Классики и современники поднимутся в цене

Классики и современники поднимутся в цене | Программа: ОТРажение | ОТР

Книги подорожают из-за дефицита офсетной бумаги

2021-03-25T12:45:00+03:00
Классики и современники поднимутся в цене
Россияне стали меньше покупать лекарств
Международное напряжение
Жить качественно - это как?
Электросамокат приравняют к мопеду
В Госдуме планируют ввести новый налог для работодателей
Регионы. Что нового. Абакан, Уфа. Нальчик
Новая холодная война. Кто заменит мигрантов на стройке. Отдыхаем в России. Перспективы Союзного государства. Как бороться с раздражительностью
Весеннее обострение
Белоруссия. Перспективы сотрудничества
Сергей Лесков: Есть основания полагать, что в новой жизни, дверь в которую нам открыла пандемия, привычный нам спорт отмирает и на его место приходит киберспорт
Гости
Сергей Симаков
директор издательства Тюменского государственного университета, член Правления Ассоциация книгоиздателей России
Виктор Перелыгин
генеральный директор Орловского бумажного комбината

Оксана Галькевич: Ой, о-хо-хо, теперь бы не запутаться. Вот книги, друзья, тоже могут подорожать. Российские издатели тут заявили, что из-за дефицита офсетной бумаги вынуждены будут поднимать цены. В итоге наши с вами любимые классики и современники могут вырасти в цене процентов этак на 20 до конца этого года. Даже если вы не знатный книгочей или предпочитаете, например, электронные или аудиоиздания (это сейчас очень популярно), но вас это все равно так или иначе коснется, как каждого из нас всегда касается любой какой-то ценовой рост. Если у вас есть дети: дороже станут учебники, учебные тетради. Если вы покупаете журналы: они тоже, видимо, ощутимо подорожают. И не только это. Что еще привязано к цене бумаги? Спросим сейчас нашего эксперта. Вы, пожалуйста, тоже высказывайтесь. Вот расскажите нам, кстати говоря: вам книги вообще по карману? Часто ли покупаете? Это наш опрос. «Да» или «нет». Ответы присылайте, в конце беседы подведем итоги.

Петр Кузнецов: Потому что как будто бы еще до этого книги очень резко, за считанные секунды, выросли как-то, преодолели вот эту психологическую отметку в тысячу рублей. Совсем недавно мне казалось: 300? А теперь уже по тысяче. Виктор Перелыгин, генеральный директор Орловского бумажного комбината. Сначала о бумаге, то, с чего все начинается. Виктор Владимирович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Да. Здравствуйте.

Виктор Перелыгин: Добрый день, уважаемые телезрители.

Петр Кузнецов: Пожалуйста, очень доступно, чтобы мы понимали. Что с бумагой, почему она…

Оксана Галькевич: Почему дефицит?

Петр Кузнецов: Почему дефицит, почему подорожание?

Виктор Перелыгин: Я представляю Орловский бумажный комбинат. Дело в том, что мы выпускаем только лишь макулатурную бумагу. Бумагу, которая используется для гофрокартона и гофропродукции. Мы не занимаемся выпуском продукции для офсетной бумаги. На сегодняшний день я могу с уверенностью сказать, что действительно у нас в стране наметился огромный дефицит макулатурной бумаги. И причины здесь необоснованного роста макулатурных сортов бумаги, на мой взгляд, заключаются в том, что основные поставщики макулатуры – торговые сети – необоснованно увеличили стоимость макулатурного картона марки… Поэтому сегодня высокие цены на них, допустим, по сравнению с уровнем прошлого года увеличились в десятки раз. Сегодня стоимость тонны макулатуры составляет более 20 тыс. руб. за тонну. Если по аналогичному периоду прошлого года она стоила всего 4 тыс. руб. тонна.

Оксана Галькевич: Ничего себе. Слушайте, но это прямо кратный такой рост практически. Почему? Они-то как отвечают? Вы ведь наверняка были в каких-то разговорах, переговорах с ними, вы их спрашивали, что это вы вдруг так задираете?

Виктор Перелыгин: Дело в том, что они это объясняют тем, что у них увеличились расходы. И цена этой макулатуры действительно резко поднялась. Да, можно закупать макулатуру и в Европе. У нас на сегодняшний день дефицит макулатуры составляет порядка 1300-1400 тыс. т в год. Но закупать в Европе – там макулатура стоит дешевле, но в связи с тем, что там регламентом Комиссии Европейского Союза от 2007 года настолько сложно технически осуществить завоз макулатуры в Россию, что без обращения Минпромторга в Европейскую комиссию мы этот вопрос не решим.

Оксана Галькевич: Да.

Виктор Перелыгин: Я знаю, что недавно Лига переработчиков макулатуры обратилась в правительство России к Мишустину с просьбой о том, чтобы каким-то образом начать регулировать этот вопрос. Потому что необоснованный рост цен на макулатуру приводит к удорожанию конечной продукции.

Оксана Галькевич: Виктор Владимирович, скажите, а если наладить какой-то сбор вторсырья внутри страны, это как-то спасет ситуацию? Если можно, коротко.

Виктор Перелыгин: Его наладили. Но пока еще недостаточно эффективно. На сегодняшнее время резко увеличился рост мощностей по переработке макулатуры, а макулатуры не хватает. Поэтому торговые сети поднимают необоснованно высокую цену.

Петр Кузнецов: Да, понятно. Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Пользуются положением. Спасибо.

Петр Кузнецов: «Дорогущие цены на книги уже давно превратили нас в не читающую страну», – пишет телезритель из Рязанской области. Об этом далее с Сергеем Симаковым, директором издательства Тюменского государственного университета, членом правления Ассоциации книгоиздателей России. Сергей Павлович, приветствуем вас.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Сергей Павлович…

Сергей Симаков: Добрый день, коллеги.

Оксана Галькевич: …есть ли вообще в принципе какая-то связь между ценой книги и тем, как много мы читаем, читающая страна, не читающая? Может быть, знаете, кто хочет, тот всегда все-таки купит пойдет и не посчитается со своими тратами. Прямые ли это связи?

Петр Кузнецов: Или в Интернете найдет. Можно никуда не ходить.

Оксана Галькевич: Да, или в Интернете найдет.

Сергей Симаков: Чтение и книги не очень тесно связаны. Это связано с тем, что каждый сам выбирает тот канал, по которому книгу получает. Это либо библиотека, это либо книжный магазин, это либо какие-то агрегаторы. Но прошлый год, мы помним, пришла зараза. И по итогам 2020 года у нас количество названий составило 12%. Это данные Российской книжной палаты. А по тиражам составило вообще 2%. Мы же с вами можем вспомнить, что достаточно длительное время работали только большие сетевые магазины, где можно было покупать книги, а все остальные были закрыты. Поэтому, действительно, пандемия ударила по книжному рынку, и отрасль была включена в отрасли, которые наиболее пострадали от ограничительных мер.

Оксана Галькевич: Но оставался Интернет. Можно было в интернет-магазине заказать, в конце концов. Они не закрывались. Кто хочет, тот найдет.

Сергей Симаков: Ну, если мы посмотрим вообще на весь рынок, то 93% дохода отрасли дают бумажные книги. И всего лишь 7% дают книги электронные. Потому что это не более чем дань моде, но основной финансовый трафик, конечно, генерируют печатные издания.

Оксана Галькевич: Да, Сергей Павлович, а у нас, кстати, вот с обычными-то магазинами тоже проблемы. Их не так много. Вот правда, ездишь по стране, по городам, иной раз, знаете, книжный магазин где-то отыскать – о, это прямо квест. А у нас есть звонок. Любовь из Волгограда. Любовь, здравствуйте. Слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я хотела сказать, что вот раньше… Алло?

Оксана Галькевич: Да-да-да, слушаем вас.

Зритель: Раньше книги вот, в советское время, мы покупали за макулатуру. 20 кг газет, чего-нибудь бумажного – и нам давали книгу. Теперь книги вот мы не покупаем. Потому что очень дорогие книги. Но мы все равно любим читать книги. И поэтому мы покупаем их на блошиных рынках. Они там стоят очень дешево.

Петр Кузнецов: Да, или перечитываем старые, как пишут наши телезрители, да.

Оксана Галькевич: Спасибо. Библиотека всегда своя семейная спасает. Меня, по крайней мере, спасает.

Петр Кузнецов: Ключевой вопрос все-таки многих беспокоит. Мы вот все о книгах, о книгах, а что с учебниками? Бумага-то и для них тоже, наверное, дорожает?

Оксана Галькевич: Рабочие тетради и прочая школьная литература, да.

Петр Кузнецов: Дефицит на них распространяется или нет? Или в этом случае есть и государственное какое-то управление, потому что речь идет о социально значимой литературе?

Сергей Симаков: Коллеги, смотрите. Художественную литературу, типа литературу для того, чтобы развлечься, чтобы убить время, в конце концов, вы будете покупать не всегда. А учебники, учебные тетради родители будут покупать в любом случае.

Петр Кузнецов: Да, вынуждены.

Сергей Симаков: Потому что ребенка в любом случае они будут снабжать книгами, учебниками, рабочими тетрадями, в любом случае будут отправлять в школу. Поэтому этот сегмент даже с ростом цен пострадает в меньшей степени.

Оксана Галькевич: Рабочие тетради все равно приходится покупать. А иногда еще, знаете, там учитель какого-нибудь иностранного языка говорит: вы знаете, вот школьная программа это, конечно, хорошо, но хорошо бы приобрести вот этот…

Петр Кузнецов: Секундочку. А электронные дневники и вот это все, перевод в электронную?

Оксана Галькевич: Это потом узнаешь, когда вы в школу пойдете. Спасибо.

Петр Кузнецов: Да. Спасибо большое. Спасибо. Вот нам тут пишут…

Оксана Галькевич: Спасибо. Сергей Павлович Симаков, директор издательства Тюменского госуниверситета, у нас был на связи, член правления Ассоциации книгоиздателей.

Петр Кузнецов: …пишут: «А может, нам на пластиковые книги перейти?» Здрасьте! С пластиком боремся с помощью бумаги и дерева, а тут теперь опять, да?

Оксана Галькевич: Мы вас спрашивали, друзья, по карману ли вам книги. Смотрите, какие результаты мы получили.

Петр Кузнецов: Внимание.

Оксана Галькевич: 97% сказали, что книги не по карману. Это прямо совсем печально.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)