Коронавирус изолирует нас от обычной жизни. Готовы ли мы к этому?

Коронавирус изолирует нас от обычной жизни. Готовы ли мы к этому? | Программы | ОТР

удалёнка, общественные мероприятия, дистанционное обучение, работа из дома

2020-03-17T20:26:00+03:00
Коронавирус изолирует нас от обычной жизни. Готовы ли мы к этому?
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Леонид Перлов
учитель высшей категории, почетный работник общего образования России
Владимир Морыженков
профессор бизнес-школы МИСиС

Тамара Шорникова: Ну и сейчас к «Теме дня», возвращаемся к обсуждению. Школы и ВУЗы переходят на дистанционное обучение, компании отправляют сотрудников работать из дома, в Москве запретили все уличные мероприятия, в помещениях больше 50 человек не собираться.

Иван Князев: Да. Друзья, вот вам больше 60 лет? – по магазинам и ресторанам не ходите, это последняя рекомендация от Минпромторга. Коронавирус потихоньку изолирует нас от обычной жизни. А вот готовы ли мы к этому, это вопрос. Школы к дистанционному обучению, к примеру, сервисы доставки к такому количеству заказов, рабочие коллективы к новому формату труда и так далее, и так далее? Давайте вместе разбираться.

Тамара Шорникова: Да, давайте.

И сначала вот что. Жизнь на удаленке можно и без доступа к Интернету обеспечить, достаточно обычного телефона, да и вообще с этим никаких проблем нет, современные реалии позволяют заказать на дом все, так считает наш эксперт Артем Соколов, президент Ассоциации компаний Интернет-торговли. Он был в нашей студии днем, послушаем фрагмент интервью.

Артем Соколов: Всегда можно заказывать и по телефону в том числе.

Иван Князев: Вот, вот, вот, что я хотел у вас спросить.

Артем Соколов: Это, кстати, тоже довольно удобно. Кроме того, доставка, как правило, у магазинов, которые имеют федеральный охват, есть во все регионы. Да, она действительно дольше, как правило, это 7–9 дней по стране. Если доставка из какого-то ближайшего распределительного центра, то может быть и 2, и 3 дня. Отделения почты есть практически везде, почта сейчас очень активно в e-commerce вливается, и через почту идет огромное количество заказов и доставок, поэтому товары просто таким образом пересылаются в посылочках, там уже человек приходит сам в отделение его получает либо заказывает себе доставку почтальоном на дом.

Тамара Шорникова: Вы согласны вот с таким мнением? Позвоните нам и расскажите, как обстоят дела в вашем регионе, есть ли продукты в магазинах, что с доставкой товаров. Ваши дети сейчас, сегодня днем были в школе или дома на карантине? Если дома, то с кем и как налажено онлайн-обучение? В общем, все эти трудности и возможности нашей общей сейчас такой жизненной удаленки давайте обсуждать вместе. Представим наших гостей.

Иван Князев: Владимир Морыженков у нас сегодня в гостях, профессор бизнес-школы МИСиС, – здравствуйте, Владимир Алексеевич.

Владимир Морыженков: Добрый вечер.

Иван Князев: И Леонид Перлов, учитель высшей категории, почетный работник общего образования, – Леонид Евгеньевич, добрый вечер.

Леонид Перлов: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте.

И вот действительно, есть такое мнение, что все хорошо у нас и с Интернетом, и с доставками, и с онлайн-сервисами. Вряд ли?

Владимир Морыженков: Ну, вряд ли не вряд ли, коллеги, но у нас действительно в стране много чего хорошего сделал уже бизнес. Бизнес чтобы как-то выжить в наших нечеловеческих, мне кажется, условиях существования для самого бизнеса за все эти годы преуспел, и вот то, что происходит сегодня на улице, паника в розничной торговле, мне кажется, это необоснованное явление. Люди устали от вихря вот этих сообщений, и эта усталость может сыграть очень злую шутку.

Сегодня моя одна из работниц, ей 77 лет, она заявила о следующем: «Мне кажется, все это придумали специально какие-то там американцы (как обычно) и вот посеяли по всему миру панику. Мы не знаем, зачем это делают». Я хочу сказать, что опасность действительно существует, она не должна нам надоесть и не должна носить панический характер. Обратите внимание на такую простую вещь: молодежь может сходить в ресторан, а потом приехать навестить бабушку и дедушку дома, обняться и поцеловать их.

Иван Князев: И все.

Владимир Морыженков: И все. И в этом отношении сможет ли сделать сегодня 60-летний человек или любой человек, который предрасположен, носитель каких-то еще заболеваний, давление в стране у нас, гипертензия, наверное, у половины народа... Ты можешь совершенно пересечься с молодым, поцеловать внука своего, а внук носитель и даже проявиться не может. Поэтому если вы хотите нормально жить, друзья, осваивайте удаленные сервисы и постарайтесь исключить контакт с внешней средой, даже с близкими и родными, и попытаться понять, что это может просто конкретно убить любого из нас, такая страшная угроза. Война началась между человеком и природой, и надо делать выводы.

Иван Князев: Ну вот вопрос в том, насколько мы сможем это все освоить. Вот вы говорите, осваивайте, вот Волгоградская область пишет, что все вот эти решения переводить на удаленную занятость – это все для Москвы хорошо, а чуть отъедешь дальше, и народ-то не умеет ни сервисами пользоваться, вообще ничем.

Тамара Шорникова: Коротко ремарка, Саратовская область: «В моем регионе многие не могут себе позволить оплачивать доставку на дом».

Иван Князев: Да многие даже не знают, что это такое. Вот я 100% уверен, что достаточно большое количество людей, которые ну ни разу себе не заказывали ничего на дом и так далее.

Владимир Морыженков: Я хочу сказать, что надо послушать, конечно, обещания господина Белоусова или Мишустина, премьер-министра с точки зрения того, что возьмет на себя какие затраты государства. Мне понравилось, что во Франции, например, было сказано, что сейчас на период вот этой эпидемии, сколько продлится, людям отменят необходимость платить за квартиру, это мощная поддержка, это очень серьезный ресурс. Слово «освоить доставку на дом» – это фактически как принять таблетку: тебе надо сказать «нажми две кнопки, и у тебя будет этот результат». Поэтому те люди, которым нужно получить продукты, освоят эту доставку за одну секунду. Примет ли правительство сказать, что доставка будет за счет государства осуществляться, все будет, тем самым поддержит самое важное сейчас, это ноги людей, которые будут совершать подвиг каждый день, оставлять продукты у входа в дом.

Иван Князев: Даже так?

Владимир Морыженков: Конечно, ну а как? Конечно, не надо встречаться, исключайте контакт с доставщиком, не жмите ему руку, не благодарите его ни за что: он должен оставить в корзиночке, оставить в стороне листочек, вы выйдете, подпишете, что получили, и положите листочек обратно. Желательно, чтобы вы делали это в перчатках. Попробуйте услышать себя, что в такой незримой войне ты можешь потерять себя и близких и, самое страшное, будешь потом всю жизнь винить, что по твоей вине ты потерял своих самых близких, родителей, бабушку, дедушку, отца, мать, это очень опасная ситуация, которая сейчас развивается.

Иван Князев: Призову наших телезрителей: уважаемые друзья, позвоните нам, вот вы умеете заказывать себе, к примеру, продукты на дом? Уже хоть раз делали такое?

Тамара Шорникова: Ну и по карману ли это, давай тоже спросим, это же тоже важный фактор.

Иван Князев: Да, и по карману ли это, конечно. Позвоните нам, расскажите.

Тамара Шорникова: Леонид Евгеньевич, тоже из трудностей перехода на удаленную жизнь: многие наши коллеги сегодня рассказывали, так сказать, с нецензурной лексикой, что пробовали пол-утра зарегистрироваться в какой-то вот этой онлайн-системе, чтобы... Потому что в Москве школьники уже не на свободном, а на карантине...

Иван Князев: Ой, не говорите это...

Леонид Перлов: Пока на свободном.

Тамара Шорникова: Будут вот, уже объявили, что вводится карантин. Но непонятно, что и как, общаются в чатах с преподавателями, с учителями, там тоже пока нет полного понимания. Как вообще сейчас будет выглядеть это дистанционное обучение?

Леонид Перлов: Давайте я начну с цитаты. Сергей Семенович Собянин объявил о том, что Москва полностью готова, что мы, значит, в 30 секунд переходим все на дистанционные формы обучения без потери качества. Так вот я с ним не согласен, во-первых, относительно времени перехода, во-вторых, относительно потери качества, поэтому сразу могу сказать, что без потери качества обучения сие невозможно.

Есть несколько аспектов у этой проблемы, причем, пожалуй, самый простой – технический. Нужно необходимое оборудование. Вот у меня мой рабочий кабинет, я работаю с детишками, и я перехожу в онлайн, стало быть, у меня должна быть надлежащего уровня камера, у меня должен быть микрофончик вот такой вот, клипсик, у меня должна быть возможность устойчивого выхода в Интернет, причем соответствующий мессенджер, который обеспечивает эту устойчивость, это не Skype, который слетает каждые 15 минут в процессе урока. Я должен уметь всем этим пользоваться, безусловно...

Иван Князев: Это сложно этому научиться?

Леонид Перлов: Ну у нас ведь порядка 40% достаточно возрастных педагогов в школе. Уверяю вас, осваивать их в режиме вот таком вот авральном им будет очень сложно, и уже это очень сложно.

Иван Князев: Скажите...

Тамара Шорникова: А камеры, клипсики есть сейчас?

Леонид Перлов: А также камеры, а также клипсики, микрофончик, который надо в школу закупать, надо их устанавливать, это должен делать профессионал. Но это только один и, пожалуй, самый просто решаемый аспект, техника, «железо» непосредственно: ну удлинители, у камеры короткий шнур...

Иван Князев: Ну понятно, да. Но даже смотрите, Леонид Евгеньевич, даже если это мы найдем, вот скажите честно...

Леонид Перлов: Даже если это мы найдем, я...

Иван Князев: Вы сами вот эти платформы для дистанционного обучения видели? Я вот, честно говоря, еще не разбирался, но, по-моему, там черт ногу сломит.

Леонид Перлов: Я видел их больше двух сотен, этих платформ.

Иван Князев: Ага. Что они из себя представляют?

Леонид Перлов: Но я занимаюсь, скажем так, знаком с компьютером с 1992 года, немногие мои ровесники могут этим похвастаться. Это самые различные, их сейчас в связи с эпидемией выросло очень много: образовательные порталы, образовательные платформы, различные варианты уже готовых материалов дидактических...

Иван Князев: ...и ни одни не работают нормально.

Леонид Перлов: Либо не работают, либо никуда не годный контент. Я множество их отсмотрел за эти дни. Либо никуда не годная методика, потому что онлайн-урок – это совсем не то, что урок вживую, это принципиально иная вещь.

Иван Князев: Но еще, подождите, непонятно вообще, кто эту методику разрабатывал. Они пользуются что, на свое как бы умозрение?

Леонид Перлов: Фактически это тот же обычный урок, предназначенный для класса, для живых детей, но просто перенесенный в Сеть, – говорящая голова в гарнитуре.

Иван Князев: А они одобрены, ну я не знаю, Минобром?

Леонид Перлов: Да никем они не одобрены...

Иван Князев: То есть с потолка, от балды?

Леонид Перлов: Вот нашелся человек, который вот это вот продал, вот такой продукт.

Иван Князев: Лихо.

Леонид Перлов: Их множество таких платформ, пока я не нашел ни одной достойной. Опять-таки устойчивый мессенджер – это деньги, потому что базовые версии не позволят вам работать с большой группой. Ну вот обещали, что вроде «Zoom» сделает бесплатно, пока не сделал, вот на 15 часов сегодняшнего дня пока это не сделано.

Плюс к тому было много лет на то, чтобы хоть какую-то методику этой работы удаленной придумать, разработать, апробировать и предложить. У нас 4 педуниверситета в одной только Москве, не считая МГУ, не считаете МФТИ и так далее. У нас Академия педнаук и замечательный институт...

Иван Князев: Но время было у них или нет?

Леонид Перлов: Да времени было полно, потому что разговор о дистанционном образовании ведется очень давно, времени было полно. Сегодня учителя опять-таки в режиме форс-мажорном должны вот все это делать.

Тамара Шорникова: Давайте конкретный пример посмотрим. На удаленку из-за коронавируса переходят и российские ВУЗы. В Ярославле сегодня власти официально заявили о первом заболевшем, а студенты местного педагогического университета уже перешли на дистанционное обучение. Теперь им не нужно приходить на лекции, достаточно подключения видеосвязи по Интернету. Такой режим обучения сохранится на время карантина, до 29 марта.

Мария Александрова: Для меня, например, это не представляет особой сложности. Я знаю, что многие мои коллеги уже давно практикуют консультации по Skype, какие-то занятия для тех, кто сегодня не смог присутствовать. Ну а переписку по электронной почте мы уже давно все освоили. Поэтому думаю, что для преподавателей надо только втянуться, а что касается студентов, это, насколько я знаю, нынешний I курс, они даже к ЕГЭ готовились по материалам вебинаров.

Анна Ермилова: Ты сразу акцентируешь внимание на преподавателе, вот он перед тобой сидит, ты его видишь, тебе интересно, ты смотришь на него, общаешься. Но как бы не видишься с одногруппниками.

Иван Князев: Видеться с одногруппниками не получится не только из-за перехода на Интернет-обучение: руководство ВУЗа предложило иногородним студентам покинуть общежитие на время карантина. Из 1 300 человек домой решили уехать более 1 000. Двадцать иностранцев вынуждены оставаться в Ярославле.

Тамара Шорникова: Да. Но видите, что волнует студентов, как же, с друзьями видеться не будут.

Леонид Перлов: Это немаловажный аспект, между прочим, в школе это во всяком случае.

Иван Князев: Ну да.

Леонид Перлов: И потом это студенты, первокурсники. Ну ладно, бывают старшеклассники, 16–17 лет, прилично владеющие компьютером и с опытом. А как быть с пяти- и шестиклассниками, семиклассниками? Это огромная проблема.

Владимир Морыженков: У меня есть одна точка зрения, если позволите, я очень кратко дам ремарку. Я тоже стоял где-то лет 10–15 назад у истоков создания программ дистанционного образования, даже внедрял целый ряд подходов здесь. И я хочу сказать, что отличие российских ВУЗов – это тотальное сопротивление каждого преподавателя из-за страха потерять работу, тотальное сопротивление людей возраста более чем среднего из-за того, что зачем им это надо, они все равно компьютер включают не умеют. И они еще продолжают составлять огромную массу преподавательского корпуса, и на сегодняшний день благодаря этим преподавателям огромное...

Я сам преподаватель университета, я люто, я даже не знаю, как передать это слово, как люди сопротивляются внедрению инноваций в России, это мода всегда сопротивляться любой инновации, говорить, зачем нам это нужно. Сегодня мы встречаем стену, их уже признание того, что да, продукты должны существовать, во всем мире великолепные продукты работают, люди учатся, получают дипломы. Но везде пролоббировано не согласовывать дистанционное образование, нельзя дать диплом, нет среды – там найдут массу фактов того, чтобы это не состоялось. Сегодня мы пожинаем плоды, и это благодаря руководителям российских ВУЗов, огромному количеству, которые противодействовали. Они на словах «за», а результата платформы нет. Вот коллега сейчас замечательные слова говорит, «мы не знаем, на какой платформе работать». А сейчас бы сказали, вот у нас 20 платформ, и такие платформы, между прочим, есть, только теперь сейчас их начнут вызывать к жизни.

Но вот один нюанс здесь крайне важный, на мой взгляд: ситуация настолько важна и Россия такая страна, когда гром не грянет... Я не про то, что кто-то должен перекреститься, гром грянет, и сейчас появятся выдающиеся решения, и люди смогут придумать, и опять мы будем благодарны герою, который спасет, создав что-то.

Иван Князев: Мы совершенно забыли про наших телезрителей, а у нас целая очередь из звонков. У нас первая на связи Людмила, Московская область. Людмила, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Спасибо, что дождались нас, да.

Зритель: Вы знаете, я рядовой обыватель, поэтому я многого не понимаю. Вот говорите, жизнь по удаленке, работа по удаленке. Но это все касается в основном банковской сферы, да, торговли, Интернет-магазины. А как же будет работать слесарь по удаленке, который будет убирать засор в вашем туалете? Или доярка, которая будет доить коров, молоко которых мы пьем? Правда ведь?

Потом мне вот 63 года, из моих знакомых Интернет только у меня, больше ни у кого нет компьютеров, потому что дорого платить за него, правильно? Его надо купить. Вот мы живем в деревне, сколько мне нужно заплатить за эту доставку, понимаете? Опять касается это не простых людей. Вот нам, простым, эта удаленка нигде не упирается, мы не можем работать по удаленке, понимаете? И вот о чем мы говорим-то? Ведь опять это не простые люди. Все.

Тамара Шорникова: Понятно. То есть да, маленькие города, села, регионы, пока для них удаленка – пустой звук.

Владимир Морыженков: Нет-нет-нет, это очень важно. Вы совершенно правильно поставили этот вопрос. Дело в том, что целый ряд профессий не может работать на удаленке.

Леонид Перлов: В принципе.

Владимир Морыженков: Да, в принципе. Но я замечу, что у вашего предприятия, будь то ферма по производству молока, будь то любой совершенно бизнес, я сегодня говорил с генеральным директором крупного авиационного предприятия, который говорит: «Да, мы часть переводим на удаленку конструкторов, технологов, должны разгрузить так, чтобы расстояние между людьми осталось 2 метра». Я говорю: «Ну а в цехе как ты будешь?» Он говорит: «Владимир Алексеевич, делаем следующее, разрабатываем жесткие регламенты». Эти регламенты... То есть умные люди, те, кто вами руководит, я очень надеюсь, что у вас есть директора, которые не обратятся в бегство, а разработают совершенно четкий план.

Я был приятно удивлен: сейчас входим сюда, в лифте висит флакончик с дезинфицирующим веществом. Если у вас на работе есть лифт, ваши руководители повесили туда этот флакончик, обменялись ли опытом, потому что об этом надо рассказывать и выкладывать. Второе: ты пришел на рабочее место, обнеси его лентой, для того чтобы никто не имел права пересечь это пространство. Масса приспособлений существует, которые сегодня весь мир обсуждает, чтобы сохранить массовое производство, сохранить жизнь работника, чтобы он не пересекся. Главное, что вы как работники и руководители не жмите друг другу руки, не похлопайте друг друга по плечам, а строго предупреждайте самих работников на местах: прекратите обниматься, прекратите поддерживать, срочно сделайте так, изолируйте, попробуйте прожить в этом.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Но тем не менее, даже вот в таких маленьких городах, да, конечно же, останутся профессии действительно, которые только прямо контакт и так далее. Но насколько наши работодатели вообще готовы к тому, что даже вот такие профессии, я не знаю, переводить на удаленку, если нужно, как-то внедрять современные технологии, роботизировать предприятия и так далее?

Владимир Морыженков: Сейчас мы увидим способность нашей власти. С одной стороны, они имеют Конституцию принимать быстро, за 2 дня...

Иван Князев: Ну а при чем здесь... ?

Владимир Морыженков: Вот, пожалуйста, я хочу сказать. За 2 дня нужно дать достаточное количество инструкций, чтобы жизнь человека была защищена на его рабочем месте. Что делать? Всегда же говорят, что «мы вам подробно расскажем», вот нужно подробно, точно рассказывать, что нужно сделать, чтобы хватило сил, чтобы в каждом лифте появилось, не в лифте, вообще на нужном месте инструменты защиты человека.

Иван Князев: Ну понятно.

Тамара Шорникова: Ну понятно, да.

Иван Князев: Да, Леонид Евгеньевич?

Леонид Перлов: Мы вот сидим с вами здесь вчетвером, и расстояние между нами, между прочим, меньше 2 метров, это к вопросу о том, что некоторые работы, ваша, например, по удаленке невозможна.

Иван Князев: Ну сложно представить, да.

Леонид Перлов: Сложно себе представить. Насчет грамотных решений... Ну да, Владимир Алексеевич, конечно, но вот неделя, даже меньше с тех пор, как было принято нашим руководством очень интересное решение вместо того, чтобы закрыть школы на карантин, было объявлено некое свободное посещение. В результате учитель приходит в школу в понедельник, в одном классе полтора человека, в другом, значит, еще четыре, и одновременно требуется учить и тех, кто там сидит, эти четверо «героев», и еще 24 человека, которые в школу не пришли, потому что родители требуют, а им обещано, что не пострадает уровень образования, а как это сделают учителя... Вот об этом как раз мы будем сейчас думать, решать, объяснять, учить, учиться и так далее в процессе, так сказать, этой самой работы. Но учиться в процессе, не знаю, можно попробовать научиться играть в футбол в процессе игры в высшей лиге, интересный будет результат.

Иван Князев: А ведь смотрите, есть еще такие профессии, которые действительно перевести на удаленный режим невозможно не только потому, что человек там возит людей в автобусе...

Леонид Перлов: Он врач.

Иван Князев: Да, а вот воспитатель детского сада...

Леонид Перлов: Воспитатель детского сада.

Иван Князев: Мне вот буквально 10 минут назад, сейчас смотрит моя знакомая, которая работает воспитателем в детском саду. Она говорит, пишет: «Я не могу, Ваня, работать на удаленке».

Леонид Перлов: На удаленке, «у меня дети».

Иван Князев: Да. Вот что им делать в такой ситуации? Дети к ним не придут. Их что, в отпуск отправят?

Владимир Морыженков: Я скажу. Поскольку мы поддерживаем, изучаем, исследуем опыт людей, столкнувшихся во всем мире, постоянно у нас и с европейскими странами, и с Соединенными Штатами, и с Азией, что нужно сделать, в первую голову сделать. Конечно, если речь идет о воспитателях детского сада, он должен подписать определенное регламентное соглашение о том, с кем и как он общается за пределами детского сада, то есть он должен находиться на карантине за пределами детского сада, а внутри детского сада он должен осуществлять свою профессиональную деятельность.

Иван Князев: Ну слушайте...

Владимир Морыженков: Он может заболеть от ребенка.

Леонид Перлов: Он вышел на улицу...

Иван Князев: Он же не телепортируется, конечно! Он в метро проедет точно так же.

Владимир Морыженков: Да, и...

Леонид Перлов: За ворота...

Владимир Морыженков: Коллеги, я хочу вам сказать: невозможно страну перевести на удаленку. Это важно что сделать сейчас? Это совершенно точно построить, как можно меньше осуществить переходов. Я здесь не очень хорошее... Переходов, бесцельного нахождения на улице, вот что важно.

Тамара Шорникова: Ага.

Иван Князев: Ага.

Владимир Морыженков: Не очень мне приятно вспоминать из своей молодости, но был 1980 какой-то год, когда Андропов стал генсеком...

Леонид Перлов: Штрафовать...

Владимир Морыженков: ...и на улицах... Я как студент тогда прогулял занятие...

Иван Князев: В кинотеатры заходили, конечно.

Владимир Морыженков: ...и меня остановили спецслужбы, и я там измучился объяснять, почему я находился на улице.

Иван Князев: Борьба с тунеядцами.

Владимир Морыженков: Борьба с тунеядцами. Вот вы молодые, так улыбаетесь, Тамара, что я понимаю, что для вас это в диковинку, но факт нахождения на улице бесцельно должен быть сейчас прекращен. Я не призываю спецслужбы продумать, но порядок того, что нужно позапрещать, чтобы человек находился только в процессе перехода от определенного места до другого. Нельзя остановить экономику. А вы представляете, сколько сейчас людей, которые живут от зарплаты до зарплаты, вынуждены, например, оказавшись в карантине, не имеют возможности получить ни копейки за свой труд?

Иван Князев: Девяносто пять процентов, я вам скажу, сколько людей у нас живут от зарплаты до зарплаты.

Владимир Морыженков: И тогда государство должно сейчас посмотреть, что у них есть в золотовалютных запасах, и сказать, что нужно всю страну теперь брать на содержание, если ты хочешь все это сохранить. И как поведет себя народ в этом отношении, не будет ли он, получая какое-то вознаграждение, говорить: «Ну пойдем друг к другу в гости теперь отмечать, нам государство дало»? И я хочу вам сказать, что мы в этом смысле сильно отличаемся от американцев, швейцарцев, которые на сегодняшний день показывают у них, как они там в бомбоубежище будут находиться не по поводу войны, а спрятаться от возможности негативного воздействия на здоровье.

Иван Князев: Да.

Владимир из Ростова-на-Дону к нам дозвонился, давайте послушаем. Владимир, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, студия...

Владимир Морыженков: Здравствуйте.

Леонид Перлов: Здравствуйте.

Зритель: ...добрый вечер, ваши гости. Желаю всем здоровья и не подвергаться панике, это в первую очередь.

Иван Князев: Спасибо, спасибо, и вам.

Владимир Морыженков: Правильно.

Зритель: Да, спасибо. Мне за 60 далеко, я преподаватель, считаю себя еще таковым, поскольку преподаю, правда, будем так говорить, это мои частные занятия. И в свое время я как раз, вот то, о чем вы говорите, про удаленку, веду уроки с некоторыми своими студентами, своими учениками по Skype. И хочу вам сказать, что это далеко не эффективный способ ведения занятий. Вот как раз сейчас именно тот момент, вот этот вот сюрреалистический момент, когда приходится этим заниматься, я вынужден буду этим заниматься. И всякий раз, когда я занятия такие провожу по Skype, я всегда мечтаю о том, чтобы мои студенты, когда они возвращаются в Ростов, я могу с ними вживую поговорить, почувствовать, что этот студент смотрит мне в глаза, и абсолютно иначе урок построить, это очень важный момент.

И я думаю, что сейчас вот ситуация, которая происходит в стране и в Ростове в частности, к хорошему результату вряд ли приведет, потому что все-таки есть психологические моменты, когда преподаватель, тот же самый преподаватель и студент вживую общаются и когда есть другие вещи, которые, казалось бы, нельзя проконтролировать. Вот что такое удаленка? Это человек, который сам себе, можно сказать, предоставлен, у него исчезают другие совершенно какие-то вещи, которые необходимы при общении с глазу на глаз, это очень важные моменты.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Зритель: Именно сейчас в Ростове закрыли очень многие университеты и сейчас переходят на... У меня невестка, она очень переживает, поскольку она заканчивает медицинский институт, университет, и, конечно, она переживает, что это скажется на их обучении, на их образовании. Тем более что надо сказать, что образование и так у нас в наших ВУЗах не очень...

Тамара Шорникова: Да, понятно.

Иван Князев: Да, спасибо. Мы все из-за этого переживаем.

Тамара Шорникова: А как вы думаете, кстати, этот период, на носу у кого-то ЕГЭ, у кого-то контрольные и так далее...

Леонид Перлов: Добавьте к этому олимпиады, финалы Всероссийской олимпиады, Всероссийские проверочные работы, которыми нас...

Тамара Шорникова: Ждать переносов, как вы думаете?

Иван Князев: Это все рухнет теперь? Что, все, у нас теперь... А ЕГЭ? Подождите, ну вот школьники сейчас не подготовятся, запишут...

Леонид Перлов: ЕГЭ уже отменили, вернее отложили, первую стадию.

Иван Князев: А поступление?

Леонид Перлов: Первую стадию ЕГЭ, то, что досрочное ЕГЭ. Когда и где их будут проводить, непонятно. Основная волна с конца мая, видимо, ждут, чтобы ситуация как-то прояснилась. Об олимпиадах тоже уже прошла информация, что их, видимо, придется отложить на какое-то время. Поступление в ВУЗы...

Иван Князев: Да, вот что делать выпускникам? Мало того, что они сейчас из-за этой удаленной системы не подготовятся...

Леонид Перлов: Для того чтобы стать выпускником, абитуриентом, ему сначала школу надо закончить.

Иван Князев: Ну да.

Леонид Перлов: Не очень понятно, как будет вот этот процесс, окончание школы...

Иван Князев: Как они будут это делать.

Леонид Перлов: ...как, когда это будет. Нет ясности и нет информации.

Иван Князев: Это же вообще не шутки.

Леонид Перлов: Возможно, есть какие-то модели, у нас сейчас разрабатывают, но... Мы, учителя...

Иван Князев: Нет, ну а если так вот спрогнозировать, ну что? Какая модель может быть?

Тамара Шорникова: Какие варианты возможны?

Иван Князев: Какие варианты? На второй год они останутся? Они еще год посидят?

Леонид Перлов: Если бы я был министром, я бы предложил вот сейчас до конца марта как минимум просто остановить процесс, прикрыть, карантин, не выдавать имитацию занятий за полноценное обучение, а дальше сдвинуть в сторону лета учебный год что в ВУЗах, что в школах.

Иван Князев: И соответственно...

Леонид Перлов: И соответственно на месяц сдвинуть процесс приема, поступления, сентябрь.

Тамара Шорникова: То есть качественного дистанционного обучения мы сейчас не добьемся, не нужно делать вид, что... ?

Леонид Перлов: Не будет, мы его ни сейчас не добьемся, ни в обозримый промежуток времени не добьемся по причинам, о которых говорил Владимир Алексеевич, а еще по некоторым, которые можно было бы добавить, к которым, как ни грустно, нужно отнести еще и странноватые методы оценки результативности, которые у нас сегодня имеются.

Владимир Морыженков: Уважаемые коллеги...

Иван Князев: Санкт-Петербург, давайте сейчас послушаем звонок.

Владимир Морыженков: Давайте-давайте.

Иван Князев: Санкт-Петербург у нас тоже долго ждет, Игорь. Здравствуйте, Игорь.

Зритель: Да, добрый день. Я, значит, хочу сказать, я вот сам профессиональный программист, у нас компания, так сказать, наше подразделение решили попробовать перевести на удаленку, общаться друг с другом, какие-то вопросы решать. В принципе, как говорится, мне не впервой работать, просто когда уезжаешь в отпуск и что-то делаешь, это одно, а когда как-то вот так вот рабочий процесс, ты начинаешь работать, и вот как вот... Раньше меня спрашивали: «Ну как дела?» – «Ну как, дом, работа, дом, работа». А сейчас спрашиваешь: «Как дела?» – «Да вот комната, кухня, кухня, комната».

Иван Князев: Ну получается, что дом и работа фактически слиты уже, да.

Тамара Шорникова: А кто вы по специальности?

Иван Князев: Программист.

Владимир Морыженков: Программист.

Тамара Шорникова: Программист, да.

Зритель: Я программист профессиональный.

И тут какой момент? Допустим, я сегодня вот общаюсь со своими в переписке: «Все хорошо, но получается, что как бы сам себя в добровольный карантин записал». Собственно говоря, людям 14 дней тяжело, а тут сидишь и думаешь: так вот если перейти, это же моральная, как говорится, довольно психологическая нагрузка.

Иван Князев: Ну ладно, Игорь, ну а что вам не нравится? Вот вы сидите дома, у вас над душой не стоит начальник за спиной, можете себе чайку налить, а можете, знаете, еще чего-нибудь покрепче взять...

Тамара Шорникова: Опять же костюм не нужен.

Леонид Перлов: Галстук.

Тамара Шорникова: Галстук не нужен.

Иван Князев: Да, галстук не надевать.

Тамара Шорникова: Если что-то покрепче, так можно с работой не справиться, мне кажется.

Иван Князев: Ну это кто как, конечно.

Зритель: Я согласен, есть плюсы. Вот я, допустим, почитал сегодня, Илон Маск очень противился ребят своих переводить на удаленку, но вроде как он сегодня разрешил своим ребятам перейти на удаленку работать из-за коронавирус. Посмотрел, как Шварценеггер там дома сидит у себя тоже... То есть есть определенные привычки работы, это с одной стороны. С другой стороны, когда работают вместе, коллективный разум, он все-таки интереснее и так далее.

Тамара Шорникова: Так. Из этого короткого комментария мы поняли, что у вас появилось время на то, чтобы посмотреть, что там делает Илон Маск и Шварценеггер...

Иван Князев: Шварценеггер, конечно.

Тамара Шорникова: То есть время на соцсети кратно увеличилось, да?

Зритель: Да.

Тамара Шорникова: Что вы о производительности своего труда думаете?

Зритель: Да, тут вот, как говорится, есть варианты, как решать. Вот, допустим, по поводу удаленки есть такой вариант. Я сразу подумал: вот виртуальная реальность, очки если одевать, можно было бы транслировать всех ребят, которых видишь, как будто ты, собственно, их реально и видишь, вот это был бы кайф. Вот как все разрабатывают виртуальную реальность, вот сейчас бы она пригодилась. Потому что вот фильмы эти «Звездные войны», смотришь, когда голограммы выходят и ты с ними общаешься. Тут вот я на вас смотрю, как бы удаленка, если бы была еще камера над телевизором и микрофон, вы бы видели меня более-менее нормально. Но остальных-то я, так сказать, не вижу. И вот эта вот виртуальная реальность могла бы помочь, то есть есть вариант решения.

Тамара Шорникова: Понятно, да, спасибо.

Иван Князев: Понятно.

Леонид Перлов: Важный момент, кстати, по поводу качества работы на удаленке. Мы работаем с детьми, но худо-бедно, видишь не видишь, но как-то. Но очень важный элемент работы учителя, по крайней мере школьного педагога – это профессиональное общение.

Иван Князев: Ага, конечно.

Леонид Перлов: Учитель, запертый в четырех стенах, лишен профессионального общения.

Иван Князев: Он не развивается просто.

Леонид Перлов: Он не развивается.

Иван Князев: Конечно. Но все-таки...

Владимир Морыженков: Коллеги...

Иван Князев: Но все-таки мы приспосабливаемся потихоньку к жизни на удаленном формате?

Тамара Шорникова: Давай выясним сейчас из сюжета.

Леонид Перлов: Куда денешься.

Иван Князев: Да, есть у нас история из Екатеринбурга, давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Ну вот Москва пишет нам: «Главное не удалиться совсем, чтобы потом смогли вернуться».

Достаточно сложно себя дисциплинировать дома, когда ты работаешь дома сам, действительно за тобой никто не стоит. По себе скажу, мне вот очень сложно себя ставить, тысяча причин найдется, прежде чем я сяду за компьютер, сходить покурить немножко, не знаю, чаю попить, потом еще немножко телевизор посмотреть, в Интернете, в телефоне поковыряться. Производительность труда, наверное, хромает?

Владимир Морыженков: Коллеги, производительность труда на удаленной работе при наличии хорошего программного продукта, я вас уверяю, будет в разы превышать результаты, которые вы получаете при нахождении в коллективе. Вот американцы, вечные специалисты по менеджменту, заявляют, что больше половины рабочего времени человек, находясь на рабочем месте, в коллективе, тратит на то, как позиционировать себя в коллективе, и вторую половину только на достижение каких-то целей, связанных с работой, а так решение личных целей.

Вот мы проводили целый ряд экспериментов и наблюдений и видим, что, если твое рабочее место подключено к системе наблюдения, 3D-визуализации, еще в 500 точках, которые могут тебя как-то... Ну ты работаешь в крупной корпорации, все люди расположены по земному шару, у тебя есть рабочее место, стол, стул, достаточное видение, у тебя существует установка целей.

Вот коллега сейчас говорил, что он программист, – значит, какой кусок программного кода до такого-то часа должен быть составлен, ты сдаешь каждые 2 часа объем работы. Если ты сдал вовремя, нет претензий, у тебя премиальные баллы идут, это геймификация, то есть в условиях работы игр. Ты конструктор, должен до такого-то часа закончить конструкцию до такого-то уровня, должен состыковать с технологами. Тебе не нужно даже кнопок нажимать, у тебя полно, все твои коллеги перед тобой за столом, о чем мечтал человек, давно все уже сделано.

Вопрос: почему это не развивалось до сегодняшнего дня? Почему мы загоняем людей под пропуск и просиживать в огромном количестве бюджетных заведений, где у нас тысячи конструкторов ходят и на бумагах... Я кульман, простите, увидел на одном предприятии и не один, где люди больше 70 лет возраста чертят, – это же катастрофа для технологий...

Тамара Шорникова: Так а почему так? Денег нет на это оборудование?

Владимир Морыженков: И я хочу сказать, это кому-то надо просто, вот здесь я бы сказал, что это кому-то надо. Не вирус кому-то нужен был, а вот такой страшно патриархальный способ производства, когда все говорят «зато нельзя украсть с предприятия, а «цифру» можно украсть». Попробуй укради что-нибудь у цифровиков, если им нужно, ничего...

Тамара Шорникова: Кульман заметят, если будешь выносить.

Иван Князев: Ну не все же мы на «цифрах».

Владимир Морыженков: А теперь я замечу вам не на «цифрах». Мы говорим сейчас, что в России идет национальный проект «Производительность труда», я всячески приветствую это. И прежде всего, конечно, это автоматизация и высвобождение человека от рутинного труда. Вот эти адские согласования... Приходишь на предприятие, что делают люди? У них хоть на улицах между цехами можно светофоры вешать, человеческий поток, несет папку с документами...

Иван Князев: Да-да, ну здесь сложно не согласиться, конечно, бесконечные...

Владимир Морыженков: Это же ад, друзья! Нужно от этого избавляться. Я уверен, что нынешняя ситуация даст возможность резко повысить производительность труда в России, потому что люди изобретут способ получения уникальных эффектов от удаленной работы, не эффектов, а производительности.

Тамара Шорникова: Или перетерпят до лета, потом вирус уляжется, и все вернутся к своему вообще старому укладу.

Владимир Морыженков: Победят, победят, главное, чтобы изобретатели новых методов, программ...

Тамара Шорникова: ...успели, да?

Владимир Морыженков: ...не уехали из России дальше продавать это.

Иван Князев: Леонид Евгеньевич, что вы думаете?

Леонид Перлов: Вопрос в том, какого труда.

Иван Князев: Ну вот, да.

Леонид Перлов: Больше 100 лет как изобрели радио, и вот с этого момента изобретения радио начались разговоры о том, что фигура учителя в школе себя изжила. Вот картинки начала прошлого века, класс будущего в каком-то французском журнале, я уже не помню, где это видел: сидят дети в наушниках с гарнитурками, сидит учитель в наушниках, с гарнитурой, собственно, он уже не нужен, потому что его дело включить детям нужную передачу, нужно запись. Вот вторую сотню лет избавляемся от учителя. На самом деле очень...

Иван Князев: Я прошу прощения, перебью.

Леонид Перлов: Да-да.

Иван Князев: Вспоминаю, помните, «Большая перемена», как они там...

Леонид Перлов: Да, совершенно правильно.

Иван Князев: «Полковник, ваша карта бита, сегодня в Черном море вода +18».

Леонид Перлов: Совершенно правильно.

Владимир Морыженков: Да.

Леонид Перлов: Так вот сколько ни пытаемся, не получается. Появился Интернет, ну тут уж, понятное дело, учитель абсолютно не нужен, потому что вот «Московская электронная школа», «Российская электронная школа», такая платформа, сякая платформа... Достаточно человеку, который нажмет кнопку, которую ему скажут нажать, все, все остальное есть в библиотеке, в базе данных, да? Появилась возможность это проверить, эффективность вот такой формы работы, вот она у нас, эта возможность, к сожалению, появилась. Посмотрим.

Владимир Морыженков: Я посмотрел...

Иван Князев: По этой же теме, прошу прощения, Мордовия у нас на связи, Николай.

Зритель: Алло?

Тамара Шорникова: Да, слушаем.

Иван Князев: Да, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте.

Леонид Перлов: Здравствуйте.

Зритель: Я бы вот хотел задать вопрос. Вот у нас комментатор от девушки с левой стороны...

Иван Князев: Леонид Перлов, Леонид Евгеньевич.

Леонид Перлов: Это значит, что Леонид Евгеньевич. Да, слушаю.

Зритель: Леонид Евгеньевич, да?

Иван Князев: Да-да-да.

Тамара Шорникова: Да.

Леонид Перлов: Да.

Зритель: Да. Леонид Евгеньевич, я вас очень уважаю как педагога и как вообще, вот вы выступаете на телевидении, достаточно часто я вас вижу...

Леонид Перлов: Спасибо.

Зритель: Не комплимент говорю, а действительно вы много прогрессивных вещей говорите в области образования. Но у меня вот такое к вам как к педагогу. Я сам бывший педагог, сейчас пенсионер, и я хотел вот... Я бы хотел задать такой вопрос, может быть, не по вашей профессии педагогической, это физвоспитание. Вот дистанционное обучение. Я понимаю, может быть, скажем, физику, математику можно по Skype или как угодно преподавать...

Иван Князев: Как преподавать физкультуру, вы спрашиваете?

Зритель: Да, а вот как уроки физкультуры дистанционно проводить?

Леонид Перлов: А никак.

Зритель: То есть это образовательный процесс, который, несомненно, без педагога, без преподавателя невозможен, это первое. Вот у нас в Мордовии даже в некоторых школах, вы знаете, образовательную задачу трудно решать по занятиям. В некоторых школах ведь еще по два класса в спортзале находятся, даже проводят занятия за неимением, вот. А как это дома? Вы, может, ответите, как это, проводить уроки? Или эта физкультура, как в старые мои добрые коммунистические времена, она не особо была значима как предмет?

Иван Князев: Да.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Зритель: Ну я...

Леонид Перлов: Я понял ваш вопрос, спасибо.

Иван Князев: Да уже, уже проводят физкультуру в классах.

Леонид Перлов: Во-первых, уже, да, действительно, на мониторе у ребенка преподаватель физкультуры, который показывает ему движения, а ребенок вроде бы дома должен их повторять, эти самые движения, теоретически так. Ну а практически...

Иван Князев: Бег на месте общепримиряющий.

Леонид Перлов: Да-да, что физику, что химию, что географию мою, что физкультуру, на мой взгляд, одинаково неэффективно преподавать на удаленке. Преподавать надо в личном, живом контакте с учеником, тогда будет какой-то толк, в том числе и физкультуру, это прекрасный предмет абсолютно необходимый. Но учитель физкультуры должен видеть своего ученика. К тому же представить себе ситуацию, что ребенка надо подстраховать, условно говоря, на снаряде, допустим...

Иван Князев: Как минимум, да-да-да.

Леонид Перлов: Допустим, ребенок этим снарядом обзавелся дома, а учитель у него на удаленке, подстраховать он его не сможет.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

И следом тоже звонок от Галины из Нижнего Новгорода. Здравствуйте.

Иван Князев: Добрый вечер.

Зритель: Да, здравствуйте, я слушаю. Вы знаете, я очень хотела вас поблагодарить. Я всегда слушаю вашу передачу, но не буду занимать ваше время. Вы знаете, у меня трое внуков.

Тамара Шорникова: Ага.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Они, к сожалению... Вот доченька моя врач, акушер-гинеколог, она работает сутками, чтобы заработать на то, чтобы детям как-то летом мороженое купить, куда-то сходить, что-то у них было. Она живет одна, потому что муж, к сожалению, вот так случилось. Ну вы понимаете, я ей помогаю как могу, но я пенсионерка.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Я не могу дать ей больше того, что я могу. Почему у нас сейчас коронавирус, отменили уроки, которые я хочу, чтобы были, чтобы дети ходили в школу, чтобы приходили из школы ко мне там, или на кружки, или еще как-то. Почему это все так делается против детей, против нашего будущего?

Иван Князев: Ну не совсем, не совсем против детей.

Леонид Перлов: Скорее наоборот.

Иван Князев: Ну как, почему? Ну заболеете, умрете, вот почему, ну если так вкратце.

Тамара Шорникова: Но, конечно же, нам пишут многие телезрители, для кого, во-первых, тот же карантин проблема, потому что детей оставить негде, не знаю, кредиты и так далее, зарабатывать нужно, при этом детей одних дома тоже не оставишь. Пишут SMS действительно, что удаленка – это первый шаг к увольнению, так же по удаленке тебе письмо какое-то пришлют на почту о сокращении.

Иван Князев: Да, есть, есть такие опасения.

Владимир Морыженков: Не пришлют, я думаю, что не пришлют. Коллеги, мы, конечно, живем не в свободном обществе, не живем мы в уникальном обществе. Мы живем в том уровне своего развития, в котором существуем. И в этот момент происходит в стихии, в природе заболевание. Я не знаю, обращались ли вы, знаете, что в Средние века была чума, и существует известная статистика, что половина города или 4/5 крупной столицы мира не стало за короткое время. Эти вещи существуют.

И когда появляется слово «эпидемия» и вы покашливаете и весело думаете, что это грипп или это минует, и когда в городе ходит один человек и он может, как в Южной Корее, 30-й человек, 29 вычислили, а 30-й успел за один день тысячу контактов с людьми сделать. И вот начинается, неизвестно, как ситуацию урегулировать. В Италии нет врачей, чтобы оказать помощь умирающим, потому что умирает слишком много людей...

Тамара Шорникова: Владимир Алексеевич, простите, очень мало времени.

Владимир Морыженков: Давайте.

Тамара Шорникова: Но тем не менее, да, риски понимаем, да, нужны определенные меры.

Иван Князев: Но не все еще, видишь, понимают.

Владимир Морыженков: Не понимают.

Иван Князев: Не все риски понимают.

Тамара Шорникова: Но, к сожалению... Да, действительно, некоторым эти необходимые меры выполнять сложно ввиду финансового положения. Как в этой ситуации бизнес, государство, банковский сектор могут помочь вот эти карантинные меры вынужденные выдержать?

Владимир Морыженков: Государство точно должно сегодня определить, каким же образом, наилучшим образом использовать ту небольшую сумму денег, потому что 300 миллиардов рублей, о которых они сейчас говорят, – это копейки по сравнению с тем, сколько потребуется. Страны говорят, что мировая экономика потерпит убыток в 2 триллиона, это не разбогатеет, это в странах произойдут катастрофы, которые нужно будет покрывать колоссальными деньгами, 300 миллиардов могут кончиться за считанные месяцы. А сегодня один из фондов опубликовал, что угроза этих заболеваний может продлиться, эта эпидемия, 2 года. Представляете, вот все вылечили, один не вылечился, и опять тысяче человек пожал руку, и опять понеслось все то же самое. Вы представляете, что может экономика остановиться, мы можем упасть до очень опасной черты.

Чтобы этого не произошло, государство правильно бьет в набат, и это не значит, что нас там сейчас пронесет и мы на легкой волне пройдем. Во-первых, мы со статистикой не умеем работать, статистика скрывает свои результаты, мы не верим этой статистике. Мы не знаем, что происходит, не знает, какие реальные размеры катастрофы нас ожидают. Друзья, подумайте о своих детях и прежде всего подумайте о старших людях, это очень ответственная ситуация сейчас.

Тамара Шорникова: Это пока о статистике, а о мерах все-таки?

Владимир Морыженков: А меры на сегодняшний день следующие. Если есть возможность найти способ существования в карантине, требуйте от работодателя, чтобы производились оплаты. Работодатель не может вас уволить...

Иван Князев: Причем полностью.

Владимир Морыженков: Полностью, 100%-е. Я хочу вам сказать, мы в России вообще чувствуем себя как единый народ, я не представляю сегодня работодателя, который скажет, что он вас вынужден уволить из-за того, что денег нет.

Иван Князев: Как? Ну вы прямо так очень хорошо думаете о работодателях.

Владимир Морыженков: В частном бизнесе...

Иван Князев: Я вот даже очень могу себе представить.

Леонид Перлов: Да.

Владимир Морыженков: Да? В частном бизнесе сейчас работодатели по целым направлениям начнут разоряться, вот через банкротство пойдет большая проблема.

Леонид Перлов: Пойдут увольнения.

Владимир Морыженков: Но я вам хочу заметить, что государство патронирует всеми своими активами, которые у них есть, они возьмут на содержание. Да, копейки будут выплачивать, но на этот бюджет придется проживать.

Тамара Шорникова: А банки смогут заморозить кредиты, платежи по кредитам временно?

Владимир Морыженков: Здесь не банки... У нас на сегодняшний день частных банков почти не осталось, это все государево дело.

Леонид Перлов: Государственные.

Владимир Морыженков: Вопрос. Заморозка по кредитам означает заморозку по депозитам еще, то есть вкладчикам тоже нужно объявить, что прекращается начисление депозитных денег и каким-то образом фиксация произойдет. Я хочу заметить вам, коллеги, что инфляция может быть очень большой, и запустить этот маховик... Все мечтают, чтобы Китай снова заработал, он возьмет на себя бремя, а если Китай не заработает, то мы должны все производить сами. А вы уже оглянитесь вокруг себя, что мы сами для себя производим?

Леонид Перлов: Да.

Владимир Морыженков: Практически ничего. Доллары нужны, чтобы это покупать. Вот, может быть, экономика и вынуждена будет заработать в новой ситуации, в которой мы оказываемся. Коллеги, это может быть надолго, если мы сейчас не попробуем справиться все вместе с этой бедой.

Иван Князев: Смотрите, культурная столица спрашивает: «А как работать музеям и театрам? Вы хотите лишить людей общения?» Ну вот, кстати, интересный момент. Я сегодня смотрел, какие культурные учреждения уже перешли на такой вот новый формат, в мире смотрел. Смотрите, Берлинская филармония: в связи с тем, что концертные залы в Берлинской филармонии до 19 апреля закрыты, открыли бесплатный доступ в цифровой концертный зал.

Владимир Морыженков: Правильно.

Иван Князев: В Мюнхене та же история, в принципе во всех...

Леонид Перлов: Бостонский музей изящных искусств недавно прислал письмо, да, собственно, почти все крупные галереи, музеи давным-давно открыты, тут нет ничего нового, у них открытые сайты, можно их коллекции видеть, это тысячи музеев.

Иван Князев: Ну а у нас они насколько развиты? Я не знаю, 3D-поход по музею?

Леонид Перлов: У нас, к сожалению, не очень пока.

Владимир Морыженков: Я хочу вам сказать, что это организуется очень легко.

Еще я не поднял такую тему, коллеги, как волонтерство. Это величайшее дело. Вот, например, возьмем любого учителя, у него есть трудности, а ты как студент сейчас в карантине. Что значит в карантине? Иди к этому учителю, обучи его пользоваться, идите к дедушкам и бабушкам, если вы здоровы...

Леонид Перлов: Дистанционно.

Владимир Морыженков: Дистанционно можете научить, объявите себя центрами продвинутого... Хотите, вот у меня возьмите знания, я готов их отдать. Волонтерство означает бесплатное предоставление знаний. Если мы уважаем друг друга, коллеги, если вы знаете, как показать людям, как удаленно сделать заказ, обучить своих близких, родных, дайте возможность старикам и пенсионерам перешагнуть барьер их цифрового эмигрантства, то, что они чувствуют себя чужими в Сети.

Леонид Перлов: Правовой неграмотности.

Владимир Морыженков: Да. Это делается на один клик. Помогите им купить, оплатите гаджеты, какие-то старые отдайте, новые купите, делайте им подарки. Это очень важная рекомендация, научите их жить. И еще, конечно, не контактируйте... Сделайте возможность, как вот прожить жизнь, не контактируя ни с чем, не трогая металлических предметов...

Леонид Перлов: Ну это невозможно.

Иван Князев: Ну да.

Владимир Морыженков: Это возможно.

Иван Князев: Да, спасибо, спасибо вам, уважаемые гости. Владимир Морыженков был у нас сегодня в студии, профессор бизнес-школы МИСиС, – спасибо вам большое, Владимир Алексеевич.

Владимир Морыженков: Спасибо, коллеги.

Иван Князев: И Леонид Перлов, учитель высшей категории, почетный работник общего образования, – спасибо огромное.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Леонид Перлов: Спасибо, всего доброго.

Иван Князев: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)