Кирилл Семёнов: Не дело, если директор - всевластный хозяин над выплатами учителям

Кирилл Семёнов: Не дело, если директор - всевластный хозяин над выплатами учителям
Маткапитал на первенца. Контроль за доходом семьи. Уличные банкоматы опасны. Россияне переходят на фастфуд
Как контроль за доходом семьи поможет бороться с бедностью?
Сергей Лесков: В силовых структурах перестановки. И начались они с отставки Юрия Чайки
Артём Кирьянов: Это не вяжется со здравым смыслом, но после пожара надо предъявить чеки, чтобы рассчитывать на компенсацию сгоревшего имущества
Погорельцы: где вынуждены жить пострадавшие при пожаре. Сюжеты из Нижнего Новгорода и Астрахани
Андрей Масалович: Сейчас время провокаций, потому что в мире рулят спецслужбы. А они единственное, что умеют, — это делать провокации
Елена Ведута: Для того, чтобы в стране был порядок и она развивалась, требуется наладить модель управления экономикой в сторону реальных доходов граждан
Власти хотят знать, сколько зарабатывает каждое домохозяйство
Виктория Данильченко: Если в твоей семье происходит насилие, уходи, пока твою психику не подавили вконец
Пятилетней Вике нужна реабилитация после ожога
Гости
Кирилл Семёнов
директор Специализированного учебно-научного центра МГУ - Школы-интерната им. А.Н. Колмогорова

Анастасия Сорокина: Как мы и обещали, в пятницу подводим итоги проекта «Реальные цифры». Чтобы жил на одну ставку…

Александр Денисов: На одну зарплату.

Анастасия Сорокина: На одну зарплату, да. Министерство просвещения предложило несколько вариантов повысить зарплату учителям. Я напоминаю, что на этой неделе мы просили вас присылать, сколько в вашем регионе получают учителя, какую зарплату они получают.

«Чтобы достойная зарплата формировалась у нас не за счет двойной нагрузки, а именно при стандартных 18 уроках в неделю», – вот именно этого пункта и нет сейчас в предложениях о повышениях зарплат. В рубрике «Реальные цифры» мы посчитали, сколько же сейчас получают преподаватели в разных регионах страны. Давайте познакомимся с результатами.

Александр Денисов: Подводим. Низкие заработки учителей стали поводом для беспокойства в Министерстве просвещения. Вот сообщение из Таштагольского района Кемеровской области, из поселка Мрассу: «Зарплата учителя – 5 тысяч рублей, технички – 8 тысяч». Ну, это, видимо, без надбавок.

Согласно Майским указам президента, заработок педагога должен быть равен двум средним зарплатам по региону. Но даже по данным Росстата цифры не совпадают. К примеру, средняя зарплата по России, по данным Росстата, составляет 46 тысяч рублей, а средняя зарплата педагога едва превышает 40 тысяч. По данным нашего опроса, реальная зарплата в два раза ниже – 21 тысяча.

Анастасия Сорокина: Несколько дней назад Министерство просвещения предложил Минтруду повысить базовую ставку педагогических работников минимум до 70% от среднего по региону. Сейчас зарплата учителя складывается из базовой ставки за 18 часов уроков в неделю и надбавок за категорию, классное руководство, общественную нагрузку и так далее. Согласно нашему опросу, средняя базовая ставка учителя едва превышает 10 тысяч рублей. Сколько получает учитель, имея такую ставку?

Вот сообщение, например, из Воронежской области от учителя физики, имеющего стаж 40 лет и высшую категорию, работающего на полторы ставки в гимназии: «Боюсь, не поверите в цифры. Базовая ставка – 10 200. Всего получается 26 833 рубля. Минусуйте 13%».

Александр Денисов: Больше всего за ставку, за одну ставку получают педагоги в Ленинградской, Московской области, в Хабаровском крае. Плюс еще северные и сельские надбавки – 50% и 25%. Выходит 30–40 тысяч рублей. Но и в этом случае до средней по региону в 45 599 рублей учитель все равно недотягивает.

Поможет ли новый вариант оплаты труда педагогов поднять заработок учителя? Обсудим с нашим экспертом. В студии – Кирилл Семенов, директор специализированной школы учебно-научного центра МГУ имени Колмогорова… Школы-интерната имени Колмогорова. Кирилл, здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Кирилл Семенов: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Кирилл Владимирович, вот эти цифры – это для вас откровение? Или вы понимаете…

Кирилл Семенов: Нет, это ожидалось. Представлялось, что так оно и будет. Страна у нас большая, а система у нас такая, что зарплата учителя зависит от того, в каком регионе он работает. Тут надо сделать такое самое важное замечание, здесь нужно сделать такой акцент. Мы одну и ту же школу, в которой привыкли учиться наши родители, мы представляем себе, что она изнутри устроена так же, как в то время, когда учились наши бабушки и дедушки. Ну, она стоит на том же месте, да? Иногда те же самые учителя по 40 лет там работают.

Александр Денисов: Хорошо сказали!

Кирилл Семенов: А изменилось очень многое. Если раньше, скажем, по всей стране начинающий молодой учитель приходил на работу после пединститута, получал 120 рублей (ну, северные коэффициенты и раньше были северными коэффициентами), и зарплату педагогам на весь подмосковный город размером 130 тысяч человек, в нем было 26 школ, начисляла бухгалтерия гороно, там было три бухгалтера, и получали все примерно одинаково, то есть один и тот же директор получал в разных школах одну и ту же зарплату, то сейчас все по-другому.

Ну, раньше и программы были одинаковые, программы средней школы. Мы примерно представляли себе, что в одной и той же школе в Москве, во Владивостоке и в Санкт-Петербурге учат примерно по одним и тем же учебникам, по одному и тому же.

Сейчас все совсем по-другому. Сейчас школы – фактически самостоятельные юридические лица. И если раньше министерство, Государственный комитет по среднему образованию (в разное время это называлось по-разному), он спускал эти деньги в школы, то сейчас школы финансируются из бюджетов субъектов федерации. Поэтому норматив, который выделяется в расчете на каждого школьника, в разных субъектах федерации разный: в Москве он выше, в Тверской области он ниже, в Московской области он третий. То есть никакого единства.

Дальше получается так: зарплата учителя будет зависеть от того, сколько учителей и сколько учеников в школе. Скажем, чем больше в школе учеников и чем меньше в школе учителей, тем больше будет получать учитель денег. То есть опять же может быть все что угодно, снова никакого порядка.

Ну и премирование, которое раньше было достаточно жестко регламентировано. Сейчас директор, поскольку он фактически глава фирмы, может, если захочет, каким-то любимчикам назначить зарплату выше, чем другим учителям. И это такой способ, скажем, посчитаться с тем, кто ему не нужен, или наоборот – поднять тех, кто…

Александр Денисов: А вы как директор фирмы как делаете?

Кирилл Семенов: У нас этого нет. К сожалению или к счастью, слава богу, мы устроены совсем по-другому. У нас даже учителей-то нет, у нас все профессора и преподаватели Московского университета.

Но последний раз, когда мне доводилось работать именно в школе (а я отработал в московской школе девять лет), то в этой школе было много учителей, не очень много учеников, и поэтому получалась не очень высокая средняя зарплата – за что, соответственно, директор подвергался критике со стороны руководства департамента: «Ну как же так? У вас средняя ниже, чем в Москве». А в какой-нибудь гимназии, где результатов меньше, учителей меньше, а детей больше, учитель за ту же нагрузку получит больше часов.

Если посмотреть внимательно на результаты, которые у вас есть, то, скорее всего, мы не увидим, что за те же самые 18 часов в Москве два учителя получат одни и те же деньги. Могут быть совершенно разные цифры. И весь разговор только в том, как все это считать и откуда брать деньги. Потому что если сохраняется базовый принцип финансирования школы, деньги идут за учеников, то, как я уже говорил неделю назад, если директору придется платить в два раза больше, а денег у него больше просто взяться неоткуда, ну, возникнет патовая ситуация: либо садись, либо увольняйся, либо все разбегаются.

Александр Денисов: Даже «садись»?

Кирилл Семенов: Ну, за невыплату заработной платы предусмотрена уголовная ответственность во всех организациях. Так что если директору скажут: «Плати вот столько», – а у него негде взять, то он попадает под уголовную ответственность. Поэтому нужно просто внимательно посмотреть, что именно предлагается, какой текст предложений.

Александр Денисов: Вы знаете, а я посмотрел, я распечатал. Я ничего в нем такого уж радикального не нашел.

Кирилл Семенов: Предполагается ли выделение специальных целевых средств под эту идею?

Александр Денисов: Скажу. Есть абзац на четвертой странице проект федерального бюджета на 2020 год и плановый период 2021–2022 годов: «Предусмотрено ежегодное выделение за счет средств федерального бюджета дотаций по 100 миллиардов рублей на частичную компенсацию дополнительных расходов на повышение оплаты труда работников бюджетной сферы, включая и педагогических работников». Это единственная сумма, которая фигурирует в таком документе.

Кирилл Семенов: Если предлагается доплачивать недостающее из средств центра, то это, конечно, великое счастье. Но, с другой стороны, так просто систему тоже оставлять нельзя, то есть если директор – всевластный хозяин над выплатами учителям. Правильно? Возможно, и было что-то критикуемое в нашей старой системе. Но то, что начинающий учитель, приходя, за одни и те же часы получал одну и ту же зарплату, если он не находился в северном регионе или в каких-нибудь экстремальных условиях труда, где полагаются коэффициента, то вот это, наверное, правильно.

Минимальный размер оплаты за свою ставку в 18 часов должен быть такой, чтобы, грубо говоря, учитель мог нормально жить, быть уважаемым человеком, не каким-то нищенствующим фанатиком со священным пламенем в глазах, это не дело, а чтобы он был уважаемой и высокооплачиваемой должностью, профессией, службой.

Вот обсуждалось, сколько должен получать. Вы же получили ответы, сколько хотят получать педагоги за свои 18 часов. Наверное, это тоже надо сказать. Если бы было 30 тысяч, то это было бы вообще здорово. Ну, для Москвы, наверное, было бы не здорово, потому что в Москве есть те, кто получают и больше – и больше сотни, и за двести, видимо, за какие-то выдающиеся успехи.

Александр Денисов: Учителя – за двести?

Кирилл Семенов: Возможно.

Анастасия Сорокина: В школах?

Кирилл Семенов: Школы бывают разные. Есть школа Летова, гимназия имени академика Примакова в Жуковке. Там могут и 150 учителя получать.

Александр Денисов: А, это так называемые «губернаторские школы»? Так их прозвали в учительской среде.

Кирилл Семенов: Ну, называемые, не называемые, тем не менее эти зарплаты есть. Вряд ли такие учителя будут…

Александр Денисов: 200 тысяч рублей? Почему же нам не написали, как вы думаете?

Кирилл Семенов: Наверное, им все хорошо. «Почему вы молчали раньше?» – «Ну, ложечка и вилочка лежали правильно».

Анастасия Сорокина: Ну, в Жуковке, наверное, действительно все хорошо.

А давайте посмотрим, как идут дела в Самарской и Свердловской областях, какие зарплаты у учителей. У нас есть сюжет, давайте его посмотрим.

СЮЖЕТ

Александр Денисов: В чем логика такой пестроты тарифов?

Кирилл Семенов: Все определяется…

Александр Денисов: Зачем это нужно было в руки регионам отдавать?

Кирилл Семенов: После того, как распался наш Советский Союз, было решено, что у нас наступает полная свобода школ, учителей и всего-всего-всего. Ну и свобода государства от взятых на себя патерналистских обязательств, видимо, центра, то есть: «Регионы пусть всем этим сами и занимаются». Как когда-то: земский учитель, земская школа, земский врач.

Александр Денисов: Ну, это же опасно!

Кирилл Семенов: Опасно.

Александр Денисов: Это все равно, как оборону выпустить из рук и сказать: «Пусть этим занимаются регионы».

Кирилл Семенов: Вот оборону из рук не выпустили. Полицию из рук не выпустили. Пожарную службу из рук не выпустили. А вот учителей как-то отпустили на свободный выпас. И это отражается ведь не только в зарплате.

Скажем, сейчас обсуждается федеральный государственный образовательный стандарт. Если посмотреть на то, что под этой бумагой скрывается сейчас, то можно с удивлением заметить, что это не так, как раньше: в таком-то классе в такое-то время школьник должен знать вот то-то. Нет, сейчас этого ничего не предписывается. Сейчас написано, что каждая школа должна сама написать свою образовательную программу. Ну, собственно, и все.

Единственный стандарт, который приводит требования к образованию к единому знаменателю, – это ЕГЭ. Вот хорошая школа – это та, которая учит всему тому, что есть в ЕГЭ. А кто-то этого и не может. Все мочь невозможно. Поэтому этот разнобой, эта абсолютная (назовем это так) «махновщина» – она нетерпима, ее надо исправлять. И потихонечку к этому приходят.

Сейчас в Москве хотят сделать прозрачную систему начисления зарплат учителям, то есть сделать так, чтобы бухгалтерия департамента, ну, финансовой службы департамента могла наблюдать за тем, что происходит в каждой московской школе и избежать этих эксцессов, когда когда-то платят много, а кому-то – ничего. И эту деятельность нужно продолжать. Нужно следить за тем, как так вышло.

Александр Денисов: Про 200 тысяч – вы нас поразили прямо до глубины души! Я думаю, что и всех остальных учителей по России.

Кирилл Семенов: Ну, есть же такие школы и такие места.

Александр Денисов: Причем не частные.

Кирилл Семенов: Вы не забывайте, что у нас даже частная школа может претендовать на государственную субсидию на образование, потому что образование по Конституции, общее образование в России бесплатное. Поэтому если вы откроете, отлицензируете и аккредитуете школу, наберете туда за деньги учиться детей, тем не менее вы можете требовать от местных властей, чтобы они выделили вам субсидию на образование. И государство будет вам, частному директору частной школы, за это платить. Такое у нас интересное правовое регулирование этого вопроса.

Анастасия Сорокина: Зрители очень хотят в эфир. Из Иркутской области Борис на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Говорите, пожалуйста, Борис.

Зритель: Есть предложение такого рода. За ставку педагогической работы, то есть за 18 часов, очень легко, просто и логично было бы установить просто оплату МРОТ, равную МРОТ, а дальше – все остальные надбавки, которые положены учителю: за квалификацию, за классное руководство, извините меня, и так далее. Но МРОТ – это та самая единая для всей страны величина, которая, я думаю, удовлетворит всех. На мой взгляд, это будет честно и справедливо. Да, в северных районах свои коэффициенты, в Москве свои коэффициенты и так далее, но это уже после того, как за ставку дают МРОТ. Это заслуженно, я думаю.

Анастасия Сорокина: Борис, а вы учитель, да?

Зритель: 20 лет стажа в допобразовании, я веду клуб авторской песни.

Анастасия Сорокина: И какой у вас оклад, если не секрет?

Зритель: На сегодняшний день оклад за ставку составляет 7 400.

Анастасия Сорокина: Спасибо вам, Борис, за звонок.

Как вам такое предложение?

Кирилл Семенов: Ну, это как раз то, что нужно обсуждать уже как детали с профсоюзами, с учителями, с сообществом, с экспертами, с финансистами: что именно за 18 часов будет нормальной оплатой труда? Может быть, все-таки МРОТ. Он у нас не очень высокий. Как на него прожить, особенно молодому человеку, который закончил пединститут и хочет семью завести, хозяйством обзавестись? Это сложно.

Но принципиально именно то, чтобы не было такого, что, скажем, в Тверской области, соседней с Московской областью, там прямо граница, две школы в полукилометре стоят, а зарплата отличается в два раза просто потому, что это регион другой. Такого быть, наверное, не должно.

Анастасия Сорокина: Кирилл Владимирович, времени остается у нас совсем немного. Очень часто мы видим и слышим, как учителя по всей Европе отстаивают, чтобы им надбавку какую-то… Речь идет о нескольких тысячах долларов, если переводить. То есть такие крупные суммы. Когда мы подсчитываем эти цифры, мы понимаем, что у нас, конечно, вообще зарплаты несоизмеримые. Вот как могут учителя отстоять свои права? Что, им в один какой-то прекрасный день надо всем уйти из школ и сказать: «Не будем преподавать, пока у нас не будет достойная зарплата»? Или как это должно быть?

Александр Денисов: У Насти двое детей в школу ходят.

Кирилл Семенов: Дети, может быть, обрадуются. Все равно в итоге придется идти и работать. В том смысле, что мы же не можем себе на самом деле такого позволить. Но права свои, конечно, нужно отстаивать. И плохо как раз то, что отстаивать нужно не перед федеральным центром, который готов платить, а перед своим работодателем в каком-нибудь глухом селе, у которого тоже денег, вообще говоря, не очень много, и ему тоже их неоткуда особо и взять – скажем, где-нибудь в Иркутской области, в каком-нибудь глухом поселке.

Поэтому, наверное, это должна быть централизованная забота с этой, как вы сказали, централизованной доплатой из центра в тех случаях, когда собственно денег региону не хватает. Может быть, действительно стоит подумать о том, что не совсем правильно все бюджетные вычисления привязывать к тому, что за таким-то ребенком в такую-то школу пришло столько-то денег – в разных регионах разные суммы. Так мы концы с концами не сведем.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо. У нас в студии был Кирилл Семенов, директор Школы-интерната имени Колмогорова. Спасибо, что были с нами.

Кирилл Семенов: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски