Книга года. Что почитать в праздники?

Гости
Владимир Григорьев
вице-президент Российского книжного союза

Александр Денисов: Американский писатель Джером Дэвид Сэлинджер полагал, что писать следует таким образом, чтобы стать своим парнем для читателя и у читателя возникло бы желание снять трубку, набрать автору. Кому бы набрали наши зрители, раскроем в рубрике «Реальные цифры: книга года». Занятно, что самому Сэлинджеру названивать и заявляться в гости было бесполезно: жил он анахоретом в своем Корнише, возможно, руководствовался принципом «никогда не разговаривайте с неизвестными».

Тамара Шорникова: Этот принцип прекрасно знаком и вам, раз своей любимой книгой назвали «Мастера и Маргариту». Вслед за Булгаковым в списке любимых авторов идет Достоевский с «Преступлением и наказанием», Эрих Мария Ремарк. Из рук вы не выпускаете из современных авторов Захара Прилепина, Татьяну Устинову, свежее издание Конституции. Ну и перечитываете «Капитал» Маркса, не то чтобы современное, но на века, конечно.

Александр Денисов: Ну, как говорится, при капитализме живем, поэтому надо знать гада в подробностях.

И о книгах, которые мы не выпускали в этом году из рук, поговорим с Владимиром Викторовичем Григорьевым, вице-президентом Российского книжного союза. Владимир Викторович, добрый вечер.

Владимир Григорьев: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте.

Вы можете назвать книгу, которая наибольшее впечатление в этом году на вас произвела?

Владимир Григорьев: Нет, не могу. Я, в общем...

Александр Денисов: А я вот, кстати, вас понимаю.

Тамара Шорникова: Сложно остановиться на одной, я понимаю.

Александр Денисов: А я вас, кстати, понимаю, Владимир Викторович: вот так много книг читаешь, наверняка вы читаете по многу книг, а бывает, одновременно и по две-три, поэтому называть какую-то одну для книголюба, для книжного червя как-то даже и мелковато, что ли.

Тамара Шорникова: Мы пока не ограничены временем, поэтому можно и список предоставить в студию.

Владимир Григорьев: Ну замечательно, вот список, наверное, было бы интереснее рассмотреть.

Ну, по поводу вашего голосования телезрительского – это замечательно, что читают и классическую русскую литературу, и зарубежную классику, и современную литературу.

Мы вынуждены профессионально следить за действующим литературным процессом и отмечать всякими литературными премиями наиболее достойные произведения года. Так вот я вам скажу, что буквально недавно закончилась церемония награждения лауреатов литературного конкурса, такого национального литературного конкурса «Большая книга», и победителем был назван Леонид Юзефович за его роман «Филэллин», это о поддержке греков в их непростой борьбе за независимость. Ну и замечательная совершенно Майя Кучерская, которая подготовила и написала книгу «Лесков. Прозеванный гений» о недооцененном, может быть, в том числе и в школьной программе, великом русском писателе. Третье место заняла книжка Виктора Ремизова, роман «Вечная мерзлота». Это такая гулаговская тема, сибирско-гулаговская тема.

А вот читательское голосование, которое было вокруг премии, отметило Наринэ Абгарян за ее роман «Симон», потрясающе интересный, очень увлекательный, такой, знаете, вкусный роман, отдающий запахами юга. Значит, «Риф» Поляринова, и на третьем месте был «Сад» Марины Степновой, ваши телезрители, кстати, тоже отметили этот роман, прекрасный совершенно роман.

Ну, если взять еще премию не менее значимую, тоже очень важную для литературы, это премия, которая была организована музеем-усадьбой Толстого, она называется «Ясная Поляна», то победил Герман Садулаев с книгой «Готские письма». Ну, в общем-то, я рекомендую всех победителей посмотреть и прочитать, это увлекательное чтение и, в общем, достаточно познавательное.

Что же касается того, что реально покупали читатели в московских книжных магазинах и не только в московских, то, скорее всего, надо было бы отметить Виктора Пелевина, который пару лет назад выпустил роман «Непобедимое Солнце», и он продолжает пользоваться успехом. А вот в электронном книгоиздании больше всего скачиваний было как раз у нового романа Пелевина «Transhumanism Inc.», это такой его новый роман, это, в общем, такая филологическая очередная его попытка рассказать о будущем, может быть, даже ближайшем будущем человечества.

Значит, не меньшей популярностью пользуется и Гузель Яхина, которую вы хорошо знаете по выпущенному роману «Эшелон на Самарканд», который собрал много откликов. В то же время было очень много, скажем, критических стрел выпущено в ее адрес, обвинений в том, что она у кого-то из историков, исследователей переписала сюжет, что оказалось совсем не так, но тем не менее роман пользуется популярностью и Гузель Яхина совершенно достойно входит в топ-листы наиболее популярных и покупаемых авторов.

Продолжает пользоваться успехом Евгений Водолазкин, который ежегодно выпускает новый роман, но его «Лавр» остается самым успешным произведением. В общем, я могу продолжать этот список...

Александр Денисов: Захар Прилепин в топе продаж или нет?

Владимир Григорьев: Захар Прилепин новый роман не выпускал последние 2 года, поэтому он... Вы знаете, он сконцентрировался на МХАТе, и, в общем, у него было много общественной деятельности, а служенье муз, как известно, не терпит суеты. Он занимался еще и сериалом... В общем, мы ждем от него новый роман. Сборники рассказов, новелл в том или ином сочетании выходили, да, и даже русский писатель… очень популярна.

Александр Денисов: В прошлом году у него были новые книги, «Ополченский романс», «Некоторые не попадут в ад», прошлый год у него был плодотворный.

Владимир Григорьев: Да, именно об этой я и говорю книжке, да.

Александр Денисов: Вот сейчас он интересную книгу пишут, вот любопытно будет посмотреть, прочитать, про Шолохова, вот интересно. Я знаю, что он над этим сосредоточился. У него, конечно, его книги про Леонида Леонова «Подельник эпохи», про Сергея Есенина любопытные, вот про Шолохова было бы очень интересно.

Владимир Григорьев: Ну, во-первых, не просто любопытные, они замечательные.

Александр Денисов: Замечательные, да.

Владимир Григорьев: Книга про Есенина замечательная.

Александр Денисов: Да.

Владимир Григорьев: И в общем, мы все с нетерпением ждем ЖЗЛ «Шолохов», в общем-то, взгляд из XXI века на великого русского писателя середины XX века, для этого должен быть такого класса и мощи писательский талант, чтобы за него взяться.

Александр Денисов: И еще, знаете, вот интересный момент, как он эту историю раскроет, почему Александр Исаевич Солженицын подкинул одной исследовательнице эту идею, что Шолохов якобы саквояж некоего белого офицера присвоил, там была рукопись этого романа. Сам Захар Прилепин язвительно рассказывал, что, если бы вы представляли, сколько уйдет бумаги на «Тихий Дон», это была бы целая подвода, а не саквояжик, то есть это поразительное незнание писательского ремесла, это целую телегу нужно было вывозить.

Владимир Григорьев: Ну, я бы это не присваивал Солженицыну, об этом ходили долгое время домыслы и слухи. Особенно это было связано с тем, что все-таки от тогда Советского Союза Шолохова несколько раз выдвигали на Нобелевскую премию, пока он ее не получил, и, в общем-то, это элементы зависти эмиграции, это элементы зависти коллег по цеху. Он совершенно достойно получил эту Нобелевскую премию, и все филологи, лингвисты, эксперты подтвердили, что это было написано именно Шолоховым, этот вопрос уже снят с повестки дня.

Александр Денисов: Снят, тем более математическая программа там алгоритмом просеяла все его произведения и выдала, что там совпадение 100%-е, никаких вариаций на эту тему даже и быть не может.

Владимир Григорьев: Ну, у серьезных исследователей этот вопрос уже не стоит.

Александр Денисов: Не стоит, да, но тем не менее.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем вместе телефонный звонок. Сергей, Тверская область, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, самые красивые ведущие в мире.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Зритель: Хотел сказать, что молодежь, наверное, сейчас читает мало чего хорошего так-то, потому что в основном они, наверное, сидят в интернете. А я с экспертом очень согласен, что надо и читать как бы побольше и хороших, и новых, и старых книг. Вот я, например, много чего прочитал в юности, а и сейчас очень много хорошей литературы, Мясников, допустим, и Кусто можно второго почитать, как он все это, книги вышли. А так Эрих Мария Ремарка надо молодежи читать, Зиновьева, Евтушенко.

Александр Денисов: Сергей, а вы что от книги ждете? Вам нужно отдохнуть или? Ну что вот, открывая книгу... ?

Зритель: Есть книги, которые даже опыт, опыта набираешься.

Александр Денисов: Опыт.

Зритель: Допустим, ну как бы в отношениях. Да даже художественные книги дают какой-то позитив, любовь там как бы, романтика. Нет ни агрессии... Нет, ну есть книги, конечно, тяжелые, но все равно они дают как бы и знания, и успех даже, если правильные книги, правда, читать.

Александр Денисов: Вот у нас впереди будут новогодние праздники, один из корреспондентов у нас на «Общественном телевидении России» как-то мне говорит: «Вот я вечером, передо мной выбор, либо выпить, например, вина с друзьями, либо почитать», – то есть для человека это были сопоставимые удовольствия. Вот новогодние праздники – запланировали, что вы будете читать запоем?

Зритель: Ну, я не пью, но по крайней мере... Сейчас тем более знаете, как хорошо? Если очень тяжело читать книгу, что это очень плохо, книга – это хорошо читать. А есть как? Скачал книгу, одел наушники и читай, смотри на камин, как говорится, обнимай жену, детей.

Тамара Шорникова: Какая идиллия. Да, спасибо вам за звонок, Сергей.

Зритель: До свидания.

Тамара Шорникова: Да, до свидания.

Владимир Викторович, а вы можете вот подтвердить тезис Сергея, вот многие, кстати, об этом пишут, что, мол, молодежь сейчас какая-то не такая, читают мало и т. д.? Наверняка если есть исследования, в какой возрастной группе у нас такое наибольшее рвение к чтению проявляется. Так ли уж мало читает молодежь?

Владимир Григорьев: Ну, мы... Я бы сказал так: мы прошли это дно. Действительно, был такой провал, поколенческий провал, когда юное поколение не читало книги, совсем не читало. Сейчас немножко выправляется такая ситуация, мы это видим и по продажам детской и юношеской, подростковой литературы, по количеству скачиваний книг с интернет-платформ, вот, и по тому интересу, который проявляют, в общем, школьники к образованию. Пришло поколение уже родителей более ответственных, которые имеют время заняться образованием детей, и они пытаются им передать вот этот генокод, то, что они потеряли в свое время в такие, как сегодня принято говорить, в лихие 1990-е гг. в попытках отказать себе в познавательном досуге, используя все свое время, для того чтобы зарабатывать на хлеб насущный.

Да, ситуация выправляется, хотя, собственно, мы занимаемся сейчас в Министерстве цифрового развития тем, чтобы запустить программу поддержки детского и юношеского чтения. Это очень важная такая должна быть государственная программа, которая бы мотивировала детей к чтению. Мы, в общем, запустили несколько общенациональных конкурсов, и «Живая классика», где дети читают классические произведения, отрывки из классических произведений в библиотеках, на разных площадках, и победители приглашаются в Москву на книжный фестиваль «Красная площадь», который феерично проходит ежегодно в день рождения Пушкина или в те дни, когда мы отмечаем день рождения Александра Сергеевича.

Второй конкурс мы запустили, конкурс «Класс», для детей 7–10-х классов, которые бы хотели проявить себя в литературе. Мы даем возможность написать очерк, эссе, рассказ, и суровые, но в то же время дружелюбно настроенные ведущие писатели страны дают оценку, и мы пытаемся найти талантливых ребят, чтобы следующее поколение литераторов пополнилось новыми яркими звездами.

Что же касается цифр, я могу, конечно, грузить вас, на сколько процентов увеличилось, уменьшилось... Ну вот давайте возьмем просто вот такой международный рейтинг. Есть два международных рейтинга, которые оценивают компетенции школьников. Так вот школьники до 10 лет, традиционно российские школьники в победителях, в первой тройке по чтению, освоению и усвоению текста. Что же касается уже 11–14 лет, там начинается небольшой провал, то есть начальная школа у нас пока еще дает все необходимые навыки для юных читателей, возможно, родители этому тоже способствуют. Ну вот когда есть такая синергия внимания родителей и внимания школы к тому, что и как читает ребенок, получается очаровательно и мы все становимся свидетелями того, что у нас растет начитанное поколение.

Александр Денисов: А вот новые авторы для детей есть интересные? Или мы возьмем Сергея Михалкова, Владислава Крапивина, лучше тех авторов? Или что-то новое появилось? Наверняка многим родителям интересно, Владимир Викторович.

Владимир Григорьев: Да. Если многим родителям интересно, тогда и отправим всех, есть замечательный портал, такая лоция по детской литературе для разных возрастов. Этот портал находится на сайте Российской государственной детской библиотеки. Это такая лоция для... Социологи и педагоги обычно разделяют детей на разные возрастные категории: с 1 до 3, с 3 до 5, с 5 до 7, с 7 до 10, ну и т. д. Так вот мы стараемся, чтобы родители и бабушки с дедушками получили, в общем, представление о том, что есть лучшего в стране сегодня для разных возрастов.

Пока же, если брать такую среднюю температуру по больнице, как принято говорить, что в России? Ну, конечно же, самой популярной продолжает оставаться сага о Гарри Поттере Джоан Роулинг. Отечественного автора, который смог бы перебороть эти тиражи и популярность Джоан Роулинг, пока не существует. Бабушки и дедушки традиционно покупают своим внукам все то, что они читали в своем детстве: это и Корней Чуковский, и Эдуард Успенский – в общем, тот набор, который мы все с вами хорошо знаем. Молодым даже талантливым новым именам пока немножко трудно пробиться, но я думаю, что это такой процесс, который проходит достаточно органично, и постепенно рождаются новые имена.

Появились премии специально для авторов, пишущих для детей и юношества, в том числе и государственная премия, точнее президентская премия. Появилась премия «Книгуру», которая отмечает лучшие произведения, написанные для подростков. Собственно, выстраивается та вся инфраструктура, скажем, мотивации талантливых авторов, чтобы они писали, продолжали писать для детей. Я вам скажу, что Самуил Яковлевич Маршак как-то сказал, что как нужно писать для детей? – так же, как для взрослых, только еще сложнее. Это совсем не просто, захватить внимание ребенка, держать его от страницы к странице, я вам скажу, это нужен огромный талант.

Александр Денисов: А давайте дадим совет родителям, Владимир Григорьевич, чтобы дети не выпускали книгу из рук, самим не выпускать книгу из рук. Вот в той семье, как правило, если все читающие, дети мигом подхватывают эту, ну как сказать-то, этот вид досуга, этот наркотик даже, наркотик, на мой взгляд.

Владимир Григорьев: Я с вами совершенно согласен, все начинается, конечно же, с семьи. То есть, не знаю, с годовалого, может быть, с полуторагодовалого возраста нужно с ребенком читать, молодым родителям это очень важно понять. Если вы начнете читать вместе с детьми дома книги и если вы введете, скажем, такую практику, такую традицию перед сном немножко почитать, в какие-то досуговые часы обратить внимание малыша на то, что есть потрясающие совершенно книги... Это необязательно должна быть художественная литература, пусть это будет познавательная литература, пусть это будет энциклопедическая, каждый по-разному, в общем-то, формируется ребенок. Но тем не менее вот эта вот способность читать текст, его усваивать, запоминать и быть очарованным этим текстом, да, вот это нужно уметь передать ребенку. Остались еще педагоги, которые умеют это делать, особенно в начальной школе, но хотелось бы, чтобы мамы, папы, дедушки, бабушки начали этим заниматься не с 7 лет, а гораздо раньше.

Александр Денисов: Владимир Викторович, вот личный вопрос вам задам. Вот Виктор Петрович Астафьев, его как-то спросили, он в интервью рассказал, что, чтобы стать хорошим писателем, нужно прожить хорошую, интересную, необычную жизнь. Виктор Петрович, действительно, у него детство было, удивительно, как в колонию вообще не попал, такая и молодость, войну пережил, и было, что ему писать. Его спросили: «Ну а вот же Пушкин и Лермонтов», – ну, честно говоря, у них тоже необычно было. Он сказал: «Это гении, а в остальном необычная жизнь, и вот тогда получается хороший автор». Многие ли сейчас современные авторы подпадают под такую формулировку, необычная жизнь и яркий, интересный писатель? Вот ваше мнение мне любопытно.

Владимир Григорьев: Ну, в принципе любой автор, который становится в той или иной властителем дум, появляется у него свой круг читателей, у каждого своего рода необычная жизнь. Вы знаете, я бы сказал, что нет ни одного выдающегося писателя, который прожил какую-то ну такую тривиальную жизнь, у каждого она необычная. И в принципе, для того чтобы создать роман или написать любое важное художественное произведение, нужен такой житейский, человеческий опыт.

Александр Денисов: Хорошо, ну извините, вот перебью – ну вот Пелевин, вы два романа его приводили в пример: литературный институт и сразу литературная карьера – это выходящая из ряда вон жизнь писателя?

Владимир Григорьев: М-м-м... Ну, я бы сказал так. Во-первых, это постмодерн, Пелевин придумал по сути, то есть он был самым первым таким реальным постмодернистом в русской литературе. И Пелевин придумал... Он по-своему гений, филологический гений, такого уровня игры слов, игры, в общем-то, в русском языке никто себе не позволял, в XX веке он, в общем-то, первооткрыватель.

Александр Денисов: Проведем параллель – Захар Прилепин: литинститут не заканчивал, Чечня, спецназ, потом Донбасс и вот писатель.

Владимир Григорьев: Да, у него, в общем-то, тоже очень интересная жизнь, насыщенная и богатый такой житейский человеческий опыт. Вы добавьте то, что он живет в деревне, что у него огромное количество детей, что он хорошо знает русскую провинцию, что он не московский, скажем так, такой калиброванный писатель, закончивший элитную школу, элитный институт, – нет, у него совершенно другая биография, биография, в общем, такая больше типичная для русского писателя.

В принципе всегда Москва прирастала провинцией, это нормальная, по-моему, ситуация в стране, когда все провинциальные писатели всегда стремились в Москву, это было и в Советском Союзе, это, в общем, происходит и сегодня, потому что все основные издательства здесь, литературные художественные журналы основные тоже здесь. И в общем, я не говорю, что это хорошо, даже я бы сказал, что это немножко обидно, печально, но тем не менее, тем не менее, если вы возьмете десятку или двадцатку самых популярных отечественных авторов, то вряд ли вы там найдете москвича, ну, может быть, за каким-то единственным исключением.

Александр Денисов: Кроме Пелевина, наверное, да.

Тамара Шорникова: Хочется побольше рассказать о вкусах литературных наших телезрителей. Огромное количество SMS, спасибо, что пишете, делитесь. Тверская область: «Перечитала «Котлован» Платонова, до слез трогает». Ивановская: «Марина Степнова, «Женщины Лазаря»». Ямало-Ненецкий автономный округ: «Я открыл для себя Астафьева, к сожалению, уже в глубоко сознательном возрасте, – так к счастью, что открыли. – Для меня это гений русского языка», – пишет телезритель. «Перечитал Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки». Москва: «Мои книги года – «Петровы в гриппе» и «Generation П», хоть и не новинка». «Водолазкин, «Авиатор»», – тоже сообщение из Москвы. Дина Рубина... Ну и дальше классика, Достоевский, Бальзак, Гоголь, это все пишут наши телезрители.

И звонят нам также. Давайте послушаем, какая книжка произвела наибольшее впечатление на Надежду из Брянской области. Надежда, слушаем.

Зритель: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, приветствуем.

Зритель: Спасибо за принятый звонок и редакторам, и вам. Спасибо за гостя, согласна во многом. И согласна с вами: читать нужно.

Я читаю с 5 лет, хорошо читаю. Были моменты, увлеклась, бросала, снова входила в чтение, бросала. Но, вы знаете, на фоне вот сегодняшней жизни какое отдохновение получаю, вновь увлекшись чтением! Люблю исторические романы, люблю историю читать о жизни нашего народа. И один из любимых моих писателей – это Анатолий Иванов. У меня есть его собрание сочинений, и вот эти пять томов... Вы знаете, сколько раз я их уже перечитывала?

И когда на душе становится тяжело от того, как мы живем, достаю книгу... «Вечный зов», «Тени исчезают в полдень»... Настолько, что, вы знаете, моя душа, как после посещения церкви, очищается, и я выхожу на улицу и вижу людей, у меня почему-то к людям, знаете, даже отношение улучшается. И на жизнь начинаешь смотреть как-то чище. Нужно читать, обязательно читать хорошие...

Тамара Шорникова: Да, Надежда, спасибо. Связь пропадает, но прекрасные слова, спасибо вам за них. Еще Ольгу послушаем, Ульяновск на связи.

Зритель: А, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Зритель: Я очень рада, что попала к вам.

Ну, во-первых, я хочу, пользуясь этим случаем, сказать, пожелать всем читать живые книги, а не читать по мобильному телефону. Это как кушать синтетическую пищу, а не натуральную.

Ну, теперь по сути вопроса. Значит, я рада была, если бы в программы школ ввели таких писателей обязательно, как, например, Иван Сергеевич Шмелев. Вот то, что женщина передо мной говорила, душу лечит, а вот для меня, я советую, если кому-то плохо, почитать Шмелева «Богомолье», или, например, «Валаам», или «Лето Господне».

Александр Денисов: «Лето Господне» раньше было в школьной программе, кстати, в 1990-е гг., вот мы проходили, да.

Зритель: Вот. Затем ввести бы хорошо Эриха Мария Ремарка. Булгакова обязательно «Собачье сердце», обязательно почитать.

Ну и теперь что на меня произвело впечатление в этом. Мне 67 лет, и я впервые прочитала Ивана Александровича Гончарова «Фрегат «Паллада»». И что меня удивило? Ведь, собственно говоря, 150 лет тому назад это писалось, фактически еще крепостное право, этот позор не был отменен в нашей стране, а он описывает свое кругосветное путешествие.

И на меня произвела впечатление человечность отношения к нашим морякам, к нашим морским офицерам людей из Дании, из Англии. Когда они приехали ремонтировать свой фрегат «Паллада» в Англию, какое было человечное отношение, уважительное отношение к нашим морякам. Кроме того, что англичане, значит, ремонтировали этот фрегат, они им предоставили, естественно, гостиницу, жилье, они могли попутешествовать в это время по Лондону, по Портсмуту, ну то есть вот такие человечные... Предоставили лоцмана... Для меня это было удивительно, что в те тмутараканьи времена такое было уважительное и человечное отношение к нашим морякам и офицерам морским.

Ну а потом, для меня было удивительно... Ведь вот то, что крепостное право отменили так недавно, но и то, что Япония и Корея всего лишь 150 лет назад, ну 170, открылась к общению. Для меня это было удивительно...

Александр Денисов: Да, это была закрытая страна. Но мы, кстати, раньше всех рабовладение отменили...

Зритель: ...были закрытые в своем... В общем, вот...

Александр Денисов: Мы раньше всех отменили, американцы еще только позже нас, да, это тоже можно посчитать.

Тамара Шорникова: Спасибо, Ольга.

Александр Денисов: Владимир Викторович, вот многие звонящие упоминают мемуары, дневники. Вот популярность нон-фикшен – это особенность современности? Кстати, вот вы, нет ли крена в эту сторону, от художественной литературы в сторону мемуарной прозы, воспоминаний, дневников? Вот прекрасные дневники у Корнея Ивановича Чуковского (Николая Корнейчукова, как его на самом деле звали). В чем популярность этого жанра?

Владимир Григорьев: Я бы сказал так, что это вообще-то тренд последних двух лет, нон-фикшен начинает выигрывать у художественной литературы. Ну, можно художественную публицистику отнести тоже к нон-фикшен, это не то что совсем не художественные произведения, но тем не менее, тем не менее. Вы знаете, открылись широчайшие возможности, все начинают познавать: кто-то познает историю, кто-то познает современный мир, кто-то пытается набрать дополнительные компетенции. И в этом смысле, я вам скажу, второй по популярности сегодня автор – это Михаил Лабковский, он необыкновенно популярен, он, в общем-то, по-моему, профессиональный юрист, но, в общем, рассказывает о том, как вести себя в тех или иных обстоятельствах жизни. Ну, я бы сказал так, что у молодежной аудитории нон-фикшен сегодня выигрывает. Хорошо это или плохо, я не стал бы комментировать, это вот есть так, как это есть.

Александр Денисов: А чем объясняете, чем объясняете? Или тут... ?

Владимир Григорьев: Ну, я объясняю тем, что все хотят все-таки состояться в жизни, все пытаются набрать себе дополнительных компетенций и состояться как профессионалы, поэтому многие читают профессиональную литературу, это очень здорово, я этому несказанно рад. В то же время такой, в общем-то, есть всплеск, интерес к исторической литературе, то есть к истории отечества, к истории цивилизации, к сравнительной такой компаративистике исторической как в области культуры, так и в области развития населения Земли. Я скажу, что мне кажется, что вот эта вот ярмарка нон-фикшен книжная, которая в Москве прошла в самом начале декабря, лишний раз подчеркнула то, что лучшими книгами, выбранными читателями на ярмарке, были как раз книги нон-фикшен, и это очень здорово. И очень многие из них действительно открывают целые миры, и, наверное, в этом и есть популярность нон-фикшен.

Александр Денисов: Ну вот оттолкнемся от вашей фразы «читают, чтобы усилить свои компетенции». Владимир Викторович, зачем сейчас человек берет книгу с полки? Досуг скрасить, может быть, что-то еще. Вот у вас объяснение?

Владимир Григорьев: Ну, слушайте, я иногда беру профессионально, иногда вот очень хочется просто окунуться в свой любимый русский язык и утонуть в шикарных текстах, ну ничего не могу с собой поделать. Кто-то, в общем, следит за тем, что и как пишут коллеги о той профессии, которую он собирается выбрать, или, наоборот, какие учебные пособия выходят. Кто-то, в общем-то, расширяет свой круг знаний и хочет узнать больше о том, в какой стране он растет. Ну, какая... Мне кажется, что мотивация может быть совершенно разная, главное, что вот этот вот принцип, что чтение, особенно чтение книг, – это самый важный такой элемент саморазвития.

Александр Денисов: Да. И вы знаете, я повторю вот, не моя мысль, Владимир Сорокин, безусловно, можно спорить, что за автор и что пишет, он сказал: «А почему вы удивляетесь, что книги дорогие? Наркотики должны быть дорогими». Владимир Викторович, ха-ха?

Владимир Григорьев: Ну, это полемичное высказывание, в общем-то, в стиле Владимира Сорокина, но я бы сказал так: да, книги недешевые, но это связано в большей степени... Но они все равно дешевле, чем, допустим, в Западной Европе. Связано это, к сожалению, к большому сожалению, с ценами на бумагу, в большей степени с ценами на бумагу, и от этого никуда не можем уйти. Цены на бумагу внутри России несмотря на то, что мы производим, достаточное количество собственной бумаги имеем, но цены на бумагу, в общем-то, сопоставимы с общемировыми.

Александр Денисов: Владимир Викторович, я к чему про наркотики? – что наркотики не нуждаются в каком-то обосновании, они сами по себе действуют, я имею в виду хорошую литературу. Поэтому мотив только один, так сказать, получить сильнейшее удовольствие, эмоциональный прилив.

Спасибо большое. Владимир Викторович Григорьев, вице-президент Российского книжного союза, был у нас на связи. Обсуждали книги, которые вы в этом году открыли и прочли до конца, взяли следующую и откроете уже в следующем году. Спасибо большое.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)
Подводи итоги рубрики «Реальные цифры»