Михаил Козырев и Константин Крохин. Как навести порядок в газовом хозяйстве

Гости
Михаил Козырев
главный редактор портала «Энерговопрос.ру»
Константин Крохин
председатель Союза жилищных организаций г. Москвы, юрист

Оксана Галькевич: Итак, возвращаемся снова к «Теме дня», говорим сегодня о газе и безопасности в наших домах. Поводов для таких бесед в последнее время, увы, стало как-то пугающе много. Буквально утром очередной взрыв произошел в Ингушетии в частном доме, там 2 человека серьезно пострадали, они находятся в реанимации. Другой случай – на прошлой неделе в Красноярске произошел взрыв в многоквартирном доме, там, увы, 2 человека погибли. И это 2 случая вполне серьезных меньше чем за неделю.

Константин Чуриков: Ну и в целом статистика подтверждает, что таких случаев все больше. Если в 2017 году было зафиксировано 95 взрывов газа, то в прошлом году уже 129 таких случаев. При этом в январе мы провели опрос для нашего проекта «Реальные цифры» и вот выяснили, что, оказывается, 36% наших зрителей не могут вспомнить, когда в последний раз к ним приходили газовщики с проверкой. Чаще всего жаловались на отсутствие такого контроля жители Пермского края, Краснодарского края и Московской области.

Оксана Галькевич: Ну вот, как мы поняли из сообщений жителей Самарской области, Татарстана и Башкирии, там, наоборот, работают довольно добросовестные специалисты, с проверками приходят, по крайней мере жалоб из этих регионов было заметно меньше.

Сегодня обсуждение этой темы мы начали еще в дневном блоке программы «Отражение» и в студии беседовали с генеральным директором ООО «Промгазэнергосервис», заместителем председателя Комитета по газовому хозяйству Торгово-промышленной палаты Александром Мачулиным.

Константин Чуриков: И вот он сказал, что тут как раз важен человеческий фактор: жильцы, мягко говоря, не всегда открывают дверь газовщикам, но и сами проверяющие не всегда свои обязанности исполняют как надо.

Александр Мачулин: Для населения у нас в России организует это дело по договору с МРГ («Межрегионгазом») газораспределительная организация, то есть все в руках. Проблема в другом, в правоприменении, исполнении, добросовестности и спросе с исполнителей. Если по сути вопроса, то эти проверки абсолютно ничего общего не имеют с техническим обслуживанием и ремонтом. Если мы пришли на объект, если мы вошли в квартиру, видим неисправную плиту, она должна быть отключена, установлена заглушка. Если там есть утечка газа, никто не имеет права оттуда уйти, пока не отремонтировал, вот в чем проблема. Этого не делается. Деньги берут, да, потому что это рынок.

Оксана Галькевич: Ну вот смотрите, у нас на самом деле газовое оборудование установлено в большинстве квартир, домов в нашей стране. Всего у нас квартир 65.9 миллионов, почти 66, газифицировано из них 44 с лишним, практически 2/3, если я так навскидку правильно посчитала данные Росстата и «Газпрома». Как навести в этом большом газовом хозяйстве в рамках нашей страны порядок? Нужно ли вернуться к опыту Советского Союза или все-таки новое время и новые решения? Об этом будем сейчас говорить с вами, уважаемые телезрители, и с нашими гостями в студии. Представим их.

Константин Чуриков: Да. У нас в студии Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы, и Михаил Козырев, главный редактор портала «Энерговопрос.ру». Здравствуйте, уважаемые гости.

Константин Крохин: Здравствуйте.

Михаил Козырев: Здравствуйте.

Константин Чуриков: А можно ли вообще все это называть хозяйством? Вот мы видим по количеству самих случаев, по количеству жертв, что на самом деле полная бесхозяйственность. Давайте начнем от печки: вообще по закону, если существует соответствующий закон, как часто, с какой интенсивностью должна проводиться проверка этого оборудования?

Оксана Галькевич: Если есть вообще нормативы такие и требования?

Михаил Козырев: Есть норматив – раз в год.

Константин Чуриков: Раз в год?

Михаил Козырев: Раз в год, да.

Константин Чуриков: Это в смысле я ничего не делаю, ко мне пришли?

Михаил Козырев: Ну да. Вы должны как собственник квартиры иметь договор на обслуживание внутриквартирного газового оборудования, по этому договору вас раз в год должны проверять состояние газовой плиты, колонки.

Оксана Галькевич: Хорошо, это если у меня есть договор. А если у меня нет договора?

Михаил Козырев: А вы его обязаны заключить.

Оксана Галькевич: А у меня вот отдельная квартира в 100-квартирном доме, у меня нет договора, я такая.

Константин Чуриков: Загадочная.

Михаил Козырев: Нет, это проблема. Вы можете иметь договор, но вы можете не пускать газовщиков. Вы можете пустить их, а потом не выполнять то, что они требуют. Если вас нельзя технически отключить, там стояк проходит как-то так, что нельзя одну квартиру «отрубить», то вы можете продолжать дальше жить с неисправной плитой.

Оксана Галькевич: А не заключить договор я могу? В принципе…

Михаил Козырев: Вас могут за это отключить от газоснабжения, если есть такая возможность и если до вас дойдут ноги этих самых инспекторов, как вы сказали, не до всех доходят.

Оксана Галькевич: Я почему спрашиваю? Потому что поведение многих собственников, многих жильцов ведь разное, правильно? Кто-то заключает договор, кто-то пускает к себе в квартиру, а кто-то не заключает и не пускает.

Константин Крохин: Практически никто не заключает.

Оксана Галькевич: И вот как, собственно, вот эти газовые контролирующие службы в данной ситуации даже не ведут себя, а как они себя чувствуют? Ну нет этого человека у меня в списке и ладно.

Константин Крохин: Слушайте, давайте на чистоту говорить: у нас нет газовой контролирующей службы. Это ключевая проблема, чтобы Общественная палата, что слушания прошли, ведь обсуждался вопрос вернуться к советской системе, когда у нас была единая газовая служба. Это был контролирующий орган, газовая служба. Сегодня газовой службы нет. У нас, коллега правильно сказал из Торгово-промышленной палаты, есть сбытовые организации, у нас есть организации, которые оказывают услуги по обслуживанию газового оборудования, в том числе внутриквартирного, но это не газовая инспекция, и законодательством обязанность проводить проверки возложена на тех, кто продает эту услугу. Вот это ключевая проблема, ключевое противоречие, которое привело к этой бесхозяйственности, о которой вы говорите.

Константин Чуриков: Подождите, то есть позиция такова: мы добыли газ, мы его распределили на вас, а вы там дальше как хотите? – хотите взрывайтесь, хотите не взрывайтесь, это никого не волнует?

Константин Крохин: Нет, они продают, у них есть обязанность проверять. Но вы же понимаете, вот только что было сказано, как они проверяют: он пришел в квартиру, обнаружил утечку или неисправную плиту, он должен заглушить и запретить пользоваться, как это происходит с электричеством. Но он же этого не делает, потому что газ должен продаваться.

Михаил Козырев: Нет, он делает, но не во всех случаях.

Константин Крохин: За него нужно собирать деньги «Газпрому», «Межрегионгазу» и прочим распределительным структурам.

Оксана Галькевич: Подождите, да ладно, слушайте, я не могу поверить, вы какие-то вещи такие говорите. Что значит «он этого не делает?» Там люди отравятся, там взорвется что-нибудь, – как это не делают?

Константин Крохин: Ну статистически количество трагических случаев от неправильного использования газового оборудования из 40 миллионов квартир у нас происходит в месяц 2 аварии, условно 2 взрыва, в год 24. Но 44 миллиона квартир не взрываются, люди платят за газ, их никто не отключает, часть оборудования (может быть, значительная) неисправна, но денежку-то газовые службы получают. Это все вопрос денег.

Константин Чуриков: Но смотрите, цифры все равно большие, даже не 30 случаев. В 2017 году было 95 таких ЧП, в прошлом году 129, давайте вспомним прошедшие самые трагические 2 месяца в истории пользования газовым оборудованием, об этом наш корреспондент Максим Волков.

Оксана Галькевич: И это, кстати говоря, мы только случаи перечислили, а сколько людей пострадало в этих ситуациях, мы ведь об этом почему-то не говорим, а сейчас скажем.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: А еще хочется сейчас разобраться, насколько люди у нас в принципе готовы пускать к себе газовщиков в квартиры. Давайте сейчас запустим опрос, мы его так, очень широкими мазками сформировали: если к вам придут проверять газ, вы этих людей себе в квартиру пустите? Пожалуйста, отвечайте «да» или «нет», 5445, в конце этого часа подведем итоги.

Оксана Галькевич: Вы знаете, кроме того, что есть опасность, что под видом газовщиков к вам придут какие-то непонятные люди, есть ведь еще опасение у людей, что они просто финансово не потянут эту проверку. Позвонить можно, пригласить можно, но это все стоит таких суровых денег, что иной раз человек думает: лучше ладно, ну ее эту проблему.

Константин Чуриков: Подождите, а каких денег это стоит?

Константин Крохин: Вот мы опять возвращаемся к тому, с чего я начал: проверка, государственный надзор и контроль не должен требовать деньги, понимаете?

Оксана Галькевич: Потому что это вопрос жизни, безопасности, здоровья людей.

Константин Крохин: И безопасности, конечно. Мы говорили с коллегой: вы же в полицию приходите, вам оказывают услугу и принимают заявление вне зависимости от того, внесли вы в кассу деньги или нет, и в прокуратуру.

Константин Чуриков: Это по-разному.

Константин Крохин: Понимаете, и здесь так должно быть. А сейчас здесь поменяли по сути государственный надзор на услугу, за которую надо платить деньги, поэтому люди не приглашают.

Константин Чуриков: Хорошо, давайте не о государстве, давайте о нас. Мы заинтересованы все, у кого газовые плиты, у меня дома газовая плита тоже, как-то обустроить свой быт и жить в безопасности. Михаил Борисович, скажите, сколько в среднем должна служить газовая плита и через сколько ее нести на помойку, покупать новую?

Михаил Козырев: Ну не помню навскидку, по-моему, 20 лет.

Константин Чуриков: 20 лет.

Михаил Козырев: Да. Но смотрите, извините, можно я вернусь к самому началу? Мы говорим, что бесхозяйственное отношение. Но тут-то как раз дело в том, что у нас же… Советская система признавала, что единый хозяин у всего газового хозяйства – это государство. Потом многоквартирные дома были приватизированы, и собственниками сетей внутри этих многоквартирных домов стали жильцы этих домов, как и всего прочего имущества общего этих самых домов. Соответственно, они несут теперь ответственность, понимаете? Раньше за это отвечало государство, у государства был надзор, а теперь отвечают собственники, они потребляют некую услугу, которую называют обслуживанием газового оборудования.

Константин Чуриков: Ну минуточку, хорошо, предположим…

Михаил Козырев: Соответственно, возникает такой действительно вопрос. Это же не норма такая, что вот плиту мы не допустили и это наша функция, вот мы не деньги пришли зарабатывать, а мы пришли запретить взрыв, понимаете? Нет, мы оказываем услугу.

Оксана Галькевич: Предотвратить на самом деле.

Михаил Козырев: Да. По поводу «платить» это немного.

Константин Чуриков: Подождите, предположим, в доме, где я или Оксана живем, есть какой-то один человек, который не приватизировал квартиру. Вот вопрос: в этом случае что, к нему будет какое-то особенное внимание, туда точно придут? А какая разница? – взорвется соседняя квартира, приватизированная.

Михаил Козырев: На самом деле смотрите, мы говорили о проблеме бесхозяйственности – нет, хозяин есть. Другое дело, что этот хозяин какой-то очень аморфный, понимаете? Все и никто.

Оксана Галькевич: Простите, пожалуйста, Михаил Борисович, но вот у вас есть ведь автомобиль, вы же без ТО не выезжаете на дорогу.

Михаил Козырев: Да, но вот понимаете, проблема…

Константин Крохин: Но есть ГИБДД.

Оксана Галькевич: А если вы без ТО, вас первый гаишник…

Константин Крохин: Да, правильно.

Оксана Галькевич: «Михаил Борисович, как так, ай-яй-яй, подвергаете опасности себя и окружающих участников дорожного движения».

Михаил Козырев: А вот с многоквартирными домами так не получается.

Оксана Галькевич: А почему?

Михаил Козырев: Ну вот не знаю.

Оксана Галькевич: По сути это сравнимые вещи.

Константин Крохин: Я не совсем соглашусь. Я объясню, что это у нас проблема самая большая именно в газовом хозяйстве.

Михаил Козырев: Ну с лифтами и прочим…

Константин Крохин: У нас же ежегодно с лифтами, ежегодно с теплом, ежегодно с электричеством мы же проходим проверки.

Михаил Козырев: Да. Просто с газом если взорвалось, то обрушился весь пролет.

Константин Крохин: Нет, я к чему? Сети водяные, тепловые, электрические в лучшем состоянии, чем газовые, да?

Михаил Козырев: Они просто не взрываются, они просто текут.

Константин Крохин: Нет, их проверяют.

Оксана Галькевич: Слушайте, а может быть, вопрос в том, насколько квалифицированные специалисты приходят к нам проверять? Есть с этим проблема?

Михаил Козырев: Вот смотрите, вот если еще раз вернуться к цене. Вот тут понимаете в чем проблема? Проблема в том, что безопасность стоит денег. Хорошо, давайте рассмотрим ситуацию, пускать не пускать. Хорошо, я пустил, я даже готов платить за эту строчку ТО внутридомового оборудования в квитанции, там небольшая сумма, рублей 500 в год набежит, если речь идет о квартире, может быть, больше, но это не то чтобы совершенно неподъемно, это не больше 5% от общей суммы…

Константин Чуриков: Человеческая жизнь бесценна, хорошо, да.

Михаил Козырев: Да. Вот они пришли, сказали: «Знаете что, ребята? Вы вот делали тут ремонт 5 лет назад, у вас была плита газовая, а теперь варочная панель и духовка. Это незаконно, у вас на каждый прибор должен быть кран и вообще согласованный проект. Поэтому, ребят, мы вас отключаем, пока вы не поставите краны и не согласуете перепланировку», – и отключают. Вы понимаете, в 90% случаев наша система срабатывает так, как должна. Вот система вот этого газового хозяйства такая же, как ГИБДД, не все гаишники берут взятки, подавляющее большинство не берет.

Константин Чуриков: Да, но в случае с ГИБДД есть единая государственная система, а в случае с этими вот этими межрегионгазами – это кто вообще?

Константин Крохин: В каждом регионе свой.

Михаил Козырев: Ну я бы не сказал, что…

Константин Чуриков: Государство это, не государство, мы же не знаем.

Константин Крохин: Нет, это не государство…

Михаил Козырев: Это не государство.

Константин Крохин: Это проблема приватизации энергетического сектора. Началось все с РАО «ЕЭС», когда были созданы все эти ОГК, ФСК и так далее, и то же самое у нас межрегионгазы.

Михаил Козырев: Да, а потом поделили.

Константин Крохин: То есть это частные структуры, там есть акционеры, они зарабатывают деньги.

Оксана Галькевич: Слушайте, уважаемые гости, вы знаете, проблема в том, что мне кажется, что мы либо в одной ступе толчем воду, либо в другой ступе. Вот у нас когда какая-нибудь государственная структура, начинаем толочь на тему, что недофинансирование, денег не хватает; как только какая-нибудь частная структура, толчем, что им тоже низкие тарифы, еще что-нибудь, тоже не хватает. Елки-палки, как должна выглядеть система, чтобы она работала?

Константин Крохин: Слушайте, она должна очень просто… Мы все время в России, 20 лет последние, а до этого еще при советах, пытаемся изобретать велосипед. Государство не должно заниматься бизнесом, государство – это арбитр: судебная система, правоохранительная и надзор. Вот если вот эти 3 вещи государство выполняло, тогда не надо мешать «Газпрому», «Межрегионгазу» и кому-то. Вот сегодня жилищная инспекция контролирует управляющие компании: если ты к зиме, к подготовке не сдал, не опрессовал трубу, тебе не дадут тепло и тебя оштрафуют, штрафы до 500 тысяч. То есть вот, пожалуйста, жилищная инспекция не оказывает услуги, она финансируется из бюджета, и здесь наведен порядок.

Если бы в газовой службе было бы то же самое, газовая государственная, региональная, неважно, но она бы не торговала газом, она бы просто, как говорит коллега, отключала, пока ты не исправишь, и не было бы этих аварий, понимаете? У нас просто есть определенные сектора, где кто-то просто более, скажем так, способный, больше прав. Все, что принадлежит «Газпрому», начиная от «МОЭК», «Мосэнерго» и прочих межрегионгазов, там нет порядка. Там 30 миллиардов украли – извините меня, куда смотрел «Газпром»? 30 миллиардов украли, никто не заметил, заметили недавно буквально.

Константин Чуриков: «Газпром» смотрел в Европу, туда на восток…

Оксана Галькевич: А вот так, видимо, трубы провели.

Константин Крохин: Например, Хорватия, например, «Турецкий поток»…

Константин Чуриков: На юг.

Оксана Галькевич: Звоночек.

Константин Чуриков: Наталья звонит нам из Московской области. Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте. Вот у меня вопрос как раз по газу. Я последние 20 лет вообще не вижу никого, чтобы кто-то смотрел за газовым хозяйством в доме.

Константин Крохин: Пожалуйста. Невыгодно.

Зритель: Никаких объявлений, ничего. А ведь мы живем недалеко от Москвы. И когда это все будет?

Константин Чуриков: А где вы живете недалеко от Москвы?

Зритель: Подмосковье, Серпухов.

Константин Чуриков: Серпухов, слушайте, большой город.

Оксана Галькевич: Вообще на самом деле мне кажется… Вы знаете, меня все время задевает, когда кто-то говорит «а мы вот здесь рядом с Москвой, а у нас тоже порядку нет». Мне кажется, что у нас страна большая, но везде как-то хочется, чтобы люди по-человечески жили, чтобы порядок у них везде был вне зависимости от того, под Москвой это или под Рязанью.

Константин Чуриков: Вы знаете, что, честно говоря, удручает? XXI век на дворе – что может быть проще, чем этим межрегионгазам, этим странным разным компаниям просто понять, что люди всегда откроют дверь, когда они получат некое уведомление, печать, как говорится, «протокол отпечатки пальцев, – прислать бумажечку людям, уведомление через госуслуги…

Оксана Галькевич: SMS.

Константин Чуриков: SMS можно прислать, предположим.

Оксана Галькевич: Новые технологии в конце концов есть.

Константин Чуриков: И люди пустят, люди откроют. Можно это как-то наладить?

Константин Крохин: Да можно. Я считаю, что сегодня коммуникация с учетом новых телеэлектронных технологий, информационных очень хорошая. Сегодня госуслуги активно работают, в каждом регионе есть свои госуслуги. Я полагаю, что проблема оповестить и проверить этого инспектора, который пришел, что он настоящий, – нет сегодня этой проблемы: можно и позвонить, и узнать, и бейджик какой-то, и прочее. Вопрос в том, что необходимо кого-то наделить этой функцией.

Сегодня у нас в промышленности этой функцией обладает Ростехнадзор, который реально, если у тебя что-то не работает, он вырубит газовую установку и все, и ты не работаешь. В жилой сфере у нас этим формально занимается жилищная инспекция, но жилищная инспекция… Любой дом в магазине возьмите, газовые дома, вы найдете в паспорте готовности галочку, что газовое оборудование общедомовое проверено. Но у людей если вы спросите, у жителей, они вам скажут, что к ним никто не приходил, то есть люди ставят галочку. Это такая, знаете, произойдет авось или не произойдет. И вот в этом проблема, что на сегодняшний день, к сожалению, нет настоящего реального технического надзора в этой сфере.

Константин Чуриков: Еще какой вопрос. В советские годы у газа был запах, вот он чувствовался, я помню такой запах детства: если что, если кто-то там что-то не закрыл, мы все чувствовали и все, выключали, перекрывали. Сейчас эти одоранты не добавляют. Вопрос: почему?

Константин Крохин: Нет, добавляют, почему? Добавляют, есть сегодня.

Константин Чуриков: Нам рассказывали разные люди…

Оксана Галькевич: Нам люди пишут, почему газ без запаха, Воронежская область.

Константин Чуриков: Дома у меня газ не пахнет.

Константин Крохин: Может быть, это не везде, но вот в Москве я проверял, пахнет газ.

Михаил Козырев: Может быть, он не так сильно пахнет, но запах газа есть. Вообще газ без запаха, сейчас в него добавляют отдушку, как они называют, и он пахнет, запах газа вы почувствуете. Вы знаете, проблема в том, что даже если в квартире кто-то побывал и даже что-то проверил, это не гарантия того, что не случится чего-нибудь в течение этого года, понимаете?

Константин Чуриков: Так.

Михаил Козырев: Ну вот такова статистика. Во-первых, не всегда эти проверки соответствуют правилам, во-вторых, выходит из строя техника в период между проверками. А главное, приходят… Я вот недорассказал историю: приходит проверяющий и говорит, что у вас неправильно подключено, либо мы вас отключим, либо мы сейчас решим вопрос, и многие решают этот вопрос, проверяющий уходит. Поэтому…

Оксана Галькевич: «Решают этот вопрос» – вы имеете в виду...?

Михаил Козырев: За деньги, конечно, закрывает глаза.

Оксана Галькевич: Как на дороге.

Михаил Козырев: Есть многочисленные судебные решения, когда происходит взрыв газа через какое-то время после проверок, начинается расследование, выясняется на суде, что был слесарь, он все видел, но сказал: «Ладно, хорошо, исправите потом». Это не в многоквартирных домах, но это речь шла о частом доме, по-моему, в Ярославской области я читал конкретное дело.

Оксана Галькевич: Звонок у нас есть, это Вера из Ростовской области хочет высказаться. Вера, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот у нас такая ситуация. В нашем доме есть неблагополучная муниципальная квартира, там живут неблагополучные жители.

Константин Чуриков: В чем это выражается, что они такие неблагополучные?

Зритель: Потому что они не платят, у них долги по газу есть. Когда мы смотрели, совет дома, эту квартиру, там вообще нет ни вентилей газовых, газовое оборудование вообще в ужасном состоянии.

Мы позвонили в горгаз, нам ответили, что без управляющей компании они не могут войти в эту квартиру. А управляющая ответила, чтобы мы связывались с администрацией, потому что квартира муниципальная. Администрация нам ответила: если вас не устраивают соседи, звоните в полицию. Полиция отвечает, что это не их компетенция, нужно обращаться в горгаз, то есть круг замкнулся и мы сидим на пороховой бочке, потому что… Хотя в договоре с горгазом указано: если не платит газ, если не пускает товарища, который осматривает приборы, без согласования могут отключить, а у нас не отключают. Мы сидим на пороховой бочке. Как тут быть?

Оксана Галькевич: Как тут быть?

Михаил Козырев: Надо… Вообще я говорю, в действующем законодательстве недвусмысленно написано, что если квартира, частный дом не заключил договор и не обслуживает газовое оборудование, то такой потребитель должен быть отключен.

Константин Крохин: Отключается, да, в частном секторе их отключают.

Михаил Козырев: Да. В квартире это сложнее, потому что стояк идет так, что его бывает сложно отключить, хорошо если он идет по фасаду и заходит в каждую квартиру, но это очень редко, чаще он идет сверху донизу внутри.

Константин Чуриков: Наша зрительница говорит, что такая неблагополучная семья. Я вспомнил случай, в 2017 году в Ижевске взорвался тоже дом, там человек просто-напросто психически больной был.

Михаил Козырев: Вы знаете, я вот что хотел сказать? Тут можно много говорить про то, как настроить вот это решение вопроса с газовым хозяйством, но вообще если мы говорим о радикальном решении проблемы, то нужно переходить на электрические плиты. Это правда, потому что вы можете сколь угодно долго совершенствовать оповещение, клапаны ставить, не знаю, заставить всех подписать договора, но всегда есть квартира в доме, где живут алкаши, наркоманы, не знаю кто еще, и что там происходит, никто не знает, у вас действительно пороховая бочка.

Оксана Галькевич: То есть никакие газоанализаторы, никакие печи нового поколения, которые отключаются сами в случае утечки, – это все…?

Михаил Козырев: Ну нет, ну хорошо, весь дом поставил, одна квартира не поставила, и что вы с ними сделаете? Это их квартира, даже если это не их, муниципальная, выгнать их не могут.

Константин Крохин: Нет, слушайте, вот мы опять говорим при условии беззубого государственного контроля. То есть я с вами совершенно соглашусь: если кто-то не поставил газоанализатор, как это в частном секторе сегодня происходит, его просто не подключают или отключают от газоснабжения и все.

Михаил Козырев: Многоквартирный дом вы не можете так отключить.

Константин Крохин: Пожалуйста, но вводите. Если в многоквартирном доме труба идет все равно снаружи, если это необходимо, можно сделать это. Вопрос, из каких средств. У нас есть фонд капитального ремонта, давайте направим эти деньги туда, но эту задачу нужно поставить. Сегодня государство… Ведь пример зрительницы говорит о том, что ее все посылают по кругу начиная от полиции, городской администрации и отметьте, не просто частного, а горгаза, городского газа. То есть всем совершенно наплевать. В ситуации, когда всем наплевать, естественно, о какой безопасности может идти речь?

Оксана Галькевич: Слушайте, а давайте, может быть, вообще утопический сценарий обсуждать не будем? Мы же понимаем, что практически 66 миллионов квартир, из них 44 с лишним оборудованы вот этими газовыми плитами, газовым оборудованием, невозможно, мы никогда не переведем всю страну на электрические плиты.

Михаил Козырев: Давайте мы для начала…

Оксана Галькевич: Давайте будем разбираться с тем, что можно с этим хозяйством сделать, здесь бардак устранить.

Михаил Козырев: Моя мысль такая: давайте для начала посчитаем. Я ни разу ни от кого не слышал, сколько это стоит. Вот я знаю, что…

Константин Чуриков: Извините, пожалуйста, вот смотрите, нам зрители пишут: «За осмотр в Крыму в частном секторе берут от 1 до 3-х тысяч рублей просто за то, чтобы пришли».

Михаил Козырев: Да, в Московской области даже больше.

Константин Чуриков: Есть Ленинградская область, где 2 400 рублей в год, то есть такой вообще чек уже хороший.

Михаил Козырев: Да, в частных домах реально суммы 6-8 тысяч. Но они, правда, на год размазываются… Нет, подождите, если вернуться к электроплитам. Все говорят, что это невозможно, но никто не называл цифру, сколько это стоит. Я вот знаю, что в городе Ханты-Мансийске есть муниципальная программа по замене газовых плит на электрические. Там выходит так, что на квартиру уходит порядка 15-20 тысяч. Правда, жители покупают за свой счет плиту, то есть это деньги на реконструкцию домовых сетей, если это нужно. Если мы перемножим вот эти 40 миллионов квартир на 20-30 тысяч, то получится около 1 триллиона, если не попутал с цифрами, с нулями. Мы знаем, что Крымский мост нам стоил 220 миллиардов, всего в 4 раза больше.

Оксана Галькевич: Ох, ну вы святое-то, понимаете, Крымский мост поставить и плиту бабушке поменять – что важнее?

Михаил Козырев: Понимаете, там разные дома… Есть дома старые, хрущевки, это первая волна; есть дома более современные. Я же не говорю, что это нужно сделать в течение…

Константин Чуриков: Оксана, в Крыму тоже живут бабушки, между прочим.

Оксана Галькевич: Я не против.

Константин Крохин: Мне кажется, здесь должен быть комплексный подход. Дело в том, что у нас есть примеры Восточной Европы, Центральной Европы, где точно так же пользуются газом, такого количества аварий с жертвами нет в многоквартирных домах.

Михаил Козырев: Знаете, я вот скажу, что в Англии, например, читал специально про их опыт, там система устроена следующим образом. Каждый собственник газифицированной недвижимости должен раз в год покупать услугу по обследованию и иметь некий сертификат. И у него, кстати, независимая газовая служба проверяет его наличие. Если его нет, свежего и проверенного, то с него снимают штраф порядка 20 тысяч фунтов стерлингов, это реально четверть их годовой зарплаты средней.

Константин Чуриков: Ой.

Константин Крохин: Ну слушайте, у нас тоже ежегодно, если вы в частном секторе, ежегодно вы должны приглашать газовщика. Если этого нет, то Мособлгаз вас просто отключает.

Михаил Козырев: Ну это меньше денег.

Константин Чуриков: Вы знаете, давайте не будем подкидывать идеи депутатам, потому что может сбыться.

Михаил Козырев: Я просто к тому, что если ориентироваться на Европу, вот у них там все работает, давайте сделаем как там. Так там это стоит просто на порядок больше денег.

Константин Крохин: Да чего это стоит на порядок больше? Это просто соблюдение закона, понимаете? Если вы потребитель, у вас есть газовая плита, вы должны выполнять, нет – вас надо лишить.

Оксана Галькевич: Если вы собственник, обременения у вас есть, ответственность определенная за свою собственность в конце концов?

Константин Крохин: Да.

Михаил Козырев: Вот там в Европе очень высокая ответственность.

Оксана Галькевич: Вот.

Михаил Козырев: Если у нас такую ответственность ввести, то я не знаю, что будет, вот вам миллион рублей…

Константин Крохин: А кто будет исполнять?

Константин Чуриков: А давайте посмотрим не как в Европе, а как у нас проверяют газовое оборудование.

Оксана Галькевич: Как есть.

Константин Чуриков: Сюжет из Алтайского края и Екатеринбурга.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Вот мы посмотрели с вами этот сюжет, мы поняли, что совершенно не согласована с жильцами очередная проверка, мужчина в трусах встречал газовых работниц… Скажите, как это все-таки сделать по уму? XXI век на дворе, наверное, недорого купить всем какую-то единую униформу, наверное, недорого как-то SMS, голубиной почтой, фельдъегерской отправлять уведомления, – это же можно по уму-то сделать?

Константин Крохин: Можно. Но вот смотрите, в данном случае люди боятся пускать, когда им навязывают какие-то услуги и предлагают купить какой-нибудь суперсчетчик. Если бы газовая служба ходила бесплатно и проверяла, даже вопросов не было бы, ее бы пускали, понимаете? А тем более сегодня есть возможность и позвонить, и посмотреть…

Оксана Галькевич: И тогда мошенникам не было бы смысла платить.

Константин Крохин: Да, я об этом вам и говорю…

Оксана Галькевич: Потому что, конечно, денег не срубишь.

Константин Чуриков: А у меня вопрос: почему бесплатно она не может это дать? Овес нынче дорог?

Константин Крохин: Так нет, дело в том, что у нас газовая служба – это сбытовые компании газовые региональные, которые продают этот газ и продают эти счетчики.

Константин Чуриков: Это бедные люди?

Константин Крохин: Нет, это не бедные люди, это неправильная система. Вот она сегодня сделана неправильно, и мы говорим, что советский пример, как бы к этому периоду ни относились, был правильный, потому что газовая служба не предлагала услуги вам – она вас наказывала, штрафовала, отключала, но она не продавала вам услуги, понимаете? А сегодня ходят сбытовики, вот эти региональные газы… Хорошо они еще добросовестно что-то пытаются регулировать, а на самом деле их задача продать эти услуги, и при этом потребитель не знает, пришел правильный в синем костюме или неправильный в оранжево-синем костюме. Как разобраться пенсионерке, кто к ней пришел? И вот она говорит, ей предлагать купить очень дорого. Вот если бы пришла настоящая газовая служба государственная, газовый надзор, они бы ничего не предлагали, никаких денег не брали, их бы пускали.

Константин Чуриков: Оксана, поговори с Оксаной.

Оксана Галькевич: Оксана из Мурманской области. Здравствуйте, Оксана, мы вас слушаем.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Я хотела бы узнать, почему, чтобы заключить договор на обслуживание газа, нужно заплатить 800 с лишним рублей? Приходит как всегда мастер, проверяет просто-напросто один раз в год утечку газа, плиту, и за все это… Я понимаю, оказание разовой услуги стоило бы, но не просто заключение договора.

Константин Чуриков: Оксана, а как это происходит? Вот сейчас мы сюжеты показывали – это так же происходит, что там меняют какой-то шланг, смотрят плиту?

Оксана Галькевич: Ничего не меняют.

Зритель: Ничего не меняют, просто приходят планово с проверкой мастер, объявление заранее вешается на подъезде, что к нам приходит проверяющий с газовой службы. Приходит, как правило, поджигает спичечкой, проверяет, нет ли утечки газа…

Константин Чуриков: Так это и я так могу.

Оксана Галькевич: Запросто.

Зритель: Да, это все будет раз в год. Но чтобы заключить договор, нужно прежде заплатить 800 с чем-то рублей просто чисто за заключение договора.

Константин Чуриков: За бумажку, понятно. Спасибо.

Константин Крохин: Слушайте, но визит человека, он же пришел за 800 рублей, провел проверку, проверил вот таким дедовским методом, других методов у них, наверное, нет.

Оксана Галькевич: А зачем нам этот дедовский метод? Посмотрите, я еще обратила внимание: они там шланг потрогали, старенький шланг, в плите что-то там покрутили, повертели, а есть же еще вентиляция у нас, вытяжка.

Константин Крохин: Вот это стоит 800 рублей.

Оксана Галькевич: Это не надо проверять?

Константин Крохин: Если вы поставите туда газоанализатор, приборы, которые улавливают, не надо спичкой проверять, это будет стоить 6 тысяч, и тогда женщина будет звонить и говорить: «Что так дорого»?

Оксана Галькевич: Константин Викторович, Михаил Борисович, я про комплексность вообще осмотра, про то, насколько он качественно выполняется.

Михаил Козырев: Есть к этому смотру требования в действующем законодательстве, они есть, их любой может почитать. Они должны проверить плиту, включается и выключается, нет ли утечек газа по всем трубопроводам.

Оксана Галькевич: В вытяжка, вентиляция – это не надо? Что-то я ни разу про это не…

Михаил Козырев: Вентиляцию должны проверить.

Константин Крохин: Там спичка и была, вам женщина только что сказала, что спичкой и проверяли.

Михаил Козырев: Да, так что все есть. Да, действительно проблема тут в том, что вроде как это услуга за деньги, а не…

Константин Крохин: Это небольшие деньги 800 рублей.

Михаил Козырев: Деньги как бы небольшие, но тем не менее когда приходят люди и оказывают вам услугу, это одно, а когда приходит проверяющий и бесплатно проверяет, правильно или неправильно, это другое. Но тут я согласен, возможно, это нужно менять, выводить это из…

Константин Крохин: …услуги.

Михаил Козырев: …услуги, отдавать жилинспекции или специальной газовой инспекции…

Константин Крохин: Да, или газовой службе.

Оксана Галькевич: Просто там…

Михаил Козырев: Да. Но тут просто как получается? Приходят люди, говорят, что у вас неправильно. Я удивился, что они сразу поменяли кран, обычно это как происходит?

Константин Крохин: Это телесюжет.

Константин Чуриков: Это потому что камера была, правильно.

Михаил Козырев: А, ну понятно. Обычно они как говорят? – «вот у вас тут неисправность». Но люди разные бывают, некоторые говорят: «Ну что делать? Значит, будем вас отключать». Они намеков не понимают, и их отключают. Другие, значит, идут, достают деньги и как-то решают вопрос. Удается не удается, это следующая тема, но тем не менее обычно, когда отключают, потом ты недели 2 без газа, пока ты этих же ребят не вызовешь, они к тебе не приедут, не поставят новый кран или не заменят шланг, ты это время сидишь без газа, потом ты еще за этот замененный кран заплатишь так, как будто он золотой.

Константин Чуриков: А как вам такая технология, из Ростовской области зрительница пишет: «В прошлом году впустила газовщика, газоанализатора нет. Он достал мыло и грязную тряпку, вымазал всю трубу…»

Михаил Козырев: Протер, да.

Константин Чуриков: «…еле отмыла, договор заключила. В счете на оплату пришло еще 700 рублей сверху».

Михаил Козырев: Вот знаете в чем проблема? Если бы было простое решение, его бы уже давно нашли, это решение. Действительно проблема комплексная. Есть проблема первая: все эти газовые службы родом из 1990-х гг., если не раньше, про приложение специальное, где можно посмотреть, кто к вам идет, про какую-то очередь, про удобное время прихода специалиста, – об этом они ничего не знают. Они живут как живут: не хочешь, отключим газ, если есть возможность, ну а если тебя нет дома, ну что же, мы пойдем в следующую квартиру. То есть это люди, компании, которые работают… Они, может, и частные…

Константин Чуриков: То есть по крайней мере в следующей не рванет, рванет в предыдущей, но неважно, нам же не открыли.

Михаил Козырев: Ну в общем да, это, скажем, не клиентоориентированные компании в большинстве случаев, это первая проблема.

Оксана Галькевич: Это непрофессиональная история совершенно, мне кажется, безответственность.

Константин Крохин: Все межрегионгазы такие.

Михаил Козырев: Так устроено, к сожалению.

Константин Крохин: И Мособлгазы, Мосгазы – они все такие.

Константин Чуриков: Подождите, давайте срывать маски – они кому принадлежат?

Константин Крохин: «Газпрому», они сегодня все принадлежит «Газпрому», это монополия. И проблема монополизма, правильно коллега сказал, клиентоориентированности нет. Ее и не будет, потому что это монополия.

Михаил Козырев: Правильно, никуда вы не денетесь, потому что эти договора навязываются. Вам сказали…

Оксана Галькевич: Выбора у меня нет, только за 800 рублей, да? Лучше, дешевле я не найду?

Константин Крохин: Нет.

Михаил Козырев: Он формально есть, но по сути в одном многоквартирном доме одна проверяющая структура, это первое.

Второе – есть вопрос технологический. Вы вот смеетесь надо мной, а я серьезно говорю: электроплиты – это способ решить проблему радикально. Тогда вот этот парень в трусах, я не знаю, может, он нормальный, просто так сфотографировали…

Константин Чуриков: Утром просто, наверное, проверка была.

Оксана Галькевич: Ну дома человек, господи.

Михаил Козырев: Да, и тогда, если что-то случится, случится только в его квартире, она сгорит или еще что-то не дай бог произойдет, но не случится с соседями. А если стоит газовая плита, это всегда опасно. Вот опять же вы можете смеяться или считать, что это маниловщина, но я считаю, что газ слишком опасен, дорог, а опасность и значит дорого.

Константин Крохин: Он как раз дешев в коммунальных услугах…

Михаил Козырев: …если не заниматься безопасностью.

Константин Крохин: Да.

Михаил Козырев: А если заниматься, то он становится очень дорог.

Константин Крохин: Согласен.

Оксана Галькевич: Михаил Борисович, мы не смеемся, мы не считаем, что это маниловщина, мы просто реалистично смотрим на ситуацию.

Михаил Козырев: Ну реалистично – это как? Каждые 2 месяца говорить, что у нас опять взорвалась квартира? Ну хорошо, будем в следующий раз ждать, когда следующая взорвется.

Оксана Галькевич: Так у нас так и происходит, смотрите, за 2017 год 95 случаев, за 2018-й 129… По нарастающей жертвы, мы продолжаем смотреть на это.

Михаил Козырев: Это неправильно. Я считаю, что… У нас есть национальные проекты, я слышал, у нас есть нацпроекты, там что-то про сельское хозяйство, про высокие технологии. Я считаю, что безопасность людей тоже очень важна, и деньги на самом деле, если их не считать, что вот в следующем году все надо сделать, а процесс организовать так, чтобы он занял 10 лет и в новых домах сразу, а в старых после капремонта заменялся газ на электричество, это все можно сделать, если бы в нашем государстве и в нашем обществе была мысль о том, что человеческая жизнь есть важно. Пусть это 100 человек в год, но мы должны решить эту проблему радикально и принять программу на сей счет. Это технологический аспект, потому что газ как ни крути является специфическим видом топлива, его лучше жечь на электростанциях или в котельных, где Ростехнадзор обеспечит 100%-е соблюдение правил безопасности, но это будет дороже.

Оксана Галькевич: А как же частный сектор? Газификация частного сектора как же?

Михаил Козырев: Понимаете, частный сектор…

Константин Крохин: А там проблемы такой нет, там в большинстве частных…

Михаил Козырев: Там просто живет одна семья. Я понимаю, что это тоже трагедия, но это не то, что обвалилось полдома.

Оксана Галькевич: И контроль там проще, я правильно понимаю?

Михаил Козырев: Их просто отключить.

Константин Крохин: Сегодня вы практически не можете подключиться, если у вас нет газоанализатора и умного прибора. Там сегодня отключается все автоматически, дистанционно с использованием GPS-технологий.

Константин Чуриков: В сельской местности?

Михаил Козырев: Нет, это я бы не согласился…

Константин Крохин: Все подключения, которые сегодня, – не старые подключения, а вот сегодняшние, возьмите Москву и Московскую область…

Михаил Козырев: Просто старых очень много.

Константин Крохин: Да, но это опять вопрос контроля. К тому, что решили же с новыми подключениями, от 500 тысяч до 1 миллиона стоит подключение в московском регионе газа, там все эти приборы есть, все эта безопасность.

Константин Чуриков: Хотите сказать, есть сдерживающий фактор, до 1 миллиона рублей и больше стоит подключение, значит да, по крайней мере все будет хорошо.

Михаил Козырев: Я думаю, что просто частный дом – это другая история, там понятно, кто отвечает…

Константин Крохин: Меньше ущерб.

Михаил Козырев: Есть человек конкретный, не так, что все отвечают и никто конкретно, а вот есть собственник, есть дом, есть труба, ее можно отрезать, перекрыть, и этот собственник решит проблему очень быстро, особенно зимой.

Константин Чуриков: Потребители газа продолжают звонить.

Оксана Галькевич: Лариса из Екатеринбурга на этот раз. Лариса, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Коробкова Лариса Владимировна. Я по поводу газа, по этой передаче. Я согласна с тем товарищем, который с правой стороны к экрану.

Константин Крохин: Это я что ли?

Зритель: Государство должно заботиться о безопасности.

Константин Чуриков: Константин Крохин.

Зритель: Раньше… Советское время почему-то хают, но дело в том, что тогда, в советское время, у нас в городе Екатеринбурге проверка была ежеквартально, и мы расписывались, и нас предупредили, на двери вывешивали объявление, что придут газовщики. А сейчас у меня 3 года не проверяли, газовые службы не приходили, пока я не вызвала. Пришли, посмотрели, у меня стоял шланг металлический – он взяли, заменили на резиновый, в котором я очень-очень засомневалась, и заменили кран. Тоже у меня кран стоял хороший, они его забрали себя, с меня взяли 1.5 тысячи, вот так.

Константин Крохин: Ну да, так оно и происходит.

Зритель: Я что хочу сказать? Не все семьи обеспечены деньгами, чтобы… Много жителей, которые не имеют средств, такие деньги заплатить, чтобы заключать договора и приглашать газовщиков по такой оплате.

Константин Чуриков: Да, спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: И кстати, никто не хает советские времена, тем более чем больше, чем дальше мы разбираемся в этом вопросе, мы понимаем, что тогда точно было лучше.

Нам зрители пишут, Ставропольский край: «Заболтали вопрос с проблемными соседями», – давайте его разболтаем. Если действительно какие-то странные люди, которые, в общем, себя как-то странно ведут, у нас есть подозрения, что в этой квартире кто-то может что-то понюхать и открыть газ…

Оксана Галькевич: Ведет асоциальный образ жизни.

Константин Чуриков: Все-таки пошаговая инструкция, что нам делать, остальным жильцам?

Константин Крохин: Первое: если они действительно асоциальный образ жизни ведут, это же видно, как они пьют, выходят, не выходят, или какие-то приходят к ним личности темные. Конечно, в первую очередь нужно обращаться в органы внутренних дел, это сегодня задача участковых, чтобы понять, это люди просто особенные или они асоциальные. И второе, если это подтвердится, конечно, обращаться в газовую службу, потому что спасение утопающих есть дело рук самих утопающих. То есть необходимо добиться, чтобы их отключили. Никаких иных решений, кроме как отключить подобные опасные квартиры от газа, других решений нет. Если они не выполняют, нужно отключать.

Оксана Галькевич: Давайте звонок примем из Ростовской области. Любовь, здравствуйте, вы в прямом эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Да, говорите, пожалуйста.

Зритель: У меня такой вопрос. Я купила себе водогрейку, хотела заменить старую на новую. Были газовщики, говорю: «Поменяйте мне». Они отказали мне в этой услуге, и мы сами устанавливали ее. Почему покупаю сама, устанавливаю сама? Что это за сфера? Я говорю: «А если я к вам приеду, подам заявление, чтобы вы поставили мне? – «Нет, вы ставите сами».

Еще вопрос. Мне в этом году надо менять счетчик. Они говорят: «Покупайте счетчик, давайте заявку за полгода и поменяем счетчик». Служба счетчика 20 лет, он у меня проработал 10. Что мне, можно его как-то поверить, заново поставить, или все же покупать?

Константин Чуриков: Любовь, а можно встречный вопрос? У вас там какая-то власть вообще на месте есть в районе, где вы живете, не знаю, в городе? Как-то вот очень странно то, что вы рассказываете.

Зритель: Это Тацинский район, Тацинка.

Константин Чуриков: Просто, понимаете, если каждый из нас будет самостоятельно подключать газовую плиту, газовую горелку, газовую водогрелку, то в общем, наверное, мы участим статистику взрывов, да?

Константин Крохин: Да, конечно. Удивительно, что отказали.

Оксана Галькевич: «Подключайте сами», – наверное, все-таки зрительница имела в виду за свой счет, Константин, не сама прикрутила-привинтила, а вызывайте специалистов и платите им за это сами.

Константин Чуриков: Любовь, вы сами подключали, своими руками?

Зритель: Да, своими руками.

Оксана Галькевич: Своими руками даже?

Константин Чуриков: Вот, пожалуйста, вам ответ. Спасибо.

Михаил Козырев: Ну это…

Оксана Галькевич: …безобразие.

Михаил Козырев: Давайте я отвечу по поводу счетчика. Тут вопрос на самом деле простой. У счетчика есть срок поверки, так называемый межповерочный интервал. У счетчиков газа он 10… Надо в паспорт смотреть, обычно 10 лет. Собственно, нашей слушательнице надо, не дожидаясь истечения этого срока, достать паспорт, посмотреть, когда кончается срок поверки, не дожидаясь этого срока, лучше за месяц начать процесс, вызвать, узнать, есть ли у них люди, которые делают поверку счетчиков газа без снятия, по крайней мере не забирая его куда-то, сделать эту поверку. Если не делают, то счетчик надо будет снять, отвезти на поверку, а потом снова поставить, и лучше это сделать до того, как истечет срок поверки, иначе насчитают по нормативу большую сумму. То есть совет простой – не ждать, пока истечет срок поверки, отвезти его, поверить, счетчик при этом не надо будет менять, если он будет признан исправным.

А по поводу самостоятельно установленной колонки, это… Ну как? Вот мы говорим, давайте мы ужесточим, сделаем правильную процедуру проверок. Так вот эти правильные проверяющие придут и в этой квартире хозяевам насчитают очень большой штраф, это они посчитают незаконным вмешательством в газоснабжающую систему.

Оксана Галькевич: Конечно. Ну а как у них язык, простите, поворачивается такое говорить?

Константин Крохин: Ну потому что женщина деньги не заплатила, он не хочет бесплатно работать. Он поставщик услуги, он бесплатно не работает. Сегодня те, кому доверено проверять…

Константин Чуриков: Слушайте, какой-то дикий капитализм.

Константин Крохин: Да, а у нас в стране он и есть.

Михаил Козырев: Ну подождите, по поводу установки… На самом деле устанавливать газовую колонку может не только газовая служба, а любая компания, у которой есть такая лицензия на этот вид деятельности. Если ты покупаешь газовую колонку в магазине, не на рынке, не с рук, то скорее всего у тех, кто тебе ее продает, есть, будут контакты компании, организации, которая может вам поставить.

Константин Крохин: Но это же за деньги, правильно? Это услуга за деньги.

Михаил Козырев: Ну естественно.

Константин Крохин: Женщина-то задала вопрос, почему…

Михаил Козырев: Почему потребовали денег за замену газовой колонки? Ну сложно сказать.

Оксана Галькевич: Понимаете, а мы тут с вами говорим про замену на электрические плиты, – тоже ведь, понимаете, все переложат на наши плечи, на наши плечи переложат.

Михаил Козырев: Я все понимаю, да, поэтому я говорю, безопасность стоит денег.

Оксана Галькевич: Намерения, может, и благие, но…

Константин Крохин: Вы знаете, как раз в отношении замены газовых плит, если это делать программно, сегодня есть источник, фонд капитального ремонта. В каждом регионе есть фонд капитального ремонта, и в принципе если это растянуть на 10 лет, это не в карман к гражданам, мы уже платим в фонд капитального ремонта…

Михаил Козырев: Мы уже и так это оплачиваем.

Оксана Галькевич: Константин Викторович, Михаил Борисович, заменим плиты, не хватит из этого капитального ремонта на что-нибудь еще.

Михаил Козырев: На лифты, да, мы знаем, но их все равно не хватит. Мне вот кажется, что сколько бы мы ни собирали денег на капремонт, когда дело дойдет до нашего дома…

Константин Крохин: Не хватит, да.

Константин Чуриков: Результат неочевиден.

Оксана Галькевич: И поднимут нам тариф на капремонт.

Константин Чуриков: Подождите, давайте еще, пока далеко не ушли от темы, Михаил Коровин задает резонный вопрос: «Почему умалчивается о проблемах с вытяжкой газа, ведь проблема не только в самой утечке».

Оксана Галькевич: Говорили.

Михаил Козырев: Не умалчивается, это на самом деле основная причина всяких аварий, случающихся с газом. Ведь на самом деле трагические случаи у нас происходят не только по итогам взрывов, это на самом деле меньшинство, жертвы и пострадавшие, у нас отравленных гораздо больше, в разы. То есть около 20% жертв, инцидентов, связанных с газом, – это взрывы и какие-то в связи с этим проблемы, а остальная часть – это люди угорают угарным газом оттого, что соседи сверху заложили вытяжку либо вытяжка в частных домах, там была обратная тяга.

Оксана Галькевич: Сделали перепланировку.

Константин Чуриков: Ну что же, сейчас пришла пора подвести итоги нашего голосования. Что у нас на портале?

Оксана Галькевич: Мы спрашивали, если придут проверять газ, пустите ли в квартиру? 56% говорят «да», а 44% не готовы открыть свои двери.

Константин Чуриков: То есть все равно есть сомнения.

Ну что же, тема долгая, тома проблемная. Будем следить за тем, что у нас делается, для того чтобы нас обезопасить, тех, у кого газовые плиты и не только плиты. В студии у нас были сегодня Михаил Козырев, главный редактор портала «Энерговопрос.ру», и Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы. Спасибо вам.

Оксана Галькевич: Ну а мы не прощаемся, это еще не все.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Тема дня

Комментарии

Алексей
Слушал хотел дозвониться,,, в Ростове на дону строят 20 этажные дома, с поквартирным отоплением, во всей стране за смену одного газового котла на другой требуют смену газового проекта, за установку раздели ых газ панели и духовки смену проекта, даже сейчас смену одного крана на другой зачастую требуют смену проекта, газовые трубы идут через всю квартиру это нормально? Обслуживание 6000 в год, за то что понюхают есть газ или нет, ,,,, цель заставить всех платить за обслуживание плиты, ,,,, новый массовый побор ,,,,
Андрей Цуканов
Слушаю вас и дурею от вранья! Неужели вы думаете что все дураки?
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты