Константин Ордов и Александр Ветерков. Сложности трудоустройства после вуза. Чего хотят работодатели?

Константин Ордов и Александр Ветерков. Сложности трудоустройства после вуза. Чего хотят работодатели?
Сергей Лесков: Не исключено, что многие проблемы Superjet связаны с тем, что не удалось построить правильную математическую модель этого самолёта
Что делать, если на первом этаже дома открыли магазин, бар или круглосуточный офис?
Александр Бражко: Роспотребнадзор практически самоустранился от контроля за содержимым и товарной этикеткой
Мать-одиночку из-за частых больничных перевели на работу за 130 км от дома. По её мнению, это принуждение к увольнению
«Собственность - это не только право, но и обязанности по ее содержанию». За сорняки будут отбирать землю
Безопасный загар - миф или реальность? Советы онколога. Что такое паспорт кожи и зачем он нужен
Онкология. Блокировка банковских счетов. Рынок подержанных авто. Бензин. Работа для подростков. Промышленная политика
Рак: каждый имеет право на бесплатное обследование, лечение и реабилитацию по ОМС в крупных центрах
Алексей Рощин: Ранний детский труд поможет. Потому что хорошее образование приобрести трудно, а вот навыки пойдут на пользу
Как производят вентиляционное оборудование и системы отопления на заводе в Бронницах
Гости
Александр Ветерков
генеральный директор РДВ Медиа (проекты «Работа.ру» и «Учеба.ру»)
Константин Ордов
профессор кафедры финансового менеджмента РЭУ им. Г.В. Плеханова

Петр Кузнецов: Итак, мы переходим к большой теме. Выпускники ВУЗов жалуются: устроиться по специальности очень трудно. Есть свежий опрос на эту тему, давайте посмотрим результаты в цифрах.

Ольга Арсланова: Итак, каждый 5-й участник исследования ответил: получить работу сразу после окончания ВУЗа можно, но с большим трудом. Четверть опрошенных полагают, что трудоустроиться человеку, только что получившему диплом о высшем образовании, практически невозможно. 12% считают, что работу найти можно, приложив небольшие усилия, и только 2% убеждены, что выпускник ВУЗа может легко справиться с этой задачей.

Петр Кузнецов: В 2018 году диплом о высшем образовании получили чуть более 1 миллиона студентов. По данным мониторинга Минобрнауки, 72% из них нашли работу в первый год после окончания учебы, при этом неизвестно, по специальности или нет, действующая система мониторинга трудоустройства выпускников не в состоянии это отследить. А средний заработок выпускника – 31 тысяча 567 рублей.

Ольга Арсланова: Социологи отмечают, что пессимизм или оптимизм относительно будущей карьеры зависит от материального положения: чем оно хуже, тем меньше надежд на хорошую работу и зарплату.

Мы сегодня говорили о том, как построить карьеру и на что обращают внимание работодатели с нашим гостем днем в эфире «Отражения». И наш эксперт Амет Володарский, руководитель проекта «РосВуз.рф», вице-президент Ассоциации некоммерческих образовательных организаций России, дал советы тем, кто ищет работу.

Амет Володарский: Сегодня очень важно, если серьезно подходить к этому вопросу, создание портфолио. Сегодня работодателю, особенно когда речь идет о гуманитарном образовании, неважно, что вы закончили, Гарвард, Кембридж, МГУ, – речь идет о том, насколько вы способны к продолжению обучения. Потому что когда ты поступаешь на производство, в организацию, ты все равно не должен останавливаться в своем развитии, ты должен развиваться. И чем больше у тебя плюсов в твоем портфолио, тем быстрее работодатель сделает выбор в пользу тебя. А что в это портфолио должно входить? Это не только твои профессиональные качества, это и коммуникативные качества, умение работать в команде, был ли ты или не был волонтером, это очень важно.

Петр Кузнецов: А мы представляем вечерних гостей по этой теме. Константин Ордов, профессор РЭУ имени Г.В. Плеханова, – добрый вечер.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Константин Ордов: Добрый вечер.

Петр Кузнецов: И Александр Ветерков, генеральный директор сервиса «Работа.ру», – здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Александр Ветерков: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Новость, которую, наверное, все обсуждают последние дни, – то, что один из сервисов по поиску работы отказался от графы «Образование» при размещении вакансий, то есть якобы это не так важно, не так репрезентативно. Вопрос нашим гостем, Константин, наверное, с вас начнем, не обидно ли вам как представителю высшего образования, что сейчас работодатели не всегда на это образование-то и смотрят по большому счету.

Константин Ордов: Ну вы пока преувеличиваете, это только начало тренда. Мы, конечно, готовимся к тому, что этот тренд станет превалирующим. Безусловно, главное – это компетенции, главное – это квалификация, которую вы получаете, те навыки, которыми вы овладеваете за процесс обучения. Мы ровно для этого перестраиваем весь наш учебный процесс, чтобы обеспечить лучшие практики и наполнение только теми квалификациями, которые могут пригодиться в профессиональной деятельности, что было, может быть, не очень свойственно еще 5-10 лет назад для высшей школы.

Ольга Арсланова: Когда важнее была «корочка», сейчас не так важно, что вашу «корочку» никто не увидит, главное, что там внутри?

Константин Ордов: Главное чтобы ваш ВУЗ имел то реноме, которое могло бы позволить… Вот мы только что услышали про Гарвард, что не смотрят, – поверьте, смотрят.

Ольга Арсланова: Понятно.

Александр, скажите, это можно назвать неким трендом, или пока это такая пиар-акция или пробный шар?

Александр Ветерков: Я бы сказал, что отказ от графы «Образование» в резюме – это все-таки больше пиар-акция. По нашим опросам, которые мы проводим на «Работе.ру», 50% рекрутеров смотрят образование, причем это вторая графа после возраста, на которую он обращает внимание. Понятно, что тема возраста не очень популярна, тем не менее на нее рекрутеры обращают внимание.

Ольга Арсланова: То есть даже на места предыдущей работы смотрят в третью очередь?

Александр Ветерков: А дальше уже да, места предыдущей работы просматриваются. При этом если говорить про руководителей, которые непосредственно берут сотрудников на работу, то процент существенно выше, 80% будущих руководителей смотрят, какое образование получил человек либо какой ВУЗ закончил.

Петр Кузнецов: Вы как считаете, все-таки отсутствие образования теперь вовсе не препятствие для поиска работы – это хорошо?

Александр Ветерков: Ну с одной стороны это рождает много возможностей для людей, которые не получили образование. Другое дело, что образование дает возможность не даже получить какие-то дополнительные профессиональные знания, а оно дает возможность научиться учиться. Обучаемость и возможность учиться в любом возрасте – это тот навык, который сейчас очень востребован. Смею вас уверить, большинство работодателей не ждут от выпускника ВУЗа каких-то грандиозных знаний в том предмете или в том сегменте, какой ВУЗ он закончил. Скорее они ждут некоторые soft skills – умение общаться, умение коммуницировать…

Петр Кузнецов: Стрессоустойчивость, например.

Александр Ветерков: Стрессоустойчивость, которая формулируется все-таки…

Петр Кузнецов: При этом это все то, чему в ВУЗе точно не научат, то, что мы сейчас перечислили. Но это важные параметры для работодателя.

Александр Ветерков: Это важные навыки, личные качества, которые важны для работодателей, для того чтобы выбрать себе будущего сотрудника: энергичность, позитивность мышления, динамичность – это то, что в принципе очень востребовано. Но при этом желание учиться и умение учиться, то, что дает высшее образование, навык найти там, где получить правильную информацию, – это тоже очень востребовано.

Ольга Арсланова: Константин, какие сейчас стандарты у современной высшей школы? Чему в первую очередь должна она научить выпускника, для того чтобы он был востребован на рынке труда?

Константин Ордов: Да, со стандартами, мне кажется, самая большая проблема, она слишком ограничивает желание работодателей, которые ожидают этих молодых профессионалов и при этом очень удивляются, почему им приходится, как они любят говорить, их переучивать. Хотя на самом деле мне кажется, что обязательно, и многие работодатели забывают, что и им было бы неплохо на самом деле пройти повышение квалификации. Современные навыки, современные теории (экономические, финансовые, в частности в нашем РЭУ) позволяют, собственно, повысить кардинально эффективность бизнеса, достигать конкурентоспособности мирового уровня.

И в настоящее время мы, к сожалению, сталкиваемся с неким дисбалансом между той подготовкой, которую мы обеспечиваем студентам, и тем спросом, который формируется на рынке труда. Мы все-таки пытаемся ориентироваться на экономику будущего, мы готовим для цифровой экономики, много сил на это тратим, а, собственно, этот частный бизнес несильно развит в России, государственный бизнес, собственно, не очень в этом заинтересован. Поэтому тут остаются вопросы, связанные с тем, что в результате стандартизации невозможно отрегулировать те реальные skills, потребности профессионалов в умениях наших выпускников.

Петр Кузнецов: А как плотно сейчас ВУЗ взаимодействует с работодателями? Целевая форма обучения раньше была, существует сейчас?

Ольга Арсланова: Помню, во время нашего обучения это было настолько редким, в основном студенты сами ходили и с первого курса что-то начинали себе присматривать, потому что ВУЗ никак им не помогал трудоустраиваться.

Константин Ордов: Ну это тоже, видимо, зависит от ВУЗа, зависит от региона. Например, я являюсь руководителем финансовой аналитики, магистерской программы, у меня задача, собственно, все эти танцы с бубном, чтобы студенты пришли и получили эти новые знания. Они уже работают, они, с одной стороны, не хотят тратить много времени, им кажется, что это легко можно освоить, получить новые навыки, но при этом надо все-таки понимать, что очень много усилий для этого требуется, для государства достаточно затратной высшая школа становится. И в результате мы с вами получаем то, что работодатели ждут, ждут изменений в высшей школе, мы их всячески приветствуем в виде преддипломных производственных практик, мы больше времени уделяем практическим занятиям, то есть в ущерб лекционным, в ущерб базовой теоретической подготовке для целей как раз формирования практических навыков.

Но при этом мы стараемся, конечно же, все-таки общие, фундаментальные экономические основы, финансовые детям дать, для того чтобы они могли легко в случае необходимости изменить свою профессию. Ведь мы сегодня говорим о том, что надо к этому относиться не как профессия, выбранная на всю жизнь, а это некий образ жизни сегодня, который завтра может потребовать от вас кардинальных изменений своих знаний. Надо быть к этому готовым психологически.

Петр Кузнецов: Александр, но при этом все равно, я так понимаю, большинству работодателей сейчас выгоднее и надежнее перекупить специалиста из другой компании…

Ольга Арсланова: Готовенького.

Петр Кузнецов: …чем ждать и выращивать специалиста из ВУЗа?

Александр Ветерков: С одной стороны, да, но это такая тенденция, чтобы перекупить готового специалиста, существует.

Ольга Арсланова: Но это дороже.

Александр Ветерков: Это, во-первых, дороже, во-вторых, его очень часто нужно переучивать, потому что то, чему его научил предыдущий работодатель, не факт, что применимо в вашей компании. Поэтому молодые специалисты, выпускники очень востребованы на рынке. Вот говорить о том, что всего 2% могут найти работу – это определенное видение текущих студентов. Тем не менее можно говорить о том, что найти работу по специальности могут гораздо большее количество студентов, если они правильно выбрали образование и правильно выбрали профессию.

Безусловно, существуют профессии, которых сильный переизбыток: экономисты, юристы, бухгалтера, весь бэк-офис – в стране очень большой переизбыток таких кадров. И поэтому выпускник ВУЗа, если он получает юридическое образование, безусловно, ему найти работу сложно. Если правильно проектировать свою будущую карьеру, определиться с регионом, в котором вы будете работать, посмотреть потенциально будущие профессии, которые будут востребованы, и отучиться ровно на эту профессию, то с вероятностью более 50%, я бы сказал 80% вы будете трудоустроены.

Ольга Арсланова: Вот вы упомянули регионы. Действительно очень важно учитывать, в каком регионе ты живешь, для того чтобы потом не ехать в Москву по известной дороге.

Александр Ветерков: Да.

Ольга Арсланова: У нас есть сюжеты из нескольких российских регионов. Это истории о том, как трудоустраиваться выпускники там и кого ждут работодатели. Давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, если говорить о регионах, здесь тоже работает та же самая схема о работе по профессии, что чем дальше от Москвы, тем проблем все больше? Или здесь как-то географически можно объяснить по-другому? Потому что есть ощущение, что в Москве на самом деле адекватных предложений по работе меньше просто потому, что здесь переизбыток горожан трудоспособного возраста и приезжих из регионов как раз.

Александр Ветерков: Безусловно, очень сильно зависит специфика профессии от региона. Если мы говорим про юг России, то очень развито сельское хозяйство, востребованы профессии, связанные с сельхоз- и агропромом.

Ольга Арсланова: Чем заниматься в нефтяных регионах, тоже примерно понятно.

Александр Ветерков: Да, то же самое понятно, там, где нефть…

Ольга Арсланова: Где есть производство, это, наверное, лучшая карьера.

Александр Ветерков: Да, или производственные регионы, производственные города. Если мы говорим в целом по отраслям, то можно сказать, что, безусловно, IT-сегмент во всех регионах России, включая Москву, Питер, не хватает специалистов и кадров начиная от программистов и заканчивая маркетингом, digital-маркетологами. Если говорить о перспективных профессиях, то профессия врача и людей, которые работают с людьми в возрасте, тоже достаточно перспективная в будущем, поскольку медицина развивается.

Ну и очень часто мы говорим о том, что есть профессии, которые исчезают или исчезнут в ближайшем будущем, они заменятся роботами. Например, мы говорим про автомобили, что водители могут быть автоматизированы. При этом для того чтобы это случилось, должны быть построены определенные дороги, и вот чудесная профессия, связанная со строительством скоростных магистралей либо дорог, выделенных для автомобилей без шофера, без водителя, – это тоже перспективная профессия. Точно так же все, что связано с робототехникой либо системами обслуживания каких-либо инженерных систем, тоже все в будущем прекрасно и перспективно, чего нельзя сказать, конечно, о гуманитарных профессиях, по которым найти работу достаточно сложно.

Ольга Арсланова: Константин, расскажите, в вашем ВУЗе какие регионы больше всего представлены? Откуда активнее всего к вам приезжают и поступают?

Константин Ордов: Ну я бы, может быть, не стал так сильно… Статистика…

Ольга Арсланова: Может быть, это тоже своеобразный антирейтинг регионов.

Константин Ордов: Мы всегда рады всем, это надо понимать, к тому же мы с вами неслучайно в рамках нашей реформы Министерства образования ввели ЕГЭ, для того чтобы обеспечить равный доступ для всех наших сограждан (и молодых в том числе) к получению высшего образования. Поэтому тут о доступе региона смысла нет разговаривать. Там, где люди способны и хотят получить высококачественное образование, они стремятся в ведущие московские ВУЗы, в том числе… Есть и региональные достаточно сильные ВУЗы.

Я бы, может быть, хотел сказать несколько о другом, что мы на сегодняшний день несмотря на нашу рекордно низкую безработицу в некоторых регионах видим, что среди молодежи безработица достигает 30%. И если эту энергию да на мирные цели направить, поверьте, это можно такие экономические горы свернуть, что страшно себе представить. Но опять же, пользуясь случаем, могу рассказать о своем лайфхаке, что имеет иногда значение и состояние экономического цикла. Я первое свое образование получил и закончил первый ВУЗ в 1999 году, в самый расцвет кризиса. И несмотря на то, что я закончил кафедру информационных технологий и был не самый плохой выпускник в области программирования, тем не менее я не смог найти себе достойную работу: либо не устраивала зарплата, либо просто в принципе не было вакансий, на которые меня были готовы взять. И вот в результате этого это, собственно, привело меня к тому, что я задумался о смене.

Несмотря на то, что только закончил высшее образование, я сразу же задумался о том, что надо сменить область своей деятельности на ту, которая востребована сегодня. К сожалению, иногда это бывает необходимо, и поэтому даже если вы выбрали, вы отучились, не стоит зацикливаться, важно понимать, что перспектива и востребованность вас в обществе высока, и это определяется прежде всего в том числе и низким уровнем безработицы. Вы всегда найдете себе достойное место, важно только все-таки понимать, что иногда необходимо дополнить свое образование какими-то дополнительными курсами, которых в настоящее время с избытком бесплатных. И я также продолжаю обучаться.

Петр Кузнецов: То, что сейчас для многих профессий существует куча альтернативных способов обучения, которые позволяют начать совершенно новую карьеру, причем успешно, – это хорошо? Или все-таки вместе с этими альтернативными способами появляются и какие-то дополнительные проблемы?

Константин Ордов: Никаких проблем я не вижу, кроме…

Петр Кузнецов: В плане качества переобучения, получается, в данном случае переобучения.

Константин Ордов: Вы поймите, мы с вами как раз живем в условиях информационной среды, которая полностью открыта, где вы можете ознакомиться с отзывами, вы можете посмотреть на результаты тех людей, которые закончили эти дополнительные курсы. Я со своей стороны абсолютно точно могу вам сказать, что цифровую экономику изучал на примере ведущих европейских, американских, российских ВУЗов, заканчивая дополнительные краткосрочные курсы, они длятся 2-3 недели, но зато в рамках резюме позволяют вам указать эти дополнительные возможности, которые привлекут работодателя и позволят вам рассчитывать на большую зарплату.

Ведь проблема же опять заключается в том, что у нас до 25 лет и после 45, если мы с вами попытаемся уровень доходов проанализировать, это граждане с наименьшим уровнем дохода. Поэтому это не должно никого шокировать, мне кажется, если до 25 лет примерно понятно, что вы еще не обладаете, после 45 лет социальная проблема, в рамках пенсионной реформы мы опять же понимаем, что это будет и дальше давить на заинтересованность работодателя в молодежи. И вы должны стать гораздо более конкурентными…

Петр Кузнецов: Да, там целая категория появляется.

Константин Ордов: Конечно. То есть тут рисков предостаточно, с ними надо уметь бороться.

Ольга Арсланова: Послушаем наших зрителей. У нас на связи Тула, приветствуем Лидию. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хотела поделиться. У меня внук в 2017 году окончил колледж по специальности «Станки ЧПУ». На практике он был в нашем заводе КБП. По окончанию он опять туда подал, написал анкету, ему сказали: «Пусть в армию сходит, потом». Он в армии отслужил год, в ноябре вернулся, 22-го ноября, 26-го подал заявление опять в этот завод, опять написал анкету. Ему сказали: «Ждите звонка». Он где-то неделю ждет, идет туда. «Ждите». Потом, значит, каждый раз ему говорят «ждите». Потом говорят: «Ваши документы передали в Щегловскую засеку, это филиал КБП». После Нового года он туда пошел, говорят: «Ой, а мы забыли про вас». Сейчас, где-то 14 января, он опять туда пошел. Вы представляете, никакого движения. Он уже две анкеты написал.

Ольга Арсланова: И так и не может устроиться, да?

Зритель: Нет, нет. По специальности…

Ольга Арсланова: Можно какой-нибудь совет дать попробовать от рекрутера?

Петр Кузнецов: Раз у нас есть конкретный случай.

Александр Ветерков: Безусловно, активность внука – это очень полезное качество. Действительно, если у работодателя большое количество кандидатов, то активность соискателя сподвигает работодателя рассмотреть именно его и принять на работу либо пройти на следующую стадию собеседования. Если говорить о конкретном регионе Тулы и об этой профессии, она действительно достаточно востребована. На мой взгляд, не должно быть каких-то существенных, глобальных проблем с поиском работы. При этом рабочие профессии востребованы не только в Туле, но и во многих других регионах. В принципе если есть столь активная позиция у внука, то он может рассмотреть и варианты переезда либо в близлежащие города, либо в другие регионы с производством, где очень активно работодатели, прямо чесом собирают всех выпускников определенных либо колледжей, либо ВУЗов, для того чтобы они к ним смогли трудоустроиться.

И я в дополнение по поводу активности и смены позиций хотел бы что еще сказать. Действительно нужно быть готовым текущему выпускнику поменять за свою жизнь 3-4 профессии, то есть это уже становится нормой. Раз в 10 лет в принципе готовность поменять профессию и свою жизнь – это такая позиция, к которой нужно быть готовым, получать дополнительные навыки, дополнительные навыки, образование, в том числе переквалифицироваться.

Ольга Арсланова: А скажите, вот человек, который меняет свою профессию в уже сознательном возрасте, не проигрывает ли в конкурентной борьбе тем, кто более основательно этому учился на протяжении многих лет? Потому что переучиться быстро – это не то же самое, что учиться несколько лет в ВУЗе.

Александр Ветерков: Вот у нас был сейчас сюжет, связанный с флористом, когда девушка отучилась на бухгалтера, а потом пошла работать флористом. Есть так называемое призвание, и когда очень часто в школьные годы выбирается профессия, не отдавая себе отчета, реально к чему я готов и чего я хочу.

Петр Кузнецов: Да даже не понимают просто, куда они идут.

Александр Ветерков: Не понимают, да, то есть указали родители, а родители у нас, как правило, указывают три профессии стандартные – юрист…

Ольга Арсланова: Указывали по крайней мере до некоторого времени.

Александр Ветерков: Указывали, и на самом деле это продолжается, три профессии очень стандартные…

Ольга Арсланова: То есть по-прежнему промахиваются?

Александр Ветерков: По-прежнему у нас юрист, стоматолог и врач какой-нибудь либо экономист. На адвоката надо учиться, как все говорят. Поэтому, когда он уже стал выпускником, пошел поработал, попробовал либо походил на собеседования и не получилось, в принципе он уже более зрело может перейти к определению реального своего призвания и получить это образование.

Петр Кузнецов: Но это больше все-таки туда, к творческим куда-то делам, успешная переквалификация?

Александр Ветерков: Да, успешная переквалификация либо к творческим делам. Но я вам могу рассказать историю из своей как раз жизни, когда со мной в институте учился и закончил мой одногруппник, специалист по ракетостроению и управлению в сфере авиационного строения, отработал достаточно много лет…

Ольга Арсланова: …по специальности.

Александр Ветерков: …по специальности, да, а потом переобучился, например, на пилота самолета, в настоящий момент он летает. Была у человека мечта, и смена из управления или производства, разработки, из инженерной специальности в летчики, в пилоты – это вообще кардинальная смена, и тем не менее он успешен, очень даже применим и востребован сейчас. То есть в принципе можно переучиваться и на другие профессии. Да, когда вы учитесь на врача и проходите сначала 6 лет обучения в институте, потом ординатуру, это сложно, но тем не менее есть примеры людей, которые поступили учиться на врачей в возрасте 30 лет, например, и тоже становятся достаточно востребованными диагностами.

Петр Кузнецов: Но все равно, согласитесь, для этого нужен какой-то внешний вызов, просто так не возьмешь, не поменяешь просто потому, что надо, как вы сказали, 3 раза за жизнь…

Александр Ветерков: 3 раза за жизнь нужно быть готовым поменять профессию. Да, это сложно, но тем не менее к этому надо быть психологически готовым. Если не получается что-то в текущей профессии, посмотрите вокруг, посмотрите, где могут ваши навыки быть применены в другой среде или в другой сфере.

Ольга Арсланова: Послушаем Алексея из Орловской области, узнаем его историю. Здравствуйте, Алексей, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Алексей.

Зритель: Да, это Орловская область, город Ливны.

Петр Кузнецов: Да, мы знаем, говорите.

Зритель: Вот я смотрю вашу передачу, потом все еще раз изложил еще до этого, просто «опущаете» все. У меня двое детей, например, я уже пенсионер.

Петр Кузнецов: Так.

Зритель: Дочь у меня технолог промышленного образования, институт закончила орловский; сын закончил юридический.

Ольга Арсланова: Так.

Зритель: И никто из них не может поступить никуда.

Ольга Арсланова: Как вам кажется, это с чем связано? Образование низкого уровня, проблема конкретно в вашем регионе?

Зритель: Вы знаете, Орловский университет очень сильный, он старый, давно уже работает, и все равно в принципе нужно, как они называются, время работы.

Петр Кузнецов: Вы, пожалуйста, сделайте телевизор потише, вы просто ждете, пока вы проговорите по телевизору, поэтому у нас получаются задержки такие и эхо еще.

Зритель: Я смотрю. Я не знаю.

Ольга Арсланова: Понятно, то есть почему, непонятно.

Петр Кузнецов: Смысл в чем? Вы вините в этой ситуации кого? Виноваты все кто угодно, но не ваши родственники, которые не могут куда-то устроиться, правильно?

Зритель: Да нет, нет. Я никого не виню.

Петр Кузнецов: Вы просто обозначаете ситуацию. Спасибо, Алексей из Орловской области.

Ольга Арсланова: Понятно, спасибо.

Петр Кузнецов: Очень много сообщений из Ленинградской области: «Посмотрите, сколько народу уезжают за границу. Самое обидное, что очень много людей образованных будут работать во благо другой страны». «Молодежь бежит за рубеж, – это Москва и Московская область. – «Работать у нас негде». А что, получается, за рубежом проще найти работу?

Петр Кузнецов: Проще? Я в этом сильно сомневаюсь, особенно для эмигранта.

Петр Кузнецов: Вы согласны с тем, что у нас очень много молодежи уезжает за рубеж?

Константин Ордов: Я не думаю, что это стоит связывать с молодежью. Я думаю, что профессионалы склонны, но мы с вами понимаем, что профессии будущего, как правило, не обременены необходимостью привязаться к конкретному технологическому циклу, производству, тем самым это повышает спрос на эти рабочие руки, на эти мозги. И в этом смысле как раз профессии будущего хороши, что вы не обязаны жить в Орловской области, не обязаны жить в каком-то другом регионе. На сегодняшний день… Вот мы услышали, к сожалению, наш последний телезритель не рассказал всех подробностей истории…

Ольга Арсланова: Он говорит, что не знает, почему так.

Константин Ордов: Но было бы, мне кажется, важным узнать, каким образом, собственно, его дети пытались найти работу. Не надо бояться новых технологий в наше время с вами. Дистанционные средства рассылки резюме, в том числе опять же поиска вакансий, убеждение в том, что вы им соответствуете, – вот что главное. Вы просматриваете вакансии и видите, какие требуются от вас знания, опыт и еще что-то, чему вы можете со временем соответствовать, это правильный путь.

Ольга Арсланова: А вы, наверное, уже на уровне студента старших курсов примерно понимаете, у кого есть шанс пробиться, устроиться на хорошую работу, а у кого мало? Какими качествами первые обладают?

Константин Ордов: Ну мы селекцией не занимаемся, у нас, к сожалению, с вами пятибалльная система…

Ольга Арсланова: Но, наверное, виден же вот этот потенциал студента.

Константин Ордов: Иногда в оценках тоже проявляется в том числе и отношение преподавателя к уровню знаний студентов. Как правило, все-таки работодатели несильно уж точно до вкладыша доходят, смотрят лишь на то учебное заведение, которое закончили, и уже современные, как мы с вами поняли, веяния связаны с тем, что и само учебное заведение перестает иметь определяющее и единственное значение. Так что тут не стоит комплексовать: где бы и что бы вы ни закончили, не стоит себя ограничивать только тем регионом, в котором вы живете, и уж точно не стоит думать о том, что жизнь, так сказать, закончилась на этапе получения диплома без всякой возможности у вас найти себя в том числе в качестве флориста, например, но это какая-то экзотика.

Ольга Арсланова: Вот зритель наш пишет, смотрите: «5 лет работал товароведом, 10 бухгалтером, 10 кредитным экспертом, в 45 лет закончил институт и теперь я журналист. Все в удивлении», – есть и такие у нас зрители.

Петр Кузнецов: У нас еще звонок, давайте послушаем Александра из Петербурга. Александр, вы с нами, да? Добрый вечер.

Зритель: Да, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Пожалуйста.

Зритель: Очень хорошая передача у вас, как обычно все говорят, но это ладно.

Ольга Арсланова: Спасибо вам.

Петр Кузнецов: Мы ставим галочку себе каждый раз.

Зритель: Вот у меня… Мне, грубо говоря, 53 года, сыну у меня сейчас исполнилось 18 лет. Учится он в колледже. Неважно, на кого он учится, я думаю, что…

Ольга Арсланова: Нет, это интересно, конечно.

Петр Кузнецов: В рамках этой программы и этой темы важно как раз.

Ольга Арсланова: Расскажите, пожалуйста.

Зритель: Наладчик ЧПУ.

Петр Кузнецов: Почему сейчас стыдно это признавать? Как-то так получается, что вы застеснялись. Так, продолжайте.

Зритель: Да нет, я не застеснялся…

Петр Кузнецов: Нет, нам как раз Воронежская область пишет: «Вокруг одни тупые менеджеры, а где токари, ремесленники, врачи от бога?»

Зритель: Нет, дело в том, что там 4 года учиться, сейчас он на третьем курсе учится. На четвертом курсе у них там вроде будет полноценная практика, но я точно не знаю. Знаете, я вообще стараюсь…

Ольга Арсланова: Так. И в чем ваше волнение главное?

Зритель: По поводу того, что сейчас он на практику, допустим… Он должен сам искать.

Петр Кузнецов: А кто за него должен искать?

Зритель: Нет, ну раньше вроде как… Я учился, допустим, меня направили на практику куда-то по распределению, я там на заводе, на фабрике, неважно где, я учился там, чего-то мне там… Неважно, как я учился и что. А сейчас у нас что получается? Он должен сам искать.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо большое.

Петр Кузнецов: Мы сейчас попробуем это выяснить. Но Министерство образования уже открестилось от распределения, о котором сейчас говорил…

Ольга Арсланова: Говорят, что… Мне кажется, очень многие россияне были бы не против вернуть эту советскую систему, потому что она гарантировала трудоустройство, стабильность.

Петр Кузнецов: Там было сказано, что в нынешних экономических условиях это просто очень трудно будет сделать.

Ольга Арсланова: Учитывая, сколько у нас бюджетников…

Петр Кузнецов: Какой способ сейчас, какой метод сейчас может быть?

Константин Ордов: Это надо вернуться в другую экономику, там вам и гарантировали среднюю заработную плату, не дай бог вам получить выше, вы ее не могли заработать, вы не могли, например, в случае своих каких-то совершенно отличительных способностей рассчитывать на большую оплату. Вы так же легко могли, собственно, оказаться в Норильске по распределению, где угодно. Это некая армейская централизованная система. Я боюсь, что мы от нее отвыкли, мы уже забыли о всех негативах и вспоминаем только положительные опыты, которые были в этой связи.

Сегодня Министерство образования и не пытается возродить, и это тоже представляет собой определенную проблему в связи с потерей взаимосвязи между работодателями, спросом на профессии и собственно подготовкой высшей школы в частности. Ее преодолеть каким-то образом все равно необходимо, и я боюсь, что здесь единственный способ – это снижение роли и доли государства, как раз именно бизнес должен взять часть ответственности, часть финансирования и часть как раз дивидендов от этих результатов, которые получатся от подготовки студентов по их профилям, по их специальностям, по их заказам.

Ольга Арсланова: Но тем не менее пока что государство очень активно представлено в нашей экономике, очень много бюджетных мест. Почему бы не трудоустраивать на эти места действительно студентов, которые достойны этого, например? Не всех, а отличников только.

Александр Ветерков: Вот если посмотреть на тенденции, мы видим, что реально достаточно большое количество особенно родителей заинтересованы в будущем в системе распределения, как раз все вспоминают о том, что раньше…

Ольга Арсланова: Все хотят пристроить своих детей куда-нибудь, конечно.

Александр Ветерков: Да, раньше было вот таким образом. Но есть прекрасная программа так называемого целевого найма, когда будущий работодатель готов оплатить ваше обучение в ВУЗе по определенной профессии с тем, что вы отработаете у него достаточно долгий период времени после окончания ВУЗа. И мы видим, когда общаемся с такими работодателями, что они тоже жалуются, что они не могут найти потенциальных школьников, которые пойдут учиться в определенный ВУЗ и потом отработают на этого работодателя. Вот мне кажется, что стоит задача состыковать реального выпускника школы, который в настоящий момент еще не знает, куда пойти работать и о котором беспокоятся родители и думают о системе распределения, и такого работодателя, который готов оплатить его обучение. Это будет прекрасный тандем, который сократит количество выпускников, которые остались без работы. То есть есть задача, наверное, у служб занятости популяризировать такие профессии, и то, что делают большое количество работодателей, об этом просто должны узнать.

Ольга Арсланова: Понятно.

Еще один звонок у нас.

Петр Кузнецов: У нас на этот раз Астрахань и Татьяна оттуда. Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня, конечно, такой же точно вопрос, как и у всех, видимо, родителей. У меня закончил в 2018 году нефтяной институт – бакалавриат, магистратуру, – и нигде, конечно, не устроиться на работу. Мы везде подали резюме, во все нефтяные компании, но нам отвечают: «Нет практики». Какая практика после института? Вот ответьте мне это, ну?

Правильно здесь идет вопрос о том, что по распределению… Вы сейчас говорите про школьников – какие школьники, это все… Он бакалавра закончил, поступил в магистратуру, это вроде не институт и не полуинститут. Закончил магистратуру – опять работы также нет, ну? О чем вы здесь сидите сейчас говорите, эксперты, когда я все это прошла? – работы нигде нельзя найти, везде разослали резюме: «Дайте практику» или «Дайте «корочку» оператора». Какая «корочка», если он в институте учился, «дайте «корочку» оператора». Это вообще… Вообще действительно вспоминают, у меня и сын, и дочь закончили нефтяной в Грозном, по распределению пошли. Да, сейчас почему нельзя этим? Да пусть он идет в нефтяную компанию…, – нигде резюме не принимают.

Ольга Арсланова: Спасибо. Что делать?

Петр Кузнецов: Спасибо. Как решать проблему с этим звеном первоначального работодателя, который готов брать без опыта, пусть даже с красным дипломом?

Александр Ветерков: Красный диплом на самом деле очень востребован.

Ольга Арсланова: Серьезно?

Александр Ветерков: Да.

Ольга Арсланова: Его кто-то вообще смотрит?

Александр Ветерков: И вот это, наверное, кроме образования, если вы напишете в резюме, что диплом красный, действительно у вас очень рождаются большие перспективы, но это отвлечение.

Если зрителю из Астрахани отвечать, то обратите внимание, что на большом количестве работных ресурсов присутствует такая тема, как «Стажировка». В настоящий момент я специально перед эфиром посмотрел, в районе 50 тысяч стажировок опубликовано в совокупности на всех job-бордах, на работных ресурсах. И в принципе туда…

Петр Кузнецов: Это практически все сферы охватывает? Когда я слышу о стажировках, я сразу токарный станок представляю, дальше уже как-то не получается.

Александр Ветерков: Вот как раз наоборот, стажировки, как правило, публикуются инженерные вакансии. Здесь как раз был запрос, насколько я понимаю, «дайте «корочку», инженерная профессия, насколько я понимаю, в Астрахани невостребована была у кандидата, а была востребована профессия оператора, и это можно тоже получить, пройдя какие-то дополнительные курсы. Зайти, выбрать стажировку в своем регионе либо в соседних регионах, быть готовы к переезду, отправить свое резюме, и работодатели готовы брать очень много к себе на стажировку.

Надо отметить, что стажировка – это невысокооплачиваемая работа, а достаточно часто она вообще без оплаты, но это кратковременный период работы (около месяца), в результате которого работодатель выбирает себе из 10-15 кандидатов, которые у него прошли стажировку, 3-5, которые у него будут дальше работать. Стажировка – это первый опыт работы, который можно будет указать уже в резюме как опыт, что вы поработали в какой-то компании, с ним уже иметь возможность устраиваться на работу в другую компанию аналогичного сектора.

Ольга Арсланова: Давайте посмотрим, что отвечали жители наших городов нашим корреспондентам на вопрос, работают ли они по специальности, на кого учились, получилось ли реализоваться в этой профессии.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Константин, вам как профессору вопрос: нет ли здесь проблемы в качестве образования в целом? Работу все сложнее найти по специальности, потому что в целом падает уровень образования в России?

Константин Ордов: Ну не заняться самобичеванием было бы, наверное, самым плохим в этой ситуации. Тем не менее мы всячески работаем над этим. Но важно понимать, важно это в динамике отслеживать. Я помню, в 1999 году, когда я закончил свой первый ВУЗ, статистику если мы посмотрим, меньше 5% выпускников находили свою будущую работу по специальности. Сегодня мы говорим, что эта цифра достигает примерно 20% выпускников. Поэтому здесь важно посмотреть, что динамика существует. Министерство образования и вообще система образования не может ежесекундно измениться, поэтому требуется какое-то время, для того чтобы, собственно, вот эти все процессы проявились.

Но мы на сегодня с вами видим, что количество бюджетных мест, к сожалению, сокращается, количество небюджетных мест увеличивается, и люди начинают голосовать рублем. Если вы плохо готовите, если вы готовите невостребованные специальности, то поверьте, к вам завтра не придут новые абитуриенты. То есть это система, которая даст свои плоды еще зачем 5-10 лет, и мы станем еще ближе к работодателям, и работодатели также смогут активнее использовать программы финансирования, подготовки для себя рабочих кадров, которые позволят и нам понять, какие же профессии для них являются наиболее привлекательными. Поэтому здесь система реформирования не одним днем живет, и она происходит. Надо немножко подождать. Вопрос только в том, будут положительные результаты достигнуты или нет, – зависит от наших обоюдных желаний добиться их.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, как работодатели реагируют на разные специальности, разные ВУЗы? Бывает такое, что говорят: «Нет, вот оттуда и еще с этой специальностью даже не предлагайте»? Или наоборот.

Александр Ветерков: Я хотел бы добавить, что на самом деле выпускники ВУЗов, мы говорим, что они не могут найти работу по специальности, – когда мы делаем опросы (в том числе на проекте «Учеба.ру», который у нас присутствует), они говорят о том, что они не планируют работать по специальности, так отвечает каждый третий. То есть выбирая в настоящий момент высшее учебное заведение, в него поступая, он сразу понимает, что, отучившись, каждый третий не пойдет работать по специальности. Если говорить о работодателе, то работодатели безусловно смотрят на рейтинг ВУЗов. Понятно, что есть рейтинг в каждой специальности ведущих ВУЗов. Есть ВУЗы в логистике, есть ВУЗы в технических профессиях. Они выбирают и смотрят в первую очередь, если это будущий их сотрудник и только текущий выпускник, то, конечно, выпускник МГУ имеет больше шансов трудоустроиться на работу, чем выпускник какого-то регионального ВУЗа. К сожалению, это так.

Петр Кузнецов: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Спасибо вам.

Петр Кузнецов: У нас в большой теме сегодня были Константин Ордов, профессор РЭУ имени Г.В. Плеханова, и Александр Ветерков, генеральный директор сервиса «Работа.ру».

Константин Ордов: Спасибо.

Александр Ветерков: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео