Коронавирус. Главное: пульмонологи назвали симптомы сильного поражения лёгких при COVID-19

Гости
Наталья Царёва
врач-пульмонолог, доцент кафедры пульмонологии Первого медицинского университета им. Сеченова

Иван Князев: В эфире «ОТРажение», мы продолжаем. Марина Калинина с вами...

Марина Калинина: ...и Иван Князев. И прямо сейчас последние новости пандемии.

Иван Князев: Коронавирус ударил по сердечникам и диабетикам, так говорят эксперты, а пульмонологи назвали симптомы сильного поражения легких при COVID-19. Ждем, конечно же, и ваши вопросы нашим экспертам, уникальная возможность, можно сделать это напрямую, позвонив либо написав нам в прямой эфир. Ну а пока немного статистики.

Марина Калинина: Да. Статистика такова: 32 930 заразились COVID за сутки в России. Больше всего заражений в Москве, Санкт-Петербурге и в Подмосковье. 1 217 человек от COVID скончались за сутки.

Иван Князев: Наталья Царева у нас на прямой связи со студией, врач-пульмонолог, доцент кафедры пульмонологии Первого медицинского университета имени И. М. Сеченова. Наталья Анатольевна, приветствуем вас.

Наталья Царева: Здравствуйте, здравствуйте.

Иван Князев: Ваши коллеги называют целый ряд симптомов поражения легких при коронавирусе. Вот как человеку понять, что уже все плохо?

Наталья Царева: Да, действительно, это самый важный вопрос, и каждый должен знать тогда, когда нужно бить тревогу. Ну, во-первых, это лихорадка, которая, как правило, имеет очень высокие цифры. Высокими цифрами считаются выше 38,5 и когда эта лихорадка не очень хорошо поддается на воздействие жаропонижающих средств. Тогда, когда у вас есть одышка, которая беспокоит при вашей обычной физической нагрузке. Ну, например, если человек болеет дома и встает, для того чтобы пройти в соседнюю комнату или в туалетную комнату, и чувствует, что становится очень тяжело дышать.

Ну и, пожалуй, самое главное – это, конечно, показатель сатурации. Я думаю, что этот прибор сейчас есть в доме у каждого человека. Раньше мы говорили о том, что мы все должны иметь тонометры, приборы для измерения артериального давления, сейчас, в эпоху ковид-пандемии, мы все имеем дома пульсоксиметры – это прибор, который измеряет показатель напряжения кислорода в артериальной крови. И если этот показатель становится меньше 94, ну 92–94, вот такой диапазон, то это говорит о том, что проблема выходит из берегов и надо, конечно, обращаться к специалистам.

Иван Князев: А кашель? Просто бывает так, что вроде бы и температура 37, но человек начинает сильно кашлять, и вот непонятно, что делать дальше, бежать уже в больницу сдаваться...

Наталья Царева: Да, спасибо за вопрос. Ну, для нас, я говорю о себе, я пульмонолог, для нас кашель – это, так скажем, наверное, в кавычках, «обычный» симптом. И в принципе сам по себе кашель – это не опасная ситуация, которая требует скорейшей госпитализации. Есть лекарства, которые позволяют облегчить это состояние, и, в общем-то, еще раз подчеркиваю, если нет других грозных симптомов, то один кашель – это не повод для того, чтобы ложиться в больницу.

Марина Калинина: Наталья Анатольевна, а как так может быть, что человек не кашляет, у него температура, одышки нет, когда приезжает врач, слушает, говорит, что легкие чистые, при этом, когда уже температура держится-держится-держится, его привозят на КТ, и оказывается, что у него 35% поражение легких.

Наталья Царева: Вы сейчас обрисовали достаточно типичную картину, и это действительно так. Это связано с тем, что мы имеем дело с вирусным поражением. Именно вирус сарсков2, он и обладает таким необычным влиянием, когда, казалось бы, очень долго мы не видим таких явных признаков, и аускультативно, выслушивая легкие больного человека, мы не слышим тех шумов, тех аускультативных феноменов, которые обычно слышит доктор при пневмонии. Поэтому это, в общем-то, обычная ситуация.

Иван Князев: А почему вообще вот наши легкие, прямо скажем, так поздно сигнализируют нам о том, что уже начинается вот такая тяжелая форма заболевания? Почему как-то вот сразу... ?

Наталья Царева: Спасибо большое за вопрос, он тоже очень такой важный и острый. Дело все в том, что для того, чтобы человек почувствовал себя плохо, чтобы возникла одышка, чтобы начала снижаться сатурация, процент поражения легких должен быть достаточно большой, потому что легкие – это очень энергоемкий орган, который имеет очень большие запасы компенсаторные. И поэтому только тогда, когда практически либо 30%, либо даже у некоторых пациентов 50% легких выходят из строя, уже начинаются такие явные проявления, которые заставляют больного обратиться к врачам.

Иван Князев: То есть особенности органа такие.

Наталья Царева: Да-да-да, это компенсаторные возможности легких.

Марина Калинина: Лариса на связи из Кировской области. Лариса, здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Я вот, у меня такой вопрос. Я прививалась 18-го числа того месяца. После прививки у меня были очень сильные как бы побочные действия. Дело в том, что у меня сильно болела голова, меня тошнило как бы, это было в течение 3 дней, я как бы все лежала как бы в положении. Дело в том, что вот мне сейчас нужно вторую прививку делать 9 декабря, и как бы я опасаюсь идти на нее. Что мне вот вообще с этим, как сейчас бороться, что делать?

Иван Князев: Да, спасибо вам.

Марина Калинина: Спасибо. Наталья Анатольевна?

Наталья Царева: Да-да, я услышала ваш вопрос. Дело все в том, что такие реакции, которые вы описываете, они бывают, и они встречаются приблизительно у 30% людей, которые получают вакцину. Но если не было высокой температуры, если не было одышки, то в принципе то, о чем вы говорите, это говорит о том, что все-таки вы отреагировали на вакцину и как, может быть, немножко обывательски скажу, мы говорим о том, что иммунитет запустился. Поэтому моя точка зрения, что вторую дозу нужно делать обязательно. Но если есть опасения, то можно проконсультироваться с врачом-аллергологом или иммунологом, может быть, будут какие-то рекомендации по приему каких-то антигистаминных препаратов, для того чтобы нивелировать вот эти вот не очень приятные симптомы.

Марина Калинина: Астраханская область пишет: «Поражение легких 30%, температура 38,5, в больницу не кладут, говорят: положим, когда будет 50%. Это нормально?» – спрашивает наш зритель.

Наталья Царева: Ну, это очень провокационный вопрос. Конечно, я отвечу, что нет, потому что процентное поражение легких – это, в общем-то, мы должны понимать, достаточно приблизительные цифры, и ситуация может быть гораздо хуже, чем она кажется при первом исследовании. Более того, мы видим такие случаи, они нередки, когда пациент поступает с одним объемом поражения, а через двое-трое суток, несмотря даже на лечение, он может увеличиваться. Поэтому, конечно, когда температура, когда есть поражение легких, то, конечно, я бы рекомендовала госпитализироваться такому пациенту.

Иван Князев: Надо настаивать на этом.

Наталья Царева: Да.

Иван Князев: Светлана из Ярославля на связи.

Марина Калинина: Светлана?

Зритель: Алло?

Марина Калинина: Да, говорите, пожалуйста.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Добрый день.

У меня вот такой вопрос. Выписали из больницы после COVID, остались слабость, голова как чумная, и запахи, вкуса нет, не чувствую. И как восстановиться, какая восстановительная, сейчас должна процедуры какие пройти?

Иван Князев: Ага. Да, спасибо вам.

Наталья Царева: Да, Светлана, спасибо большое за ваш вопрос. Ну, то, о чем вы говорите, – это практически от 60 до 70% пациентов, которые выписываются из стационаров, имеют такие же жалобы, о которых говорите вы. К сожалению, специфической реабилитации, именно направленной на восстановление запахов, на то, чтобы быстрее побороть слабость, пока не разработано, эти методы пока еще изучаются и находятся те, которые будут действительно рабочие.

Что можно порекомендовать? Ну, безусловно, это обязательно двигательная активность должна быть несмотря на то, что вы говорите о том, что есть слабость. Обязательно нахождение на свежем воздухе несколько часов в сутки. И обычная реабилитация, которая складывается в первую очередь из здорового образа жизни, это полноценное питание, это рациональный режим сна и бодрствования, работы, если хотите, вот такие общие мероприятия.

Иван Князев: Наталья Анатольевна, а после того, как люди побывали в больнице, после поражения легких, потому что цифры на самом деле, звучит все это страшно, 50–70% поражение легких, они восстановятся потом? Какие подходы вообще существуют?

Наталья Царева: Да, вы знаете, ну вот по нашему личному опыту, в большинстве случаев восстанавливаются. Я вам скажу больше: у нас, поскольку я работаю в ковидном госпитале непосредственно, мы сталкиваемся с самым тяжелым контингентом наших больных, и даже пациенты, которые прошли через реанимацию, которые имели 90% и некоторые 100% поражение легких, если они выписываются из стационара, то со временем легкие восстанавливаются. Конечно, не в 100% случаев, как нам хотелось бы, но вероятность, процент восстановления очень-очень большой.

Иван Князев: Ну а как они, они регенерируют, ткани, или какая-то терапии постковидная применяется? Что делать вот обычному человеку, вот выписался, что делать?

Наталья Царева: Ну, в плане постковидной терапии, эти протоколы пока еще разрабатываются, четких рекомендаций на этот счет пока еще мы не имеем. Да, легочная ткань постепенно сама восстанавливается, уходит воспаление, уходит так называемый соединительно-тканный компонент, который некоторые авторы любят называть фиброзом, но это не тот фиброз в чистом виде, который бывает в легких. И постепенно, в общем-то, регенерация происходит, конечно.

Марина Калинина: Наталья Анатольевна, вот человек выписался из больницы, кашель сохраняется, одышка сохраняется, температуры нет, дома есть аппарат с кислородом, без него очень сложно ходить, вообще передвигаться, потому что дрожь в руках, в ногах, и периодически человек пользуется вот этим кислородом. Вообще есть какой-то предел, когда уже не надо, или как вот, где та грань, когда еще нужен этот кислород, и уже вот лучше отказаться?

Наталья Царева: Да, кислородотерапия – это вообще такая отдельная наука, и мы обязательно должны с вами помнить о том, что кислород – это лекарство, которое имеет показания и имеет противопоказания. И обычно кислородотерапия назначается тогда, когда мы имеем плохие показатели газообмена. Дома их оценить можно, мы с вами уже говорили об этом, это пульсоксиметрия, пульсоксиметр на палец, сатурация. Если сатурация меньше 92, то, конечно, это показание, для того чтобы дышать кислородом. Если вы видите, что сатурация повышается, она становится 94 и больше, то здесь надо стараться потихоньку от кислорода отказываться.

Марина Калинина: Ага.

Иван Князев: Ирина, Санкт-Петербург. Ирина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Можно задать такой вопрос?

Иван Князев: Конечно.

Марина Калинина: Задавайте, пожалуйста.

Зритель: В июне мы с мужем сделали вакцину, в конце июня, но в октябре мы с ним заболели. Я вызвала врача, у меня взяли, значит, мазок, но мазок ничего не показал. Но после того, как у меня мазок ничего не показал, через 2 дня у меня пропало обоняние и осязание.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Вот скажите, пожалуйста, это было в октябре. В декабре нам нужно делать ревакцинацию. Вот что нам делать? Нам как бы не поставили, что у нас был коронавирус, но обоняние и осязание пропадало. И сейчас у меня такой вопрос, делать ли нам 25 декабря ревакцинацию. Я уже записана.

Иван Князев: А повторный тест вы не делали?

Зритель: Я пригласила, чтобы мне сделали повторный тест, они мне не стали делать, сказали, что это может быть при респираторном заболевании, хотя у меня температура была 38,4.

Иван Князев: И запахов вы тоже не чувствовали?

Зритель: Что чувствовала?

Иван Князев: И обоняние тоже пропало?

Марина Калинина: Запахов не чувствовали?

Зритель: Да, обоняние и осязание пропало, дней 12 не было, 2 недели где-то, вот так.

Иван Князев: Ага, интересно. Да, спасибо вам большое, Ирина.

Марина Калинина: Наталья Анатольевна, вы слышали вопрос?

Наталья Царева: Нет, если можно, повторите, пожалуйста.

Марина Калинина: Ну, я так поняла, если правильно поняла (Вань, поправь, если что), человек вакцинировался...

Иван Князев: ...в июне.

Марина Калинина: ...в июне, пропали запахи на 2 недели, температура поднималась до 38,4, в общем, тест положительный, Вань, да?

Иван Князев: Спустя какое-то время после вакцинации вновь пропали запахи, чувствительность, потом пригласила врачей, сделали тест, тест оказался отрицательным, на повторный тест никто не пришел. И сейчас человек интересуется, ревакцинацию делать либо не делать.

Марина Калинина: Потому что срок уже подходит, да.

Наталья Царева: Вот прямо замечательный вопрос, большое спасибо уважаемой нашей слушательнице, которая его задает. Дорогие друзья, мы говорим всегда о том, что вакцинация профилактирует тяжелое течение COVID. И вот наша слушательница как раз нам сейчас с вами рассказала о том, как это бывает.

Что касается вопроса, делать ли ей ревакцинацию или нет, то, наверное, все-таки можно сделать, потому что даже если она и перенесла COVID, то, как мы с вами сейчас услышали, он был в очень и очень легкой форме, сопровождался только потерей обоняния. Ревакцинацию вполне можно делать. Если же есть какие-то опасения, то, пожалуйста, можно сдать анализ на антитела, посмотреть титр и уже вместе с врачом, еще раз подчеркиваю, это врачи-иммунологи, принять решение о ревакцинации.

Марина Калинина: Елена из Челябинской области. Елена, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Говорите, пожалуйста.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: У меня вопрос к Наталье Анатольевне. У меня внуку 21 год, у него аллергия подтвержденная и бронхиальная астма. Ему даже выдали военный билет, освободив его от службы в армии. Он студент. У него в 2 раза превышен какой-то там глобулин, вот, к сожалению, я не помню, какой именно. Он сдавал этот анализ в связи со своей страшенной аллергией и бронхиальной астмой, как раз проходя военную комиссию. Вот нужно ли ему и можно ли ему прививаться? Мы боимся, что это будет только хуже.

Иван Князев: Да, понятно.

Зритель: С его такой вот аллергией ежедневной.

Иван Князев: Спасибо.

Наталья Царева: Елена, спасибо большое за ваш вопрос. Он действительно очень-очень важный и серьезный. Значит, позиция такая: конечно, пациенты, которые имеют хронические заболевания легких, они должны быть вакцинированы, и должны быть вакцинированы в обязательном порядке.

Что касается вашего конкретного случая вашего внука, наверняка, если он имеет диагноз «бронхиальная астма», то ему назначена современная терапия, которая сейчас применяется для лечения бронхиальной астмы, это комбинированные ингаляторы, которые в обязательном порядке содержат гормональное вещество, гормональный препарат. И это как раз хорошо, потому что это таким образом защищает бронхи, защищает легкие от проникновения вируса.

Поэтому здесь, если астма находится под контролем, если астма у вашего внука хорошо лечится, безусловно, мы говорим о периоде ремиссии, то есть когда нет явного обострения, нет явных приступов удушья, то как раз вакцинация ему не только можно и нельзя, она в обязательном порядке должна быть проведена.

Иван Князев: Потому что не дай бог тяжелая форма, что с легкими тогда в этом случае будет.

Марина Калинина: Ну да.

Наталья Царева: Конечно, конечно.

Марина Калинина: Из Самарской области сообщение: «После одного компонента прививки онемела рука полностью до кончиков пальцев, как парализация. Через 5 дней все восстановилось. Что это было?» – вот спрашивает зритель.

Наталья Царева: Спасибо большое. Здесь еще важно понимать, это была ли не та рука, в которую непосредственно делалась инъекция вакцины...

Марина Калинина: Ну вот, к сожалению, этого не написано.

Наталья Царева: Не указано, да? Потому что описаны такие нежелательные явления, когда именно такие местные реакции именно в ту руку, в которой производится инъекция, бывают. Но, как мы видим, все закончилось хорошо, через несколько дней это все прошло. Ну да, описаны, действительно описаны такие реакции, они бывают. Здесь, наверное, что можно посоветовать? Наверное, только обратиться к неврологам, может быть, они посоветуют какие-то препараты для облегчения этой ситуации и для того, чтобы как можно быстрее эти явления прошли.

Иван Князев: Наталья Анатольевна, сейчас в медицинской среде ваши коллеги уже говорят о том, что, наверное, в России в будущем понадобятся восстановительные центры для переболевших COVID в тяжелой форме, особенно действительно у кого был большой процент поражения легких. Появятся они у нас? Действительно ли в них есть необходимость? Потому что сейчас из всего того, что советуют медики, ну это дышать свежим воздухом.

Наталья Царева: Спасибо большое. Я думаю, что обязательно такие центры появятся у нас. Уже я знаю, что многие лечебные учреждения в России озадачились этим вопросом и разрабатываются схемы реабилитации для больных, которые тяжело перенесли COVID. Мы видим в этом необходимость и потребность, потому что, еще раз подчеркиваю, к сожалению, есть процент пациентов, которые очень и очень медленно и очень долго восстанавливаются, поэтому, конечно, им надо помогать, и такие программы обязательно нужны.

Марина Калинина: Но пока их нет, насколько я понимаю?

Наталья Царева: Пока нет, да.

Марина Калинина: Людмила из Белгородской области. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Скажите, пожалуйста, мне можно делать прививку? У меня цирроз печени, тромбоциты 44, хронический панкреатит, и пульс у меня 40–42. Что делать, прививку или нет? «Лайт» или «Спутник»? Посоветуйте, пожалуйста, доктор.

Наталья Царева: Людмила, спасибо большое. Ну, вы знаете, так давать советы через экран монитора очень сложно. Вам обязательно нужно обратиться к вашему доктору, который вас наблюдает. Необходимо сдать весь перечень анализов, обязательно биохимический анализ крови, потому что те проблемы, которые вы обозначили, они являются крайне серьезными, и нужно разобраться не только с проблемами с печенью, но и попытаться выяснить, почему такие низкие тромбоциты.

Ну, априори, как бы сразу хочу сказать, что да, вакцинироваться можно с таким набором заболеваний, но, прежде чем это делать, еще раз подчеркиваю, вам нужно обязательно пройти обследование в плане лабораторных анализов, в плане обследования грамотного печени, это ультразвуковое исследование, какие-то, возможно, другие методы вам предложат, но обязательно те специалисты, которые вас по данной проблеме наблюдают.

Иван Князев: Спасибо вам большое!

Марина Калинина: Спасибо.

Иван Князев: Наталья Царева была с нами на связи, врач-пульмонолог, доцент кафедры пульмонологии Первого медицинского университета имени И. М. Сеченова. Обсуждали последние новости коронавируса, отвечали на ваши вопросы.

Через мгновение продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)
Всё самое важное о пандемии