Карантин шагает по стране

Карантин шагает по стране
Гонка технологий и ядерные сценарии. Кредитная амнистия вместо каникул? Законность коронавирусных указов. Торгово-развлекательная пандемия
Гонка умов важнее гонки вооружений
Россия - не придаток экономической политики Китая, как нас часто хотят представить. Мы - немногие, у кого положительное сальдо торговли с ним
Торговые центры открылись впустую
Ядерные сценарии
Какой будет торгово-развлекательная индустрия после пандемии?
Татьяна Овчаренко: Придомовые территории, которые в силу закона принадлежат нашим гражданам, в абсолютном большинстве городов украдены
Михаил Таратута: Ситуация для всех претендентов на власть в США скользкая. Никто не понимает, что надо делать
Кредитная амнистия вместо кредитных каникул
Коронавирусные указы проверят
Гости
Олег Бондаренко
политолог, директор Фонда Прогрессивной политики

Оксана Галькевич: Ну что, уважаемые телезрители? Я помню, мы с Костей вели эфир буквально две недели назад – всего-то две недели! – и как о чем-то сверхневероятном сообщали вам в прямом эфире о том, что страны закрываются, прекращают сообщение друг с другом, не летают самолеты, не ходят поезда. Ну а спустя несколько дней как уже о чем-то понятном мы сообщаем вам о том, что список российских регионов, отправивших жителей на карантин, все пополняется и пополняется.

Константин Чуриков: Ну не то чтобы даже не карантин, а в полную самоизоляцию. Пока назовем так. Не будем пугать людей. Кто-то при этом останавливает общественный транспорт, отменяет внутреннее авиасообщение и ж/д-сообщение. Сейчас, кстати, уже 44 региона – то есть больше половины – ввели ограничительные меры. Первыми стали Москва и Подмосковье. Далее их примеру последовали Мурманская и Ленинградская области, Санкт-Петербург, Чечня. В «карантинный марафон» также у нас включаются самые разные регионы – это и Центральная Россия, и Северо-Запад, и Северный Кавказ.

Оксана Галькевич: В общем, по всей стране. Сибиряки тоже не отстают – даже несмотря на то, что основное число зараженных этой неприятной болезнью сейчас по-прежнему сосредоточенно, увы, в столице, в Москве. Некоторые регионы вообще стараются действовать на опережение. Вот Карелия, например, она пока вообще отсутствует в этой статистике, там нет ни одного заболевшего коронавирусом, к счастью. Слава богу, ура! Но общественный транспорт там решили остановить, чтобы сократить вот эти социальные контакты и, соответственно, возможную передачу болезни по цепочке.

Константин Чуриков: При этом в Омске, где тоже режим самоизоляции, полной самоизоляции еще не введен, местный Роспотребнадзор тем не менее уже составил 16 протоколов на нарушителей разных санэпиднорм – то есть на тех, кто вернулся из-за границы, но дома не усидел.

Оксана Галькевич: А как это они узнали?

Константин Чуриков: Встревоженные соседи сообщают куда надо.

Оксана Галькевич: Звоночек, звоночек, друзья, да.

Константин Чуриков: В Якутии, кстати (вот такая новость), на время карантина… ну, полной самоизоляции ввели запрет на продажу алкоголя.

Оксана Галькевич: Карантин на алкоголь, да?

Константин Чуриков: Карантин на алкоголь. А Грозный с воскресенья открыт только для местных жителей и сотрудников экстренных служб.

Оксана Галькевич: Передвижение по пропускам (давайте дальше посмотрим, что у нас в стране) вводят регионы Поволжья. Например, в Ульяновской области уже со среды, то есть с завтрашнего дня, для выхода на работу нужна справка. В Севастополе тоже интересный опыт – там решили измерять температуру у всех, кто въезжает и выезжает в этот город – субъект федерации. Ну, премьер Мишустин призвал регионы не медлить. Мы видим, что регионы и не медлят, принимают меры.

Константин Чуриков: Мы сейчас узнаем у наших коллег, у корреспондентов ОТР в нескольких регионах, что там происходит, какие там меры. На связи Липецк, Калининград и Екатеринбург – Виктор Болоцкий, Жанна Мейлер и Анна Исаева. Здравствуйте, дорогие коллеги! Слышите ли вы нас?

Оксана Галькевич: Здравствуйте, коллеги. И видим мы вас, и слышим.

Константин Чуриков: Ой, Жанна даже на улице. Жанна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Ай-ай-ай!

Константин Чуриков: Вам можно на улице находиться?

Жанна Мейлер: Здравствуйте. Ну, у меня же пресс-карта есть, я же при исполнении.

Оксана Галькевич: Да? Ну, я надеюсь, вы не дальше 100 метров от дома отошли, Жанна.

Жанна Мейлер: Рядом со своим домом нахожусь. Вот он.

Оксана Галькевич: Отлично!

Константин Чуриков: Ну расскажите, какие меры введены на уровне вашего региона. Что сделал губернатор Алиханов?

Жанна Мейлер: Ну что? Губернатор Антон Андреевич Алиханов ввел режим тотальной самоизоляции. Естественно, закрыты все торговые центры, кафе и рестораны. Сокращен существенно общественный транспорт. Работают только продовольственные магазины и аптеки – в принципе, как и везде. Сегодня мы ездили на съемки, пока документы никто не проверяет у прохожих. Но на самом деле и прохожих-то немного. Таким пустым город я не видела еще никогда. Это было похоже на утро 1 января. На самом деле хочу позитивную нотку внести.

Оксана Галькевич: Давайте.

Жанна Мейлер: За всю зиму у нас в Калининграде не выпало ни одной снежинки. А сегодня повалил снег, 31 марта. И прямо настоящий! Он хлопьями валил, как настоящей зимой. И калининградцы шутят: «Ну что? Пришло время справлять Новый год. 31-е число, снег есть, вся семь дома, продуктов навалом. Можем отмечать».

Оксана Галькевич: Да, главное, чтобы… И оливье потом, кстати, в течение недели можно подъедать и подъедать.

Константин Чуриков: Главное – на дому отмечать.

Оксана Галькевич: Кстати, у нас, вы знаете, в Москве этой радости тоже достаточно. Ну, я имею в виду – снега. С понедельника как началось, так идет и идет. У нас всю зиму этого не было. Замечательно, Жанна.

Жанна Мейлер: Но уже растаял.

Константин Чуриков: Жанна, а сколько в регионе у вас заболевших, если они есть?

Жанна Мейлер: Значит, у нас, насколько я знаю, 12 человек заболевших, из них двое уже вылечились. По-моему, обследовано более 4 тысяч человек. И, по-моему, полторы тысячи находятся под наблюдением.

Оксана Галькевич: Жанна, а какие-то меры дополнительные, кроме самоизоляции граждан, в регионе принимаются? Может быть, разворачиваются какие-то дополнительные места, больницы переоборудуются, какой-то мобилизационный призыв среди врачей? Что-то такое у вас происходит?

Жанна Мейлер: Да, конечно. Кроме областной инфекционной больницы, у нас полностью освободили для приема коронавирусных больных центральную городскую больницу. Это очень крупное лечебное учреждение. Полностью всех больных перевели в другие учреждения. Также больница скорой медицинской помощи готовится к приему. Как рассказал губернатор, у нас в регионе в наличии 200 аппаратов ИВЛ и достаточно лекарств для лечения. В общем, он нас заверил, что у нас все готово. И власти региона готовы к любому сценарию.

На самом деле Калининградская третья в стране по числу прибывших недавно из-за рубежа после Москвы и Санкт-Петербурга. И люди продолжают прибывать, поэтому кто что привезет из них – еще неизвестно.

Оксана Галькевич: Ну понятно. У вас же приграничное сообщение туда-сюда без конца.

Жанна Мейлер: Конечно.

Константин Чуриков: Ну понятно. В общем, Калининград готов. Спасибо, Жанна.

А что Липецк? Виктор, здравствуйте. Как в Липецке дела обстоят? Какие меры – аналогичные, не аналогичные? Сколько заболевших?

Оксана Галькевич: Виктор молодец, дома сидит.

Виктор Болоцкий: Да, Виктор дома, конечно. А где же еще? В Липецке меры абсолютно аналогичные. Мы сегодня первый день на всеобщем карантине. Скажу вам честно, людей на улице стало ощутимо меньше. Работают аптеки и продуктовые магазины, а все остальное закрыто. В Липецке семь заболевших коронавирусом. Еще 29 подтвержденных, но еще не пришли анализы. Для них для всех освободили инфекционную областную больницу – там 160 коек. С завтрашнего дня власти вводят такие меры, что водители автобусов не смогут выходить в рейс без масок специальных. А с 4-го числа в автобусы перестанут пускать вообще людей. То есть, по заявлению властей, маски должны покупать работодатели.

Оксана Галькевич: Это интересный опыт, да.

Виктор Болоцкий: Иначе на работу они не попадут.

Константин Чуриков: Виктор…

Оксана Галькевич: Виктор… Костя, извини, я хотела спросить.

Константин Чуриков: Давай ты сначала.

Оксана Галькевич: Мы знаем, что, конечно, малые предприятия, какой-то малый и средний бизнес остановил свою работу. Вот ваше, так скажем, я не знаю, градообразующее, ну, важное предприятие городское – Новолипецкий металлургический комбинат – дымит, работает по-прежнему?

Виктор Болоцкий: Насколько я знаю, комбинат сократил количество сотрудников в три раза. То есть на смену выходят около 10 тысяч человек, а остальные сидят по домам. Но есть и позитивная новость – Липецкий драмтеатр бьет все рекорды. Они ушли в интернет, закинули шесть спектаклей туда. И их за прошлую неделю посмотрело 10 тысяч человек, а сегодня цифра – уже 22 тысячи. Их смотрят в Нью-Йорке даже и в Германии.

Оксана Галькевич: Класс! Вот это здорово! Слушайте, друзья…

Константин Чуриков: Ну и сейчас наши зрители об этом узнают, зайдут на сайт и посмотрят. Увеличим трафик.

Оксана Галькевич: Кстати, да. Так, еще раз название театра нашим зрителям, всей аудитории Российской Федерации.

Виктор Болоцкий: Липецкий драматический театр имени Льва Николаевича Толстого.

Оксана Галькевич: Друзья, драматический театр имени Льва Николаевича Толстого в Липецке – ищите, гуглите, заходите.

Константин Чуриков: Драму лучше смотреть с расстояния. Спасибо. Виктор Болоцкий из Липецка.

И Екатеринбург у нас на связи, Анна Исаева. Здравствуйте.

Анна Исаева: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Рассказывайте, что у вас.

Оксана Галькевич: Третий город, кстати…

Анна Исаева: У нас тоже сегодня первый день, весь город в самоизоляции. На улице людей меньше, но, к сожалению, только в центре города, потому что во дворах и в отдаленных районах люди по-прежнему гуляют. С шашлыками никого, конечно, не видели, но детей достаточно много. В центре города мы сегодня опрашивали горожан, почему они вышли на улицу. Ответы примерно одни и те же: за продуктами, на работу. Пару людей сказали, что пошли в банк за ипотеку заплатить.

Константин Чуриков: Анна, сегодня депутаты Госдумы серьезно ужесточили наказание за нарушение режима полной изоляции, повышенной готовности к ЧС. Мы еще вечером отдельно сегодня будем обсуждать, как это все будет работать. Вот в Москве (уже есть такие утечки информации) это будут некие QR-коды. С помощью камер видеонаблюдения, с помощью данных о геолокации будут контролировать перемещение людей. В Екатеринбурге достаточно ли видеокамер? Вообще смогут ли контролировать в условиях Екатеринбурга?

Анна Исаева: Я думаю, что да, потому что у нас есть единый центр, который отслеживает перекрестки, некоторые дворы и районы даже. Я думаю, что такая мера будет у нас тоже, наверное, но пока у нас только Росгвардия и полиция патрулируют улицы. Еще не очень много, но на 11 человек сегодня уже составили административные протоколы. Правда, эти люди вернулись недавно из-за границы и нарушили режим самоизоляции.

Оксана Галькевич: И тоже соседи позаботились о безопасности этих людей, ну и о собственной тоже.

Анна Исаева: Да-да-да.

Оксана Галькевич: Анна, а что у вас с динамикой по заболевшим? Какая статистика? Какие цифры?

Анна Исаева: У нас сейчас 33 заболевших, девять человек за последние сутки подтвердились, семь человек выписали уже. Губернатор сказал, что у нас все готово, мы готовы к любому сценарию и аппаратов ИВЛ у нас даже более чем достаточно. У нас также еще развернули в выставочном центре такой мобильный госпиталь, и там сейчас проводят учения, на 300 тысяч… ой, на 300 человек.

Константин Чуриков: Анна, нам сейчас со всей страны… ну, не со всей, но из многих регионов пишут – из Иванова, из других, – что вообще нет масок в продаже. У вас они в Екатеринбурге есть ли? И почем?

Анна Исаева: Нет, по-прежнему нет. Я сегодня опять ходила по аптекам – ни одной не нашла. Но зато горожане находят какой-то выход. Несколько человек сегодня видела с самодельными масками из марли, из ткани. Еще кто-то, возможно, в ателье где-то заказывает или сам шьет, такие достаточно красивые маски.

Оксана Галькевич: Нет, ну а что, друзья? Ну а где наша не пропадала? Вспоминаем уроки труда. Все мы вышли-то из детства, учили же нас. Я тебе расскажу, Костя, потом.

Константин Чуриков: Все мы вышли из шинели.

Оксана Галькевич: Берешь тряпочку, берешь марлечку, складываешь – раз! На резиночки канцелярские – хоп! У нас режиссер вчера так сделал.

Константин Чуриков: У нас в это время были обычные уроки труда для мальчиков.

Так, и еще вопрос. Некоторые регионы – например, Ленинградская область – была информация, что они закрывают вообще перемещение между разными населенными пунктами. По Свердловской области можно ли свободно передвигаться?

Анна Исаева: Пока еще можно. Но единственное, что губернатор сказал, что в автомобиле, например, не должно быть более двух человек, ну, за исключением если это близкие родственники. Пока никаких проверок и рейдов еще не было нигде, не было замечено, чтобы не впускали или не выпускали за территорию города или на территорию других городов.

Оксана Галькевич: Интересно, а как же людям потом передвигаться? Такси? Как будет работать общественный транспорт, такси? Какие возможности? Ну ладно. Я думаю, что мы все эти вопросы с вами, друзья, еще успеем обсудить, потому что действительно ситуация меняется каждый день.

Так, Мейлер, домой срочно! Домой! Вот так же, как Болоцкий и Исаева, сидеть на карантине, сидеть и самоизолироваться. Срочно!

Константин Чуриков: Какой приказной голос! Спасибо, коллеги, спасибо.

Оксана Галькевич: Я переживаю, я переживаю за коллег. Жанна, берегите себя, пожалуйста.

Константин Чуриков: Мы все переживаем.

Много сообщений. Новосибирская область нам пишет: «Свободно дети-школьники целый день играет на улице». Может быть, там пока еще не ввели такой жесткий режим. Томская область нам пишет: «Биржи труда не работают, а люди ищут работу». Сейчас, кстати, мы отдельно расскажем, как ее найти. Спрашивают: «Должны ли дворники работать или сидеть дома?» – Вологодская область.

Оксана Галькевич: Дворники жалуются нам, дворники пишут: «Люди очумели от изоляции, некоторые мусор выбрасывают с балкона или из окна». Друзья, ну давайте уж как-то дичать совсем не будем.

Константин Чуриков: И слово «очумели» мне не нравится.

Оксана Галькевич: Перетерпим, все пройдет. Как-то надо к нормальной жизни возвращаться.

Константин Чуриков: Нам звонит Анна.

Оксана Галькевич: Анатолий.

Константин Чуриков: Анатолий сначала. Анна потом. Анатолий, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Анатолий.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Расскажите о себе. Вы дома сейчас сидите или на работе?

Зритель: Да. Наша семья уже с 28-го числа находится в изоляции, так что мы, в принципе, все дома. Нас трое в семье.

Константин Чуриков: Анатолий, а с какими-то проблемами столкнулись? Ну, представляю себе как родитель (Оксана тоже может себе представить), что дома с детьми как-то, в общем, целый день без прогулки очень тяжело. Как справляетесь?

Зритель: Да как справляемся? Выйдем немножко из дома, около двора погуляем – и опять домой. Все. Ну, мусор вынести, больше никак.

Оксана Галькевич: А детям сколько лет?

Зритель: Четыре годика дочке.

Оксана Галькевич: Четыре годика. В общем, нам всегда рекомендовали, конечно, что детям обязательно нужен свежий воздух, прогулки. А балкон, какая-то небольшая территория есть?

Зритель: Нет у нас балкона.

Оксана Галькевич: Ничего нет, да?

Константин Чуриков: Ну да. Выйдешь из комнаты, форточку открыл. Понятно.

Зритель: Предоставлены сами себе, индивидуально. Живем с дохода. ЖКХ платить, все-все-все, а не на что уже. Понимаете?

Оксана Галькевич: Анатолий, скажите, может быть, все-таки какие-то положительные моменты вот такого образа жизни? Есть что-то хорошее? Или все-таки пока тяжело?

Зритель: Конечно, тяжело. Вот у меня сейчас жена перенесла операцию по онкологии. У меня и там расходы были, и сейчас у меня доходов нет. И как мне быть?

Оксана Галькевич: Ну да, понятно.

Константин Чуриков: Да, понятно. Спасибо вам, Анатолий, за звонок. Ну, будем следить за ситуацией. И надеемся, что это продлится не так долго, как сейчас пока кажет.

Оксана Галькевич: В общем, это от нас в том числе сейчас зависит во многом, друзья.

У нас Вера на связи из Архангельска. Вера, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас. Как у вас?

Зритель: Я пенсионерка. Я живу одна, у меня нет проблем. Но мне очень жалко своих соседей. У соседей двое детей, квартира двухкомнатная, небольшая. Ребенку одному у них два с половиной, а другому ребенку восемь с половиной. Детям ни выйти, ни погулять. Мама работает, приходит домой, теперь же дистанционное обучение. Папа целыми днями тоже на работе, приезжает поздно вечером.

Константин Чуриков: А вот элементарно – как им продуктов купить? Смотрите, мама одна с детьми, папа на работе до какого-то позднего вечера. Она же не может без детей выйти из дома за продуктами.

Зритель: Я думаю, что запасы, которые были.

Константин Чуриков: Хотя не надо детей, конечно, водить в магазин. С другой стороны, оставить их дома одних она тоже не может. Правильно?

Зритель: Вот я и говорю, что в этом и проблема – семьи с детьми. Потому что если она уйдет, оставить детей, то…

Константин Чуриков: Ну понятно, она их оставит в опасности.

Зритель: Нельзя.

Оксана Галькевич: Вера, скажите… Вот вы сказали, что вы пенсионерка. Я прошу прощения, а сколько вам лет? Больше 65?

Зритель: Мне – 60.

Оксана Галькевич: 60, да? Ну, вам нужно находиться дома. Вы находитесь, так скажем, в основной группе риска. Нежелательно выходить вообще из дома. Как вы справляетесь? Я понимаю, что у соседей, конечно, сложная ситуация. А у вас как?

Зритель: Нормально, нормально.

Константин Чуриков: Нормально? А продукты вам кто приносит?

Оксана Галькевич: Да, в магазин сходить.

Зритель: У меня все есть, у меня есть запас, я могу прожить. Я очень беспокоюсь за детей, за семьи с детьми, потому что детям нужен свежий воздух. Я могу выйти и на балкон подышать, а ребенку надо побегать, поиграть.

Оксана Галькевич: Ну да.

Константин Чуриков: Спасибо вам, Вера, за звонок, за ваше доброе сердце.

Оксана Галькевич: Спасибо, да.

Константин Чуриков: Давайте сейчас побеседуем с политологом Олегом Бондаренко, он политолог, директор Фонда прогрессивной политики. Олег Владимирович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Олег Владимирович.

Олег Бондаренко: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Олег Владимирович, у нас есть регионы, которые ввели режим ЧС, их 44 в данный момент, а есть регионы, которые пока этого не сделали. Как вы думаете, как будет развиваться далее ситуация? Все ли примут, как говорится, поднимут это знамя борьбы с коронавирусом?

Олег Бондаренко: Коллеги, я сразу хочу немножко вас поправить – все-таки пока это не режим ЧС.

Константин Чуриков: Режим повышенной готовности, да.

Олег Бондаренко: Потому что чрезвычайную ситуацию у нас имеет право вводить только президент и парламент. Сегодня Государственная Дума дала такие полномочия Правительству. И чрезвычайное положение пока не введено нигде. Есть такой карантин-лайт, что называется, но при этом… На мой взгляд, конечно, это вообще уникальная ситуация и для мира, и для нашей страны в принципе, поэтому все готовится с колес.

Главный принцип, которым руководствуются российские власти, – это предотвратить массовую панику и определенную истерию. Но этот принцип имеет и плюсы, и минусы. И среди минусов это определенное расхолаживание, с точки зрения отношения населения к текущей ситуации. Понимаете, когда президент говорил на прошлой неделе в своем обращении, что у нас каникулы… Ну что такое каникулы? Каникулы – это дача, отдых, шашлыки. Народ это воспринял буквально.

Константин Чуриков: Ну, президент не говорил «каникулы». Он сказал, что следующая неделя объявлена нерабочей. И сказал, как ее надо провести.

Олег Бондаренко: Ну, была фраза, была фраза про каникулы тоже сказана. И народ это воспринял буквально и уехал. А вот если людям говорить непосредственно, что у нас чрезвычайная ситуация, что нужно вводить уже, наверное, в Москве так точно, соответствующий режим, но нужно это делать законодательно корректно, а не таким образом, когда региональные власти берут на себя слишком много ответственности, закрывают границы и…

Оксана Галькевич: Вот! Я как раз хотела вас об этом спросить. Насколько регионы самостоятельны в принятии таких решений? Насколько законодательная база позволяет им действовать решительно?

Олег Бондаренко: Это палка о двух концах. Почему? Потому что все боятся брать на себя ответственность на самом деле.

Оксана Галькевич: Ну, не взять на себя ответственность – это тоже может быть чревато в такой ситуации, вы же понимаете.

Олег Бондаренко: Крайним будет тот, кто на себя возьмет такую ответственность. Соответственно, Правительство не вводит пока нигде режим чрезвычайной ситуации, потому что его легко ввести, но его потом сложно снять. И вопрос: когда его снимать? Это уже совсем другие нормы будут действовать, другие законы и так далее, и так далее. А сейчас пока режим как бы превью такой, да?

Константин Чуриков: Ну да.

Олег Бондаренко: Как в этой ситуации должны работать предприятия, магазины – каждый решает сам. То есть, по большому счету, ответственность перекладывается этажом ниже. И региональные власти тоже перекладывают эту ответственность…

Константин Чуриков: Я хочу все-таки еще раз повторить то, что собственно вы сказали. Сегодня у нас Дума наделила Правительство правом вводить режим чрезвычайной ситуации. Правильно? То есть, соответственно, уже появился такой единый центр управления всеми процессами и борьбы с этим, будь он неладен, коронавирусом.

Спасибо большое. Олег Бондаренко – политолог, директор Фонда прогрессивной политики – у нас был в прямом эфире.

Еще звонок есть.

Оксана Галькевич: Так, у нас есть звонок. А кто у нас на связи?

Константин Чуриков: Галина.

Оксана Галькевич: Галина из Московской области. Здравствуйте, Галина.

Зритель: Здравствуйте. Я звоню из Подмосковья. Я пенсионер, я сижу на даче с трехлетним внуком и столетней бабушкой, мы втроем. У меня просто такой вопрос. На выходные к нам приезжают родители ребенка и привозят нам все, что нужно из Москвы. Они в Москве живу. Зять работает удаленно, дочка работает на рабочем месте. Я просто слышала по телевизору, что на улице будут проверять справки – работают ли они или в магазин.

Константин Чуриков: Ну да, по какой причине люди вышли.

Зритель: Да-да-да. А им-то надо ехать. Как из этого положения выйти?

Константин Чуриков: Ну, будет отдельное разъяснение. Мы сегодня вечером подробно будем рассказывать, как все это будет работать в разных регионах. Там будет система допусков, система пропусков, QR-кодов, где это возможно. У меня к вам вопрос, Галина: почему родители ребенка с вами оставили, а не у себя?

Оксана Галькевич: Если папа дистанционно работает, то почему папа не остался с ребенком?

Зритель: А вы представляете – с трехлетним ребенком работать дома. Это же невыносимо! А здесь свежий воздух. Я бы в Москве сидела, никуда не вышла. Правильно? А тут я все-таки на участке своем, гуляем мы с ним.

Константин Чуриков: Ну да, хотя бы по участку погулять. Тоже логично. Понимая, спасибо.

Оксана Галькевич: Скажите, а у вас… Допустим, такая ситуация, что не смогут в какой-то момент приехать вовремя, привезти продукты. У вас что-то поблизости есть себя обеспечить самостоятельно?

Зритель: Ну, поблизости, конкретно, есть, но нужно идти в поселок.

Оксана Галькевич: Но все-таки есть?

Зритель: Я ребенка трехлетнего со столетней бабушкой не могу оставить.

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Чуриков: В том-то и дело. Поэтому и спросили, почему ваши дети ребенка не забрали. Понятно, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Галина у нас была на связи.

Мы говорили о том, что с работой трудности. Сейчас расскажем, как работу можно попытаться найти.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)