Кто съел икру? Виноватых – нашли

Гости
Валентин Балашов
председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна (Мурманск)

Виталий Млечин: Виноватых в росте цен на красную икру нашли. По словам главы Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий и экспортеров Германа Зверева, икра дорожает из-за увеличения ее запасов на японском рынке. Ну и еще один фактор, по мнению Зверева, это дефицит рефрижераторных контейнеров, он привел к подорожанию перевозок.

Ксения Сакурова: В октябре средняя стоимость лососевой икры в России впервые превысила отметку в 5 тысяч рублей за килограмм и достигла исторического максимума. Навсегда ли это? Есть ли шанс, что икра станет дешевле? Будет ли красная икра хотя бы в каком-то количестве на вашем новогоднем столе? Может, вы уже сейчас присматривались и ужаснулись? В общем, напишите, что об этом думаете, позвоните нам, 8-800-222-00-14.

Виталий Млечин: 5445 – короткий номер для ваших SMS-сообщений.

С нами на прямой связи Валентин Балашов, председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна. Валентин Валентинович, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Валентин Балашов: Здравствуйте, Ксения, здравствуйте, Виталий.

Виталий Млечин: Валентин Валентинович, ну что, японцы виноваты, нагадили нам?

Валентин Балашов: Ну, это какой-то совершенно смешной, неубедительный аргумент. Так бывает, что у нас всегда пытаются найти виноватых где-то там, за бугром. Нет, конечно, все это делают люди, повышают цены, как сказать, не повышают, но все это делают люди. И вопрос, кто эти люди, какие их имена, фамилии, какие организации.

Рыбаки в этом году на Дальнем Востоке сделали шикарную путину, 538 тысяч тонн, это одна из трех самых больших и удачных путин вообще за историю рыболовства лососевых. Значит, рыбаки не повышали серьезным образом цены отпускные, может быть, чуть-чуть где-то там, но это вообще несколько процентов. Но тот рост, который сегодня россияне наблюдают, это, конечно, ни в какие ворота не лезет. Я буквально под эту программу заехал и купил, ну не купил, а посмотрел: значит, банка 200 грамм 1 900 рублей. Ну это просто... Ну это все надо разбираться вообще, кто руки греет на этом празднике.

Ксения Сакурова: Причем заметьте, как вовремя, вот как раз конец ноября – это то время, когда люди, особенно такие хозяйственные, экономные, начинают уже продумывать новогодний стол. И вот очень много людей в нашей стране позволяют себе красную икру дай бог раз в год и покупают ее ну в самой минимальной фасовке, чтобы намазать на три бутерброда и раз в год ее съесть. И именно сейчас, не месяцем ранее, не двумя месяцами ранее, именно сейчас раз! – и резкий рост. Да, возникают, конечно, вопросы.

Валентин Балашов: Да. Я вот добавлю от себя, вот личное восприятие. У нас не так много на самом деле, давайте честно говорить, в обществе осталось каких-то праздников, за исключением семейных, где люди вот искренне, без всякой политики и без всего, как-то вот душевно отдыхают. И икра, красная икра или красная рыба, она приобретается людьми не для того, чтобы там ее поесть ложками или набить живот, – нет, это символ, такой же новогодний символ, как елка, новогодняя игрушка, еще какие-то подарки...

Ксения Сакурова: Салат оливье и бутылка шампанского, в общем-то.

Виталий Млечин: Да.

Валентин Балашов: Совершенно верно. И понимаете, вот когда, видимо, под зарплату, тут надо все смотреть, вот это все, когда под зарплатные дни, когда кто-то, а я абсолютно уверен, что вот это оптовое звено, которое скупило икру, значит, на Дальнем Востоке, сейчас просто бессовестно греет руки, отпуская уже в торговые сети, значит, эту икру по каким-то безумным ценам. И...

Виталий Млечин: Но подождите, а что значит... У нас же все-таки рынок существует, то есть, получается, все же должны были задрать цены. Это же невыгодно, если у кого-то одного будет дорого, а во всех остальных торговых точках будет дешевле, все же купят где дешевле.

Валентин Балашов: Здесь надо разбираться, я с этого начал, потому что это какой-то сговор именно в оптовом звене, потому что рыбаки не отпускали по таким ценам, это просто сумасшедший дом. И еще: вот эти аргументы про Японию, что там чего-то и где-то... Если бы, извините, Япония диктовала нам цены и можно было бы туда продать по таким ценам, все бы туда и продали эту икру. Но это чистая проблема внутреннего рынка, это проблема, что, ну извините за такой термин советский, торгаши решили погреть руки. Да, сегодня люди в торговле где-то несут потери, потому что спрос уменьшился на каких-то продуктах питания даже, а где-то вот они под Новый год вычислили, а куда они денутся, все равно на пару бутербродиков баночку купят икры 100-граммовую. Это называется спекуляция, в общем-то, на традициях людей, россиян. Я... Я бы вот...

Ксения Сакурова: Валентин Валентинович, вы знаете, я вот что не могу понять. Просто мы здесь цены обсуждаем постоянно, и постоянно мы от представителей торговых сетей слышим: «Да мы бы рады, мы вообще всегда переживаем, когда нам поставщики говорят о повышении цен». Всегда сети говорят, что вот они стараются держать, и поставщики тоже говорят: «Мы не можем поднимать цены, нам сети не дают поднимать цены». Кто тогда это все поднимает?

Валентин Балашов: Ну, условно можно разбить вот этот вот путь икры от сетей, имеется в виду морских, до сетей торговых, от сетей до сетей, ха-ха, на три этапа. Первый этап – это сама добыча лососевых и добыча икры из лососевых, закатывание ее в банку. Второй – это покупка-продажа оптовыми покупателями, торговыми людьми, этого продукта. И дальше они продают это в сети. То есть сети... Собственно, я думаю, почему-то даже уверен, они там не накручивают какие-то 40–50%, они там берут свои эти 5–10% за то, что тоже несут затраты на хранение и все остальное. Деньги зарабатываются в оптовом звене между рыбаком и торговой сетью, вот здесь.

Теперь. Существует аргумент, что, дескать, подорожала перевозка. Но он не выдерживает никакой критики, он просто смешной, потому что железная дорога, возьмете килограмм, максимум с Владивостока до Москвы 35 рублей со всеми ее составляющими. Ну где 35 рублей и где, извините, 6 тысяч или 5 тысяч за килограмм? Это вообще на уровне погрешности. Это оптовые люди, которые осознанно, понимая, что они творят, подняли цену на икру.

Ксения Сакурова: Давайте послушаем зрителей. Ирина из Москвы с нами на связи. Ирина, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Ирина.

Зритель: Добрый день.

Вот, к сожалению, да, ваш оппонент ответил про перевозку икры. Но я все-таки уверена, что именно и перевозка, и какие-то скрытые моменты при этом влияют на цену. Я не думаю, что торговые сети поднимали настолько, что люди не могли себе это позволить.

Просто хочу понять как обыватель. У нас сейчас век таких технологий, и мы эту икру возим, извините меня, за какие-то тысячи-тысячи километров. У нас огромные поля, огромные площади – неужели нельзя наладить вот этот весь рыбный сбыт, разведение рыб, то же получение икры где-то в Подмосковье? Рабочие места бы были, это бы сократило на самом деле саму перевозку рыбы.

Ксения Сакурова: То есть вы предлагаете вместо полей подмосковных моря?

Зритель: А они все равно пустуют. Это были бы какие-то рыбные фермы. Вы не поверите, я живу в Дмитрове... Алло?

Ксения Сакурова: Да-да, слушаем вас.

Зритель: Я живу в Дмитрове, у нас сельскохозяйственный институт по разведению рыбы, у нас шикарные места. Но при этом нам позволили построить завод по переработке какой-то там парфюмерии прямо напротив, хотя можно было бы всю эту территорию просто под цеха отдать. И люди бы работали, и мы бы получали эту рыбу. И на самом деле перевозка тоже съедает, это какие-то факты. Но, я уверена, перевозка и все остальное наше чиновничество, все вот это неблагополучное, к сожалению, отношение к людям накручивается на какую-то икру от рыбы.

Ксения Сакурова: Ага.

Виталий Млечин: Понятно. Спасибо вам большое. Валентин Валентинович, а идея-то интересная, может, действительно...

Ксения Сакурова: Это возможно?

Виталий Млечин: Зачем нам везти икру с Дальнего Востока, если можно здесь у себя выращивать рыбу и, соответственно, икру получать? Или нельзя?

Ксения Сакурова: В Москве-реке, ха-ха.

Валентин Балашов: Значит, идея интересная, идея уже 8 лет как реализуется в России, у нас аквакультура, искусственное выращивание рыбы, где-то по состоянию к 2014 году выросла почти в 2 раза, ну много начали учиться выращивать рыбу. Но, понимаете, тут надо тогда определиться. Во-первых, чудес на свете не бывает: чтобы вырастить рыбу, ее надо накормить, ее надо кормить 4 раза в день. Корма стоят очень недешево, эта икра не будет дешевой, не надо питать иллюзий. При этом эти корма, как правило, на 80% заработные, то есть они, считай, прикручиваются к курсам валют.

Поэтому можно, нужна вода соответствующая, чтобы были какие-то водоемы, или нужно делать установки замкнутого цикла, но это тоже дорого, электричество у нас не дешевеет и т. д. Это можно, но это можно делать по каким-то действительно очень дорогим позициям. Вы же посмотрите, рыба красная, форель та же, которая лежит в магазинах, она в основе своей вся аквакультурная, но она же не стоит 150 или 200 рублей, она стоит 400, 500, 600, где-то...

Виталий Млечин: То есть получается, что это требует таких серьезных вложений, что, в общем, дешевле не получится?

Валентин Балашов: Дешевле не получится. Поэтому вот эта рыба, которая сама приходит... Смотрите, полмиллиона тонн, сама к берегам приплывает, ее забирают на побережье сетями, так сказать, упаковывают, морозят и перевозят в Россию. Я повторяю, у нас ЖД-перевозки, основной с Дальнего Востока вид перевозок, там две составляющие, «РЖД» за рельсы за все эти берет...

Виталий Млечин: Ну да, это понятно, вы уже сказали, что это совсем недорого. Спасибо, спасибо вам большое.

Валентин Балашов: …15 рублей, и операторы... Так что я рекомендую практически сейчас не поддаваться панике гражданам и не сметать. Подождите недельки две, и цена немножко прибьется, потому что...

Виталий Млечин: Вот, вот это хороший, очень правильный совет. Спасибо большое.

Ксения Сакурова: Спасибо огромное.

Виталий Млечин: То есть не надо торопиться никогда. Валентин Балашов, председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна, был с нами на связи.

А сейчас Лариса из Иркутска. Лариса, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я пенсионерка из Иркутска, да. Я просто в вашу серьезную передачу хочу маленькую шутку внести.

Виталий Млечин: Давайте, это мы любим.

Ксения Сакурова: Давайте.

Зритель: Цены растут, такие серьезные дела у нас с этими ценами, а народ у нас шутит, и я поражаюсь всегда юмору русскому. Вот в связи с наценкой на икру, дорогая гречка, народ называет «гречневая икра», а яйца «яйца Фаберже», вот такая вот шутка, ха-ха. Спасибо.

Виталий Млечин: Прекрасно.

Ксения Сакурова: Спасибо вам.

Виталий Млечин: Спасибо большое, что позвонили.

Ксения Сакурова: Спасибо за эту минутку юмора.

Виталий Млечин: Да. Но вообще на самом деле ситуация-то не очень веселая. «В Тюмени икра вообще 9,5 тысяч за килограмм», – пишут нам наши зрители.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Олег Столяров
станет, когда кто-нибудь (желательно, прокурор) разберется со структурой цены икры в рознице. И выяснит реальную рентабельность в цепочке рыбак - посредник-транспорт-розница и установит, соответственно, объем неуплаченных налогов. Тогда точно цена немедленно пойдет вниз. Хотя у рыбаков была давняя мечта о создании вертикально интегрированных компаний , где цену можно было (расчетно) снизить на 40%. Кстати, морковью то вроде как разобрались наконец.
Станет ли когда-нибудь деликатес дешевле?