Ковид и дети

Гости
Андрей Степанов
заместитель главного врача «ЦКБ с поликлиникой» Управления делами Президента РФ по медицинской части
Андрей Демин
президент Российской ассоциации общественного здоровья, профессор ПМГМУ им. И.М. Сеченова

Константин Чуриков: Ну а сейчас довольно такая тревожная, пугающая я бы даже сказал, новость: российские врачи все чаще фиксируют тяжелые случаи коронавируса у детей, доходит даже до летальных исходов. Вот пришла информация, что в Тульской области из-за COVID умер двухмесячный ребенок, в Волгоградской области двухлетняя девочка. Это такие, знаете, пока еще разрозненные данные, общей картины по стране нет.

Но вот что мы узнали сегодня? В Челябинской области в 4,3 раза выросло число заразившихся COVID, в Тульской области я сказал… Значит, на самом деле вот ситуация очень такая тревожная, будем сейчас разбираться, почему такой всплеск заболеваемости, что можно было бы нам всем предпринять.

Марина Калинина: Андрей Степанов у нас на связи, заместитель главного врача «ЦКБ с поликлиникой» Управления делами Президента России по медицинской части, профессор. Здравствуйте.

Андрей Степанов: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Андрей Алексеевич, ну вот мы пока только питаемся, подпитываемся информацией из отдельных регионов, то, что сообщает Роспотребнадзор такой-то области, такого-то края. Какая общая картина сейчас по стране? Может быть, вы что-то знаете, чего не знаем мы, в отношении детей я имею в виду.

Андрей Степанов: Константин, пока действительно данные достаточно разрозненные. Я не стал бы пока бить во все колокола, не стал бы пока нагнетать панику. Потому что, безусловно, если в предыдущие всплески дети заболевали, где-то в районе погрешности были статистической, то сейчас, конечно, больше детей. Но это может быть связано и с лучшей диагностикой. Ну и, как обычно при вирусных инфекциях, в первую очередь страдают те, которые имеют какие-либо врожденные пороки, которые имеют особенности иммунитета врожденные или приобретенные. И в связи с этим всегда нужно разбираться, вот эти вот случаи, безусловно, выставлен посмертный диагноз «коронавирусная инфекция», но что в сопутствующих, потому что именно они зачастую являются причиной гибели таких детей. Поэтому нужно разбираться со статистикой.

Марина Калинина: Андрей Алексеевич, а вообще, в целом если говорить о возрасте, в котором люди подвержены заболеванию COVID-19, вот раньше, ну в самом начале, когда эта эпидемия вообще началась, это были люди 65+, дальше все это моложе, моложе, моложе, сейчас дети. Вот почему вообще, в принципе такая тенденция?

Андрей Степанов: Ну, может быть предложено несколько версий. Действительно, то, что штамм «дельта» более вирулентный, он больше поражает, и, скажем так, более тяжелое само течение заболевания, и контингент заболевших значительно моложе. Буквально вот до лета даже мы видели и американские данные, статистика, они, я бы сказал, несколько вперед идут по заболеваемости, у них где-то до 10% детей были подвержены заболеванию, это уже на фоне всплеска. Мы сейчас еще, к счастью, не добрались до таких даже процентов. Да, безусловно, бывают тяжелые течения, мы с этим тоже сталкиваемся, но тем не менее говорить о том, что нужно прямо паниковать, еще рано.

Марина Калинина: Нет, мы…

Константин Чуриков: Но нужно наблюдать за этой ситуацией, осторожно относиться к здоровью.

Марина Калинина: Мы паниковать-то никого не призываем, да, но просто хочется разобраться, почему так происходит.

Константин Чуриков: Тем более впереди у нас сентябрь, кто-то в школу, кто-то в сад, есть из-за чего переживать.

Андрей Степанов: Мы ждем, безусловно, в сентябре опять сезонного всплеска. И не надо забывать о том, что кроме COVID существует и грипп в том числе, поэтому для того, чтобы не попасться еще на крючок гриппа, как раз не надо забывать о прививках от гриппа. Ну, что касается вакцины от COVID для детей особенно, причем даже не подростков, а до 10 лет, мы пока еще такой вакцины не имеем.

Константин Чуриков: Вы знаете, вот по поводу вакцин, вопрос относительно того, что сегодня вот заявил, я так понимаю, один из разработчиков оксфордской вакцины, зовут его Эндрю Поллард. Он сказал, что сейчас вот бесполезны совершенно усилия, стремление победить пандемию с помощью прививок, потому что прививки не означают, что человек не может заразиться и не может быть разносчиком инфекции. То есть это не метод, сказал этот уважаемый специалист. Как вы это прокомментируете?

Андрей Степанов: Константин, мы с вами каждый раз, когда обсуждаем эту тему, повторяем, что любая прививка – это не панацея, в медицине не бывает 100%-х, скажем, гарантий, чтобы кто-то не заболел, даже привитой. Но заболевание протекает в значительной мере легче, чем у непривитых. Поэтому мы прививаем, для того чтобы снизить именно смертность, количество осложнений, и, в общем, это же справедливо относится и к детям, потому что с детьми-то как раз мы имеем больший опыт…

Марина Калинина: Ага.

Константин Чуриков: Так, у нас сейчас есть звонок…

Марина Калинина: У нас звонок есть.

Константин Чуриков: Это наш зритель, зритель по имени Игорь из Москвы. Игорь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Вот у меня к вашему гостю такой вопрос. Вот смотрите, мы с женой болели одновременно коронавирусом, вот мы болели, а наш ребенок не заболел. Вот вообще… И вот сколько моих знакомых болели, дети у них не болели вообще. Может быть, когда говорят о болезни детей, у них лучше иммунитет? Может быть, дети вообще не болеют?

Константин Чуриков: Подождите, а с чего вы взяли, что дети не болели? Вы потом какие-то, что, анализы крови сдавали?

Зритель: Конечно. Нет, не анализы крови, конечно, ПЦР сдавал ребенок, естественно, сразу же, как только мы заболели, потом делали КТ ребенку.

Константин Чуриков: А, ну КТ понятно… Слушайте, но что касается ПЦР-теста, он же тоже имеет большую погрешность, вы же это знаете, наверное, не хуже нас, да?

Зритель: Ну да. Но вот сколько у меня знакомых есть, дети не болели.

Константин Чуриков: Да, спасибо, вопрос понятен.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Андрей Алексеевич?

Андрей Степанов: Вы позволите вашему телезрителю ответить таким образом? Во-первых, действительно, неизвестно, болел ли ребенок или не болел, об этом может быть только иммунологическое исследование сказать. Зачастую как случайная находка вдруг иммуноглобулины G обнаруживаются и это говорит о том, что да-да, организм встречался, перенес данное заболевание.

Плюс ко всему, ко всем вирусным инфекциям, и это не отличает COVID в том числе, можно сказать о том, что здесь важно, насколько сильна иммунная система макроорганизма, то есть человека, насколько злобен микроорганизм. И вот когда встречаются эти два одиночества и совпадают условия, что организм ослаблен, а вируса много и он зол, то, соответственно, возникает заболевание, инфекционный процесс. Мы сталкиваемся каждый день со множеством вирусов, но наша иммунная система зачастую может дать ему отпор. В связи с этим, значит, действительно организм ребенка в этот момент был невосприимчив, такое тоже бывает.

Константин Чуриков: Андрей Алексеевич, спросим вас и потом еще следующего эксперта, и, кстати, зрителей спросим: как вы считаете, может быть, если такие все-таки риски есть, может быть, все-таки закрыть границы, не надо там, извините меня, в Турцию летать? Вы как считаете?

Андрей Степанов: Ну, сейчас мы, безусловно, помимо осеннего времени ожидаем всплеск из-за того, что все вернулись с отдыха, все вернулись с моря, будут встречаться на линейках 1 сентября, и мы ожидаем всплеска не только COVID, но и всех остальных вирусных инфекций. COVID, безусловно, особенно для детей старшего возраста, на сегодняшний день имеет большее значение, чем до того, мы можем увидеть и всплеск COVID в том числе. Сейчас уже поздно говорить, что не надо летать, уже все слетали, прилетели, сейчас мы будем пожинать плоды.

Марина Калинина: У нас есть звонок из Саратовской области, я так понимаю, Татьяна.

Константин Чуриков: Татьяна?

Зритель: Алло, здравствуйте.

Марина Калинина: Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Слышно, да, меня?

Марина Калинина: Да.

Константин Чуриков: Отлично.

Зритель: Я звоню с Саратовской области, города Энгельса. У меня к вашему специалисту вот такой вопрос. Моей внучке 3 года, она за последние 3 месяца второй раз болеет тяжелой пневмонией, тяжелой пневмонией прямо, вот. Я бы хотела узнать… Вы знаете, мы сдали тест на COVID, сдали анализы соответствующие крови, и вот наш педиатр сказал нам так: тест показал отрицательный результат, но она говорит, что это еще не означает, что у нее COVID нет. Что это такое? Это ошибочные тесты, или это неправильная диагностика, или это ошибаются терапевты, или что это такое на самом деле? Может мне ответить?

Константин Чуриков: Татьяна, а сколько лет внучке?

Зритель: Три года.

Андрей Степанов: Три года.

Константин Чуриков: Три годика. А может быть такой вариант, вот что вам (извините, один наводящий вопрос) педиатр сказал? Может быть, это первый случай пневмонии недолечили? Почему второй возник?

Зритель: Нет-нет, в этом вопроса нет: ребенок был полностью долечен, ходила в детский… Нет, это исключено.

Константин Чуриков: Ага, понятно.

Марина Калинина: Ну то есть это такой вероятности нет.

Константин Чуриков: Спасибо.

Марина Калинина: Андрей Алексеевич, как такое может быть?

Андрей Степанов: Ну, это может быть, потому что происхождение пневмонии отнюдь не обязательно должно быть именно COVID. Если ребенок часто болеющий, если тем более посещает детское дошкольное учреждение, вполне возможно, что ребенок имеет сопутствующее инфекционное заболевание, сопутствующее, я бы сказал, осложненное течение, что приводит к частым инфекционным заболеваниям, такие, например, как аденоидиты хронические, то есть это всегда хронический очаг инфекции, который может себя реализовывать в том числе пневмонией. Но если ребенок заболевает повторно пневмонией, это, скорее всего, говорит о каком-то вторичном иммунодефиците. Поэтому ребенка нужно, безусловно, глубоко обследовать, для того чтобы ответить на вопросы.

Марина Калинина: Андрей Алексеевич, еще один вопрос. Вот в последнее время часто говорят о том, что уже переболевшие COVID могут заболеть еще раз COVID через какое-то время. Вообще там говорят такие цифры, что, по-моему, до 10 раз, да…

Константин Чуриков: Да.

Марина Калинина: …за год можно заболеть. Вообще насколько нормальна эта ситуация? Как этому можно противостоять, я не знаю, как этого избежать? Или это нереально, потому что штаммы меняются?

Андрей Степанов: Марина, штаммы меняются, к счастью, не настолько часто, и в связи с этим действительно у людей, у которых снижен иммунитет, которые находятся, например, на иммуносупрессивной терапии, они могут COVID заболевать действительно достаточно часто. Но по крайней мере вот… 10 раз, для меня впервые встречается такая цифра…

Марина Калинина: Ну вот была такая цифра.

Константин Чуриков: Да, это главный врач одной коммерческой клиники заявил, не помним уже, как его зовут, да-да-да, было такое.

Андрей Степанов: Ну, я такой статистики не имею. Действительно, случаются повторные случаи, особенно если кто-то начал переболевать именно в начале эпидемии и сейчас вновь заболел, это может быть. Но вот я вам могу сказать, что я перенес COVID, я был привит и в связи с этим нетяжело перенес COVID, я хожу сейчас в красную зону достаточно легко защищенный, и бог миловал, до сих пор повторно ничего со мной не случилось.

Константин Чуриков: Дай бог здоровья всем.

Марина Калинина: Спасибо. Не болейте.

Константин Чуриков: Спасибо, Андрей Алексеевич. Андрей Степанов, зам главного врача «ЦКБ с поликлиникой» Управления делами Президента по медицинской части, профессор.

Люди нам пишут, Волгоград: «Люди, перестаньте думать, что ради вас закроют границы». Тверь: «А нечего было открывать».

Марина Калинина: А вот из Оренбургской области тоже: «Вот везут с Черного моря и Турции, из Египта, чего и следовало ожидать. Нечего никуда ездить».

Константин Чуриков: Помнишь, как Достоевский говорил, «слишком широк русский человек, широк, я бы его сузил». Вот Александр широк прямо, да: «Границы стоит закрыть даже безо всякого COVID», – вот даже так радикально.

Марина Калинина: Ну просто закрыть и все.

Константин Чуриков: Да.

Давайте сейчас послушаем, что нам скажет Андрей Демин, президент Российской ассоциации общественного здоровья, профессор Университета имени И. М. Сеченова. Здравствуйте, Андрей Константинович.

Марина Калинина: Здравствуйте.

Андрей Демин: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Андрей Константинович, насколько вам видится ситуация опасной? И какой совет вы можете сейчас дать родителям? Понятно, что нет сейчас вакцины для детей, я думаю, что и не все сразу побегут ее делать, как только она появится. Что делать-то нам?

Андрей Демин: Ну, я бы здесь сказал, что, конечно, остаются в силе все мероприятия, которые призваны защитить от заражения, это мы знаем хорошо, все их выучили наизусть, они распространяться должны на детей. Потому что раньше было общее такое представление, что детей-то инфицирование касается крайне редко и болеют они легко, сейчас ситуация изменилась, она изменилась повсеместно, вообще в мире.

Марина Калинина: А почему, вот тоже хочется спросить? Почему так меняется все?

Андрей Демин: Ну вот так течет этот эпидемический процесс, так вирус адаптируется к той среде, в которой он обитает, то есть к человеческой популяции. И это отмечено повсеместно, повсеместно. Сейчас мы говорим о том, что… Собственно, и раньше мы говорили о том, что примерно 10–12% заболевших COVID были дети, просто как-то это проходило немножко незаметно, на детей смотрели в основном как на потенциальных переносчиков инфекции, то есть они вроде бы не болеют, но могут переносить. Сейчас совершенно ситуация стала понятна и повсеместно…

Я, готовясь к нашему разговору, прочитал, примерно месяц назад вышла большая статья в авторитетном журнале Nature, посмотрел данные по Соединенным Штатам Америки, по странам Европы и вижу, что практически везде эта тема становится ключевой. Кстати сказать, даже Всемирной организация здравоохранения говорит о том, что вакцинация детей… Правда, там ставится такая ограничительная черта, 12 лет и старше пока что, но уже ведутся разработки вакцин на более молодые возрасты, то есть совсем на маленьких детей. И в перспективе мы ожидаем, что вакцинация может быть распространена на эти контингенты.

То есть дети, мы понимаем, самое дорогое, что у нас есть, мы должны всячески их защищать, заботиться о них, сами они о себе позаботиться, мы знаем, не могут без защиты взрослых. Поэтому если на сегодняшний день факты, научный анализ показывает необходимость такой вакцинации, то и нам надо готовиться. У нас тоже уже объявлено примерно на вторую половину сентября также начало кампании по вакцинации детей. Поэтому как это будет юридически оформлено, какие будут рекомендации…

На сегодняшний день я могу сказать, что одна только вакцина Pfizer фигурирует в качестве рекомендованной для детей, я имею в виду, Соединенные Штаты Америки рекомендуют прививать всех. В Великобритании прививают детей с ослабленным здоровьем, в ряде стран тоже свои есть особенности, ну и какие-то особенности, наверное, будут и в Российской Федерации. Но то, что это обязательно коснется детей, мы должны их защитить, а другого механизма, кроме как прерывание эпидпроцесса с помощью известных нам мероприятий и вакцинации, у нас других механизмов на сегодняшний день нет.

Константин Чуриков: Так. Андрей Константинович и уважаемые зрители, сразу не надо вот утюгом сейчас в меня, в телевизор кидать: значит, еще же известное противоэпидемическое мероприятие – маски, а дети у нас…

Андрей Демин: Да, совершенно верно.

Константин Чуриков: …могут без масок. Что вы предлагаете, маски детям?

Андрей Демин: Ну вот, собственно говоря, все авторитетные источники, которые я изучал, которые я упомянул уже, они как раз и говорят о том, что прививки на сегодняшний день вполне стали реальностью для детей старше 12 лет. А все, что касается детей младше, они должны соблюдать все те самые меры, которые вроде бы на них раньше не распространялись: маски, социальное дистанцирование, вот эта так называемая респираторная гигиена, когда чихают и кашляют люди, это мытье рук, ну и так далее, все это нам хорошо известно. Ну и, конечно, вот это социальное дистанцирование, это вот разобщение, которое нам должно прервать эпидпроцесс.

Марина Калинина: У нас есть звонок из Москвы. Любовь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Я по поводу вот COVID у детей. Сейчас почему-то очень модно детей-дошкольников таскать не по паркам, а по торговым центрам. Я недавно была на Ходынке в «Авиапарке», там толпы ведут детей-дошкольников и на руках, и в коляске, и на самокатах. Как же тут не будет заражения? Это замкнутое пространство. Мода такая сейчас пошла.

Марина Калинина: А что вы предлагаете?

Константин Чуриков: Любовь, а может быть, это просто к новому учебному году школьников готовят или кого-то к садику, обновку купить?

Зритель: Какие «к садику» – крошки совсем, и на колясках, 2–3 года, на самокатиках там катаются. Что я предлагаю? Да я предлагаю родителям головой подумать, только-то и всего.

Марина Калинина: Ага.

Зритель: Чтобы никто был виноват, а сами думали…

Константин Чуриков: Нет, имеется в виду, если два родителя и у них сразу все дети, кто-то мог бы с детьми дома посидеть, вы в этом смысле, да?

Зритель: Ну там, знаете, очень много женщин, которые кофейку сидят пьют…

Константин Чуриков: А.

Зритель: …кофеечек, а ребенок в колясочке.

Константин Чуриков: Ну понятно, да.

Зритель: Как не будут болеть?

Константин Чуриков: Разделяю ваше мнение. Спасибо, Любовь, спасибо.

Марина Калинина: Да. Андрей Константинович, вот по поводу этого нового штамма «дельта», вроде как наши российские ученые, по крайней мере Центр Гамалеи говорит, что в принципе она уже, прививка эта, есть, вакцина. Что вы по этому поводу скажете? Но она пока еще не в массовом, естественно, производстве. Не отстаем ли мы за вот этими изменяющимися штаммами? Ну, сейчас мы сделаем эту «дельту», а потом он поменяется опять, то есть он будет не индийский, а какой-нибудь бразильский, и мы опять будем отставать.

Андрей Демин: Действительно, здесь необходимо настраивать так всю систему, чтобы она была готова реагировать на изменения вируса, потому что на сегодняшний день предсказать, как он будет меняться, какие штаммы какие будут нести свои особенности… Мы с вами знаем, что даже вот в более спокойные времена, когда были эпидемии гриппа, каждый раз приходил вирус с каким-то особенностями: один раз с кашлем, другой вирус обязательно осложняется пневмонией, третий год, как мы знаем, там дети больше поражаются; в какое-то время эпидемии просто настоящая была пневмонии у пожилых людей… То есть это, в общем, у каждого вируса свой характер и своя клиническая картина, свои риски.

Поэтому, конечно, надо выстраивать всю систему нашу вот этой защиты, я думаю, что здесь очень серьезные выводы будут сделаны, неспроста у нас и в аппарате Совета безопасности создана специальная комиссия, это межведомственный вопрос. Я думаю, что здесь все будет выстроено. Единственное, хотелось бы, чтобы это было как можно скорее сделано, чтобы мы как можно меньше людей потеряли, чтобы как можно меньше людей потеряли свое здоровье.

Марина Калинина: Андрей Константинович, вот Аргентина уже отчиталась о том, что они смешали «Спутник V» с американским препаратом Moderna, и вроде как, пока они это тестируют, это дало повышенный иммунный ответ какой-то там, я не знаю, в медицине не разбираюсь, но, в общем, эта прививка более эффективна, что ли, это вот аргентинцы так говорят. Может быть, нам уже как-то на международном уровне начать сотрудничать и не меряться, у кого прививка лучше, а как-то скооперироваться?

Константин Чуриков: Смешивать прививки, коктейль сделать?

Андрей Демин: Да. Я с самого начала тоже, собственно говоря, ожидал, как и почти все мы, что будет более такое тесное сотрудничество, что это будет единая разработка. Вот эта вот конкуренция недобросовестная, информация искаженная – это, в общем, конечно, не только это удручает, это, конечно, еще ведет к распылению ресурсов и к тому, что мы не можем дать адекватный ответ именно как человечество единое. Вот это, к сожалению, действительно есть, и я очень надеюсь, что это все будет преодолено, потому что иначе у нас опять, мы, как вот это в священных текстах написано, во-первых, мы делим на чистых и не чистых людей, в общем-то, снова разделительные линии, какие-то занавесы: это раньше был железный занавес, потом был золотой, а теперь у нас еще этот вакцинный занавес над миром…

Константин Чуриков: Андрей Константинович, тема, которую мы сейчас обсуждаем, она правда, действительно очень сильно разделяет наше общество. Я просто приведу примеры с SMS-портала, и вы поймете, насколько по-разному действительно мыслят разные люди. Краснодар: «Не пугайте напрасно людей коронавирусом. Если власти отменяют ограничения, сквозь пальцы смотрят на ношение гражданами масок, на вакцинацию, значит, коронавирус для граждан России опасности не представляет». Ставрополье: «Пока не сделают вакцину для детей, не надо открывать школы». Воронеж: «Сегодня сосед приехал на дачу на маршрутке, сказал, что в набитой маршрутке сидел в маске один как идиот», – да, у меня то же самое было в электричке в выходные. «Почему для домашних животных создали вакцину, а для детей нет»?

Я к чему? Я к тому, что это не потому, что мы нагоняем панику, уважаемые телезрители, мы эту тему взяли не для того, чтобы сейчас вот все стали себе капать валидол, а чтобы просто привлечь внимание ваше в том числе к этой важной проблеме.

Последний вопрос: у нас, скажем так, медицина понимает всю опасность происходящего?

Андрей Демин: Да, конечно. Но медицина, видите, она находится в особой ситуации, потому что у нас медицина, есть такое вот у нее крыло профилактическое, которое, в общем, получается, не вполне эффективно срабатывает. А что касается лечебной части, то, в общем-то, когда человек заболел, это уже совершенно другие процессы текут и другие возможности. Мы в основном-то, вот наше внимание привлекается именно под аппаратом ИВЛ, к этой вот стационарной помощи медицинской – этого ничего не должно быть, если хорошо работает профилактическая помощь, если есть эффективная вакцинация, если есть у нас санэпидмероприятия… Да, они в ряде случаев какое-то неудобство создают для людей, но здесь должна быть вся разъяснительная кампания, чтобы люди хорошо это поняли. А кто не понял… Все ведь по-разному понимают, кому-то нужны административные меры, кому-то нужно это в виде юмористической передачи преподать, кто-то хочет какое-то научное обоснование…

Константин Чуриков: Ну да.

Андрей Демин: То есть каналов очень много.

Марина Калинина: Андрей Константинович, знаете, вот что, на мой взгляд, хромает в медицинском плане? Лечат нормально, все хорошо, но вот потом, после COVID, как-то очень все это заканчивается быстро и ты уже никому не нужен, а симптомы-то остаются. И потом опять нужно идти в эту поликлинику, опять записываться к терапевту, опять сидеть в очередях, получать какие-то направления на то же КТ, на анализы и так далее, и так далее. То есть вот здесь вот как-то, какой-то провал. Я просто сама с этим столкнулась, поэтому я знаю.

Андрей Демин: Да-да-да. Да, я хочу вам это рассказать, это действительно вы совершенно правильно поднимаете тему. Сейчас очень активно обсуждается и практические меры предпринимаются повсеместно, по всей планете, это называется продленный COVID, когда это 3 месяца и более продолжается сохранение симптомов. Необходима реабилитация; это нужен, в общем, поворот нашей системы медицинской, социальной на то, чтобы люди, которые переболели COVID… Вот это тоже нужно, да.

Константин Чуриков: Да, спасибо большое за участие в нашей программе.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Андрей Демин, президент Российской ассоциации общественного здоровья, профессор Университета имени И. М. Сеченова.

Вот говорят, что у нас люди не доверяют вакцинам, все так у нас плохо. Вы знаете, я вчера вот нашел такую информацию, что Швейцария, которая сейчас стоит на пороге четвертой волны коронавируса как раз-таки за счет заболеваний в том числе несовершеннолетних, такая статистика: 56% населения швейцарского получили как минимум одну дозу препарата, то есть там даже близко нет к 60%, хотя население не такое большое. Так что и в Швейцарии сомневаются некоторые по поводу вакцин, мы не одиноки.

Марина Калинина: Через пару минут продолжим, будем говорить о том, что сейчас происходит в Афганистане, какие перспективы для России в этом плане, потому что очень много афганских беженцев, в том числе захотят наверняка поехать они и в нашу страну.

Константин Чуриков: Очень много было и очень много, говорят, будет. Об этом через пару минут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Homo soveticus
Очень надеюсь на здравомыслие родителей, которые не позволят проводить эксперименты с детьми.