Ксения Печеник: В нашей стране оказаться на пенсии – это практически прекратить существовать

Ксения Печеник: В нашей стране оказаться на пенсии – это практически прекратить существовать
Для чего искать смысл жизни. Квоты для иностранцев. Продление санкций. Премия вместо корпоратива. Народный автомобиль. Штрафы для бизнеса. Зарплаты учителей. Усиление ядерной тиады
А смысл?..
Сергей Лесков: То, что уважаемый журнал объявляет Грету Тумберг человеком года, говорит об опасной тенденции. Мы всё меньше обращаем внимание на профессионалов, и всё больше доверяем самозванцам, называющим себя экспертами
Кирилл Семёнов: Не дело, если директор - всевластный хозяин над выплатами учителям
Андрей Кошкин: Во времена холодной войны мы отставали от США лет на мять. Сейчас мы впереди - мы в состоянии нейтрализовать любую угрозу
Пострадавшие от насилия женщины с детьми живут в приюте «Твоя надежда». Денег на еду и одежду не хватает
Какой автомобиль можно назвать народным?
Новые штрафы для бизнеса: предприниматели будут платить больше даже за мелкие нарушения
Губернатор Магаданской области Сергей Носов ответил на вопросы жителей региона о мигрантах, ипотеке в 2% и работе на Колыме
Андрей Осипов: Народный автомобиль – тот, который доступен. Он для каждого свой. Для кого-то – «Ока», а для кого-то - Mercedes
Гости
Ксения Печеник
юрист, член профессиональной ассоциации «Юристы за трудовые права»

Ольга Арсланова: А у нас еще одна новость – новость из Великобритании. Там хотят разрешить женщинам узнавать зарплату коллег-мужчин, а наоборот – нельзя. Мужчинам – нет.

Петр Кузнецов: В смысле?

Ольга Арсланова: А нечего! Это идея общественных организаций, которые занимаются борьбой за права женщин.

Петр Кузнецов: Насколько до этого далеко России? В нашей стране мужчины в среднем получают на 30% больше за ту же работу.

Ольга Арсланова: Ну, если верить исследованиям.

Петр Кузнецов: Да, подсчитано какими-то путями.

Ольга Арсланова: Это расчеты Института экономики Российской академии наук. Да, это какие-то средние показатели. Но опять же, если даже говорить о средних, они зависят от региона. В Москве, например, разница намного меньше, но она есть – 11% составляет. Лидером рейтинга гендерного равенства регионов России, составленного Институтом экономики РАН, стал Санкт-Петербург. Второе место заняла как раз та самая Москва с минимальным для этого рейтинга разрывом; третье – Калмыкия, а последнее – Хакасия.

Петр Кузнецов: Это интересно! Мы выясним, почему такой разброс в этом смысле. Официальное объяснение – внимание! – «зарабатывать больше женщинам не позволяет уровень образования и барьеры карьерного роста». Сразу: это не я сказал, это официальное объяснение.

Ольга Арсланова: Это так объясняют.

Петр Кузнецов: Наибольший разрыв в доходах обоих полов наблюдается на руководящих должностях, в то время как в сфере здравоохранения и продаж мужчины и женщины получают уже примерно одинаково.

Ольга Арсланова: Но есть все-таки привычное для нашей страны гендерное неравенство в зарплатах. Это констатирует Всемирный банк. По данным этой организации, только в шести странах мира вообще удалось достичь гендерного равенства – то есть зарплаты идентичные, все права соблюдаются. Россия по этому показателю набрала 73 балла из 100…

Петр Кузнецов: Неплохо.

Ольга Арсланова: Не очень хорошо.

Петр Кузнецов: Ну как?

Ольга Арсланова: …отстав от большинства бывших стран СССР, кроме Узбекистана. В общем, вот эти 73 балла из 100 – это место, которое мы делим с Марокко и Угандой.

Петр Кузнецов: О, привычное соседство!

Ольга Арсланова: Да. В общем, здесь не было сенсаций. Вот так у нас получилось.

А мы хотим спросить наших зрителей. Может быть, наши данные устарели, и Всемирный банк ошибается. Вы сталкивались с разрывом в зарплатах женщин и мужчин? Это опрос, отвечайте «да» или «нет». Мы, конечно, говорим об одинаковых должностях, об одной и той же работе.

Петр Кузнецов: Конечно.

Ольга Арсланова: То есть когда справедливость вроде как существует.

Петр Кузнецов: Одни и те же исходные условия, да. И в конце выясним, подведем итоги.

Уж кто-кто знает о разрыве в оплате труда мужчин и женщин – это Ксения Печеник, наш эксперт, юрист, член профессиональной ассоциации «Юристы за трудовые права». Здравствуйте, Ксения.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Ксения Печеник: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: У нас тут зрители пишут, что Петр на 30% больше меня должен зарабатывать. Как вам кажется, да или нет?

Ксения Печеник: Это большой вопрос, конечно. Я вот думаю, решится ли Петр озвучить свою заработную плату вам хотя бы за пределами студии.

Ольга Арсланова: А мы пойдем и у начальства спросим.

Петр Кузнецов: А, Оле назвать?

Ксения Печеник: Да.

Петр Кузнецов: Ну, если уж все карты открывать, то мы знаем зарплаты друг друга.

Ксения Печеник: Вы знаете? Понятно.

Ольга Арсланова: Но мы в Москве живем. Понимаете?

Петр Кузнецов: Поэтому Оля чуть больше говорит.

Ольга Арсланова: На 30%.

Ксения Печеник: Да, это, наверное, ваше единственное преимущество перед гражданами Российской Федерации – что вы живете в особом субъекте, это Москва. Объективно, да, есть такие исследования, и они очень и очень тревожные. Несмотря на то, что по этому поводу можно долго веселиться и подводить по это кучу исторических аспектов, которые привели в конце концов к этому гендерному неравенству, но на практике я действительно сталкиваюсь с этим очень часто.

Ольга Арсланова: То есть в России действительно все плохо?

Ксения Печеник: Абсолютно. В России с этим есть проблемы. И очень многие институты на сегодняшний день подняли этот вопрос как достаточно существенный, то есть наконец-то этим вопросом стали заниматься.

Но я могу сказать, и я повторяю это во многих радиоэфирах и телевизионных эфирах: у нас абсолютно идеально прописано законодательство, с точки зрения недопущения дискриминации. Оно просто потрясающее! Оно выписано так, что не во многих европейских странах есть такие законы.

Ольга Арсланова: Серьезно?

Ксения Печеник: Да, абсолютно.

Петр Кузнецов: Это где? Объясните.

Ксения Печеник: В Трудовом кодексе.

Ольга Арсланова: В Трудовом кодексе или в Конституции?

Ксения Печеник: У нас запрет дискриминации по всем основаниям. Гендерная дискриминация таким же образом является дискриминацией. Соответственно, все прекрасно. Но если вы поговорите со специалистами в этой сфере, то все скажут, что у нас дискриминация есть, но у нас ее нет. Если вы откроете статистику, с точки зрения признания судами дискриминационных фактов, то вы узнаете, что у нас нет решений о том, чтобы суды признавали что-то дискриминационным, кроме того самого знаменитого дела «Аэрофлота» в прошлом году.

Петр Кузнецов: А можно предположить… Может быть, действительно нет дискриминации, по которой можно сослаться на пункт трудовой четко? Смотрите, может быть, действительно, когда женщины и мужчины приходят на одни и те же должности, им действительно предлагают одну и ту же зарплату, но просто мужчина способен выторговать себе больше, а женщина в силу…

Ольга Арсланова: А вот и дискриминация! Что, у мужчин больше способностей выторговывать?

Петр Кузнецов: …а женщина, например, соглашается на те условия, которые изначально есть.

Ольга Арсланова: То есть мы пытаемся теперь понять, почему у нас существует этот разрыв. Из чего он складывается?

Петр Кузнецов: То есть дело не в том, что изначально им кладут по-разному.

Ксения Печеник: И в том тоже. Дело в том, что у нас работодатели очень часто вот эту вилку заработных плат пытаются спрятать в штатном расписании. По одним и тем же должностям может быть и такая плата, и такая – в зависимости от каких-то факторов дополнительных.

Другое дело, что женщины настолько социально уязвимые… И это абсолютно объективная вещь. Она объясняется тем, что дети появляются у женщин, наверное, чаще, чем у мужчин, при других обстоятельствах.

Петр Кузнецов: На 30%.

Ксения Печеник: Соответственно, вот эта уязвимость, когда есть понимание, что ты можешь приносить меньше пользы, что ты будешь пропадать на больничных, что вот сейчас вопрос с беременностью вообще вызовет иногда вопросы с возможностью нормально работать, потому что многим женщинам приходится просить изменения условий работы.

Есть определенные сферы, в которых женщина не может работать в период беременности. Для работодателя, конечно, не выгодно, когда появляется сотрудница, которая еще вчера ездила по командировкам, а сегодня ее отправлять туда нельзя, потому что у нее появляется ребенок. В период беременности об этом вообще речь не идет. Что касается несовершеннолетних и маленьких детей, то только если женщина сама выразит такое пожелание все-таки быть привлеченной к командировкам.

И, как ни крути, я думаю, что любая женщина, которая ставит себя на место руководителя, будет пытаться сохранить свою стабильность и в этой связи, возможно, не заявлять о своих правах в таком же контексте, как может заявить ее коллега-мужчина.

Ольга Арсланова: То есть вот эта разница в условные 30% зарплаты – это плата за материнство, по большому счету, за ту экономическую потерю, которую работодатель несет, за ту угрозу, которую представляет женщина как работник? Она может просто уйти в декрет.

Ксения Печеник: Если было бы так просто, то я бы, наверное, сказал: да, наверное, это вопрос…

Ольга Арсланова: Или не только?

Ксения Печеник: Не только.

Ольга Арсланова: С другой стороны, в Европе же женщины тоже рожают детей, но тем не менее у них нет этой разницы – во Франции, в Германии.

Ксения Печеник: Европа и Америка несколько иначе вообще подходят к вопросу, скажем так, деторождения. Я имею в виду, что отпуска декретные, например, которые в Российской Федерации, не всегда имеются в Европе. То есть ситуация…

Ольга Арсланова: А потом, его может взять и отец, этот отпуск может взять.

Ксения Печеник: Может. У нас тоже может взять отец. Слава богу, последние несколько лет уже эта практика тоже достаточно часто стала появляться.

Да, если говорить про дискриминацию, мы же не говорим о том, что дискриминация касается женщин детородного возраста. Иногда это бывает с женщинами, которые подходят к пенсионному возрасту. И конечно, работодатель при сокращении, например, завуалированно будет пытаться убрать женщину, которая вот-вот станет пенсионеркой, нежели мужчину, потому что вот так в нашем обществе, к сожалению, сложились обстоятельства, что считается, что мужчина более производительный, более выносливый и так далее. Но на практике это не так.

И самое смешное, вы не поверите… У меня есть один пример, который я пытаюсь приводить, когда идет дискуссия на предмет гендерного неравенства. Если у нас, с точки зрения общества и государства, воспринимается женщина как менее стабильная работница, которая может всегда уйти в отпуск по уходу за ребенком и так далее, то почему же у нас судебная система в Российской Федерации на 95% представлена судьями-женщинами?

Ольга Арсланова: Кстати, интересно.

Ксения Печеник: И получается, что одна из ветвей власти у нас держится на плечах хрупких женщин? Вы зайдите хоть в один суд Российской Федерации. Хорошо, если вы одного мужчину на весь суд найдете в качестве судьи. Я говорю сейчас про суды общей юрисдикции, про мировых судей и так далее.

И при этих всех обстоятельствах у меня, например, как у профессионала вообще остается вопрос: а как вот эти люди, которые не видят своих детей… А они действительно не видят своих детей, потому что они работают так, как многим и не снилось. Я имею в виду, что нагрузки на судей очень высокие. Вот как они, понимая, через что они проходят, не признают факта дискриминации в Российской Федерации?

Ольга Арсланова: Интересно.

Ксения Печеник: Вот такой парадокс. То есть это мое наблюдение личное.

Петр Кузнецов: Можно об еще одном парадоксе?

Ксения Печеник: Да, конечно.

Петр Кузнецов: Но при этом у нас, ну правда (я думаю, вы не будете отрицать), много успешных женщин в России.

Ксения Печеник: Да.

Петр Кузнецов: Даже по тем спискам, по миллионерам пройтись: Батурины, Ковальчуки, Рыболовлевы… Можно сказать, что эта разница в принципе женщинам в оплате труда не мешает и они успешнее мужчин в плане карьерного роста? Быстрее, что ли, его проходят, работают лучше над развитием своей карьеры?

Ольга Арсланова: Или это конкуренция, которая стимулирует?

Ксения Печеник: Да, мне кажется, конкуренция. У меня есть коллега, которая вообще занимается исследованием исключительно гендерного неравенства и дискриминации по отношению к женщинам. Вот она, будучи экспертом, который имел возможность проработать много лет в Европе, в Америке и в Российской Федерации, говорит о том, что, например, при личном опросе немок, с которыми она работала как партнер одной крупной консалтинговой компании, она абсолютно точно получила один-единственный ответ: русских женщин боятся все немки, которые приезжают, например, поработать на какое-то время в Российскую Федерацию, потому что им кажется вообще совершенно непонятным, как женщина, которая работает столько же, сколько мужчина, выглядит при этом просто как потрясающая как-то фотомодель, ходит на каблуках (если мы говорим про офисных сотрудников), которые немки вообще не воспринимают как офисную обувь, воспитывает при этом двоих детей и при этом готова работать на деньги меньше, чем у ее сотрудника, коллеги-мужчины.

Я могу ответить… Вот я для себя ставя этот вопрос себе, могу ответить только так: к сожалению, исторически, объективно так сложилось в нашей стране, что на женских плечах долгие периоды страшных событий нашей страны проходили, когда женщина вынуждена была быть всем. И она вынуждена была быть и тем человеком, который содержит семью, и который воспитывает детей. Она была и за папу, и за маму, когда были войны. И это все передавалось из поколения в поколение.

В общем, роптать и уж тем более отстаивать свои права – это просто не заложено в нашей природе. Вот не заложено, с точки зрения ментальности российских граждан. И на мой взгляд, женщины, которые успешные, они зачастую преодолевают эти… Они не ходят по судам, согласитесь, они не говорят: «Я хочу, чтобы суд установил, что вот мой коллега…»

Петр Кузнецов: Они не ходят по судам, они там работают.

Ксения Печеник: Да. Это отдельная тема. Но они не ходят по судам, потому что им некогда. Они в этот момент себя реализовывают, и реализовывают весьма успешно. И списки Forbes нам об этом говорят.

Ольга Арсланова: Правда, у многих там капиталы благодаря мужьям бывшим или действующим. Ну, это отдельная история.

Петр Кузнецов: Кстати, да. И фамилии мужей.

Ольга Арсланова: Сергея из Ставрополья послушаем. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Можно говорить?

Петр Кузнецов: Да.

Зритель: Я монтажник-сварщик. Я вот что хотел бы сказать? У вас неправильно вопрос поставлен.

Петр Кузнецов: Да что вы говорите?

Зритель: «Женщины получают меньше мужчин». Где? В офисах? Возможно.

Ольга Арсланова: А у вас?

Зритель: Я монтажник. Возле меня женщин нет вообще. Скажите, как женщина может быть монтажником?

Хотя я, например, работал с женщиной-сварщиком, и она получала больше зарплату, и преференций ей было больше. Например, разряд она получила быстрее, чем кто-то из нас. Понимаете? И она работала быстрее и удачнее, чем многие. Поэтому когда вы говорите и такой вопрос задаете, то это все нужно уточнять – где именно.

Петр Кузнецов: Давайте уточним. Спасибо.

Ольга Арсланова: Да, давайте по сферам поговорим.

Петр Кузнецов: В какой сферам у нас этот разрыв минимален, а где наоборот?

Ксения Печеник: Я не обладаю этой статистикой. Я бы с удовольствием с вами ей поделилась.

Ну смотрите. То, что задает наш телезритель вопрос – он абсолютно корректен. Ведь есть профессии, которые женщинам, если мы говорим про равенство мужчин и женщин, недоступны. То есть у нас есть для женщин перечень запрещенных профессий, которые женщина не может занимать. И долгий период времени женщины почему-то добивались все больше и больше этих профессий себе заполучить. В конечном итоге заполучили. Было 400, а с 1 января стало, по-моему, 100, если я не ошибаюсь. То есть женщинам все больше и больше разрешают занимать в том числе позиции, которые занимали раньше мужчины, если мы говорим про рабочие специальности и так далее.

Собственно говоря, когда работают люди на одинаковых позициях, когда… Мы говорим про рабочий труд. Я не знаю, давайте приведем какой-то абсолютно абсурдный пример. Я не знаю, какие-то фрукты люди укладывают одинаково, на поле собирают это все. Ну кто получит больше денег? Тот, кто-то больше собрал, очевидно.

И, возможно, для каких-то вещей женщина куда более приспособлена, а для каких-то мужчина более приспособлен в силу своей физической развитости. Поэтому говорить обо всех и обобщать, конечно, очень сложно в этой теме.

Но праведный гнев нашего телезрителя мне тоже понятен. Он, работая и видя мир со своей точки зрения, конечно, понимает, что нет никакого неравенства: «И о чем вы вообще говорите? То есть офисные сотрудники, может быть, разницу какую-то и чувствуют, а мы здесь работаем и никакой разницы не видим». Такое тоже возможно.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем жителей нашей страны из разных городов. Сталкивались ли они с разницей в оплате труда мужчин и женщин? Это опрос на улице.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Смотрите. А может быть, дело в российских женщинах? Не очень они ориентированы… Ну, с детства же по-разному воспитывают девочек и мальчиков до сих пор в нашей стране, это правда. Они не очень ориентированы на то, чтобы получать хорошее образование, на то, чтобы много работать, делать карьеру, амбиций не хватает – из-за этого и меньше зарплата у большинства. Как вам кажется?

Ксения Печеник: Мне так не кажется. Мне кажется, что как раз таки в последние периоды родители все больше и больше, поскольку благосостояние у многих слоев населения росло, родители все больше и больше как раз вкладывались в обучение детей, в качественное обучение.

И с точки зрения того, чтобы женщины были у нас неамбициозные… Давайте вернемся в сегодняшний день и посмотрим инстаграмы современных львиц, которые без конца… Я не знаю, как успевать столько фильтров в один день применять и как это все успевать фотографировать. Разве это не амбиции? Разве это не желание…

Ольга Арсланова: Но это не профессиональные навыки. Это – привлечь внимание богатого мужчины.

Ксения Печеник: Не факт.

Петр Кузнецов: Подождите. Что мы все о молодых? А когда на пенсию выходят, то у нас прежде всего остаются, дальше продолжают работать, мне кажется, женщины. Они с большим перевесом продолжают на пенсии работать.

Ксения Печеник: Я могу сказать, что… Нет, я знаю, что и мужчины, и женщины вполне себе на хороших должностях хотели бы сохранить свое рабочее место и остаться.

Ольга Арсланова: Если работа стоит того.

Ксения Печеник: Ну согласитесь, что в нашей стране оказаться на пенсии – это практически прекратить существовать, потому что… Ну, уровень пенсий я не обсуждаю. Отсутствие социального какого-то общения фактически сводит человека к возрасту дожития того самого.

Если говорить, скажем так… Ну, я про Москву. Сложно сейчас по всей России делать оценку. Если обратить внимание на тех же курьеров, которые занимаются доставками… Вот просто вспомните, когда вы последний раз просили что-то вам доставить – не знаю, от цветов до шарфа из интернет-магазина.

Петр Кузнецов: Ну понятно, что мужчины.

Ксения Печеник: Большое количество пенсионеров. И большое количество женщин-пенсионерок.

Петр Кузнецов: Не знаю, повезло или нет, но мне как-то…

Ксения Печеник: Вы, наверное, только еду заказываете. А там должны быть на велосипедах шустрые…

Петр Кузнецов: Линзы контактные я заказываю.

Давайте Германа послушаем из Коми. Герман, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте. В какой сфере вы работаете?

Петр Кузнецов: И есть ли у вас разница в этой сфере? Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу сказать, что… Может быть, это не совсем типичный пример. Я работаю в сфере гражданской авиации, то есть я пилот. Я хочу сказать, что ситуация заключается в том, что лет пятнадцать назад женщина-пилот – это вообще было нонсенс. Конечно, такие сотрудники вообще не ценились. А сейчас… Вот мой выпуск из авиационного училища – было буквально пять девушек в нашей группе. И с несколькими из них я пересекался по работе.

Мне кажется, что… Вот очень правильно было сказано, что законодательство-то прописано совершенно прозрачно и ровно. Есть небольшой перевес в социальном сознании. Но рано или поздно это придет к равенству, то есть не будет каких-то проблем. Специалист будет цениться именно за свои профессиональные качества. А женщина вполне может конкурировать с мужчиной и быть на равных. В гражданской авиации, еще раз говорю, на данный момент я уже знаю несколько девушек, и никакой дискриминации по зарплате нет.

Ольга Арсланова: Они получают столько же?

Зритель: Хотя тут есть один нюанс: у нас сдельно-премиальная зарплата. Кто сколько налетал – тот столько и получил. Но средний уровень заработных плат примерно одинаковый – ну, на одинаковых должностях, конечно.

Петр Кузнецов: Понятно. Герман, спасибо вам большое.

Ольга Арсланова: И зарплаты высокие. Спасибо за интересную информацию.

Петр Кузнецов: Ксения, 30 секунд. Скажите, пожалуйста… Вот выровняем мы, допустим, прямо под ноль – и что нам это даст? Я понимаю, что это, наверное, больше вопрос к экономистам. Производительность труда…

Ольга Арсланова: Ну, настроения в обществе тоже, наверное, какие-то другие будут.

Ксения Печеник: Я думаю, что действительно будет меняться вот это ощущение. Сейчас все еще остается осознание, что женщина более уязвимая. На нее может влиять работодатель, пытаясь ее каким-то образом притеснять, зная, что она – вот та самая женщина с ипотекой, разведенная, с двумя детьми и так далее.

Если мы говорим про взаимодействие с супругами, которые не несут своих алиментных обязательств, то, возможно, мужчины, может быть, в нашей стране начнут уклоняться от алиментов еще больше, сообщая: «Дорогая, не ври, у тебя все то же самое, что у меня, такой же доход».

Петр Кузнецов: Спасибо. Спрашивали: «Сталкивались ли вы с разрывом в зарплатах женщин и мужчин?» «Да» – 56%, «нет» – 44%. Смотрите – почти 50 на 50.

Ксения Печеник, юрист, член профессиональной ассоциации «Юристы за трудовые права». Спасибо вам большое.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Ксения Печеник: Всего доброго! До свидания.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (8)
Арсен
Есть в ООН стандарты выживания, есть право на жизнь, но после гос. переворота в 91-93-ем годах у нас не соблюдаются даже конвенции об условиях ведения войны.
Евгений
Приходится юлить с антинародной властью.
ольга
Пишук МОДЕРАТОРУ Скаждитен ЗАЧЕМ чтоб написать коммент надо вывернуться наизнанку и логин и пароль и робот не робот ЗАКЧЕМ?Правды боитесь???
КУЗЬМА АЛЕКСАНДРОВИЧ
В нашей стране пенсия - это 48 километр на марафоне: добежать могут лицемеры-бюджетники, доползти - торгаши-перекупщики, ну, а подохнуть - тот кто не вписался в новые "правила". Некоторые могут вообще сойти с дистанции - люди которые молоды и полны сил - ..."прощай немытая Россия!"
Любовь
Очень точно.
Марго
Что комментировать... Правда, уже давно существуем, ждут пока перестанем существовать
Феликс
Вот почему я пенсии дал кличку ТУАЛЕТНАЯ БУМАЖКА
Зиновий
Эволюционный путь. Всенародный Референдум по реформе конституции РФ. Набор обязательных конституционных норм: 1. Любые изменения в конституцию могут вноситься только через референдум народов России, в вопросах которых должно быть однозначно указано предлагаемое их действие. 2. Избирательная система должна определяться только посредством референдума народов России. 3. Все природные ресурсы Страны являются всенародной собственностью граждан России и не могут быть приватизированы в чью-либо частную или личную собственность. 4. Все предприятия независимо от формы собственности находятся в непосредственном хозяйственном ведении их трудовых коллективов. 5. Суммарный ежегодный доход всех госслужащих России не может превышать суммарный ежегодный доход всех граждан России за вычетом суммарного ежегодного дохода всех госслужащих России. 6. Нарушение решения референдума народов России считается тягчайшим преступлением перед народом России и государством и не имеет срока давности. В такой стране будет приятно и комфортно жить всем людям добросовестного труда.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски