на работе у тебя руководство к тебе был полностью всей душой, всегда спрашивал твои пожелании и хотелось на работу идти с удовольствием. Вот это вот многозначительное...

Иван Князев: Наверное, самое главное.

Зритель: Да, да.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам, Вячеслав.

Дарья Шулик: Только чтобы руководитель спрашивал все пожелания, вот хороший такой нюанс, представляешь?

Иван Князев: Ну действительно, это целое счастье, когда работа приносит удовольствие, еще за это и деньги платят, причем платят столько, сколько достаточно.

Дарья Шулик: Еще и руководитель хороший.

Иван Князев: Да, и руководитель хороший.

Из Башкортостана пишут нам: «Хочу работать трубочистом или смотрителем маяка», – Азиз из города Нефтекамск прислал такое SMS.

Дарья Шулик: Ух ты.

Иван Князев: «Не место красит человека, а человек место – старая поговорка. Если бы у дворника была зарплата адекватная, то любой бы пошел туда работать».

Дарья Шулик: Омская область: «Внучка мечтает быть пилотом самолета», – вот так вот.

«А какую профессию вы бы не хотели для своего ребенка?» – спросили наши корреспонденты у жителей Хабаровска, Петрозаводска, Ижевска и Липецка. Давайте посмотрим.

ОПРОС

Иван Князев: Ну вот это на самом деле не факт, что хорошо, что лучше в офисе сидеть. Вот из Рязанской области нам человек пишет: «Сыну 25 лет, экономист, работает в банке. Постоянно стрессы, большие стрессы».

Дарья Шулик: И непонятно, где их больше, на заводе или в офисе.

Иван Князев: Да.

Дарья Шулик: А мы подключаем нашего следующего эксперта – Анна Маркс, директор Института прогрессивного образования. Анна Владимировна, здравствуйте.

Анна Маркс: Здравствуйте.

Дарья Шулик: Анна Владимировна, ну вот вы, наверное, смотрели тот стрит-ток, который мы подготовили по этой теме. Как можете прокомментировать? Кто-то считает, что в офисе лучше работать, что стресса там меньше, кто-то, наоборот, говорит, что офис – это самая стрессовая работа. Куда все-таки идти-то?

Анна Маркс: Думаю, что и в офисе, и где-то в других местах есть разные формат работ и стресс может возникнуть как на одном рабочем месте, так и на другом. То есть это не зависит от самого вот этого местонахождения, в офисе или на заводе, и там, и там могут возникать стрессовые ситуации.

Иван Князев: Анна Владимировна, а разве вот эта вот связка, хорошее образование, хорошо закончил школу, с медалькой, если повезет, хороший институт, хорошая профессия, значит, успех, – разве эта связка не работает в современном мире?

Анна Маркс: Я считаю, что нет. Да, плохие оценки могут ограничить в дальнейшем доступ при поступлении в вуз на бюджет, например, не прибавить несколько баллов на ЕГЭ. Но они никак не влияют на успех. Не будем приводить банальные примеры Стива Джобса или других инноваторов, которые учились в школе на тройки, абы как, но в итоге перевернули свою сферу. И сейчас в школах гораздо важнее, если бы учили таким «мягким навыкам», то есть ведению переговоров, коммуникации, самопрезентации. Думаю, что это было бы более полезно экономистам, математикам, всем, и гуманитариям, и технарям. Гнаться за оценками сейчас, я считаю, не самое главное.

Иван Князев: Ага.

Дарья Шулик: Анна Владимировна, а не получается ли, что в целом сейчас подход к образованию нужно менять? Потому что смотрите, мы очень много слышали историй, читали в нашем SMS-чате, о том, что человек учился в одном институте, работает совершенно по другой профессии. Может быть, сейчас с учетом того, что появляются новые профессии, старые отмирают, образование должно быть более гибким и готовить специалиста, ну если можно так сказать, широкого профиля, который готов работать в разных сферах? Я не имею в виду такие узконаправленные сферы, как, например, врачи, как медицина.

Анна Маркс: Однозначно. То есть даже и врачи, и медицина тоже будут трансформироваться.

Дарья Шулик: Ага.

Анна Маркс: Вот начинают процесс цифровизации, так же многие врачи в эпоху пандемии принимали пациентов дистанционно, а для этого им нужно было владеть цифровыми навыками. Точно так же и в агропрофессиях, и в других профессиях. Мы видим, как отрасли переходят в такую цифровую среду, и этому важно, чтобы тоже учило наше образование. Ну и также вот этим «мягким навыкам» ведения переговоров, выстраиванию коммуникаций с людьми, тоже это очень важно, я считаю.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам большое.

Дарья Шулик: Спасибо.

Иван Князев: Анна Маркс была с нами на связи, директор Института прогрессивного образования.

Вот несколько SMS. «Я учитель, – из Амурской области пишет нам телезритель. – Не дай бог кому, нищие мы. В Советском Союзе это было почетно, сейчас нет». «Прокурором хочу стать (или хотел бы, непонятно) для своего ребенка», – из Ивановской области телезритель нам написал.

Дарья Шулик: У нас звонок есть из Нижегородской области, давайте послушаем. К нам дозвонилась Галина. Галина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Дарья Шулик: Слушаем вас.

Зритель: Меня зовут Галина Карноухова, я из Нижегородской области. Вы знаете, у меня такая очень сложившаяся уже из опыта из жизненного убежденность, что детей нужно обязательно направлять в ту область, которая соответствует психотипу ребенка, так сказать. Потому что есть, допустим, ребенок, который сможет очень хорошо себя реализовать, допустим, сидя в офисе, у него потому что такой темперамент.

Дарья Шулик: Ага.

Зритель: А кто-то, допустим, нуждается только в активном виде деятельности, он будет реализовывать себя через, допустим, работу в недвижимости или через какую-нибудь такую подвижную деятельность.

Вот я сейчас слушала, вы общались с экспертом, и я вот совершенно как бы с ней согласна, на ваш вопрос когда она ответила, что связка хорошего образования и хороших оценок давным-давно перестала работать. Потому что вот даже я, мне уже 40 с лишним лет, учась в школе много лет назад, заметила такую закономерность, что, допустим, многие отличники не добились такой реализации в жизни, как, например, добились те, кто ушел после 9 класса. Сейчас они, например, очень здорово реализовались в жизни, потому что они вынуждены были сами искать, их никто не направлял, они именно выбирали из многообразия то, что им нравится.

Иван Князев: Ну то есть вы тоже считаете, что троечники самые живучие люди на свете, везде себя найдут.

Дарья Шулик: Главное, чтобы сейчас дети нас не смотрели, а то потом будут свои оценки там объяснять.

Иван Князев: Да.

Дарья Шулик: У нас есть еще один звонок, Елена из Тулы. Елена, здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Хочу вот рассказать историю моего сына.

Дарья Шулик: Ага.

Зритель: Закончил пединститут, мы были все в шоке, думаем, учителем, это был 2007 год. В 2008-м он ушел в армию, отслужил год, тогда уже начинался только год. Он пришел, мы все обрадовались, ну пусть он после армии выбирает профессию как раз в милиции, хорошая зарплата, как мы тогда думали. Он пошел, хорошая работа. Он отработал, сказал, что это не его, не его, это вообще не его.

И что вы думаете? Он захотел пойти учителем. Он работает по сей день, он учитель физкультуры. Он хочет, чтобы дети были здоровые, общество здоровых детей, а не с гаджетами.

Иван Князев: Ну и самый главный вопрос – ваш-то сын счастлив на этой работе? Потому что я подозреваю, что зарплата все-таки небольшая.

Зритель: Счастлив, счастлив! И он женат, и у него двое детей, а зарплата копеечная. Спасибо, мы живем дружной семьей...

Дарья Шулик: Но при этом счастлив.

Иван Князев: Ну это и главное.

Дарья Шулик: Спасибо вам, Елена.

Иван Князев: Спасибо вам, Елена.

Из Владимирской области: «Все на стройку». Из Ленинградской области SMS: «Работа должна кормить. Хорошо, если еще и коллектив будет хороший». Из Краснодарского края: «На депутата нужно учиться, не жизнь, а сказка!» – правда, не учат никого, нигде не учат на депутата.

Дарья Шулик: «На самом деле неважно, что хотят родители, важно, чего хотят дети», – вот такая SMS из Москвы.

Иван Князев: Ольга Чудиновских у нас выходит на прямую связь со студией, заведующая лабораторией экономики народонаселения и демографии экономического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова. Здравствуйте, Ольга Сергеевна.

Ольга Чудиновских: Добрый день.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Иван Князев: Знаете, нам тут телезрители пишут: «А вообще зачем работать? Пусть китайцы работают». Вот, как говорится, за что боролись, за то и напоролись. Сейчас у нас такая тенденция, мигранты у нас уезжают. Мы своими силами готовы заместить вот эти вакансии?

Ольга Чудиновских: Ну, они только не уезжают, но они и не приезжают в силу закрытости границ. Что касается того, готовы ли мы заместить, во-первых, надо понять, сколько нам не хватает иностранцев, во-вторых, надо понять, какие места они занимали, для того чтобы определить, соответствует ли наш потенциал тем потребностям рынка, которые, в общем-то, раньше удовлетворяли трудовые мигранты. К сожалению, практика показывает, что вряд ли такое, в общем, возможно, и российские граждане, даже если они остались без работы, вряд ли пойдут на рабочие места, и, что более важно, вряд ли работодатели согласятся их взять.

Дарья Шулик: Ну вот мы как раз о дворниках сейчас говорили, немного ранее у нас был сюжет. Получается, и некому работать будет?

Ольга Чудиновских: Ну, по-видимому, некоторое время останется вот такая ситуация, потому что, во-первых, никто не знает, как долго останутся закрытыми границы, во-вторых, те, кто уехал и не приехал из трудовых мигрантов, они, видимо, предпочтут в условиях пандемии переждать это трудное время дома, потому что не дай бог заболеешь, лучше болеть дома, чем в России, даже имея какой-то полис медицинского страхования.

Что касается дворников и не только, ведь у нас массу непрестижных профессий уже давно заняли трудовые мигранты, к которым мы, в общем-то, иногда очень высокомерно относились, а сейчас поняли, что некому мыть подъезды, некому работать на стройках, грузчиками и так далее, вот спохватились.

Иван Князев: Так может, надо как-то пересмотреть подходы к этим профессиям, понимание этих профессий? Может, как вы говорите, сделать их престижными?

Ольга Чудиновских: Вряд ли у нас получится сделать престижной профессию, не требующего вообще никакого образования и квалификации, в принципе эти профессии были непрестижными только в силу того, что не надо никак себя, свой человеческий капитал взращивать, для того чтобы занять эту вакансию. И каким образом вы предлагаете сделать их престижными? Зарплату повысить?

Иван Князев: Ну да.

Ольга Чудиновских: У нас в менталитете больше всего, чаще всего по крайней мере, вот этот критерий используется. Но в таком случае мы больше с вами станем платить за услуги ЖКХ, потому что зарплата вот этих дворников повышенная ляжет на плечи жителей, которые оплачивают вот эти ежемесячные квитанции. Тут причинно-следственная связь очень жесткая, и разорвать ее не получится, почему...

Иван Князев: Понятно... Спасибо большое.

Дарья Шулик: Спасибо.

Иван Князев: Ольга Чудиновских, заведующая лабораторией экономики народонаселения и демографии экономического факультета МГУ.

«Я мечтал быть астрономом, стал военным». «Пятьдесят три года отработал в медицине, ни одной минуты не пожалел, живу бедновато, но достойно», – это из Кемерово SMS. Ну вот еще, наверное, завершим этой SMS обсуждение этой темы: «Любая профессия хороша, если она по душе».

Дарья Шулик: И тему эту продолжат наши коллеги сегодня в вечернем «ОТРажении».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Обсуждаем в ТЕМЕ ДНЯ