Леонид Антонов: Поток денег, который приносят камеры видеофиксации, затмевает чиновникам взгляд

Гости
Леонид Антонов
координатор общественного движения «Автомобилисты Москвы»
Вячеслав Лысаков
депутат Государственной Думы, председатель Межрегиональной общественной организации автомобилистов «Свобода выбора»

Марина Калинина: Ну а мы переходим к следующей теме. В Москве в пределах Бульварного кольца появилось около 100 так называемых "умных" камер, но на деле водители их не считают особо умными, скорее наоборот. Устройства призваны следить за нарушением правил остановки и стоянки в правом ряду.

Юрий Коваленко: Спустя 10 секунд после остановки, пусть даже вынужденной, камера выписывает штраф, то есть стояние в пробке без движения больше 10 секунд, и вы нарушитель. Количество штрафов растет, а вот водители не могут оспорить решение этого умного (или неумного, может быть) устройства.

Марина Калинина: У нас в гостях Леонид Антонов, координатор общественного движения "Автомобилисты Москвы". Здравствуйте, Леонид.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Леонид Антонов: Добрый вечер.

Марина Калинина: Давайте вместе с вами посмотрим сюжет, который сделал наш корреспондент, наш коллега Максим Волков: он поехал в центр Москвы и посмотрел, как все это работает, пообщался с людьми и так далее.

СЮЖЕТ

Марина Калинина: Ну первый вопрос, в общем-то, может быть, немного глуп, но мне непонятно, зачем нужны эти камеры? То есть есть же уже парковочные места, паркоматы, есть люди, которые ходят и фотографируют, правильно ли ты стоишь…

Юрий Коваленко: ЦОДД ездит.

Марина Калинина: …есть эвакуаторы и так далее. Вот это зачем? И почему только в центре тогда? Не очень понятно.

Леонид Антонов: Вопрос понятен. Здесь, наверное, логику властей можно объяснить только тем, что…

Марина Калинина: Собрать деньги.

Леонид Антонов: …на все точки, где машины могут остановиться, не хватает у них рук, и они хотят, чтобы бездушный робот щелкал всех, кто останавливается в тех местах, где сочли, что остановка и стоянка запрещены.

Юрий Коваленко: А как камера отличает хорошего водителя от плохого? Потому что сказано о том, что тех, которые вынужденно встали, не будут штрафовать.

Леонид Антонов: Ну вот это, к сожалению, вопрос, наверное, не ко мне, а к тому, кто придумал этот алгоритм. Но я по опыту предыдущих лет могу сказать, что, к сожалению, на словах все всегда выглядит в голубом и розовом цвете, а в реальности оказывается, что такие камеры "дубасят" всех подряд, прямо натурально "дубасят", и органы, которые отвечают за их работу, потом широко улыбнувшись говорят: "А вам в суд, если вы с чем-то не согласны, идите на три буквы волшебные – в суд, там судитесь с нами и доказывайте, что вы, давайте мне справку на справку".

Юрий Коваленко: Есть решения суда положительные в пользу водителя?

Леонид Антонов: Ну еще эта система только-только заработала.

Юрий Коваленко: Но как правило сложно ли отстоять свои права в суде в этих случаях?

Леонид Антонов: К сожалению, суд тоже встает в позицию по защите органа, который выписывает штраф. Судьи всегда, у них уже есть заученная формулировка: "У нас нет оснований не доверять людям в погонах, людям, облеченным властью".

Юрий Коваленко: А при чем здесь люди в погонах, если здесь аппарат?

Леонид Антонов: Аппарат, но он же только предоставляет материал фото- и видеофиксации, а подпись на этом протоколе о вынесении административного взыскания ставит живой человек. Но с учетом того, что в Москве вот эти люди, которые сидят и рассматривают вот эти материалы, поступающие с камер… Камер с каждым днем становится все больше, у них уже сейчас порядка 10-15 секунд на рассмотрение материала, то есть он должен оценить все предоставленные фото- и видеоматериалы, понять, где это происходило, как. Естественно, в таком потоке, может быть, в начале рабочего дня 2-3 материала они еще внимательно рассматривают, а дальше они тупо нажимают "Да", и всем полетели по почте письма счастья ко всем автовладельцам.

Марина Калинина: Давайте сейчас поговорим с Вячеславом Ивановичем Лысаковым, депутатом Госдумы, он у нас сейчас на связи. Вячеслав Иванович, здравствуйте.

Вячеслав Лысаков: Добрый день.

Марина Калинина: Как вы относитесь к этим камерам с крутящимися головами, которые всех штрафуют? Вообще что с этим делать?

Вячеслав Лысаков: Я кусочек разговора послушал. Проблема на самом деле значительно глубже и масштабнее, чтобы в законопроекте, с которым лично я 2 года боролся, можно… На самом деле законопроект…

Марина Калинина: Вячеслав Иванович, очень плохая связь, давайте мы вам перезвоним буквально через полминутки.

Юрий Коваленко: И все же если мы будем говорить о том, что камеры уже стоят, это значит, что они на самом деле будут множиться, плодиться, их будет все больше, либо есть возможность каким-то образом отстоять права автомобилистов? Потому что водитель в любом случае оказывается виноватым и обязанным заплатить, презумпции невиновности не существует.

Леонид Антонов: К сожалению, это так. В Москве уже вот эта презумпция невиновности водителя де-факто отсутствует. Наоборот, есть уже понятие презумпции виновности: если человек приобрел машину, он за все, что с ней происходит, по умолчанию отвечает. И количество этих камер запланировано еще на этот год установить порядка 1.5 тысяч, то есть количество камер будет только увеличиваться. Потому что вот этот поток денег, который эти камеры приносят в бюджет города, конечно, чиновникам затмевает разум, взгляд; они уже не понимают, что это деньги не из воздуха берутся, а из карманов граждан, москвичей.

Марина Калинина: Вернулся к нам Вячеслав Иванович, еще раз здравствуйте. Вы нас слышите?

Вячеслав Лысаков: Да-да, мы попробовали, переключил я телефон на трубку.

Марина Калинина: Да, спасибо большое.

Вячеслав Лысаков: Значит, постараюсь коротко объяснить, в чем угроза, в прямом смысле что нам грозит в ближайшее время. Поскольку процесс организации дорожного движения в Москве – а с Москвы берут пример остальные регионы – принял тотальный коммерческий характер… То есть разговор не об обеспечении безопасности идет, не об организации дорожного движения, а максимальном сборе штрафных денег с помощью камер. Причем еще раз я вернусь к тому, что сказал: в течение 2-х лет я всеми силами сдерживал законопроект, который, к сожалению, уже теперь принят в первом чтении, о передачи полномочий ГАИ органам исполнительной власти. Теперь люди, которых наберут с улицы, не дававшие присягу, не имеющие воинских званий, никому ничего не обязанные, будут нам выписывать эти письма счастья, постановления о наложении штрафов, не зная законов, не зная абсолютно ничего. И задача основная – собрать как можно больше денег в данном случае с помощью камер. Причем ГАИ уничтожается как государственная структура, это факт.

Марина Калинина: Как уничтожается? Вообще?

Вячеслав Лысаков: Ну если отнимают у нее полномочия, ГАИ начинает уменьшаться как шагреневая кожа. Поэтому, к сожалению, нас что ожидает на дорогах в ближайшие годы? Нас ожидает следующее. Поскольку отстранить от управления человека можно только если протокол о нарушении составлен инспектором на дороге, только тогда можно материалы передать в суд и человека подвергнуть административному аресту, лишению права управления, обязательным работам, то в данном случае это некому будет делать. И чиновники московские, да и других регионов будут максимально собирать деньги, пользуясь камерами, а через камеру не видно, человек с правами или нет, пьяный или под наркотиками, с поддельными документами или поддельным номерным знаком, это определять будет некому, понимаете?

Поэтому если возвращаться все-таки к тем камерам, которые вы говорите, это коммерция в чистом виде. Камеры не видят, что происходит перед машиной или после транспортного средства. Вот смотрите, перед вами произошла авария, вы остановились, пытаясь объехать это место, включили поворотник, вас не пускает плотный поток. Эта камера вас снимает, вы становитесь нарушителем. Но вы же не останавливались, вы же пытаетесь перестроиться, потому что впереди ДТП или впереди затормозила машина, которая высаживает пассажиров. Кстати говоря, таксисты уже начали получать такие штрафы, люди, которые притормозили за такси, начали получать эти штрафы.

Это полное безобразие на самом деле, это нарушение прав и свобод граждан. Я вчера отправил генпрокурору запрос депутатский от своего имени, от имени Общероссийского народного фронта (я сопредседатель московского штаба), будем ждать, что ответит прокуратура, потому что без всяких критериев и без всякого регламента эти камеры используются для чистейшего сбора денег. Говорить об организации дорожного движения или о ликвидации пробок не приходится, если наказывают абсолютно ни в чем не повинных людей.

Марина Калинина: Скажите, пожалуйста, а если, как вы рассказали, вот эта ситуация, что вы остановились за машиной, которая попала в аварию, за такси и так далее, то есть какая-то ситуация, которая вас бы оправдала, видеофиксатор в вашей машине может стать доказательством того, что вы не виноваты, и неправомерно вам выписан этот штраф?

Вячеслав Лысаков: Вам придется пройти семь кругов ада. Теоретически да, вы можете обратиться в суд, у вас есть 10 дней на обжалование постановления о наложении штрафа. Вы можете обратиться либо к стоящему сотруднику Госавтоинспекции, если ГАИ вынесло постановление, а теперь эти постановления будут выноситься различными ГУПами, МУПами и так далее, которые будут подчиняться непосредственно Департаменту транспорта. Либо вы можете обратиться в суд, но вы знаете, я могу честно сказать, что московский суд, как правило, встает на сторону государственных органов. Поэтому добиться результата можно и в Верховном суде, но такие случаи единичны. То есть это ваше время, это ваши нервы, это ваши деньги.

Марина Калинина: Ну понятно.

Вячеслав Лысаков: Это крайне сложно сделать, к сожалению.

Марина Калинина: Ну а что делать-то с этим?

Вячеслав Лысаков: С этим есть несколько путей решения. Во-первых, надо упрощать систему обжалования. Во-вторых, надо и в ПДД, и в стандартах прописывать жесткие критерии расстановки запрещающих знаков и камер, но сейчас Росстандарт этим как раз занимается. Потому что пользуясь различными правовыми, регламенционными прорехами, чиновники показывают чудеса изворотливости и гениальности, добывая деньги с нас, автовладельцев, любыми способами. Я, кстати, на трибуне Госдумы об этом говорил: законными, незаконными, любыми способами собрать как можно больше штрафных денег – вот задача некоторых чиновников Москвы, к сожалению, с которой берут пример и другие регионы.

Марина Калинина: Спасибо вам большое. Вячеслав Лысаков, депутат Государственной Думы, был у нас на связи.

А мы продолжаем разговаривать с Леонидом Антоновым, координатором общественного движения "Автомобилисты Москвы". Какие меры вы планируете принимать, чтобы как-то смягчить ситуацию?

Леонид Антонов: Вообще вот это появление этих камер, конечно, вызвало очень большой общественный резонанс.

Марина Калинина: Надо думать.

Леонид Антонов: Социальные сети переполнены просто негодованием. Во-первых, потому что власти должны уведомить, когда на какие-то новации вводятся на улице в плане расстановки знаков или появления вот этих вот приборов фото- и видеофиксации…

Марина Калинина: А не было никаких уведомлений, да?

Леонид Антонов: Естественно, никаких уведомлений не было. Под многими камерами до сих пор в местах, где они установлены, не стоят таблички, информирующие о том, что ведется фото- и видеофиксация. То есть, конечно, власти и здесь тоже понимают, что они повели себя как-то неправильно. Надеемся на то, что здравый смысл возобладает, но, к сожалению, по опыту, сейчас, конечно, в полной мере подтверждается теория о том, что всеми силами пытаются собрать как можно больше денег. Ведь прошлогодний опыт со сбором штрафов, когда собранное количество штрафов превысило собираемый транспортный налог в Москве в несколько раз, это, конечно, затмевает некоторым образом чиновникам рассудок, они думают, что это все сыпется откуда-то с неба сейчас, когда такой дефицит бюджетный, хочется его чем-то прикрыть. Они, в общем, не идут по пути того, чтобы сокращать зарплаты, аппарат, количество чиновников, а наоборот, пытаются увеличить сборы, то есть принцип сенокосилки – мы сейчас расширим и будем с большего количества людей это обкашивать.

Юрий Коваленко: Нам пишут телезрители, они все недовольны одним: если бы эти камеры введены сначала в тестовом режиме, попробовали бы, посмотрели, как это все работает, исправили бы все недочеты, спроектировали какие-то новые схемы и возможности водителям как-то понимать, что их ждет, если они это все сделают, то есть предупреждать, вводить все это в правила дорожного движения, вносить все это в программу обучения школ, тогда да. Но сейчас они видят, что просто, скажем так, от фонаря ставится камера где хочется кому-то, никому про это не говорится, камера начинает сразу же работать и карать. Почему у нас нет возможности оспорить решение о постановке камеры? Почему нет возможности каким-то образом договориться водителям и властям?

Леонид Антонов: Здесь, наверное, сыграло то, что большинство водителей – это люди законопослушные, которые привыкли всю жизнь ездить по определенным правилам.

Юрий Коваленко: И оплачивать свои штрафы.

Леонид Антонов: Да. И существует правило: если человек всю жизнь действует по правилам, если правила меняются, он понимает, что их надо все равно исполнять, хочет ты этого или не хочешь, потому что если ты их не исполнишь, тебе придется пройти довольно длительную, болезненную процедуру оспаривания, кстати, без гарантии, что ты получишь результат, что ты сможешь доказать, что ты был прав, а постановление вынесено по ошибке, потому что реально случаев, когда людям удавалось что-то оспаривать, единицы. За все вот эти годы с момента появления такой агрессивной политики в отношении автовладельцев в Москве таких случаев, в общем, по пальцам можно пересчитать. Это были вопиющие ситуации, когда действительно кому-то там машину разбили или эвакуировали прямо на глазах, когда человек сидел в машине (это известный паркмен наш), то есть это реально случаи, которые можно пересчитать по пальцам на одной руке.

И здесь основная масса людей все-таки махает рукой и решает: "Ладно, я оплачу этот штраф". И пользуясь вот этой пассивностью, законопослушностью граждан… Мы понимаем, как безнаказанность порождает вседозволенность, и здесь то же самое: чиновники, не имея никакой ответственности за неправильно принятые решения, никакой персональной ответственности за тех, кто что-то сделал не так. Мы ведь не слышим, нет ни одного случая, когда бы кого-то из чиновников наказали за неправомерные действия. И вот они поэтому совершенно свободно: ну давайте, как на подопытных кроликах, вот эту систему оттестируем, ну в процессе поймем, работает она или нет. А сейчас уже видим, что она не очень работает.

Марина Калинина: У нас есть звонок от Игоря из Тулы. Игорь, здравствуйте, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Хотелось бы задать такой вопросик гостю в студии. Мы туляки вроде, а в Москве как обстоят дела с треногами (у нас их называют циклопами)? На каких участках они размещаются у вас? У нас, допустим, по Туле и по выездам из Тулы они на самых злачных местах, то есть не на аварийных, а на злачных местах, где знаки стоят "20", "40", хотя дорогая идеальная, можно сказать. И знаете, как бы это сформулировать, что произойдет, если в один момент эти все камеры обрушатся? Это же все-таки цифровая технология. Я сам был недавно свидетелем такого случая. Если мы с человеком на машине, он был за рулем, впереди стояла камера, знак "40", он ехал где-то 80. Я говорю: "Слушай, впереди камера". Смотрю, а он спокоен. У него стоит типа антирадарчик, и камера даже ни разу не пискнула. Я говорю: "Это что?" Он говорит: "Тула – город мастеров, мы еще и не то можем". Я понял. Вот это хотелось бы узнать, как в Москве насчет этого дела обстоят с этими "циклопами".

Марина Калинина: Спасибо за ваш вопрос.

Юрий Коваленко: Все ли камеры работают в Москве, или есть муляжи действительно?

Леонид Антонов: Большинство камер работает.

Марина Калинина: Есть сейчас, насколько я знаю, муляжи.

Леонид Антонов: Да, сейчас появились еще муляжи, они как бы действуют дисциплинирующим образом на водителей. Но большинство камер тем не менее работает, ставят их, конечно же, совсем не там, где требуется улучшить безопасность, а там, где проще собирать деньги. Даже среди московских водителей уже появились такие термины, как "парковочная ловушка", "со знаками ловушка", то есть вот эти вот ситуации, когда, пользуясь неоднозначностью трактовки правил дорожного движения, противоречие между правилами и нормативными документами, возникают знаки, как правило, запрета остановки и стоянки, тут же едут эти парконы, которые с дороги фиксируют, тут же идут пешие инспекторы, которые с тротуара вас фотографируют, а сейчас еще новая вот эта тема с помощниками Москвы так называемыми, их уже окрестили "стукачами Москвы". То есть обычные гражданские люди, поставившие себе на смартфон приложение, могут выдавать вот эти материалы фото- и видеофиксации, на основании которых будут потом выноситься постановления. Причем уже среди этих вот "стукачей Москвы", среди них уже проводится конкурс, кто больше, потому что понятно, что каждое правонарушение есть штраф.

Марина Калинина: А у них какое-то поощрение потом?

Леонид Антонов: Да, они получают какие-то баллы. То есть уже некоторые по 6 тысяч материалов предоставили, на основании которых вынесены постановления…

Юрий Коваленко: …знаем какого толка.

Леонид Антонов: …об административных правонарушениях, то есть штрафы людям. И как с этим быть? То есть обычный человек, о чем, кстати, и депутат Госдумы сейчас только что сказал, не облеченный властью, не дававший никакой присяги, идет по улице и начинает, так сказать, раздавать всем эти вот "подарки" в виде писем счастья. А если это просто, я не знаю, соседу захотел напакостить? И ведь такие случаи наверняка есть.

Юрий Коваленко: Кто гарантирует, что он хорошо разбирается в правилах дорожного движения.

Леонид Антонов: Ну для этого разбираться особенно не надо: если он видит, что одним колесом кто-то наехал на тротуар, то все, материал пошел, а там, как известно, на рассмотрение материала 10-15 секунд, человек во второй половине дня после обеда уже ничего не соображает, нажимает, понеслась, и все, вам остается идти по вот этой вот дорожке в суд и так далее, если вы вдруг не согласны, или махнуть рукой и пополнить бюджет города Москвы на определенную сумму денег.

Марина Калинина: Ну так чего нам ждать в будущем? Может быть, как-то все-таки есть какой-то шанс, что что-то поменяют, вместо этих 10 секунд сделают хотя бы 2 минуты, как предлагалось в нашем сюжете?

Леонид Антонов: К сожалению, сейчас я боюсь, что ожидать, что власти сдадут позиции свои без боя, не приходится, потому что им очень нравится то, что вот эти вот сборы… Опять скажу о прошлогодних сборах – 17.5 миллиардов рублей собрано штрафами с автомобилистов в Москве. Это огромная сумма, это чуть ли не 15% незапланированных доходов московского бюджета.

Юрий Коваленко: Вы говорите "без боя" – какого рода бой в таком случае надо дать, чтобы все-таки это было справедливо?

Леонид Антонов: Постольку-поскольку депутаты Госдумы уже этим вопросом озадачились, то будет как раз вот эта вот бумажная война, когда будут писать письма в прокуратуру с просьбой дать правовую оценку тому, что происходит, прокуратура будет выдавать предписания департаменту изменить или отменить работу этих камер, отключить их временно или поставить их в более жесткие рамки, чтобы они фиксировали только те правонарушения, которые они могут фиксировать, и так далее. То есть здесь как с парконами: парконы поначалу контролировали не только оплату парковки, они еще контролировали правильность парковки. Но выяснилось, что система не работает, они плохо очень позиционируются в густой городской застройке, то есть ошибка достигает иногда чуть ли не 0.5 километра. А что такое 0.5 километра? – это значит, что здесь стоит знак "кирпич" или знак "стоянка и остановка запрещена", а через 20-30 метров разрешенные парковочные места, и все, кто на них стоял, тут же получают штрафу, как будто они стоят под этим "кирпичом". Вот эти вот… Опять же это все было оттестировано на живых людях, причем без их согласия.

Юрий Коваленко: И люди за это заплатили.

Леонид Антонов: Да. Естественно, рыбка плывет, назад не отдает, штрафы очень хорошо собираются, но очень плохо возвращаются. Никто не получил обратно деньги после того, как власти признали эту ошибку. И здесь то же самое: сейчас оттачивание системы произойдет, они поймут, так сказать, где уж точно совсем все плохо, какие штрафы этими камерами нельзя собирать, и тогда только перейдут в боевой режим. Но вот это тестирование будет проводиться на живых людях в полный рост.

Марина Калинина: Ну что же, поживем – увидим, как говорится, может быть, что-то сдвинется с мертвой точки, как-то эта ситуация изменится.

Леонид Антонов: Будем надеяться. Пока вот так.

Марина Калинина: Спасибо вам большое. Леонид Антонов был у нас в гостях, координатор общественного движения "Автомобилисты Москвы".

Юрий Коваленко: Спасибо.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты