Люди и кредиты

Люди и кредиты
Городам вернут лицо?
Какую работу и зарплату предлагают в регионах
Новая рабочая сила
Второй день после выборов
Утечка персональных данных: где реальная угроза, а где борьба за место на интернет-рынке
Некрасивые дома: во многих городах люди жалуются на новоделы в исторических районах
Исторический облик города: как его сохранить и приумножить
Людей заменят роботы. Каким профессиям не стоит обучаться, ведь они скоро исчезнут
Дети и некурительный табак. Как уберечь ребёнка от смертельной дозы снюсов и другого никотина
Пособия на детей могут увеличить
Фото: Вячеслав Палес / Фотобанк Лори
Гости
Гарегин Тосунян
президент Ассоциации российских банков
Эдуард Савуляк
директор консалтинговой компании
Михаил Алексеев
эксперт проекта ОНФ «За права заемщиков»

Петр Кузнецов: Мы продолжаем, программа «ОТРажение» в прямом эфире, Общественное телевидение России, Ольга Арсланова и Петр Кузнецов. Время большой темы.

Больше никаких настойчивых предложений: банкам запретят навязывать дополнительные те самые услуги при получении потребкредитов, и, как говорят, избыточных требований тоже не будет. Но все это если, конечно, соответствующий законопроект примут, пока он прошел первое чтение.

Ольга Арсланова: Да, самое время поговорить о кредитах и о проблемах заемщиков после пандемии, когда финансовая ситуация, и так нестабильная, стала еще тревожнее. Так вот, согласно правительственной инициативе, банки больше не смогут включать в кредитные договоры пункт об обязательном наличии на счете, с которого гасится долг, неснижаемого остатка, будем сейчас подробнее объяснять, что это такое. То есть клиент сможет этот счет весь месяц держать пустым. Также банкам запрещается ставить условием для выдачи кредита покупку дополнительных услуг, например страховки, в некоторых случаях.

Петр Кузнецов: Например, да. Еще законопроект уточняет порядок расчета полной стоимости потребительского кредита и предельного размера неустойки в случае каких-то невыплат. Предельный размер этот не сможет превышать 20% от просроченной задолженности.

Ольга Арсланова: По данным «Федресурса», количество банкротств среди физических лиц в России в первой половине этого года выросло в 1,5 раза почти до 43 тысяч человек, ну это если сравнивать с аналогичным периодом 2019 года. Как себя чувствуют российские заемщики сегодня и как выстраиваются их взаимоотношения с банками, давайте поговорим прямо сейчас. Ну а для начала мы решили у россиян спросить, у жителей разных городов, с какими они проблемами сталкивались. Вопрос был такой: «Какие дополнительные услуги к кредиту вам навязывали?» Вот что отвечали россияне, давайте посмотрим.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Ну вот с навязываний и начнем. Наш первый эксперт Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков, с нами на связи. Гарегин Ашотович, приветствуем вас.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Ни для кого не секрет, Гарегин Ашотович, что, действительно, банки навязывают дополнительные услуги, я думаю, что практически все так или иначе с этим сталкивались. Объясните, пожалуйста, зачем они это делают и есть ли у них законные основания так делать?

Гарегин Тосунян: Давайте уточним. Во-первых, «все с этим сталкивались» – вы имеете в виду потребителей? Я с вами не соглашусь, потому что не все банки навязывали подобного рода услуги дополнительные.

Ольга Арсланова: Хорошо.

Гарегин Тосунян: Именно навязывали: предлагать – это одно дело, навязывать – это другое. А именно не клиентоориентированные банки, а те, которые считали, что клиенты от них и так никуда не денутся, пойдут, которые на конвейер ставили обслуживание клиентов, этим баловались, и, действительно, это совершенно недопустимо. Почему они это делали? Потому что это дополнительный источник дохода, причем довольно весомый, потому что на самом деле страховым компаниям перечислялась не такая большая часть от этой страховки, а в основном доход получала аффилированная с банком структура, ну или сам банк.

Это недопустимо, и то, законно они делали или незаконно, конечно, сейчас если законодатель это закрепит в законе, то это станет уже незаконным. А тогда это получалось допустимым с учетом той культуры наших потребителей, которые не всегда умеют отстаивать свои права и не всегда проявляют настойчивость. Вот ряд коллег сказали, что они отказывались и в этом случае добивались того, что да, ставка, может быть, в этом случае другая, но тем не менее они могут отказаться от любой навязанной услуги.

Петр Кузнецов: Но тут нам, кстати, уже пишут, что да, ставка другая, но она значительно выше, то есть настолько выше, что в итоге выгоднее все-таки согласиться на страховку, потому что итоговая сумма в месяц, которая будет выплат, она будет ниже.

Гарегин Тосунян: Значит, опять же это, наверное, у тех банков, которые не боятся конкуренции, а считают, что во всяком случае клиент будет их. Клиентоориентированные банки все-таки в условиях нормальной конкуренции, безусловно, будут разумные ставки предлагать. Хотя хотел бы обратить внимание на то, что, понимаете, для банка, действительно, в нынешних условиях риск невозврата кредита, безусловно, возрастает, потому что, понимаете, и бизнес сегодня не в лучшем состоянии, и граждане сегодня по уровню, так скажем, обеспеченности не в самом хорошем положении.

Поэтому этот риск возрастает, и на этом этапе, когда законодатель хочет ввести такую меру, банки, наверное, некоторые банки стараются показать, что вам удобнее принимать их условия. Это вопрос уже вашего выбора, то есть здесь никто вам не может вас лишить права. Если вы видите, что вам удобнее все-таки застраховаться, в банке ли или в страховой компании без банка и принести эту справку в банк, ну, тогда, значит, вы выбираете. Но главное, чтобы это ни в коем случае не было обязаловкой, навязанной банком.

Ольга Арсланова: Понятно. Вот смотрите, продолжаем следить за жалобами наших зрителей: «Был кредит, при оформлении навязали страховку, хотя я говорила, что это незаконно, тогда его просто не одобрили, пришлось соглашаться на страховку», «Сбербанк навязывает страховку на депозит». Вот давайте разберемся с этой страховкой, потому что больше всего с ней проблем связано. В каких случаях вы обязаны ее покупать? И на какой процент банк имеет право поднять вашу ставку по кредиту, например ипотечному или потребительскому, если вы от этой страховки отказываетесь? То есть хотя бы какой-то лаг вот этот есть, он заложен, или там в 2 раза могут взять и поднять?

Гарегин Тосунян: Нет, ну в 2 раза никто не поднимает, давайте будем все-таки реалистами. Банки... Когда речь идет о процентной ставке, то торговля идет, поскольку у нас ставки сегодня на уровне 10 плюс-минус, от 8 до 12–15, может идти речь, ну потребкредитование, конечно, может быть и чуть выше, но может идти торговля об 1–2%, а не в 2 раза или в 3 раза. Это когда вы будете не в кредитных организациях, в микрофинансовых организациях кредитоваться, там все что угодно может быть. Но мы сейчас говорим о банках. Здесь речь идет об 1–2%, не более того, это, так скажем, хеджирование банка от возможных рисков, которые с вами связаны, и в этом смысле понятно, что мы берем процент дополнительный с тех, кто может не вернуть, на самом деле не возвращают одни, а добросовестные... Но дороже платят другие, такова, к сожалению, логика рынка, всегда платит конечный потребитель за тех недобросовестных участников рынка, которые нарушают условия договора.

Петр Кузнецов: Предлагаем вместе с вами послушать нашего телезрителя, это Александр из Волгограда, он о навязывании услуг как раз. Здравствуйте, Александр, говорите, пожалуйста, мы все втроем вас слушаем.

Зритель: Добрый день, уважаемые ведущие.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Зритель: Меня зовут Александр, я из города Волгограда.

У меня только вопрос. Приобретая, брал я на днях кредит потребительский, и ситуация была такова, что для того, чтобы понизить свою ставку по кредиту, специалист банка навязывал либо страховку, либо перейти в их пенсионный фонд, то есть их негосударственный, то есть банка, для того чтобы снизить процентную ставку по кредиту. Допустим, если было 10–12%, то если я брал дополнительную страховку и помимо этого еще переходил в пенсионный фонд, там было бы 9–10%. Вот как это, правомерно или нет со стороны банка? И как этот вопрос вообще решается?

Ольга Арсланова: Спасибо. Да, давайте выяснять. Гарегин Ашотович?

Гарегин Тосунян: Ну, очевидно, что это абсолютно неправомерно, потому что если совсем утрировать, то они могли вам еще предложить еженедельно покупать у них пирожки, торты или еще что-нибудь производимое около банка.

Ольга Арсланова: Вы им не подсказывайте идеи на будущее.

Гарегин Тосунян: Поэтому всякую глупость, которую вам предлагали и навязывали, – вот это категорически недопустимо, и с такими вещами надо, конечно, выходить на публичное поле и объяснять, что какое это имеет отношение вообще, пенсионное обслуживание, или, допустим, какие-то вам могли предлагать услуги... Когда речь идет о страховке, здесь еще какая-то логика хотя бы была, но и то это навязывание, а не предложение. А когда какие-то дополнительные услуги, категорически надо отметать и говорить, что сделаете это достоянием гласности.

Петр Кузнецов: Ага. В любом случае новый законопроект, новые послабления... Раньше требования к заемщикам как будто бы наоборот, ужесточались, какие-то дополнительные документы, требования, ну так, чтобы ненадежных отсечь и оставить только качественных. А сейчас как будто бы снова допуск к рынку так вот расширен. С чем вы бы связали эти послабления для заемщика?

Гарегин Тосунян: Вы знаете, здесь речь идет, наверное, о другом. Я бы хотел обратить внимание на то, что вот эти запреты законодательные на самом деле не решают тоже проблему, потому что ведь когда банк навязывает услугу, он же не говорит, что он ее навязывает, это в редких случаях он специально прописывает в договоре. Вот законодательство через это может запретить в договоре прописывать необходимость страховки, но предлагать вам опять же пирожки, или страховку, или, допустим, поездку на какой-то курорт законодатель запретить не может.

Поэтому здесь надо понимать, что ограничения эти просто делают публичной эту тему, но в качестве дополнительных опций в виде предложения услуг никому такого запрета объявить нельзя. Так что все равно потребитель должен быть очень аккуратен и смотреть: в договоре этого нет, но в устной беседе вам могут предложить. А то, что законодатель пытается заемщику дополнительные возможности предоставить, в том числе и в части, наверное, вы имеете в виду вот этих штрафов, которые не могут превышать...

Петр Кузнецов: ...превышать 20%, да-да-да, в том числе.

Гарегин Тосунян: В этом тоже есть логика, понимаете, потому что, если все-таки заемщик сумеет в условиях сложностей выплатить всю сумму кредита, проценты и штрафы в каком-то разумном масштабе, наверное, это должны быть не бесконечные цифры, это должно быть с какими-то ограничениями. И это, кстати, не наша новелла, это во многих странах такие ограничения есть. Так что вопрос 20 или 50% обсуждаемый, но вполне логично, что штрафы и санкции не должны быть убийственными, когда человек загоняется в абсолютный тупик.

Петр Кузнецов: Гарегин Ашотович, и еще о цифрах уже грабительских, как выражаются наши телезрители, наверное, вы догадываетесь, что речь о тех самых процентах. Вот нам Воронежская пишет: «В одном банке 23% по потребкредиту. Что за грабительские проценты по кредитам?» Скажите, пожалуйста...

Ольга Арсланова: Извините, я вот не очень понимаю: а зачем брать в этом банке тогда такой процент? Идите возьмите в другом, это рынок.

Петр Кузнецов: Да, с другой стороны, выбор есть. Ниже 23%, ну правда, я вот тоже продолжаю изучать рынок потребкредитов, ну правда, найти очень легко. Почему, поясните, ЦБ снижает ключевую ставку, а при этом банкиры, например, этого делать не торопятся, мягко говоря, а то и бывает, что процентные ставки только растут?

Гарегин Тосунян: Ну, на это мне легко ответить – потому что ЦБ снижает ключевую ставку, но депозиты-то привлечены не на один день и не на три дня, а на год и даже больше, некоторые депозиты, и привлечены они с учетом той высокой ставки, которая была полгода назад, 3 месяца назад, допустим. И банк, прежде чем начать по более сниженной ставке кредитовать, должен еще успеть отыграть те обязательства, которые он сам на себя взял, по более высоким ставкам. Поэтому ждать, что это будет мгновенная реакция кредитного рынка, сначала должен депозитный рынок по депозитам, по вкладам процент спуститься, а потом уже за ним последует, если ключевая ставка будет устойчиво двигаться в сторону снижения.

Ольга Арсланова: Да, понятно.

Гарегин Тосунян: А ведь банки не могут быть уверены в этом.

Ольга Арсланова: Еще вопрос от зрителей, просят помочь: «Можно ли вернуть страховку при досрочной выплате кредита потребительского?» И вообще в каком случае можно страховку вернуть?

Гарегин Тосунян: Ну, страховку... Понимаете, если вы уже подписались и в условиях, когда это ваше обязательство оформлено, то по согласованию с банком, потому что сами договорные отношения подразумевают, в общем, обязанность исполнять то, что прописано, иначе...

Петр Кузнецов: Подождите, но там же есть вот эти 14 дней даже после оформления страховки, я в течение них могу отказаться.

Ольга Арсланова: Как в магазине от товара.

Гарегин Тосунян: Да, это другое дело, это так же, как любой потребительский товар вы можете в течение 14 дней вернуть. Значит, поэтому сегодня речь идет о том, что вы можете сам потребительский кредит частично... Раньше было так: либо вы взяли, вот вы купили товар в виде кредита, либо вы его целиком возвращаете в течение 14 дней. По новому законопроекту предусматривается возможность, когда вы возвращаете часть взятого кредита в пределах 14 дней, то есть понимаете, да, в магазине вы купили несколько товаров, один из них вы возвращаете. Здесь же и страховка к этому привязана: если вы взяли большой кредит, а потом решили досрочно в течение 14 дней закрыть, сократить сумму кредита, то и сумма страховки тоже пропорционально должна быть уменьшена. Так что эта услуга также может быть в течение 14 дней, я так понимаю текст законопроекта.

Ольга Арсланова: Спасибо вам. Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков, был у нас в эфире.

Вот что продолжают писать зрители. Больше всего жалоб на страховку, которую навязывают, вынуждают так или иначе человека ее оформить: «Страховка – еще один кредит на 100 тысяч. Чтобы аннулировать, пришлось побегать». «Банки постоянно навязывают свои услуги, звонки в любое время», – это Челябинская область нам пишет. Ну а зритель из Москвы считает, что «страховка дает приоритет в получении кредита, особенно если это очень нужно на текущий момент», кредит очень нужен и ты соглашаешься на эти условия.

Петр Кузнецов: Поприветствуем еще одного эксперта по этой теме, Михаил Алексеев с нами сейчас на связи, эксперт проекта ОНФ «За права заемщиков». Здравствуйте, Михаил Александрович.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Михаил Алексеев: Добрый день, Ольга, добрый день, Петр.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, а что сейчас из допуслуг самое обременительное? Что сильно влияет на кредитную историю гражданина или даже на невозможность взять этот кредит?

Михаил Алексеев: Ну, по классике у нас продолжают навязывать страховки, от которых формально мы имеем право отказаться, стоит об этом сказать, то есть в течение 14 дней...

Ольга Арсланова: То есть можно отказаться, но будет себе же дороже.

Петр Кузнецов: Ну, получается, что да, об этом пишут многие.

Михаил Алексеев: Изначально придумывалось так, что это не должно быть дороже, это точно так же закон «О защите прав потребителей», формально если я не хочу, а страховка у нас не обязательна, если это не залоговый кредит и не страхование именно залогового обеспечения, как в ипотеке либо в автокредите, то человек может иметь право от нее отказаться в течение 14 дней. И это хорошо очень работало, может быть, даже пару лет, люди отказывались от этих навязанных страховок, потому что они и по содержанию, и по стоимости ну совершенно нерыночные...

Ольга Арсланова: Ага.

Петр Кузнецов: Я извиняюсь, а после того, как они в течение 14 дней отказываются, сразу же процент скачет несмотря на то, что... ?

Михаил Алексеев: А теперь, да, у нас мало того, что банки ухитрились начать применять эту историю, связанную с тем, что увеличивается процентная ставка, с одной стороны, с другой стороны, судебные органы в большинстве своем, то есть судебная практика по спорам, она встала точно так же на сторону кредитных учреждений. И что мы теперь имеем? Деньги развращают капиталиста в этом контексте. На сегодняшний день, вот мы только обсуждали на прошлой неделе, участились случаи, когда ты приходишь вот в эти автосалоны частные, не сетевые, а частные, ты берешь автомобиль, тебе делают как будто бы скидку на этот автомобиль и еще мало того, что страховку навязывают, тебе еще говорят, что, если ты от страховки откажешься, у тебя увеличится процентная ставка по кредиту, раз, и сумму скидки на автомобиль тебе тоже придется вернуть.

Петр Кузнецов: Ага.

Ольга Арсланова: Вот..., когда они имеют право на это.

Михаил Алексеев: Когда мы начали смотреть, оказалось, что... Самое всегда интересное, какая позиция суда. Судебная практика на сегодняшний день по разным регионам до второй инстанции, до апелляции в пользу угадайте кого, совершенно не потребителя. Я думаю, что здесь в итоге это, конечно, мы каким-то образом доведем до Верховного суда, но факт остается фактом.

Петр Кузнецов: Пока так, пока так.

Ольга Арсланова: Смотрите, вот последние новости по кредитам изучаю: «Россияне стали чаще допускать просрочки по ипотеке после режима самоизоляции», «Спрос россиян на кредиты наличными во время самоизоляции вырос на треть». Мы понимаем, что людям нужны деньги, и сейчас самое время банкам диктовать свои условия по большому счету, ну потому что люди беднеют, с бедными людьми иметь дело банкам еще проще. Как вам кажется, какими будут после пандемии, вот сейчас, может быть, на второй волне пандемии, какими будут взаимоотношения между банками и клиентами и как они будут меняться?

Михаил Алексеев: Я думаю, что будет наращиваться взаимное наплевательское отношение. Банку наплевать на финансовое состояние, если в этом контексте, когда происходит навязывание, не адекватное рынку, а вот такое агрессивное навязывание, вот особенно когда это не просто страховка, но еще какие-то дополнительные такие функции и невозможность человека отказаться от них. Точно так же у нас будет расти такая же платежная дисциплина. Всем точно так же будет наплевать на банки. Люди посмотрели, как работают кредитные каникулы, о которых как бы все говорили как о завоевании...

Ольга Арсланова: А как они работают, расскажите.

Михаил Алексеев: А вот так, что люди стали допускать просрочки по ипотекам, потому что людям не дали, мы с вами это обсуждали, людям фактически не дали возможность получить кредитные каникулы, потому что они ограничены, во-первых, суммами, во-вторых, они ограничены способом расчета, подходит человек под кредитные каникулы или нет. Соответственно, для большинства россиян, в том числе для большинства тех, кто находится, нищенствует, будем так говорить, за чертой бедности либо возле нее, это оказалось недоступным. Поэтому что? Поэтому они...

Петр Кузнецов: И они стали устраивать собственные каникулы?

Михаил Алексеев: Да, конечно.

Ольга Арсланова: Берут себе их сами.

Михаил Алексеев: Если бы в этом контексте финансового сообщество играло «вдлинную», что называется, дать возможность получить эти каникулы – да это очень хороший рычаг был бы для взаимоотношений с заемщиками, когда «вам же дали каникулы», внутренние какие-то обязательства у людей, они были бы более серьезно настроены, когда им в трудную ситуацию помогли, не стали давить, не стали это все рассылать и говорить «ты не подходишь под каникулы». Да, безусловно, какие-то были программы банковские...

Но что здесь не сработало? Некоторые банкиры говорят: «Вы знаете, а нам кто заместит? Нам государство не заместило». В любом случае это осталось на решение заемщиков, а люди у нас голосуют всегда чем? Ногами. Вот этими ногами они и побежали от банков, то есть деньги возвращать стали меньше. Я думаю, что просрочка, ее уровень, к сожалению, будет расти.

То есть я сейчас не говорю о том, что вот эти плохие, а эти хорошие, – нет, это просто система не сработала ни со стороны государства, ни со стороны финансового сектора, ну и со стороны людей, поэтому мы имеем то, что имеем: и просрочки по ипотеке, хотя за ипотеку это вообще последнее дело не платить, считается у любого самого сложного заемщика, потому что понятно, что эта квартира рано или поздно отойдет банку, уйдет в реализацию и так далее.

Петр Кузнецов: Банку, да.

Михаил Алексеев: Поэтому это уже безнадежная ситуация, когда человек не может платить ипотеку.

Петр Кузнецов: «Страховку должны возвращать после погашения кредита, как в советское время», – пишет Челябинская область. Мы так понимаем, у Анатолия из Иванова как раз история про страховку, от которой не так-то просто было избавиться, давайте вместе его послушаем. Здравствуйте, Анатолий.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте. Все верно же?

Зритель: Да. У меня вот жена взяла, значит, кредит в банке, но потом мне дочка позвонила и нашла другой банк, с более меньшим процентом. И мы, значит, ну вечером она как бы взяла кредит, а утром пошли, деньги сдали в банк. Но нам сказали, что страховку мы все равно будем выплачивать.

Петр Кузнецов: Ну то есть вы рефинансировали самостоятельно, да, просто пошли в другой банк, не стали писать заявление о том, чтобы рефинансировали они самостоятельно, реструктуризировали, а просто взяли под меньший процент и из одного банка в другой?

Зритель: Да.

Петр Кузнецов: И в том банке, где вы погасили, страховку сказали, что все равно будете еще полгода выплачивать несмотря на то, что вы погасили полностью... ?

Зритель: Да, страховку мы выплачивали полгода, платили по 6 тысяч.

Петр Кузнецов: По 6 тысяч в... ?

Зритель: По 6 тысяч вот выплачивали эту страховку.

Петр Кузнецов: В месяц, в год?

Зритель: Хотя мы деньгами не пользовались этого банка.

Петр Кузнецов: В месяц, да, 6 тысяч в месяц?

Зритель: В месяц, да, в месяц.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Михаил Александрович, скажите, ну это распространенная история?

Михаил Алексеев: Вопрос здесь у меня, мы должны быть откровенны, мы же всегда откровенно разговариваем.

Ольга Арсланова: Разумеется.

Михаил Алексеев: Вопрос здесь не столько к банку, сколько к Анатолию из Иванова: Анатолий из Иванова, вы полгода платили по 6 тысяч в месяц за страховку, не знаю, не написали в ОНФ «За права заемщика», не дошли до адвоката, до юриста. Бесплатной юридической помощи в нашей стране, да даже просто финансовой какой-то грамотности структуры, более чем достаточно. Тридцать шесть тысяч ушло в трубу, это раз.

Два. Я хочу, чтобы была польза от того, что Анатолий позвонил на ОТР, обратить внимание, что его досрочное погашение кредита, которое произошло, не факт, что оно произошло. Когда ты досрочно хочешь погасить кредит, что ты там не пользовался деньгами, ты его уже, соответственно, взял, ты должен написать заявление о полном досрочном погашении кредита, чтобы у тебя был второй экземпляр, на котором стояла бы отметка банка. Случаев, когда люди положили, «ну я же не пользовался», вот эти деньги на эту карту, которая кредитная банковская, и у него ежемесячно просто с этих денег списываются платежи в кредит, где-то через полгода-год в зависимости от объема кредита он узнает о том, что у него все деньги кредитные списались, ему нужно продолжать платить этот кредит, потому что никто досрочно ничего не погасил. Если ты деньги оставляешь просто на счете в банке и говоришь банку, что это досрочное погашение, никто не будет этого за тебя делать.

Поэтому давайте быть откровенными: любые вопросы, которые связаны с защитой прав потребителей, – это в том числе и отношение потребителей к своим правам.

Ольга Арсланова: И это в том числе и защита потребителей от невежественности самих же потребителей зачастую, ну потому что с этим тоже есть затык.

Михаил Алексеев: Ну конечно, нужно же искать, если с тебя берут деньги незаконно, ты считаешь. Нужно же искать выход, нужно смотреть документы, такого тоже не может быть, тем более если она на сегодняшний день, был 14-дневный период охлаждения. И кстати, вот эта вот история, мы говорим, что процентная ставка потом повышается, если...

Петр Кузнецов: ...отказаться.

Михаил Алексеев: Повышается процентная ставка, если отказаться от страховки, а если ты кредит досрочно погасишь, конечно, отказывайся в течение 14 дней, они уже ничего не повысят, потому что у тебя закрыт кредит, это было бы вполне себе у него хорошие условия, по крайней мере сдать эти бумаги, а они уже пускай потом начисляют, это уже в суде можно спокойно разобраться, я думаю, что и ЦБ, и Роспотреб встали бы на сторону потребителя.

Петр Кузнецов: Тут вот, наверное, последний вопрос вам, заемщик интересуется, вот это что за вид страховки, она только обслуживает сам кредит или, например, ею можно воспользоваться как страховкой во время поездки, то есть я застрахован на все это время?

Михаил Алексеев: На самом деле стоит понимать, что у нас есть так называемая де-факто, это страховка, которая позволяет человеку как будто бы взять кредит. Эта страховка может называться как угодно. Я встречал страховки...

Петр Кузнецов: Страхованием жизни она называется.

Ольга Арсланова: А иногда это страхование самого кредита.

Петр Кузнецов: Вот-вот, да.

Михаил Алексеев: Страхование жизни от вреда третьих лиц, страхование жизни я встречал от лихорадки Эбола, то есть в глубинке где-то в России...

Ольга Арсланова: А.

Петр Кузнецов: А-а-а.

Михаил Алексеев: Это неважно, что тебе напишут, важна меньшая вероятность наступления. Я поэтому и говорю, что если пойти в рынке попробовать застраховать, именно в страховую компанию, без кредита какого-то, пойти попробовать застраховать себя по тому, что тебе нужно, у тебя будут гораздо дешевле условия, гораздо более, собственно, тебе будут подходить...

Ольга Арсланова: Слушайте, а вот скажите такой момент...

Петр Кузнецов: Но процент тебе в банке, извиняюсь, не понизят, если ты самостоятельно пойдешь страховать.

Михаил Алексеев: Нет.

Ольга Арсланова: Вот вопрос. Михаил, смотрите, некоторые люди страхуют свою жизнь, потому что они ответственные вот такие вот, и делают это на регулярной основе, их в России очень мало, но они есть. Они могут взять кредит, пользуясь уже этой оформленной страховкой, я имею в виду по сниженной процентной ставке?

Михаил Алексеев: По логике да, по факту нет.

Ольга Арсланова: Почему?

Михаил Алексеев: По факту, потому что эти страховки направлены, это скрытый процент, дополнительный процент, дополнительная маржа с выданного кредита, о чем здесь можно говорить? Зачем банку твоя страховка, хоть ты там застрахован от всего?

Ольга Арсланова: Ну как зачем... Мы уже с вами выяснили зачем.

Михаил Алексеев: Он с этого не заработает.

Ольга Арсланова: Да.

Михаил Алексеев: Потому что сейчас встает вопрос, а давайте раскрывать маржинальность страховых продуктов, которые продает банк вместе с кредитами, мы там увидим... Один раз в суде дошли до того, что вынудили банк раскрыть такую маржинальность, это уже почивший банк «Траст», можно уже назвать, там была 12 тысяч страховка, в страховую компанию ушло, по-моему, порядка 2 тысяч рублей, все остальное вернулось агентской комиссией угадайте куда.

Ольга Арсланова: Ага, ага... Да, понятно, спасибо вам большое за разъяснения. Михаил Алексеев, эксперт проекта ОНФ «За права заемщиков».

Спасибо, что вы продолжаете нам свои истории присылать. Спрашивают, можно ли отказаться от страховки, куда жаловаться, если банк необоснованно испортил кредитную историю. В общем, давайте об этом тоже поговорим.

Петр Кузнецов: Да, и еще один из популярных вопросов в этом часе помимо страховки: «Почему наши банки за рубежом дают проценты намного меньше, чем нам?» Очень много сообщений такого рода. Вот давайте попробуем на этот вопрос ответить прямо сейчас с помощью нашего еще одного эксперта – Эдуард Савуляк, директор консалтинговой компании. Здравствуйте, Эдуард.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Эдуард Савуляк: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Продублируем вопрос, раз он на самом деле продолжает поступать на SMS-портал: почему наши банки за рубежом дают проценты намного меньше, чем нам?

Эдуард Савуляк: Смотрите, с одной стороны, видимо, за рубежом вряд ли банки дают кредиты в рублях, это самое главное.

Ольга Арсланова: Ага.

Эдуард Савуляк: То есть мы помним, у нас тоже была валютная ипотека, где якобы были низкие ставки, потом случился, как у нас обычно бывает, раз в 3 года или раз в 5 лет скачок курса доллара, и люди остались без квартир с огромными долгами. Поэтому здесь надо соотносить не только саму ставку, но и валюту. То есть если вам дают, условно говоря, под 3% в рублях и под 3% в евро, это, видимо, очень разные 3%, даже евро если дают под 2%, видимо, это больше, условно, чем 3% российские.

Но предположу все-таки, если вопрос поставить, условно, в евро можно получить под 5%, а в России дают под 10% ли? К сожалению, потребительский кредит у нас в среднем, если ставку брать, еще и со скрытыми комиссиями, там мы уйдем далеко за 30 и за 50%. То есть по факту, если даже соотносить валютные зарубежные кредиты и российские со всеми скрытыми комиссиями, то, к сожалению, даже в рублях у нас по факту будут ставки выше в несколько раз.

И здесь второй тогда вопрос возникает, почему это происходит, если дело не в валюте, – дело именно в конкуренции, раз, потому что все-таки мы с банковским бизнесом так или иначе живем, грубо говоря, последние 30 лет, с потребительским кредитованием даст бог, если живем последние лет 15, а вообще-то 10. Ну и самое главное: к сожалению, нормативная база у нас и контрольная функция со стороны Центрального банка и других органов здорово недорабатывают. То есть на подобного рода разъяснения людям, что вот они там что-то заплатили, оказывается, остались должны, что-то якобы досрочно погасили, а на самом деле ничего не погасили, мы бы тратили гораздо меньше времени, если бы у нас банки карали точно так же, как это делают за границей.

Ольга Арсланова: Ага.

Эдуард Савуляк: То есть, грубо говоря, если на любимом россиянами до коронавируса Кипре, соответственно, есть уголовная статья за ростовщичество, то есть, условно, если там какой-то хитрый банк выдаст вам потребительский кредит, грубо говоря, под 12% годовых в евро, уже не неважно, там будет бесплатный кредит и страховка 12% или что-то пополам на пополам они спрячут, то банкиры могут сесть от 7 лет.

Ольга Арсланова: А у нас?

Эдуард Савуляк: И естественно, желающих так экспериментировать на Кипре нет. Причем заметьте, там не только о киприотах речь идет, а если даже вы приедете, русский, который не имеет читать ни по-гречески, ни по-английски, и вам вдруг сунут «по-дружески» такой кредит, то, еще раз, вас там защитят точно так же.

Но у нас, мы видим, что черные кредиторы какие-то непонятные, подзаборные ребята, «Быстрые деньги» или как они там еще могут называться, дают под какие-то фантастические проценты, 2% в день или что-то такое, и считается это нормальным, глаза закрывает Центральный банк, что, соответственно, банки тоже из себя что-то изображают, на словах говорят 13%, а по факту выходит в разы больше... Мы знаем хоть одного банкира, я не знаю, руководителя кредитного отдела, руководителя банка, в конце концов менеджера, кто бы за это пострадал? Нет, не знаем.

Ольга Арсланова: Хорошо. Но мы их посадить не можем, не получается, ну хорошо, сохранить хотя бы свои деньги. Есть какой-то законный способ отказаться от навязанной страховки, при этом получить кредит и выплатить нормальные проценты?

Петр Кузнецов: Под адекватный процент еще.

Эдуард Савуляк: Смотрите, здесь мы же предполагаем, что игра, видимо, все-таки идет в одни ворота.

Ольга Арсланова: Да.

Эдуард Савуляк: То есть..., для того чтобы люди могли что-то там отказаться и правильно посчитать, вам предварительно необходима база для расчета. То есть давайте просто предположим, вы в любой банк по выбору, самый лучший, не знаю, где у вас зарплатный проект, кто априори к вам хорошо относится, или просто по рекламе увидели по телевизору, а тут вы приходите к девочке и говорите: смотрите, я обхожу тут, не знаю, шесть банков, которые мне больше всего нравятся, ваш у меня на самом лучшем счету. Можно мне, во-первых, получить с собой договор, я покажу юристу, я в этом ничего не понимаю, я юристу покажу, пусть посмотрит, насколько там все хорошо; во-вторых, мне, пожалуйста, на бумажке напишите все, что я буду у вас платить, если возьму на полгода; ну и, в-третьих, вдруг тут какие-то вещи я еще не спросил, подскажите мне сами, вы же это лучше меня знаете, свои продукты.

Вот я больше чем уверен, на все эти три ваши заявления ничего, кроме рекламного буклета или «о боже, как у нас все здорово», вы не услышите, и тем более вам никто на дом никакой проект договора не даст. Естественно, если вы договор не читали, вроде бы тут цифрами вооружились, вы посчитали, что все здорово, вот как, соответственно, звонил мужчина до этого, что взяли с женой кредит, а дочка в этот же день позвонила и сказала, что там кредит настолько хорош...

Петр Кузнецов: ...в соседнем банке, да.

Эдуард Савуляк: ...или это оказалось еще выгоднее, все равно. Конечно, это, еще раз, только по факту они увидели, то есть увидели, когда подписывали договор, с мелким шрифтом, со ссылками, с чем-то еще, вот тогда дочь разобралась. Поэтому, естественно, к сожалению, я говорю, здесь не мы с вами, а Центральный банк очень сильно недорабатывает, то есть банки творят фактически что хотят: они вам распечатали сто листов, быстренько-быстренько их подписывайте, бегите потом платите и потом через суд выясняйте, что вы, оказывается, что-то не знали.

Ольга Арсланова: Да.

Эдуард Савуляк: Это, естественно, ситуация кардинально неверная, и никто банкам по рукам здесь не надает, мы видим, суд-то опять же... Как он судит?

Петр Кузнецов: Вопросы к ЦБ снова. Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо вам за комментарий.

Петр Кузнецов: Спасибо, комментарий Эдуарда Савуляка. Это была большая тема, говорили о людях и кредитах. Оставайтесь с нами, мы скоро продолжим.

Ольга Арсланова: Да, будем говорить о громких делах Фургала и Сафронова.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)