Кто следующий? Политолог Андрей Колядин — о новой волне губернаторских отставок

Гости
Андрей Колядин
политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов

Рубрика «Личное мнение». Что ни день, то отставка. Уже 5 губернаторов добровольно покинули свой пост. Кто пришёл им на смену? И насколько готовы эти люди к такой серьёзной работе? Своё личное мнение высказывает политолог Андрей Колядин.

Константин Чуриков: Вечернее «Отражение», часть вторая. Мы снова в прямом эфире и готовы поднимать, как всегда, самые острые темы, говорить обо всем с вами без купюр. В студии Оксана Галькевич…

Оксана Галькевич: …ну и Константин Чуриков. Через полчаса о чем будем говорить? Будем мечтать об идеальной работе. Тут недавно на тему эту было опубликовано целое серьезное исследование. Оказалось, что стабильность для нас с вами, для россиян, гораздо важнее зарплаты, между прочим. Это очень интересный результат. А вот что для вас, уважаемые друзья, работа мечты? И есть ли такая работа в вашем городе, поселке, там, где вы живете? Расскажите нам об этом после 8 часов вечера.

Константин Чуриков: Ну а сейчас посмотрим на политический небосклон, где по весне бывает такое любопытное явление, как «весенний губернаторопад», который сейчас активно проходит. За ним наблюдает и политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов Андрей Колядин. Андрей Михайлович, здравствуйте.

Андрей Колядин: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Мы приглашаем и вас, уважаемые зрители, в рубрику «Личное мнение», можно звонить.

Знаете, давайте первый вопрос такой. Пять губернаторов – все, ушли. Пятеро назначены. Вот для вас кто самый интересный из ушедших и кто самый интересный из назначенных?

Андрей Колядин: Вы знаете, сложный вопрос. Я считаю, что, конечно же, очень громкие обсуждения шли потенциальной отставки Бориса Александровича Дубровского в Челябинске и Марины Ковтун в Мурманской области. Вот эти две территории, которые обсуждались, они были постоянно на слуху. Ну, Берг – отчасти. Упоминалось, конечно, периодически, что в Оренбургской области может такое случиться.

Однако вот эти две территории – они очень такие знаковые и важные, с точки зрения, во-первых, тех политических процессов, которые там внутри происходили. Я бы сказал, что эти две территории – они политически токсичные были для губернаторов, потому что на протяжении очень долгого времени… Например, в Мурманской области еще со времен Евтушенкова были некие внутренние противоречия. Потом – с Дмитриевым, потом – с Марией Ковтун. И то же самое было на территории Челябинской области. Внутренняя политика Челябинской области устроена так, что основные элитные группы сражаются между собой и бьются с губернатором.

Оксана Галькевич: Не принимают местную власть, да?

Андрей Колядин: Не так.

Оксана Галькевич: А как?

Андрей Колядин: Нельзя было не принимать, например, Юревича, он был свой, плоть от плоти региона местного. Ну, Сумин – тот вообще был человек, который был динозавр в политике местной, к нему относились по-особому. И Дубровский же по сути своей был человек с этой территории. Он был первым замом в свое время руководителя «Уралвагонзавода», который в соседней Свердловской области, возглавлял ту же самую «Магнитку» – один из самых серьезных центров и политического, и экономического влияния в Челябинске. Поэтому нельзя сказать, что он был чужой. Дело в том, что они не обращали внимания на внутреннюю политику.

Оксана Галькевич: А вот скажите (простите, что перебиваю вас), а Ковтун – тогда какие к ней вопросы? Она местная. Она была у нас в эфире, она рассказывала: «Я с Севера, вот у меня несколько поколений…»

Андрей Колядин: Суть не в том, что местный или не местный. Суть в том, что… Почему-то многие губернаторы считают, что самая главная его задача – это создание благоприятной социально-экономической среды на территории. «Я – хозяйственник. Я пришел, я все решу». По сути своей вроде бы это правильно.

В свое время один мой начальник, тогда очень известный губернатор (я был у него замом), в начале 2000-х годов приехал к Путину и сказал: «Вот так и так, тут политические процессы идут, партию мы тут создали вместе с Горбачевым, собираемся». А Путин сказал: «А что, разве у нас губернаторы занимаются политикой?» И тогдашний губернатор, мой начальник, сдулся, он сказал: «Нет, ну…» – «Вот идите и занимайтесь хозяйственной частью».

Константин Чуриков: Ну, это еще потому, что с Горбачевым, наверное, да?

Андрей Колядин: Да. «Идите и хозяйственной частью занимайтесь». Но в самом деле люди, приходящие на территорию, начинающие заниматься хозяйственной частью и иногда прекрасно справляющиеся с этой работой… Как Дубровский, например, справлялся с работой. Экономические показатели Челябинской области прекрасные! Он вытащил регион из больших проблем и сделал много хорошего для него. Но внутриэлитные конфликты выходят на то, что все начинают ругать всех. И это все в СМИ проявляется, это все проявляется в федеральном тренде, это все видят. И это роняет рейтинг власти, это роняет влияние не только местных политиков, но и федеральной власти целиком.

Я в свое время, будучи замом полпреда, ездил еще при Юревиче в Челябинск, когда сажал с одной стороны руководство Челябинской области, с другой стороны – силовиков. Они конфликтовали между собой. Я говорил: «Прекращайте это все выводить на публичную плоскость. Вы понимаете, что вы наносите ущерб всей власти, всей вертикали власти в стране?» Потому что видят, что… «Когда паны дерутся, у холопов чубы трещат». Соответственно, это не прекратилось.

И вот это внутреннее ощущение, что «справились с предыдущими губернаторами, справимся и с этим», оно сохранится и для Текслера, и для Чибиса, которые прибыли сейчас на данные территории.

Константин Чуриков: А почему вы ничего не говорите о многократном чемпионе мира по кикбоксинг Бату Хасикове, который пришел в Калмыкию?

Андрей Колядин: Вы знаете, это сложная история для меня. Потому что когда я говорю с людьми, которые его знают, они о нем говорят в великолепном… Очень редко, когда о человеке говорят в таких положительных красках. Говорят, что это человек, который, помимо того, что прекрасно владеет всякими единоборствами…

Константин Чуриков: И правой, и левой.

Андрей Колядин: …он еще и прекрасный продюсерский центр создал, который показал высочайшие результаты, он был дважды сенатором Совета Федерации и прошел через эту большую и серьезную школу (а это серьезная школа управленческая).

И поэтому у меня появляется мысль: может быть, это тот самый случай, когда человек талантливый в одном талантлив во всем? Более того, он национальный герой местный. Поэтому я думаю, что он эти выборы выиграет легко. А это очень важно и для федерального центра. Ну а учитывая, что о нем так говорят, вполне возможно, что он станет очень хорошим менеджером и управленцем. Хотя, может быть, он таким и есть, просто мы об этом не знаем.

Константин Чуриков: Извини, Оксана…

Оксана Галькевич: Это же не исключает тех самых сложностей, с которыми уже столкнулись ушедшие кандидатуры. Понимаете?

Андрей Колядин: Знаете, все-таки это…

Оксана Галькевич: Здесь он выиграет, потому что выборы не так далеко все-таки, в сентябре. На волне обожания можно зайти.

Андрей Колядин: Да. Ну, есть две системы выборов. Одна система предполагает, что человек должен прийти и познакомиться, с ним должны познакомиться, и только после этого он выходит на выборы. А в другом случае на волне ожидания перемен приходит человек, к нему приезжают все – министры, президенты, премьеры – финансовые потоки, проекты; он выходит в лидеры выборной кампании и побеждает. Такой вариант тоже возможен и применяется достаточно часто.

Константин Чуриков: Извините, а вы считаете серьезным политическим опытом то, что, например, господин Хасиков (ему 38 лет) с 2012-го по 2014 год был сенатором в Совете Федерации от Калмыкии, а с 2017 года – советник руководителя Росмолодежи?

Андрей Колядин: Вы знаете, это больший опыт, чем, например, у господина Коновалова, который возглавил Хакасию. Ни в коем случае не хочу обидеть эту прекрасную республику, но он, придя на свой пост, был юристом недолгое время, а потом руководил местным отделением коммунистов. И он сейчас худо или бедно справляется со своими задачами.

А уж человек, который прошел через школу сенаторства и работу в федеральных органах, он обладает бо́льшим опытом, бо́льшими контактами, бо́льшими связами с федеральным центром. А сейчас это очень многое определяет, тем более в такой республике, которая дотационная. Очень важно убедить федеральный центр в том, что необходимо включить республику в соответствующие федеральные программы. А у него есть все контакты, его все знают, поэтому я считаю, что в этом есть его преимущество определенное.

Оксана Галькевич: А что в принципе для губернатора важнее – вот эти связи и правильные знакомства в Москве, в федеральном центре, или все-таки устойчивые позиции на месте, в своем регионе?

Андрей Колядин: А вам как сказать – как я думаю или как считает федеральный центр сейчас?

Оксана Галькевич: А давайте…

Константин Чуриков: И так, и так.

Оксана Галькевич: Да.

Андрей Колядин: Федеральный центр считает, что в настоящей сложившейся системе очень важно, чтобы все губернаторы на территориях входили в единую систему управления – менеджеры, директора заводов (завода, не знаю, «Оренбургская область», завода «Башкирия», завода «Самарская область» и так далее), которые проходят определенное обучение. Они учатся в РАНХиГС, им преподают на протяжении некоторого времени основы знаний, мастерства. Они проходят до этого определенный творческий путь: они работают либо, как Чибис, в системе ЖКХ, замминистра, либо, как тот же самый губернатор сейчас Челябинской области, он был мэром Норильска, то есть он знаком с внутренней методикой, либо они были замами каких-то министерств, ведомств. То есть у них есть определенный опыт.

Например, тот же самый Денис Паслер был и депутатом, и председателем правительства Свердловской области, где мы с ним, собственно говоря, и познакомились в свое время, и работал в крупной государственной корпорации как раз по системам ЖКХ, у Вексельберга. То есть они все обладают определенным набором действий, который характеризует их как менеджеров, способных справиться с территорией.

Константин Чуриков: Это с точки зрения федерального центра. Так, а теперь…

Андрей Колядин: Дальше их туда направляют, им дают определенные установки, что они должны делать. И у них есть KPI, по которым они отчитываются.

Константин Чуриков: А теперь – ваша позиция.

Андрей Колядин: А теперь – моя позиция. Дело в том, что я считаю, что руководитель территории – это человек, который должен быть плоть от плоти этой территории. Он должен знать местные элиты. Он должен знать особенности. Он должен знать культурологические… историю развития этой территории. Ему должны верить, доверять, за него должны голосовать. Ему должны доверять на уровне всей его предыдущей жизни, где он не подводил, не бросал, не обманывал, соблюдал свои слова. Тогда ему будут доверять элиты и будет доверять электорат, он вырос среди них.

Плюс к этому… Его можно также и обучить. Плюс к этому он должен пройти ступеньки муниципального, регионального управления, для того чтобы понимать, чем живут чиновники, как принимаются решения на данной территории. Плюс к этому, я считаю, абсолютно не помешает иметь какой-то федеральный опыт, для того чтобы его знали и в федеральном центре. Это в совокупности, проходя через прямые выборы, в которых он общается с каждым человеком, что-то обещает, ему верят или не верят, но голосуют за него, дает тот самый флер, ту самую атмосферу вокруг человека. Когда он приходит, он подотчетен каждому человеку, живущему на территории своего региона.

Оксана Галькевич: Вы знаете, Андрей Михайлович, я вас слушаю… У нас звонок, я слышу, сейчас мы дадим слово нашему телезрителю. У меня складывается впечатление, что ваша точка зрения и видение федерального центра – это «или/или». И губернатору зачастую приходится как бы определяться, подходит ли он под один критерий…

Андрей Колядин: Вы знаете, я просто исхожу из чего? Если человек хочет отчитываться только перед федеральным центром и его мало интересует собственный электорат, то он менее инициативен в своих решениях.

Оксана Галькевич: А бывает, что собственный электорат, знаете, он требует одного, а федеральному центру это совсем не надо. Бывает же, да?

Андрей Колядин: Ну, все-таки политики на территории – это политики, это люди, обладающие компромиссными решениями. Политика – искусство компромиссов. А если у тебя нет политической воли, опыта и умения работать с самыми различными стратами, элитами и электоратом, то ты просто менеджер-управленец, который знает бухгалтерию, знает, как проходит тот или иной экономический процесс, но часто не может разобраться в перипетиях внутренней политики – за что губернаторов, собственно говоря, и снимают все последние годы.

Константин Чуриков: Вера звонит из Архангельской области. Здравствуйте, Вера.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Спасибо, что наконец до вас дозвонилась, я очень рада, уважаемые ведущие. И у меня вашему эксперту такой вопрос. Я бы хотела знать, куда их переводят, куда деваются эти отставные губернаторы.

Оксана Галькевич: Да, понятно, спасибо.

Андрей Колядин: Несколько вариантов решения. Если эти отставные губернаторы не накосячили… Потому что определенное количество губернаторов сейчас деваются туда, куда ни в коем случае не пожелаю деться ни одному из наших телезрителей, – в места не столь отдаленные.

Оксана Галькевич: Сахалин…

Андрей Колядин: Это Сахалин, это Марий Эл…

Константин Чуриков: Коми…

Андрей Колядин: Это Удмуртия, это Коми, это… значит, Денин, бывший губернатор Брянской области, это Тульская область… ну, Тульская область, Брянская область. Немало таких людей, которые оказались в местах не столь отдаленных.

Следующая вещь. Если он зарекомендовал себя как не совсем вменяемый и договороспособный человек во взаимоотношениях с федеральным центром, то они уходят в никуда. Их не интегрируют никуда, но им дают как бы… Вот как Юревич, например, некоторое время побыв в системе депутатства, он просто выехал из страны и живет за пределами страны

Оксана Галькевич: Костя, прости, пожалуйста…

Константин Чуриков: Давай, давай.

Оксана Галькевич: А вот из этой пятерки, которые вчера-сегодня ушли, как вы считаете (так, никто уже не отправляется слишком далеко, мы это уже поняли), кто из них будет интегрирован в систему управления далее, а кто будет «оставлен в покое», как вы сказали? Как высчитаете?

Андрей Колядин: Вы знаете…

Константин Чуриков: Кто пойдет в центр занятости?

Андрей Колядин: В центр занятости, наверное, никто не пойдет, потому что губернатор – это та работа… нищими и убогими оттуда не выходят, чаще всего, даже если действуют исключительно в правовом поле.

Если говорить о перечисленных губернаторах, я думаю, что большинство из них имеют достаточно понятные договоренности с федеральным центром. Я допускаю, что, скорее всего, Дубровский, например, предпочтет экономическое направление деятельности, хотя я не исключаю, что, может быть, он решит отдохнуть в депутатах или в Совете Федерации.

Оксана Галькевич: А это отдых?! Мы думали, тяжелая доля, Андрей Михайлович.

Андрей Колядин: Как бы все-таки я считаю, что это такая синекура определенная. После того что делают с губернаторами на их местах, все-таки там места для того, чтобы прикорнуть где-нибудь на мягком кресле, значительно больше.

Константин Чуриков: Я сейчас предлагаю перенестись в прошлое, ну, примерно на полгода назад, когда у нас была осень, Единый день голосования, и спросить вас: как вы считаете, вот в сегодняшней конфигурации с учетом того опыта фактор поддержки федерального центра для временно исполняющего обязанности губернатора – это плюс перед электоратом или минус?

Андрей Колядин: Вы знаете, все зависит от того, какова эта поддержка. Если это будет выглядеть как приезд определенного количества людей из федерального центра, которые будут в лоб целовать кандидата или жать ему руку, – ну, наверное, это не будет иметь того самого эффекта, который на первом этапе имел.

Но есть поддержка федерального центра другая. Если при этом приезде министров, премьеров и президентов на территорию будут запускаться вполне конкретные целевые программы, запускаться какие-то проекты, под это будут выделяться соответствующие финансовые ресурсы и люди будут видеть, что это реализуется в конкретных делах – КГС (комфортная городская среда), ремонт дорог, дострой недостроенных объектов, мосты и так далее, – тогда это будет играть в плюс. А это именно один из методов, каким образом выстраивается сейчас выборная кампания.

Оксана Галькевич: Лилия из Челябинской области (кстати, из Челябинской), давайте ее выслушаем. Лилия, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Очень приятно, что я наконец-то дозвонилась. У меня тоже такой вопрос и мое личное мнение.

А почему это наш Дубровский после такой трагедии в городе Магнитогорске, почему он в места не столь отдаленные не отправляется? И почему он небедный человек? А вот ему бы МРОТ назначить. Я бы хотела, чтобы он посмотрел в глаза тех людей, которые погибли, нам, друзьям, которые прожили всю жизнь, и посмотрел бы, как мы хоронили всю семью. Бойню устроили, а теперь говорят – газ взорвался. Да никакого там газа не было. Не надо врать нам! Пусть он скинется людям и отдаст то, что он забрал. Он наворовал столько! А теперь вы нам рассказываете. Да мы все это сами знаем, мы на себе, на своих шкурах испытываем. Когда говорят – зарплата такая-то, 29 тысяч, а зарплата – 12, 15 тысяч…

Константин Чуриков: О чем мы тоже очень часто говорим.

Зритель: Извините меня, опорный край державы – это Челябинская область. Мы вас всех кормим!

Константин Чуриков: Лилия, спасибо за ваш звонок, спасибо.

Оксана Галькевич: Кстати, эта трагедия насколько была решающим фактором отставки?

Андрей Колядин: Вы знаете, она сыграла, конечно, свою роль, но все-таки я думаю, что комплекс факторов сыграл свою роль. И то, что Дубровскому не удалось прекратить тех элитных противоречий, внутренних, и битв силовиков с силовиками, которые были еще и при Юревиче… Он вообще не обращал на это внимания особого, по сути своей, на внутреннюю политику, особенно после того, как один из его ключевых замов Сандаков был взят, арестован в свое время, и он сейчас сидит в тюрьме. Хотя я знаю Колю и понимаю, что это скорее последствия межэлитных разборок, чем прямые уголовные преступления, в которых его обвиняли и которые менялись раз за разом, искали все новые и новые варианты, в чем бы его обвинить. Это тоже последствия вот этого межэлитного конфликта.

Я, наверное, чуть-чуть отойду именно от Дубровского. Был промежуток времени, когда мне в Администрации президента приходилось (а тогда назначались губернаторы) отбирать так называемые… делать первичный отбор, шорт-лист готовить, который представлялся потом руководству страны, и они уже на основании этого шорт-листа принимали решение, кого можно выдвинуть в качестве губернатора на территорию.

Тогда я встретился с одним из… 47 человек было за этот промежуток времени назначено, новых губернаторов. Я встретился с одним из очень известных людей, он был заместитель руководителя одной из крупнейших госкорпораций, и сказал: «Дружище, вот у нас есть хороший регион, на этот регион мы хотим назначить тебя». И он мне сказал очень простую вещь, он мне сказал: «Михалыч, ну ты подумай. Я сейчас к одиннадцати часам прихожу на работу, к двум часам я все закончил. У меня как часы все работает! К двум часам я закончил все совещания, я всех выслушал, со всеми встретился».

Константин Чуриков: В крупной корпорации в два часа он уже?..

Андрей Колядин: В крупной корпорации. В два часа.

Константин Чуриков: Три часа рабочий день?

Андрей Колядин: Три часа рабочий день у него. Он говорит: «У меня механизм моих сотрудников, замов, помов и так далее работает так, что я абсолютно уверен в результатах своей работы. Я хороший менеджер. Я получаю за это хорошие деньги».

Константин Чуриков: За три часа работы. Ну, хорошая работа.

Андрей Колядин: Условно говоря, под миллион долларов в те времена он получал в год. Ну и плюс еще бонус такой же у него был по результатам. И говорит: «После этого я иду в спортзал, с девушками встречаться». Ну, он молодой человек, неженатый был, поэтому я его понимаю.

Константин Чуриков: Ну почему нет? Конечно.

Андрей Колядин: Соответственно, он говорит: «А тут я приду в губернаторы. Мне днем и ночью будут звонить. Где-то что-то рухнет, где-то что-то взорвется – и я буду нести за это ответственность. Будут говорить: «Ты виноват». Взорвалось что-то где-то – и мне будут люди тыкать в глаза и говорить: «Ты виноват». Я буду в постоянном режиме стресса. И при этом я еще не знаю, в какую дверь я выйду – одна дверь на свободу, а вторая дверь не на свободу – после того, как это все закончится». Поэтому он говорит: «Дружище, давай я буду заниматься своим делом, а ты ищи где-нибудь в другом месте губернатора».

Оксана Галькевич: Андрей Михайлович, в связи с этим вопрос от нашего телезрителя: «А не лучше ли вернуть выборную систему во все регионы, а не тасовать вот эту колоду?»

Андрей Колядин: Назначение? Выборы или назначение?

Оксана Галькевич: Выборы. Выборы губернаторов не лучше ли вернуть во все регионы нашей страны?

Андрей Колядин: И так выборы сейчас проходят. Вы имеете в виду, наверное, без муниципального фильтра? Муниципальный фильтр позволяет решить одну проблему. Помимо того, что он отсекает сумасшедших, потому что сумасшедшие не в состоянии собрать две трети голосов депутатов на двух третях территории и, соответственно, представить их в избирком, а людей, которые готовы… Криминал отсекает, потому что есть возможность определенного управления и защиты от криминала. Но при этом он позволяет отсекать и харизматических личностей. Например, если мы выдвигаем господина Пупкина условного, и его рейтинг – 30%, а на территории находится какой-нибудь яркий незаурядный местный хлопец, у которого изначально 50% голосов…

Оксана Галькевич: Кстати, были такие случаи на недавних выборах.

Андрей Колядин: Абсолютно, абсолютно. Либо протестная активность такая, что люди готовы голосовать за любого, кто против власти, – тогда муниципальный фильтр играет большую роль. И поэтому, скорее всего, от него не будут в ближайшее время отказываться.

Константин Чуриков: Скажу не о губернаторах, но о тех же депутатах, которые… Там тоже какие-то фильтры же, да? Они тоже там проходят?

Андрей Колядин: Ну, у депутатов нет фильтра. У них есть другая фишка, называется «праймериз».

Константин Чуриков: Ну, тут просто от сумасшедших же защиты нет, как мы по недавним заявлениям многочисленным помним.

Оксана Галькевич: Вообще никакой защиты, как мы знаем, по составу.

Андрей Колядин: Ну, в самом деле я вас уверяю, что большинство людей, которые делают незаурядные заявления, которые нас заставляют задуматься о том, что все не совсем адекватно в окружающем мире, они это делают… Они очень правильные люди.

Оксана Галькевич: Не со зла они это все, да?

Андрей Колядин: У меня была одна история прекрасная, когда очень яркий политик, которого вы все прекрасно знаете, очень жестко выступающий за патриотизм, выступающий со многими инициативами, иногда очень смешными и грустными… Я понял, что это совершенно вменяемый человек, узнав, что у него все дети учатся в Англии. И я понимаю, что человек, который в лучшую систему образования мира отдает своих детей, не может быть ненормальным человеком. Это умный, взвешенный и талантливый человек, отрабатывающий свою работу.

Оксана Галькевич: Вы сейчас пошутили? Подождите…

Андрей Колядин: Нет.

Оксана Галькевич: Как это? А почему так, простите, получается, что они своих детей туда, а порядок давай тут с нашими детьми наводить?

Андрей Колядин: Ну, знаете, в этом есть свои нюансы, да, конечно. Но я все равно считаю, что если есть возможность своих детей отдать в лучшую систему образования, то это надо делать, вне зависимости от того, что творится. Если бы это был министр…

Оксана Галькевич: Подождите, Андрей Михайлович, ну разве это не вопрос чести, стыда и совести? А создай ты здесь, положи ты свою депутатскую жизнь, срок свой депутатский, чтобы здесь построить лучшую в мире систему!

Андрей Колядин: Вы знаете, когда здесь построится, дети уже идиотами вырастут, поэтому надо как-то…

Константин Чуриков: Решать надо здесь и сейчас.

Андрей Колядин: Да, решать надо здесь и сейчас.

Константин Чуриков: Так, слушаем сейчас, кажется, Андрея из Москвы. Андрей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Сам я родом из Белгородской области, город Новый Оскол. Единственный способ связи с государством получается у нас только один – это через вашу «прямую линию», по-другому никак. Я рад, что дозвонился. Почему сейчас в Москве? Да потому, что в нашей такой «благополучной» якобы Белгородской области, честно сказать, жить уже невозможно. Средняя зарплата у нас считается 30 с чем-то тысяч. На самом деле это полное вранье. 15–20 тысяч.

Константин Чуриков: Ну да. А цены от московских не сильно, я думаю, отличаются.

Зритель: Да то же самое, абсолютно то же самое. Ну, единственное, может быть, проезд там дешевле, а так то же самое.

Константин Чуриков: Андрей, мы сейчас говорим о губернаторах, об этой ротации.

Зритель: Поэтому я и хочу подвести к этому. Савченко, Евгений Савченко с 93-го года. Он как бы занимает списки лидирующие. Хотя я не пойму – почему. Он абсолютно ничего не делает для области. Жизни вообще нет никакой. Завышены эти все показатели уровня жизни, это все завышенное. Я говорю как житель.

Константин Чуриков: Андрей, один из показателей – что вы в Москве, а не в Белгородской области.

Оксана Галькевич: А вот, кстати, интересно…

Зритель: Да, это самый главный показатель. Я вынужден был уехать, потому что я не собираюсь… У нас два основных завода – это «Мираторг» и «Приосколье». Зарплата там 20 тысяч. Адские условия труда…

Оксана Галькевич: Ну, аграрный регион.

Зритель: 20 тысяч зарплата.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Понятно. Грустно все.

Оксана Галькевич: Знаете, я хочу спросить как раз. Смотрите, нам звонит человек из низов, что называется, который живет в этом регионе. Действительно ведь Белгородская область считается одним из лидеров, хорошие там экономические показатели. А человек, который живет в этом регионе с хорошими экономическими показателями, этого хорошего на себе ничего не чувствует, он недоволен. Как же так-то? Понимаете, получается, что есть отчетность и картина, а есть какое-то людское восприятие.

Андрей Колядин: Вы знаете, очень многоуровневый и многопластный вопрос. В нем есть…

Оксана Галькевич: А как губернатору с этим, интересно, тоже работать-то? Понимаете, очевидно, у него проблемы.

Андрей Колядин: Вы знаете, я могу сказать, что несмотря на то, что многие ругают того же самого белгородского губернатора, когда придет следующий, можно будет понять, плохой был предыдущий или нет. Потому что я считаю, что все-таки он действительно очень многое для своего региона сделал, он смог вытащить и инвестиционные ресурсы в свое время, и запустить некие проекты серьезные.

Но суть не в этом. Во-первых, есть такое понятие в политике, как усталость от несменяемости власти…

Оксана Галькевич: А он давно уже.

Андрей Колядин: Человек с 93-го года. Человек, который, наверное, старейший сейчас. Он уже дольше Путина.

Константин Чуриков: О!

Оксана Галькевич: Ну, с 93-го года-то.

Андрей Колядин: Соответственно, надо понимать, что вне зависимости от того, насколько он хорошо работает, это все равно вызывает внутреннюю усталость. У людей есть ощущение, что вот придет следующий… этот подустал, он уже на работу не так ходит, и одно и то же лицо. И потом, все-таки изменение власти каждый раз дает надежду.

Оксана Галькевич: Костя, прости, пожалуйста…

Константин Чуриков: Давай.

Оксана Галькевич: Андрей Михайлович, вот смотрите, такой простой психологический момент. Вот вы политолог, вы понимаете, что люди устают от этих затяжных каких-то сроков. А власть-то это сама почему вовремя не понимает?

Андрей Колядин: Она понимает, она меняет людей. Но в настоящий момент, взвешивая экономические показатели, социальные показатели, политические показатели, которые выдаются на-гора на территории Белгородской области, они считают, что она одна из самых лучших. Заменить там человека – это значит с достаточно высоким уровнем вероятности ухудшить показатели. И не потому, что придет плохой (может быть, придет хороший), а просто пройдет время, когда человек войдет в суть всех вопросов и сумеет действительно всерьез стать лидером данного региона. Поэтому считается – ну, работает, в состоянии справиться со своими задачами.

Вы помните, Тулеева держали? Ведь его уже на коляске возили, а он оставался на своей территории.

Константин Чуриков: Он долго болел, на совещания не приезжал.

Андрей Колядин: Вот о чем я и говорю – уже не ходил, а его возили на тележке. Потому что считалось, что этот регион очень непростой, дает серьезные показатели. В свое время там же касками стучали, помните? Тот же самый Неверов, выходец из тех, кто стучал касками.

Оксана Галькевич: Это же когда было-то, когда касками стучали?

Андрей Колядин: Ну, решили, что не надо каски возвращать в практику.

Оксана Галькевич: На Горбатый мостик, да?

Андрей Колядин: Да, на Горбатый мостик.

Константин Чуриков: Сейчас будет звонок, а потом задам вопрос. Ксения из Челябинской области. Здравствуйте, Ксюша.

Зритель: Здравствуйте. Меня зовут Ксения, я сама из города Челябинска, а вообще, в принципе, родилась в Варненском районе. Хотелось бы сказать… Тема – губернаторы, да? Такая щепетильная тема для нас вообще, челябинцев. Почему? Вот все говорят, что Юревич был плохой, воровал, то-се, и из-за этого сняли. Ну, согласимся, да: плохо – воровать. Но тем не менее при нем, во-первых, строились развлекательные комплексы, крупные, ТРК «Родник». Если вы зайдете, вы увидите, что построено при нем. Строились развязки мостовые, строились дороги, то есть Челябинск развивался.

При Дубровском… Я просто приглашаю вас, дорогие ведущие, и гостя вашего приглашаю к нам в город. Просто приедьте и посмотрите на эти горы мусора, на наши убитые дороги, на наши горы снега. У нас почистили снег во дворе и свалили его нам под подъезд – сейчас это все тает, и мы просто плывем! Как вот жить?

Оксана Галькевич: Слушайте, у вас мэр-то есть, Ксения, простите, пожалуйста? Этим не губернатор занимается. Спасибо.

Андрей Колядин: Это правда. Я Юревича знал хорошо лично. И Дубровского, знал, но с Юревичем много общался. Я считаю, что при всем своем внешнем разгильдяйстве… Я имею в виду – иногда в кожаных штанах прийти на заседание куда-то, ну или в хоккей играл.

Константин Чуриков: Эстет!

Андрей Колядин: Да. Он был выдающийся человек, с точки зрения создания команды. Команды у него были блистательные, способные… Я бы его команды забрал на самый сложный проект, на самый сложный этап. Поэтому ругать его, конечно… У него были свои достоинства и недостатки.

Оксана Галькевич: И где сейчас Юревич?

Андрей Колядин: В какой-то из западных стран. Он не был бедным человеком. Надо понимать, что…

Оксана Галькевич: Да что ж такое-то, а?

Андрей Колядин: Вот эта «Макфа», знаете? Вот эти все макароны и так далее. Эта торговая марка принадлежала ему. И по разным оценкам, это под миллиард долларов стоило. Поэтому ему не было необходимости…

Оксана Галькевич: …оставаться дома. Мы поняли.

Андрей Колядин: …крысятничать, крысятничать на мелких заказах.

Константин Чуриков: Вы согласны с позицией нашей зрительницы: «Ну ладно, воруют. Ну, воруют и воруют. Главное, чтобы что-то делал»?

Андрей Колядин: Вы знаете, в некоторых случаях я считаю, что это лучше, чем когда ничего не делают. Как говорил опять же один мой знакомый чиновник: «Если будете воровать с прибылей – так уж и быть, может быть, глаза закрою. Но с убытков – посажу всех!» Как это ни странно и как это ни дико звучит, но при всех прочих равных… Лучше, когда не воруют. Но когда все-таки происходят некие процессы негативные, безобразные, которые должны подвергаться осуждению всеми, но все-таки при этом что-то строится, меняется и улучшается – уж пусть лучше так.

Оксана Галькевич: Но потом все равно надо наказать. Мы не можем, понимаете, транслировать про курение, про алкоголизм и про коррупцию.

Константин Чуриков: Это опасно для здоровья!

Оксана Галькевич: Страны причем.

Андрей Колядин: Да. Просто вы мне задаете прямой вопрос…

Оксана Галькевич: Спасибо. Галина из Брянской области, давайте ее тоже выслушаем. Галина.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Я хочу сказать, что назначают губернаторов – а зачем? Потом выборы эти. Зачем эти выборы? Они не нужны совершенно. Назначили – пусть работают. Ну? А так идут бюджетные деньги, тратим на эти выборы, а все равно тот же будет губернатор.

Константин Чуриков: Галина, как показала история сентября прошлого года, «назначили – и его выбрали» – вот вовсе не очевидно. Понимаете? Бывают же исключения из этого правила с недавних пор.

Андрей Колядин: Вы знаете, выборы…

Зритель: Мне кажется, что… Даже в Казахстане президента и то выбрал президент.

Оксана Галькевич: Вот так!

Зритель: Поэтому эти выборы… Я не знаю. В общем, мне кажется, что это просто абсолютно лишняя трата денег.

Константин Чуриков: Спасибо за ваше мнение.

Андрей Колядин: Вы знаете, об этом многие говорят сейчас, но я считаю, что это неверно, потому что выборы – это способ канализации протеста.

Константин Чуриков: Канализации?

Андрей Колядин: Канализации.

Оксана Галькевич: Направления протестной энергии.

Андрей Колядин: Направление в канализацию протеста. То есть по сути своей люди, принимающие участие в выборах, они высказывают весь свой негатив в ходе этой выборной кампании в адрес власти. Это как-то обсуждается, нивелируется. Человек, который проходит выборное горнило, слушает электорат, как-то на него ориентируется.

Плюс к этому потом можно сказать: «Друзья! Что же вы на него-то так? Вы же сами его выбрали. Вот человек, вы за него голосовали». И это разделение власти… ответственности между федеральным центром и региональным центром. Поэтому, если избавиться от этого, президент будет ответственен за все в этой стране.

Константин Чуриков: Вот сейчас имея в виду как раз, представляя себе всех новоназначенных, весь этот список: Хасиков – кто еще? – Хорохордин, Албин, которого прочат, и так далее…

Андрей Колядин: А Албина куда прочат?

Константин Чуриков: Ну, на место Марины Ковтун прочат.

Андрей Колядин: Нет, уже все, уже туда назначен Чибис Андрей.

Константин Чуриков: Все. Чибис, Чибис, да. Если эту все пятерку новоназначенных иметь в виду, скажите, какой портрет идеального кандидата в губернаторы в 2019 году у нас складывается?

Андрей Колядин: Вы знаете, есть сейчас внутренний такой образ, который можно вывести из тех персон, которые в последнее время назначаются. Раньше это называлось «молодой технократ». Это молодой человек с определенным опытом работы в федеральных структурах, прошедший соответствующую подготовку в РАНХиГС. Есть специальная система обучения, если не ошибаюсь, семимесячная, которая позволяет им внести очередные новации, знания. Там преподают, начиная от премьера и того же самого Кириенко, заканчивая крупнейшими нашими министрами, экономистами и всеми остальными.

Константин Чуриков: Слушайте, даже на журналиста надо шесть лет учиться. А на губернатора так быстренько за шесть месяцев?

Андрей Колядин: Ну, на самом деле они с высшим образованием все, они все имеют достаточно серьезный багаж экономических знаний. Многие из них прошли систему муниципального и городского управления, либо были председателями правительств на территориях, были мэрами городов различных. И это люди, которые прошли соответствующий отбор, то есть у них были определенные конкурсы. Ну, иногда вспоминают – со скалы нужно было прыгнуть в воду или куда-то. Но, помимо этого, они еще проходят тесты на мышление, на психологическую устойчивость, на все остальное.

То есть – есть определенная система отбора этих молодых людей, которая предполагает, что когда они наберутся опыта работы на территориях, то их можно будет интегрировать в федеральную власть после 2024 года уже на основании вот этого призыва сегодняшнего. Вот такой сейчас образ.

Константин Чуриков: Ну и спортивный еще должен быть человек, да?

Оксана Галькевич: Ой, Андрей Михайлович, время пролетело! Много вопросов на самом деле остается. Ну, давайте, завершая уже нашу беседу, спросим вас вот о чем. А этот «губернаторопад» в ближайшее время продолжится?

Андрей Колядин: Я думаю, что…

Оксана Галькевич: Времени до выборов в сентябре все меньше и меньше. Или уже система тех кого надо подчистила и кого надо поставила?

Андрей Колядин: Я думаю, что, наверное… Вот сейчас ждем, что будет с тремя еще губернаторами, которые тоже должны переизбираться в этот раз.

Константин Чуриков: Это кто?

Андрей Колядин: Волгоградский губернатор недавно встречался с Путиным, поэтому, скорее всего, его оставят. Зачем обсуждать президенту с человеком, который не будет продолжать развитие региона, основы развития региона? Ну, еще у нас, кажется, вологодский губернатор планируется на переизбрание или на выход. Я не знаю, как он решит сам и как решит государственная власть. Плюс Владимир Владимирович Владимиров (такое уникальное сочетание имен), руководитель…

Оксана Галькевич: Как удачно!

Андрей Колядин: Это руководитель Ставропольского края. Тоже у него подходит время. Соответственно, будет в скором времени понимание – он будет переназначаться, переизбираться или…

Константин Чуриков: Ну, с точки зрения фоносемантики (есть такая наука), он вполне подходит для того, чтобы остаться.

Оксана Галькевич: Представляешь, встречаются губернатор с президентом: «Здравствуйте, Владимир Владимирович». – «Здравствуйте, Владимир Владимирович».

Спасибо, Андрей Михайлович.

Константин Чуриков: Спасибо. Это было «Личное мнение» Андрея Колядина, политолога, члена правления Российской ассоциации политических консультантов.

Оксана Галькевич: Ну а мы продолжаем наш прямой эфир, впереди у нас большая тема, обсуждаем сегодня ее в течение всего дня, будем говорить о работе мечты. Друзья, поделитесь своим мнением: какая работа мечты для вас и с какими качествами должна быть?

Константин Чуриков: Давайте пофантазируем, помечтаем.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты