Леонид Ольшанский: Сегодня автомобилисту надо потратить полжизни, чтобы отменить штраф на тысячу рублей

Гости
Леонид Ольшанский
вице-президент «Движения автомобилистов России», адвокат

Ольга Арсланова: Продолжаем, как и обещали.

Петр Кузнецов: Итак, лихачей на наших дорогах стало меньше. Заметили ли вы это? Пишите нам на SMS-портал, потом подключайтесь уже по прямой связи по телефону.

Ольга Арсланова: Кое-кто заметил, да.

Петр Кузнецов: Да, кое-кто – это министр внутренних дел Владимир Колокольцев. Он сказал, что на протяжении последних лет ситуация имеет устойчивую положительную динамику. И вроде бы дальше все будет только улучшаться, потому что МВД приступило к реализации стратегии безопасности дорожного движения, рассчитанной аж до 2024 года.

Ольга Арсланова: И еще очень важная вещь: активно влиять на безопасность на дорогах стали простые водители и пешеходы, которые докладывают о нарушителях, по словам Колокольцева. Итак, по сравнению с 2012 годом число погибших в ДТП сократилось на треть, раненых – почти на 17%.

Петр Кузнецов: Так вот благодаря сигналам граждан с начала года удалось пресечь почти 190 тысяч нарушений и задержать 17 тысяч пьяных водителей. По результатам рассмотрения поступивших от граждан фото- и видеоматериалов было вынесено порядка 40 тысяч постановлений о наложении на нарушителей административных наказаний.

Ольга Арсланова: Но все-таки гонщиков и лихачей на дорогах России по-прежнему немало. В погоне за адреналином и желанием показать водительское мастерство они подвергают опасности свои и чужие жизни. Вот такие ролики уже стали привычными.

Петр Кузнецов: Да, как правило, в Москве и Петербурге, потому что там особенно любит погонять «золотая молодежь» на дорогих спорткарах. Гонщики не стесняются снимать свои выходки на видео: как выезжают на встречную полосу, проезжают на красный свет и проскакивают между рядов «шашечкой» так называемой в плотном потоке машин. То есть здесь даже и доносить не надо, сами на себя выкладывают в Сеть. За такие нарушения владельцы получают лишь незначительные штрафы, поэтому ради острых ощущений они готовы на все, это как один из видов опасного ощущения выложить все это в Интернет и получить штраф.

Ольга Арсланова: Поймают не поймают, тоже, знаешь, как повезет. Опасные маневры выполняют водители на любых автомобилях во всех регионах нашей страны, переоценивая свои возможности, не справляются с управлением, излишняя спешка и невнимательность часто приводят к смертельным ДТП.

Петр Кузнецов: Еще одна категория опасных лихачей – несущиеся на огромной скорости грузовики и фуры. Особенно серьезные аварии с ними происходят на междугородних трассах, когда водители идут на обгон по встречной полосе. При таких лобовых столкновениях выжить практически невозможно.

Ольга Арсланова: Что думают автомобильные эксперты? Что думают сами водители о статистике, которую приводят в Министерстве внутренних дел? Что говорит вам ваш опыт? Стало ли на дорогах безопаснее, меньше ли там лихачей, пьяных водителей, каких-то неадекватных водителей, меньше ли становится серьезных ДТП? Обо всем этом будем говорить прямо сейчас.

Петр Кузнецов: У нас в гостях Леонид Ольшанский, вице-президент «Движения автомобилистов России», почетный адвокат Российской Федерации. Здравствуйте, Леонид Дмитриевич.

Ольга Арсланова: Здравствуйте, Леонид Дмитриевич.

Леонид Ольшанский: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Расскажите, пожалуйста, как вы реагируете на заявления господина Колокольцева. Можно ли им верить?

Петр Кузнецов: Отмечаете ли вы в своей личной статистике снижение?

Леонид Ольшанский: Значит, во-первых, я хочу отметить, что самый уважаемый министр из всех министров, которых мы знали, – это Колокольцев. Самый образованный, доктор юридических наук…

Петр Кузнецов: Любит мотоциклы.

Леонид Ольшанский: Да. Но меня поразила статистика. Когда растет количество ДТП и смертей на дорогах, они говорят: «Вот видите, растет, надо увеличивать санкции». Когда падает, они говорят: «Вот видите, падает…»

Ольга Арсланова: «Хорошо, что санкции».

Леонид Ольшанский: «Надо еще увеличить, чтобы совсем упало».

Дальше: вот в тех комментариях, которые вы сказали, получается с позволения сказать маленький винегрет.

Ольга Арсланова: Что такое, что не так?

Леонид Ольшанский: Итак, пешеходы, водители других машин снимают на свои телефоны, иные средства фотофиксации нарушения чего? Машин. Они не знают, Иванов, Петров за рулем, иногда темные стекла – машины.

Ольга Арсланова: Машины с номерами.

Леонид Ольшанский: Да. То, о чем говорили и о чем дошли постепенно, почти дойдем до Конституционного суда. Штраф приходит, во-первых, автоматически, что мы должны разобрать с вами отдельно, собственнику машины. Это может быть и бабушка, и дедушка, и юрлицо, ваша компания.

Петр Кузнецов: Понятно. Административный.

Леонид Ольшанский: Административный штраф. А собственник не виноват, он за рулем не был. Кодекс у нас административный, а штраф приходит собственнику.

Ольга Арсланова: Но Леонид Дмитриевич, какие есть другие варианты, если не всегда видно, кто там за рулем? Что, не присылать штраф, что ли? Ну честное слово.

Леонид Ольшанский: Отвечаю, отвечаю. Давайте я вам щелбана дам по носу?

Ольга Арсланова: Нет, не надо, не стоит.

Леонид Ольшанский: Значит, что будет? Милиция, в отделение, вот объяснение с меня, вот с вас, вот свидетель, а не будете без адвоката, сейчас мы вам дадим адвоката, вы можете обжаловать… То есть это называется одним словом в юрнауке – процедура.

Ольга Арсланова: Так. А здесь как?

Леонид Ольшанский: А здесь автоматически, без адвоката, без прокурора, без выяснения, кто был за рулем, бах! – и приехал штраф. Вот это вызывает большие сомнения.

Петр Кузнецов: Плюс это же может быть смонтированное какое-нибудь видео, это тоже не выясняют на экспертизе?

Леонид Ольшанский: Это может быть смонтированное, да. Дальше: фальшивые деньги, фальшивые бумаги, пуля, яд – эксперт расписывается об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и мы знаем, что бывали случаи, когда экспертов привлекали. А здесь он не эксперт, он не должностное лицо: чик! – и послал. Я считаю, что это необъективный материал.

У меня есть любимая метафора. В поле зрения камер, которыми опоясан банк, попала перестрелка, люди ограбили банк, сели в какую-то машину и уехали. Скажите, а владельца машины автоматически расстреляют или арестуют? Нет, его будут допрашивать…

Петр Кузнецов: Будет выясняться вообще, в угоне машина, нет.

Леонид Ольшанский: Да. А если выяснится, что это номер от грузовика? Значит, будут искать, кто купил, кто переставил. То есть скоропалительных решений даже в чем-то другом не будет. Поэтому я против автоматизма, это во-первых.

Петр Кузнецов: Вы за то, чтобы снимали нарушения…

Ольга Арсланова: …но нужно разбираться.

Петр Кузнецов: …но вот уже как рассматривается на следующих стадиях…

Леонид Ольшанский: Нет, фотография может быть основанием для административного расследования, кто, когда, почему. Вот первый аспект, который вы назвали.

Дальше: «золотая молодежь». Чем возмущены и мал, и стар? Не самим фактом того, что они на встречку выехали, а что они… У нас есть такой термин в законодательстве (и в административном, и в уголовном) – «деяние, которое совершено с исключительным цинизмом и особой дерзостью». Не надо выкладывать в Интернет, не надо снимать. Если я к вам опаздывал сейчас на передачу, то только господь бог знает, где я нарушил или не нарушил, у меня в голове было не подвести вас и миллионы наш зрителей.

Петр Кузнецов: И успеть.

Леонид Ольшанский: Но я же не выкладываю в Интернет и не говорю, нарушил не нарушил – как приехал, так и приехал.

Ольга Арсланова: Ну то есть вы этим не очень-то и гордитесь.

Леонид Ольшанский: Да.

Ольга Арсланова: Здесь, очевидно, люди делают, для того чтобы показать свою удаль.

Леонид Ольшанский: Да, знаете, у них уже свое общество…

Ольга Арсланова: Это субкультура.

Леонид Ольшанский: Они соревнуются мощностью машины, ее раскраской и туда-сюда. По оперативной работе учили: тот, кто только ворует или только нарушает, имеет шанс выжить и уйти от ответственности; тот, кто играет в казаки-разбойники, в кошки-мышки с правоохранительными органами, тот обречен на провал. Вот не надо рисовать черную кошку, когда в булочную пришел забрать деньги, не надо бросать карты и писать меч в эпопее с организацией «Меч», не надо выкладывать это в эфир, уже тогда будут меньше смотреть.

Петр Кузнецов: Леонид Дмитриевич, возвращаясь к статистике: вы лично заметили, что лихачей стало меньше?

Ольга Арсланова: Как автомобилист.

Леонид Ольшанский: Скорее меньше стало, чтобы не обманывать ни вас, ни…

Ольга Арсланова: А как вам кажется, это с чем связано?

Петр Кузнецов: С чем связано, по-вашему?

Леонид Ольшанский: Это связано с совокупностью факторов, я хочу подчеркнуть.

Ольга Арсланова: Ну а конкретнее?

Леонид Ольшанский: А конкретнее у нас цитата президента, которую мы должны сказать. Президент 10 лет назад, я в вашем эфире уже два раза несколько недель назад цитировал, проводя заседание Госсовета на нашу любимую тему безопасности дорожного движения, сказал: «На первом месте строительство новых дорог, туннелей, эстакад; на втором месте (а безопасность ведь во всем) оперативное прибытие машин «скорой помощи» к месту ДТП (потому что умирают часто не от перелома руки или ноги, а оттого, что не успевают); в-третьих, повышение качества подготовки водительских кадров». Строить стали лучше, в западном округе Москвы вообще одни эстакады, ДТП к минимуму свелись…

Петр Кузнецов: Дорожная инфраструктура.

Леонид Ольшанский: …тем, что префект у мэра в хорошем смысле слова выклянчивает финансирование. Законодательство изменилось, очень много усилений санкций к автошколам: и должны быть четверть гектара, и такой, и сякой, увеличился срок обучения, то есть лучше учат, лучше. И «скорая» летит. Поэтому я считаю, что совокупность факторов. Президент не сказал нам усилить ответственность, президент сказал строить и учиться. Поэтому я думаю, что совокупность факторов, исполняя слова президента в сфере безопасности дорожного движения, и привела к снижению аварийности. Только чем-то одним не взять, вот главный наш тезис.

Петр Кузнецов: Скажите, молодежь, наверное, большинство на дорогах сейчас?

Леонид Ольшанский: Ну…

Петр Кузнецов: Может это быть связано с тем, что тренды поменялись? Гонять просто не модно на дорогах?

Ольга Арсланова: Уже. В прошлом году модно было, а в этом медленнее ехать.

Леонид Ольшанский: Может быть, модно не модно, может быть. Но все равно я еду и вижу, как меня обгоняют мотоциклисты, обгоняют мощные машины. Мы можем с вами опять спорить, меньше стало или больше, это есть. Наверное, стало менее модно.

Ольга Арсланова: Несколько сообщений и звонки.

Леонид Ольшанский: Давайте.

Ольга Арсланова: «Утром какой-то черт на Toyota Camry (76-й регион) вытворял такое в Иваново!» «Нормальных дорог 10%, но доморощенная «золотая молодежь» гоняет на 100%», – Аткарск, Саратовская область. Новосибирская область: «Лихачей, нарушающих ПДД в наглую, стало больше».

Леонид Ольшанский: Вот видите.

Ольга Арсланова: Из Москвы пишут: «Самые наглые машины с иностранными номерами – Украина, Белоруссия и Армения. Им невозможно прислать штраф».

Петр Кузнецов: Опять Украина виновата.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем…

Петр Кузнецов: Узнаем, тише ли стало в Новокузнецке, правильно?

Ольга Арсланова: У Константина спросим. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Но говорить вы можете достаточно громко при этом.

Зритель: Здравствуйте. Я просто с Новокузнецка. У нас как ввели два мотопатруля на мощнейших мотоциклах BMW, они легко догоняют любого лихача, я не знаю, молодцы администрация города, область это сделала…

Ольга Арсланова: Так.

Зритель: Действительно у нас благодаря этому намного уменьшилось этих стритрейсеров. Хоть и повысилось качество дорог, но вот этих гонок с этими увеличенными объемами глушителей намного уменьшилось, это, конечно, положительный фактор. Не знаю, рекомендация другим регионам, у нас намного это уменьшилось, что безнаказанно на двухколесном средстве уйти между полосами теперь практически очень сложно.

Второе: я не согласен с вашим собеседником по поводу того, что нет ответственности. Сейчас у нас принято, что любую видеозапись регистратора можно отправить в ГИБДД, это будет принято как нарушение, будет зафиксировано как стационарной камерой, так и с любого мобильного средства, телефона и так далее. И к тому же видеокамеры сейчас настолько запретом лобовой тонировки качественно изображают, кто сидит за рулем, что установить владельца и водителя, а тем более что любое ГИБДД может сейчас пробить, кто в полисе ОСАГО записан на данную машину, и если я, владелец, прописываю туда свою жену, ребенка, сына, я знаю, кто у меня управляет, соответственно я должен нести ответственность, как и автовладелец тоже. И не надо говорить: «Я не знаю, кто рулил моим автомобилем».

Ольга Арсланова: Да, есть такая точка зрения, спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Нам многие на SMS-портале тоже пишут: если ты кому-то доверил свой автомобиль, то будь добр отвечать, плати штраф.

Леонид Ольшанский: Но опять-таки, смотрите: у нас Административный кодекс России – кирпич, в нем 32 главы об ответственности за нарушение строительных, экологических, таможенных, паспортных, иных правил и норм. Везде действует многоструктурная лестница: найди, докажи, узнай, вызови, будешь говорить, не будешь говорить. А здесь автомат. Автомат противоречит принципам законодательства. У нас же как, главнейший принцип какой в медицине и в криминалистике? – объективное, полное и всестороннее исследование. Чем инспектор, кстати, хорош? Что ему можно сказать: «Я в больницу опаздываю, я на телевидение опаздываю», – есть смягчающие…

Петр Кузнецов: Это вы сейчас его с камерой сравниваете?

Леонид Ольшанский: Да. Инспектор, бывает, придирается, бывает, вымогает, все бывает. Но инспектор – это более объективная категория. С ним можно полемизировать. И кстати, этих мотоциклистов…

Петр Кузнецов: Ну и коррупционная составляющая выше при таком взаимодействии.

Ольга Арсланова: Тоже полемика возможна такая.

Леонид Ольшанский: Ну да. Короче, мне инспектор нравится больше, чем.

Ольга Арсланова: Понятно.

Леонид Ольшанский: Более объективно.

Ольга Арсланова: Давайте Москву послушаем.

Петр Кузнецов: И камера не определит, пьяный за рулем или нет, здесь пока только инспектор определяет.

Михаил из Москвы.

Ольга Арсланова: Михаил, добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Зритель: Я из Москвы, я водитель с 1966 года, профессионал, у меня первый класс. Проработал всю жизнь водителем, у меня одна просечка только в талоне. Меня сейчас беспокоит… У меня два вопроса к Ольшанскому. Я очень его уважаю, он очень грамотный человек. Дело в том, что как сейчас ездит молодежь, это просто безобразие, и с ними ГАИ ничего сделать не может. Это же смешно, это плевок! Такие мажоры, как Мара Багдасарян, ездит без прав – да наплевать ей на всех, это первое.

И второе: раньше я до дачи доезжал, было 6 постов ГАИ, 6, а сейчас ни одного. Выходи, выезжай, никому ничего не надо. То есть наплевательское отношение. Те, кто законопослушные водители, все на них и едут; кто незаконопослушный – плюют на всех.

Леонид Ольшанский: Нам понятно, мы вам возразим.

Ольга Арсланова: Да, давайте комментировать.

Леонид Ольшанский: Каждый не то что год, каждые 2-3 месяца в Государственной Думе ужесточается административное законодательство, уголовное и мост между ними. Самый яркий пример: лишили вас водительского удостоверения в рамках той или иной статьи Административного кодекса, а вы за ум не взялись и уже лишенные сели за руль – 15 суток, сразу в наручники, дежурному судье… Но обратите внимание, не сотрудник ГАИ принимает решение, а судья по любому вопросу.

Дальше. Пьяный за рулем: второй раз в течение года пьяный (я был против такой песни в Государственной Думе), уже открывается уголовное дело.

Петр Кузнецов: Реальный срок с осени.

Леонид Ольшанский: Может быть, условный дадут, но это уголовная судимость, понимаете?

Дальше: если вы сбили одного не дай бог пешехода, раньше был максимальный срок 5 лет тюрьмы, а теперь если пьян, 7 лет. А если двое, мать с ребенком переходили дорогу? – раньше был максимальный срок 7 лет, а теперь сказали, что если пьяный, 9 лет. В области дорожного движения санкции обгоняют все другие статьи (кражу, грабеж), постоянно усиливают, усиливают, усиливают. Плюс раньше можно было попасть в колонию-поселение, то есть вот в этой одежонки мы будем ходить, деньги любое количество иметь, жена-любовница приезжает, у бабушки снял комнату, купил…

Петр Кузнецов: Теперь в одиночку?

Леонид Ольшанский: Теперь все чаще и чаще дают колонию общего режима, то есть колония: телогрейка, работать, автоматчики, собаки, еда-баланда, то есть колония в чистом виде вместе с ворами и бандитами, что тоже спорный вопрос. Но все чаще… То есть все больше и больше санкций разного рода к автомобилистам, которые что-то нарушили, меньше или больше.

Петр Кузнецов: Вернемся к термину «опасное вождение».

Леонид Ольшанский: Да.

Петр Кузнецов: Внесены ли были с 2016 года за эти 2 года какие-то изменения в это определение, что считать опасным вождением?

Леонид Ольшанский: Вот я только что, пока к вам ехал, был в кабинете председателя Комитета по социальной политике Госдумы Ярослава Евгеньевича Нилова. Он говорит: «Ты передай: я уже внес «опасное вождение».

Ольга Арсланова: Давайте по пунктам.

Леонид Ольшанский: Быстрый разгон и быстрая остановка, снова разгон и остановка…

Петр Кузнецов: Это же субъективные какие-то понятия: мне показалось, что он быстро остановился, я начинаю снимать и передавать материал.

Леонид Ольшанский: Одну секунду, сначала я передаю…

Ольга Арсланова: Мы не будем спорить с господином Ниловым, послушаем.

Леонид Ольшанский: Быстрые перестроения, многократные перестроения среди рядов; увеличение скорости. Да, доказать…

Ольга Арсланова: Как измерить это все? Что значит «многократное»?

Леонид Ольшанский: Только одним путем. Кстати сказать…

Ольга Арсланова: Один, два, много?

Леонид Ольшанский: Ярослав Евгеньевич против и просил это передать. Что делают некоторые, как мне кажется, извините за выражение, недобросовестные сотрудники ГАИ? Мы с вами влетели в туннель, выехали, а нам говорят: «Средняя скорость не 60, а 80». Нельзя среднюю скорость, любое деяние должно быть конкретным. Так вот он внес поправку, что деяние должно быть конкретно по времени и конкретно вот у вашей телестудии или у деревни Дубки. Поэтому у нас уже видите до чего гаишники дошли, меряют среднюю скорость. Вы даже на 60 километров в час подъехали к пикету, а он говорит: «Вы проехали за 3.7 секунды столько-то, значит, средняя ваша не 60, а 80», – и наказывает.

Ольга Арсланова: Так вот о том-то и речь, понимаете, если у них будут такие расплывчатые инструменты в руках – многократные перестроения, слишком быстрое торможение – они будут их применять.

Петр Кузнецов: За второе опасное вождение 5 тысяч штрафа уже, да?

Леонид Ольшанский: Да. Ну у нас вариантов два… Да, кстати сказать, не принято. Обсуждаем, обсуждаем, но чтобы нас все слышали, которые упрекают: постоянно обсуждаем, принимаем, санкции усиливают. Уж по какому вопросу, у нас сейчас только обогнала автомобильную тему пенсионная реформа, вот они нас временно обогнали, и то, я думаю, сейчас примут поправки президента, правительства, и снова автомобильная тема обгонит пенсионную.

Петр Кузнецов: Леонид Дмитрий, ситуация. Возвращаясь к доносчикам. Снял я видео, отправил куда? В МВД, в ГИБДД.

Леонид Ольшанский: Да.

Петр Кузнецов: Рассматривают, выносят по видео нарушение.

Ольга Арсланова: Как по камере, получается.

Леонид Ольшанский: Да.

Петр Кузнецов: Находят, штраф. Тот, кому влепили штраф, он же вправе знать, на основе какой информации его оштрафовали?

Ольга Арсланова: И Петр Кузнецов в эфир не приходит завтра просто.

Петр Кузнецов: И он вправе, наверное, знать источник, соответственно, имя, фамилию, отчество. С другой стороны, я как доносчик не хочу, чтобы он знал, потому что он придет, сожжет мне квартиру, например, отомстит. Как быть?

Леонид Ольшанский: Я думаю так: вам обязаны по закону прислать заказное письмо, в котором кроме бланка постановления о наложении штрафа должна быть фотография, в которой мелким должно быть пробито 11:42…

Ольга Арсланова: А авторство?

Леонид Ольшанский: Авторства не будет.

Петр Кузнецов: Знаете, как в YouTube ролики.

Ольга Арсланова: А гарантии будут какие-то безопасности?

Леонид Ольшанский: Значит, если вы напишете…

Петр Кузнецов: Я в безопасности как доносчик?

Леонид Ольшанский: Если вы напишете, что это неправда, моя машина там не была, давайте расследовать… То есть чтобы отменить штраф в тысячу, 2 тысячи, надо положить полжизни, надо месяцами ходить. Вот этот сотрудник, вы ему пишете «отмени», потом над ним стоит или комбат, или начальник отдела ГАИ, а потом суд районный, потом городской… То есть можно нанять адвоката, можно ходить, можно говорить…

Петр Кузнецов: Это вот о чем Оля сказала, потом меня затаскают еще как очевидца.

Ольга Арсланова: Как того, кто доносчик.

Леонид Ольшанский: Поэтому чтобы отменить решение суда, постановление ГАИ, постановление Стройнадзора, надо отложить все дела, полжизни этим заниматься.

Ольга Арсланова: Это понятно, Леонид Дмитриевич. Все-таки вопрос: если я гражданскую позицию хочу проявить и пожаловаться, сфотографировать…

Петр Кузнецов: Отправила.

Ольга Арсланова: …я смогу свою анонимность сохранить?

Леонид Ольшанский: Сможете сохранить.

Ольга Арсланова: Все, хорошо. Значит, можно стучать.

Леонид Ольшанский: Да.

Ольга Арсланова: Пару сообщений буквально. «Ездил в Анапу, подъезд к Крымскому мосту, много владельцев крутых автомобилей пересекали сплошную полосу в обоих направлениях», «Покровка, носятся дорогие машины, чуть не сбили школьника». «Их стало больше, – пишет Иркутская область. – Посмотрите сводки». В общем, наши зрители со статистикой господина Колокольцева не очень-то и согласны. Вот смотрите, у нас опрос проходил, действительно стало ли меньше вот таких нарушений: «да» ответили только 10%, 90% наших зрителей-автомобилистов не доверяют официальной статистикой.

Леонид Ольшанский: Отвечаю: это не профессиональные социологи.

Ольга Арсланова: Я понимаю, это наблюдения обычных людей.

Леонид Ольшанский: Я не говорю, что они не правы, но нужны серьезные исследования.

Петр Кузнецов: Очевидцы, потенциальные очевидцы.

Леонид Ольшанский: Это просто вот проехал мимо, подрезал, они говорят, что стало больше. Но они имеют право на свою точку зрения.

Петр Кузнецов: Вот, совершенно субъективный подход.

Леонид Ольшанский: Они наши зрители, они наши избиратели, они имеют право на свою точку зрения.

Ольга Арсланова: Спасибо за вашу точку зрения, за то, что вы пришли к нам.

Петр Кузнецов: Спасибо огромное.

Ольга Арсланова: Леонид Ольшанский, вице-президент «Движения автомобилистов России», почетный адвокат Российской Федерации был у нас в гостях.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Действительно ли стало меньше серьезных ДТП?

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты