Константин Ордов: Наши зарплаты связаны с размером экономики. Пока наши амбициозные сограждане реализовывают свои идеи за рубежом - теряем мы

Константин Ордов: Наши зарплаты связаны с размером экономики. Пока наши амбициозные сограждане реализовывают свои идеи за рубежом - теряем мы
Кого и как учить? Китайцам въезд запрещён. Хакеры атакуют банки. Опасен ли 5G? Передел рыбного рынка. Индексация для работающих пенсионеров
Сергей Лесков: У нас очень неравномерное распределение ресурсов по стране. Где-то не хватает рабочих, а где-то работы. Это беда!
Сергей Обухов: С тех пор, как отменили индексацию работающим пенсионерам, их количество резко сократилось. Стало меньше налогов и отчислений в ПФ
Герман Зверев: В стоимости рыбы - 35% отпускная цена рыбака. Остальное - это перевозка и ритейл
Татьяна Овчаренко: У сбытовых компаний манера обсчитывать и начислять долги просто фантастическая!
Как оплачивают счета в глубинке, где нет почты и денег на интернет?
Валентина Иванова: Норматив школьного питания вырос вдвое – до 75,6 рублей. Но есть проблема ежедневного контроля качества и разнообразия рациона
Почему наши мегаполисы превращаются в гетто?
5G убьёт абонента? Действительно ли высокочастотные сети провоцируют онкологию?
Пассажир, выключи музыку! Надо ли запретить использовать в транспорте гаджеты без наушников?
Гости
Константин Ордов
профессор РЭУ им. Г.В. Плеханова, доктор экономических наук

Тамара Шорникова: Провокационный вопрос. Сколько стоит счастье?

Иван Князев: Счастье за деньги не купишь, Тамара.

Тамара Шорникова: За те, что мы с тобой получаем, Ваня, – возможно. Скорее всего даже. Но если помечтать…

Иван Князев: Тут уже за нас помечтали, кстати, дорогие россияне. Они – вы, точнее, – рассказали нам, сколько денег в месяц вам достаточно, чтобы чувствовать себя счастливыми. В среднем 161 000 руб.

Тамара Шорникова: Мы провели свой опрос. Решили выяснить, какая она – зарплата мечты – у вас. Суммы приходили разные. Кому-то и 20 000 хорошо, а кто-то мечтает о полмиллионе в месяц.

Иван Князев: Красиво жить не запретишь. На чем большинство-то сходится?

Тамара Шорникова: От 80 000 до 100 000 в месяц сделают счастливыми. Самые невысокие запросы – в Пензенской, Рязанской, Курганской областях и в северокавказских республиках. В СМС из этих регионов зарплата в 20 000 – 30 000 руб. – мечта.

Иван Князев: В 5 раз больше хотят в Брянской, Ульяновской областях. Желаемый доход здесь от 150 000, в Магадане выше 160 000, на Чукотке 180 000 в месяц. Но тут понятно: Крайний Север, там и цены ого-го, помидоры по 600 руб. И мечты поэтому вынужденно смелые.

Тамара Шорникова: А вот в Новгородской области мечтают просто так, и сразу махом. И помидоры тут дешевле: 100-120 руб. килограмм. А для счастья нужно больше, чем на Колыме: 200 000.

Иван Князев: Такие реальные цифры. И одна СМС, чтобы помнили, что счастье, как и деньги, сегодня есть, завтра нет. Ростовская область нам пишет: «Чтобы жить, как в годы застоя, тысяч 60-80». Увы, мы тогда не знали, что были счастливы.

Тамара Шорникова: Ждем от вас СМС и звонков с вашими мечтами и реальными зарплатами. Сейчас обсудим, почему между ними огромная пропасть. Поможет нам в этом обсуждении Константин Ордов, профессор Российского экономического университета им. Плеханова, доктор экономических наук. Здравствуйте, Константин.

Константин Ордов: Добрый вечер.

Иван Князев: Здравствуйте, Константин Васильевич.

Тамара Шорникова: Читаешь некоторые СМС, и вспоминается классика, Ерофеев: «И немедленно выпил». Потому что без…

Константин Ордов: Это «Москва – Петушки» его.

Тамара Шорникова: Да. Без крепких антидепрессантов невозможно просто не впасть в депрессию после СМС. Вот смотрите. Прочитаем еще несколько. Например, Воронеж: «Я учитель, зарплата 14 000, не мечтаю о чем-то заоблачном. Хотя бы 25 000».

Иван Князев: В этом как раз таки и вопрос. Меня больше всего вот это заинтересовало, когда я читал огромное количество всех этих СМС, я думал: ну, сейчас люди как начнут фантазировать «Дайте мне миллион, дайте мне миллиард!» Так ведь нет же! Говорят: «Я врач, дайте зарплату 40 000». И как-то начинаешь задумываться: а там слово «мечта», в этой фразе «Зарплата мечты», оно там нормально присутствует? Т. е. это уже напрягает.

Константин Ордов: Ваши результаты как раз говорят о том, что люди менее склонны мечтать в наших тяжелых реалиях экономических, чем, например, вы, да? Полмиллиона, миллиард там, я не знаю…

Иван Князев: Я об этом не говорил. Я уже об этом вообще никогда даже не мечтаю. Я уже реально смотрю на вещи.

Константин Ордов: Но тем не менее, мне кажется, ваш опрос очень научно значим и важен и интересен с точки зрения того, что мы с вами точно знаем, что примерно половина россиян получает в районе 35 000 и меньше. И вот разница между 35 000 и 160 000 – вот это самый такой, мне кажется, в этой ситуации очень расстраивающий фактор. Так как, не знаю, ну в ближайшие 50 лет вот эти люди, которые получают 35 000, а хотели бы получать 160 000, не увидят света в конце тоннеля. Т. е. застой в экономике, к сожалению, препятствует тому, чтобы можно было рассчитывать на такое кратное увеличение заработной платы.

Тамара Шорникова: Вы прямо сейчас сразу крест поставили на всех ожиданиях.

Константин Ордов: Нет, между прочим, я дальше еще бы, если вы позволите, одну минутку хотел бы продолжить рисование вот этой фигуры. Связанное с тем, что – вот давайте попробуем себя поставить на место только что закончившего вуз студента. Для него, например, 160 000 – ну, это… Нет семьи, нет ничего, для него и незачем такие деньги, и не нужны, по большому счету. Для него, может быть, и 60 000, и 80 000, и 100 000 был бы предел мечтаний. А когда мы с вами говорим о пенсионере, у которого 12 000 – 14 000. 160 000 я тоже не думаю, что это его вот этот ценз мечтаний. А когда мы говорим о человеке вполне социально ответственном, с двумя детьми, с женой, то для него 160 000, вполне возможно, являются порогом выживания. Он не может себе позволить 2 раза в год поехать в отпуск. Он не может себе позволить платные услуги медицинские. Образование, может быть, детям с трудом с этими репетиторами можно оплатить. Я просто к тому, что эти 160 000 было бы интересно, насколько люди отвечающие соотносят со своим текущим доходом. То ли эта их фантазия ни на чем не основана, то ли это все-таки небольшое увеличение, которое в рамках экономики можно обеспечить.

Иван Князев: Можем прямо сейчас посмотреть. Вот Нижегородская область: «Пенсия 11 165. Хотя бы 15 000». Иркутская область: «У нас средняя 15 000». Красноярский край: «Мечтаем о пенсии хотя бы 25 000». Это вот о том, что мечтают, и что в реальности.

Константин Ордов: Ну, и эти 160 000, да. Т. е. это не те люди, которые были откровенны в своих фантазиях.

Тамара Шорникова: У нас в стране есть люди, у которых мечты соотносятся с действительностью? Много таких?

Константин Ордов: В любом случае мечтать лучше, чем не мечтать, да? Это совершенно очевидно. И не только юношей надежды питают, да? (Если быть более высокопарным.) И мы с вами понимаем, что… Мне кажется, достаточно еще людей, которые еще не отчаялись ни в текущей экономической политике, ни в перспективах. Россия – одна из богатейших стран мира. И если мы с вами попытаемся пересчитать наши недра в рыночных ценах и на каждого нашего с вами согражданина это отнести, то мы поймем, что и 160 000 это вовсе не верхняя планка зарплаты за год, в случае эффективного использования, и в том числе развития производства, переработки.

Тамара Шорникова: Но как-то привыкли, знаете: недра отдельно, люди отдельно.

Иван Князев: Уже причем давно привыкли.

Константин Ордов: Ну, напрасно. Напрасно. Вот пока мы привыкли, у нас с вами, к сожалению, будет 14 и 160. Такой диссонанс, такая пропасть, которую нельзя перепрыгнуть в два прыжка. Надо все-таки тем не менее какие-то мостики. Пускай даже такие, легкие, для того чтобы мы могли прийти к нашей цели.

Тамара Шорникова: Понимаете, напрасно, не напрасно, – что называется, не мы их копаем. Поэтому и распоряжаться тоже пока никак не можем.

Иван Князев: Виталий к нам дозвонился. Красноярский край. Здравствуйте, Виталий.

Зритель: Красноярский край. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем.

Зритель: Реальные заработные платы не растут у работников, потому что руководящий состав преднамеренно снижает заработные платы, чтобы в конце года получить себе премии большие. За счет снижения реальных заработных плат работникам они получают большие премии. Поэтому у работников заработная плата и не будет расти. Вот я работал на предприятии за 28 000 руб., 12 часов работал, т. е. ни подмены, ни перекуров. И у нас не хватало в смене людей, но нам не доплачивали за то, что мы выполняли норму и сверх нормы план.

Тамара Шорникова: Виталий, подождите, да, вы говорите – снижают заработные платы. Не поднимают – да. А вот насчет снижают: у вас уменьшалась заработная плата, пока вы работали? Она у вас падала?

Зритель: Она не уменьшалась, и она и не росла. Она оставалась: это оклад есть, и все. А я ж говорю: в смене не хватает людей, но нам же не доплачивали за то, что мы норму выполняли.

Тамара Шорникова: Да, все понятно. Виталий, скажите, а вы бы какую зарплату хотели получать? Сколько бы вам нужно было в месяц получать, чтобы вы чувствовали себя спокойно за себя, за семью, комфортно.

Зритель: Я когда подменял начальника смены, я получал 45 000 руб., мне это было хорошо. В районе 50 000 руб. это для меня было, т. е. если бы я работу, тем более, не потерял, то я закрыл бы все свои вопросы.

Иван Князев: Ну, да. Спасибо, спасибо вам, Виталий. Но это в подтверждение того, что мы говорим, о чем люди мечтают. Псковская область пишет, обосновывает: «Чтобы нормально растить детей, ездить с семьей в отпуск, не считать деньги от получки до зарплаты, как говорится, – нужно, чтобы доход на семью из 3-х человек составил хотя бы 80 000 руб.» Брянская область пишет: «Господа, не делайте мне больно!» Ленинградская область: «80 000 – самое оно». Так и написали.

Тамара Шорникова: Многие не пишут, так как не видят смысла в этом. А вот если все-таки попробовать его найти, действительно. Такие опросы же каждый год проводятся. То Минтруд спрашивает, сколько вам нужно для счастья. (Но тут уже с издевкой как будто вопрос.) То SuperJob считает.

Иван Князев: Но вот да, SuperJob понятно, это конкретный портал, который занимается трудоустройством, им просто чтобы понимать ситуацию на рынке. Мы это рассказываем для того, чтобы нашим людям рассказать, например, в Москве, сколько получают в Калуге. Всем остальным вот эта статистика – нашему государству, Росстату, Минэкономразвития – она для чего нужна вообще или нет?

Константин Ордов: Вот ровно с этого мы и начали. С того, насколько это в общем-то – то ли дифференциал, то ли пропасть между ожиданиями и реальными доходами граждан. Насколько наша с вами сегодняшняя реальность с точки зрения доходов домохозяйств отличается от их потребности. Они же не фантазеры, они же не на «Мазерати» хотят ездить.

Иван Князев: Да-да. Нет, мы это увидели, да, то, что они отличаются. То, что фантазии отличаются от того, что есть. Реальные люди хотят на самом деле немного.

Константин Ордов: Да, да.

Иван Князев: Дальше что с этим можно делать?

Тамара Шорникова: Для чего эта информация государству? Оно вообще на нее обращает внимание?

Константин Ордов: Можно дальше более внимательно послушать ваш эфир. Вот последний звонящий совершенно справедливо указал на существующую проблему в России. И по последним опросам примерно 64% респондентов говорят, что они перерабатывают сверх 8-часового графика на работе и им за это не платят ничего. Казалось бы, ну давайте уже добьемся соблюдения Трудового кодекса, да? И это вполне адекватно отразит их трудозатраты уже даже на текущем рабочем месте. Да, это не 160 000. Но каждый человек должен уже начать понимать, ради чего он работает. И насколько его эффективность работы, получается, ему приходит вместе с дополнительными доходами от заработной платы.

Иван Князев: Человек понимает. А тот, кто ему платит, понимает?

Константин Ордов: А его надо призвать к ответственности, если он не понимает.

Иван Князев: Вот! Потому что на самом деле проблема-то нашим телезрителем очень интересная затронута. У нас топ-менеджмент получает очень много. В разы, в десятки раз больше, чем рядовые работники. И этот разрыв только больше и больше становится, увеличивается.

Константин Ордов: Нет, я бы вот с этого не стал начинать. Т. е. мы уже этот путь прошли, когда нам казалось, что социализм и равенство будет являться панацеей от всех бед.

Иван Князев: Да нет, но здесь не только социализм. Я бы не согласился. Я не к тому, чтобы все взять и поделить и уравнять, нет.

Константин Ордов: Так. Тогда к чему вы?

Иван Князев: Но все-таки разница-то большая.

Константин Ордов: Большая, маленькая… Как только вы начнете ее контролировать, на этом закончится в принципе вся легитимность этого процесса. На сегодняшний день, если мы с вами в госкомпаниях считаем, это нормально, давайте с госкомпании начнем.

Иван Князев: Давайте.

Константин Ордов: Давайте там. Давайте частных оставим в политическое, а госкомпании так или иначе начнем ограничивать. И ради Бога, пускай. Почему мы с вами говорим о том, что на Западе, например, топ-менеджеры платят 80% с подоходного налога, а у нас 13%, и никто платить не будет. Если мы вдруг сделаем подоходный налог на людей, которые получают миллионы в месяц, не знаю, 20%-30% процентов подоходный налог, – они платить перестанут.

Иван Князев: Вот мне это каждый раз… Согласен.

Константин Ордов: Вот я к этому и подводил. Это тема, которая должна быть, во-первых, дискуссией в обществе, во-вторых, дискуссией в профессиональном сообществе с точки зрения конкретных изменений. В Налоговый кодекс, правда ведь? В который можно достаточно легко внести. Пока на сегодняшний день мы с вами снизили подоходный налог для иностранных граждан. До 13%. Потому что – почему вдруг иностранный, нерезидент должен платить больше, чем гражданин России?

Иван Князев: Действительно: почему? Да.

Константин Ордов: Действительно. Не живя здесь. Зарабатывая на наших активах. Очень!

Иван Князев: Да. Пользуясь нашими ресурсами.

Константин Ордов: А вот надо и адресовать его, может быть, кому-то.

Тамара Шорникова: Давайте пока выслушаем хороший вопрос от нашего телезрителя. Юрий из Смоленской области к нам дозвонился. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Юрий.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас. Где работаете, сколько получаете? Или другой вопрос у вас есть?

Зритель: Да у меня вопрос один. Сафоново. Средняя заработная плата по Сафоново 12 000 – 15 000. И как на эту сумму прожить?

Иван Князев: Но это средняя. А вы-то сколько получаете?

Зритель: Я получаю от 11 000 до 12 000, работая охранником на заводе.

Иван Князев: А мечтаете… точнее, даже, не будем говорить «мечтаете», а хотите какую?

Зритель: И у меня доплата: я числюсь как в Росгвардии.

Тамара Шорникова: Итого сколько выходит?

Зритель: 12 000. В месяц.

Иван Князев: Ну, а сколько надо? Сколько надо на прокорм, скажем так? Не будем говорить «мечтаете».

Зритель: На прокорм кого? Вас? Или меня?

Иван Князев: Нет, почему нас? Меня – Бог с ним. Вам, вам сколько надо? Вам на жизнь?

Зритель: На прокорм. Вот вы сказали: на прокорм, да? Вы что, у нас … сделаете, да?

Иван Князев: Да я не про это. Я говорил, сколько нужно, чтобы продукты купить, чтобы на питание. Большинство людей сейчас деньги тратят только на продукты питания. Я в этом ключе спросил.

Зритель: Вот именно, я вам про это и говорю. А еще надо одеться, обуться, да?

Иван Князев: Да.

Зритель: Ну вот.

Тамара Шорникова: Поговорили, да. Спасибо большое.

Иван Князев: Да, хорошо, спасибо большое.

Тамара Шорникова: Спасибо Юрию. Давайте, собственно, к Юрию еще подобьем другие ответы от наших телезрителей. Мы спросили, о какой зарплате мечтают жители Челябинска, например. Есть такой герой, нам подсказывают редакторы. И очевидно, что у него спросили это наши корреспонденты. Давайте выясним, что он…

Иван Князев: …Да, что он делает, чтобы эта мечта стала явью. Посмотрим прямо сейчас.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Можно только порадоваться за Дамира. Молодой человек, образованный, и мечтает зарабатывать. И, возможно, у него даже это все и получится. Но ведь у нас много в стране таких же молодых и образованный, которые и мечтают, и хотят, и готовы работать, но это у них не получается. И получится ли когда-нибудь? Что нужно для этого сделать, чтобы ситуация поменялась?

Константин Ордов: Да, амбициозных людей у нас предостаточно. И я даже, ведя свою преподавательскую деятельность, вижу, насколько молодое поколение действительно ищет, оно хочет быть востребованным в этом мире. Они готовы даже, несмотря на то, что магистерские программы, например, платные, они готовы работать, оплачивать. Ради того, чтобы получить эти знания, которые дадут им шанс. Мне кажется, самое важное – нам с вами все-таки не лишать их этого шанса, не говорить о том, что застой в экономике это хорошо. А на самом деле надо дать возможность для того, чтобы экономика развивалась и они могли себя в этом развитии… Собственно, да это все развитие на них должно базироваться. Так что, мне кажется, пока это единицы, но наша с вами зарплата будет больше, поверьте, и наши доходы будут больше, если это станут сотни, тысячи людей, которые будут верить в свой успех и добиваться этого успеха. Потому что наш бюджет, наши доходы – они все так или иначе связаны с размером экономики. И пока эти люди, к сожалению, предпочитают реализовывать свои идеи в Силиконовой долине, еще где-то, – мы теряем. Не они теряют. Они и там найдут себя. А вот мы заинтересованы, чтобы создать для них здесь, и для себя самих, очень комфортные условия.

Тамара Шорникова: Еще один телефонный звонок, из Ульяновской области, Валерия. Давайте послушаем. Валерий, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Я с 1967 года, в общем, занимаюсь заработной платой. В течение 40 лет. И могу сказать… (Это связано со строительством. Как в промышленности, я не знаю.) Пока не будет введена почасовая оплата труда за определенный объем выполненной работы (у нас там в нормативах указано время и т. д. и т. п.), ничего не будет. Сдельная оплата труда – это, я не знаю, это абсурд идет еще с советских времен. Немногие страны, которые работают по так называемой сдельной оплате труда. И к этому же должен быть и контракт. Не на одной страничке «Прошу принять меня на работу», а с описанием всего состава работ по профессии, которую этот человек выполняет. Тогда будет четко. Он будет обеспечен вовремя материалами. Человек пришел на работу, и его не интересует, привезли ли раствор… Как это: «Кирпич бар, раствор – ек!», а потом «Кирпич ек, кирпич».

Тамара Шорникова: Кажется, глушат Валерия. Умные вещи говорит, и связь прерывается.

Иван Князев: Да, связь. Я просто хотел немножко разобраться. А почему почасовая оплата труда лучше той системы, которая есть сейчас?

Зритель: Потому что это сразу исключает больших начальников. Я пришел на работу. Меня обеспечьте материалом, и я буду работать. Не выполнил я норму – значит, со мной должен быть расторгнут контракт. А так – ведь понятие: ты ж ведь не заработал! А в это время, извините, любой руководитель или частный представитель в бане всю ночь – ну, и не вовремя организовал прием. Я пришел на работу. Вот эти все сразу сдель… так называемые… вот эта работа, которые… я сейчас немного волнуюсь… ну, вот пока этого не будет, поверьте, что ничего не получится. Я еще раз повторяю: 40 лет в строительстве, по-всякому было.

Иван Князев: Понятно, да. Валерий, спасибо вам большое.

Тамара Шорникова: Собственно, переадресовываю. А это действительно имеет место и какое-то значение? Потому что деньги как не платили, так и не будут: за 8 часов или за каждый час по отдельности. Нет?

Иван Князев: И я тоже попытался понять.

Константин Ордов: Нет, это проблема учета, во-первых. Во-вторых, это проблема мотивации. Мы с вами если, например, обратимся к американскому опыту, то у них минимальная оплата труда почасовая установлена. Вот у нас за месяц, а у них…

Иван Князев: Я только в кино слышал. 8 долларов в час там или сколько?

Константин Ордов: Примерно, да. И я тоже не сильно и не всегда к ним обращаюсь. Мы просто в России за месяц, и дальше начинаются игры с полставками, с четвертьставками. А у них просто за час. Человек вышел на работу, доказал, что он работал сколько-то часов, – вы не можете ему заплатить меньше, чем. И это в продолжение той проблемы, о которой я сказал: когда у нас переработки не оплачиваются. Есть 8 часов. У человека по должностной инструкции написано, что он должен сделать. Если работодатель его вынуждает работать или, по его мнению, он не успевает, значит, ему дали слишком много обязанностей, и он вынужден задерживаться, – оплачивайте. Это на самом деле очень близко к оплате по часам. А мы с вами, тянем – не тянем, по-другому не сможем добиться роста эффективности, производительности труда, роста эффективности экономики. Если у нас с вами на сегодняшний день мы можем спорить о том, то ли (по разным отчетам) 60% времени работник реально тратит на исполнение обязанностей, а 40% он филонит, то ли не так это все…

Иван Князев: А интеллектуальный труд как оценивать? Вот как там по часам посчитаешь?

Константин Ордов: Не по минимальной ставке, да, в любом случае. Видимо, интеллектуальный труд – там вопрос за час. И будет у вас с работником общение на тему, сколько за час ваше время стоит. Он вас нанимает не для того, чтобы вы сидели и, что делали отчет научный, что кофе приносили ему, примерно по одной ставке, и для него ценность примерно одинаковая усилий в этой области. Пока это сохраняется, это неправильно. А вот когда вы будете понимать, какой объем работ и сколько это должно стоить, и работодатель примерно так же будет оценивать, то, поверьте, он будет экономить, вы будете экономить свои силы. Он будет экономить деньги, а вы будете экономить свои силы. И в итоге вот этот баланс будет найден. Больше того, я читаю теорию игр, финансовый менеджмент у себя в институте. И там есть совершенно странный феномен, когда берут людей, которые могут поднять, например, по 80 кг каждый. Берут двоих – они могут поднять вдвоем на 10% меньше, чем каждый отдельно. Когда мы берем 8 человек, они могут поднять примерно 44% от того, что каждый бы поднял отдельно. Т. е. групповые упражнения подобного рода предрасположены к потере эффективности. И поэтому вот о чем, мне кажется, наш сегодняшний. Вот звонящий хотел сказать, что мы сегодня в России столкнулись с крайне низкой эффективностью, а особенно в государственном секторе. Бюрократический аппарат вообще неэффективен. Поэтому, для того, чтобы осознать: вот вам реальный пример из жизни, когда потеря 60% эффективности от того, что их там набрали чрезмерно и распределили не совершенно понятно между ними ответственность. И для того, чтобы это изменить, нам нужны кардинальные решения. И, может быть, переход на почасовую оплату и будет являться тем структурным изменением, которое полностью реформирует наш подход к оплате труда и к нашему доходу, как следствие.

Иван Князев: Спасибо вам большое. Константин Ордов был с нами на связи, профессор Университета им. Плеханова, доктор экономических наук. Мы говорили о зарплате мечты или, точнее, о том, что хотели бы получать. Спасибо вам.

Константин Ордов: Спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Арсен
Всё это ерунда. У нас полно ресурсов, которые даже по Конституции принадлежат народу, проценты по кредитам увеличивают цены и обогащают банкиров, два или три бюджета лежат в карманах богачей, фонд благосостояния не работает на людей.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски