Кредит на кредит

Кредит на кредит | Программы | ОТР

Брать взаймы у банка на первоначальный взнос по ипотеке рисковано. Как по-другому решить проблему?

2020-09-04T15:34:00+03:00
Кредит на кредит
Снова самоизоляция? В Арктике тает лёд. Здоровая и счастливая жизнь. Многодетная парковка. Соцсети: от 14 и старше. Как призвать к ответу бизнес, который травит подростков. Можно ли научить искусственный разум справедливости?
По приговору искусственного интеллекта
Индустрия анти-детства
Сергей Лесков: Человек без маски в нынешних условиях - это элементарный уголовник, который нарушает общественный договор и ставит себя выше общества
Дети в соцсети: вред или норма?
Домашний режим для пенсионеров
Большой семье - бесплатная парковка. Это правильно?
Кинополководец Сергей Бондарчук: какой вклад в мировое искусство он внёс?
Здоровая и счастливая жизнь – какая она в нашей стране?
Лёд Арктики потерял две трети своей толщины
Гости
Константин Ордов
руководитель департамента корпоративных финансов и корпоративного управления Финансового университета при Правительстве РФ
Ирина Радченко
президент Международной Академии ипотеки и недвижимости (МАИН)

Константин Чуриков: Центробанк, а с ним и все мы обратили внимание на рост числа заемщиков, которые ради первоначального взноса по ипотеке берут потребительский кредит. Доля таких заемщиков пока невелика – на начало года их было около 6%. Если быть точным, то 5,5%. Но – наблюдается определенный рост. И поднимается также ажиотаж вокруг самой ипотеки, поскольку ее ставки снижаются. Правительство объявляет о новых мерах вовлечения населения в ипотеку – и естественным образом перспектива обзавестись своей собственной квартирой становится все более соблазнительной для широкого круга людей.

Оксана Галькевич: Но на самом деле ситуация очень опасная, потому что вполне возможно, что там ведь не только люди, которые этими потребительскими кредитами пользуются, а растет также в последнее время, в первые полгода число микрозаймов. Это вообще очень опасная и неприятная ситуация.

Друзья, подключайтесь к разговору. Вы знаете таких людей? Может быть, вы воспользовались как раз этим механизмом, додумавшись до него, чтобы быстрее эту ипотеку по низкой ставке получить. Звоните, пишите. Все это – бесплатно. Телефоны у вас на экранах.

А мы подключаем экспертов к нашему разговору, да?

Константин Чуриков: Да. Константин Ордов выходит на связь, руководитель Департамента корпоративных финансов и корпоративного управления Финансового университета при Правительстве. Константин Васильевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Константин Васильевич.

Константин Ордов: Да, добрый день.

Константин Чуриков: Константин Васильевич, вот у депутатов Государственной Думы, к которым обратились журналисты за комментарием, в частности у председателя Комитета по экономической политике, первая реакция на это: запретить! Запретить россиянам брать кредит на первоначальный взнос по ипотеке. А ваша реакция какая? Что вы предлагаете делать?

Константин Ордов: Я предлагаю не руководствоваться своими первыми или первичными инстинктами, а попытаться разобраться и понять, по какой причине так сложилось и является ли это действительно угрозой.

Если мы посмотрим поглубже, в суть проблемы, то мы понимаем, что в результате падения процентной ставки ипотека стала более доступна. И это достаточно востребованный инструмент улучшения своих жилищных условий.

С другой стороны, мы с вами в прошлом году сильно переживали, как же наши застройщики, девелоперы адаптируются к новым условиям долевого строительства. На этом рынке произошло существенное изменение – эскроу-счета. А сегодня мы с вами понимаем, что финансированием строительных площадок занимается банк, точнее, отслеживает, а сам застройщик кровно заинтересован в том, чтобы квартиры продавались на этапе строительства, потому что это существенно позволяет сократить свои процентные выплаты по кредитам, полученным на строительство. И если изначально все застройщики сильно переживали, так как кредитные ресурсы для них, естественно, до этого стоили 10–15% годовых, и конечно же, это закрывало все вопросы с возможной доходностью у застройщиков в результате строительства квартир, то на сегодняшний день мы видим, что система адаптировалась.

С одной стороны, застройщики, продавая также по договорам участия в долевом строительстве могут снизить проценты по кредитам до 2–3%, что вполне терпимо. А люди, к сожалению, столкнулись с тем, что в прошлом году Центральный банк, желая ограничить и охладить этот рынок потребительского кредитования, в том числе и ипотечного кредитования, ужесточил требования к банкам по первоначальным взносам. Если еще 2–3 года назад мы с вами могли встретить ипотечные продукты с первоначальным взносом 5–10%, то сейчас мы с вами меньше 15–20% практически на рынке не видим.

Константин Чуриков: Буквально реплика. То есть получается, что ипотека стала более доступной по-прежнему для богатых, да? Это все равно дорогое развлечение.

Константин Ордов: Она стала более доступной для простых граждан с точки зрения выплаты ежемесячных взносов, но менее доступной с точки зрения входа в этот ипотечный кредит.

Естественно, сейчас интерес к этим продуктам у населения существует, и он достаточно высокий. Например, если мы с вами возьмем средние данные по России, то только за первое полугодие 2020 года доступность ипотеки, ее показатель снизился на 8%. То есть не доступность с точки зрения количества людей, а доступность с точки зрения необходимости семейного дохода. По сравнению с началом года вы можете получать доход семейный на 8% меньше и все равно чувствовать себя уверенным и правовым заемщиком. Так что здесь доступность – вещь непростая.

Оксана Галькевич: Константин Васильевич, ну смотрите. Люди, которые идут на такой алгоритм – берут сначала потребительский кредит, для того чтобы сделать первоначальный взнос по ипотечному кредиту, – на первый взгляд кажется, что они, в принципе, как минимум должны лучше считать, чем такой среднестатистический заемщик. Правда? Они в этой схеме разобрались. Они должны были прикинуть, потянут ли они. Им надо вот такую выплату, сякую. Так может быть, на самом деле это и самый безопасный процент заемщиков? То есть это люди, которые… Риски велики, но они их, по крайней мере, лучше осознают.

Константин Ордов: Мы с вами четко видим, что просрочка по выплате ипотечных кредитов – самая низкая из всех видов потребительского кредитования. Поэтому, естественно, априори… У нас есть статистическая информация, подтверждающая, что это самые надежные заемщики. Достаточно жесткие требования со стороны банка.

Но что я хотел подчеркнуть? Здесь же двухсторонние отношения. И банки выдают потребительское кредитование на первоначальный взнос ровно потому, что, как мне кажется, это стало тем положительным фактором изменения этой системы долевого участия, долевого строительства, когда банки уверены в том, что застройщик закончит проект, потому что они финансируют этот проект и отслеживают все этапы строительства. Они снизили для себя риски, и поэтому готовы подобного рода потребительские кредиты выдавать под залог квартиры тем, кому действительно ипотечные кредиты нужны, не беря как банк на себя дополнительные риски.

Константин Чуриков: Мы слушаем сейчас вместе с вами Людмилу из Тулы, которая до нас дозвонилась. Людмила, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Здравствуйте. Я насчет кредита потребительского. Алло. Меня слышно?

Константин Чуриков: Да-да-да.

Зритель: Наши знакомые, ну и мы, и все наше окружение, так сказать, наши знакомые, мы считаем, что для покупки квартиры лучше брать потребительский кредит. Одна наша хорошая знакомая взяла сначала ипотеку, потом ей немножко подкинули родственники. Она пошла в другой банк, открыла счет и перекредитовалась. И теперь она спит совершенно спокойно. А работала до этого на трех работах.

Константин Чуриков: А почему она спит спокойно? Подождите. Под какой процент и с какими ежемесячными выплатами была ипотеку? Секундочку! И сколько сейчас ей приходится каждый месяц банку отстегивать?

Зритель: 12 тысяч. На двух работах сейчас у нее зарплата – 40 тысяч.

Константин Чуриков: 12 тысяч – это уже после того, как она по потребительскому кредиту перекредитовалась, да?

Зритель: Да. А там было где-то 15 тысяч, 14 тысяч было. Но дело в том, что если квартира в ипотеке, то она не твоя. Тебя в любую минуту, если что-то случилось… А у нас может в любую минуту случиться что-то.

Оксана Галькевич: Понятно.

Зритель: И тебя выкинут даже зимой с детьми. А если ты взял потребительский кредит и платишь, то это твоя квартира. Ну да, что-то случилось – какое-то время ты не можешь платить полностью. Все равно она твоя.

Константин Чуриков: Интересный поворот темы!

Оксана Галькевич: Да, логика интересная.

Константин Чуриков: Константин Васильевич.

Константин Ордов: Тут очень важно, мне кажется, понимать, что ипотечный кредит как один из видов потребительского кредитования имеет ставку на сегодняшний день льготную – 6%, а среднерыночная – это 8–9%. Если мы берем простой необеспеченный потребительский кредит, то это 10–15% минимум. И это может вылиться в примерно двукратное увеличение ежемесячного платежа.

Здесь важно для себя попытаться оценить эти риски, так сказать, утери квартиры. Мне кажется, что если вы по потребительскому кредиту объявите дефолт, перестанете его обслуживать, то ваша собственность также легко и непринужденно может перейти в собственность банка. И это будет достаточно нервно проходить. Мы сейчас видим, что вроде бы заработал механизм быстрого, экспресс-банкротства физического лица…

Оксана Галькевич: С 1 сентября, да.

Константин Ордов: Здесь до 500 тысяч. Я так понимаю, что квартиры не входят даже в этот простой способ банкротства.

В принципе, задумываться о банкротстве, мне кажется, не стоит. Это ужасная процедура, исключающая всякую активную общественную и социальную жизнь. Так что здесь каждый должен, по крайней мере осознанно, сделать выбор между этими продуктами. Но мне кажется, альтернативы ипотечному кредиту нет.

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Ордов: И именно в результате дешевизны, в результате четких и понятных отношений с банком, даже в случае если возникают проблемы. И сейчас мы с вами видели в период кризиса, что ипотечные кредиты на самом деле реструктурировались гораздо чаще, чем необеспеченные потребительские кредиты. И это для банка тоже является важным.

Оксана Галькевич: Ну, главная мысль, которую мы должны донести до наших зрителей: неуплаты по любому кредиту, по любому виду кредитов – это в любом случае очень опасно.

У нас есть звонки, но прежде я хочу задать вопрос. А отменить первоначальный взнос, ну, такой вступительный взнос в принципе можно? Такое вообще существует? Есть такая практика мировая? Человек все равно берет кредит. Зачем?

Константин Ордов: Конечно, есть.

Оксана Галькевич: А почему ее нет у нас?

Константин Ордов: Ну, мы пока плавно развиваемся. Видите, сейчас мы с вами сделали рынок застройщиков, строительство более прозрачным, ответственным и контролируемым, например, хотя бы со стороны банка. А до этого мы слышали истории об обманутых дольщиках – правда ведь? – о каких-то иных негативных тенденциях на этом рынке.

С другой стороны, мы с вами пытаемся все-таки зарегулировать этот рынок со стороны Центрального банка, боясь каких-то перегревов, еще чего-то. Мы находимся в стадии становления отношений, развития.

Константин Чуриков: Причем уже долгое время.

Константин Ордов: Мне кажется, что к этому скоро придем. Я говорю, еще три года назад у нас с вами был первоначальный взнос 5–10%. И достаточно осознанная политика со стороны Центрального банка приводит к тому, что он стал 15–20%. Ну, из-за того, что риски действительно снижаются, подобного рода потребительское кредитование на первоначальный взнос банками рассматривается как приемлемое. По сути, это является неким снижением первоначального взноса, вплоть до нуля. Так что вопрос лишь экономический здесь остается.

Константин Чуриков: А потом еще времена наступят, будем брать ипотеку, и нам еще приплачивать за это будут, да? Ну, если уж совсем в минус…

Оксана Галькевич: Но жить нам в эту пору прекрасную, Костя…

Константин Ордов: На самом деле, если мы американский финансовый рынок возьмем, то там так и было.

Константин Чуриков: Вот!

Константин Ордов: Там же ведь в законе было прописано, что если у тебя собственность, недвижимость дорожает, то ты можешь прийти в банк и, грубо говоря, перезаложить ее, взяв разницу в виде дополнительного кредита с увеличенной, с приросшей рыночной стоимостью этой квартиры. Но у нас в России, конечно, нет такого механизма.

Оксана Галькевич: Тоже когда-нибудь будет, Константин Васильевич.

Константин Чуриков: А у нас в России газ. Да, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо большое. Константин Ордов, руководитель Департамента корпоративных финансов и корпоративного управления Финансового университета при Правительстве.

Оксана Галькевич: Сколько бы я не потеряла денег на ипотеке, если бы можно было за счет выросшей ставки… Эх!

Звонок давай принимать.

Константин Чуриков: Сергей, Нижний Новгород. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Я так расстроилась, что даже не вижу, кто звонит. Сергей из Нижнего Новгорода. Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Да, здравствуйте. Смотрите. Центробанк делает все правильно. Почему люди берут эти кредиты? Потому что они опасаются в дальнейшем. Пока сейчас процентная ставка низкая. А они не уверены в завтрашнем дне, через год, два, три, будет ли такая низкая ставка. Роль Центробанка – они должны как раз отслеживать этот рынок, чтобы была уверенность у людей. То есть когда рынок насытятся и люди будут уверены, что через два-три года будет такая же низкая процентная ставка, люди перестанут делать такие махинации, назовем их так.

Константин Чуриков: Сергей, но вопрос можно поставить по-другому. Хорошо, люди уверены, что через несколько лет такой выгодной ставки не будет. Но уверены ли они сегодня в том, что у них через три года будет работа, что им не снизят зарплату и так далее?

Оксана Галькевич: Что они не переедут куда-нибудь? Что им квартира эта нужна будет?

Зритель: Вот вы говорите, что уверены люди, будет ли работа. Но это опять же одна из функций государства.

Константин Чуриков: Ну да.

Зритель: Государство не старается увеличивать рабочие места, производство налаживать. Почему должен человек переживать за это, а не государство?

Оксана Галькевич: Да, Сергей, спасибо.

Константин Чуриков: Да в том-то и дело, Сергей. Спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Давайте расскажем мы сейчас вам одну историю из Сочи. Как раз чтобы купить квартиру в ипотеку, жительница этого города взяла кредит, в том числе на первоначальный взнос. В итоге теперь выплачивает сразу два займа – 37 тысяч рублей в месяц получается.

Константин Чуриков: Ольга Пожарская, SMM-специалист. Ну, в общем, такой компьютерный специалист.

Оксана Галькевич: Социальные сети.

Константин Чуриков: Работает как самозанятая. От знакомых она услышала, что к таким, как она, ипотечные требования жестче, поэтому первоначальный взнос решила сделать не 20%, а максимально больше. Но в итоге, чтобы сразу внести за квартиру миллион, в кредит она взяла 400 тысяч. Ипотеку ей одобрили на 15 лет.

СЮЖЕТ

Оксана Галькевич: Ставка по ипотеке у Ольги получилась 8%, она получила под такую ставку. Платит 20 тысяч в месяц. Кредит, ну, потребительский – под 18%, и это еще 17 тысяч в месяц. За выплаты девушка не переживает, у нее работает в семье в том числе и муж. Говорит, что если денег не будет, если лишатся работы, то смогут переехать к родителям, а квартиру надеются удачно сдавать. Как минимум летом в Сочи можно сдавать.

Константин Чуриков: Ну, все равно сложно так на слух понять всю эту логику, поэтому сейчас попросим это прокомментировать Ирину Радченко – это президент Международной академии ипотеки и недвижимости. Ирина Станиславовна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Ирина Радченко: Добрый день.

Константин Чуриков: Когда мы начали обсуждать новость, нам казалось, что не так велик все равно процент людей в нашей стране (хотя он и растет), тех, кто каким-то образом потребительские кредиты привлекает к ипотеке. А теперь мы понимаем, что это, в общем-то, наверное, уже какой-то новый тренд, действительно.

В данном случае, смотрите, эта девушка платит 20 тысяч в месяц, под 8% у нее ипотека, а за кредит под 18% она платит еще 17 тысяч в месяц – то есть примерно сопоставимую сумму. Она правда выигрывает от этого или нет?

Ирина Радченко: Она очень сильно рискует. И то, что ей кажется сейчас выигрышем, в долгосрочной перспективе может оказаться большим проигрышем, потому что потребительский кредит, не дай бог она просрочит хотя бы на один-два дня – пени, штрафы. Это достаточно серьезная тема.

Я категорически настаиваю на том, что инициатива господина Жигарева, который внес или собирается внести в Госдуму запрет на то, чтобы люди брали потребкредит на ипотеку, – это, конечно, я считаю, правильно. Потому что если человек не подтвердил свои возможности накопить на первоначальный взнос те же 15–20%, то где у него уверенность, что он сможет на те же деньги, которые сейчас они с мужем получают, обслуживать этот кредит дальше?

Оксана Галькевич: Ирина Станиславовна, может быть, хотя бы не запрещать, а, скажем так, пойти просто немножко в рамках другой логики? Понимаете, не карательная и запретительная, а иная. Людям нужно решать какой-то вопрос с жильем? Нужно. Давайте тогда, может быть, им предоставим возможность брать кредит (я рассуждаю, я предлагаю) на первоначальный взнос не под 17–18%, а, например, по той же ипотечной ставке – под те же 6,5–7%. А?

Ирина Радченко: Тогда это бессмысленно – кредит на первоначальный взнос. Тогда пусть будет ипотека без первоначального взноса.

Оксана Галькевич: А пусть будет просто ипотека без взноса! Мне нравится.

Ирина Радченко: Это одна из причин кризиса 2008 года в Америке, который докатился в том числе до России.

Константин Чуриков: Да.

Ирина Радченко: Потому что можно было брать без первоначального взноса. И приходили в банк люди без первоначального взноса, просто: «Я хочу купить дом, дайте мне кредит». Им банки охотно выдавали. А потом у них случился кризис на рынке недвижимости, цены перестали расти, стали падать. И банки стали, соответственно, эту дефолтную недвижимость продавать по бросовым ценам. До 30% упал рынок недвижимости. И в некоторых регионах Америки он до сих пор не восстановился.

Константин Чуриков: Оксана, видишь, твои идеи потенциально вредны и опасны. Еще один кризис хочешь устроить?

Оксана Галькевич: Это рассуждения, Константин. Давай что-нибудь умное предложи.

Константин Чуриков: Ирина Станиславовна, я просто подумал вот о чем. Депутат запретит брать кредит под первоначальный взнос в ипотеку? Ну хорошо. Но у человека есть родственники. Придет его сестра, на которой нет ипотечного кредита, и возьмет на себя, так сказать, по-свойски и отдаст ему эти деньги. Понимаете, система полностью не будет работать, мне кажется.

Ирина Радченко: Ну, если эта сестра готова давать деньги, занимать кредит, то что ей мешает сейчас это делать? Это понятно. И запретительной мерой, действительно, здесь не поможешь. Но многие банки сейчас имеют возможность проверять, есть ли у клиента в других банках какие-то потребкредиты тогда. И большинство банков, которые именно на долгосрочную перспективу рассчитывают эти риски, они отказывают, если у тебя есть потребительский кредит на большую сумму.

Поэтому, еще раз, это все зависит от дальновидности банка. Или он хочет сейчас выдать кредит, а дальше пусть трава не растет, что там будут делать с этой квартирой и так далее… Ну, это один подход. И я еще раз хочу подчеркнуть, что это очень серьезные риски в долгосрочной перспективе. Америка 2008 года пусть будет всем таким банкирам напоминанием.

Но сейчас Правительство делает возможность для людей, у которых нет первоначального взноса, вносить материнский капитал. И это достаточно распространенная идея. Нет капитала? Родился ребенок – 450 тысяч можешь внести, никто не запрещает. Поэтому есть различного рода социальные схемы сейчас. И собираются сейчас еще постановление принять – деньги на второго, на третьего ребенка тоже использовать на ипотеку.

То есть создаются возможности для получения кредита без первоначального взноса, но государство этот первоначальный взнос погашает. Я бы рекомендовала Правительству в эту сторону смотреть и расширять. Я знаю, есть военная ипотека, сельская.

Константин Чуриков: Сельская, кстати, да.

Ирина Радченко: Есть дальневосточная ипотека под 2%. Есть масса вариантов. Есть специальные условия для покупки в новостройках сейчас – 6,5%, минимальная цена. И там снижен процент первоначального взноса – не 20%, а 15%.

То есть я хочу сказать, что есть разные схемы и способы, когда ты можешь абсолютно легально и нормально вписаться в ту или иную ипотечную программу. Но кредит на кредит – я считаю это достаточно серьезным риском. Десять раз нужно подумать.

Оксана Галькевич: Ну да. А особенно сейчас, когда мы столько времени в эфире уделяли вообще сложностям на рынке труда.

Сергей из Нижнего Новгорода у нас был. У нас Людмила из Амурской области.

Константин Чуриков: Совершенно верно.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Людмила.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Константин Чуриков: Добрый.

Зритель: Мы очень рады на Дальнем Востоке, что связались с вами.

Константин Чуриков: Мы тоже рады.

Зритель: И рады президентскому подарку, как говорят, – под 2%. Но вы бы видели, как взлетели цены у нас на Дальнем Востоке за жилье! Есть ли кто-нибудь, кто их курирует, вот этих продавцов, этих спекулянтов, этих перекупщиков?

Оксана Галькевич: Людмила, а вы из какого города нам звоните? Где вы живете?

Зритель: Город Благовещенск.

Оксана Галькевич: Благовещенск? Ну расскажите, какие у вас цены на жилье. Какую квартиру рассматривали? Сколько стоит?

Зритель: Допустим, даже взять комнату, обыкновенную комнату – надо заплатить 1 миллион 100 тысяч. Простая обыкновенная комната. Это выходит по 100 тысяч квадратный метр.

Константин Чуриков: Что-то как-то чересчур, мне кажется.

Зритель: Мы боимся даже о новом жилье говорить.

Константин Чуриков: Подождите, это как? Ну, комнату в жилье бизнес-класса никто, конечно, не снимает.

Оксана Галькевич: Наверное, в коммуналке получается.

Константин Чуриков: Ну да.

Оксана Галькевич: Комнатка в коммуналке – 1 миллион 100 тысяч.

Константин Чуриков: Как-то для Благовещенска, мне кажется, дороговато. И давно у вас такие цены?

Зритель: Вот буквально как начался этот двухпроцентный кредит.

Константин Чуриков: А, понятно! Сообщающиеся сосуды: где-то убавилось, а где-то прибавилось. Ясно. Слушайте, очень интересно! Мне кажется, нужно эту тему изучать. Спасибо вам большое, Людмила.

Ну что же, Ирина Станиславовна, спасибо и вам большое за участие в нашей программе. Ирина Радченко, президент Международной академии ипотеки и недвижимости.

Оксана, тебя на самом деле зрители хвалят, за тебя заступаются.

Оксана Галькевич: Да ты что?

Константин Чуриков: Краснодар пишет: «Оксана, ваши идеи правильные». «Когда в Америке отменили первоначальный взнос, их банки разорились. А теперь, если у нас отменят, наши разорятся и наконец-то не будут паразитировать на теле народа», – написал наш зритель. Молодец!

Оксана Галькевич: Ладно. Я тебе за кадром все скажу.

Константин Чуриков: Мы продолжим нашу передачу очень скоро. Смотрите ОТР.

Оксана Галькевич: Намекаешь, что если банки рухнут, то все будут рады? А мне скажут потом «спасибо», что ли, Костя?

Константин Чуриков: Конечно. Главное – зрители.

Оксана Галькевич: Друзья, спасибо за поддержку!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)