Лето. Каникулы. Отравления

Гости
Илья Сотников
педиатр, кандидат медицинских наук
Валентина Иванова
ректор Московского государственного университета технологий и управления им. Разумовского, председатель Всероссийского педагогического собрания

Петр Кузнецов: Да, мы продолжаем. Сложно, конечно, после Николая Баскова, который в новостях, в конце выступал, каким-то образом продолжать, но мы постараемся. У нас сейчас серьезная тема на самом деле.

Лето, каникулы и… увы, отравления. Вот так продолжается эта цепочка. И так каждый год и каждый сезон.

Ксения Сакурова: Вот давайте вспомним последние случаи. На Кубани накануне задержали директора и работников вагона-ресторана поезда Мурманск – Адлер, в котором отравился 91 ребенок. Детям, которые ехали в летний лагерь, после ужина стало плохо. Многих госпитализировали с признаками кишечной инфекции.

Роспотребнадзор установил, что причиной отравления стал норовирус, его еще называют кишечным гриппом. Оперативники нашли в вагоне-ресторане просроченные продукты. А сами дети пожаловались, что их кормили в дороге кашей с насекомыми. Там еще был хлеб с плесенью и много всего интересного.

Петр Кузнецов: Ну да. Сейчас же только коронавирус существует, о норовирусе уже забыли, что это такое, не замечаем.

В соседней – Ростовской – области больше 30 юных спортсменов отравились едой на сборах. Следователи закрыли пищеблок и начали служебную проверку. Возбуждено дело. В конце июля…

Ксения Сакурова: …уже в Санкт-Петербурге группа детей отравилась в ресторане, когда была проездом в этом городе. Позже их сняли с поезда и госпитализировали с острой кишечной инфекцией. В организмах пострадавших школьников эксперты обнаружили сальмонеллы. Проверка ресторана выявила нарушение правил хранения продуктов, а также загрязнения в производственных цехах. Деятельность ресторана сейчас приостановлена. Ну, еще бы он продолжал работать.

Петр Кузнецов: Что происходит? Об опасных каникулах мы говорим в ближайшее время. У нас в студии Валентина Иванова, член Общественного совета Министерства просвещения, председатель Всероссийского педагогического собрания. Валентина Николаевна, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Валентина Иванова: Добрый день.

Петр Кузнецов: Поезд, конечно, вот этот жуткий. Во-первых, очень много отравившихся (наша подборка началась именно с этого), 91 ребенок. И потом мы выясняем, что дети сами говорили: насекомые, хлеб с плесенью…

Валентина Иванова: Плохая каша, да, хлеб с плесенью, да.

Петр Кузнецов: Потом мы выясняем, что повар с официантом болели норовирусом, просто никому не сказали об этом.

Валентина Иванова: Кишечная инфекция. И в летний период она получает очень серьезное распространение.

Петр Кузнецов: Я бы не удивился, если бы еще выяснили, что машинист пьяный был и еще два колеса под вагоном отсутствовали. Ощущение, что вообще… Кто несет ответственность? Кто следит за безопасностью наших детей, когда они выходят просто за пределы нашего дома? Вот это вопрос.

Валентина Иванова: Вопросы питания контролирует и ведет соответствующую проверку Роспотребнадзор. Понятно, что в период лета, тем более жаркого лета, как в этом году, обостряются кишечные инфекции. Очень серьезным должен быть контроль за сроком годности продуктов. И в этот период, если истекает срок годности, то, конечно, этими продуктами категорически нельзя кормить детей. И вот здесь нужно говорить об усилении ответственности руководителей организаций, в частности директора вагона-ресторана поезда Москва – Адлер… Мурманск – Адлер, где 91 ребенок заболел. Этого не было.

Петр Кузнецов: Они сказали: «У нас поставщики были. Это не мы».

Валентина Иванова: Но они же проверяют, они проверяют. И они пишут, заполняют соответствующие журналы с указанием сроков годности. И в этом плане, принимая продукцию, они видели, они подписывали соответствующие накладные. И они не имели права принимать эту продукцию. Следовательно, здесь большая ответственность на руководителе, на директоре этой организации питания.

Петр Кузнецов: Технический момент, раз мы к этому уже пришли. До заселения непосредственного детей в поезд Роспотребнадзор должен прийти и все проверить, попробовать, выдать справку? Или как?

Валентина Иванова: Вы знаете, наверное…

Петр Кузнецов: Просто ощущение, что Роспотребнадзор этим занимается, когда уже случилось, он выявляет причины.

Валентина Иванова: Уж очень много поездов, уж очень много лагерей. И здесь нужно говорить о персональной ответственности.

Петр Кузнецов: Это да. Даже в коронавирусный период.

Валентина Иванова: Персональную ответственность никто не отменял. И здесь однозначно ясно, что халатное отношение, граничащее, как говорится в соответствующих документах, с нанесением тяжелого вреда здоровью.

Ксения Сакурова: Я никак не могу понять. Вот у нас есть поезд. В этом поезде явно, кроме этих детей, ехал еще кто-то. То есть я так понимаю…

Петр Кузнецов: Сопровождающий?

Валентина Иванова: 246 человек. То есть это практически весь поезд был ориентирован на перевозку этих детей.

Петр Кузнецов: И питался тоже в вагоне-ресторане наверняка.

Ксения Сакурова: То есть это был спецпоезд?

Валентина Иванова: По-видимому, да.

Ксения Сакурова: Именно специально для перевозки детей.

Петр Кузнецов: Тем более.

Ксения Сакурова: Вот когда у нас речь идет о специальном транспорте, о специальной перевозке групп детей, есть ли какой-то дополнительный контроль, помимо того, который существует за обычными вагонами-ресторанами? Вот если мы понимаем, что у нас весь поезд – это одни дети.

Петр Кузнецов: Спецпоезд – соответственно, спецконтроль.

Ксения Сакурова: Да.

Валентина Иванова: Документов, прежде всего каких-то регламентирующих документов, я имею в виду, на ведение такого специального контроля нет. Есть определенные должностные инструкции. Есть требования к руководителю, к образовательной организации, к организации питания школьников, скажем, в период учебного процесса. Есть ответственность директора лагеря за питание находящихся в лагере школьников, детей. И, конечно, есть ответственность директора вагона-ресторана того поезда, который перевозит детей.

Ксения Сакурова: Я почему спрашиваю? Вот то питание, которое туда поставляют – это питание обычное, которое поставляют во все вагоны-рестораны РЖД? Ну, то есть это то, что входит, условно говоря… Вот билет с питанием у нас, да? Если мы едем поездом, мы можем купить билет, который предполагает какое-то питание. Это стандартный набор? Или все-таки детей как-то отдельно кормят?

Валентина Иванова: Роспотребнадзор выпустил соответствующие методические рекомендации по питанию детей. Соответственно, та организация, которая отвечает за перевозку и обеспечивает питание детей, она должна в строгом соответствии работать с соответствующими методическими рекомендациями и соответствующим СанПиНом, который утвержден Роспотребнадзором, конечно.

Ксения Сакурова: То есть это еще как бы и особое питание?

Валентина Иванова: Есть, конечно же, определенные требования, есть определенные рекомендации. И тот оператор, который выиграл контракт и обслуживал этот поезд, он эти рекомендации обязан был выполнять. Он их знает. И здесь вполне правильно предъявлены требования органами прокуратуры и следственного контроля.

Ксения Сакурова: Мы пытаемся разобраться во всей этой ситуации. Например, если… Ну я не знаю, кто отвечает за то, что поступает в вагон-ресторан, повар или начальник поезда. Видимо, к отправлению поезда прибывает партия еды, она испорчена. Поезд, видимо, идет по расписанию. Отказаться от этой еды можно/нельзя? Как эти проблемы вообще решаются на месте?

Валентина Иванова: Нет, ну однозначно испорченные продукты принимать не имели права.

Ксения Сакурова: Нельзя?

Валентина Иванова: Конечно, нельзя. Просроченные не имели права принимать, однозначно. Следующий вопрос – сухой паек и так далее – это все решаемые вещи. Это первое.

Второе. Оператор выигрывает конкурс не накануне, а оператор выигрывает конкурс значительно… на три-четыре месяца работы с этим составом или на этом маршруте.

Ксения Сакурова: Но хлеб-то он, надеюсь, туда не за четыре месяца привез.

Валентина Иванова: Дело в том, что выигрывает контракт на ежедневную поставку. Контракт длительностью на полгода, на одиннадцать месяца, на четыре месяца, но на ежедневную поставку. И во всех контрактных документах указано строгое соблюдение срока годности. Я в этом глубоко уверена, глубоко уверена. И если поставляется продукция с истечением срока годности – это означает серьезное нарушение всех требований Роспотребнадзора. И это карается соответствующими документами.

Ксения Сакурова: Вы знаете, у меня еще вопрос к сопровождающим. Дети ехали явно не одни. Неужели люди, которые были с ними, ходили с ними в этот вагон-ресторан и питались, скорее всего…

Валентина Иванова: Они были подвержены точно так же, как и дети. И они, как вы видите, приняли все меры для того, чтобы связаться с медицинскими учреждениями, чтобы на ближайшей станции тех детей, кому плохо, передавать в учреждения здравоохранения, чтобы соответствующим образом оказать помощь нашим детям.

Поэтому в этом плане претензий, я думаю, к сопровождающим быть не должно, потому как у них нет должностных обязанностей проверять сроки годности продуктов. Им накрыли стол – они питаются. И я уверена, что эта информация, которую мы знаем с вами про кашу, про хлеб и так далее – это общая информация и детей, и сопровождающих.

Петр Кузнецов: Я предлагаю выйти уже за пределы вагона-ресторана. Просто ощущение, что мы здесь следователи.

Ксения Сакурова: Одну ситуацию обсуждаем, да.

Петр Кузнецов: Все-таки у них больше данных. Будем ждать результатов, потому что случай вопиющий и с просрочкой. Еще и к официанту, и к повару вопросы.

Валентина Иванова: Кишечная инфекция, которая присутствовала у работников вагона-ресторана.

Петр Кузнецов: У нас и лагерь за последнее время, тоже там 31 человек. До этого, в конце июля, тоже поезд. Я к тому, что мы ждем историй от родителей прежде всего. Куда вы отправляли ребенка или отправляете сейчас? В какой лагерь? Проверяете ли вы, чем их там кормят? Были ли подобные случаи? Ждем ваших историй, уважаемые телезрители, в прямом эфире.

Валентина Николаевна, так вот, к более общим вопросам. Мы знаем, что есть президентский указ о том, что детское питание должно быть налажено, бесплатное горячее питание.

Валентина Иванова: И обеспечен родительский контроль.

Петр Кузнецов: Напомните. Для младших классов бесплатное?

Валентина Иванова: Да.

Петр Кузнецов: И обеспечен родительский контроль. Все это сейчас только внедряется. Но есть ли какие-то в связи с этим изменения в общем правиле? И неважно, где это – в вагоне, в детских лагерях. Изменилось ли что-то в плане контроля, в плане контроля за поставщиками? Сузился ли этот круг, качество этого питания с вводом президентского указа?

Валентина Иванова: С выполнением поручения президента страны Владимира Владимировича Путина был серьезным образом пересмотрен Роспотребнадзором соответствующий СанПиН и серьезным образом была перестроена работа в субъектах федерации, в каждой школы. Сейчас, в летний период, вопросы питания в летних лагерях тоже находятся и под контролем Роспотребнадзора, Министерства просвещения и родителей. И возникает вопрос: как же родителям контролировать? Ну, в школе – понятно, каждый день и так далее можно это проверять.

Петр Кузнецов: Получить доступ хотя бы. В школе это тоже бывает сложно.

Валентина Иванова: А в лагерях как этот процесс организовывать? Всероссийское педагогическое собрание, мы взаимодействуем с Федеральным центром мониторинга школьного питания, который создан при Министерстве просвещения Российской Федерации. И по нашему глубокому убеждению вопросы привлечения родителей к контролю начинаются с того, чтобы на сайте образовательной организации, будь то лагерь, будь то школа или учреждение отдыха в летний период, обязательно на сайте должно быть примерное ежедневное меню.

И если этого нет… А это первое требование Роспотребнадзора для общего контроля – и сугубо профессионального, специализированного, и родительского, и общественного контроля. И во многом… А мы, Всероссийское педагогическое собрание, проверили 70 лагерей дневного пребывания и обнаружили, что на сайтах, как правило, отсутствует примерное ежедневное меню. То есть школы настроились, чтобы это было, чтобы каждый день родители видели, чем кормят ребенка, и соответствующим образом реагировали и взаимодействовали со школой, с операторами школьного питания. А вот в лагерях, особенно дневного пребывания, вот эта ситуация пока не решена.

Петр Кузнецов: Вы знаете…

Валентина Иванова: Надо сказать, что лагеря круглосуточного пребывания – вот там ситуация получше. Очень серьезным образом выстроена работа в «Артеке», в «Орленке», в «Океане». Но это наши самые сильные, самые выдающиеся, международные лагеря отдыха детей. А вот лагеря дневного пребывания – там эти вещи пока еще остаются. Питание требует большего контроля.

Петр Кузнецов: Я вам скажу, что и в школах-то не все еще контролируется. Мне вспоминается история из пензенской школы, когда там было отравление детей в прошлом году, в начале прошлого года. И там Роспотребнадзор выявил многочисленные нарушения. При этом школа продолжала брать с родителей деньги, но не на обновление столовой, а знаете на что? На портреты губернатора Ивана Белозерцева. Вот вам и контроль.

Валентина Иванова: Я думаю, что это…

Петр Кузнецов: И это после проверок и распоряжения Роспотребнадзора.

Валентина Иванова: Веселая страничка, не более того, эта информация. Ну а то, что проблемы с привлечением родителей к контролю за питанием, в общем-то, они общеизвестные. И надо сказать, что на следующей неделе мы как раз и будем все участниками большого форума: как же обеспечить участие родителей в контроле за школьным питанием?

И здесь я хочу сказать, что мы будем использовать опыт Москвы. В Москве создан Экспертно-консультативный совет родительской общественности, и этот совет имеет соответствующие комиссии, которые смотрят и ЕГЭ, и преподавание того или иного предмета, и комиссия отдельная по питанию школьников в каждом образовательном учреждении столицы. И вот этот опыт… Соответственно, комиссия городская, комиссия при школе. Родители могут в эти комиссии входить, родительский комитет, несомненно, участвовать в этом.

Наверное, нужно, чтобы вот такой опыт был в каждом регионе, то есть чтобы родительская общественность была соответствующим образом подготовлена, обучена. Чтобы мы не говорили: «Медицинские книжки? А как их получить?» Конкретно: «Пожалуйста, вот порядок действий. Получаем книжку, идем в пищеблок». Нельзя думать, что в пищеблок мы можем зайти в нашей сегодняшней одежде, пошли смотреть, как приготавливают, и так далее. Здесь тоже определенные требования и определенные вопросы. Но это все решаемое. И Москва показывает, как это делать.

Ксения Сакурова: Вот о том, что московские родители могут попасть в школьные столовые – это известно хорошо. Но не совсем понятно, что они дальше могут делать. Ну хорошо, они увидели, что, например, хлеб с плесенью. А дальше что?

Валентина Иванова: Ну такого не бывает.

Ксения Сакурова: Ну хорошо, не бывает.

Валентина Иванова: В подавляющем большинстве образовательных учреждений.

Ксения Сакурова: Невкусный. Допустим, не бывает. Ну, мало ли, нарушение какое-то. Причем претензия даже не к столовой, а именно к качеству питания, к оператору. Родители могут заставить, я не знаю, школу поменять оператора? Это вообще реально, если все конкурсы… А они же выигрывают, да?

Петр Кузнецов: В Италии был случай (зарубежный опыт), как итальянские родители реально отсудили право заниматься обедами самостоятельно. Я понимаю, что это очень далеко и это не про нас. Но, когда надо, мы к зарубежному опыту обращаемся.

Ксения Сакурова: Вот пришел родитель, понял, что ему не нравится, и солидарен с другими родителями. Дальше что?

Валентина Иванова: Ну, прежде всего начало – это, как мы говорим, меню. Родители в московских школах, в частности этот Экспертно-консультативный совет родительской общественности и Комиссия по питанию школьников, которая оперирует и работает с родителями каждой школы, они прежде всего получают на согласование меню. Согласовывается с родителями меню – чем будут кормить наших детей. И это меню является основным приложением к контракту.

Петр Кузнецов: А они могут попробовать?

Валентина Иванова: Конечно, конечно. То есть соблюдение меню – это условие выполнения контракта. Если меню не выполняется, то с этим оператором сразу же расторгается контракт. Вот ведь что. Это записанные условия. И это выполняется.

Ксения Сакурова: Но мы же понимаем, что салат «Витаминный» в поезде Мурманск – Адлер и салат «Витаминный» в столовой Госдумы – это два разных салата, а в меню один и тот же пункт. Здесь-то как быть?

Валентина Иванова: Нет, ну подождите. Здесь, конечно, можно говорить о большом количестве вопросов, но прежде всего мы как профессионалы должны исходить из того, что есть технико-технологическая карта приготовления этого салата, и она единая что для столовой Госдумы, что для школьной столовой. Извините, если по технико-технологической карте это все сделано, то это должно быть одинаково. И соответствующие вложения одинаковые туда соответствующих компонентов. Поэтому тут я бы не согласилась с вами.

Вопрос заключается в том, чтобы мы контролировали сроки годности продуктов. И здесь очень интересный момент. Министерство просвещения сейчас ведет серьезную работу вместе с Россельхознадзором, чтобы поставляемое сельскохозяйственное сырье (яблоки, овощи и так далее) не было соответствующим образом, так сказать, испорчено, гнилое и так далее, мясо, молоко, сыры, творожок и так далее. И сейчас делается все для того, чтобы система «Меркурий» – система электронного учета сроков годности, прослеживаемости, кто же произвел такое мясо или такое молоко, такой сыр и так далее…

Петр Кузнецов: Система «Меркурий», которая отслеживает…

Валентина Иванова: …отслеживает срок годности и прослеживаемость, кто приготовил и так далее.

Петр Кузнецов: Путь продукта.

Валентина Иванова: Путь продукта. И эта система будет введена в систему школьного питания.

Петр Кузнецов: То есть с поездом это легко выяснить?

Валентина Иванова: К сожалению, поезд…

Петр Кузнецов: Понятно. Слушайте, у нас (как раз к вопросу о поезде) очень важный звонок, давно ждет Андрей из Челябинска. Дело в том, что он повар в вагоне-ресторане. Андрей, наш телезритель.

Ксения Сакурова: Андрей?

Петр Кузнецов: Андрей, извините, что заставили вас ждать. Если вы еще с нами, то это здорово.

Зритель: Да-да-да.

Петр Кузнецов: Пожалуйста.

Ксения Сакурова: Да, здравствуйте. Слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте.

Ксения Сакурова: Да-да-да, слушаем вас. Здравствуйте. Расскажите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Вот так у нас и еду готовят. Андрей, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте. Я работал в вагоне-ресторане шесть лет поваром. Вы представляете, продукты… Вот женщина рассказывает то, другое. Поезд Москва – Владивосток, идет две недели, ну, 13 суток. И выдают… Сейчас компании сделали эти вагоны-рестораны частные все, это не государственные. Выдают на две недели нам продукты: хлеб, молоко, вот это все. На две недели! Вы представляете? Мясо, фрукты. И где это хранить?

Петр Кузнецов: Андрей, то есть нет такого, что по пути, где-то посередине, на станции остановка подольше, вам загружают туда свеженькое?

Зритель: Да, да, да. Так же и на Адлер ездил, из Нижнего Новгорода на Адлер, 87-й поезд…

Ксения Сакурова: Так? И что? Там такая же ситуация?

Зритель: То же самое. Детей возили, по 240–270 человек. Я один повар. И вы представляете, как накормить? Это еще ввели обязаловку – кормить пассажиров. Мне надо приготовить на 240–270 детей завтрак, обед, ужин и накормить еще 500 человек пассажиров. Вы представляете? И это одному человеку в вагоне-ресторане, когда все катается и летает.

А в советское время было так, я был поваром в вагоне-ресторане. Это было государственное. У меня что-то кончается – директор вагона-ресторана подходит к начальнику поезда. На станции подвозят ту же газировку, ту же колбасу, что-то еще. Это было все общее по всей стране, стояли базы вагонов-ресторанов. Сейчас частники: «Альянс», «Евразия»…. Эти компании – это частники.

Петр Кузнецов: Андрей, а можно вопрос? То, как это было, мы понимаем, потому что вы в то время работали. Это подвозили. А у вас откуда данные по тому, как это происходит сейчас – что один повар, что не подвозят?

Зритель: Я сам поваром работал.

Ксения Сакурова: Вы до сих пор работаете?

Зритель: Нет, я ушел, потому что, вы представляете, платили 20 рублей, мне, повару, платили 20 рублей за ребенка, чтобы я кормил. Завтрак, обед и ужин приготовить – мне платили 20 рублей всего за ребенка. Я выезжал из Нижнего Новгорода вечером, всю ночь стоял, готовил, чтобы приготовить завтрак. Сразу заготовки на обед и на ужин. А продукты привозят, вы представляете…

Петр Кузнецов: А в случае чего – голова с плеч повара?

Зритель: С нас – с директора ресторана, с повара. А продукты привозят – и можно сразу половину выбрасывать. Особенно овощи. Огурцы скользкие, вообще в плесени. Помидоры мятые, в плесени.

Ксения Сакурова: А кто-то контролирует? Последний вопрос, Андрей: Кто-то контролирует? Вот вы принимаете продукцию. Вы видите, в каком она… или коллеги ваши видели, в каком она состоянии. Можно от этого отказаться? Контроль качества какой-то есть?

Зритель: Я отказывался, я отказывался. Звоню, говорю: «Везите обратно». А они говорят: «А ты без продуктов не имеешь права выезжать. Забирай то, что есть».

Ксения Сакурова: Все понятно.

Зритель: «У других и этого нет». Вот так они говорят.

Ксения Сакурова: Спасибо, да, спасибо большое, Андрей. Вот такая история от повара вагона-ресторана.

Валентина Иванова: Однозначно, что организацию отрасли общественного питания, питания в поездах, питания в летних лагерях нужно менять. И вот сейчас создан Союз предприятий социального питания, саморегулируемая организация. Можно рассчитывать и на их контроль за операторами, для того чтобы такого рода случаи не имела места в нашей жизни. Ситуация тяжелая.

Петр Кузнецов: «А холодильник есть?» – спрашивает наш телезритель. Мы так понимаем, что столько еды на стольких людей в один холодильник не поместится.

Давайте Илью Сотникова подключим к нашему разговору – это начальник Центра педиатрии «ЦКБ с поликлиникой». Илья Александрович, здравствуйте.

Илья Сотников: Добрый день.

Петр Кузнецов: Хочется начать с того, почему у нас все-таки много случаев таких происходит именно летом с отравлением детей. То есть вирусов больше в такой период? Условия хранения проседают, потому что жара? В чем дело?

Илья Сотников: Есть, конечно, определенная сезонность, но, как мы видим, по текущему случаю, все связано именно с контролем – больше, чем именно с заражениями. Если бы здесь был виноват организатор, который везде этих детей, и сами дети, нарушающие какие-то санитарно-эпидемиологические нормы, – это один разговор. Но мы же с вами видим, что была проведена проверка, и нашли нарушения среди сотрудников и, соответственно, среди поставщиков, которые поставили плохие продукты питания.

В любом случае, конечно, здесь нужно просто усиливать контроль за всеми этими мероприятиями. Потому что, безусловно, продукты, которые на жаре хранятся ненадлежащим образом, подвержены тому, чтобы в них размножались болезнетворные бактерии и вирусы. И, соответственно, сотрудники, которые заведомо либо скрывают, либо не имеют необходимых санитарных книжек (а такое тоже иногда может встречаться), могут просто приносить. И даже достаточно одного, ну не знаю, официанта или повара, который будет раздавать эти продукты питания, чтобы была такая массовая вспышка.

Ксения Сакурова: Илья Александрович, а норовирус – это болезнь грязных рук просто? Или это как раз испорченные продукты?

Илья Сотников: Здесь, конечно, больше грязные руки. Если мы говорим о бактериальных кишечных инфекциях, о сальмонеллезе или дизентерии, то они размножаются непосредственно в продуктах питания. При термической обработке это все чаще всего погибает. Поэтому, скорее всего, либо это были какие-то продукты питания, салаты или какие-то заготовки, заранее завезенные, либо, соответственно, сотрудники, грязные руки, болеющие непосредственно этим заболеванием.

Ксения Сакурова: Ну, уже известно, да, что двое из них болели.

Петр Кузнецов: Ключевые фигуры, да.

Ксения Сакурова: Как раз повар и официант.

Петр Кузнецов: Тот, кто готовил, и тот, кто разносил – разносчики. Илья Александрович, удивительно… Знаете, какая история? Вот сейчас особенно тщательно у нас следят, казалось бы, за общепитом, за сотрудниками – и обязательная вакцинация, и проверки. А тут такое допустили. У нас сместились акценты? Мы все внимание на коронавирус, а все остальные вирусы подождут?

Илья Сотников: Нет, нет, ни в коем случае. На самом деле…

Петр Кузнецов: Ну, я обобщаю, безусловно.

Илья Сотников: Если посмотреть на статистику, если послушать, собственно говоря, то каждый год происходит приблизительно одно и то же в тех или иных организациях, в тех или иных поездах. Здесь, как мы с вами говорили, есть определенная сезонность. То есть едут группы детей, они скученные. Опять же мы говорим все время про сотрудников и так далее, но здесь и санитарно-просветительская работа среди детей, которые едут, тоже очень важна. Потому что большая группа едет. А в каких условиях они находятся? Как они моют руки? Как они общаются между собой? И так далее, и так далее.

Обычно в такой группе едет врач. И задача врача – не только следить за состоянием здоровья этих детей, но и за их бытом. Поэтому если доктор подходит к этому ответственно, то и таких ситуаций будет меньше. Ну, безусловно, конечно, это не связано, как данная ситуация с вагоном-рестораном. Здесь никто не мог на это повлиять, кроме проверяющих органов и самих сотрудников.

Ксения Сакурова: Но все равно кажется странным, что в нашей стране, где, кстати говоря, руки моют чаще, чем где бы то ни было в мире (как ни странно, это такая очень российская привычка), мы до сих пор не можем это победить. Каждый год, каждое лето мы говорим о том, что у нас эпидемия ротавируса. И каждый год мы сталкиваемся с одними и теми же проблемами. Это именно вопросы гигиены? То есть мы просто до сих пор не научились элементарным правилам?

Илья Сотников: К сожалению, это так. К сожалению, это так. Самый надежный способ профилактики кишечных инфекций – это гигиена. От того, как мы относимся к приготовлению продуктов питания, к их хранению, к мытью рук, как мы приучаем детей с детства мыть руки и не брать ничего грязными руками – от этого все зависит, потому что все передается через руки, исключительно через руки.

Петр Кузнецов: Я извиняюсь, тут уж ничего не поделаешь, если все-таки пища, еда некачественная, даже если руки хорошо помыл. Я к тому, что можно ли каким-то образом в плане санитарно-информационной кампании для ребенка…

Валентина Иванова: То есть тут на две части проблема распадается: и с точки зрения требований к пищеблокам, и требования к гигиене. Кстати говоря, норовирус боится хлора. То есть обработка – чем? – хлоркой. Вот этот вопрос…

Петр Кузнецов: Не после, а до.

Валентина Иванова: До, конечно. Так что вот…

Петр Кузнецов: Илья, так можно как-то понять до употребления самой пищи, понять, что она некачественная?

Илья Сотников: Только по внешнему виду.

Валентина Иванова: По запаху.

Илья Сотников: Когда повар готовит, если он заведомо берет какие-то просроченные продукты, по вкусу вы, честно говоря, никогда не отличите.

Петр Кузнецов: Вот перед ребенком она оказывается. Это невозможно, да?

Илья Сотников: Нет конечно.

Петр Кузнецов: Это все вкусно, не пахнет.

Илья Сотников: Ни норовирус, ни ротавирус – они не имеют какого-то вкуса. Мы поймем это спустя инкубационный период, когда, собственно говоря, появятся какие-то первые клинические признаки.

Петр Кузнецов: Соответственно, детский организм – он уязвимее.

Илья Сотников: Безусловно.

Петр Кузнецов: Поэтому так и повально получается.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ксения Сакурова: Да, спасибо.

Петр Кузнецов: Илья Сотников, начальник Центра педиатрии «ЦКБ с поликлиникой».

Ксения Сакурова: Валентина Николаевна, вы сказали, что ситуация распадается на разные проблемы. Но все-таки, если подводить какие-то итоги, где корень? Низкая стоимость госзакупок, например? Вот у нас в Башкирии 28 рублей стоит питание школьников. Низкий уровень контроля? Низкий уровень культуры людей, которые не моют руки? Что?

Валентина Иванова: Наверное, вы правы. И одно, и второе, и третье. И здесь нужно говорить о том, чтобы те службы государственных и региональных органов, которые проводят конкурсы, чтобы в документацию конкурсную были включены дополнительные пункты контроля. Чтобы срок годности… чтобы стояло не истечение срока годности по продукту, а за десять дней до истечения они поставляли бы эти продукты в соответствующие учреждения, чтобы обеспечивалось соответствующее питание.

Вопрос, конечно, еще и в подготовке кадров для общественного питания. И контроль за этой службой, более четкий. И мне кажется, что эта ситуация уже вышла под соответствующее поручение президента страны. То есть все понимают, что проблема, распавшись на многие-многие составляющие, тем не менее должна попасть под контроль по всем ее составляющим, по всей этой большой цепочке.

И я уверена, что все мы вместе, в том числе и родители, которые первые, кто бьют тревогу, все мы вместе будем справляться с этой задачей.

Ксения Сакурова: Ну и руки мыть надо не забывать.

Спасибо большое. Валентина Иванова была сегодня с нами, член Общественного совета Министерства просвещения Российской Федерации, председатель Всероссийского педагогического собрания.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
И так каждый год. Чем кормят наших детей? И как родителям получить возможность контролировать меню?