Коллекторам ограничат общение с родственниками должника

Коллекторам ограничат общение с родственниками должника | Программы | ОТР

Теперь для этого нужно будет их письменное согласие

2020-02-06T14:25:00+03:00
Коллекторам ограничат общение с родственниками должника
90 лет Михаилу Горбачеву. Миллиарды для села. Пенсии работающим. Налог на роскошь. Жить стали хуже
Ковид вывернул наши карманы
Горбачеву - 90. В XX веке не было политика, к которому относились бы так полярно
Села вытянут миллиардами
Льготы: все в одно окно
На селе денег нет
Источник доходов один – кладбище… СЮЖЕТ
ТЕМА ДНЯ: Пандемия лишила доходов
Автомобиль становится роскошью
Пенсии для работающих: какой будет индексация?
Гости
Игорь Скрипка
эксперт по правовой поддержке бизнеса Московского отделения «ОПОРЫ РОССИИ», Председатель Московской коллегии адвокатов
Борис Воронин
директор Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА)

Оксана Галькевич: Мы в принципе близкую тему сейчас хотим с вами обсудить. «Сначала спросите разрешения». Вы знаете, есть идея, которую, возможно, вы поддержите бурными аплодисментами. Особенно если вам доводилось быть не только даже поручителем по кредиту, сколько, может быть, родственником или знакомым заемщика. А особенно, особенно, если у этого заемщика внезапно возникали проблемы. Ведь что после этого происходит? Вам начинают названивать коллекторы. Ну, а как не названивать? Вы же во всех документах значитесь, телефоны ваши указаны и прочие данные. Вот сейчас в рабочей, подчеркну, версии проекта федерального закона от Минюста, который называется «О деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц», так вот, там есть предложение осложнить коллекторам, нелюбимым всеми, работу. А именно, сделать возможным общение с третьими лицами, вписанными в эти договоры и документы, только при наличии согласия этих людей. Причем письменного, Константин, согласия. Вот такой вот будет добрый закон. Добрый, конечно. Но я все-таки предлагаю: давайте попробуем разобраться. Вдруг там какие-то нюансы…

Константин Чуриков: Там есть нюансы. Закон не совсем добрый. У нас на связи…

Оксана Галькевич: Да. Звоните нам, друзья, пишите.

Константин Чуриков: …пока Игорь Скрипка, председатель Московской коллегии адвокатов «Скрипка, Леонов и партнеры». Игорь Викторович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Игорь Викторович.

Игорь Скрипка: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Мы сейчас обсудим 2 сюжета. Первый сюжет – это как коллекторам, наоборот, дали пряник. Второй сюжет, о котором Оксана говорила, давайте с него, собственно, и начнем. Правда ли, что теперь сами вот эти третьи лица должны давать согласие? Или мы чего-то не понимаем, и это сам заемщик, когда он заполняет определенную анкету при получении кредита, должен указать имена, фамилии?

Игорь Скрипка: Имеется в виду, конечно, что – да, сами третьи лица должны давать согласие на то, чтобы им кто-то звонил. И в принципе, если сейчас исходить из закона о защите персональных данных, то, что в кредитном договоре банк требует указать номера телефонов контактных лиц или ближайших родственников, т. е. этих самых третьих лиц в принципе, вот по моему мнению, если чисто юридически разбираться, наверное, все-таки не совсем законно банк требует без согласия какого-то другого лица указать его персональные данные. Такие, как фамилия, имя, отчество и номер телефона.

Константин Чуриков: Да. Но мы знаем…

Оксана Галькевич: Игорь Викторович, подождите, «не совсем законно» – это не совсем, простите, «не совсем беременна». Все-таки, незаконно или законно? У вас ремесло такое строгое, здесь должны быть, мне кажется, четкие формулировки.

Игорь Скрипка: Четкие формулировки – это очень хорошо. Но есть понимание закона, а есть то, как оно происходит на практике.

Константин Чуриков: Есть жизнь. Вот.

Игорь Скрипка: С моей точки зрения, чисто юридической, если брать вот именно в теории и букву закона, – я считаю, что это незаконно. Но с практической точки зрения это происходит, и на сегодняшний день ни один банк, ни один менеджер не привлечен даже к административной ответственности за то, что неофициально, ну, незаконно обрабатывает чужие персональные данные.

Оксана Галькевич: А неужели до сих пор не было ни одного человека из третьих лиц, который обратился бы в суд и сказал: «А с какой стати, в конце-то концов? Берут у меня мои персональные данные и потом мне по ним звонят в случае возникновения проблем не у меня». Такой юридической практики до сих пор не было?

Игорь Скрипка: Такой практики не было.

Оксана Галькевич: Очень интересно.

Игорь Скрипка: Больше вам скажу. Бывает, что покупаешь новую сим-карту, которая раньше была у кого-то из поручителей или родственников, или самого заемщика, и очень долго приходится объясняться с банком, что эта карта уже не принадлежит тому человеку, но вам продолжают названивать. И вроде как здесь тоже никакого нарушения нет. Потому что в общем-то этот номер телефона указали тогда, когда он принадлежал другому человеку, но спустя год-два продолжают названивать уже вам.

Константин Чуриков: У нас в стране, как мы знаем, прекрасные законы, которые могут, тем не менее, не выполняться. И вот в данном случае. Если законопроект Минюста все-таки пройдет и будет принят, не означает ли это, что как раз с помощью вот этих левых баз, которые в Интернет сливаются, о которых мы вот только что буквально до вас говорили в эфире, не означает ли это, что просто-напросто банки, микрокредиты, коллекторы будут разыскивать, собственно, вот эти данные по людям? И пытаться каким-то образом разыскать знакомых должника?

Игорь Скрипка: Я думаю, что так и будет происходить. Потому что вряд ли для заключения кредитного договора, тем более это обычно кредитные договоры на небольшую сумму, мы о них говорим, – вряд ли ради этого все будут приводить своего родственника или своего работодателя, чтобы он дал согласие на обработку его персональных данных. Скорее всего, будут пользоваться открытыми источниками: соцсети, базы СПАРК и что-то подобное, – для того, чтобы найти эти номера телефонов и звонить.

Константин Чуриков: Теперь второй сюжет. Смотрите, ведь это все тот же законопроект минюстовский, но пряник для коллекторов там, тем не менее, есть. Теперь сотрудники этих агентств смогут не представляться своими именами, фамилиями и отчествами перед заемщиком, а смогут просто называть некий цифровой идентификационный номер. Вот, это правда? И в этом случае…

Оксана Галькевич: «Щ-375, здравствуйте».

Константин Чуриков: …не будет ли нарушено право заемщика?

Игорь Скрипка: Это действительно есть в законопроекте. Но крайне непонятные формулировки. И непонятно, для чего это делается. Т. е. если коллекторы действуют как юридическое лицо или как какое-то ИП, которое имеет право совершать действия, связанные с коллекторской деятельностью, и не нарушает закон, то почему они не должны называть себя, совершенно непонятно. Т. е., с одной стороны, у нас есть человек, который знает о вас, как минимум, вашу фамилию, имя, отчество, номер телефона и адрес, где вы живете. С другой стороны, он называет только свой идентификационный номер. Как дальше получать доступ к информации и как писать в случае нарушения ваших прав заявление в полицию, совершенно непонятно. Поэтому я думаю, что сокрытие данных коллекторов повлечет за собой только лишь увеличение криминальных случаев, которые уже и так часто встречаются.

Оксана Галькевич: Игорь Викторович, очень коротко, если можно. Сейчас все-таки, пока этот закон будет принят, не будет, мы не знаем, – сейчас закон как-то позволяет третьим лицам себя обезопасить, уберечь от этих звонков? Что нужно сделать?

Игорь Скрипка: Юридически – да, вы можете всегда пожаловаться в Роспотребнадзор или полицию, если у вас поступают угрозы или частые звонки. Практически – это невозможно.

Оксана Галькевич: Понятно. Спасибо.

Константин Чуриков: Да. Стоит только прийти в полицию и сказать: «Вот, меня достают коллекторы». И дальше увидите, в общем, как проявят к вам внимание. Я вот обращаю внимание на слово «ИП». «ИП, которое может заниматься коллекторской деятельностью». Запомним это словосочетание, зададим этот вопрос нашему следующему эксперту. А пока звонок.

Оксана Галькевич: Пока у нас звонок из Пензенской области. Ольга с нами на связи. Ольга, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Константин Чуриков: Рассказывайте.

Зритель: Меня слышно, да?

Оксана Галькевич: Да, прекрасно. Говорите.

Зритель: Ну, у меня это… Я, конечно, за этот закон, чтоб сообщалось третьим лицам. Чтоб нас, чей телефон там дается, спрашивали, что можно человеку дать или нежелательно.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: С сыном у меня был такой случай. Но он попал как бы, я скажу, в такую, в нормальную компанию, что не донимали. Ну, и все обошлось.

Константин Чуриков: Порядочные коллекторы? Они существуют, вы хотите сказать?

Зритель: Да, да.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Все это, ну и обошлось нормально, я заплатила только за него нужную сумму. Ну, там… в общем, сумму кредита.

Константин Чуриков: Подождите. Сын брал кредит, а вы за него заплатили?

Оксана Галькевич: И правильно.

Зритель: Ну да. Ну, в общем это ждалось несколько лет, и процентов я практически не заплатила.

Константин Чуриков: А сыну сколько лет? Работает, не работает?

Зритель: Сыну 40. Не работает. Но кредит, в общем, дали.

Константин Чуриков: Кредит взял. Понятно. Спасибо.

Зритель: Да.

Оксана Галькевич: Да, Ольга, спасибо большое. Но давай, раз уж похвалили коллекторов, что есть порядочные, подключим к нашей беседе Бориса Воронина. Это директор Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств, у нас сейчас на связи будет. Борис Борисович…

Константин Чуриков: Здравствуйте, Борис Борисович.

Борис Воронин: Здравствуйте, Константин.

Константин Чуриков: Пока не далеко ушли от темы, скажите, пожалуйста, это правда у нас есть теперь индивидуальные предприниматели, которые могут заниматься коллекторской деятельностью? Это правда?

Борис Воронин: Нет. Таких не было и нет.

Константин Чуриков: Ну, да, а то я напугался. Хорошо. Скажите, пожалуйста, вот законопроект, предложенный Минюстом, в чем осложняет работу вас и ваших коллег, а в чем упрощает?

Борис Воронин: Ну, на самом деле законопроект, действительно он пока еще проект, он достаточно серьезно ужесточает работу по взысканию. Т. е., во-первых, он вводит требование регистрироваться не только коллекторские компании, но вот эти вот микрокредитные компании и банки и прочие и прочие, в ФССП России. Кстати, наш вот этот блок, посвященный коллекторам, на самом деле правильнее назвать было бы продолжением предыдущего разговора о микрофинансистах. Потому что все вот эти видео, которые вы показали, а также все шумные истории, которые обсуждает пресса, к сожалению, это связано именно с микрокредитными компаниями. Но далеко не со всеми, а именно с отдельными группировками. Я бы назвал даже – преступными группировками под видом микрокредитных компаний, которые продолжают сейчас терроризировать граждан.

Оксана Галькевич: Под видом коллекторских компаний, я правильно понимаю?

Константин Чуриков: Борис Борисович, но если они такие непорядочные, как вы говорите, вот, и в общем действительно криминал имеет место, так не сотрудничайте с ними. С банками с крупными.

Борис Воронин: Мы с ними не сотрудничаем. Мы передаем информацию о них в Прокуратуру, в МВД, в Следственный комитет и даже в Банк России. Но на самом деле регулятор их, Банк России, не догоняет, не дорабатывает.

Оксана Галькевич: Борис Борисович, вы знаете, у наших телезрителей… ну, понятно, что у вас такой имидж сложный, скажем так… у наших телезрителей вопрос: а не дублируете ли вы работу приставов судебных? Вот есть судебные приставы, пусть они, собственно, и занимаются получением долгов в разных сложных жизненных ситуациях. Зачем нужны вы, коллекторы?

Борис Воронин: Вы совершенно правы. И на самом деле мы ни в коем случае не дублируем работу приставов. Приставы занимаются исполнением решений суда. Вот, кстати, новый закон вводит такое специальное положение о попытке досудебного урегулирования спора между кредитором или его агентом, коллектором, или кредитором уже коллектором с должником. Т. е. обязательно нужно будет направить письмо, какой-то документ, уведомляющий о том, что долг необходимо заплатить. Т. е. именно документ, будь то бумажный или в каком-то электронном виде. И дальше уже должник, если не заплатил, тогда можно будет подать в суд. Сейчас дело в том, что коллекторские компании (мы говорим о профессиональных коллекторских агентствах, не об этих хулиганах микрокредитных компаниях), они зачастую даже делают буквально один звонок должнику. Один звонок должнику, спрашивает: «Платить собираешься, не собираешься, какие планы? Есть ли деньги? Какой приблизительно месяц оплаты?» Он сообщает, например: «15-го числа». 14-го числа ему приходит СМС с напоминанием. Если не заплатил 16-го, то все документы отдаются в суд. Т. е. сейчас на самом деле приставы просто завалены огромным количеством решений суда в пользу коллекторов и кредиторов, по которым необходимо взыскивать долги. В принципе вот эта вся история с какими-то звонками бесконечными – она уходит в прошлое.

Константин Чуриков: Так. Борис Борисович, а еще объясните, пожалуйста, зачем Минюст, с вашей точки зрения, предложил вот эту цифровую идентификацию звонящего там коллектора или представителя банка? Мы слышали о том, что были случаи, когда, извините, вот эти недобросовестные ваши коллеги приезжали к людям с паяльниками и битами. Но мы, по-моему, не слышали о том, чтобы заемщики в общем-то брали паяльники и биты и обращались к коллекторам.

Борис Воронин: Ну, вы не следите за новостями. На самом деле, если вы откроете новости, вы увидите, что приставов – судебных приставов, государственных служащих, – убивают. Недавно совсем, 16 января, был один из них застрелен прямо в суде. И подобные истории очень часто случались, когда они осуществляют выезды. У нас ситуация немножко другая. У нас, когда человек представляется полностью, некоторые недобросовестные должники (скажем: профессиональные должники) ищут этого человека в соцсетях, потом начинают буквально гоняться за ним по улице. Вот недавно в один из колл-центров ворвался подобного рода хулиган, бегал записывал всех на видео. Сдали его в полицию. И там, в полиции, соответственно, он уже будет как-то оправдываться, что он делал, безобразничал. Поэтому на самом деле ситуация следующая. Есть, попадаются неадекватные должники. Неадекватные должники начинают гоняться за конкретными гражданами, работающими в коллекторской компании, и угрожают им. Чтобы обезопасить и исключить эту ситуацию, мы приводим в принципе в общее правило, так же как и сейчас, скажем, действует пристав. Пристав государственный не обязан представиться полным именем сейчас.

Оксана Галькевич: А вот, кстати, по третьим лицам. После должника третьим лицам вы звоните?

Борис Воронин: Смотрите, какая сейчас ситуация. Сейчас ситуация, когда гражданин, заемщик, разрешает звонить третьим лицам. Если третьему лицу…

Оксана Галькевич: А, понятно.

Борис Воронин: …и третье лицо говорит: «Я не хочу, чтобы вы мне звонили», – звонить не должны, и звонки прекращаются.

Оксана Галькевич: Понятно.

Борис Воронин: Опять же, если мы говорим о хулиганах-микрокредитчиках, но там смешно говорить о том, что они как-то представляются и что-то на них действует. Поэтому сейчас, если изменится ситуация, то на самом деле действительно, вот как говорила гражданка, которая звонила вам в эфир, будет сложней, скажем, мужу узнать о долгах жены, жене о долгах мужа, родственникам узнать о долгах других родственников.

Константин Чуриков: Зачем эта лишняя информация, Оксана? Да, действительно.

Оксана Галькевич: Да ну, вас долбанут…

Борис Воронин: На самом деле, вот буквально недавно мне звонил один человек, который очень настойчиво хотел заплатить долги своей матери. И не мог узнать итог. Ему отказывали в получении информации, согласно действующему законодательству.

Константин Чуриков: Ничего себе.

Борис Воронин: Поэтому тут на самом-то деле все не так однозначно. И хорошо. Потому что все это запутать, вопросы могут идти…

Оксана Галькевич: Да, Борис Борисович, спасибо вам большое…

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: …но, по крайней мере, это полезный был разговор для наших зрителей. Друзья, так что если вы третье лицо, указанное в договоре, и вам звонят, вы можете отказаться, и вам звонить не должны. Как нам сейчас сказал директор Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств.

Константин Чуриков: А что скажет Людмила, наша зрительница?

Оксана Галькевич: Из Алтайского края. Здравствуйте, Людмила.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу сказать, что служба коллекторов – это вообще узаконенный бандитизм. Такой службы вообще не должно быть. Чтобы взыскивать долги, у нас есть судебное решение и есть судебные приставы.

Константин Чуриков: Людмила, а что вам сделали коллекторы? Расскажите. У вас, видимо, какой-то есть опыт.

Зритель: Мне коллекторы ничего не сделали. Я просто не понимаю вот этот бандитизм узаконенный. Если нужна работа коллекторам, может, они направят свою деятельность в отношении в сторону государства? Пусть у государства выбивают долги, которые государство задолжало гражданам, в 91-м году отобрали деньги. Вот и им будет большой объем работы.

Константин Чуриков: Это мы вообще с вами большую тему, глубокую, копнули. Спасибо за ваш звонок. Ну что, следующая тема, да?

Оксана Галькевич: Это, да, мнение нашего телезрителя. Меняем тему и местами поменяемся.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Арсен
Коллекторов надо запретить — это узаконенная банда, ещё они нарушают закон о персональных данных: люди не давали согласия на передачу своих данных третьим лицам.
Теперь для этого нужно будет их письменное согласие