Коммунальная инфляция

Гости
Константин Крохин
председатель Жилищного Союза, член комитета по ЖКХ ТПП РФ, юрист

Виталий Млечин: Правительство планирует выделить примерно 750 миллиардов рублей на программу модернизации ЖКХ. Об этом пишет газета «Известия». Проблем в сфере накопилось немало. Я думаю, что многие в курсе. В первую очередь это износ инфраструктуры и рост долгов по коммунальным платежам. Дефицит средств на модернизацию ЖКХ в реальности может превышать 4,5 триллиона рублей, вот такие оценки существуют. При этом в июле выросли и тарифы, причем в некоторых регионах существенно выше, чем должны были.

На что идут деньги, которые платим мы и государство? И довольны ли вы качеством жилищно-коммунальных услуг в своем доме, в своем регионе? Расскажите нам, пожалуйста. 8-800-222-00-14 – бесплатный телефон прямого эфира. 5445 – короткий номер для ваших SMS-сообщений. Давайте беседовать, давайте обсуждать.

У нас в гостях Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы, юрист. Константин Викторович, здравствуйте.

Константин Крохин: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Константин Викторович, вот 750 миллиардов рублей – это много? То есть, казалось бы, 750 рублей – это колоссальные деньги! Но это же в масштабах всей страны.

Константин Крохин: Да, это в масштабах всей страны. И это на пять лет. То есть получается, что в год примерно по 150 миллиардов. И учитывая масштабы территории, сколько у нас субъектов в Российской Федерации, конечно, это деньги не очень большие. Но в нынешней экономической ситуации любые деньги, которые направлены, и именно государством, на решение проблемы сетей, сетевого хозяйства – это в конкретном населенном пункте, в конкретном регионе всегда прямо нужная вещь и значительное улучшение жизни граждан. Поэтому нельзя тут подходить так, что это мало.

Инвестиции – это действительно триллионы. Те инвестиции, которые желательно получить. И очевидно, что только бюджетным финансированием здесь не обойдешься. Здесь нужно говорить об инвестициях частного бизнеса. Здесь необходимо в каждом конкретном случае рассматривать ту нужду, которая есть. Как я раньше говорил, в одних регионах (южных) это водопровод, в каких-то – вопросы теплового хозяйства, теплосетевого.

Но в целом это позитивно, что решения, которые принимаются на Госсовете… А у нас был большой Госсовет, посвященный программе реформирования и модернизации ЖКХ, и там было президентом заявлено, что без решения проблемы сетей, без инвестиций в сетевую инфраструктуру все остальное, условно говоря, бесполезно. И вот эти 750 миллиардов я рассматриваю именно в таком ключе: было сказано слово, а государство в лице высших органов власти выделяют эти средства. Я надеюсь, что программа будет реализована.

Виталий Млечин: То есть это пойдет на инфраструктуру, правильно?

Константин Крохин: Да.

Виталий Млечин: Именно на ремонт или на развитие тоже?

Константин Крохин: На данном этапе Минстрой пока не дает. И об этом говорил министр Файзуллин – что это наметки, это первые материалы. Пока вся программа не опубликована, вот именно куда эти пойдут. Но мы надеемся, что в ближайшее время министерство, получив принципиальное согласие о финансировании, они нас оповестят, куда эти деньги пойдут в первую очередь.

Виталий Млечин: И еще хотелось бы понять, как регионы между собой эти деньги распределяют. То есть это как-то должны заявки составляться на уровне региональном?

Константин Крохин: Да, существует механизм, при котором федеральная помощь распределяется через механизм субсидий по заявкам. Есть комиссии специальные, которые оценивают необходимость, потому что, еще раз повторюсь, ситуация с сетями в разных регионах различная: где-то есть определенная нужда, где-то другая.

И это все решается на таком, условно, бюрократическом уровне, когда выделяются средства по нуждаемости. Вот если вам нужно решить вопросы с чистой питьевой водой – там водопровод. Там, где необходимо сетевое хозяйство ремонтировать или модернизировать – тогда выделяются туда. Но это каждый раз конкретно, конкретная программа, конкретная заявка и конкретное решение.

Виталий Млечин: Ну, тут еще, конечно, хотелось бы сразу понять, насколько эффективен вот этот механизм в самом низу. Потому что чиновнику, прежде чем подать заявку на получение федеральных денег, надо бы понять, кому эта помощь нужна на самом низшем уровне. Вот эта связь… Легко ли донести человеку, который живет, условно говоря, в доме, не знаю, с плохим водопроводом, легко ли ему донести эту проблему на уровень выше?

Константин Крохин: Ну, к сожалению, учитывая масштабы проблем и масштабы нашей страны, конечно, нелегко. Конечно, каждому человеку, проживающему в доме аварийном или в доме, где, условно говоря, ржавая вода, непосредственно донести эту информацию до лиц, принимающих решения, а это как минимум руководство региона, не говоря уже о Москве, о Правительстве, – конечно, это сложно.

Но в целом следует отметить, что в стране существует система мониторинга этих проблем. И те жалобы, которые люди направляют в порталы или просто жалобы письменным образом, когда… То есть это не значит, что проблема решена после направления жалобы, но все эти обращения включаются в статистику, и они группируются. И когда возникает возможность, что федеральный центр поможет решить какую-то проблему в регионе или в конкретном городе, то тогда вся эта статистика обращений и мониторинг, в том числе органов жилищного надзора (а они сегодня также обязаны осуществлять мониторинг тех проблем, которые есть), в совокупности эти проблемы всплывают, на них обращают внимание.

То есть ответ такой: одному человеку решить это невозможно, но когда по определенной проблеме идет большое количество жалоб, то это становится заметно для чиновника.

Виталий Млечин: В общем, короче говоря, надо жаловаться в любом случае.

Константин Крохин: Надо не стоять на месте, надо проявлять активность.

Виталий Млечин: Коммунальные сети же изнашиваются, ну, постоянно, каждый день, условно говоря.

Константин Крохин: Каждый год амортизируются, у нас есть расчет специальный.

Виталий Млечин: Да. Хотелось бы понять, насколько вот это финансирование опережает или, наоборот, не поспевает за износом. Ведь, условно говоря, если сегодня отремонтировать один участок трубы, то он какое-то время проработает. Если его сегодня не отремонтировать, то эта неисправность потянет за собой другую, и завтра придется вложить уже гораздо больше. Вот эта система этого учета функционирует?

Константин Крохин: Вы совершенно правы, у нас есть трубы, у которых срок эксплуатации – от 10 до 20 лет, в зависимости от диаметра и содержания этой трубы (горячая вода, холодная вода). У нас есть оборудование котельных. У нас есть лифты. У каждого оборудования, у каждой сети есть свой срок использования. И вы совершенно правы, что необходимо заблаговременно решать вопросы и модернизации, и поддержания рабочего состояния.

К сожалению, вот тех объемов финансирования, которые сегодня государство способно выделить, их недостаточно, чтобы кардинально поменять эту ситуацию. И это объяснимо: у нас значительная часть жилого фонда, так называемые многоквартирные дома, они находятся в частной собственности. Там, где государство владеет своей собственностью, оно обязано финансировать. Государство обязано следить за инфраструктурой, за сетями. Но, допустим, если мы говорим о домах, где приватизированы квартиры, или уже построены новые дома за 30 лет экономической реформы в России, то в данном случае должны участвовать в этом и граждане, и частный бизнес.

Поэтому задача, чтобы кардинально поменять эту ситуацию, чтобы мы все время успевали и опережали, чтобы износ нас не обгонял: необходимо привлекать частные инвестиции. И здесь механизм государственно-частного партнерства. То законодательство, которое выпущено на эту тему, оно позволяет юридически решать эти проблемы. Осталось дело за малым – организационно создать привлекательность для инвесторов, в том числе частных инвесторов, в том числе граждан, которые сегодня размещают деньги на депозиты, покупают государственные облигации, российские. Они бы могли инвестировать, в том числе в своем регионе, в своем доме, но для этого нужны организационные механизмы.

Виталий Млечин: Мы все в некотором роде инвестируем в своем регионе, когда оплачиваем счета, которые нам приходят ежемесячно. И вот в июле они опять повысились, ну, как и должны были, но не везде равномерно, скажем так. Мы уже показали статистику, я сейчас напомню коротко. В среднем по России рост тарифов ЖКУ – 4,5%. Но в некоторых регионах… Вот вы сейчас видите на своих экранах. Но, например, в Кемеровской области повысились на 7,6%, в Республике Алтай – на 7,4%, в Оренбургской области – на 6,5%. В некоторых регионах существенно меньше.

А от чего это зависит? Так и должно быть? 7,5% – не много ли?

Константин Крохин: Так и должно быть. У нас есть, скажем, планка – 6%. Но это средние показатели по стране. Есть регион Москва – от 4 до 5%. И процент зависит от состояния сетей. То есть вот те регионы, которые вы перечислили, там просто ситуация с сетями хуже, и поэтому ресурсоснабжающим организациям необходимо больше средств для того, чтобы не просто модернизировать, а хотя бы подготовиться к зиме. Ведь и Кемеровская область – это все-таки суровый климат, и Алтайский край – это суровый климат. Поэтому в каких-то регионах немножко среднероссийский уровень повышение тарифов превышает. Это оправдано, если есть объективные обстоятельства. И закон позволяет увеличить на 1–1,5% в том случае, если действительно ситуация сложная.

Виталий Млечин: Понятно.

Виктор из Омской области нам звонит. Виктор, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Вы в эфире. Расскажите, пожалуйста, как у вас с ЖКХ.

Зритель: Я живу в Омской области, рабочий поселок Кормиловка. Мне 76 лет. Я прихожу платить за коммунальные услуги: за свет, за мусор, за все что положено пенсионеру. И за каждую квитанцию с меня берут в сберкассе 50 рублей. Я спрашиваю: «Почему?» И все говорят: «Это частное предприятие». И они прямо в квитанции мне отбивают, что сберкасса сняла с меня 50 рублей. Так извините, я иду платить за свет, за воду, за газ, за все, а с меня берут деньги. К кому бы я ни обращался, все руки разводят. Ходил в прокуратуру нашу местную, они тоже говорят: «Мы ничего не можем сделать». Вот задаю вам вопрос: правильно ли это или нет?

Виталий Млечин: Да, вопрос понятен. Спасибо большое.

С такими вопросами часто к нам обращаются. Понятно, что 50 рублей – не самая большая сумма, особенно уж в сравнении с тем, какие суммы мы платим за ЖКУ, но тем не менее 50 рублей – это деньги.

Константин Крохин: К большому сожалению, банки и самый крупный наш банк, где все мы храним свои счета и карточки, вот он берет комиссию. А банки поменьше комиссию не берут. Ну, я в данном случае также возмущен. Я считаю, что это законно, но несправедливо. И надеюсь, что будет найдено решение. В крупных регионах… Ну, в данном случае речь, я так понимаю, идет о поселке.

Виталий Млечин: Да.

Константин Крохин: И там, наверное, просто нет других банков, которые могли бы конкурировать за счет этого. Потому что в Московском регионе много банков, которые без комиссии принимают эти жилищно-коммунальные платежи: и крупные, и менее крупные. Поэтому это вопрос конкуренции. Но, насколько мне известно, часто через систему единых расчетных центров или через систему Госуслуг можно оплачивать жилищно-коммунальные услуги без комиссии. Также, вы знаете, у нас есть информационная система ГИС ЖКХ, которая несколько лет назад была введена в эксплуатацию, и она тоже позволяет осуществлять платежи.

Поэтому я не знаю, как это сейчас непосредственно в Омской области, в населенном пункте нашего телезрителя, но я советую… Вот что он сам может сделать? Попытаться выяснить, что с сайтом Госуслуги, что с системой ГИС ЖКХ. И, может быть, есть единый расчетный центр (региональный, областной или непосредственно в этом населенном пункте), через который возможна оплата без комиссии.

Тут я так понимаю, что гражданин ходит в Сбербанк и непосредственно взаимодействует с оператором. Многие банки сегодня делают льготные тарифы на переводы, если ты работаешь только дистанционно, с использованием онлайн-систем. А когда ты приходишь и работаешь с операционистом, то очень многие банки берут комиссию. Поэтому еще один, такой чисто житейский совет: попробовать работать через онлайн-систему того банка, где у товарища нашего счет.

Виталий Млечин: Понятно, что пожилым людям это не так просто.

Константин Крохин: Сложно, да.

Виталий Млечин: Но, может быть, какие-то родственники могут помочь. То есть тут при желании, наверное, можно было бы попробовать, по крайней мере.

Давайте сейчас посмотрим небольшой сюжет. Наши корреспонденты спрашивали у людей на улицах, довольны ли они работой своей управляющей компании. И вам задаем такой же вопрос. Пожалуйста, позвоните или напишите нам, расскажите.

ОПРОС

Виталий Млечин: Слушайте, ну это получается философский вопрос, да? То есть вопрос восприятия. Кому-то все плохо, а кому-то все нормально, но просто хотелось бы, чтобы было лучше.

Константин Крохин: Ну конечно, любая оценка всегда субъективная, и она зависит от жизненного опыта человека, от его финансовых возможностей. Но я хочу с точки зрения такого объективного, профессионального взгляда отметить, что в нашем жилищно-коммунальном хозяйстве за последние годы снизилась аварийность, и государство выполнило важную функцию. Вот это то, о чем говорили телезрители: тепло дают, вода есть, в принципе убирают, в принципе какое-то благоустройство. Это уже хорошо.

Потому что если вспомнить 90-е годы, когда вот эта система развалилась, и там, и там, и там не было никакой уверенности, что вовремя дадут тепло и вовремя уберут мусор. Сегодня эта система работает – так, как может делать государство, крупными мазками. Когда же мы говорим о качестве, как бы хотелось лучше, то сразу возникает вопрос: а что бы хотелось лучше? А как этот проект дома это выдержит? Возможно ли это? И второе: а сколько это будет стоить?

Вот такие взаимоотношения, когда государство решает инфраструктурные, сетевые задачи, а даже вы уже нюансы налаживаете, исходя из своего кошелька, из своей активности и конкуренции на рынке, – это нормальный подход, нормальные отношения. И я надеюсь, что все-таки развитие конкуренции в сфере управления… Говорилось, что управляющая организация – одна хорошая, а другая плохая. Это прекрасная ситуация, когда у людей есть выбор, когда можно выбрать и когда можно дать оценку. Поэтому дальнейшие шаги, которые мы ждем от государства, – это, конечно, развитие конкуренции в жилищной сфере, в управлении.

Виталий Млечин: Давайте узнаем, какая ситуация в Псковской области, Ольга до нас дозвонилась. Ольга, здравствуйте. Расскажите, как у вас.

Зритель: Здравствуйте. Город Великие Луки. Я хочу сказать, что по сравнению с 90-ми годами изменилось очень много. Наверное, у всех есть проблемы, но в нашем доме шикарный ремонт, которого никогда не было, хорошо благоустроен двор. На наши просьбы реагируют. Обращаться можно, даже не ходя туда. Выполняют то, что мы просим. ЖКХ увеличивается, как положено, на 4%. Ну хоть что-то должно быть хорошее. Вот лично я довольна своей управляющей компанией.

Виталий Млечин: А у вас частная управляющая компания или государственная?

Зритель: Нет, государственная управляющая компания.

Виталий Млечин: Очень здорово! Спасибо большое. А у вас активные жильцы в доме? Они как-то взаимодействуют с управляющей компанией, контролируют что-то?

Зритель: Да, есть группа, которая что-то просит, с чем-то обращается, с чем-то не согласна. Спасибо, молодцы!

Виталий Млечин: Понятно. Спасибо большое.

Так может быть, в этом залог успеха – именно в каких-то активных людях, которые, что называется, контролируют деятельность управляющей компании, не дают ей бездельничать

Константин Крохин: Безусловно, безусловно, очень многое зависит от того… Я это говорю так: все зависит от того, кто живет в этом доме. Вот если люди сплоченные, если разумные, не требуют каких-то космических вещей, и они при этом поддерживают друг друга, и они активные, они обращаются в органы власти, то, конечно, там пусть не сразу, но все равно будет результат. Там же, где люди индифферентные, не здороваются друг с другом, не знают, кто живет на лестничной клетке, соседей – конечно, в этом случае никаких перемен не будет, и все время будет повод говорить, что все очень плохо, не убирают и так далее.

Но я бы еще немного добавил: не только люди должны быть, но даже эти чиновники и управляющие компании, которые обслуживают конкретный дом, они тоже должны быть активными.

Виталий Млечин: Хотелось бы.

Константин Крохин: В Москве 123 района. И всегда найдется какой-нибудь «Жилищник», который хорошо работает, его хвалят, и всегда тот, который ругают. Поэтому в данном случае и там, и там должны быть активные люди.

Виталий Млечин: Надежда из Хабаровска. Здравствуйте, Надежда.

Зритель: Здравствуйте, мои хорошие! Я из Хабаровска. Мне 80 лет, ветеран труда. Хочу задать такой вопрос. У нас по-новому стали брать за мусор, за вывоз мусора. Почему у нас берут с квадрата пять рублей, а не с человека? Ведь мусорит человек, а не квадраты, что у меня есть. 45 квадратов, я одна. Я за неделю всего маленький пакетик выношу. Почему с человека не берут, а с квадрата? Это же несправедливо! Зачем с квадрата-то брать?

Виталий Млечин: Понятно, понятно, Надежда. Спасибо большое.

На самом деле таких сообщений очень много, действительно. Кто это придумал, что один человек, но который живет в большой квартире, платит больше, чем десять, но которые живут в маленькой?

Константин Крохин: Вы знаете, вот эта реформа обращения с ТКО, с коммунальными отходами, она подразумевает два варианта. Один вариант – это когда рассчитывается по нормативу, по квадратным метрам. И второй вариант – когда рассчитывается по гражданам.

Решает регион, решают власти субъекта. Вот там, где сельская местность, там в основном именно по гражданам – прописанным, проживающим и тогда. А вот в городах, где многоэтажные многоквартирные дома, там регионы, как правило, принимают по нормативу. И в данном случае ответ на вопрос «Кто это придумал?»: придумали конкретные региональные власти своим решением. Соответственно, если нужно поменять, то нужно туда обращаться. Может быть, они услышат.

И второй момент. Мы столкнулись на практике в Московском регионе с тем, что собирают деньги по нормативу (в Москве, например, семь рублей за квадратный метр, не пять), а сами платят по фактической отгрузке. То есть для того, чтобы сэкономить, нужно свою управляющую компанию вызвать на ковер и сказать: «Вы как перечисляете – по нормативу или по фактическому накоплению?» Если по фактическому накоплению, то получается в два раза дешевле.

Но для этого управляющая компания должна около дома организовать место накопления, поставить контейнерную площадку. Вот если она эту контейнерную площадку сделает, организует, то тогда можно переходить по фактическому накоплению. Еще раз повторюсь: это примерно в два раза меньше за квадратный метр, чем по нормативу.

Виталий Млечин: Особенно если мусор выкидывать в соседний двор.

Константин Крохин: Именно по этой причине, когда нет своей контейнерной площадки, предполагается, что выкидывают в соседний двор, поэтому норматив на всех.

Виталий Млечин: Ирина из Москвы. Ирина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый день. Хотела бы сказать, что у нас управляющая компания в Хорошево-Мневники, на мой взгляд, ужасная компания. Был поджог в подъезде, просили ремонт два года. Не поверите, уже даже краску сами предлагали, придите и только покрасьте. Любая утечка в квартирах – приходят какие-то узбеки. Я не против приезжих, но у них нет никакой квалификации. Один просто убежал из квартиры, он не знал, что с этим делать. Никаких работников.

И вот у нас справочная… Если раньше можно было прийти в ЖЭК, выпросить, грубо говоря, плотника, сантехника, люди приходили, то сейчас мы ждем заявку больше полудня. Вот у меня девятый этаж, последний этаж, была протечка. Сначала пришел мальчик-узбек, который просто убежал, он не знал, что делать с этим. И мы ждали ремонтника полдня. Вы представляете, с девятого этажа по первый что могло быть?

Виталий Млечин: Да, понятно. А у вас государственная компания? У вас «Жилищник»?

Зритель: Нет, я думаю, что у нас… Не могу вам точно сказать. И самое главное, что люди не против платить больше, но нам нужно качество.

Виталий Млечин: Ну подождите. Вы знаете хотя бы, как называется ваша управляющая компания?

Зритель: Я знаю, что она находится в Хорошево-Мневниках.

Виталий Млечин: Понятно, спасибо большое. Тут сложно, конечно…

Константин Крохин: Мы возвращаемся к активности. Конечно, если так часто обращались, а она плохо обслуживает, то надо запомнить название этой компании. В Москве очень хорошо развита система обратной связи, существуют городские порталы, есть система ГИС ЖКХ. И город проводит рейтингование управляющих компаний. Я слышал, по-моему, что в Хорошево-Мневниках есть проблемы. И я слышал также, что внизу рейтинга район Тропарево-Никулино. Большинство домов обслуживаются, если брать в процентном отношении, государственными бюджетными учреждениями «Жилищник». Я думаю, что жительница должна знать свою управляющую компанию.

Есть проблема, что много мигрантов работают в этой сфере. Не все, конечно, обладают квалификацией, тоже такая проблема существует. Но все-таки, исходя из собственного опыта, если вы пользуетесь порталами и направляете жалобы, то рано или поздно это возымеет действие.

Виталий Млечин: На них отреагируют.

Константин Крохин: Конечно.

Виталий Млечин: Понятно. Не все мы успели обсудить, что наметили, но это повод нам с вами еще раз встретиться в этой студии в ближайшее время. Спасибо вам большое. Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы, юрист, был у нас в гостях. Говорили о ЖКХ.

Сейчас прервемся на три минуты. Оставайтесь с нами, не уходите.