Людмила Баринова и Наталья Берестень. Дело на миллион: швейные услуги

Гости
Людмила Баринова
руководитель студии текстильного дизайна ASSOЛЬ
Наталья Берестень
коммерческий директор Группа компаний ENDEA

Рубрика «Дело на миллион». Ее автор Анна Тарубарова выяснила, почему в России таким прибыльным стал бизнес по пошиву штор и почему потребителям проще самим научиться шить, чем втридорога переплачивать за услуги профессионалов.

Анна Тарубарова: Здравствуйте. Меня зовут Анна Тарубарова. И, как всегда по понедельникам, у меня к вам дело на миллион. Сегодня будем говорить о бизнесе, который на старте требует минимум вложений. Беседуем о швейных услугах. Помогать нам в этом будут Наталья Берестень, коммерческий директор группы компаний «ENDEA». И Людмила Баринова, руководитель студии текстильного дизайна «ASSOЛЬ».

Мы съездили к Людмиле в ателье и разузнали, как там все устроено. Давайте посмотрим вместе сюжет.

СЮЖЕТ

Анна Тарубарова: Уважаемые зрители, присоединяйтесь к нашей беседе. Есть ли у вас швейная машинка дома? Вы пробовали шить не только для себя? Как часто обращаетесь за услугами в ателье. Пишите и звоните. Номер для ваших сообщений – 5445. Наталья, мы посмотрели, как устроен бизнес Людмилы: маленькое ателье, спальный район, бизнес, который начался с пошива женской одежды. Вы представляете крупное производство и другие объемы. Скажите, пожалуйста, как лучше на старте поступить для того человека, который хочет превратить свое увлечение в бизнес? Идти самостоятельно или под крылом крупной компании?

Наталья Берестень: Всегда полезно обращать на опыт тех людей, которые работают с тобой в одной области, потому что их победы, их историю успеха ты можешь каким-либо образом привнести, если у тебя есть определенные навыки и профессиональные знания. Безусловно, здесь каждый предприниматель столкнется со своими определенными вопросами, сложностями. Но первично это все-таки определенный концепт должен быть, бренд ли это, либо ваше это дело. Соответственно, исходя из этого рождается определенная стратегия и что ты хочешь, какая твоя целевая аудитория. Потому что на сегодняшний день предлагать какой-либо продукт, не зная своего клиента, не зная его потребностей – это изначально тебя поведет по достаточно другому кругу, который займет больше времени на то, что ты набьешь определенные шишки и заработаешь тот же самый опыт, который не всегда будет увенчан успехом.

Анна Тарубарова: Ваша компания работает с регионами, обращается на франчайзе?

Наталья Берестень: Конечно. Один из каналов дистрибьюции – это у нас не только оптовые направления, но и фирменные салоны-франчизи.

Анна Тарубарова: И как складываются отношения? Где есть, в каких регионах?

Наталья Берестень: Всю нашу географию, карту можно посмотреть в наших фирменных источниках. География у нас достаточно большая – от Калининграда до Южно-Курильска. Мы настроены всегда, и компания уже представляет свою торговую марку с 2007 года. Соответственно, за этот период (более 10 лет) уже сложились достаточно долгосрочные и доверительные отношения с партнерами, поскольку постольку мы предлагаем им не только свой продукт как коллекционную одежду и базовую коллекцию… На сегодняшний день репутация бренда очень высокая по качеству. По качеству и отвечающая всем современным тенденциям моды. Но при этом мы оказываем еще и консультацию всем нашим партнерам по поводу того, что как лучше вести бизнес, определенные расчеты. То есть клиент, приезжая к нам, получает не только отборку определенных моделей либо капсул, но и готовые решения, что надо именно ему в зал, что надо непосредственно именно для его клиента, какую необходимо акцию провести, какие ивент-мероприятия. То есть это полное сопровождение цикла продаж.

Анна Тарубарова: Он может продавать одежду, которую шьют на вашей фабрике, или предложить что-то свое, и это, допустим, пошьют у вас на производстве, он будет продавать это у себя в городе? Такие варианты возможны?

