Коронавирус. Главное

Гости
Михаил Каган
ведущий научный редактор vrachu.ru, заслуженный врач РФ

Виталий Млечин: Ну а мы, как всегда, начинаем с главного – это ситуация с коронавирусом. Число заболевших за прошедшие сутки немного снизилось – выявлено 32 930 новых случаев. Вчера было больше 33 тысяч. Но при этом 1 217 человек умерли. И 36,5 тысячи пациентов выздоровели – это все-таки хорошая новость.

Тамара Шорникова: Да. И есть еще хорошие новости. Первый российский регион достиг целевого уровня вакцинации. Севастополь стал абсолютным лидером по коллективному иммунитету к коронавирусу, показатель превысил 80,5%. Это сообщила вице-премьер Татьяна Голикова.

Виталий Млечин: По ее данным, уровень выше 72% зафиксирован в шести регионах нашей страны: Чукотский автономный округ, Республика Тыва, Карелия, Санкт-Петербург, Москва и Московская область.

Тамара Шорникова: Тем временем власти рассматривают возможность дополнения внесенных в Госдуму законопроектов о QR-кодах, которые позволят получать их не только после вакцинации, но и по уровню антител или свежему отрицательному ПЦР-тесту. Об этом сегодня пишут СМИ.

Виталий Млечин: Ну а в Минцифры заявили, что сертификаты переболевших ковидом уже переоформляются со сроком действия на один год. Ранее такие сертификаты действовали только шесть месяцев.

И еще одна новость, очень свежая, буквально последних минут: Владимир Путин поручил Правительству подготовить план действий для предотвращения распространения нового штамма COVID-19 на территории России. Президент поручил разработать план действий до 7 декабря и особое внимание обратить на повышение эффективности вакцин, а также скрининговых тест-систем для диагностики и раннего выявления вируса.

Прямо сейчас обсудим все эти новости, узнаем о том, что происходит в вашем регионе. Еще раз напомним, как с нами связаться. 8-800-222-00-14 – бесплатный телефон прямого эфира. 5445 – бесплатный короткий номер для ваших SMS-сообщений.

Ну и прямо сейчас побеседуем с Михаилом Каганом, ведущим научным редактором сервиса vrachu.ru, заслуженным врачом России. Здравствуйте.

Михаил Каган: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Давайте, наверное, начнем с самой свежей новости относительно поручения президента. Он велел модифицировать и подготовить вакцины к новому штамму. Насколько это сложный и трудоемкий процесс? И не придется ли вакцинироваться заново тем, кто это уже сделал?

Михаил Каган: Ну, этот процесс занимает время. Сама подготовка вакцины, может быть, не самая долгая из всего этого процесса внедрения, потому что, конечно, вакцина должна быть проверена заново, пусть даже по ускоренной программе, она должна быть заново одобрена регулятором. И ее надо масштабировать в больших дозах, и логистика должна быть создана. Как бы тяжело перепривить миллионы людей. И на это, ну, по таким самым ориентировочным предсказаниям, уйдет как минимум 100 дней. Это, конечно, очень много.

Поэтому надеяться пока на новые вакцины не надо. Может быть, в них еще и нет такой необходимости, потому что мы пока не знаем, обладает ли «омикрон» свойством все-таки уходить от иммунитета больше, чем то может делать «дельта». То, что он заразнее – это, видимо, уже очевидно. А вот эти качества не следуют одно из другого, поэтому может так быть, что он не будет в большей степени уходить от иммунитета, уже наработанного, чем «дельта». И тогда старые вакцины будут работать хорошо.

Я думаю, что они вообще в принципе будут работать, пусть он даже будет в какой-то степени уклоняться от иммунитета, скажем, на 10–20% больше, чем «дельта», но у того иммунитета, который возникает после вакцины, есть большой запас, поэтому от тяжелого течения и от летальных исходов вакцины все равно должны хорошо защищать.

Виталий Млечин: Ну, тут сразу тогда возникает следующий вопрос. Хорошо, «дельта» уходил от иммунитета. Получается, новый «омикрон» тоже будет уходить от иммунитета. Ну, просто если так пойдет, то через какое-то время все-таки появится штамм, который полностью уйдет от этого иммунитета?

Михаил Каган: Нет, конечно, это не факт. Здесь, в общем, нет такой логики. Я думаю, что все-таки мы должны понимать, что наша иммунная система тоже умеет приспосабливаться к вирусам. И когда она уже натренирована определенным вариантом коронавируса, то… Все-таки это один и тот же биологический вид, его разные варианты. То есть наша иммунная система тоже может уже в процессе заболевания приспосабливаться к некоторым изменениям, наблюдать и ощущать то, что антитела нужно немножко подделать.

Поэтому вакцинироваться надо. Это дает определенный задел. И это значительно защищает человека от плохих всяких ситуаций, плохих исходов. Но в меньше степени защищает от самого заболевания. Ну, это уже стало как бы притчей во языцех.

Тамара Шорникова: Михаил Юдович, еще немного о новом штамме «омикрон». Всемирная организация здравоохранения квалифицировала новый штамм как вызывающий беспокойство, в частности, из-за того, что, по первым данным, он легче передается от человека к человеку, чем штамм «дельта». И уже появились определенные предположения вирусологов о том, что он может передаваться по вентилируемому воздуху, потому что обнаружили этот штамм, заболели люди, которые находились в отеле, в специальном отеле на жесткой изоляции, на жестком карантине.

Вот если так, то чем это тогда нам грозит? Поменяются ли требования, которые сейчас действуют? Условно, по маскам потребуются другие, по расстоянию, по дистанцию, потребуются какие-то новые правила для обеспечения безопасности населения.

Михаил Каган: Ну, если мы говорим о том, чему нас может научить эта эпидемия… А мы имеем дело с инфекцией, которая передается воздушно-капельным путем, даже в большей степени аэрозольным способом. Мы можем исторически вспомнить, что в свое время, скажем, эпидемия холеры вызвала необходимость создания современных канализационных систем. Ну, это было несколько веков назад.

А вот тот случай, о котором вы сказали, говорит о том, что все-таки надо совершенствовать системы вентиляции в свете нынешней пандемии и возможных угроз. А ведь когда говорят о том, что может быть какая-то другая пандемия, то речь идет прежде всего о вариантах птичьего гриппа, который тоже передается таким же способом. Поэтому пересматривать требования к вентиляционным системам необходимо, я думаю.

Что касается «омикрона» и ее большей заразности. Ну, здесь нет никаких других способов предохраняться от него, кроме тех, которые мы сейчас используем, для того чтобы защититься от «дельты». Это вакцинация. Это вентиляция. Это ношение масок. Это социальное дистанцирование. Ничего другого нет, каких-то требований. Понимаете, может так быть, что… Европейский Союз, скажем, рассматривает, например, возможность… по-моему, Великобритания, не Европейский Союз, возможность при необходимости ускорить введение бустера, то есть вместо шести месяцев сделать срок – три месяца.

Например, бустер Moderna производится половинной дозой. Есть идеи, которые говорят о том, что, может быть, в свете того, что «омикрон» может захватить всю планету, при ее новых свойствах, может, потребуется вводить бустер Moderna полной дозой.

Тамара Шорникова: Мы сейчас говорим о ревакцинации? Бустер – это третья либо вторая вакцина, если речь идет об однокомпонентной вакцине. Правильно?

Михаил Каган: Да. Может быть, сроки будут изменены для ряда вакцин. Может быть, будет увеличена доза. Имеет значение не только его заразность. Если он вдруг окажется менее подвержен действию антител, нужно будет поддерживать их более высокий титр, поэтому и сроки сокращаются, и, может быть, более высокая доза при ревакцинации будет использована.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем вместе телефонный звонок.

Виталий Млечин: Пора.

Тамара Шорникова: Людмила, Новосибирск. Здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Людмила. Вы в эфире.

Зритель: Алло. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, говорите.

Виталий Млечин: Слушаем вас.

Зритель: Мне говорить нужно?

Виталий Млечин: Да, именно так.

Тамара Шорникова: Да. Слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте еще раз. Скажите, пожалуйста… Вот я вакцинировалась полгода назад, «КОВИД-Вак». Сейчас опять сделала ревакцинацию, опять «Гам-КОВИД-Вак», опять двухкомпонентная. Десять дней прошло, мне 14 декабря вторую делать прививку. Скажите, пожалуйста, я могу заболеть ковидом или нет? Потому что я сейчас чувствую себя неважно. Думаю: может, я ковид подхватила где-то?

Виталий Млечин: Спасибо. Давайте попробуем дать практический совет.

Михаил Каган: Заболеть вы можете ковидом, потому что вакцинация не дает стерильного иммунитета, но вы не должны заболеть тяжело. И в этом основное значение вакцинации и ревакцинации.

Виталий Млечин: Просто если наша зрительница чувствует какое-то недомогание, а ей предстоит второй укол, то как лучше поступить?

Михаил Каган: Ну, надо просто посоветоваться с врачом. Заочно это ведь сложно оценить, причин недомогания много, и не все они являются противопоказанием для ревакцинации. Надо разобраться. Потому что все-таки у человека, у которого есть ковид, есть какие-то данные, которые можно увидеть при осмотре. Ну, врач должен посмотреть как бы, послушать, сделать аускультацию легких, сделать общий просмотр. Это вообще ведь положено делать перед ревакцинацией. Поэтому здесь надо надеяться на компетентность врача.

Тамара Шорникова: И еще одна новость, о которой мы сказали вначале: первый российский регион достиг целевого уровня вакцинации, Севастополь стал абсолютным лидером по коллективному иммунитету, показатель превысил 80,5%. Что это значит для этого региона? Могут ли при достижении такого уровня иммунитета ослабить ограничения в регионе? Или сейчас при общей ситуации это нецелесообразно?

Виталий Млечин: И самое главное – люди могут себя чувствовать защищенными в городе, где 80% уже имеют иммунитет?

Михаил Каган: Я думаю, основное, на чем это должно сказать, – в стационарах города Севастополя должно оказаться меньше ковидных больных, а в отделениях реанимации должна снизиться смертность. То есть такой процент коллективного иммунитета должен сказаться. Но в меньшей степени он скажется на самой заболеваемости, то есть эпидемия от этого, к сожалению, не прекратится. И это уже понятно.

То есть концепция прекратить с помощью коллективного иммунитета совсем эпидемию не срабатывает, потому что «дельта» все-таки может заражать и вакцинированных, и переболевших. Конечно, этот регион теперь более безопасен в плане того, что заражаться будут люди меньше. Но мы знаем, что Севастополь – это ведь одно из мест туризма. Понимаете?

Тамара Шорникова: Да.

Михаил Каган: И когда мы говорим о 500-миллионом городе и о том, что там 20% иммунитета не имеют, то это все-таки… то есть о 500-тысячном городе, с населением в 500 тысяч человек, и говорим о том, что 20% там не имеют иммунитета, то это 100 тысяч человек. Если туда будут еще десятки тысяч людей приезжать, скажем, в качестве туристов, то, конечно, перемешивание людских масс создает все-таки риск заражения и жителей города тоже.

Если бы это был какой-то город изолированный все-таки ото всех регионов, где не достигнуто такого коллективного иммунитета, то тогда жители могли бы чувствовать себя спокойно. Но это все-таки одно из мест туризма, понимаете, поэтому тут требования должны быть более высокие, чем к обычному региону. И здесь, конечно, надо стремиться достичь иммунитета в 90%, и тогда более или менее спокойно себя чувствовать. Это с моей точки зрения.

Виталий Млечин: Михаил Юдович, а как вы относитесь к тому, что сертификаты переболевшим будут оформлять теперь на год, а не на полгода? Вы считаете, что это своевременная такая инициатива?

Михаил Каган: Понимаете, здесь, видимо, хотят уравнять переболевших с вакцинированными, потому что иначе получаются разные ситуации, какие-то неясные, ведь после вакцинации сертификат действует год.

Вы знаете, везде, в экономически развитых странах, скажем, вот эти сертификаты… Людям объясняют: «Это мы сейчас даем такой срок, но вполне возможно, что он будет сокращен в зависимости от эпидемической обстановки». Поэтому если, не дай бог, эпидемическая обстановка будет ухудшаться по тем или иным причинам, в том числе из-за того, что может измениться вирус, то, может быть, сроки сертификатов будут пересмотрены. Пока сейчас считается, что года достаточно.

Тамара Шорникова: Просто это противоречит рекомендациям того же Роспотребнадзора о ревакцинации через полгода. Условно, люди, которые и к первой вакцинации подошли, скажем, с таким сомнением, может быть, кто-то посчитал, что он вынужден, потому что ужесточили правила на работе, в городе, в регионе, поэтому пошел вакцинироваться. Но если у него сертификат на год, зачем ему через полгода снова идти за прививкой? При этом…

Виталий Млечин: И самое главное… Извини, пожалуйста. Самое главное же то, что считается, по крайней мере, и постоянно нам об этом говорят, что естественный иммунитет не такой сильный, как иммунитет от вакцины. А получается, что сейчас все-таки тем, кто переболел, дадут сертификат на год, и тогда люди точно не захотят прививаться в течение этого года. Получается, что фактически они будут более…менее защищены от вируса, чем те, кто все-таки привьется.

Михаил Каган: Ну, я думаю, что мы немножко рассуждаем уже все-таки с позиции антиваксеров. Все-таки мы все прививаемся не ради сертификата, а ради собственного здоровья, да? Поэтому…

Виталий Млечин: Но, к сожалению, людей, которые прививки, их достаточно много. И совсем их сбрасывать со счетом не получается.

Тамара Шорникова: А в итоге от этого зависит безопасность общества, потому что рядом будут ходить люди, которые могут с легкостью заразиться вновь, потому что, действительно, прошло уже достаточно времени.

Михаил Каган: Да, я с этим согласен. И если моя точка зрения… Я не хочу здесь вступать в противоречия с официальной точкой зрения, но я бы делал сертификаты длительностью шесть месяцев, и именно для того, чтобы побуждать людей вакцинироваться. Но все-таки как бы у нас нет, понимаете, пока обязательной вакцинации, и вы во многом рассчитываем на сознательность людей.

Я думаю, что те, кто уж такие ярые антиваксеры, их вот эти моменты с сертификатами не очень побуждают тоже идти вакцинироваться, и они каким-то образом умудряются жить, невзирая на QR-коды, может быть, испытывая лишения, но не вакцинируясь.

Виталий Млечин: Ну да, ярых – точно. Но тех, кто сомневается, возможно, это как раз может подтолкнуть, чтобы подольше не вакцинироваться.

Михаил Каган: Да, я согласен с этим.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем Людмилу из Ростовской области теперь. Здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем.

Зритель: Я бы хотела доктору задать вопрос.

Виталий Млечин: Давайте.

Зритель: Помимо вакцины от гриппа, от коронавируса, мы с мужем еще и ревакцинацию сделали. Мы еще сделали в январе 2021 года вакцину от пневмококка, но сделали от штамма «Превенар 13». Хотелось бы задать вопрос доктору: как долго она действует? Через год еще делать нам? Вот в январе уже будет год. На сколько ее как бы хватает?

Виталий Млечин: Понятно, ваш вопрос понятен. Спасибо большое.

Михаил Юдович?

Михаил Каган: Я думаю, что вакцинация от пневмококка – хватает одноразового введения людям, которые уже взрослые и которые обычно при 60+ должны делать эту вакцину. Одного раза хватает, нет необходимости ее в ближайшее время повторять.

Тамара Шорникова: Нам пришло сообщение. Конечно, любопытное слово. Я просто сейчас даже начала его проверять по Интернету – «ойганайзер». Ну, мне кажется, что, судя по логике, это как раз средство для обеззараживания воздуха. Почему так его в сообщении называют? В общем, сообщили: «Установили вот такие аппараты мобильные, – видимо, для обеззараживания воздуха, – в общественном транспорте». И просят, вернее, говорят, что, может быть, было бы здорово, если бы такие же везде стояли: в аптеках, в школах и так далее.

Виталий Млечин: Да.

Тамара Шорникова: А вот с профессиональной точки зрения, насколько можно чувствовать себя безопасным в таком помещении, где этот прибор стоит? Он действительно сильно помогает? Или все-таки больше для успокоения души?

Михаил Каган: Мы знаем, что обладают все-таки эффектом и широко используются, скажем, в медицинских учреждениях ультрафиолетовые облучатели воздуха. Но они требуются закрытого типа, чтобы они не представляли опасности для людей. Точно так же… Я не знаю, каким именно веществом это делается. Вещество должно, естественно, получить разрешение от Роспотребнадзора в плане безопасности и в плане того, что оно на самом деле эффективное.

Я не обладаю информацией, что есть какие-то такого рода вещества, кроме ультрафиолетового облучения, которые способны обеззараживать воздух именно от ковида. Поэтому я не могу на этот вопрос ответить точно. Я не знаю, не фейковая ли это информация. Понимаете?

Тамара Шорникова: Понятно.

Михаил Каган: В медицинских учреждениях никакие распылители подобного рода не используются.

Тамара Шорникова: И тоже новость: сегодня Минздрав якобы расширит список противопоказаний к вакцинации. Обновленный список должен появиться к середине декабря. Пояснили, что перечень факторов для метотводов взаимосвязан со список противопоказаний к вакцинации конкретным препаратом. То есть, видимо, уточнят, какие есть противопоказания для «КовиВака», для «ЭпиВакКороны» и так далее, потому что отличаются по методу и свойствам вакцины.

В одном из списков я увидела противопоказание: возраст до 18 лет. При этом мы знаем, что сейчас активно испытывается вакцина для подростков. Так все-таки есть ли какое-то единое мнение в профессиональном сообществе? Нужно ли сейчас в срочном порядке, в обязательном порядке прививать детей? Или все-таки пока есть какие-то сомнения?

Михаил Каган: Детей прививать нужно по многим причинам. И такими причинами является то, что все-таки новые штаммы представляют опасность для детей, особенно для подростков. Мы знаем, что с вариантом «дельта» госпитализация детей в разных странах, в том числе и в нашей стране, повысилась от 5 до 10 раз. То есть это говорит о том, что теперь ковид уже не столь безобиден для детей. Мы знаем, что он может представлять опасность для детей в острый период. Пусть реже, чем для взрослых, но все-таки такие случаи регулярно возникают.

Кроме того, мы знаем, что у детей бывает определенный латентный период, даже при бессимптомном течении ковида бывает так называемый мультисистемный воспалительный синдром, который характерен именно в основном для детского возраста. Механизмы его пока не очень ясны. Это опасное состояние, требующее интенсивной терапии.

Кроме того, мы знаем, что дети могут испытывать и постковидный синдром, в основном в виде нарушения концентрации, утомляемости, это мешает учиться.

Кроме того, мы ведь понимаем, что дети во многом… их счастье и психическое здоровье зависит от того, остаются ли здоровым их близкие и родственники, родители, дедушки и бабушки. Вы знаете, уже к лету 2021 года, скажем, в Соединенных Штатах Америки было 140 детей, которые потеряли одного из своих опекунов, потому что они погибли от ковида. И часто источником такого заражения были дети, которые переносили легко.

Поэтому, исходя из всех этих моментов, детей вакцинировать надо. Но не «Спутником V» их ведь вакцинируют, понимаете. Для «Спутника V» возраст до 18 лет противопоказан. Детей будут вакцинировать «Спутником М», где доза значительно меше, в 5 раз ниже. В этом разница.

Тамара Шорникова: Поняла, да. То есть это противопоказания для конкретной опять-таки вакцины.

Михаил Юдович, еще такой вопрос. Сегодня тоже активно обсуждается разработка и внедрение нового препарата для лечения тревожных расстройств у людей с постковидным синдромом. Отмечается уже врачами, что один из самых таких ярких пунктов именно отложенного эффекта – это как раз измененное психоэмоциональное состояние, тревожность, депрессия и так далее. Наверняка со временем врачи уже больше об этом знают. Какие обследования после перенесенного заболевания нужно пройти? Как уберечь себя, чтобы не нарваться на тот самый long-ковид, как говорят?

Михаил Каган: Ну, от этого не зависит, нарвется ли человек на long-ковид или нет, потому что long-ковид если и возникает, то он возникает, его профилактировать нельзя. Как его лечить? Это пока большой вопрос.

Тамара Шорникова: То есть, извините, какие-то анализы крови или еще что-то не подскажут тебе, что ты, скорее всего, столкнешься с такими проблемами? Это всегда эффект неожиданности?

Михаил Каган: Нет, я думаю, что обследоваться надо тем людям, которые испытывают нарушения самочувствия после ковида. Если человек чувствует себя хорошо и по всем признакам он ощущает себя здоровым, то, наверное, каких-то особых обследований не нужно. Это пока еще не очень разработано и нет каких-то таких жестких рекомендаций. Но человек, который чувствует себя плохо, даже просто он чувствует утомляемость, ему надо, конечно, обследоваться.

И здесь есть просто перечень показатель: общие анализы сдать нужно, необходимо сдать какие-то биохимические параметры, в том числе посмотреть коагулограмму, потому что мы знаем, что ковид может вызывать коагуляционные расстройства, в том числе и в отдаленном периоде. Надо, наверное, электрокардиограмму и, может быть, эхокардиоскопию посмотреть. И потом уже врач по результатам этих анализов должен определить, нужно ли какое-то обследование в направлении той или иной системы.

Многое зависит, конечно, от того, имел ли человек какие-то преморбидные состояния, то есть были ли у него какие-то хронические заболевания, которые могут дестабилизироваться в результате перенесенного ковида. И тогда он требует углубленного обследования уже по своим заболеваниям, для того чтобы их взять под контроль и как-то там подкорректировать терапию. Потому что на самом деле ковид дестабилизирует очень многие болезни. И не только он сам, но и препараты, которые необходимо применять для того, чтобы спасти жизнь. Понимаете?

Например, тот же самый дексаметазон повышает уровень глюкозы в крови, и у больных сахарным диабетом может быть дестабилизация, а у кого-то могут возникнуть тоже какие-то проблемы. И это надо контролировать.

Многое зависит от того, что было в острый период в том числе. То есть это не такой простой вопрос, и он не одинаковый для разных людей.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Виталий Млечин: Приморский край с нами на связи, Татьяна. Добрый вечер, Татьяна.

Зритель: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, слушаем.

Виталий Млечин: Вы в эфире. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Будьте добры, скажите, пожалуйста… Я переболела ковидом два раза. Сейчас просят делать вакцинацию. Если я сделаю сейчас прививку, то получается, что я заболею в третий раз. Получается, что у меня опять начнутся последствия.

Виталий Млечин: Нет, от прививки вы точно не заболеете. А когда вы в последний раз болели? Сколько времени прошло?

Зритель: Прошлый раз я болела в середине июня.

Виталий Млечин: А, то есть уже полгода прошло. Ясно, спасибо большое.

Михаил Юдович, как поступить правильно?

Михаил Каган: Надо вакцинироваться «Спутником Лайт», потому что и третий раз можно заболеть. Пока еще пандемия не так долго длится, мы не знаем, можно ли заболеть четвертый раз, но третий раз заболеть точно можно. И в свете того, что появляются новые штаммы, которые все-таки умеют во многом обходить иммунитет… А мы знаем, что после перенесенных заболеваний иммунитет не у всех гарантированно стабильный, в отличие от вакцины, которая дает, ну, в каких-то определенных рамках похожую степень иммунитета всем, большинству людей, 92%. И этот иммунитет довольно существенный.

А после заболевания не всегда так, потому что если человек болеет легко, у него может быть более низким иммунитет, а если он получает терапию для борьбы с собственной иммунной системой, когда он болеет тяжело, то это тоже может угнетать иммунитет. Поэтому здесь есть определенная непредсказуемость.

Кроме того, и после второго раза все-таки через шесть месяцев напряженности иммунитет может снижаться. Во всяком случае, пока так считается. И это основано на определенном опыте, накопленном за полтора года.

И, конечно, не надо все-таки вакцину возводить в ранг чего-то опасного. Это очень большая глупость, которая почему-то укоренилась в сознании многих людей. От этого надо просто уходить. Есть рекомендации, это сделали эксперты, российские эксперты, есть федеральные клинические рекомендации по этому делу, и надо их соблюдать. Это сделали люди, которые, вероятно, что-то знают. И вероятно, знают больше, чем простой обыватель.

Виталий Млечин: Михаил Юдович, в завершение несколько вопросов, коротко. Человек, который заболел ковидом, сколько времени он заразный?

Михаил Каган: Зависит, видимо, от тяжести состояния иммунной системы. Обычно тот, кто болеет легко, на Западе считается, что заразный в течение 10 дней. Ну, если он 14 дней изолирован, то этого уже обычно хватает. И даже несмотря на то, что у него может быть положительный ПЦР, потому что ПЦР не определяет – живой вирус или мертвый, а он определяет просто сам геном или какие-то его обрывки.

Виталий Млечин: А если человек начал уже себя хорошо чувствовать, никаких симптомов нет, то он уже автоматически становится незаразным? Или бывают случаи, когда человек уже хорошо себя чувствует, но по-прежнему может представлять опасность?

Михаил Каган: Все-таки, конечно, более точно можно это определить, если есть отрицательный ПЦР. Все-таки по прошествии срока. Если через 10 дней у человека отрицательный ПЦР, то я думаю, что можно считать его незаразным.

Виталий Млечин: Спрашивают, как воздействует употребление алкоголя на прививки, если человек, как нам пишут зрители, после первой дозы выпивал, а сейчас предстоит вторая. Как это повлияет на иммунитет?

Михаил Каган: Вы знаете, на самом деле тут есть серьезная проблема, потому что я знаю, что хорошо пьющие люди (а таких в нашей стране достаточно), они избегают вакцины именно потому, что было объявлено, что нельзя употреблять алкоголь при вакцинации. И они боятся, что будут какие-то последствия для их здоровья, именно из-за того, что они не могут не пить, а сделают вакцину.

На самом деле, конечно, ничего плохого для здоровья не произойдет. Просто может быть снижена выработка иммунных механизмов, потому что алкоголь не является полезным веществом, способствующим здоровью вообще. Конечно, иммунитет лучше вырабатывается, иммунная система лучше реагирует на вакцину тогда, когда никаких токсических факторов на нее действует. А алкоголь является токсическим фактором. Кто бы что ни говорил, пользы от него никакой нет.

Виталий Млечин: По поводу псориаза постоянно возникает вопрос: можно ли делать прививку, если псориаз?

Михаил Каган: Вы знаете, это ведь болезнь, где иммунологические механизмы задействованы. И степени псориаза различные, и стадии разные есть. Иногда пациенты получают серьезную иммуносупрессивную терапию при таком генерализованном псориазе. Поэтому здесь нет одного ответа. Здесь надо просто знать стадию болезни, надо знать детали. При всех этих иммунологических болезнях надо знать детали и фазу болезни. Это, конечно, надо решать, я считаю, коллегиально лечащему врачу, иммунологу вот там, где человек живет и где он наблюдается.

Виталий Млечин: Понятно.

Спасибо, спасибо вам большое. Михаил Каган, ведущий научный редактор сервиса vrachu.ru, заслуженный врач России, был с нами на прямой связи.

Есть пара сообщений?

Тамара Шорникова: Есть уверенность, что ждут уже эксперта следующей темы. Через несколько секунд будем обсуждать, действительно, такие тревожные сообщения: в сибирских регионах как будто бы не хватает угля. Даже Следственный комитет уже заинтересовался. Будем разбираться

Виталий Млечин: Да, разберемся. Не уходите!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)