Ковид. Ограничения. Готова ли страна к новой выходной неделе?

Гости
Владимир Карачаровский
кандидат экономических наук, доцент департамента прикладной экономики НИУ ВШЭ
Алексей Петропольский
руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ»

Виталий Млечин: Продолжаем обсуждать ситуацию с коронавирусом. Напомним, что вице-премьер Татьяна Голикова на заседании президиума Координационного совета по борьбе с вирусом предложила сделать нерабочими дни с 30 октября по 7 ноября, в регионах с наиболее сложной ситуацией режим нерабочих дней может начаться уже 23 октября.

Тамара Шорникова: Глава Правительства, Михаил Мишустин, инициативу поддержал, завтра ситуацию Правительство обсудит с Президентом: готова ли страна, жители и бизнес к новой выходной неделе.

Виталий Млечин: Это вопрос к вам, в первую очередь, уважаемые зрители! 8-800-222-00-14 – телефон прямого эфира, 5445 – короткий номер для ваших смс-сообщений. Если вы – представитель бизнеса, если у вас есть наемные работники, или вы самозанятый или индивидуальный предприниматель, пожалуйста, тоже позвоните нам, напишите, что вы думаете по этому поводу. Потому что выходные дни – это, соответственно, простой бизнеса, потери, вот во что это выльется?

Тамара Шорникова: Ну и мнение работников тоже интересно.

Виталий Млечин: Разумеется. Хотя и его можно предсказать.

Тамара Шорникова: Не уверена.

Виталий Млечин: Кто-то из вас хочет работать? Расскажите, кто-то из вас против выходной недели?

Тамара Шорникова: По-другому спрошу: а кто-то из вас хочет получать зарплату?

Виталий Млечин: И не работать при этом?

Тамара Шорникова: И не работать при этом.

Виталий Млечин: Конечно. Расскажите.

Тамара Шорникова: Возможно у вас такое? И что вообще говорят ваши работодатели? На каких условиях хотят вас отпустить погулять? Давайте послушаем.

Виталий Млечин: Если хотят. Да, ну и побеседуем с Алексеем Петропольским, руководителем Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «Опора России». Алексей Игоревич, здравствуйте!

Алексей Петропольский: Добрый вечер!

Виталий Млечин: Алексей Игоревич! Не в первый раз уже вводятся выходные недели, уже есть некоторый опыт накопленный, и немножко лучше мы, наверное, понимаем, к чему это приведет. С точки зрения бизнеса это вот как в том анекдоте: «Ужас, ужас!» или «Ужас, ужас, ужас!»?

Алексей Петропольский: Ну, вы поймите: все, кто остался в бизнесе, кто еще не закрылся и кое-как сводит концы с концами, он научился выживать в такие периоды. А выживать можно, только договариваясь.

Все нашли выходы. Кто-то договаривается с арендодателем, с налоговой, с контрагентами. И действительно все идут навстречу, понимая, что это общая беда, с которой только общими усилиями можно бороться. Вопрос лишь издержек.

Издержки в виде фонда оплаты труда – их перекрывать в такие нерабочие недели бизнесу просто абсолютно нечем. Еще долги за прошлые периоды не погашены, а новые, естественно, копить никто не хочет. И поэтому вы правильно сказали, что многие бизнесмены на такие периоды просто не будут выплачивать зарплаты.

Виталий Млечин: А это законно?

Алексей Петропольский: Это законно, если предприятие выпускает приказ о том, что в данный период просто не работают.

Конечно, сотрудник имеет право обратиться в трудовую инспекцию и прокуратуру, и скорее всего, на его стороне будут стоять госорганы. Поскольку нерабочая неделя объявляется именно «с выплатой заработной платы». Но работодатель может сказать, что просто денег фактически нет, их выплачивать неоткуда, и в случае любой проверки просто пойдет на банкротство. И таких случаев сотни.

Тамара Шорникова: А много ли бизнесменов в принципе решатся на эту нерабочую неделю? Потому что мы тоже понимаем, что не все обеспечивали выходные. Многие продолжали работать.

Алексей Петропольский: Здесь все зависит от того, на каком уровне будет принято решение. Если это будет федеральный уровень, общероссийский, то, конечно, большинство работодателей будет вынуждено уйти на эту нерабочую неделю, ввиду того, что по городу будут гулять проверки того же Роспортребнадзора, прокуратуры, которые будут выписывать штрафы от 100 до 500 тысяч рублей, либо приостанавливать деятельность предприятия, что, конечно, влияет гораздо более пагубно, нежели неделя, которая будет нерабочей. Поэтому многие просто испугаются и не будут работать.

Виталий Млечин: Давайте сразу послушаем нашего зрителя. Мне кажется, это правильно. Светлана из Амурской области дозвонилась до нас. Светлана, здравствуйте!

Зритель: Здравствуйте! Я, например, пенсионерка, но до сих пор считай работающая. В такое время отправлять людей не работать - это лишнее.

Виталий Млечин: Почему?

Зритель: Или праздничные дни, или, там, три-четыре дня, но не неделю, не десять дней. И так развелось этих безработных море.

Виталий Млечин: Почему вы так считаете? Это же все ради того, чтобы бороться с коронавирусом, делается, а не просто так.

Зритель: Ну, с коронавирусом надо бороться другими способами – чтобы люди прививались, носили маски. Как? Не знаю, как бороться, но дело в том, что праздничные дни – это выгодно тем людям, которые на оплате, но не тем, кто работает с выработки.

Виталий Млечин: Ваша мысль ясна. Спасибо!

Тамара Шорникова: Спасибо! Вот несколько смс еще. Самарская область: «Чем больше отпускают, тем больше движения из одного региона в другой, тем больше выездов за границу, и, как следствие, больше случаев заражения». Москва, область: «Я работник, кто и за что мне заплатит? Я привит! Почему мне нельзя работать?»

Виталий Млечин: Можно, можно! Вот сообщение, которое я очень ждал, из Тверской области: «Ура! Поедем на дачу закрывать сезон! Это подарок!»

Мне кажется, что не только вот эти наши зрители, которые нам написали, поедут закрывать сезон. Но опять же, как сказал наш гость, если сборы гостей происходят на улице, то это гораздо безопаснее. Так что если вы планируете кого-то позвать с собой на дачу, то оставайтесь, пожалуйста, максимально все-таки на свежем воздухе. Хотя это уже не так просто, все-таки не лето.

Тамара Шорникова: Да. Алексей Игоревич, в Санкт-Петербурге QR-коды вводят для посещения общественных мест, культурных учреждений. С 1 ноября в регионах постепенно тоже начинают вводить. Как бизнес оценил: все ли привыкли к QR-кодам? Вот, например, в столице был эксперимент тоже с театрами, с общепитом и так далее. Это критически снижает посещаемость? Или постепенно люди привыкают и, соответственно, если сейчас кьюар-коды по всей стране введут, то ходить будут?

Алексей Петропольский: Ну, летом спасали летние веранды и открытые мероприятия. И, действительно, бизнес смог выжить, поскольку это было почти месяц, это было тяжело, но повезло с погодой. Сейчас QR-коды. И независимо от того, что у нас привито порядка 30 или 40% населения, все идет к тому, что бизнес понесет издержки, несопоставимые с выручкой.

Дело в том, что если мы берем стандартное предприятие, то примерно 80% времени оно работает для того, чтобы самоокупиться. То есть накопить на зарплаты, на аренду, на расходные какие-то материалы, пополнить фонды. И лишь 20% времени работает на то, чтобы фактически заработать хоть что-то на развитие, на прибыль для инвесторов, кредиты. И, поймите, падение даже на 30% выручки приводит к тому, что предприятие начинает работать в минус.

Вот эта самая неделя, она приведет к тому, что мы от нее восстанавливаться будем на протяжении месяца или двух. Ну это, в первую очередь, касается общепита, туризма, гостиничного бизнеса. И никто нам эти зарплаты не компенсирует. И самая большая проблема – это именно заработная плата. Со всеми можно договориться, но сотрудникам зарплату платить необходимо, иначе они просто разбегутся.

Виталий Млечин: Алексей Игоревич! Я прошу прощения, но когда мы говорим о выходной неделе, и рестораны тоже закроются на эту неделю?

Алексей Петропольский: Ну, конечно. Все будет закрыто. Если это будет прямо нерабочая неделя, то фактически все должны будут исполнять эти обязательства. Но сейчас пока все на региональном уровне. Выпустили некие постановления, что 30% нужно перевести на удаленку, и людей старше 60 лет обеспечить работой дома. Но, в целом, подавляющее большинство компаний это и так соблюдало. Эти 30% никто не вывел с удаленки, поскольку это IT-персонал, как правило. И пенсионеры мало у кого работают.

Довольны в этой ситуации могут быть только госслужащие, которым действительно гарантируют выплату зарплаты.

Тамара Шорникова: Да, Алексей Игоревич, а вот такие условия, они не стали фильтром для работодателя? Просто не брать или увольнять сотрудников старше 60-ти и с хроническими заболеваниями? Потому что, чуть что, ситуация накалится, их нужно переводить на удаленку, им обеспечивать какие-то особенные условия работы, и так далее?

Алексей Петропольский: Не то что фильтром, а конкретным ситом стали. За последние два года люди потеряли работу массово. Это сотни тысяч людей. Кто просто не согласился привиться, кто-то фактически как раз, как вы говорите, в предпенсионном возрасте находится. Да огромное количество предприятий закрылось, и всех пришлось уволить. Поэтому сейчас остались сильнейшие компании, и в них работают сильнейшие специалисты. Стараются не брать не то что к 60 годам, а просто старше 40 уже не берут.

Тамара Шорникова: И все-таки, в предыдущий период, когда тоже были нерабочие недели, карантины и так далее, правительство шло на меры поддержки для бизнеса: отсрочки по кредитам, выплаты, оплата части фонда труда и так далее. Плюс, нам рассказывают сейчас эксперты, что, после отмены всех этих ограничительных мер люди ринулись в магазины, в рестораны, пошел, якобы, бурный рост. То есть, за это время вы: а) с одной стороны получали помощь, б) потом смогли, грубо скажем, «навариться». Соответственно, и сейчас есть уже опыт, чтобы пережить эту неделю, а может, и две

Алексей Петропольский: Это абсолютно не так. Это вообще не касается малого и среднего бизнеса. Это касается только крупного бизнеса, который действительно получал дотации. У нас были списки действительно системообразующих предприятий, которые получали и зарплаты, и кредиты, и от бюджета получали хорошие дотации.

Мы же, как малый бизнес, получили 12500 рублей, которые не всем компенсировали в счет налоговой базы и снижение взносов в фонд.

Но, поверьте, средняя зарплата даже в регионе, она не 12500 рублей. И многие предприятия были вынуждены уволить сотрудников. Они попадали под те самые виды тех, кому помогали. Следовательно, получили меньше 10% какую-либо поддержку. Поэтому говорить о том, что кто-то чем-то обзавелся… Да нет. Все, кто выжили, они выжили вопреки всему, нежели благодаря тому, что кто-то чем-то помог.

Виталий Млечин: Да, невесело, конечно, с этой точки зрения тоже. Спасибо вам большое! Алексей Петропольский, руководитель бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «Опора России».

Давай сейчас поговорим с нашим зрителем из Саратовской области Александром. Здравствуйте, Александр!

Зритель: Здравствуйте!

Виталий Млечин: Слушаем вас! Хотите отдохнуть неделю?

Зритель: Вот сейчас человек, который выступал. Я очень согласен с мыслью. Все он правильно сказал. Выделили эти 12 тысяч, куда их запихать, неизвестно. Есть кредит, 20 тысяч только платишь ежемесячно. И банк не идет навстречу, никаких каникул не дал. То есть наскребали, как могли.

Тамара Шорникова: Александр! А у вас бизнес какой-то? Вы предприниматель?

Зритель: Да, у меня магазин «автозапчасти». Мелкий бизнес, но… Торговли вообще абсолютно нет, и еще если закрыться, то не знаю даже, чем буду платить аренду.

Тамара Шорникова: Да, но раз мы разговариваем с вами сейчас о текущих проблемах, значит, прошлый период все-таки удалось пережить?

Зритель: Знаете, как удалось? До сих пор из запасов дыры затыкаем. Там пустые полки у меня.

Виталий и Тамара: Понятно. Спасибо.

Виталий Млечин: Спасибо большое. Еще давай пару сообщений. Из Московской области: «Закрывать нужно все и контролировать лучше! Все работают подпольно!». Вот такая мысль. Из Самарской области: «А поликлиники тоже будут закрыты?». Нет, вряд ли, мне кажется, все-таки социальные объекты не должны закрываться. И вот два противоположных мнения. Из Тюменской области: «Выходных и так слишком много», и из Амурской области: «Работать надо, сколько можно отдыхать!». И, наоборот, из Ульяновской области: «С удовольствием отдохну!». Так что, вот это я могу понять. Людей, которые хотят отдохнуть, я прекрасно понимаю. Но тема-то, на самом деле, далеко не веселая, особенно с точки зрения предпринимателей, которым нужно платить зарплаты.

Тамара Шорникова: Владимир Карачаровский, кандидат экономических наук, доцент Департамента прикладной экономики Высшей школы экономики. Владимир Владимирович, здравствуйте!

Владимир Карачаровский: Здравствуйте!

Виталий Млечин: Здравствуйте! Для экономики вот такая выходная неделя, с точки зрения специалиста, который изучает ситуацию в целом, – это критическая ситуация, сложная, трудно будет восстановиться после этого? Или неделя – все-таки не так много?

Владимир Карачаровский: Ну, смотрите. Если говорить именно о неделе, которую вот с 30-го по 7-е предлагается ввести, то, на самом деле, если бы это решение, например, не было принято, то тогда мы бы все равно отдыхали четыре дня. То есть, если говорить только об этой неделе, то, собственно, мы говорим о ценности трех дней с точки зрения экономики. Поэтому три дня пережить можно.

Если говорить о более широком локдауне, то, конечно, ситуация не очень хорошая. Тоже хотел бы сказать, что идея о том, что бизнес стал восстанавливаться в последний год и к лету «набрал жирок», она, конечно, ложная. Потому что мы привыкли мыслить в логике темпов падения или роста. Но мы не должны забывать, что пока бизнес падал, пока он восстанавливался, потерю благосостояния, когда бизнес находился вот в этой яме, даже если он сейчас вернулся к исходным своим значениям по объему услуг, вот эту потерю благосостояния никто не компенсировал.

Это вылилось в то, что мы потеряли качество сервиса, вылилось в то, что мы за ту же цену покупаем, условно говоря, в кафе, совсем не тот объем продуктов. Это вылилось в то, что мы не произвели определенное количество инвестиций, и так далее. То есть, экономика, конечно, восстановится. Такая крупная экономика, как в Российской Федерации, конечно, восстановится. Но это уже будет не та экономика. Да, там будут отрасли, которые выиграют. Знаем эти отрасли, безусловно: доставка, с одной стороны. Полюс другой стороны – это производство медицинской техники, производство лекарств.

Но крупные предприятия, которые не получили поддержки, например, машиностроительные, они, конечно, будут при серьезном локдауне в проигрыше. Никакого «жирка» у них нет. Наоборот, они не могут существовать в этой волнообразной логике. Только чуть-чуть восстановились, и сразу новый локдаун. Поэтому, к этому нужно очень серьезно отнестись. Что касается малого и среднего бизнеса, который на 50-60% состоит из сферы услуг и торговли, то восстановиться здесь… у этого бизнеса. Мы прекрасно видим, что у нас малый и средний бизнес, я всегда подчеркивал эту мысль, что в России это не столько предприниматели в собственном смысле слова, не столько «волки», которые привыкли держать удар. А это форма занятости. И поэтому государству нужно, если уж вводить локдаун, серьезные меры поддержки оказать именно работникам.

У нас же есть сейчас повышенный спрос на газ. И цена на газ выросла. Вот все эти дополнительные доходы нужно конвертировать в помощь населению. Сверхдоходы, сверхприбыли металлургов нужно изымать, как дополнительный налог, и превращать в меры поддержки. И тогда мы…

Тамара Шорникова: Да, Владимир Владимирович, давайте послушаем телефонный звонок! Много у нас желающих высказаться по этой теме. Вот сейчас, например, Наталья из Новосибирской области выскажет свое мнение в эфире.

Виталин Млечин: Наталья, здравствуйте!

Зритель: Добрый вечер! У меня дочь – предприниматель, я переживаю, конечно. У нее небольшой малый бизнес, всех это касается. Сейчас хотят сделать каникулы, отдых. А если не поможет эта неделя? Дальше что, какое продолжение будет? Этот коронавирус так и будет продолжаться. Вот тогда что мы еще будет придумывать?

Вы знаете, я возмущена тем, что летом мы красиво отдыхали, открыли все границы: летайте, отдыхайте! А к осени мы начинаем опять болеть, а делать-то ничего от государства не делается. Вот сколько жалоб: и по скорым, и в поликлиники не пробиться. Но ведь это тоже должно решаться региональными путями. Так вот нас наказывают, а государство мы не можем наказать. Все относятся вот так вот. Поэтому надо действительно серьезно ко всем относиться. Сколько предпринимателей! Закрыть, крест им поставить, и живите, как хотите, выживайте!

Тамара Шорникова: Наталья, а у вас, у вашей дочери есть прививка от коронавируса?

Зритель: Обязательно!

Виталий Млечин: Отлично! Это очень правильно. Спасибо вам большое. Пару сообщений еще прочитаем. Абсолютно, диаметрально противоположные мнения нам приходят. Из Саратовской области: «Нужен локдаун. Со стороны властей жесткий контроль за соблюдением масочного режима!». Из Саратовской области: «Закрывать все, и всем дома сидеть! Неделю предприниматели переживут без доходов!». И наоборот, из Ленинградской области: «С ограничениями не надо перегибать палку. Бизнес в России и так почти умер».

Владимир Владимирович, я по поводу «бизнес в России и так почти умер», вы согласны с такой оценкой?

Владимир Карачаровский: Ну, смотря, какой бизнес. Бизнес в России, безусловно, не умер. Но о каком бизнесе конкретно мы говорим?

Виталий Млечин: Мы говорим о малом и среднем, конечно, у крупных корпораций не будет никаких проблем.

Владимир Карачаровский: Нет, мы должны говорить и про крупный бизнес тоже. Я подчеркиваю, мою любимую машиностроительную отрасль. Мы о ней должны говорить, именно с этой отраслью, а не со сферой услуг связано будущее России. Поэтому мы должны говорить о том, как поддержать инвестиционные планы крупных машиностроительных предприятий. Естественно, в первую очередь те, которые являются государственными, или в значительной степени контролируются государством.

Тамара Шорникова: Владимир Владимирович! Смотрите, в Латвии магазины, рестораны и школы закроются на четыре недели из-за коронавируса. В разных странах вводят достаточно жесткие меры. Ну, наверное, что же, не дураки там, возможно, все-таки просчитали, что, раз люди так медленно идут в прививочные пункты, заражаются, соответственно, потери экономики будут меньше от такого жесткого локдауна, чем если все перезаражаются, и на предприятиях работать будет некому. Представим такую ситуацию.

Владимир Карачаровский: Нет, давайте не будет такую ситуацию представлять, потому что это все-таки проблема социальная, когда люди своим здоровьем платят за ситуацию. Особенно если это те, которые привились и попадают в ситуацию, когда даже прививка не спасает от заражения. Поэтому здесь, в первую очередь, речь идет не о том, пострадает ли экономика, а речь идет, действительно, о здоровье людей. Да, локдаун серьезный нужен, но только при одном условии: мы должны сначала… Мы с чем имеем дело? Мы имеем дело с тем, что у нас сколько, 36? 35% процентов привитого населения. Какой процент населения имеет уважительную причину, медотвод? Вот надо сначала тогда обеспечить систему, которая исключит вообще непривитых граждан в нашей стране, которые не имеют по медицинским показаниям отвода. В общественных местах, на работе пусть поддержку получают в этот локдаун те, кто сознательно привился. Если, конечно, они не привиты не по уважительной причине. Понимаете?

Мы можем бесконечно говорить. Мы сами топчем газон, а теперь претензии может выставить государству: почему государство за ними плохо ухаживает. Нет! Давайте начнем с себя! Давайте сначала сделаем так, чтобы хотя бы 60 или 70% привились. Мы имели бы эту ситуацию сегодня или нет? Я вот такой вопрос хочу поставить. У меня нет ответа на этот вопрос. Но с этого надо начать. Поэтому частные мнения о том, нужен локдаун или нет, это должны решать, в первую очередь, медики. Что касается экономики, странно говорить, что экономика не пострадает.

Виталий Млечин: Да, понятно. Владимир Владимирович, нам, к сожалению, нужно завершать. Владимир Карачаровский, кандидат экономических наук, доцент Департамента прикладной экономики Высшей школы экономики, был с нами.

А на прямой связи несколько сообщений еще. Из Саратовской области: «Обязательная вакцинация для всех, кроме тех, кому врачи дали противопоказания! Только так победим это зло! Остальные меры – это деньги на ветер». Из Ивановской области: «Я ИП, нахожусь на больничном с ковидом уже три недели. Помощи ни от кого не будет. Работникам надо выплатить зарплату в срок. Очень сложно».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (1)
Анонимно
Договор с работодателем тебе больше не нужен. Ты должен делать всё, что тебе скажут.