Наталья Берестень: На сегодняшний день наши производственные мощности позволяют принимать заказы. На наших производственных мощностях размещают заказы крупные федеральные сети. Сказать о том, что наши оптовые клиенты размещают что-то свое – это все-таки полный цикл. Полный цикл – это идет создание от непосредственно эскиза до уже того момента проверки качества, как даже упакованы изделия. Не только как оно сделано, а в состоянии, где лейбл прикреплен, как пакет этот сложен, как он выглядит. То есть на сегодняшний день требования конечного клиента уже достаточно высокие. Они хотят покупать качественную продукцию. Да, все очень хорошо реагируют на то, что сделано в России и все уже верят в то, что Россия может дать качество и дизайн. Это у нас есть.

Анна Тарубарова: А с каким капиталом должен заходить человек, для того чтобы продавать то самое заветное «сделано в России»?

Наталья Берестень: Все, наверное, зависит от размаха здесь и какие желания есть. Если это открытие салона, это одни инвестиции. Салон розничной точки. Если это открытие ателье, здесь моя коллега сейчас поделилась.

Анна Тарубарова: Да, мы еще подробно об этом говорим, о тех самых 500 долларах, которые у вас были на старте. Но давайте для начала послушаем звонок. Нам дозвонилась Вера из Московской области. Здравствуйте, Вера. Вы в эфире. Алло. Вера. Вы слышите?

Зритель: Да, я вас слушаю.

Анна Тарубарова: Здравствуйте. Какой у вас вопрос?

Зритель: Вопрос никакой. Просто задали вопрос – есть ли у вас швейная машинка?

Анна Тарубарова: Так. Расскажите, поделитесь, есть ли у вас, пользуетесь ли, что шьете?

Зритель: Шьем все.

Анна Тарубарова: Для кого?

Зритель: Для кого? Тюль шью, одежду шью.

Анна Тарубарова: Вы шьете для себя или продаете?

Зритель: Нет, не продаю. Для себя и тех, кто обратится.

Анна Тарубарова: Здорово. Понятно. Успехов вам в вашем деле. А сейчас мы хотим наконец поговорить с Людмилой по поводу вашей ниши. Это шторы. Я нашла интересную статистику по вашей теме, когда готовилась к эфиру. Пишут, что среднестатистическая семья в России делает ремонт каждые 5-7 лет. Некоторые хозяйки имеют несколько комплектов штор и меняют в зависимости от времени года. Психологи рекомендуют менять шторы раз в год. Когда вы выбирали нишу домашнего текстиля, на что ориентировались? Платье-то мы чаще меняем, чем шторы все-таки.

Людмила Баринова: У меня, видимо, тоже была эта статистика. Я очень скептически относилась к идее моей знакомой. Потому что я говорила: «Шторы так редко шьют. Лучше, наверное, все-таки одеждой заниматься». Как-то решили попробовать. Оказалось, что шторы шьют редко, но у человека, оказывается, очень много потенциальных друзей, которые тоже хотят шить шторы. И наши шторы шьем не на 5-7 лет. Я считаю, что наши шторы где-то на 20-25 лет. То есть качественный ремонт не на 5-7 лет делают. Это делают практически на всю жизнь этой квартиры. Потом покупают следующую. И дальше повторяется цикл. У заказчиков жизнь продолжается. У них есть дети, внуки. Они хотят построить себе загородный дом. Потом они хотят себе построить какую-то загородную избушку. В общем, это бесконечный поток.

Анна Тарубарова: 25 лет - для вас лично это не очень выгодно? Если бы чаще заказывали, было бы лучше? Или вы не гонитесь за тем, чтобы заказов было много.

Людмила Баринова: Со стороны бизнеса, наверное, лучше. Но эту нишу очень крепко заняли «IKEA» и «Леруа Мерлен». Гипермаркеты, масс-маркет. То есть массовый сегмент, где люди могут себе позволить. Все-таки, обратившись в студию текстильного дизайна, каждый год (и тем более каждый сезон) для любого человека это неправильное решение.

Анна Тарубарова: Скажите, пожалуйста, в вашем случае работало исключительно сарафанное радио, или вы прибегали к какой-то рекламной кампании? Как вы себя позиционировали снова на этом рынке, когда вы перестали шить платья, а решили шить шторы?

Людмила Баринова: Я открывала один салон, потом через какое-то время второй, потом третий. На данный момент у меня есть опыт открытия трех салонов. И, исходя из своего опыта, я могу сказать, что лучше всего работает наружная реклама. То есть в нашем бизнесе человек должен увидеть это несколько раз, у него это должно где-то отложиться.

Анна Тарубарова: А наружная реклама какая? Баннеры какие-то или листовки, расклеенные на подъездах?

Людмила Баринова: Сейчас, к сожалению, это стало более цивилизованно и монетизировано. Раньше это можно было сделать достаточно просто и культурно.

Анна Тарубарова: А как вы делали?

Людмила Баринова: На каждом подъезде висела такая досочка из дсп на которую все приклеивали свои объявления. Не на стену, не на двери, не на стекла, а именно на эту досочку. Может быть, это было не очень красиво, но никакого стекла там не было, она никак не запиралась. И каждый желающий там мог разместить свое объявление. Мы этим пользовались.

Сейчас хорошо работают вывески. То есть достаточно повесить красивую вывеску, чтобы ее было видно достаточному количеству людей, которые мимо перемещаются, и постепенно это начинает работать.

Анна Тарубарова: Давайте примем еще один звоночек, из Москвы. Нам дозвонилась. Светлана. Светлана, здравствуйте.

Зритель: Добрый день. У меня внук собрал небольшую сумму денег. Но у него уже есть горький опыт, когда вроде бы все начинал оформлять, и потом не зависящие от него обстоятельства. В России происходили какие-то изменения. Предположим, хорошо работал, удачно. Он учил навыкам. Человек закончил курсы, а водить еще, как надо, не умеет. И он вот этим делом занимался очень удачно. Он действительно очень хорошо умеет водить.

Анна Тарубарова: Какой у вас вопрос? Как открыть бизнес?

Зритель: Сейчас стоит вопрос – или кафе, или ателье. Что трудно? Он натыкается все время, во-первых, на то, что он этого дела не знает. Куда ему пойти, в какой коллектив начинающих людей, чтобы хотя бы общие сведения о том, что ты на первое время должен знать?

Анна Тарубарова: Вопрос понятен. Давайте поинтересуемся у наших экспертов. Что бы вы посоветовали? Куда идти начинающим?

Наталья Берестень: Буквально месяца три назад одна из моих коллег по фэшн-индустрии задала мне практически один и тот же вопрос: «Наталья, помоги. У меня сын хочет открыть кафе. Я в ужасе, потому что это совершенно новое для нас дело. Можешь что-либо подсказать?» Фактически одни и те же вопросы, с кем сталкивается любой начинающий предприниматель – это поиск помещения. Так же как Людмила озвучила, что ей надо было определенное потоковое место, где вы могли какими-то такими доступными способами себя рекламировать. То же самое зависит и от того, где будет располагаться то же самое кафе, кто будет в этой команде. С кем. Я бы посоветовала… Есть определенные бизнес-форумы, конференции, так же как по организации досуга и по нашему общему делу тоже где-то получить эти первичные знания.

Основное – вам надо будет по-любому обращаться (если опыта нет) к экспертам, которые выстроят вам бизнес-модель.

Анна Тарубарова: Бизнес-план.

Наталья Берестень: Которые будут диктовать дальше бизнес-план, определенный уровень инвестиций и развития. Но никуда не деться от того, что… Передо мной не стоял вопрос – кафе, то, другое или третье. Я любила одежду. Я любила красоту вокруг. Я люблю видеть красивых женщин. Я люблю видеть, как они изменяются, потому что мы все так созданы природой.

Поэтому здесь, мне кажется, самая основная подсказка – это будет то, от чего человек будет получать драйв.

Анна Тарубарова: Хорошо, когда есть выбор, конечно, надо выбирать по душе.

Наталья Берестень: Да. А на сегодняшний день, слава богу, информационное поле и все бизнес-сообщества помогают друг другу, образование получить можно, знания надо получить можно. Но их надо претворять в практику. И, к сожалению, здесь без каких-либо ошибок выстроить точно не получится. Но с успехом.

Анна Тарубарова: Людмила, когда мы у вас были, вы сказали о том, что у вас имеется одно вакантное место. То есть сейчас у вас три швеи, да?

Людмила Баринова: Да.

Анна Тарубарова: И очень часто мы замечаем (много ездим по России), приезжаем на фабрику – швейных машинок больше, чем сотрудниц. Как сейчас обстоят дела на крупных производствах с поиском людей, которые будут стоять у станка?

Людмила Баринова: У нас тоже есть эта проблема. У нас современное производство, которое на сегодняшний день выпускает 15-20 тысяч изделий в месяц в зависимости от сезонности и сложности изделий. Поскольку постольку эти изделия дизайнерские. У нас самое современное оборудование. Но вопрос со швеями для нас также актуален. Поскольку постольку на сегодняшний день есть институты, которые выпускают дизайнеров, есть институты, которые выпускают технологов, есть колледжи, которые выпускают конструкторов, но достаточно мало учебных баз, которые выпускают швей. И популяризация этой специальности на сегодняшний день сегодня не развита.

Более того, те знания, которые получают швеи на базе учебного предприятия, их надо будет перевести в навыки. А не все производственные мощности обладают тем оборудованием, которое, например, есть у нас. Мы решаем эту проблему таким образом, что у нас на базе нашего собственного производства есть учебный центр. Под руководством педагога, мастера пошивочного цеха любой сотрудник (мы сейчас о швеях говорим) проходит адаптацию и обучение. Срок обучения у нас 2 месяца. Причем, этот срок у нас полностью оплачивается. И после этого сотрудника не бросают на местах, поскольку постольку у него есть куратор, который помогает ему привыкнуть, адаптироваться к этому месту, к тому же оборудованию, на котором он ведет свою работу. У каждой швеи свой индивидуальный почерк. Соответственно, для того, чтобы отработать тот или иной вид шва, изделия, здесь все равно нужна определенная адаптация и опыт старших. Но, конечно, асы этой специальности были лет 10 тому назад воспитаны. Нам хотелось очень привлечь более молодое поколение. И мы надеемся, что наша передача поможет нам тех людей, которым интересно это делать, от которого они действительно получают удовольствие, они смогут найти свое место и на нашей фабрике, потому что условия у нас достаточно замечательные.

Анна Тарубарова: Давайте послушаем звонок из Пермского края от Николая. Николай, здравствуйте. Вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу спросить ваших уважаемых гостей. Есть ли у нас свои швейные машины, ткани, нитки, утюги – все, чем шьется…

Анна Тарубарова: Понятно. Об оборудовании и материалах вопрос. Пожалуйста, прокомментируйте, как у вас с этим обстоят дела. Ткани у вас мы видели – турецкие и итальянские.

Наталья Берестень: Отвечая на этот вопрос, могу сказать следующее. Что мы используем импортные комплектующие. Ткани у нас тоже Италия, Германия, Азия. Даже в Китае есть определенные хорошие ткани. На сегодняшний день российские производители по тканям, выпуская определенное качество, предлагают уже более высокие цены.

Анна Тарубарова: Выше, чем заграница?

Наталья Берестень: Да, либо здесь уступает качество. Поэтому мы работаем на уже импортных комплектующих. Также это касается и фурнитуры в том числе. То есть фурнитура у нас тоже Италия, Германия. Нитки соответствующие.

Анна Тарубарова: Людмила, вы с такой же проблемой?

Людмила Баринова: Я хочу сказать, что последнее время наблюдается тенденция, что все-таки наша текстильная промышленность тоже старается. Она не умирает. Она немножко возрождается. Если раньше можно было сказать, что наших тканей вообще нет. То есть для штор не из чего шить. Но сейчас я, как минимум, могу прийти в фирменный магазин и увидеть хотя бы результат. Я согласна, что они не конкурентоспособны по цене, но по крайней мере есть какое-то движение.

Наталья Берестень: Движение, безусловно, есть, но есть и определенное отставание, которое накоплено предыдущими годами.

Анна Тарубарова: Мы к этой теме обязательно еще вернемся. К сожалению, время для нашего эфира закончилось. Спасибо большое за беседу. О том, как заработать на умении шить, нам рассказали Наталья Берестень, коммерческий директор группы компании «ENDEA», и Людмила Баринова, руководитель студии текстильного дизайна «ASSOЛЬ». Спасибо вам большое.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Какое шитье приносит доход

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты